Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Голоса Чеченского референдума. Донской парламентаризм


Выборы в Новороссийске закончились победой кубанской власти. Ставленник губернатора Краснодарского края Александра Ткачева, временно исполнявший обязанности мэра города Владимир Синяговский, получил 72 процента голосов. Еще двое, Петр Каширин и Иван Нудной, - полтора процента вместе. Зато четверть горожан, пришедших к урнам, голосовали против всех.

Не допущенный к участию в выборах депутат Государственной Думы России от Новороссийска Сергей Шишкарев пообещал опротестовать незаконное, по его мнению, проведение выборов в суде. Вряд ли ему стоит надеяться на успех: акция была санкционирована на самом верху. Уж больно ловко губернатором Александром Ткачевым была проведена смена власти в Новороссийске, уж больно бесцеремонно действовали суды, игнорировала запросы Думы Генеральная прокуратура, демонстрировала показное беспокойство и мало что делала Центральная избирательная комиссия. Там, видимо, говорились к выборам главы, единогласно сделав вновь председателем Александра Вешнякова. Новороссийск - это не первые и не последние в России псевдовыборы, подтверждающие: нет предела искусству манипуляции.

Сегодня в центре внимания в программе "Выборы-2003" будут итоги конституционного референдума в Чеченской республике и кампания по избранию Законодательного собрания Ростовской области.

* * *

Чеченский референдум. Как выглядело всенародное одобрение проекта конституции Чечни? В республике, где идет война, побывал специальный корреспондент Радио Свобода Владимир Долин.

Владимир Долин: Грозный похож на декорации к фильму о жизни после ядерной катастрофы. Последний раз я был здесь накануне штурма города российскими войсками во вторую чеченскую кампанию. Могу засвидетельствовать: то, что уцелело в первую войну, разрушено во время второй.

Только пристально всмотревшись в развалины, видишь, что город-призрак жив. Вот среди руин на импровизированной спортивной площадке пацаны гоняют мяч. Вот окно разрушенной пятиэтажки затянуто пленкой, а на балконе последнего этажа соседнего дома висит свежевыстиранное белье. Значит, в развалинах кто-то живет. Надписи "Здесь живут люди" или просто "Люди", для краткости, на воротах немногих уцелевших частных домов призваны играть роль охранной грамоты. Судя по количеству пулевых пробоин на воротах и ставнях этих домов, эта немая мольба никого не убедила. Но иногда за воротами мелькнет тень - значит, этот дом обитаем.

И, действительно, Грозный жив. По утрам дети спешат в немногие уцелевшие школы, студенты - в университет, чиновники - на службу, торговки - на рынки. На улицах разливаются трели свистков, гаишники останавливают особо ретивых джигитов, которые умудряются проехать на красный свет единственного уцелевшего в городе светофора. Военные мчатся по своим неотложным делам, не утруждая себя соблюдением правил движения, их машины и бронетранспортеры милиционеры, понятно, останавливать не рискуют.

Но в день референдума Грозный как будто вымер. Всегда многолюдные базарчики, которые не прекращали работу даже во время обстрелов и боев, опустели. Закрылись убогие кафе и шашлычные. Некоторое оживление было заметно лишь у избирательных участков.

Участок номер 372 в здании двухэтажного детского сада в поселке Калинино. На крыше - снайперы, по периметру - автоматчики, чеченские милиционеры. К трем часам дня, по данным избирательной комиссии, оказывается, проголосовало 800 человек из 1800 зарегистрированных избирателей. Отсутствие народа изрядно заскучавшие без дела члены участковой комиссии объяснили склонностью чеченцев голосовать в ранние утренние часы.

Пенсионер Лапу Татаев только что отдал свой голос за проект конституции республики. Лапу Татаев верит в наступление мира после референдума, еще больше он верит в президента России Владимира Путина.

Лапу Татаев: Раз заинтересован сам президент Российской Федерации, об этом он много раз утверждал, это есть гарантия народу.

Владимир Долин: Но вот сына своего, четыре года назад уехавшего в Голландию, старик на родину не зовет.

На стене средней школы, где располагается избирательный участок номер 377, свежая отметина от ВОГа - так называется граната для стрельбы из подствольного гранатомета. Жители окрестных домов уверяют, что в ночь накануне референдума школу обстреляли - не боевики с целью сорвать процесс голосования, а - солдаты; спьяну, наверное. За 4 часа до закрытия участка в здании школы пусто - видно, все желающие избиратели уже проголосовали. У соседнего здания - группа молодежи. Один из молодых парней по имени Лом-Али делится впечатлениями.

Лом-Али: Сейчас я вышел, и по телевизору сказали, что 50 процентов проголосовало. Вот этот участок, я здесь стою, абсолютно сюда люди не идут.

Владимир Долин: Сам Лом-Али референдум игнорирует по принципиальным соображениям.

Лом-Али: Я себя не ощущаю звеном российского законодательства, не считаю себя гражданином этого... Тем более, я не могу предать кровь своих предков - пойти на референдум и своей рукой подписать, что я согласен. Я не могу этого сделать, потому что мои предки... Столько людей погибло, и за это идти голосовать? Может быть, я и пошел бы, допустим, чтобы сказать "нет", но это ничего не решит.

Владимир Долин: Указав на спецназовцев, Лом-Али излагает свой план мирного урегулирования в республике.

Ломали: Я хотел бы, чтобы вот эти все покинули Чечню и оставили нас в покое. А референдум не изменит, потому что, это ясно же, люди воюющие могут решить. Если бы они пошли на референдум, другое дело, но они же не пойдут. С ними надо вести переговоры, только с Масхадовым.

Владимир Долин: Сосед Лом-Али - Асламбек Исмаилов не верит в референдум.

