Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Ирина Хакамада: Касьянов не будет премьером


Михаил Соколов: Кампания против Компартии России достигла небывалого накала. Не успеешь увидеть сразу на двух телеканалах метания по стране Сергея Шойгу и Бориса Грызлова, как те сообщат, что кошелек КПРФ пополнялся государственными подаяниями на сельское строительство. Или же проинформируют: год назад сразу два депутата-коммуниста - Леонид Маевский и Александр Кравец - вели в Лондоне переговоры с самым страшным олигархом Борисом Березовским. И заметят: не зря Геннадий Зюганов, опровергающий слухи о "березовских" деньгах, выгнал из фракции заложившего порочный контакт крупного предпринимателя Леонида Маевского. А тот как начнет светить людей ЮКОСа в партийном списке коммунистов...

В общем, пиар-кампания против Компартии набирает обороты. Только язык не поворачивается назвать ее антикоммунистической. Где тут идейное противостояние большевизму, неприятие лозунга "грабь награбленное"?

По части поддержки прокурорских обещаний пересажать олигархов или авансов толпе все отобрать и переделить "единороссы" уже идут вровень с Компартией, а то и отстают. Если бы не выпады в адрес Владимира Путина, на самом деле, между КПРФ и "Единой Россией" могло бы сложиться идейное антиолигархическое единство социально близких партий - Коммунистической и партии Госбезопасности. Может, еще и сложится - в новой Думе.

Самая острая борьба на региональных выборах, назначенных на 7 декабря, идет за пост президента Башкирии. Столкнулись интересы двух элит - федеральной и региональной. Центризбирком зарегистрировал кандидатом на пост президента Башкирии бизнесмена Александра Веремеенко, но режим президента Башкирии Муртазы Рахимова достаточно успешно ведет оборону Уфы от "питерских" и "московских".

Ситуацию анализирует Владимир Долин.

Владимир Долин: Регистрация Сергея Веремеенко решением Центризбиркома России демонстрирует, что действующий президент республики Муртаза Рахимов не может рассчитывать на безраздельную поддержку федерального центра, даже в обмен на обещание обеспечить прокремлевской "Единой России" нужный процент голосов на выборах в Государственную Думу. Даже в руководстве "Единой России" нет согласия, кого из кандидатов, имеющих партийный билет, поддерживать на предстоящих выборах. Многие считают, что мандат депутата Государственной Думы и прилагающаяся к нему депутатская неприкосновенность вполне достаточное отступное для правителя Башкирии.

Сергей Веремеенко претендует на роль объединителя и лидера оппозиции.

Сергей Веремеенко: Нам, конечно, необходим весь ресурс - и сафинский, и арининский, и других кандидатов. Все представители оппозиции понимают, что в конечном итоге надо будет объединяться и бороться вместе всем. У всех есть трезвое понимание ситуации. В конечном итоге, наверное, мы договоримся обо все. Все, что делают все претенденты, - это сегодня работа на общую пользу, конечно.

Владимир Долин: Пока между оппозиционерами действует пакт о ненападении.

Сергей Веремеенко: Мы же друг другу помогаем, ну, не "мочим", условно, как говорил уважаемый президент.

Владимир Долин: Лидер регионального отделения партии "Яблоко" Игорь Рабинович утверждает, что неопределенность в Кремле не позволяет заранее прогнозировать итоги выборов, как это было 5 лет назад.

Игорь Рабинович: Действующая власть республики имела на тех выборах, я считаю, карт-бланш федерального центра. На сегодняшний день ситуация более запутанная. В общем, непонятно, будет ли федеральный центр играть какую-то роль самостоятельную на этих выборах как политический игрок или не будет, а если будет, то на чьей стороне или в чем его интересы в этой ситуации.

Владимир Долин: Почему "Яблоко" фактически поддерживает "единоросса" Сергея Веремеенко, советника лидера "Единой России" Бориса Грызлова, объясняет Игорь Рабинович.

Игорь Рабинович: Это достаточно для нас вопрос непростой. Мы, в общем, выступает за демократизацию в широком смысле слова. И мы понимаем, что на сегодняшний день условий для демократизации, может быть, еще и нет в республике. Действующий режим мы однозначно оцениваем как антидемократический и авторитарный, для нас здесь нет предмета для дискуссии.

Но в то же время мы отдаем себе отчет, что вот так, в одночасье этот режим сразу смениться демократическим, наверное, не может в наших реальных условиях. Мы делаем свой выбор в пользу того, чтобы смена режима произошла, мы считаем, что это главное условие для нас вот на этих выборах. Поэтому мы поддерживаем усилия, которые направлены в эту сторону - чтобы действующий президент Рахимов ушел в отставку.

В этой ситуации мы будем определяться, в том числе, и по вопросу поддержки кого-то из реальных конкурентов Рахимова. Возможно, это будет Веремеенко Сергей. Это не означает, что у нас с этим кандидатом есть какие-то тесные отношения политические.

Владимир Долин: В штабе Сергея Веремеенко работают и коммунисты, хотя официально партия выдвинула собственного кандидата - безработного Расуля Шугурова. Лидер башкирских коммунистов Валентин Никитин выступает за единство оппозиции.

Валентин Никитин: Мы идем со своей кандидатурой. В то же время мы считаем, что и много реального в предложениях других кандидатов, а к ним мы вот так реально относим и Веремеенко, и Сафина. Я выступаю, кстати, закоперщиком таким главным, что мы должны сесть все, представители оппозиционных структур, и однозначно все-таки попытаться договориться, как мы будем дальше действовать.

Владимир Долин: Программа минимум республиканской организации КПРФ - устранение Муртазы Рахимова и его клана.

Валентин Никитин: Я считаю, что самое главное сегодня мы должны решить - это вопрос того, чтобы нынешний президент не был избран. В конце концов, - я вот часто это вынужден повторять - хуже не будет. Любое изменение нынешней системы управления республикой приведет к улучшению.

Владимир Долин: Избирком Башкирии отказывается регистрировать Сергея Веремеенко в качестве кандидата и пытается снять с выборов Ралифа Сафина. Кандидаты Ралиф Сафин и Хасан Идиятуллин обратились в Верховный суд республики с требованием снять с выборов Муртазу Рахимова за использование административного ресурса. Суд оппозиционерам в иске отказал, но у них осталась возможность обжаловать решение башкирских судей в Верховном суде России.

