Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Зимняя "оттепель" золотой Колымы


На выборах губернатора Таймырского округа победил мэр Норильска Олег Бударгин. Рассказывает Владимир Долин.

Владимир Долин: Сорокадвухлетний мэр Норильска стал губернатором Таймыра, набрав почти 70 процентов голосов. Его кандидатуру поддержал гигант цветной металлургии - "Норильский никель".

Избирательную кампанию Олег Бударгин вел под незамысловатым лозунгом "Таймыр - для таймырцев", имея в виду воссоединение Норильска, сегодня напрямую подчиненного Красноярску, с округом - и соответствующее перераспределение налоговых потоков.

Олег Бударгин: Надо потихоньку прибирать к себе недра и налоги, но надо подготовиться к этой теме. И вот эту несправедливость, что Таймыр и здесь точка - Норильск, и не принадлежит это нам, это надо менять.

Владимир Долин: Но вряд ли отношения между округом и краем дойдут до территориального передела, считает Дмитрий Кипнис.

Дмитрий Кипнис: Руководства Таймыра и Норильска найдут правильное распределение бюджетных денег.

Владимир Долин: Теперь, когда и край, и округ возглавляют "птенцы гнезда потанинского" (бывший генеральный директор "Норильского никеля" Александр Хлопонин и его заместитель Олег Бударгин), ничто не мешает компромиссу, от которого "Норильский никель" в любом случае внакладе не останется.

* * *

Михаил Соколов: В долине между сопок перед бывшим зданием "Дальстроя", где когда-то царили хозяева колымского ГУЛАГа, в окружении кранов над блочными пятиэтажками Магадана высится серый кирпич из литого бетона размерами с десятиэтажный дом. Один купол уже блистает наверху, другие золотые маковки лежат внизу. Храм, под стать лужковскому, в 100-тысячном Магадане губернатор Валентин Цветков взялся строить чуть больше года назад. Истратил на гигантский собор с иконостасом 22-метровой высоты сотни миллионов рублей из бюджета особой экономической зоны. Здесь бы, в возведенном его заботами храме, как то было на старой Руси с князьями, и быть бы по справедливости упокоенным в почете храмостроителю, колымскому губернатору.

18 октября 2002 года весь Магадан вздрогнул: на Новом Арбате в Москве губернатор Валентин Цветков был застрелен. Похоронили Валентина Цветкова (так решила его семья) на Ваганьковском кладбище в столице.

Может, и хорошо, что там.

Бразды правления Колымой принял первый замгубернатора Николай Дудов. Он несколько неосторожно объявил себя продолжателем дела Цветкова и, претендуя на избрание, обещает позаботиться о людях.

Николай Дудов: Социальная направленность бюджета 2003 года также ярко выражена. Отдельные отрасли социальной сферы на 2003 год от 18 до 26 процентов будут профинансированы в большем объеме.

Михаил Соколов: В Магаданской области началась новая жизнь. Сюда волнами поехали следственные бригады, чьи визиты координировала Генеральная прокуратура. Полпред Константин Пуликовский поначалу успел было сказать, что никаких нарушений в деятельности Валентина Цветкова не может быть обнаружено, а потом сей генерал, "око государево" за губернаторами Дальнего Востока, надолго потерял дар публичной речи: было возбуждено более 100 уголовных дел.

Кандидат на пост магаданского губернатора бизнесмен Владимир Марков - отставной подполковник госбезопасности. Он, по своему профессиональному опыту, знает: раз хлынуло столько и сразу, значит, оперативные материалы имелись давно.

Владимир Марков: С 18 октября за месяц они у нас возбудили 104 уголовных дела, и 128 материалов отправили на решение вопроса о возбуждении.

И мне хочется просто задать вопрос нашим правоохранительным органам - МВД, ФСБ, прокуратуре. Вот эти 104 уголовных дела плюс 128, они наталкивают на мысль: скорее всего, это боязнь перед губернатором завести уголовные дела на тех людей, которые были приближены к нашей администрации, и к лицам, которые сегодня еще у власти.

Михаил Соколов: Среди версий убийства губернатора Владимира Маркова заинтересовала, например, такая.

Владимир Марков: Частные предприятия, работающие на территории Магаданской области, поддерживались за счет возможностей областного бюджета, за счет средств особой экономической зоны. А также в свое время были проинвестированы большие деньги (десятки миллионов долларов) и должны были уйти в федеральный бюджет, так как это деньги правительства. Но они реинвестированы, и пошли в частные предприятия. Золотой кредит.

Михаил Соколов: Впрочем, версий хватает. Причина проста, объясняет рыбопромышленник Михаил Котов.

Михаил Котов: То, что весь бизнес был, к сожалению, под Цветковым, это все знают в Магадане.

Михаил Соколов: Выиграв в 1996 году выборы, недавний депутат Думы Цветков бросился в дело. Подчиненный Цветкову молодой директор Магаданского торгового порта, недавний вице-губернатор Андрей Зинченко видит в деятельности своего шефа одни плюсы.

Андрей Зинченко: Область, которую он принял в 1996 году, которая даже не стояла на коленях, а "лежала". Бюджет представлял собой огромную дыру, и колоссальное количество долгов - по зарплате, бюджетникам, работникам ЖКХ.

На сегодняшний день мы видим нормально работающую экономику.

Михаил Соколов: Определенные достижения Цветкова отмечает и мэр Магадана Николай Карпенко.

Николай Карпенко: Было сделано очень много для территории. Во-первых, были созданы предпосылки такого законодательного плана. Был подписан указ президента о проведении экономического эксперимента в Магаданской области. Был принят закон об особой экономической зоне. И появились возможности для того, чтобы Магаданская область начала потихонечку развиваться.

Михаил Соколов: Бывший руководитель особой экономической зоны, ныне глава фирмы "Магаданнефтепродукт" Игорь Озимок говорит, что Цветков был яркой и неоднозначной фигурой.

