Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Выборы-2000


Интервью с Константином Титовым, выборы в Саратове

Михаил Соколов:

Президентская кампания в России, соперничество Владимира Путина и Геннадия Зюганова не радуют яркими событиями. А вот предстоящие в мае выборы губернатора Санкт-Петербурга, поединок Валентины Матвиенко и Владимира Яковлева с непредсказуемым финалом интригуют.

В Петербурге элита расколота. В России верхи признают бесспорное право Владимира Путина на ельцинское наследие. И спарринг-партнер власти, Компартия России, вполсилы доигрывает матч с заведомо известным результатом.

Отказавшись от услуг профессиональных специалистов по ведению избирательных кампаний, Геннадий Зюганов пытается привлечь избирателя однообразными обещаниями повышения пенсий и зарплат втрое, и бесконечно вызывает Владимира Путина на дебаты.

Путин, отказавшись от дискуссий и не уделяя внимания соперникам, по-прежнему продолжает предвыборную агитацию государственными делами, демонстрируя заботу то о постановке оперы "Война и мир", то о нефтедобыче, то о росте производительности в легкой промышленности, то о нормализации отношений с НАТО.

Волей Верховного суда, на выборную сцену вновь вернулся Владимир Жириновский. Решение по делу о собственности вождя ЛДПР закрывает тему тайного от глаз Центризбиркома дачного домика Путина и служебной квартиры Тулеева.

Оживилась и борьба за роль единого кандидата демократических сил между лидером "Яблока" Григорием Явлинским и самарским губернатором Константином Титовым.

Кандидат в президенты России, губернатор Самарской области Константин Титов, предложил другому кандидату, лидеру "Яблока" Григорию Явлинскому, выйти из борьбы за пост президента. Штаб кандидата "Яблока" от этого демарша отмахнулся. Явлинский уже заявлял, что ни при каких условиях не снимет своей кандидатуры. Но Константин Титов не успокаивается. "Три раза он (то есть Явлинский) делал попытки избраться, и постоянно - пустой номер", - заявляет Константин Титов, обвиняя Григория Явлинского в том, что тот раскалывает демократический электорат.

Какой смысл видит в своем участии в выборах вполне успешный региональный политик, самарский губернатор и глава бюджетного комитета Совета Федерации? Константин Титов просто удовлетворяет свои амбиции, или ему в этой кампании предназначена иная роль?

Сегодня кандидат в президенты Российской Федерации Константин Титов - гость программы "Выборы-2000".

- Константин Алексеевич, все-таки зачем нужно было обращаться к Явлинскому, если известна его - априори - позиция: он не снимает ни при каких условиях свою кандидатуру, считая, собственно, себя тем самым единым кандидатом демократических сил?

Константин Титов:

Каждый волен считать себя тем, кем он себя считает. Это его право, и мы должны уважать это право человека, это демократическое право.

Я ничего не имею против Григория Алексеевича Явлинского. Нормальный человек демократических убеждений, все время - в оппозиции к власти. Это, кстати, тоже не очень легко. Но три раза выбираться, и как бы - "мимо денег", да? Надо уже понять, что, может быть, нам от демократической коалиции выставить другое лицо, а Григорию Алексеевичу сосредоточиться на работе в Государственной Думе: консолидировать демократические силы, проталкивать те законы, которые нам необходимы, о которых он говорит, и которые Дума не принимает.

Но сегодня есть возможность консолидироваться. И СПС, и часть ОВР - они же не против развития идей федерализма, они не против развития идей определенного изменения соотношения сил между правительством, парламентом, администрацией президента и самим президентом.

Очень много есть работы, для которой как раз и необходим Григорий Алексеевич Явлинский, как лидер демократических сил в парламенте. Он с этим шел на выборы. Хоть раз в жизни надо что-то начать и довести до конца. То есть, есть срок в четыре года. Вот вы обещали людям: будут такие, такие, такие, такие законы. Давайте их выполним. Не надо сегодня выходить сюда - "мы сейчас, вот, там бросим, и тут будем ныть".

Я понимаю, замена и лидеру фракции найдется, и все. Но мы понимаем, что сегодня это как бы отрывает людей от работы. Ни один закон еще, о котором обещали, два месяца... третий месяц Дума работает.... Нет этих законов, нет поправок к другим законам. Я понимаю, что это не быстро делается, но есть вещи, которые могут пройти уже комитеты, вынесены на пленарное заседание Думы, - нет этого пока ничего.

Поэтому давайте, вот, скажем открыто: я с уважением отношусь к Григорию Алексеевичу, но я выхожу с предложением, что сегодня один консолидирует силы в исполнительной власти, другой - консолидирует силы для работы в парламенте.

Я тоже понимаю, что фаворит очень силен в гонке, фаворит вперед далеко оторвался, но, получив тут рейтинг и рейтинг Григория Алексеевича, если мы его потом, в последующей работе соединим, может дать очень неплохие результаты.

Михаил Соколов:

Тем не менее, он вам отказал. А многие будут уверены, что это просто склока, и вы отнимаете голоса у Явлинского, у которого рейтинг все-таки повыше, так же, как Тулеев отнимает голоса у Зюганова. Вот, собственно, все решат, что у вас роль именно такая.

Константин Титов:

Михаил, вот, вы совершенно правы. Тут даже решать не надо. Мы с Григорием Алексеевичем на одном поле. Только он теоретик, а я практик. Я девять лет губернатор. И я знаю, как конструктивно, прагматично решить все то, что обещает Григорий Алексеевич. Я делаю это в Самарской области, и я готов это сделать для России, потому что тогда будет благо. Будут пенсии, будут зарплаты, без задержек, день в день.