Тем временем в Верховный суд республики поступили новые иски от Хасана Идиятуллина и кандидата в президенты Андрея Пыхачева, в которых они обвиняют находящегося в отпуске Муртазу Рахимова в использовании служебного транспорта и в подкупе избирателей.

Вполне вероятно, что предметом судебного рассмотрения (правда, уголовного, а не гражданского) станет и башкирский Уотергейт. Кандидат в президенты республики Александр Аринин, депутат Государственного собрания Башкирии Анатолий Дубовский и ряд других оппозиционных политиков обнаружили в Интернете распечатки своих телефонных переговоров. Депутат Башкирского парламента Геннадий Шабаев обвиняет МВД республики в незаконном прослушивании. Анатолий Дубовский написал заявление на имя генерального прокурора России Владимира Устинова и прокурора Башкирии Флорида Байкова с требованием возбудить уголовное дело по факту нарушения конституционных прав на тайну переписки, телефонных переговоров и неприкосновенности личной жизни.

Михаил Соколов: Политическую ситуацию в Башкирии Анализировал Владимир Долин.

Губернаторские выборы. Тихо и без проблем переизбираются ярославский губернатор Анатолий Лисицын, тамбовский - Олег Бетин.

В Вологде общественный интерес привлекают скорее выборы мэра столицы региона, а не губернатора области. Из Вологды сообщает Алексей Завьялов.

Алексей Завьялов: На должность губернатора Вологодской области сейчас претендуют лишь трое. Бесспорный фаворит этой кампании - действующий глава региона Вячеслав Позгалев, который идет уже на третий срок. Любопытно, что сам губернатор не раз заявлял о том, что хотел бы подготовить себе достойного преемника.

Вячеслав Позгалев: Нам осталось активной жизни, ну, максимум лет 10, максимум, это в лучшем случае, если через 5 лет на пенсию не выпроводят. А надо, чтобы подпирала молодежь нас, ресурсы не вечные же, рано или поздно придется весла сушить.

Алексей Завьялов: Но и на этот раз реальных оппонентов о ныне действующего губернатора по сути нет. Северсталевский клан, откуда во власть и пришел Вячеслав Позгалев, по-прежнему един. Лесопромышленная группа "Фокс", пытавшаяся одно время влиять на вологодскую политику, отказалась от своих претензий на власть в регионе: их попросту выжали из области.

Директор крошечного вологодского коммунального предприятия "Лостакомсервис" Вячеслав Степанов, которого на пост губернатора выдвинула партия СПС, в области практически неизвестен. Главная задача кандидата правых, по словам его же единомышленников, - не провалиться на выборах и поработать на имидж партии.

Не представляется реальной угрозы для Вячеслава Позгалева и третий претендент - военный пенсионер Сергей Пивоваров, делающие первые шаги в политике.

Даже неискушенному человеку видно, что оба оппонента действующего губернатора играют роли дублеров - критики региональной власти от них еще никто не слышал. Одним словом, губернаторская кампания в Вологодской области, скорее всего, пройдет без сюрпризов и потрясений и завершится в один тур.

Куда интереснее наблюдать за выборами главы Вологды. Подавляющее большинство вопросов и социологических исследований показывает, что реальных претендентов при девяти кандидатов трое - это действующий глава Вологды Алексей Якуничев, вице-спикер Законодательного собрания области Олег Фомичев и депутат того же областного парламента Михаил Суров.

Рейтинг мэра Вологды Алексея Якуничева в последние годы серьезно подпортили постоянные коммунальные проблемы в городе, однако у действующего главы есть поддержка губернатора. Даже если Алексею Якуничеву не удастся переизбраться на третий срок, он не насовсем уйдет из вологодской политики. Дело в том, что по совместительству он является еще и депутатом областного Законодательного собрания. По словам самого Якуничева, в случае победы на выборах главы Вологды он прекратит свою парламентскую деятельность.

Алексей Якуничев: При победе на выборах, в соответствии с законом, новым законом, здесь совмещение недопустимо. Ну, если конкретно в моем случае, то я буду слагать полномочия как депутат Законодательного собрания.

Алексей Завьялов: Предвыборная кампания другого претендента - вице-спикера областного парламента Олега Фомичева - с самого начала сопровождается скандалами. Во-первых, выдвинувшись на пост главы Вологды вопреки воле "Единой России", он в пух и прах рассорился со своими однопартийцами. За излишнюю самостоятельность "единороссы" даже исключили Фомичева из своего списка по выборам в Законодательное собрание области. Поясню, что выборы половины состава собрания также пройдут 7 декабря.

Во-вторых, в областном правительстве явно не хотят, чтобы главой Вологды стал Олег Фомичев. Угрозы со стороны чиновников вынудили его обратиться за защитой в милицию, прокуратуру и ФСБ. Сам Фомичев, проработавший в тесном контакте с правительством области почти восемь лет, не понимает, почему вдруг стал неугодным.

Олег Фомичев: Пока трудно мне судить, почему именно такая реакция. Потому что какого-то отторжения реально за предыдущие годы работы вкупе и с областной властью, и с городской властью я не заслуживаю. Наверное, все-таки удобен нынешний глава, который гнется круче японца. При этом город находится, в общем-то, в достаточно тяжелой ситуации во всех его проявлениях. Поэтому такой удобен, а я таким просто не буду.

Алексей Завьялов: Третий лидер социологических опросов - депутат Законодательного собрания области Михаил Суров. Областные власти его тоже недолюбливают, поэтому на всех выборах, в которых бизнесмен участвует, его пытаются снять с предвыборной дистанции. Нынешняя кампания также не стала исключением.

Рассказывает Михаил Суров.

Михаил Суров: В этот раз меня уже пять раз пытались снять с выборов, подыскивая те или иные нарушения из объемного закона о выборах. Ситуация с главой города интересная складывается, я пока за ней наблюдаю. Знаете, как мартышка смотрит, когда два тигра дерутся. Но это на самом деле не мартышка, а совершенно другой тигр, который просто сидит и смотрит на ситуацию.

Алексей Завьялов: Многие эксперты склоняются к тому, что на выборах главы Вологды второго тура голосования будет не избежать.

Михаил Соколов: Это был репортаж из Вологды Алексея Завьялова.

И в Екатеринбурге выборы мэра города затмили думские. Из Екатеринбурга сообщает корреспондент Радио Свобода Евгения Назарец.