Игорь Озимок: Нарушения, вы говорите? Ну, наверное, они были, и, я так думаю, все равно будут там, где человек что-то делает. Потому что наши законы так составлены, что на один и тот же закон можно по-разному смотреть, истолковать.

Поэтому, конечно, многие эти вещи покойный губернатор просто перешагивал.

Михаил Соколов: Огромный, эдакий человек-гора, Валентин Цветков и обличьем был похож на дикого кабана. И нравом тоже. В ярости был страшен. За это Цветков и получил двусмысленную кличку "Бульдозер". Положительные черты - вроде невероятной пробивной силы - были и отрицательными. Цветков мог буквально сровнять оппонента с землей.

Лидер магаданского "Союза правых сил", кандидат в губернаторы Александр Сечкин отмечает особые таланты покойного губернатора.

Александр Сечкин: Он действительно был мощной фигурой. Только он один успевал на все у нас. И в Генпрокуратуре, и в администрации президента успевал перехватывать, везде. В ФСБ. Везде-везде-везде. Только он мог это сделать.

Его же хватало, помимо всего прочего, и на контроль за уголовной средой. Это - надо ему отдать должное.

Все он контролировал, все. Здесь своего рода хоть воровской, но порядок был. Мы жили "по понятиям" - это понятно. Если он сказал, вот так оно и будет. Тут никто пикнуть не смог.

Михаил Соколов: Проводя свои реформы, Валентин Цветков создавал и собственную систему власти, считает лидер магаданской ЛДПР Юрий Гришан.

Юрий Гришан: У нас ведь администрация в последнее время была не органом государственной власти, а неким синдикатом, который управлял всеми сферами экономики на интересы одного человека, то есть - Валентина Цветкова.

Михаил Соколов: Как сказал "без микрофона" один из бывших крупных чиновников, покойный отличался невероятной работоспособностью и абсолютно патологической жадностью, что, видимо, Валентина Цветкова и погубило.

Лидер магаданской организации СПС Александр Сечкин считает:

Александр Сечкин: Область представляет собой плантацию, на которой все пашут в поте лица на окружение губернатора. Практически все высокодоходные сферы контролировались фирмами губернатора. Как правило, они были и не совсем добросовестные налогоплательщики.

Михаил Соколов: Другой бизнесмен и кандидат на пост губернатора Владимир Сербинов вспоминает о Цветкове безо всякого восторга.

Владимир Сербинов: Бизнес был весь фактически монополизирован. Не было как таковой конкуренции, да? То есть не строились нормальные рыночные отношения.

Михаил Соколов: Цветков сам делил все в области и переставлял людей - пристраивал своих, убирал самостоятельных. Отодвинул вице-губернатора Кобеца, выжил организатора свободной экономической зоны Титкина.

Вспоминает лидер магаданской организации ЛДПР Юрий Гришан.

Юрий Гришан: Магаданская область - она в "черном списке". Никто сюда денег не хочет везти. Рано или поздно будут совершены какие-то противоправные действия, и инвестор будет лишен права управлять своим предприятием, получать с этого выгоду, и, в конце концов, будет разорен и выдворен с территории области.

Михаил Соколов: Отставной подполковник ФСБ бизнесмен Владимир Марков создал нефтебазу "Норд-ойл". Недолго работал спокойно. На бывших кагэбэшников не наезжали - до поры, до времени, пока сам губернатор лично не потребовал для себя половину доли в предприятии. Цветков пообещал создателям "Норд-ойла" дать поработать 3 года в качестве совладельцев, а потом забрать под себя все. Предприниматели предложение о партнерстве отвергли.

Марков принял участие в прошлых губернаторских выборах, занял третье место, зато фактически потерял многое из нажитого: проверки и суды фактически парализовали нефтяной терминал.

Владимир Марков: Мы испытали на себе этот чиновничий беспредел, который сегодня существует на территории области. По надуманным причинам лицензии отзывались, и мы 2 года простояли. И еще стоим и не работаем.

Вот факт налицо: что любое предприятие, которое сегодня пойдет против власти, или какое-то лицо, которое работает с данным предприятием, - давилось с помощью чиновничьего аппарата.

Я могу привести примеры: золотопромышленная корпорация, где мы добывали 135 килограммов золота, это вот предприятие "Норд-ойл", где я являюсь и учредителем, и директором по производству.

Михаил Соколов: Запись исторического разговора с Валентином Цветковым и ныне находится в распоряжении владельцев "Норд-ойла". Ее копии были переданы правоохранительным органам и полпреду Константину Пуликовскому, еще когда Цветков был жив. Ноль - реакции.

Лидер местной ЛДПР Юрий Гришан считает, что атмосфера вседозволенности погубила главу Магаданской области. Никто его не останавливал.

Юрий Гришан: Создали некоего вот такого кумира, короля в окружении холуев. Если бы хоть кто-то из его заместителей (тот же Дудов, который сейчас баллотируется, Зинченко) сказали: "Что вы делаете, Валентин Иванович!? Это же может плохо кончиться"... Но этого никто не смел сказать.

Михаил Соколов: Среди федеральных чиновников были те, кто пытался бороться, не соглашается Александр Сечкин.

Александр Сечкин: Первые 3 года очень упорно ему противодействовал Игорь Петрович Мелешко, генерал-майор УВД. Он возбудил несколько уголовных дел против окружения губернатора. "Винпром" его провалился, уголовное дело. Фонд "Драгмет" провалился, уголовное дело. То есть - Мелешко сдерживал.

Был прокурор области Александр Нердя. К нему много было в тот момент вопросов, но сейчас-то мы видим, что он очень много делал, чтобы сдержать Валентина Ивановича и вот эту его политику установить какой-то вот антизаконный режим, систему, при которой не работают законы, только "телефонное право".

Мелешко в отставку был отправлен. Подключены были некоторые федеральные чиновники крупные. В частности, Строев прислал Рушайло сюда, и вот эта комиссия сыграла основную роль в снятии Мелешко.

Потом настала очередь Нерди. В отставку. Опальков, руководитель следственного отдела, был переведен в Иркутск. Появился Кукушкин, прокурор области. Прямо Валентин Иванович говорил: "Это мой, это наш прокурор".

