Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Альтернативные инспекции в Ираке


"Игрой в кошки-мышки" называет в редакционной статье американская газета "Нью-Йорк Таймс" отношения между Ираком и Организацией Объединенных Наций. В ответ на выступление президента США Джорджа Буша, содержащее фактически ультиматум - либо инспекторы, либо война - Саддам Хусейн заявил, что готов принять инспекторов немедленно и без предварительных условий. Чем вновь породил разногласия среди членов Совета Безопасности ООН. За политическими спорами иногда уходит в тень главное - цель этих проверок. Международные инспекционные группы должны удостовериться, что у Ирака нет оружия массового поражения и что он не ведет разработку соответствующих программ. Цель инспекций - разоружить Ирак. Были ли эффективными предыдущие проверки? Сможет ли Саддам Хусейн скрыть разработки? Могут ли в принципе инспекторы работать в Ираке, основываясь на резолюциях ООН 10-11-летней давности, или режим проверок надо изменить? Группа американских политологов и бывших военных выступила с предложением создать альтернативный инспекционный план.

Прошлые инспекции, которые прекратились четыре года назад после того, как иракское правительство полностью заблокировало их работу, выявили, что Ирак вел разработку биологического оружия, например, сибирской язвы и, под вопросом, оспы. Было также подтверждено, что у режима Саддама Хусейна есть химическое оружие, например, газ VX. Вопрос о ядерном оружии остается открытым. Со своими исследованиями по этому вопросу недавно выступили два крупнейших аналитических центра в области военной информации. Рассказывает наш корреспондент в Вашингтоне Владимир Абаринов.

Владимир Абаринов:

По оценке лондонского Международного института стратегических исследований, Саддам Хусейн может стать обладателем ядерной бомбы в ближайшие несколько месяцев. Такой вывод содержится в недавно опубликованном докладе института. Его авторы считают вполне возможным превращение Ирака в ядерную державу в том случае, если ему удастся получить достаточное количество расщепляющихся материалов. Выводы доклада основаны на информации, собранной инспекторами ООН и экспертами Международного агентства по атомной энергии.

Один из авторов доклада, сотрудник института Деннис Гормли, считает, что Багдад может получить расщепляющиеся материалы двумя путями.

Деннис Гормли: Существует два способа достать их: украсть или купить на "черном" рынке. Эту возможность мы оцениваем как относительно маловероятную. Однако надо иметь в виду, что Международное агентство по атомной энергии начиная с 93 года зафиксировало 400 случаев контрабанды ядерных материалов - в общей сложности в этих сделках обращалось около 10 с половиной килограммов высокообогащенного урана и полкилограмма плутония. Это немного, но это показывает, что потенциальная возможность купить расщепляющиеся материалы, хоть возможность и низкая, есть. И я полагаю, что наибольшую угрозу представляют огромные запасы этих материалов в бывшем Советском Союзе.

Владимир Абаринов: Для изготовления самой примитивной атомной бомбы Саддаму Хусейну надо получить половину того количества урана, о котором говорил Деннис Гормли. То есть пять килограммов. Чарлз Хейман, редактор журнала "Jane's World Armies", согласен с тем, что возможность приобретения Ираком расщепляющихся материалов существует, однако не видит, чтобы ему это удавалось.

Чарлз Хейман: По общему мнению, Ирак пытался получить расщепляющиеся материалы, причем в течение значительного периода - речь идет о годах, но так и не смог. Таким образом, вероятность, что Ирак получит в свое распоряжение обогащенный уран или что-то вроде этого, невысока.

Владимир Абаринов: Что произойдет, и в течение какого времени, если Ираку все-таки удастся купить или украсть достаточное количество обогащенного урана или плутония? Оценка лондонского Международного института стратегических исследований, Деннис Громли:

Деннис Гормли: Мое ощущение - что Ирак продвинулся далеко. Им осталось всего несколько месяцев до завершения всех проектных работ по созданию ядерного реактора первого поколения. Перед самым началом войны в Заливе Ираку, по оценкам, оставалось от одного до трех лет до производства небольшого числа ядерных боеголовок. И если бы не война в Заливе, к концу 90-х годов они имели бы на вооружении около дюжины боезарядов.

Владимир Абаринов: Эксперт Международного института стратегических исследований считает, что ядерная программа Ирака значительно опередила иранскую.