Евгения Назарец: Руководитель фракции "Единство" и "Отечество" в Свердловской областной думе Владимир Крицкий и владелец сети супермаркетов Владимира Дмитриев 13 ноября на заседании президиума Свердловского регионального политсовета "Единой России" за нарушение дисциплины были исключены из партии.

Владимир Крицкий не голосовал за областной бюджет так, как рекомендовал региональный политсовет. Он также саботировал указание одобрять предложения вновь избранного при поддержке "Единой России" губернатора Эдуарда Росселя по кандидатурам в состав областного правительства. Бизнесмен Владимир Дмитриев "самовольно" выдвинулся в Госдуму от "Единой России" по Первоуральскому округу номер 166.

Теперь Крицкий и Дмитриев - "оборотни с партбилетами". Т терминологию антикриминального "похода" партии власти охотно используют екатеринбургские журналисты.

Владимир Дмитриев собирается в ближайшее время обжаловать решение президиума политсовета свердловских "единороссов" в федеральном руководстве партии. Руководитель фракции "Единство" и "Отечество" в Свердловской областной думе Владимир Крицкий направил письмо в Центральную контрольно-ревизионную комиссию Всероссийской политической партии "Единство" и "Отечество" - "Единая Россия" с просьбой отменить решение президиума политсовета Свердловского регионального отделения партии, исключившего его из партии.

Владимир Крицкий: Во-первых, этот вопрос не стоял в повестке дня. Во-вторых, был в повестке дня заседания президиума политсовета вопрос "Разное", а потом вдруг он перерос в вопрос о политической оценке деятельности фракции и так далее. В-третьих, я не был приглашен на заседание. В-четвертых, президиум политсовета не имеет права исключать члена регионального политсовета - это должен быть либо политсовет, как минимум, либо конференция местного отделения. А в-пятых, что мне в вину ставится - я не знаю.

Я считал и считаю себя членом партии "Единая Россия". Я нигде в своей деятельности ни на шаг не отступил ни от устава, ни от программы, ни от предвыборной платформы партии. Я просто это расцениваю как попытку отдельных партфункционеров наказать меня, потому что я открытым текстом высказывал свои опасения по поводу предстоящих выборов, о том, сможет ли партия набрать то количество голосов, которое необходимо сегодня, по Свердловской области при той ситуации, что так неактивно проводится работа в преддверии выборов в Государственную Думу.

Евгения Назарец: Такую же версию своего отлучения от партии высказывает и Владимир Дмитриев.

7 декабря в Екатеринбурге также состоятся выборы главы города. Сейчас из-за накала борьбы именно за этот пост в самом Екатеринбурге создается впечатление, что в областной столице выборы в Думу всего лишь проходят на фоне главного события - избрания мэра. Это замечает и председатель горизбиркома Екатеринбурга Игорь Выдрин.

Игорь Выдрин: По отношения к этим выборам в обществе, в городе, конечно, на первом плане со всех точек зрения находятся выборы главы города.

Евгения Назарец: И здесь поддержка "Единой России" или отказ в таковой остаются основной темой предвыборной кампании.

Из 13 кандидатов на место мэра сегодня выделяются пятеро: нынешний мэр Аркадий Чернецкий, главный кардиолог Уральского федерального округа, сторонник "Российской Партии Жизни" Ян Габинский, президент Уральского финансового холдинга Олег Гусев, создатель ОПС (Общественно-политического союза) "Уралмаш" Александр Хабаров. В пятерке основных претендентов на место мэра также исполняющий обязанности областного министра внешнеэкономических связей Юрий Осинцев. Именно его поддержал лидер регионального списка "единороссов" Губернатор Россель и президиум политсовета местного отделения "Единой России".

Нынешний мэр Екатеринбурга Аркадий Чернецкий не принадлежит к числу друзей губернатора, но пока он является членом регионального политсовета "Единой России" и, по данным социологических опросов, пользуется непартийной поддержкой более чем 40 процентов екатеринбуржцев. Тем не менее, Аркадия Чернецкого уже называют следующим кандидатом на исключение из рядов партии власти.

На Урале началось запугивание оппозиционных журналистов. Информационное агентство "Политсовет" известно более чем резкими высказываниями в адрес губернатора Эдуарда Росселя и его сторонников. Главный редактор агентства Федор Крашенинников 14 ноября был жестоко избит в подъезде своего дома. Журналист связывает нападение только со своей профессиональной деятельностью.

Михаил Соколов: Это был репортаж из Екатеринбурга Евгении Назарец.

Жесткая борьба за выход во второй тур губернаторских выборов идет между главой Тверской области Владимиром Платовым, зампредом Госкомспорта и недавним совладельцем "Норильского никеля" Дмитрием Зелениным и коммунисткой Татьяной Астраханкиной.

И в Новосибирской области у действующего губернатора Виктора Толоконского есть реальные конкуренты. Один из них - сенатор Иван Стариков.

Из Новосибирска сообщает Андрей Костьянов.

Андрей Костьянов: Выборы губернатора Новосибирской области на этот раз обещают быть достаточно вялотекущими, в отличие от грядущих весенних выборов главы городской администрации. По сравнению с предыдущей кампанией все основные игроки известны своим избирателям, и особых неожиданностей ждать, видимо, не приходится.

Хотя стоит вспомнить, что предыдущие губернаторские выборы проходили в два тура, причем основными претендентами считались тогда действующий глава области Виталий Муха и мэр Новосибирска, а ныне губернатора Новосибирской области Виктор Толоконский. К удивлению многих политологов во второй тур вышли Толоконский и Иван Стариков, вдоволь повеселивший новосибирцев во время предвыборной кампании своими листовками с псевдонародными частушками.

Из 9 соискателей, подавших заявки на участие в сегодняшних выборах, избирком допустил непосредственно к процессу шестерых кандидатов. Ими стали: Виктор Толоконский, действующий губернатор; Иван Стариков, сенатор от Костромской области; депутат Госдумы от ЛДПР Евгений Логинов; президент общественного фонда "Содействие целостности России" Виктор Старков; генеральный директор ЗАО "Вестфалика", а по совместительству член КПРФ Михаил Титов и, наконец, бывший министр печати и информации Российской Федерации Сергей Миронов.

Последний, снятый с поста еще Борисом Ельциным за сочувственное отношение к идее русского национализма, уже успел себя проявить. Областной избирком отправил в прокуратуру области материалы о нарушении им выборного законодательства - речь идет о разжигании национальной розни.