Тут каждый год десятки комиссий сюда приезжали. Когда заходила речь о московских "крышах", то лица следователей тускнели. Особого интереса это не вызывало. Их интересовала только магаданская "начинка".

Вот если посмотреть список дел, то все дела возбуждены именно по окружению губернатора. А надо сказать, что у нас не только окружение губернатора. Определенные были крупные политические фигуры, которые сферы влияние разделили в области. Губернатор не вмешивался в определенные сферы, и, соответственно, охранял от их вмешательства свои сферы. Так вот, в тех сферах, кстати, некоторых кандидатов, которые идут сегодня на выборы, расследование не коснулось, хотя там такие же вопиющие факты.

Михаил Соколов: Депутат областной думы, крупный рыбопромышленник Михаил Котов, в отличие от многих, сегодня осмелевших, имеет полное моральное право говорить правду. Он и при жизни губернатора спорил с Валентином Цветковым, доказывая неэффективность созданной тем системы унитарных государственных предприятий.

Михаил Котов: 21 предприятие с участием государственного капитала, которые используют собственность и имущество государства не на один миллион рублей, выплачивают в бюджет ежегодно дивидендов чуть-чуть больше, чем 250 000 рублей. Это смешно.

Предприятие такое, как вот АО "Магаданская группа" (входит там спиртзавод, ликероводочный завод), где 51 процент принадлежит государству, уплачивает в год аж 5 000 рублей дивидендов.

Михаил Соколов: Происходившее в последние годы в рыбной отрасли Магаданской области трудно назвать каким-то приличным словом. Губернатор, чтобы не зависеть от Тихоокеанского института рыбного хозяйства, добился создания своего карманного областного института "Магадан-НИРО". Его руководство сейчас под следствием. Квоты на вылов рыбы губернские власти раздавали, в основном, близким им фирмам. Происходили подозрительные банкротства госкомпаний, после которых их флот оказывался у нужных людей. 2 года назад квоты на вылов самых валютоемких видов морских ресурсов забрали у губернаторов. Стали продавать в Москве на аукционах.

Бывший замгубернатора по рыболовству Андрей Зинченко - кандидат на пост главы области. Он считает, что все раньше было нормально. За 5 лет вылов рыбы и биоресурсов вырос в несколько раз, увеличилось число перерабатывающих предприятий. Но федеральная власть, лишив регионы бесплатных квот, якобы подорвала развитие отрасли.

Андрей Зинченко: У нас упал вылов с момента введения аукционов в 1,5 раза, налоговые поступления уменьшились процентов на 40. Вот в этом году мы получим еще падение. Мы потеряли, потому что некоторые предприятия просто закрылись, а некоторые предприятия ушли работать в другие зоны.

Михаил Соколов: Позиция лидера магаданской организации ЛДПР Юрия Гришана такова:

Юрий Гришан: Что такое - бесплатные квоты? Бесплатная - она еще и беспредельная. Никто в море не в состоянии проконтролировать. Инспектора, которые находятся на судах, очень быстро перекупаются, и в зависимости от того, сколько времени он будет проводить в каюте, а не на палубе, зависит его заработная плата.

Поэтому надо только получить место лова.

Михаил Соколов: Рыбопромышленник и депутат областной думы Михаил Котов говорит, что последние 2 года он стал жить спокойнее. Не кланялся чиновным хозяевам Колымы, брал кредиты в банках, покупал квоты в Москве и отправлял улов на экспорт.

Михаил Котов: Сейчас я хожу больше в банки, извините. Нашел я денежные средства, купил квоты - я работаю. Не нашел - я разорился.

Михаил Соколов: Лидер магаданского СПС Александр Сечкин считает, что аукционная система при всем ее несовершенстве дала возможность начать бороться с коррупцией.

Александр Сечкин: Вроде, стараясь бороться с коррупцией, мы губим саму отрасль. Первый этап должен быть в области. Небольшая цена, небольшие квоты. Ведь с коррупцией боремся, а не с рыбодобывающей отраслью. Поэтому первый этап должен быть здесь, а уже все, что не продадим здесь, пусть уже Москва продает, кому она хочет.

Михаил Соколов: Но часть квот все-таки распределялась местной властью. Магаданский губернатор этим воспользовался. Было создано государственное унитарное предприятие. Практически все бесплатные квоты на вылов рыбы передали ему - якобы для решения социальных проблем региона.

Тогдашний замгубернатора по рыболовству Андрей Зинченко доказывает, что идея была весьма правильной.

Андрей Зинченко: Целью создания областного предприятия, ГУПа так называемого, был централизованный выход на аукционы, так как минимальный лот на аукционах продажи биоресурсов, - сто тонн. Ну, многим предприятиям не надо сто тонн. Им нужно десять, двадцать тонн. И для того чтобы не ездить каждому в Москву, потому что на билеты больше потратишь, вот идея была - централизованный выход на аукционы.

Михаил Соколов: А вот что получилось: основным партнером ГУП стала компания "Дальрыбфлот", принадлежащая весьма близкой к губернатору красавице Виктории Тихачевой, советнику губернатора. Сейчас Тихачева в интервью телеканалу "Карибу" доказывала, что сотрудничество было выгодным.

Виктория Тихачева: У нас была альтернатива: либо суда становятся у причала, потому что квоты кончились, те, которые выкуплены на аукционе, либо идет работа с ГУП, на условиях 50 на 50. Для нас, например, это были хорошие условия, потому что или ты несешь затраты на содержание экипажа, на приобретение снабжения и не получаешь никакого дохода, либо твое судно работает, люди получают зарплату, ты получаешь, - да, небольшой, но все-таки доход.

Михаил Соколов: Государственное унитарное предприятие стало посреднической фирмой, попросту перепродававшей полученные бесплатно квоты. Естественно - своим. О деталях рассказывает депутат магаданской областной думы Михаил Котов.