Деннис Гормли: Ирак по сравнению с Ираном потратил куда больше времени на разработку ядерного оружия. Финансирование иракской ядерной программы исчисляется миллиардами долларов. В инфраструктуре, предназначенной для разработки и производства компонентов ядерных устройств, занято свыше 10 тысяч человек. Так что это - широкомасштабная программа, и ее ход отражен в документах Международного агентства по атомной энергии. На мой взгляд, иранская программа пока еще в будущем, хотя, должен признаться, нам мало что о ней известно об иранской программе.

Владимир Абаринов: Чарлз Хейман, издательство "Jane's Defense", видит цель возможной американской военной операции против Ирака не только в том, чтобы избавиться от угрозы, которую представляет собой Саддам Хусейн, но и чтобы подать ясный сигнал другим странам, разрабатывающим ядерное оружие.

Чарлз Хейман: У них, бесспорно, есть потенциал, и вполне возможно, что акция американской коалиции против Ирака подаст сигнал другим странам, которые близки к обладанию ядерным оружием. На самом деле это, похоже, одна из скрытых целей операции.

Ирина Лагунина: Рассказывал наш корреспондент в Вашингтоне Владимир Абаринов. Однако любой анализ останется предположением до тех пор, пока международное сообщество не получит доступ к объектам и документации. И вопрос вновь упирается в инспекторские проверки. Вашингтонские фонд Карнеги и Институт ближневосточной политики выступили с совместным предложением: изменить сам подход к инспекциям, сделать их принудительными, избежав при этом военной операции против режима Саддама Хусейна. Предупредить ту перспективу, которую обрисовал в выступлении в ООН Джордж Буш: мы узнаем, что у Саддама Хусейна есть ядерное оружие только тогда, когда он его применит. План был представлен на конференции в Вашингтоне.

По мнению создателей этого плана, четыре фактора в нынешней ситуации заставляют взглянуть на Ирак по-новому. После 11 сентября - после такого масштаба террористического акта - иначе выглядит перспектива того, что иракский режим разработает ядерное оружие. Это первое. Во-вторых, поведение самого Ирака за последние 10 лет, постоянная ложь и сокрытие информации не оставили сомнений у постоянных членов Совета Безопасности ООН. Сомнений в том, что этот режим на самом деле готов сделать. Третье: изменение подхода России. Россия после 11 сентября сделала ставку на сближение с США, а значит, появилась возможность заручиться ее поддержкой при принуждении к инспекциям. О четвертом факторе говорит президент Фонда Карнеги Джессика Метьюс:

Джессика Метьюс: Угроза одностороннего применения силы, с которой выступают Соединенные Штаты, создала такое поле для политических действий, какого раньше не существовало. Остальные четверо постоянных членов Совета Безопасности ООН уверены, что если ООН не вступит в дело сейчас и немедленно, то США будут действовать самостоятельно. Поэтому у них есть все основания сделать так, чтобы подобного развития событий не получилось. В течение 11 лет этот вопрос являлся прерогативой Совета Безопасности ООН. И положение в мире государств - постоянных членов Совета Безопасности во многом основано на том, что у них есть право вето. Так что, по нашему мнению, остальные четверо - Россия, Франция, Китай и Великобритания - заинтересованы в том, чтобы выработать какой-то план, который был бы принят Соединенными Штатами, эффективен, приемлем для них и выполним под эгидой Совета Безопасности ООН.

Ирина Лагунина: Как привести этот план в исполнение?

Джессика Метьюс: Есть один ключевой момент, который часто недооценивается. Что я имею в виду? Для того, чтобы этот план воплотился в жизнь, Соединенные Штаты должны заречься, что не будут пытаться сменить режим, если работа инспекций будет эффективной. Политика Соединенных Штатов должна проходить по очень тонкой грани. С одной стороны, США должны убедить и Ирак, и другие страны в том, что если иракский режим не выполнит условия, то Америка применит силу. Это - не сложно, по-моему, мы в значительной степени уже всех убедили. С другой стороны, и это столь же важно, надо убедить всех, что если Ирак выполнит обязательства, то сила применена не будет. А для этого американская политика должна быть непредвзятой, недвусмысленной и стабильной. До сих пор позиция США в этом вопросе очень часто менялась - с середины срока администрации Клинтона.

Ирина Лагунина: Что настораживает в нынешнем подходе, когда говорят и об инспекциях, и о смене режима в Ираке?