Наиболее вероятными претендентами на победу сегодня называют Виктора Толоконского и Ивана Старикова. В самом Новосибирске начало предвыборной кампании Толоконского практически неощутимо. Памятуя, видимо, о прошлых выборах, большую часть усилий он сосредоточил пока на сельских районах области.

Иван Стариков, поддерживая свой имидж эмоционального политика, на встрече с журналистами очень неодобрительно отзывался о деятельности сегодняшней администрации области, обвиняя своего соперника во множестве грехов. Заодно щедро сыпал обещаниями увеличить уровень средней зарплаты новосибирцев к 2008 году в три-четыре раза, построить Ледовые дворцы и утвердить, наконец, город в качестве полноправной столицы Сибири. Одним из его оглашенных вслух принципов будет принцип так называемой незаметной власти. Народ, сказал он, не должен помнить о властных структурах, если не происходит каких-то чрезвычайных ситуаций.

Михаил Соколов: Это был репортаж из Новосибирска Андрея Костьянова.

Какой предвыборный скандал больше всего запомнился ставропольцам? На этот вопрос отвечает наш корреспондент в Ставропольском крае Лада Леденева.

Лада Леденева: Депутат Государственной Думы Ставропольского края Андрей Разин, изъявивший желание участвовать в борьбе за место в федеральном парламенте, подал в суд на газету "Вечерний Ставрополь". Она опубликовала со ссылкой на интернет-издание статью, сообщавшую, что спонсором члена КПРФ, бывшего участника группы "Ласковый май" Андрея Разина по одномандатному округу в Ставропольском крае является живущий в лондонском изгнании Березовский. Давая деньги Разину, политэмигрант якобы ставил условие, что помощником поп-певца на выборах станет журналист Доренко, для чего последнего для начала требовалось по-тихому принять в партию.

Как оказалось, вопреки утверждениям издания, Андрей Разин - человек беспартийный. А вот Сергей Доренко действительно не так давно получил партийный билет КПРФ. Это произошло неожиданно даже для коммунистов в ставропольском городе Новопавловске. Однако, как заверили в том же крайкоме, к беспартийному Разину политический ход Доренко никакого отношения не имеет, равно как и сам бывший шоумен не имеет никакого отношения к краевому отделению КПРФ.

Октябрьский районный суд краевого центра вынес решение в пользу Андрея Разина, оценив моральный ущерб, причиненный ему городской газетой, не в 500 миллионов, как того требовал истец, а в 3 тысячи рублей. Андрей Разин тем временем отозвал свою кандидатуру, увеличив шансы на победу коммуниста, депутата Госдумы Российской Федерации Василия Ивера. Как значится в решении Октябрьского суда, причиной такого решения послужили сведения, опубликованные в газете-листовке, выпущенной политическими конкурентами Разина, чем был причинен непоправимый вред репутации кандидата. Сам же Андрей Разин, выступая по краевому радио, объяснил свое решение желанием сосредоточиться на работе в Октябрьском избирательном округе Ставрополя в качестве депутата краевой Думы.

Борьба за голоса избирателей Ставрополья в предстоящих выборах разгорится в четырех одномандатных округах. Согласно социологическим опросам, Ставрополье готово формировать парламент в первую очередь из представителей КПРФ и лидеров местных отделений "Единой России".

Наиболее острая предвыборная борьба разгорится в Ставропольском, 57-ом одномандатном округе между депутатом Госдумы края Михаилом Кузьминым и депутатом Госдумы Российской Федерации Василием Ивером.

В КавМинВодском, 55-ом избирательном округе у депутата Госдумы России Владимира Катренко нет серьезных противников.

В Петровском, 56-ом лидерами предвыборной гонки станут член Комитета Госдумы России по безопасности Анатолий Куликов и депутат Городской Думы Ставрополя Павел Воронин.

В Георгиевском, 54-ом одномандатном округе основная борьба развернется между генеральным директором компании "ЛУКойл - Северокавказнефтепродукт" Александром Ищенко и мэром Пятигорска, членом партии "Единая Россия" Юрием Васильевым, который для укрепления своей предвыборной позиции до недавнего времени проводил в Георгиевском районе активную политическую рекламу партии "Единая Россия".

Михаил Соколов: Из Ставропольского края сообщала корреспондент Радио Свобода Лада Леденева.

Во второй части программы "Выборы-2003" - беседа с вице-спикером Государственной Думы России, фракция СПС, Ириной Хакамадой.

Итак, гость московской студии Радио Свобода - Ирина Хакамада.

Ирина, как сказалось дело ЮКОСа на политической обстановке в стране? Мне вот кажется, есть и плюсы и минусы. С одной стороны, у многих проснулся страх. С другой стороны, некие небольшие группы людей, озабоченных перспективами страны, активизировались. Вот ваше ощущение?

Ирина Хакамада: Мое ощущение, что, например, представители малого бизнеса и среднего бизнеса сильно не активизировались, а просто почувствовали некое беспокойно. Но вот серьезной активизации нет, потому что в российском обществе до сих пор существуют настроения, в том числе и среди предпринимателей: ну вот, эти богатые... посадили - ну и слава богу.

Но до некоторых, кстати, доходит идея, что, в общем, то и со мной смогут в регионе тогда сделать все по беспределу, потому что они это чувствуют и так каждый день. Но вот сильной такой активизации, что нет, надо теперь идти на выборы, надо серьезную альтернативу поддержать правую, потому что тогда хоть какой-то баланс будет, - вот такого осознанного понятия, по-моему, у них не возникло.

А вот интеллигенция, причем интеллигенция успешная, - те, кто представляют так называемые независимые профессия, люди, которые смогли приспособиться к условиям рынка, и поколение даже не 40-45-летних, а помоложе (30, 32, 35, 38), - вот там, я чувствую, возникло такое настроение: вот никогда не ходил на выборы, а вот теперь точно пойду.

Михаил Соколов: Ваш коллега Борис Надеждин заявил две недели назад, что надо валить генерального прокурора, если не получится - валить президента, а если вообще ничего не изменится, то валить из страны. Ну, а теперь как-то он отыграл назад, и есть такое ощущение, что люди начинают расслабляться немножко, привыкать.