Асламбек Исмаилов: Обвиняют Буша, что он в Ирак влез с войной, а сами они кто? Они точно так же нас забрасывали ракетами, бомбами, всем нас забрасывали. А сейчас они такие, знаете, для нас золотой палас постелили, референдум - и все будет прекрасно. Только проголосуйте - все у вас будет. Да ничего у нас не будет, у нас все точно так же будет продолжаться. А Буша обвиняют. Надо сначала посмотреть в свой глаз, в своем глазу они бревно не видят, а у другого и соринку заметят.

Владимир Долин: Однако Асламбек Исмаилов не только сам принял участие в голосовании, но и жену привел.

Асламбек Исмаилов: У нас недели две войска оцепляли дома. Серию паспорта, ничего больше, ни оружия не искали, а просто паспорта. Фамилию, имя, отчество, год рождения и серию записывали и уходили. Это конечно, ясно, просто чтобы прошли и проголосовали. Мы надеемся на лучшее, конечно.

Владимир Долин: Грозный стал конечной точкой маршрута группы журналистов. А начали мы свой путь по мятежной республике с северного Наурского района, значительную часть населения которого составляют русские.

На границе Чечни автобус с журналистами встретила охрана - несколько десятков вооруженных до зубов бойцов СОБРа. Командир отряда сразу объявил, что в целях безопасности журналисты должны беспрекословно выполнять все распоряжения конвоя. Двое спецназовцев заняли места в автобусе, остальные расселись по "УАЗикам", и кортеж двинулся вглубь мятежной республики.

Первая остановка - в селе Чернокозово, с печально известным следственным изолятором, в котором тысячи виновных перед законом и абсолютно невинных чеченцев подвергались нечеловеческим пыткам. Автобус с журналистами остановился перед клубом, где размещается избирательный участок номер 201. Охрана рассыпалась в цепь по периметру площади перед клубом. В этом оцеплении и пришлось работать. Справедливости ради стоит сказать, что охрана и сопровождающие журналистов чиновники из аппарата помощника президента Сергея Ястржембского в разговоры не вмешивались, разве что торопили - впереди была неблизкая дорога к столице республики.

В Чернокозове избиратели шли на референдум охотно. Старенькие динамики надрывались: праздник требует музыки. Ноздри щекотал терпкий шашлычный дымок. Неподалеку от входа в клуб немолодая чеченка управлялась с шампурами - непорядок, шашлык должен готовить мужчина. Из клуба выходят две старушки в ветхих пальто, Лидия Тарасянова и Вера Захаревич.

Лидия Тарасянова: Мы с большим удовольствием идем, как на праздник, чтобы был мир у нас, чтобы все было. Вот сейчас как хорошо, пенсию нам выдают, все у нас вроде бы сейчас налаживается, но чтобы было еще лучше.

Вера Захаревич: Ну что ж, может быть, действительно что-нибудь, какой-то мир будет. Миленькие вы мои, уже нам надоело, там стреляют. А так мы все дружные, соседи мы все, и чечены, и русские, каждый кусок хлеба у нас вместе.

Владимир Долин: В начале второй чеченской кампании Вера Захаревич лишилась квартиры: разбомбила родная российская авиация. После референдума бабушка рассчитывает на компенсацию.

Вера Захаревич: Дом мой разбили, имущество все разбили. И все-таки все равно жду чего-то, дите мое, жду я. Может быть, заплатят. Не заплатят - пускай устанавливают мне, мне одинаково. А ехать мне некуда.

Владимир Долин: А пока кров для бездомной старушки предоставила чеченская семья.

Вера Захаревич: И вот четвертый год я живу на квартире. И знаете, у чечен на квартире. Вот она не живет тут, они мне дали этот уголочек, и я живу, и никто меня не выгоняет. Все со мной обращаются хорошо, все на свете, и говорят: "Может быть, у тети Веры что-нибудь получится".

Владимир Долин: Виктор Тишков, инвалид, ветеран Чернобыля, надеется, что после референдума он наконец-то получит положенные ему льготы.

Виктор Тишков: В России, конечно, там помощь им есть эта, а здесь ничего нету.

Владимир Долин: 64-летний Пата Умаров пришел на избирательный участок при всех регалиях. Значок "Ударника коммунистического труда", медаль в честь 100-летия Ленина - может быть, и не высокие награды, но старик ими гордится. Пата Умаров проголосовал за конституцию.

Пата Умаров: Референдум нужен, конституция нужна, законы нужны - все нужно. А знаете, что не нужно? Когда ночью заходят, в 3 часа заходят, дверь ломают - вот это не нужно. В три часа заходят, маски одевают. Вот в Капустине, хутор Капустин, 7 человек нашли, трупы нашли, 4 человека без голов находят. А где находится наше начальство, где находится закон? Для этих закона что, нет, что ли?

Владимир Долин: В захоронении на хуторе Капустин был обнаружен труп чабана из селения Алпатовка, что неподалеку от Чернокозово. Его увезли из собственного дома на бронетранспортере. Командование группировки федеральных войск категорически отрицает причастность своих подчиненных к похищениям, бесследным исчезновениям и убийствам гражданских лиц. Но в Чечне мало кто верит заверениям генералов. Не верит и Пата Умаров.

Пата Умаров: У кого вот из этих чеченцев, о которых они сейчас говорят, бандитов, террористов...

Владимир Долин: Надежды на то, что после референдума власть республики сформируют сами чеченцы, похоже, призрачны. Даже высокий пост в структурах пророссийской администрации Чечни не является гарантией личной безопасности. Рассказывает депутат Государственной Думы Сергей Ковалев.

Сергей Ковалев: Многие главы администраций населенных пунктов чеченских - это единственная защита населения. Как к ним относится федеральная власть, очень легко видно на примере такой замечательной женщины Малики Умажевой, как раз главы администрации одного из сел. Ее просто застрелили федералы, она была несговорчивая, она не хотела подписывать некие протоколы, где была явная ложь, после зачисток. Например, подписать протокол, что некие 7 трупов возникли в результате боевого столкновения, а никакого столкновения не было.