Джессика Мэтьюс: За последние несколько недель многие крупные эксперты по Ираку писали и говорили на одном дыхании: я за смену режима, но давайте сначала дадим возможность ООН попробовать в последний раз. Но либо они до конца не продумали это предложение, либо они хотят, чтобы усилия ООН провалились. При таких условиях Ираку вообще нет смысла допускать инспекции. Это все равно, что говорить: откройте дверь, мы возьмем главное ваше оружие, потом уйдем, а вы будете дожидаться вторжения. Соединенные Штаты в этом вопросе должны пойти на уступку. Но если наша цель - разоружение, то эта уступка - не потеря.

Ирина Лагунина: То есть первоочередная задача - добиться, чтобы Ирак пустил инспекторов.

Джессика Мэтьюс: Цель не в том, чтобы добиться въезда инспекторов в Ирак и ждать, что произойдет потом. Это - еще один рецепт точного провала и еще одна перспективная победа Ирака, как и ссора членов Совета Безопасности между собой. Цель состоит в том, что инспекторы должны въехать в Ирак на таких условиях, которые в ближайшие год-два дадут им возможность выполнить свою основную задачу. Саддам Хусейн отдаст оружие массового поражения только в том случае, если перед ним будет поставлено условие: не отдаете, - либо смерть, либо потеря политической власти. Не надо тешить себя пустыми надеждами. Саддам Хусейн расценивает инспекторов только с одной точки зрения - как продолжение войны, но другими средствами. А посему, только под серьезным давлением, под угрозой военных действий Ирак согласится даже не столько допустить инспекторов, сколько, прежде всего, дать им возможность работать.

Ирина Лагунина: Джессика Мэтьюз, президент вашингтонского фонда Карнеги. Генерал Чарлз Бойд, в прошлом, во времена Генри Киссинджера - член Совета по национальной безопасности США, проверял, насколько выполним этот план с военной точки зрения. Цели предполагаемой операции, как их видит генерал Бойд.

Чарлз Бойд: Как военный человек, чьи взгляды были сформированы во времена войны во Вьетнаме, должен сказать, что военные стратеги, разрабатывающие операцию, должны точно видеть политические цели этой операции. В данном случае это - разоружение. Это - единственная цель, достаточная как с точки зрения наших национальных интересов, так и с точки зрения задач ООН. Я остановлюсь на двух основных предпосылках, из которых я исходил, когда начинал разрабатывать военную концепцию операции. Первая. Инспекторы должны иметь возможность приезжать в страну, когда хотят, куда хотят и оставаться там столько, сколько им надо для проведения инспекций. Второй посыл основан на том, что Саддам Хусейн ни при каких обстоятельствах не допустит эффективный режим инспекций. Он будет сопротивляться до тех пор, пока ему не станет ясно, что альтернатив нет: если он не допустит инспекторов, его режим будет смещен. То есть Саддам Хусейн должен до конца понять это наше условие: скажем, сегодня он не допускает инспекторов, завтра начинается военная операция, цель которой - сменить его режим.

Ирина Лагунина: Что должны представлять собой эти международные силы поддержки инспекций?

Чарлз Бойд: Я разработал план, какими средствами должны обладать эти силы. Прежде всего, это - в основном, наземные силы. Но они должны быть мобильными, то есть, так называемая воздушная кавалерия. Авиация выполняет вспомогательную роль. Она должна иметь возможность контролировать воздушное пространство вокруг того места, где проводится инспекция. Я также приблизительно подсчитал, сколько потребуется военнослужащих. Повторяю, это приблизительный подсчет, но, по-моему, достаточно будет около 50 тысяч военнослужащих. Я бы разместил их в четырех основных точках - в Кувейте, Саудовской Аравии, Иордании и в восточной Турции. Это - идеальное территориальное расположение. Я бы также использовал некоторые точки внутри самого Ирака. Хотя над этой проблемой должны думать военные, которым непосредственно придется проводить эту операцию. Но я бы разместил часть войск на севере Ирака, в курдских районах страны, на юге, в районах под контролем шиитов, а также на западе в пустыне на границе с Иорданией.

Ирина Лагунина: Всегда, в любой военной операции, и даже при проведении совместных учений, больной вопрос - коммуникации, штабы и командование. Какой сетью должны пользоваться эти войска при проведении операции?