Ирина Хакамада: Я живу с ощущением, что громких слов не нужно по поводу "валить", потому что есть все-таки выборы, есть президентские выборы и есть инструментарий изменения законодательства вокруг Генеральной прокуратуры. А то, что ее функции надо ограничивать - я еще раз в этом убедилась. Не позволять и требовать вплоть до отставок в случае, когда правоохранительные органы нарушают презумпцию невиновности и фактически не только обвиняет заранее человека, но использует это как пиар и фактически начинает вмешиваться в политику, что недопустимо.

Михаил Соколов: Вы имеете в виду заявление Колесникова уже против Центробанка?

Ирина Хакамада: Да, и против Центробанка, и по поводу того, за что надо продавать рубли, и как огромное количество населения недополучило пенсии и зарплаты благодаря тому, что 1 миллиард заработал Ходорковский. Во-первых, это невозможно - комментарий политический для замгенерального прокурора.

А во-вторых, если рассказывать правду до конца, то всем известно, вообще-то, какие деньги откатываются при движении из одного отраслевого министерства в другое отраслевое министерство и как делится сегодняшний бюджет. И что без всяких миллиардов олигархов врачи и учителя много чего недополучили, но зато по полной программе получили отраслевые министерства, которые эти деньги потом не довели не до кого. Кстати, и по поводу Минобороны. Всем известно, и об этом говорят общественные организации, что деньги выделяются в бюджете очень большие, а до частей они не доходят.

Поэтому или не вмешиваться в политику, или уходить из Генпрокуратуры и становиться политиком.

Есть позитив. У людей, наконец, идет холодок по позвоночнику, когда все это слышат, и они понимаю: да, наши правоохранительные органы могут закопать кого угодно, причем с огромным таким прессом демагогии.

Михаил Соколов: Ирина, получается, что виновата Генпрокуратура, а президент ни при чем, - вот я замечаю такую линию у "Союза правых сил". Как вы относитесь к такой позиции, что здесь есть и смесь личной мести Владимира Путина Михаилу Ходорковскому, и попытка такая "построить" крупный капитал под некие псевдогосударственные задачи? Они могут быть абсолютно разные, то есть каждый в Кремле трактует это по-своему: одни хотят какой-то постиндустриализации, другие - просто перераспределения капиталов.

Ирина Хакамада: Моя позиция следующая. Я надеюсь (а если этого не будет, будет все окончательно ясно), в любом случае, что эта ситуация послужит сигналом для того, чтобы после выборов в Государственную Думу, даже уже в 2004 году, "Яблоко", "Союз правых сил" и другие демократические партии выдвинули единого кандидата в президенты. Он проиграет, но он должен быть выдвинут, для того чтобы готовиться к 2008 году.

Это первый мой "ответ Чемберлену". Не анализ психотипа Путина - меня он не интересует. Потому что Путин поддерживается народом, он победил каким-то образом на выборах - это не важно. Самое главное - не анализировать без конца президента, а формировать свою силу и своих кандидатов.

Михаил Соколов: А анализировать позиции групп наверху? Они ведь влияют на реальную политику, и вы с ними ведете некий диалог.

Ирина Хакамада: Да нет там никакого диалога уже давно, и толку никакого.

Михаил Соколов: Ну, был Волошин - нет Волошина теперь.

Ирина Хакамада: Ну и что? А "Единая Россия" - это детище Волошина, и "Единая Россия" точно так же использует административный ресурс, как при Волошине использовала, по полной программе.

Михаил Соколов: Будете с Медведевым разговаривать, правда?

Ирина Хакамада: А какая разница?

Михаил Соколов: Ну, с Козаком вы говорили же по реформе самоуправления.

Ирина Хакамада: Ну и что? И то же самое ничего не вышло.

Михаил Соколов: Ну, чего-то добились...

Ирина Хакамада: Чего мы добились? Отложили на год, отложили на год внедрение закона. А того, что мы хотели, - чтобы местное самоуправление не включали в единую вертикаль власти, - не добились. Хватит, хватит смотреть на Кремль.

Формировать свои команды, формировать свои кабинеты, формировать своих кандидатов в президенты, формировать нормальный диалог со своим избирателем, чтобы он пришел на выборы, бороться, накачивать мышцы. Потому что вот это бесконечное оглядывание на президента - это византийское поведение, в том числе, и среди демократов.

Михаил Соколов: Но пока рейтинг Путина только растет. Вот за этот последний месяц он вырос, по данным ВЦИОМа, на 8 процентов - до 82 процентов опрошенных. Видимо, вы тоже под этим давлением. Знаете, такая магия цифр...

Ирина Хакамада: Да никакой магии! А что ему не расти-то? Почему не расти, когда власть пиарит себя профессионально?

Бороться с олигархом начала именно в период выборов, а все знают, что огромное количество населения ненавидит богатых и вообще в реформы не было вовлечено. Очень удобно. И сколько Ходорковский пока не будет сидеть в тюрьме, все равно пока что в национального героя он не превращается. И власть об этом знает.

Власть прекрасно манипулирует тем же РСПП. Сели в зал, сказали два добрых слова - они от аплодисментов чуть не задохнулись. Все понятно.

Михаил Соколов: Там не два добрых слова, там, извините, два года продления выкупа земли под приватизированными предприятиями.

Ирина Хакамада: И слава богу. Этого добивались и мы, и я в том числе. Я вообще считала, что под приватизированными предприятиями земли надо не выкупать, а отдать просто автоматически.

Михаил Соколов: Головой Ходорковского выкупили, получается, олигархи другие.

Ирина Хакамада: Не знаю, чьей головой, но в любом случае рынок отдельно, политика отдельно.

Михаил Соколов: Но они молчали. Сговор такой, что президент придет к ним, а они будут вот молчать о Ходорковском, о ЮКОСе.

Ирина Хакамада: Я не про "молчать". Пусть молчат. Я про аплодисменты. Это громкое слишком молчание, не надо молчать так громко. Можно молчать скромно.

Михаил Соколов: Ирина, скажите, а вот вы верите действительно, что вот такие люди, например, как Герман Греф, они говорят искренне: судьба Ходорковского - это единичный случай, а вот с приватизацией ничего не случится в России?

На самом деле, есть ощущение, что какая-то переприватизация будет. По крайней мере, тема изъятия нефтяной ренты, она становится одной из основных экономических тем на выборах, от СПС до Глазьева и коммунистов - все хотят что-то изъять и поделить.