Михаил Котов: Просто продав 10 000 тонн квот минтая, взяв в фиктивную аренду суда, ограбив нас, заставив заключать договора о том, что мы безвозмездно должны отдать 25 процентов лосося, переработав, заморозив его, - ГУП, к сожалению, заплатил налогов сегодня чуть-чуть больше 100 000 долларов. Это смешно. Потому что там должны быть миллионы долларов.

Михаил Соколов: После смерти Цветкова прокуратура взялась за проверку государственного унитарного предприятия.

Александр Сечкин: Одна из версий убийства (одна из многих) - вот она связана как раз с рыбной мафией, с получением 3 000 квот Валентином Ивановичем незадолго до смерти. Валютоемких квот. Единственный в России в обход аукционов получил 3 000 валютоемких квот. Не поделился.

Михаил Соколов: Исчезли в никуда миллионы долларов.

В этом году 17 января простаивавшие в порту без квот на 2003 год магаданские рыбаки не выдержали.

Михаил Котов: Рыбаки вышли лишь потому, что до сих пор распределения не было. Хотя уже пришла телеграмма Москальцова Юрия Ивановича, заместителя председателя Государственного комитета по рыболовству, разрешающая 20 процентов квот уже использовать. Каждый день простоя судна - это тысячи долларов.

Михаил Соколов: Наследникам Валентина Цветкова пришлось впервые за несколько лет созывать рыбохозяйственный совет, проводить гласную и публичную дискуссию с участием руководства всех магаданских предприятий. В итоге квоты на минтай впервые за несколько лет поделились с учетом наличия флота, выплат в областной бюджет, создания рабочих мест на берегу. В общем, достаточно объективно.

Все участники выборов магаданского губернатора (а они пройдут 2 февраля) сегодня будто прозрели и призывают менять ситуацию.

Мэр Магадана, кандидат на пост губернатора Николай Карпенко, также считает, что нужен срочно местный закон о рыболовстве.

Странно: что мешало команде Валентина Цветкова провести этот закон через абсолютно послушную думу и позаботиться о населении?

Вместо того, чтобы учиться у Японии и Кореи, колымчан, живущих на берегу Охотского моря, лишили возможности прибрежного лова, говорит лидер магаданской организации ЛДПР Юрий Гришан.

Юрий Гришан: Я несколько раз был в Японии, был в Корее много раз, с ними работал. Все побережье моря уставлено лодками и рыбаками. На берегу сидят "бурдюки", такие мужики крупные, нога на ногу, курят. За ними - холодильники. Ему подвозят рыбу, он ее сортирует, говорит: "Эта рыба стоит столько, эта рыба стоит столько". Все - туда. Все же просматривается. Не будет того браконьерства, которое в море.

Этот рыбак получил свои деньги, отремонтировал орудия лова, пошел, купил детям одежду какую-то, еду себе, в отпуск съездил, отдохнул.

Нет. Сейчас вот пройдите по побережью. Самая нищая сегодня территория Магаданской области - это побережье Ольского района. И вот Тохтоямск, Ямск национальный, да? Это самые бедные, потому что у них вот эти рыбодобывающие монстры под пропагандой того, что "мы создали 30 рабочих мест по рыбопереработке", а забрали 3 000, 300 рабочих мест и так далее. То есть то, что создается, несопоставимо.

То есть вот для нашего вот этого побережья всего - Армань, Балаганное, Талон, - это нормальная самозанятость. Не надо заставлять их иметь рыбоперерабатывающие цеха. Это абсурд.

Михаил Соколов: Мэр Магадана Николай Карпенко уверен: нужно срочно провести либерализацию рыболовства.

Николай Карпенко: Наши соседи на Аляске (там, кстати, ловят рыбу наши выходцы, в основном, из России, староверы) узаконили браконьерство для местного населения. Они за сезон ловят рыбу, сдают эту рыбу, обеспечивают себя, свои семьи и обеспечивают переработку и продуктами население Аляски. За счет прибрежного лова.

Может, и нам надо пойти этим путем? Тут и рабочие места, и многое другое. Тогда бы, может быть, у нас и не было бы "акул" - больших рыбаков, которые, ловя рыбу, преследуют совершенно другую цель.

Михаил Соколов: Золотая Колыма - занесенный сахарным, девственно белым снегом, сланник сопок, бледно-голубое небо, на котором рисуются черные с облетевшей хвоей силуэты лиственниц, да замерзшие в желто-синий лед речки. Вот типичный для Магаданской области пейзаж.

Сусуман, Сеймчан, Талая, Ягодная - названия, известные по шаламовским рассказам. Для колымчан - это трасса, где летом жара, где зимой, почти как на оймяконском полюсе - холода. Там население, в основном - золотодобытчики, старатели. Там прогрессирует бедность многих и прирастает богатство единиц.

Люди уезжают с Колымы с каждым годом. Трасса умирает, говорят мои собеседники.

Капитан Виктор Круглов проработал на Колыме лет 30. Вот что он рассказывает об обыденной жизни Среднеканского района, где строится одноименная гидроэлектростанция. Есть там и месторождения золота, но невыплаты зарплат бюджетникам - норма. Особенно разорено село.

Виктор Круглов: Разруха полная. В прошлом году там как после Великой Отечественной войны. Там коровы каждый день по две, по три - с голоду дохли.

Раньше сено заготавливали на всю Магаданскую область. Там богатые сенокосы, там вообще богатая кормовая база. Там совхозы могут существовать и приносить прибыль.

Михаил Соколов: Расследование трудов губернатора Магаданской области Валентина Цветкова заставляет задуматься о том, что будет и с трассой, и с призванной поддерживать золотодобычу на Колыме Магаданской особой экономической зоной. Это специфический продукт бурной жизнедеятельности покойного губернатора. В 1998 году он "продавил" закон о зоне через федеральный парламент. До 2005 года предприятия, зарегистрированные в Магадане, и, что важно, производящие здесь продукцию, освобождались от значительной части налогов.

Бывший руководитель зоны Игорь Озимок считает, что удалось решить ряд проблем.