К ней пришли с обыском, не первый раз пришли с обыском, положили всех на пол, потом предложили ей пойти и открыть сарай для продолжения обыска. Дети - там были и свои дети, и племянницы - закричали: "Не убивайте маму". Офицер сказал: "Мама через некоторое время вернется цела и невредима, обещаю вам это". Только они вышли за порог - выстрел и труп.

Владимир Долин: А вот другая история. 12 февраля колонна из четырех бронетранспортеров и нескольких автомобилей "УАЗ" подъехала к дому заместителя министра финансов в правительстве Ахмада Кадырова Магомеда Шагидаева в селе Старая Сунжа. Военнослужащие ворвались в дом, похитили и чиновника, и его 25-летнего сына Ахмеда. Их местонахождение до сих пор неизвестно. Ни одна из силовых структур не берет на себя ответственность за их задержание. Специальный представитель президента России по правам человека в Чечне Абдул-Хаким Султыгов бессилен помочь.

Абдул-Хаким Султыгов: Идет расследование. Он находится у преступников. Раз человек задержан, и ему не предъявлено обвинение, родственники не оповещены - значит, его задержали преступники, на чем бы они ни приезжали. В БТРах - что, вы полагаете, не могут находиться люди, которые нарушают закон? Я не о боевиках говорю сейчас. У нас в вооруженных силах нет преступников, что ли? Есть, конечно.

Владимир Долин: В селении Толстой-Юрт, извечном оплоте антидудаевской, а затем и антимасхадовской оппозиции, граждане голосовали еще активнее, чем в Чернокозове. На избирательном участке даже очередь выстроилась. 36-летний Шамиль, одобривший конституцию, размышляет о суверенитете Чеченской республики.

Шамиль: Простому рабочему чего надо? Работу и чтобы деньги платили, правильно? Я же такой человек, как и ты, своя семья, дом. И каждому хочется, чтобы дома сытно было. Для нас, простых, можно в составе России, в составе Кубы - лишь бы войны не было.

Владимир Долин: Глава администрации села Русламбек Исламов в 1997 году голосовал за Аслана Масхадова, а сегодня голосует за конституцию, провозглашающую Чечню неотъемлемой частью России.

Русламбек Исламов: Надоело. Надоел весь этот беспредел, беззаконие. 12 лет это продолжается, конец-то должен быть.

Владимир Долин: 12 лет беспредела, о которых говорит сельский лидер, включают и без малого 6 лет, когда в Чечне находились федеральные войска. Москва полностью несла ответственность за порядок в республике.

В северных районах Чечни, где население традиционно лояльно России, голосование проходило примерно так же, как в селах Толстой-Юрт или Чернокозово. Как голосовали в лагерях беженцев в Ингушетии, рассказывает корреспондент Радио Свобода на Северном Кавказе Юрий Багров.

Юрий Багров: На территории республики были открыты два участка для голосования: один - в станице Сельцовская, другой - на окраине палаточного лагеря "Барт". Урны для голосования были размещены в специально разбитых по этому поводу палатках ядовито-синего цвета. Людей в камуфляже было не меньше, чем самих беженцев, они сновали повсюду, выборочно проверяя документы, как у вынужденных переселенцев, так и у журналистов.

Рамиса Магомадова рассказала, что пришла голосовать, потому что услышала по телевидению о возможной амнистии для жителей республики.

Рамиса Магомадова: Хочу, чтобы освободили невинных наших сыновей. Нам обещали золотые горы, что будет все свободно в Чечне, что даже освободят из всех тюрем наших сыновей и наших детей.

Юрий Багров: Возможная амнистия вызвала серьезный спор среди чеченцев. Малика Дадашева уверена, что это очередная уловка властей, чтобы заставить людей прийти к избирательным участкам.

Малика Дадашева: Я не понимаю, например, какую амнистию они имеют в виду? Если вот наших парней забрали, вот я понимаю, если бы они в тюрьмах там числились, - это одно дело. Но если вот этих вот молодых они забрали, их нигде не фиксируют, их ищут их родные, их нигде не находят?! Куда бы они ни обратились, говорят, что их нигде нет. А потом через какое-то время находят трупы их.

Юрий Багров: Многие жители палаточного городка "Барт" бойкотировали разрекламированное мероприятие. "За нас все уже давно решили в Москве", - обреченно говорили мне люди, проживающие на чужбине более трех с половиной лет.

Владимир Долин: Центризбирком Чечни объявил, что в референдуме участвовало 85 процентов жителей республики, за конституцию высказались 96 процентов, за закон о выборах президента - 95, а за закон о выборах чеченского парламента - 96. Эти данные невозможно проверить, так как референдум прошел в отсутствие наблюдателей от Парламентской ассамблеи Совета Европы и ОБСЕ, - так считает корреспондент Радио Свобода в Чечне Амина Азимова.

Амина Азимова: Бросалось в глаза отсутствие на избирательных участках каких бы то ни было наблюдателей. То есть теоретически они, конечно, были и в Грозном, и в северных районах республики, где под большой охраной их возили от участка к участку, на которых наблюдательская миссия высоких гостей ограничивалась, как правило, удовлетворением по поводу числа голосующих.

Между тем за последние 10-12 лет в Чечне проходило несколько правообразующих событий всенародного масштаба, начиная от выборов президента Чеченской республики осенью 1991 года и до нынешнего референдума. Я присутствовала на всех этих общенациональных мероприятиях и могу засвидетельствовать, что роль российских и международных наблюдателей на них сводилась не только к экскурсиям по самым спокойным районам Чечни. С момента открытия избирательных участков и вплоть до подведения окончательных итогов голосования представители различных международных организаций, в том числе ОБСЕ и ПАСЕ, находились на участках, внимательно следили за тем, чтобы во время голосования не было никаких нарушений, в том числе и за тем, чтобы на избирательных участках не проводилась никакая агитация.