Чарлз Бойд: По-моему, это должны быть силы ООН, хотя главную роль в них может играть та страна, которая предоставит наибольший воинский контингент. Вероятнее всего, это будут Соединенные Штаты. Второй, не менее важный момент, состоит в том, что, несмотря на то, что у Соединенных Штатов есть возможность провести эту операцию самостоятельно, это должны быть международные силы. По крайней мере, они должны включать вооруженные силы соседних с Ираком государств - Саудовской Аравии, Турции и даже, не исключено, Иордании. И я бы на месте политиков попытался уговорить всех постоянных членов Совета Безопасности предоставить хоть какие-то воинские соединения. Не знаю, правда, какую роль может выбрать себе Китай, но для других членов Совета Безопасности дело, наверняка, найдется.

Ирина Лагунина: Генерал Чарлз Бойд, составитель военного обоснования плана принудительных инспекций. Итак, план предполагает, что международные силы разместятся в соседних с Ираком странах - в Саудовской Аравии, которая, кстати, уже выступила с поддержкой США, в Турции, напомню, эта страна является членом НАТО, и даже в Иордании. Какова будет - в случае проведения подобной операции - ответственность тех, кто будет занят в операции? Заместитель директора вашингтонского института ближневосточной политики Патрик Клаусон.

Патрик Клаусон: Есть две группы государств, сотрудничество со стороны которых просто необходимо, если США хотят пойти по пути эффективных инспекций. Одна группа - это постоянные члены Совета Безопасности ООН, а вторая, конечно, - соседи Ирака. Досье этой второй группы, однако, не вселяет оптимизма. Они предпочитали не замечать, что Ирак серьезно нарушал режим санкций, наложенных ООН, они допускали продажу Ираку технологий и продукции двойного назначения. Ирак смог импортировать даже некоторое военное оборудование через соседние страны. Но все же сотрудничество с этими странами необходимо для создания какой бы то ни было системы эффективных инспекций. И конечно, для той системы инспекций, которая здесь предлагается, потому что, как объяснил генерал Бойд, эта система потребует разместить в соседних с Ираком странах международные войска.

Ирина Лагунина: Но можно ли ожидать, что эти страны пойдут на сотрудничество в таком вопросе, как операция в Ираке?

Патрик Клаусон: Честно говоря, им, конечно, не понравится идея инспекций. Они вполне довольны существующим положением дел и существующей системой, которая, по их мнению, существенно сдерживает Ирак. И, конечно, их с трудом можно будет убедить в том, что на их территории придется разместить вооруженные силы ООН, особенно в таком количестве, в каком предлагает это сделать генерал Бойд. Но с другой стороны, если ясно объяснить всем, что альтернативой такой системы инспекция является война с целью изменить существующий в Ираке режим, то соседи Ирака могут пойти на сотрудничество. Потому что перспектива войны для изменения режима им нравится еще меньше. Даже Кувейту. У каждого на это есть свои причины. Одни обеспокоены тем, что война в Ираке приведет к нестабильности в регионе, другие опасаются, что после смены режима Ирак сам по себе будет нестабильным государством. А кому-то не нравится перспектива того, что после смены режима в Ираке роль Соединенных Штатов в регионе возрастет. Такие государства, как Иран или Сирия, могут думать, что успешная смена при помощи США режима в Ираке поставит под угрозу их собственные режимы, приведет к нестабильности в их собственных странах. Вот учитывая это неприятие войны, можно рассчитывать на, что соседи Ирака примут новый, более эффективный режим инспекций.

Ирина Лагунина: Патрик Клаусон, заместитель директора вашингтонского института ближневосточной политики. В одном вопросе в ООН есть согласие. Никто уже не возражает против утверждения, что Ирак не выполнил обязательства, наложенные на него 687 резолюцией ООН. Эта резолюция и создавала действовавший еще четыре года назад режим санкций. И все согласны в том, что инспекторы как-то должны вернуться в эту страну. Ральф Экеус сейчас - председатель стокгольмского института международных мирных исследований, а в прошлом возглавлял первую группу инспекторов, которые вошли в Ирак сразу после войны в заливе.

Ральф Экеус: Я уверен, что для Саддама Хусейна обладать оружием массового уничтожения - принципиальный вопрос. Почему? Потому что это оружие и определяет разницу между местным вождем и региональным, а может быть, и мировым лидером. Почему я об этом говорю. Потому что основной соперник Ирака в заливе - Иран. А Иран сейчас, 15 лет спустя после ирано-иракской войны может со своими обычными видами вооружений легко противостоять иракской армии. Так что единственный способ для Саддама Хусейна играть доминирующую роль в этом стратегическом регионе - это владеть оружием массового поражения и создать, таким образом, баланс в соперничестве двух стран.