Ирина Хакамада: На самом деле, ренту изъять можно. Во многих странах изымается, в других не изымается. Но если государство формирует исполнительную власть в лице правительства абсолютно коррумпированную, то даже если вы сможете изъять, то никаким учителям и врачам это не достанется, уплывет и размажется блином по всем министерствам, в том числе и сельского хозяйства, и Минприроды, и Минэнерго, и мобилизационная экономика, и оборонные предприятия... Поэтому все не стоит никакого выеденного яйца.

Вопрос о том, изымать или не изымать, - да, изымать. Вопрос: а готов ли инструмент, чтобы это досталось людям? - нет, не готов. Потом, если и изымут, то не так уж много. Вопрос не в этом.

Вопрос - верите или не верите Грефу? Значит, я могу сказать одно, что ни один чиновник, если он хочет быть министром и оставаться в кабинете правительства, никогда не будет вам говорить правду. Это функция публичных политиков, и то не встроенных в "Единую Россию", а живущих вне ее.

Да, мы можем - он никогда не скажет, даже если так думает. Или ему надо уйти в отставку, а потом... Это закон корпорации. То есть он может только намекать. Касьянов два раза мягко намекнул - и уже его раскручивают как человека, которого скоро уведут в отставку.

В свое время я получила согласие Путина, согласие президента на то, чтобы сократить срок давности по приватизационным сделкам с 10 лет до 3-х.

Михаил Соколов: А как вы реализовали это согласие?

Ирина Хакамада: Мы написали закон, Крашенинников, все серьезно подготовили. И знаете, почему не двигалось?

Михаил Соколов: У Волошина лежал?

Ирина Хакамада: Нет. Против был Греф. Поэтому я уже в их команде разобраться не могу, кто у них там кто. Это сплошное перекидывание. С Чубайсом разговаривала, он говорит: "Да, конечно, это нужно делать, потому что иначе..." И как в воду глядели, чем все то может закончиться.

Поэтому если мы будем тратить время на разбирательство, кто у них хороший, а кто плохой, мы так и не успеем ничего хорошего сделать для страны. Мы должны, вне зависимости, кто у них есть кто, уметь добиваться в диалоге с властью тех позиций, которые реализуются. Хотя бы в Казахстане, кстати, вы знаете, да?

Михаил Соколов: Ну, там сидят лидеры демократической оппозиции в лагере.

Ирина Хакамада: Да, там сидят лидеры демократической оппозиции, но я говорю сейчас про экономическое законодательство. Я не говорю про Туркменистан и так далее. В Казахстане приняла закон об амнистии по налогам, теперь будут принимать амнистию по собственности. Это очень важно.

Михаил Соколов: Так, может, это постсоветская закономерность, что лидеры демократической оппозиции должны сесть, чтобы было принято такое вот либеральное экономическое законодательство и в авторитарных условиях проводились реформы?

Ирина Хакамада: Понимаете, я не человек из космоса, чтобы вот так смотреть на страну и видеть такие закономерности. Я знаю, за что мы должны бороться. Если мы будем серьезно объединяться, если люди проснутся, то не сядут. Если будем молчать, то каждого по одиночке посадят, - это понятно.

Это возможно всегда в России, потому что у нее традиция совсем другая. У нее традиция - со всеми бедами бороться силовыми способами. И другого в головах даже у нашего народа, на самом деле, нет. Наш народ жаждет наказания, он жаждет анализа преступления и наказания, и совершенно не жаждет вкалывать сам и создавать какой-то позитив.

Михаил Соколов: А пострадать? А Достоевский?

Ирина Хакамада: А пострадать... народ у нас страдает достаточно долго и терпеливо - вот это мы умеем.

Михаил Соколов: "Яблоко" объявило, что предложит эта партия налог на крупные приватизированные компании - такой одноразовый сбор средств на борьбу с бедностью за неправедную приватизацию. Как вам такая лейбористская мера?

Ирина Хакамада: Я могу сказать одно, что я не понимаю, куда шатает "Яблоко". Я вообще с Иваненко согласна, он в свое время сказал: "Мы - левые демократы."

Михаил Соколов: Социал-демократы.

Ирина Хакамада: Нет, он прямо сказал: "...с левым уклоном". Ну, если с левым, тогда да - туда, в распределиловку. Я уже сказала, можно сколько угодно отнимать, но нужно очень внимательно посмотреть, кто берет и кто распределяет.

До тех пор, пока это, например, федеральное правительство с 48 ведомствами, абсолютно непрозрачное, с огромным количеством чиновников, которые сидят на низких, очень плохих окладах и которые коррумпированы с ног до головы, - ни о каком отнятии и справедливом распределении не может быть и речи. Нужно понять: рыба гниет с головы. Вначале сделайте голову нормальную, а потом смотрите, чем она будет распоряжаться.

Михаил Соколов: В смысле - президента поменять?

Ирина Хакамада: Я бы вообще убрала правительство как инструмент. Пусть президент возглавляет, как в Америке, свое правительство. И тогда хотя бы оно будет меньше, администрация президента не будет дублировать правительство и кто-то возьмет на себя ответственность.

Михаил Соколов: Но президент пообещал административную реформу предпринимателям как раз, на съезде РСПП.

Ирина Хакамада: Значит, мы анализировали с Шохиным, который отвечает от РСПП за этот проект. Пока что, сказал, ни шатко, ни валко, движется очень медленно только сокращение какого-то небольшого количества функций. О сокращении министерств, ведомств и серьезном перераспределении функций даже речи пока не идет.

Михаил Соколов: Ирина, скажите, а вот как все-таки у вас ощущение, возможна отставка Михаила Касьянова? Вот уже обсуждаются кандидатуры. Скажем, если президент захочет реального премьера, - это господин Сергей Иванов, если технического, то Кудрин, или Алешин, или Жуков, или Шувалов...

Ирина Хакамада: Я уверена, что есть два сценария после выборов президентских в 2004 году. Первый сценарий - это вообще очень серьезные изменения структуры правительства и сокращение его министерств и ведомств (и, может быть, готовится для этого теневой кабинет в администрации президента). И второй сценарий - просто смена премьера.

В любом случае - и в том, и в другом - я уверена, что Касьянов не будет премьером.

Михаил Соколов: Почему?

Ирина Хакамада: Потому что он представитель другого клана, "семьи".