В прошлое же воскресенье везде работники участковых комиссий объясняли мне, насколько важно для республики принятие конституции и законов о выборах президента и парламента, тем самым склоняя меня к тому, чтобы проголосовать за них. Всех работников избирательных комиссий волновал лишь вопрос обеспечения явки голосующих.

Владимир Долин: В селении Толстой-Юрт я встретил так называемых международных наблюдателей во главе с Юрием Яровым, исполнительным секретарем Союза независимых государств. У Юрия Ярова богатый опыт наблюдения за выборами, которые трудно назвать демократическими при самой большой фантазии.

Юрий Яров: Ну, мы же не первый раз наблюдаем. Первое наблюдение было - это выборы президента в Белоруссии, затем были выборы парламентские в Украине, в этом году мы были на двух турах в Армении.

Владимир Долин: Референдум в Чечне, по мнению Юрия Ярова, соответствует нормам демократии.

При въезде в Грозный у блокпоста развевается голубой транспарант. Лозунг на полотнище гласит: "Единая Россия - стабильная Чечня". На плитах укрепление, из-за которого выглядывает пушка боевой машины пехоты, надпись - "Стреляю без предупреждения". Это и есть основная гарантия единства России, стабильности в Чечне и конституционных прав граждан республики.

Михаил Соколов: Это был репортаж из Чечни специального корреспондента Радио Свобода Владимира Долина.

* * *

Партийная жизнь. Состоялся пленум "Партии жизни". На нем в ее ряды был принят глава Совета Федерации Сергей Миронов. Рассказывает Владимир Прибыловский.

Владимир Прибыловский: Спикер Совета Федерации Сергей Миронов получил партийный билет "Российской партии жизни". Миронов для "Российской партии жизни" - это почти как Ленин для КПСС - родоначальник.

Сначала у Миронова было движение "Воля Петербурга" с аббревиатурой "ВП". И ехидные петербуржцы расшифровывали это как движение "Вова Путин". На основе "Воли Петербурга" в июне прошлого года была учреждена "Российская партия жизни", в которую, правда, сам Миронов сначала формально не вошел. Почему было выбрано такое странное название, а не "Воля России", как думали сначала, трудно сказать. Возможно, потому, что отец-основатель партии предлагал ввести в Уголовный кодекс пожизненное заключение без права помилования вместо смертной казни. Хотя логичнее было бы тогда именоваться "Партией пожизненного заключения".

"Партия жизни" сразу же объявила себя очередной "партией поддержки замечательной политики президента". В России сейчас таких партий поддержки Путина - или партий административного ресурса - добрая дюжина.

Говорят, что в "Партию жизни" в качестве рядового члена недавно вступила или вот-вот вступит гражданка Людмила Путина, и говорят, что - "та самая". Если действительно это та самая Людмила Путина, тогда у "Российской партии жизни" большие перспективы. Как минимум это означает, что при формировании единого списка партий административного ресурса и разделе между ними одномандатных округов у Миронова будут очень хорошие стартовые условия для торговли. А как максимум - вдруг сбудутся самые сокровенные мечты? - в последний момент администрация увольняет постылых "единороссов" и назначает главной президентской партией "Российскую партию жизни". А что? В 1999 году политтехнологи Березовского раскрутили для Путина блок "Единство" за два месяца, практически с нуля.

Как говаривал покойный Александр Лебедь, коней на переправе на меняют, а ослов нужно и можно менять. Даже жалко, что такой перемены на переправе, скорее всего, не произойдет, слишком много средств администрация уже вбухала в тележку, которую везет ослик "Единой России".

Михаил Соколов: Рассказывал Владимир Прибыловский.

* * *

"В пятом веке до нашей эры в древних Афинах, где процветание государства, по мнению ученых, обеспечивала выборность власти, проживали 30 тысяч взрослых граждан, 70 тысяч иностранцев и 200 тысяч рабов. Рабы и иностранцы не голосовали", - сообщают плакаты на центральных улицах Ростова-на-Дону. Под этой заумью красуется дата "2003 год нашей эры" и гордая подпись: "Избирательная комиссия Ростовской области". Очевидно, что этому учреждению, которым руководит юрист Сергей Юсов, хочется показать народу свою высокую ученость и как-то с выдумкой потратить предвыборный бюджет. Хитромудрые тексты - это вам не банальные растяжки, которые сообщают горожанам, что 30 марта пройдут выборы Законодательного собрания Ростовской области.

Все местные наблюдатели, с которыми удалось побеседовать, сходятся во мнении, называя кампанию серой, с заранее согласованными победителями. Во власть идут представители крупного бизнеса, говорит обозреватель газеты "Город Н" Ольга Курушина.

Ольга Курушина: В Законодательном собрании может появиться намного больше, чем было до сих пор, таких олигархов "местного разлива". Скорее всего, придут люди типа господина Саввиди. Там у нас баллотируются 4 или 5, боюсь сейчас соврать, банкира. Волна номенклатурных бизнесменов тоже достаточно большая. Они поднялись, заматерели, окрепли, и теперь именно вот эта часть - собственники крупных, по местным меркам, предприятий, таких как "Донецкая мануфактура".

Михаил Соколов: Никого в Ростове не удивляют избирательные округа, где всего пара кандидатов и преимущество одного из них очевидно. В центре столицы Дона баллотируется местный олигарх, депутат законодательного собрания Иван Саввиди, только его агитационными материалами и оклеены стенды. Его соперник, профессор и активист "Партии возрождения России" Геннадий Сердюков, виден только на официальных извещениях. Вдобавок к крупному бизнесмену явно благоволит областная власть. Сюжеты о том, как господин Саввиди открывает новую площадку своего табачного производства на левом берегу Дона, показали все телеканалы. Церемонию начала вывода устаревших производств из центра Ростова почтил присутствием сам губернатор Владимир Чуб.