Игорь Озимок: Омолонская компания, что бы там о ней ни говорили, и как бы там они ни крутились, но, тем не менее, я думаю, что и разведка, и развитие второй очереди на Кубаке - это как раз вот благодаря тому, что деньги достаточно большие, серьезные освободились.

Ну, если в прикидку сделать, вот так, в грубую: мы собирали по тем временам примерно 300 - 350 миллионов рублей. То есть 350 миллионов рублей оставалось на руках у предпринимателей или предприятий и так далее.

До той поры еще не облагались деньги, которые остаются на счетах предприятий, налогом на прибыль. То есть эти все деньги были вчистую. И, конечно, те руководители, которые думали о будущем, они их использовали. Я бы назвал это, конечно же, достройка, наверное, и запуск линии по серебру. Вот "Джульетта" - серебро, "Колымаэнерго". Это серьезное дело.

Михаил Соколов: Игорь Озимок считает, что властям, получив определенные средства, удалось, например, наладить с помощью особой экономической зоны завоз топлива в Магаданскую область. Но с этим можно поспорить. Схемы северного завоза были использованы - типичные для многих регионов России.

Об этом рассказывает один из лидеров "Союза правых сил" в Магаданской области Александр Сечкин.

Александр Сечкин: У нас завоз топлива это была черная дыра. Там сотни миллионов закапывалось денег, потому что завозили "свои" фирмы, перевозили "свои" фирмы, разгружали "свои" фирмы. Услуги, соответственно, были по максимальной цене.

Те же частные лица в Северо-Восточной судоходной компании - это уголовное дело. Корабль "Золотая Колыма", хваленый - он же принадлежит частным лицам, который осуществил основной региональный заказ по завозу топлива. Безо всякого тендера, конкурса, монопольно получив право. Если был бы тендер, стоимость, как минимум, на 15 процентов выполнения этого заказа была бы ниже.

И главное, в средствах массовой информации "Золотая Колыма" - чуть ли не спаситель нашей Магаданской области. Там учредители: 60 процентов у госпожи Цветковой, 20 - у госпожи Тихачевой (это советник губернатора). Цветкова - вдова, Тихачева - это советник губернатора по рыбодобывающей отрасли. И 20 процентов - у Суханкина. Это человек, который контролирует завоз нефтепродуктов.

Чего мы радуемся? Там - ни копейки государственных денег.

Михаил Соколов: Депутат областной думы рыбопромышленник Михаил Котов считает, что деятельность судоходной компании требует расследования.

Михаил Котов: Наверное, это ненормально, когда чиновники используют государственную власть, своих жен, детей пристраивают на хлебные места.

Михаил Соколов: Созданием особой экономической зоны федеральная власть дала Магадану возможность освободить от таможенных платежей ввозимое на эту территорию оборудование, но жадность областной власти распугала инвесторов, считает лидер магаданской организации ЛДПР бизнесмен Юрий Гришан.

Юрий Гришан: У нас в законе об особой экономической зоне было написано, что товар на территорию зоны из-за границы ввозится без пошлины. А местный закон уже ввел регистрационный сбор в виде 25 процентов отчислений в особую экономическую зону от сэкономленных так называемых пошлин, тарифов и так далее. Но эти средства мы, к сожалению, не можем относить, как таможенные платежи относили, на себестоимость выпускаемой продукции, а только должны платить их из той прибыли, которая остается в распоряжении предприятия. А это, в конечном итоге, невыгодно предприятиям.

Михаил Соколов: Вся стратегия развития особой зоны была неверна, доказывает лидер СПС в Магадане Александр Сечкин.

Александр Сечкин: Стратегия развития зоны должна быть такой, чтобы привлечь инвесторов. И была другая стратегия, которая, к сожалению, возобладала под давлением губернатора. Этот максимальный регистрационный сбор, который не шел на затраты, конечно, инвесторов сразу отпугнул. Ну, создание сиюминутного финансового кошелька - это, конечно, никаких перспектив у области не оставалось.

Михаил Соколов: За счет бюджета были созданы несколько госпредприятий, но частных инвестиций было мало, подчеркивает Михаил Котов.

Михаил Котов: К сожалению, за последние 5 лет в Магаданскую область (даже 6 лет, наверное) инвестиции не текли. И вот по данным правительства Российской Федерации, самый пагубный регион, в который не вложено ни копейки денежных средств за последние годы, инвестиций как иностранных, так и российских, это Магаданская область.

Михаил Соколов: К тому же, замечает Юрий Гришан, власть магаданская вела себя неадекватно запросам жизни.

Юрий Гришан: Там глупости я всякие читал, типа строительства завода по переоборудованию праворульных автомобилей в леворульные. Ну, это абсурд.

Теперь деньги особой экономической зоны, вот мы слышим - сотни миллионов рублей - уходят на строительство храма.

Михаил Соколов: Спор о том, как потратить доходы от особой зоны, идет давно. Кандидат на пост магаданского губернатора Александр Зинченко упирает на необходимость, прежде всего, продлить существование особой зоны после 2005 года, но изменить распределение средств.

Андрей Зинченко: Средства из фонда особой экономической зоны необходимо распределять на поддержку социальных программ. Именно на повышение уровня жизни людей. А то, что часть этих средств выделялась на кредиты акционерным обществам, это действительно было. И я считаю, что необходимо предприятиям создавать условия для работы, а деньги выделять им необязательно.

Михаил Соколов: Исполняющий обязанности губернатора Магаданской области Николай Дудов считает удачной нынешнюю практику.

Николай Дудов: Резерв, который у нас имеется, это, конечно, особая экономическая зона. Все доходы, поступающие в особую экономическую зону, распределяются в соответствии с законом, в том числе на 1/3 и на развитие социальной сферы. Это очень большое подспорье, это резерв, и мы должны и дальше заботиться о том, чтобы эта зона существовала. Во всяком случае, пока она будет до 2005 года, нужно думать уже о том, чтобы сохранить ее и на более поздние сроки именно вот в том режиме, который сегодня существует.