Михаил Соколов: Вот в вашем сценарии возможно действительно изменение вообще всей структуры? Например, президент вносит какой-то закон о правительстве и говорит, что он берет всю ответственность на себя, вот как вы нарисовали, сказав, что администрация - она же и правительство.

Ирина Хакамада: Ну, не в таком чистом виде. Но вот, помните, промелькнуло сообщение, что Медведев, нынешний глава администрации вместо Волошина, в свое время был инициатором идеи, чтобы появился избираемый вице-президент, который был бы автоматически главой правительства. Ну, избираемый - таким образом правительство становится более представителем политического класса, а не бюрократии.

Что-то в этом есть, на эту тему можно думать. Потому что для меня очень важно, чтобы политический класс взял власть у бюрократии и нес политическую ответственность за то, что он делает. Сегодня этого нет.

Есть второй вариант, когда власть становится партийной.

Михаил Соколов: То, что хотел Ходорковский.

Ирина Хакамада: Да, то, что хотел Ходорковский, с чем я была согласна, даже если бы "Единая Россия" взяла правительство. Ну и что? Кто-то берет, потом, во всяком случае, ответит. После этого есть шанс прийти другим.

В противном случае весь парламент - это клоунада. Правительство закрыто за этой ширмой, дергает за ниточки и зависит только от премьера, которого может снять президента. А президент демонстрирует свою отстраненность от дел правительства, но каждый день вызывает по одному министров и вникает во все дела, самые даже такие совершенно конкретные. То есть он фактически дублирует правительство.

Это все бред, это все нужно делать более эффективным, прозрачным и лаконичным. Власти слишком много, но она абсолютно неэффективна.

Михаил Соколов: Ирина, скажите, а вот в вашей партии как-то так странно распределяются роли: есть лояльный Путину Чубайс, который говорит о некоторых ошибках, есть нелояльный Немцов и вы... Вы больше всех, по-моему, Владимира Путина все-таки защищаете, получается.

Ирина Хакамада: Я, по-моему, индифферентна. Я не оцениваю Путина как личность, в отличие от Немцова и Чубайса. Я оцениваю только его поступки, знаете, как робота... То есть, если мне нравится то, он делает, я не стесняюсь его поддерживать, а если мне не нравится - я спокойно критикую. У меня нет ничего личного по отношению к Путину.

У Чубайса есть, потому что он питерец, они еще с Собчака знакомы, знают друг друга, они там все были наверху. У Немцова тоже что-то очень личное. А у меня нет.

Что мне не понравилось, мне не понравилось то, что Путин позволяет Генпрокуратуре так распускаться. За оптимизацию налоговой схемы человека сажают в тюрьму в качестве меры пресечения - мне это не нравится. Мне не нравится, что в том, как идет реагирование на Ходорковского, действительно проявляется что-то личное, хотя все время говорится о чем-то системном. Но я, как логический человек, понимаю, что если системно и нет того самого закона об амнистии, - тогда всех посадить, всех, кто в зале рукоплещет, всех просто в очередь поставить.

Михаил Соколов: Вы имеете в виде на съезде РСПП?

Ирина Хакамада: Да, всех можно, потому что оптимизационными налоговыми системами, оффшорными зонами все пользовались.

Михаил Соколов: Да в конвертах и обычные люди получали, и налом...

Ирина Хакамада: Конечно. И кстати, это еще раз плюс тому, что мы правильно сделали, что сделали 13 процентов подоходный налог, потому что это все было связано с подоходными налогами. И Шахновский - то же самое, та же самая схема.

Что нравится? Сейчас ничего не нравится.

Михаил Соколов: Как же? Но президент же признал - давайте будем объективны - свои ошибки с Законом о гражданстве.

Ирина Хакамада: Да, мне понравилось, что он признал, что Закон о гражданстве не соответствует национальным интересам страны, заставил переделать. Мне понравилось, что он "наехал", грубо говоря, на правительство и сказал: "Сколько можно вообще? Вы не реформируетесь, и бюрократия замотала окончательно общество".

Мне нравится, что, несмотря ни на что, он пристально все время следит за тем, чтобы малый и средний бизнес хоть получал какую-то политическую поддержку от него, последовательно, он не отпускает эту тему. Потому что Ельцин иногда меня поддерживал, а потом раз - все закончилось, как-то уезжало. А у него это вот как некая стратегия.

Михаил Соколов: А с Чечней?

Ирина Хакамада: С Чечней... Мне Кадыров не нравится. Но если не будет больше терактов - на здоровье. Вы знаете, что вдруг Кадыров объявил, что готов вести переговоры с Масхадовым. Я думаю, это давление президента, Кадыров бы сам ни в жизнь на это не согласился. Значит, идет попытка действительно хоть как-то все это обустроить.

Михаил Соколов: Может, это влияние вот такого позорного финала дела Закаева в Лондоне?

Ирина Хакамада: Да нет, я не думаю. Потому что Лондон и Запад всегда раздражают и, наоборот, заставляют делать что-то другое. Мы же видим, какие комментарии идут по отношению к той же газете "Ле Монд". Поэтому нет, Я думаю, что реально хотят убрать эту тему, тем более перед президентскими выборами, причем не кратковременно, а серьезно - найти какую-то базу, чтобы вот продемонстрировать, что эти выборы, избрание президента действительно есть политическое урегулирование. Позитив в этом есть. Если стараются, то и слава богу, потому что должны стараться. Вот нельзя бросать эту тему.

У меня ничего личного нет. Мне часто задают вопросы: "Вам нравится президент?" или "Вы нравитесь президенту?". Я слово "нравится" исключила из своего лексикона. В политике оценивать нужно только поступки.

Михаил Соколов: Не могу обойти тему вечную - "Яблоко", СПС, объединение... Вот Чубайс опять пристал к Явлинскому с этой темой, зная, какой будет ответ во время выборов, изобразил теперь обиду. Это выглядит достаточно странно и, по-моему, бьет по рейтингу и той партии, и другой.

Ирина Хакамада: Да.

Михаил Соколов: Есть ли какой-то ответ?

Ирина Хакамада: Нет ответа.

Михаил Соколов: Почему? Вам тяжело об этом говорить?

Ирина Хакамада: Надоело. И я могу сказать одно, что если не будет объединенного демократического проекта, - это означает, что мы предали собственную страну. А все остальное - это мелочи, это суета, кто чего сказал и так далее.