Еще один пример. В том же Ростове депутат Законодательного собрания, член "Яблока" Александр Ищенко баллотируется в паре с никому не известным пенсионером - что забавно, при поддержке партии "Единая Россия". Несколько других кандидатов в этом округе дружно сошли с дистанции. Очень хотелось поговорить с лидерами ростовской организации "Яблоко", которую возглавляет депутат Думы Михаил Емельянов, о таких вот удачах, но все они от общения резко отказались. Ростовский журналист Ольга Курушина считает, что - неслучайно.

Ольга Курушина: У них своеобразное такое политическое лицо. "Яблоко" у нас традиционно пользуется поддержкой областных властей.

Михаил Соколов: В Ростовской области принят суровый закон о выборах, его соавтором является "яблочник" Александр Ищенко. Смелые новации отмечает политолог Александр Мамитов.

Александр Мамитов: Если кандидаты от партии власти имеют по-прежнему возможности привлекать ресурсы, имеют по-прежнему возможности использовать административный ресурс, то кандидаты, которые идут против власти, они оказываются зажатыми теперь в большие тиски, начиная от сложностей с привлечением финансовых ресурсов на региональном уровне и заканчивая возможностями использования средств массовой информации.

Михаил Соколов: Избирательный залог, к примеру, исчисляется дикой цифрой - 750 тысяч рублей. Председатель областной избирательной комиссии Сергей Юсов считает, что никакого горя в том нет.

Сергей Юсов: Та сумма, которая у нас установлена для залога, она действительно очень высока, и в результате у нас залогом воспользовались всего 2 человека. А кто сказал, что если бы их было больше, это было бы обязательно хорошо? Для чего? Для того чтобы легче с помощью денег получать свою строчку в бюллетене?

Михаил Соколов: Кандидаты в Ростовской области были обречены собирать подписи без денежной страховки. В дело вступала и паспортно-визовая служба, а также местные графологи. Однобокость их трудов была видна невооруженным глазом. В Ростове-на-Дону на первом этапе пострадал лидер селезневской "Партии возрождения России" Виктор Вовк. Не был зарегистрирован ни один кандидат от Коммунистической партии. Глава облизбиркома Сергей Юсов утверждает, что коммунисты просто плохо собирали подписи, нечего им жаловаться на предвзятость.

Сергей Юсов: Со сбором подписей у коммунистов почему-то в последние годы действительно возникают постоянные проблемы. Раньше, должен сказать, их в таком объеме не было.

Михаил Соколов: Комиссии были необъективны, доказывают в избирательной штабе Компартии. Это заставило коммунистов доставлять в суды десятки живых свидетелей, доказывавших судьям, что они - реальные люди и давали подписи в пользу кандидатов от партии. Рассказывает первый секретарь Ростовского горкома Компартии, депутат Государственной Думы Николай Коломейцев.

Николай Коломейцев: Мы приводим в суд свидетеля, который говорит, что "это я, вот он, могу вам 250 раз расписаться, и вы посмотрите, что это я". Тогда придумываются другие обстоятельства, что вот закорючка там... Я вам скажу, что, по всей вероятности, это отрабатывается новая методика отсечения от выборов. Попросить человека прийти в суд свидетельствовать - это титанические усилия нужны, понимаете, потому что, ну - "слушай, я вам расписался, а вы еще теперь меня по судам".

Когда вы заявляете свидетеля, идет административная работа со свидетелем. Приезжают и, если вы работаете в бюджетной сфере, вам говорят: "Слушай, ну тебе зачем? Ты сядь, вот тебе деньги, езжай куда-нибудь". На самом деле, с моей точки зрения, это вообще-то мина под гражданское общество.

Михаил Соколов: Из тринадцати обжаловавших решений об отказе в регистрации кандидатов восемь были восстановлены, из них четыре - по Ростову.

А вот у представителей "Единой России" проблем с регистрацией почему-то не было. Председатель исполкома партии "Единая Россия" в Ростовской области Александр Энтин сообщил:

Александр Энтин: Мы создали коалицию центристских сил, подписали меморандум центристских сил, куда вошли ряд партий, многочисленные общественные объединения и организации, и вышли с единым списком кандидатов в Донской парламент практически по всем округам. Из сорока пяти мы поддержали сегодня сорок четыре кандидата в депутаты от партии "Единая Россия", это не только члены партии, это и сторонники партии "Единая Россия". Мы надеемся на создание фракции в Донском парламенте и на победу по большинству избирательных округов.

Михаил Соколов: Список у "Единой России" в самом деле внушительный. Правда, есть одна деталь: из двадцати членов партии лишь один официально сообщил о своей партийности в бюллетене. А так люди уважаемые: директор Вешенского музея Александр Шолохов, глава "Донецкой мануфактуры" Виктор Кузин, шеф "Ростовпромстройбанка" Игорь Пятигорец, гендиректор "Росвертола" Борис Слюсарь, директор "Интуриста" Борис Горин, ректор Ростовского университета Владимир Колесников.

Руководителям и крупным собственникам дорогу расчищают профессионально. О том, как выдавливали кандидатов левых, рассказывает секретарь Ростовского горкома Компартии Николай Коломейцев.

Николай Коломейцев: Даже во время выборов ряд руководителей, которые были выдвинуты нами, собрали подписи и зарегистрировались, под колоссальным административным давлением два человека вынуждены были снять. Почему? Ну, скажем, в Зеленоградском районе выдвинулся руководитель хозяйства, у которого были кредиты. Его приглашают в администрацию и говорят: "Слушай, ты куда лезешь? Ты давай снимись". Человек говорит: "Нет". На следующий день ему банк выставляет: "В связи с форс-мажорными обстоятельствами мы требуем расторгнуть договор и сумму завтра вернуть".