Михаил Соколов: Между тем, реальность такова: серьезных социальных объектов создано не было, а каждое из построенных госпредприятий сегодня в той или иной форме убыточно. Например, новое предприятие по производству взрывчатых веществ работает так, что его взрывчатка для горных работ намного дороже завозной. Магаданский мэр Николай Карпенко признает: нужно дорабатывать технологию. А на аффинажном заводе обнаружены хищения, сообщил кандидат в губернаторы Владимир Марков.

Владимир Марков: Золото исчезало (я об этом говорил открыто) на пробности, на выходе шлака. Здесь уголовное дело возбудили. Я думаю, оно будет доведено до конца.

Михаил Соколов: Кризис золотопромышленности продолжается, говорит Александр Сечкин. Одна из причин - деление области на зону вокруг Магадана и собственно не имеющую льгот Колыму.

Александр Сечкин: Вот создание зоны, оно нарушило равновесие в области. То есть привело к оттоку материальных, денежных, финансовых ресурсов с трассы.

Михаил Соколов: Кандидат от СПС считает, что кризис горной промышленности был связан как раз с грабительскими действиями губернатора Цветкова и его команды.

Александр Сечкин: 3 района у нас, в принципе, с очень хорошей рудной базой. И здесь только помогать, не мешать предпринимателям, не отпугивать крупные инвестиционные компании требованием на свой карман положить 50 процентов. Это требование было универсальным, и у нас многие компании, которые проявляли интерес к тем или иным объектам, просто уходили из области, хлопнув дверью.

Михаил Соколов: Требование губернатора было?

Александр Сечкин: Это требование областной администрации. Та ситуация, которая на "Дукате" сложилась, когда вроде бы завлекли канадцев, а когда они, в общем-то, раскрутились, цена серебра пошла на мировом рынке вверх, появляется российская корпорация, которая неожиданно вторгается в этот бизнес. И канадцев при помощи областной администрации просто "кинули". Люди были отброшены от бизнеса. Я считаю, что в тот момент похоронили имидж Магаданской области.

Затем ситуация, когда 1,5 года непрерывное давление на "Кубаку", чтобы заставить деньги золотого кредита, которые должны были вкладчики с российской стороны правительства заставить заплатить, причем - заплатить не правительству, а заплатить на оффшорные счета.

Эта администрация уже была для иностранцев пугалом. Вот это требование 50 процентов это было требование даже не экономическое, а идеологическое, потому что авторитарный режим управления, он требует, чтобы все было под контролем.

Независимые игроки, иностранные или российские, они этой власти были не нужны.

Михаил Соколов: Мэр Магадана Николай Карпенко уверен, что на сегодня главное - восстановить инвестиции в разведку ресурсов, ведь в ближайшее время известные горнякам и старателям месторождения будут исчерпаны.

Николай Карпенко: Конечно, надо было вкладывать деньги в геологоразведку, потому что по рассыпным районам там балансовый запас определяется - 2 - 2,5 года...

Михаил Соколов: Следует также дать заработок и вольным старателям, работающим в тайге. В этом лидер магаданских "жириновцев" Юрий Гришан вполне согласен с моим коллегой Михаилом Горбуновым.

Юрий Гришан: Люди, которые вот сегодня живут в наших золотодобывающих районах, им не надо много денег. Вообще социальная планка очень низка. Он берет с собой несколько булок хлеба, несколько банок сгущенки или тушенки и пошел к реке с лотком. Он не хочет это золото везти куда-то, нарушать закон. Он принесет в Сусуман. Должна быть золотоприемная касса. Взвесили... Как, помните, мы читали Джека Лондона романы? Взвесили, ему заплатили деньги, пожали руку и говорят: "Спасибо. Ты внес свой вклад в валютную кладовую страны".

Михаил Горбунов: 200 грамм золота в год, что, в принципе, может любой колымчанин, который 5 лет здесь живет хотя бы. 200 грамм золота в год - это больше для любого пенсионера, чем пенсия, которую он получает за тот же период. И, может быть (это не мое мнение, это мнение многих золотодобытчиков Колымы), может быть, местной власти было и не выгодно, чтобы эти люди получили свободное право добывать. Хотя на словах они говорили: "Мы там где-то что-то пробиваем..." Вот не верится как-то в это.

Юрий Гришан: Дать свободу - это самое страшное, что не хотела делать наша администрация. Абсолютная власть, абсолютное подчинение всех и вся вот этой вертикали и единому человеку. То есть когда крупное предприятие, ему нужно много денег. Он должен прийти в банк. Банк, как мы знаем. тоже подчинялся: дать - не дать, кому, позвонили... "Есть залог, - мне сказали дать." И - дают.

А этот человек - правильно, он независимый. Он взял летом семью, пошел на ручей, помыл золото. Купил себе билет на самолет - не на ту авиакомпанию, которую ему предлагает администрация, а на ту, на какую он захотел.

Михаил Соколов: Мэр Магадана Николай Карпенко обещает решить проблему свободного вольного приноса золота. Если этого не будет, в поселках трассы будет процветать подпольная скупка металла.

Николай Карпенко: Конечно, надо принимать закон о вольном приносительстве. Он, кстати, был до 1978 года здесь вот, в Магаданской области. Сегодня его надо принимать, он в первом чтении принят.

Михаил Соколов: Мэр Магадана уверен, что проблема сейчас - в отсутствии государственной стратегии развития Севера.

Николай Карпенко: Основная стратегия государства на ближайшие 50 лет будет основываться на минерально-сырьевом комплексе, который находится здесь. Вот здесь, где мы живем.

Сегодня высокоразвитые страны - 2-3 процента прирост. Они - за счет высоких технологий. У нас нет высоких технологий. Нам надо - для того, чтобы приблизиться по жизненному уровню к тем государствам, куда нас сейчас приняли (во все демократические институты), - прибыли надо давать 4-6 процентов. За счет чего? Только за счет минерально-сырьевого комплекса. Не будет у нас 4-6 процентов, не будет, если здесь народ так будет жить.