Михаил Соколов: Но демократический проект - его же не вокруг личности надо строить, а вокруг определенной какой-то программы, демократических ценностей...

Ирина Хакамада: Ой, прекратите, ну прекратите. Ну прекратите, ну все же строится вокруг личностей - и вы это знаете.

Михаил Соколов: Так если вокруг личностей, тогда ничего не будет, потому что Чубайс и Явлинский несовместимы.

Ирина Хакамада: Плохо. Подождите, ну давайте... по кругу опять ходим. Чубайс, вы думаете, ради пиара собирался в прошлый раз уходить из СПС, когда велись переговоры? Как вы думаете, он пиарил?

Михаил Соколов: В прошлый раз, наверное, нет. А в этот раз, наверное, и да, ради пиара.

Ирина Хакамада: Так об этом и речь. Вот давайте вот так вот, не перекладывать... Вот тогда реально. И то, что в ответ получил такую пощечину в виде публичного отказа, - это, наверное, серьезно. То есть нужно...

Вы очень серьезно бережете нервную систему Григория Явлинского, но вообще-то, нервная система у всех одинаковая. Чубайс готов был уйти из своего детища и в тот момент поступал как государственный человек. Я была в шоке, я в это не верила.

Михаил Соколов: Но теперь-то он не уйдет, наверное, будет объединять какие-то силы без Явлинского, как он пообещал.

Ирина Хакамада: Давайте сделаем так. Я добиваюсь сейчас только одного - чтобы "Яблоко" не использовало критику СПС для получения своих голосов, а СПС не использовало критику "Яблока" для получения себе голосов. В результате теряют обе партии.

Шаг вперед есть: мы поддерживаем сейчас в одномандатных округах друг друга. Владимир Кара-Мурза - единый кандидат. "Единая Россия" испугалась тут же. То же самое у меня в Санкт-Петербурге. Игорь Артемьев поддерживает меня в 209-ом округе, я поддерживаю Игоря. У нас вообще в Питере прекрасная ситуация.

Поэтому сейчас нужно над этим работать и перестать копаться на этой политической кухне. Людям глубоко на это наплевать, они хотят только одного - позитива от двух партий, позитивного отношения друг к другу.

Михаил Соколов: Вы не считаете, что в нынешней ситуации следовало бы найти какое-то взаимодействие и с коммунистами, которые в оппозиции объективно способствуют сохранению основ демократической системы? Заключить какой-то союз - два-три простейших пункта: честные выборы, подсчет, сохранение минимума демократических свобод. На Украине же это получилось.

Ирина Хакамада: Да, так оно и происходит по жизни реально: как только нам что-то не нравится, это ограничивает демократию - и демократы и коммунисты выступают здесь вместе, и коммунистам приходится впервые биться как оппозиции за права человека.

Что же касается программных установок, ну, вы знаете, такая чернуха льется по регионам, вот я сама на себя вижу, такое от них идет, от коммунистов, - это слушать невозможно просто.

Михаил Соколов: Хуже, чем "Единая Россия"?

Ирина Хакамада: Да.

Михаил Соколов: Как вы прокомментируете последние опросы? Опрос, например, ВЦИОМ таков: 29 процентов опрошенных - за "Единую Россию", 23 - КПРФ, 8 - ЛДПР, 6 - "Яблоко" и 6 - СПС. Это значит, что Государственная Дума практически не изменится.

Ирина Хакамада: А я это и прогнозировала, я говорила: так и будет.

Михаил Соколов: Это хорошо или плохо?

Ирина Хакамада: На данный момент хорошо. Хотя, если бы мы объединились до выборов, я уверена, что СПС и "Яблоко" избирательный блок получил бы 15.

Михаил Соколов: Ну, что есть, то есть. Как вы спрогнозируете все-таки ситуацию на дальнейшее, скажем так, на президентские выборы, вот этот период трех-четырех месяцев? Предположим, избирается Дума примерно нынешнего состава...

Ирина Хакамада: В этот период ничего интересного не будет.

Михаил Соколов: То есть будет продолжаться дело ЮКОСа, будет такая трясучка на рынке...

Ирина Хакамада: Да, ЮКОС будет сидеть, как и сидел, Ходорковский. Я думаю, будет суд. Все равно сделают все для того, чтобы он остался уже по обвинению лет на 5, пока президентские выборы 2008-го не пройдут. Он будет бороться, ЮКОС, может быть, будет использовать Европейский суд и так далее.

Президент три месяца будут вести максимум благоприятную политику для всех, потому что он хочет победить в один тур. Касьянов ни в какие президенты не двинет, потому что иначе ему грозит тюрьма.

Михаил Соколов: Но обвинение Касьянову предъявить - это все равно что напасть на самого себя. Ведь 4 года вместе Путин и Касьянов.

Ирина Хакамада: Поэтому ничего и не будет.

Михаил Соколов: Не считаете ли вы необходимым, чтобы Михаил Ходорковский из тюрьмы баллотировался на пост президента?

Ирина Хакамада: Если это ему поможет выйти из тюрьмы, пусть баллотируется. Но там тоже не дремлют. Там есть определенный срок, когда можно себя объявлять кандидатом, поэтому ему обвинение попробуют предъявить и провести судебное заседание до объявления кандидатства.

Михаил Соколов: А правые могут поддержать такого кандидата?

Ирина Хакамада: Я думаю, что правые не поддержат, потому что политическая сила должна чувствовать себя серьезной. Я думаю, самому Михаилу Ходорковскому этого не надо. Ему нужно, чтобы правые создали серьезный правый проект и выдвигали кандидата, который имеет более сейчас положительный имидж. А дело Михаила Ходорковского готовится к будущим стратегическим планам.

Он, кстати, никогда, по-моему, не собирался избираться никаким президентом, у него идея была совсем другая. И я знаю, что Михаил Ходорковский был согласен с идеей, если парламентское большинство 2008 года будет возглавляться Путиным и, соответственно, сформирует правительство. Он был на это согласен, потому что ему было не важно - кто, самое главное, что очередная ступенька к парламентской Конституции будет пройдена.

Михаил Соколов: Спасибо. Гостем московской студии Радио Свобода была вице-спикер Государственной Думы России, фракция "Союз правых сил", Ирина Хакамада.

В следующей нашей передаче, 27 ноября, мы поговорим о ходе думской избирательной кампании, о выборах губернаторов Ярославской и Тамбовской областей.

XS
SM
MD
LG