Я утверждаю, что за 8 месяцев до начала выборов все первые заместители глав администраций, ну или как в Ростове, скажем, госпожа Неярохина, председатель городской Думы, как Кузнецов, отчасти Усачев, заместители Чуба, - они напрямую работают по формированию предстоящего своего списка.

Михаил Соколов: Коммунисты подвергаются мощному прессингу, сообщил и депутат Думы от Коммунистической партии Леонид Иванченко.

Леонид Иванченко: Мне звонил один из кандидатов, который работает на севере области, это Шолоховский район, Боковский, Верхнедонской, там идет нашим представителей Рахлин Сергей Назарович, это бывший начальник управления юстиции Ростовской области, который был изгнан из администрации. Он хриплым голосом сообщает, что - "все встречи провожу только на улице"; закрыты клубы, закрыты школы, закрыты любые помещения, где можно было бы повстречаться с людьми.

Михаил Соколов: Внимание властей к коммунистам удивительно, поскольку многие кандидаты, которые участвуют в выборах, не очень-то сильны, считает журналист Ольга Курушина.

Ольга Курушина: Персональный подбор кандидатов у коммунистов довольно слаб. Это люди третьего, пятого эшелона, которые чаще всего не пользуются ни широкой известностью, ни влиянием даже на своих территориях, от которых они баллотируются, ни на областном уровне.

Михаил Соколов: В Ростовской области, на мой взгляд, негласно проводится нечто вроде люстрации, была взята на вооружение идея столь любимого Геннадием Зюгановым национально мыслящего философа Ивана Ильина. Большевикам после победы их противников места в органах власти не должно быть. Депутат Думы от "Союза правых сил" Борис Титенко отмечает, что для такой жесткой антикоммунистической политики на казачьем Дону есть идейная база.

Борис Титенко: Ростовская область - это не просто казачий регион, особенно город Ростов и город Таганрог, например, - это старинные купеческие города, где собственно, кстати, влияния казачества нет. Это буржуазные города. Новочеркасск, столица казачества, вообще-то город интеллигенции. Я думаю, что в Ростове сегодня, в Ростовской области сформировалась элита правящая, и она, конечно заинтересована активно в ограничении влияния коммунистов. И в этом смысле она очень согласованно и дружно работает.

Михаил Соколов: Однако и сами правые оказались на политической обочине. Представители СПС не смогли, в отличие от "Яблока", договориться с губернаторской партией власти, отмечает журналист Ольга Курушина.

Ольга Курушина: Они - это опять же показывает опыт Таганрога - не смогли договориться с областными властями по своим кандидатам, не смогли развести своих кандидатов с относительно реальными шансами и в Таганроге, и в Ростове с представителями "Единой России". Я говорю сейчас об Алле Фроловой и Игоре Пятигорце в Таганроге и о Владимире Щербакове и Игоре Горине в Ростове.

Михаил Соколов: Председателя облизбиркома Сергея Юсова использование властного ресурса не смущает. Он, скорее, за его легализацию, например, в рамках действий партии, которая открыто называла бы себя правящей.

Сергей Юсов: Ну как можно заподозрить ту или иную исполнительную власть, что она совершенно безразлична к тому, кого выберут депутатами Законодательного собрания? Разве такое может быть? Поставьте себя на месте губернатора или его заместителя. Это совершенно естественно. Весь вопрос в том, в каких формах это делается, в законных или незаконных. Это делается в результате насилия, в результате откупа, в результате грубого нажима или в результате каких-то переговоров, какой-то раздачи потенциальных договоренностей каких-то?

Михаил Соколов: Политика такова. Местные газеты о выборах практически не пишут. Ростовский закон углубил федеральный: прессе просто всадили кляп в горло, ввели настоящую цензуру. Публикуются только рекламные похвальбы самих кандидатов, тех, у кого хватает на это средств и у кого примут рекламу, не боясь конфликта с властью или с крепкими ребятами.

Еще проблема той же Ростовской области, как и многих других регионов России, - монополия на власть одной сплоченной группировки местных собственников, чье происхождение и нынешняя успешная деятельность, так или иначе, связаны с первым лицом региона. Владимир Чуб давно и грамотно избавился от соперников и построил свою партию власти, считает политолог Александр Мамитов.

Александр Мамитов: Проблема Ростовской области как раз в том, что реальных соперников у Чуба нет.

- А как же традиции казачества?

Александр Мамитов: Дон течет, казачество меняется. Это история.

Михаил Соколов: Лишь изредка возникают очень слабые альтернативы монополизму губернатора на местном уровне. В Таганроге после ссоры с областной избирательной комиссией председатель избиркома 16-го округа Мария Докатина ушла в отставку. Председатель облизбиркома Сергей Юсов утверждает, что причина в том, что она играла против одного кандидата и в пользу другого. Однако истинная причина этого кризиса кроется в давнем противостоянии Ростовской областной администрации и ее таганрогских соперников.

Сейчас в 16-м и 17-м таганрогских округах представители "Единой России" противостоят популярному в городе политику и бизнесмену Сергею Бидашу и его сторонникам. Несколько лет шла борьба губернской власти с господином Бидашом, который владел и руководил металлургическим заводом. При поддержке федерального полпредства Бидаш в конце концов продал свою долю акций в "Тагмете" не "Альфа-группе", как хотела ростовская власть, а компании "Ринако", а сам стал председателем совета директоров завода "Красный котельщик".