Ирина Лагунина: Могут ли инспекции в их нынешнем виде - вернее, в том виде, который существовал до 98-го года и который будет вновь возрожден, если в ближайшее время представители ООН и Ирака смогут договориться, - могут ли подобного рода инспекции быть эффективными?

Ральф Экеус:

Ральф Экеус: Опыт говорит мне, что инспекции работали. Так что если инспекции будут разрешены, если Ирак не будет их блокировать: Я имею в виду физически блокировать. Конечно, Ирак будет им всячески мешать, конечно, он будет давать ложную информацию, я об этом не говорю. Я говорю о том, что инспекторы могут физически не допускаться в страну. Так вот если этого не будет, то инспекции могут быть успешными, как были прошлые. Например, биологическое оружие. Ирак постоянно говорил о том, что у него нет никаких средств для производства биологических агентов и средств доставки биологического оружия. Но инспекции выявили, что это - ложь, и уничтожили запасы. На это ушло четыре года - четыре года лжи иракского правительства. Но все-таки систематические проверки, постоянное наблюдение и научный анализ сделали свое дело. Было обнаружено более 900 ракет СКАД советского производства, учтены и разобраны все до одной. Так что в принципе, инспекции работали. Почему? Потому что методология была правильной.

Ирина Лагунина: Но что делать, если работа инспекторов будет вновь блокирована?

Ральф Экеус: Если мы воспользуемся традиционным подходом, то мы попросим инспекторов вернуться, глава миссии напишет доклад Совету Безопасности ООН, пройдет встреча пяти постоянных членов Совета Безопасности. В ходе этой встречи возникнет спор по поводу того, как реагировать. В результате выявятся две линии поведения. Одни - Соединенные Штаты и Великобритания - будут говорить, что это - легальная причина для начала военной операции. Другие будут утверждать: нет, это серьезное нарушение процедуры и международного порядка, поэтому Ирак должен получить предупреждение о серьезных последствиях. На выработку этих двух линий уйдет около двух недель, и еще полгода - на подготовку реакции. Что сейчас предлагается? Серьезно сократить этот срок. Реакция последует незамедлительно, если доступ инспекторам будет блокирован.

Ирина Лагунина: Если принять новый подход принудительных инспекций, то можно сразу предвидеть очередной спор в ООН - кто решает, блокирована ли работа инспекторов или нет?

Ральф Экеус: Представитель ООН, ему должны быть даны такие полномочия. Мой опыт показывает, что инспекции с воздуха, которые проводились наравне с наземными инспекциями, были возможны именно благодаря непосредственной угрозе, что реакция последует незамедлительно, если кто-то попытается помешать самолету инспекторов - У-2. А в качестве реальной угрозы выступали "Аваксы", оснащенные ракетами "воздух-земля". И я постоянно напоминал иракцам, что если кто-то тронет У-2, возмездие последует немедленно. Интересно, что более чем за 200 вылетов У-2, самолет инспекторов никто не тронул. Были письма протеста, каждый вылет сопровождался жалобами в ООН, что мы, якобы, используем самолет-разведчик, что, конечно, было неправдой, потому что у нас был на то мандат международного сообщества. Но самолет не трогали, режим инспекций работал.

Ирина Лагунина: Ральф Экеус, бывший глава группы международных инспекторов в Ираке. Говорят, "худой мир лучше доброй ссоры". Не стоит начинать войну, пока не исчерпаны все иные средства продолжить избранную политику. Помощники президента США утверждают, что Джордж Буш в течение нескольких недель переписывал выступление в ООН по Ираку: пытался найти точный баланс между желанием поддержать роль и авторитет ООН и стремлением доказать, что иракский режим подвергает опасности не только страны региона и США, но и угрожает подорвать саму правовую основу Объединенных Наций. Американский президент выступил в поддержку авторитета ООН, но это наложило на Соединенные Штаты новые обязательства: если американская администрация хочет сдерживать Ирак совместно с международным сообществом, ей придется каждый день в каждом новом шаге заручаться поддержкой международного сообщества. Впрочем, по существующей практике, это лишь укрепит позиции нынешней американской администрации.

XS
SM
MD
LG