Михаил Соколов: Николай Карпенко считает, что будущее - за вахтовым методом освоения области с опорой на Магадан и крепкие поселки колымской трассы.

Николай Карпенко: Если посмотреть сегодня на Магаданскую область, то здесь уже сформировался вахтовый метод. Вы посмотрите на последние месторождения. "Кубака" - вахтовый, "Джульетта" - вахтовый, "Школьная" - вахтовый, "Ветренка" - вахтовый. Это вот то, что сегодня определяет экономическое развитие Магаданской области.

Михаил Соколов: А база - Магадан?

Николай Карпенко: А база должна быть - Магадан, и база должна быть - поселки колымские, которые имеют сегодня прекрасную инфраструктуру.

Михаил Соколов: Тема нынешней избирательной кампании на Колыме - ее будущее. Колымчане сегодня откровенно говорят, что при вполне возможном укрупнении субъектов Федерации в нынешнем состоянии Магадан может проиграть в конкурентной борьбе за роль столицы нового Северо-Восточного региона. А когда-то Магадан был столицей "Дальстроя".

Руководителям региона надо понять, что приходит новое время, уверен лидер СПС в области Александр Сечкин.

Александр Сечкин: Объединение - это просто дело времени. И, конечно, тот город, тот регион, у которого культурный, образовательный, медицинский, спортивный уровень будет наибольшим, тот станет центром.

Сегодня вот Магадан пока еще сохраняет традиции. У нас лучшее образование, у нас довольно бурно прогрессирует высшее образование.

Михаил Соколов: Одна из главных проблем трассы (так называют собственно колымские районы) это расцвет таежного беззакония. Люди в далеких поселках беззащитны перед местным начальством. Всюду клановость, круговая порука насаждавшейся губернатором районной власти, руководителей судов и прокуратуры.

В 2001 году Виктор Круглов выиграл выборы в Среднеканском районе и 1,5 года ходит по судам. Решением Верховного Суда России победа его конкурента признана сфальсифицированной. Экспертиза доказала: протоколы были сфальсифицированы одной рукой. Председатель участковой комиссии осуждена на полгода исправительных работ, но избежала наказания по амнистии. Незаконно занимавший свой пост глава района ушел в отставку. И хотя руководителем района Круглов не стал, все-таки проводятся новые выборы.

Лидеры СПС и "Яблока" в Магадане после этого прецедента считают, что еще после нескольких дел, которые находятся в Верховном Суде России и могут быть выиграны, в Магаданской области может заработать судебная система.

Кроме того, есть и другие перемены. Поскольку колымская элита раскололась, ослаб и цензурный гнет. Стало легче тем, что пытался быть принципиальным и при Валентине Цветкове.

Журналист Иван Субботин за непокладистость потерял пост главы областной телерадиокомпании. Он создал частную газету "Колымский тракт" и заставил даже губернатора Цветкова прислушиваться.

Иван Субботин: Как Валентин Иванович относился к прессе? Я скажу, что он относился жестко, не терпел, в принципе, инакомыслия, но когда он считал, что это нужно и как-то выгодно, он шел на эти вещи. Допускал их.

Михаил Соколов: Что значит - "допускал"? То есть все-таки он не пытался закрыть какие-то издания, которые его критиковали?

Иван Субботин: Вот этого нет. Этого вот, насколько я знаю Цветкова, этого не было.

Ну, мне, например, Цветков звонил часто. Когда ему не нравились какие-то материалы, напрямую звонил. Мы с ним разговаривали. Были достаточно жесткие обмены мнениями. Мне в ряде вопросов его далось убедить, что он не прав. Это обычно было очень сложно - его убедить, что он в чем-то не прав.

Михаил Соколов: На Валентина Цветкова работала целая пропагандистская машина. Она, в значительной мере, действует и сейчас, считает лидер магаданских правых Александр Сечкин.

Александр Сечкин: Ну, он, прежде всего, с чего начал? Он взял под контроль СМИ. Особенно электронные СМИ. Это промывка. Вот здесь работал он, не жалел ни денег, ни сил. У него была своя статья расходов, имел право заключать контракты с наиболее достойными как бы людьми из своего окружения. Почти все редактора - в числе вот этих контрактных. Умопомрачительные суммы.

Здесь он не допускал никакой промашки.

Все областные СМИ четко работали, это действовало. Люди многие и сейчас живут вот под этим - что за эти 5 - 6 лет им вдалбливали, зомбировали; они под этим и живут.

Михаил Соколов: Тем не менее, люди начинают просыпаться. Еще в ноябре депутаты магаданской думы послушно голосовали за кредиты водочным магнатам, а в декабре, когда чиновники администрации попытались возродить при рассмотрении бюджета худшие варианты прошлого, команда исполняющего обязанности губернатора Николая Дудова столкнулась с жестким сопротивлением.

Этот конфликт кандидат в губернаторы Владимир Марков оценил весьма скептично:

Владимир Марков: Что раньше дума молчала, и ее "имели", то теперь она, как говорится, стала силой, которая захотела тоже "поиметь" власть.

Михаил Соколов: Но в итоге все же администрации региона пришлось соблюсти процедуру - отстаивать бюджетные проектировки, раскрыть многие неприятные тайны. Гласность высветила недоступные ранее цифры, демонстрирующие чудовищную бесхозяйственность властей Магаданской области, и теперь об этом много пишут. Все это явно раздражает тех, кто ставит на то, чтобы именно их доверчивые граждане считали продолжателями лучших дел Валентина Цветкова.

Мнение бывшего вице-губернатора Андрея Зинченко:

Андрей Зинченко: Слава Богу, что сейчас можно увидеть действительно тех самых иуд, которые пригрелись и которые ждали своего момента. Можно просто для себя галочки ставить и смотреть, кто есть кто.

Михаил Соколов: Есть опасения, что стиль и методы губернаторского управления воротятся в обличье нового колымского лидера.