После загадочного убийства мэра Таганрога Сергея Шило областные власти не возражали, чтобы городская Дума без референдума перекроила городской устав. Все было сделано ради своего кандидата, только на выборах мэра Таганрога из числа депутатов победил Константин Семериков, сторонник Сергея Бидаша. Административная машина закрутилась в обратную сторону. В прошлую субботу Таганрогский городской суд признал незаконным изменение устава города и отказ от прямых выборов мэра, что сделало нового руководителя Таганрога нелегитимным. Теперь предстоит тяжба в областном и Верховном суде, и в зависимости от ее результатов могут пройти всенародные выборы мэра Таганрога.

Некоторые считают, что господин Бидаш при должных амбициях мог бы заявить о планах идти на пост губернатора Ростовской области. Но, по мнению политолога Александра Мамитова, сейчас конкуренция губернатору Владимиру Чубу не грозит. Потенциальные противники губернатора интегрируются в обойму власти или же получают высокие посты за пределами региона.

Александр Мамитов: Очень умелая тактика по формированию режима позволила на сегодня исключить вообще какую-то ни было оппозицию внутри него. То есть обычная схема - часть команды выходит и образует нечто вроде политической оппозиции - здесь не работает и вряд ли будет когда-нибудь реализована. Схема, что мэр областного города выступает против губернских властей, тоже не будет реализована, вероятнее всего, потому что мэр является членом команды губернатора.

Частные проявления оппозиционности, например в Таганроге, - это, наверное, все, на что мы способны сейчас здесь. Если и возникнут какие-то центры оппозиции, то это возможно только под влиянием двух процессов: либо это активная деятельность полпредства президента, либо это вмешательство финансовых групп из Москвы.

Михаил Соколов: Загадочно, что Таганрог для Ростовской областной власти остается каким-то несчастливым местом. Когда-то маяком экономического прогресса Приазовья власти объявили проект "Донинвест" - на базе комбайнового завода должен был появиться автомобильный. Теперь для оппозиционных коммунистов это пример нерачительного хозяйствования. Рассказывает депутат Государственной Думы России Леонид Иванченко.

Леонид Иванченко: Это полнейшая авантюра. Она была придумана с подачи бывшего управляющего банком "Донинвест" Михаила Парамонова. Этой идеей забеременел и господин Чуб, и все его окружение. Они собирались в городе Таганроге создать наш российский, донской Детройт. На заводах "ДЭУ" в Корее производилась полносборная машина, обкатанная, все в полном виде, она отправлялась по воде в Болгарию, в Варне с нее снимались 4 колеса, снимался двигатель, все это упаковывалось в контейнер, и как будто приходила в Ростовскую область россыпь деталей и узлов, что, естественно, имело льготную систему налогообложения. И вот здесь тогда как будто бы собирали и реализовывали эти машины.

На тот момент Парамонов должен был дэускому производству около 160 миллионов долларов. И по имеющейся информации, которая прошла в печати, было возбуждено несколько дел уголовных за несвоевременные расчеты "Донинвеста" фирме "ДЭУ". Поэтому все это лопнуло, как мыльный пузырь, после этого финансового обвала. Корейцы прикрылись с тем кризисом, который имел место на производстве "ДЭУ", прекратилась поставка всей это малины.

Я занимался исследованием этих дел, и люди, достоверно знающие тонкости этой операции, называли такие цифры, что корейцы отправляли среднюю модель, в зависимости от комплектации, по цене примерно 3 тысячи долларов за машину. Здесь, когда машины собирались, они реализовывались по цене от 12 до 20 тысяч долларов, в зависимости от комплектации.

Я беседовал с несколькими людьми, которые платили деньги за эти автомобили. В переводе на былые миллионы, на деноминированные, это примерно 90 миллионов рублей стоила машина. Так вот, 48-50 миллионов платили в кассу и за это получали чек, проплату, а на всю остальную сумму, примерно на 40 миллионов рублей, заполняли заявление как участники инвестиционного процесса, и эти деньги не облагались налогом. Поэтому дельта по прямому расчету во взаимодействии дэувских дельцов и наших, российских, она составляла, по грубым подсчетам, где-то 15 тысяч долларов однозначно, вот эта дельта делилась.

А потом лопнула вся эта идея. Насколько я знаю, сегодня Парамонов скрывается за рубежом. Они говорили, что это деньги инвесторов. Ничего подобного. По данным банка, вложено было около 300 миллионов долларов, значительная часть их шла из бюджета области, из пенсионного фонда, из дорожного фонда. У нас в Таганроге продолжаются до сих пор судебные процессы из-за невыплаты своевременно пенсий, потому что прямо писали, что эти деньги инвестированы в это автомобильное производство. Я насколько знаю, я в Таганроге был месяц назад, люди жалуются, что им с сентября не платят зарплату, сменилось руководство этого завода.

Михаил Соколов: Официальные власти Ростовской области утверждают: все это клевета. По словам первого заместителя министра промышленности правительства Ростовской области Владимира Бартенева, автозавод в Таганроге в прошлом году собрал 2500 машин.

Владимир Бартенев: Таганрогский автомобильный завод в настоящее время выпускает автомобили двух наименований, это "Ситроены" марки "Берлинда" и "Нундай" марки "Акцент". В настоящее время, по итогам двух месяцев, можно сказать, что количество выпущенных автомобилей превышает выпуск автомобилей за аналогичный период прошлого года где-то примерно в два раза.

Объем инвестиций по проекту составил 317,3 миллионов долларов США. Основным инвестором является ФПГ "Донинвест", и инвестиции были освоены, наверное, до 2000 года. В Таганроге создано уникальное для России и на уровне мировых стандартов сборочное производство в сфере автомобилестроения.

Михаил Соколов: Во время избирательной кампании в Ростовской области и власти, и оппозиция много говорят о кризисных шахтерских регионах. "Единая Россия" поддерживает губернаторскую программу реструктуризации угольной отрасли. Говорит глава исполкома партии "Единая Россия" в Ростовской области Александр Энтин.

Александр Энтин: Позиция регионального отделения "Единой России" созвучна позиции администрации области на реструктуризацию угольных областей, на создание новых рабочих мест, создание новых отраслей экономики в этих регионах и на социальную защиту населения этих регионов, чем сейчас и занимается администрация области.

Михаил Соколов: Но даже представитель партии власти признал, что в российском Донбассе на почве безработицы развилась массовая наркомания. А депутат-коммунист Леонид Иванченко обвиняет губернатора.

Леонид Иванченко: Чуб с его командой подписали эти планы реструктуризации, закрытия шахт в надежде на то, что на территории Ростовской области будут построены 5 крупных новых шахт. Ничего не построено, ничего не введено. Пусть прокуратура спросит, куда делись эти деньги.

Михаил Соколов: Официальные структуры Ростовской области говорят о подъеме промышленности. В регион пришли инвесторы - группа "Новое содружество" обживает "Ростсельмаш". Поднимается металлургия, растет сельхозпереработка. В Ростове виден всем бум нового жилищного строительства. Левая оппозиция твердит об экономическом кризисе. На руку левым - серьезная проблема в социальной и жилищной сфере.

Лидер ростовского "Союза правых сил" Борис Титенко отмечает, что у его партии нет другого выхода, кроме как искать взаимопонимание с губернаторской власти. Поддержанный правыми полковник Владимир Щербаков уверен, что губернатор Владимир Чуб все же во многих вопросах показал себя крепким хозяйственником.

Владимир Щербаков: Я сам уроженец Аксая, под Ростовом, я видел конкретные результаты работы власти в Аксае, в Аксайском районе. Блестяще отремонтированы школы, это работа губернатора, и я знаю, что это губернаторский проект. Построен детский дом в Большом Логу, великолепный просто детский дом. Построены дороги. Ну что скажешь? Крепкий, хороший хозяин.

Есть масса провальных моментов, но все ассоциировать негативное с конкретной личностью нельзя. Есть команда, есть аппарат, есть, в конце концов, опять же тот отрезок времени, в котором мы все живем.

Михаил Соколов: Взгляд аналитика замечает в Ростовской области противоречивую картину. Политическая стабильность так и не вывела регион из стагнации. Говорит политолог Александр Мамитов.

Александр Мамитов: Конечно, область, которая имеет такое выгодное геополитическое положение, и такие ресурсы людские, и ресурсы сырьевые, она должна, конечно, развиваться более интенсивно в условиях реформ. Конечно, главная проблема региональных властей уже на протяжении последних лет - это крайне малый приток инвестиций в регион. Не знаю, что это, недоверие ли это или сложности, которые возникают у бизнесменов, когда они приходят в Ростовскую область, в отношениях с чиновниками.

Сама по себе стабильность режима, она - почему я говорю о том, что это положительный фактор, - определенным образом создает феномен социального спокойствия, то есть значительная часть населения все-таки ориентирована на спокойное приложение усилий к тому, чтобы как-то улучшить свое материальное положение. А насколько это способствует привлечению ресурсов, инвестиций - пока не очень. В городах области очень много предприятий ВПК в прошлом. И бывшим работникам этих предприятий очень несладко. Здесь ни уровень чернозема, ни какие-то другие факторы исторического плана уже не играют такой роли.

Я полагаю, что на сегодня население области в значительной степени спасается тем, что развивается - хоть и теневой, может быть, в основном, - но развивается мелкий бизнес. Вот этот мелкий бизнес, малый бизнес, он еще позволяет как-то держаться на плаву, он создает какие-то рабочие места. Процесс развития малого бизнеса идет не благодаря поддержке властей, а скорее - вопреки.

Михаил Соколов: Несовершенство региональной политической системы в Ростовской области очевидно. И дальновидный председатель областной избирательной комиссии Сергей Юсов утешает общественность.

Сергей Юсов: Нельзя представлять себе выборы, как прогулку в белых платьях под зонтиками дам, которые между собой как бы беседуют: ну как там, кого выберем? Выборы - это замена крови, это альтернатива автомату Калашникова и баррикадам. Выборы - это единственная придуманная человечеством ненасильственная форма ротации публичной власти. Нельзя ожидать, что это что-то без борьбы.

Михаил Соколов: Может быть, в самом деле поступь прогресса уже в том, что и на митинги в Ростове выходит не так уж много людей, и казаки уже не окружают Законодательное собрание, требуя провозглашения Донской республики. Люди заняты решением своих экономических задач и неохотно говорят о политике. Может быть, новый быт Дона, погруженного в торговлю и приобретательство, соответствует местному менталитету, о котором говорит Владимир Щербаков.

Владимир Щербаков: Этот особый донской менталитет, он все-таки существует. Устремление к упорядоченности жизни, предсказуемости жизни. Не всегда это бывает, скажем так, хорошо. Трудно провести грань между консервативностью и косностью. Иногда косность просто зашкаливает. Доминанта, скажем так, законопослушания, она в Ростовской области присутствует, это нормальная доминанта.

Злоупотреблять ею только не надо.

Михаил Соколов: Можно быть уверенным, что на управляемых выборах законодательного собрания Ростовской области уверенную победу одержит под флагом "Единой России" команда губернатора Владимира Чуба, сплоченный клан собственников и управленцев. "Яблоку" и СПС на Дону отведена роль интеллектуалов, сателлитов власти. А Компартия будет играть роль клапана для выхода пара и свистка, подающего сигналы о протестных настроениях, роста которых ростовские власти пока не очень-то замечают.

Вы слушали еженедельную программу Радио Свобода "Выборы-2003". В следующей нашей передаче 3-го апреля: региональные новости, съезд партии "Единая Россия".

XS
SM
MD
LG