Лидер ЛДПР Юрий Гришан хоть и баллотируется сам, верит в новую фигуру магаданского мэра.

Юрий Гришан: Если придет управленец... а вот Николай Карпенко - он как раз управленец. Я всегда говорю, что бизнесмена избирать губернатором нельзя. Ибо он с этого места начинает продолжать свой бизнес. Надо избирать чиновника. Приход к власти другого человека это будет однозначно другая политика.

Михаил Соколов: Для происходящего ныне на Колыме журналист и депутат областной Думы Иван Субботин нашел историческую аналогию: хрущевское время, "оттепель".

Иван Субботин: Я называю этот период вообще оттепелью. Колымской, магаданской оттепелью среди вот такой достаточно суровой зимы. Как в любой оттепели, конечно, здесь вот эти проталины, реки информации, это раньше просто и давилось, и скрывалось. А, может быть, просто в журналистах работал тот самый внутренний редактор, который заставляет тебя порой молчать, когда тебе никто и не приказывает это делать.

И, конечно, же сейчас очень подробно идет речь и о семье, и о семейных предприятиях, и об алкоголе, на котором наживаются, оказывается. Вот мы сейчас занимаемся расследованием. И когда мы публиковали материалы очень острые, касающиеся областного бюджета, раскрепощения областной думы, то из той же областной администрации сыпались через подконтрольные СМИ насмешки, прямые указания на то, что - "Ребята, все это у вас до выборов. А после выборов придет новый губернатор, кто бы он ни был, опять начнется зажим гаек и так далее, и так далее".

Если губернатор поймет, что нельзя в таком уродливом режиме, который был, содержать областную законодательную власть, то я думаю, что пойдет нормальный законотворческий процесс в думе, нормальная работа исполнительной власти. А вместе - слаженная работа по решению задач, которые стоят перед областью.

Дума сегодня стала другой. Я не думаю, что новый губернатор, ну, во всяком случае, явно как-то попытается загнать думу в прежнее стойло.

Понимаете, когда ты вдохнул этот глоток свободы, потом тебя тоже достаточно трудно сломать.

Михаил Соколов: Мэр Магадана Николай Карпенко пытается убедить избирателей, что заморозков после оттепели не будет. Он не собирается пренебрегать нормами демократии.

Николай Карпенко: Государственность надо выстраивать. Опасность в чем, когда выстраивается государственность, когда выстраивается какая-то вертикаль? Чтобы у нас не было, как у нас уже в нашей истории часто бывало.

Поэтому, конечно, сегодня нужны партии, сегодня нужна пресса свободная, которая могла и которая единственная, кто может об этом говорить и сказать. И предостеречь.

И я, может быть, ну, странным покажусь, но я хочу сказать: честь должна быть по труду, и изгоев и, будем так говорить, приближенных, любимчиков у нас не должно быть на территории. Тем более что нас осталось здесь 200 000.

Михаил Соколов: Представитель правых Александр Сечкин рассуждает о том, что набор не очень сложных системных мер позволит Магаданской области избавиться от одиозной коррупции.

Александр Сечкин: Прежде всего - аукционы. Любой малейший региональный, муниципальный заказ - на аукционах. Казначейская система. Все должно быть абсолютно открыто и прозрачно. Тогда мы просто уберем почву. Почву надо убрать, и будут те же люди нормально работать. Задача - не пересажать тех, кто сегодня разворовывает бюджет, а создать такие условия, чтобы они не могли ни копейки отщипнуть от бюджетного пирога.

Обычные рыночные механизмы. Их сейчас Хлопонин внедряет. Они у Абрамовича, они у Штырова в Якутии. То есть - в соседних регионах.

Михаил Соколов: Выборы сейчас в самом разгаре. Местные аналитики претендентами на выход во второй тур считают мэра Магадана Николая Карпенко, которого поддержали крупные золото- и рыбопромышленники, и исполняющего обязанности губернатора области Николая Дудова. За каждым (это видно по финансовым отчетам) немалые средства. Портретов на улицах полно. Особенно забавен плакат Карпенко. Выглядит он точно как зимний Ельцин - в пыжиковой шапке и характерном пальтеце.

Не исключено, что, как в Приморье, из-за спины фаворитов, как когда-то Сергей Дарькин, во второй тур способен ворваться кто-то из молодых - Александр Сечкин, Александр Зинченко, Владимир Марков или Андрей Шамирян.

Политическая жизнь Колымы продолжается. Надеюсь, не без учета трагедии Валентина Цветкова.

Губернатор Цветков хотел войти в историю региона как человек, возродивший Колыму, всегда и во всем шедший напролом, как ему казалось, ради дела, не забывая себя и ближних. В другой жизни, оказалось, уже не нужны жадно нажитые миллионы. Да и многие земные достижения Цветкова, оказывается, умерли еще до его смерти. Слава, в которую верил губернатор, вдруг оказывается совсем иной после того, как с дел его спадает державшаяся силой его невероятной воли информационная пелена.

А что же помпезный храм, возводимый к 60-летию лагерной области в центре Магадана на бюджетные деньги, невзирая на то, что здесь на всю область нового жилья было построено за год объемом в одну 4-подъездную пятиэтажку? Сейчас, говорят все, уже дешевле его достроить.

Говорят, вздыхая, кандидаты в губернаторы. Владимир Сербинов уже посчитал:

Владимир Сербинов: Содержание этого храма обойдется бюджету во столько, во сколько обходится весь бюджет на образование. То есть я понимаю, что храм должен содержаться на средства прихожан, но непонятно, откуда возьмутся эти средства, потому что в Магадане нет столько.

Михаил Соколов: На одном из колоколов магаданского кафедрального собора уже отлито имя Валентина Цветкова. Видимо, как напоминание власти предержащим, стоило бы добавить рядом "sic transit Gloria mundis" (так проходит земная слава, так проходит время).

(песня)
Подрастут, разлетятся дети,
Но среди других земель и стран
Будет им дороже всех на свете
Их родной далекий Магадан...

XS
SM
MD
LG