Поэтому сегодня мы должны понять: вот есть позиция практики и опыта, теоретический демократ и есть практический демократ. Сегодня исполнительная власть - это практическая работа, это прагматичная работа, это конструктивная работа. Давайте будем заниматься законотворчеством, исходя из опыта, который накоплен в субъектах федерации, в частности, и в Самарской области, и будем вместе двигать это в исполнительную власть. И тогда не будет разрыва электората.

А так... обнимайся мы с Григорием Алексеевичем, здоровайся за руку - разрыв электората происходит все равно.

Михаил Соколов:

Ну, в результате, третьим будет Жириновский, который получил теперь такой хороший паблисити, пока демократические кандидаты выясняют между собой отношения. Нет?

Константин Титов:

А это бабушка еще надвое сказала.

Михаил Соколов:

А, собственно, не получается ли так, что суть этой кампании как раз в том, что идет борьба не за места даже, вот, кто первый, кто второй, кто третий, поскольку известно, кто первый, кто второй, а за образ нового президента, за образ Путина? То есть, есть Путин, который собирается кого-то "мочить", есть Путин, который говорит, почему бы не вступить России в НАТО? Это совершенно разные подходы.

И ваша роль тогда получается, что вы пытаетесь влиять на фаворита, нет?

Константин Титов:

Каждый пытается влиять на фаворита, не только я. Но я сегодня хочу сказать, что я готов поддержать Путина. Но так же, как сделано заявление в отношении НАТО, так же заявления должны быть сделаны в отношении субъектов федерации, так же заявления должны быть сделаны в отношении либерализации экономики, так же должны быть сделаны в отношении либерального общества. Все это должно. Тогда я готов поддержать Владимира Владимировича Путина.

Поэтому я сегодня считаю, что говорить о том, что Зюганов и Путин во втором туре - это тоже проблематично. Люди уже устали от обещаний коммунистов. Так же, как демократы устали от чистой критики Григория Алексеевича Явлинского, возвращаемся к теме, да? Так же народ устал от пустых обещаний коммунистов.

Кто такой сегодня Зюганов? Он не коммунист. Вы почитайте их программу. Там от Маркса и от Ленина ничего не осталось. Там ничего нет этого. Там есть частная собственность, там есть вот это.... Тогда назови себя "Мы - социал-демократы". Если он назовет себя "социал-демократом", то часть людей сразу отойдет от него. К Тулееву.

Я никак не могу понять, почему мы априори решили сегодня, что Зюганов будет во втором туре. Да, носят его некоторые бабушки на руках. Но так же на руках носят и Путина за то, что он прибавил пенсии, и более благодарны, потому что у его оппонента - только обещания, у Зюганова, а Путин это сделал. Так же носят на руках Титова, потому что он тоже это сделал. А Зюганов и коммунисты только обещают.

Вообще, скажите, вот где-нибудь их обещания реализовались? Вот, он начинает ругать Чубайса, говорит "уволить Чубайса". Ну, пожалуйста. Мы восемь лет у власти. Ты в Государственной Думе, ты лидер крупнейшей фракции, председатель Думы - твой человек. Ты с властью смешался, ты размыл коммунистические интересы, коммунистические идеалы предал, да? Гони Чубайса, вызывай на комиссию.... Нет, не делает, да? Я предполагаю, что Зюганову сегодня нравится быть оппозиционером. Ему нравится разъезжать в хороших машинах. Ему нравится обещать пенсии высокие, зарплаты, и так далее, но палец о палец не ударил.

Михаил Соколов:

Для вас, губернатора Титова, губернатор Тулеев, видимо, все-таки, ближе, поскольку он что-то делает, в отличие от Зюганова.

Константин Титов:

Губернатор Тулеев мне ближе, но истина дороже. Если ты получил полтора миллиарда рублей на реструктуризацию отраслей, на трансферты и так далее, то, действительно, молодец, и все понятно. А если, вот, ты бьешься, тогда как в других субъектах федерации вовремя не получают ни трансфертов, ничего, тогда это другой вопрос.

Но - коллега есть коллега. Я не хочу обсуждать, да? Коллегу. Но я хочу сказать, что я никак не могу понять, почему Тулеев выступает за назначение. Он прекрасно понимает, что его никогда бы не назначили. Его избрали люди.

Михаил Соколов:

Как же? Его назначил Ельцин, был слух.

Константин Титов:

Его избрали люди.

Михаил Соколов:

До избрания его назначил Борис Николаевич Ельцин.

Константин Титов:

Вот он был председателем совета, затем он ушел в правительство, и из правительства он избирался.

Михаил Соколов:

Сначала был назначен.

Константин Титов:

Ну, хорошо. Назначил, да? Ну, значит, вот он заслужил доверие. Тогда еще яснее лицо коммунистов. А они же ругают Ельцина. Ельцин их и назначал. Но сейчас-то уже не Ельцин.

Михаил Соколов:

Путин будет назначать - они рассчитывают.

Константин Титов:

Тогда что, получается - Тулеев сомневается в своем электорате? Он сомневается, что его выберут губернатором? Если ты сомневаешься, что тебя выберут губернатором, не надо в президенты лезть.

Я иду в президенты, не сомневаясь, что меня в Самарской области выберут губернатором. А если ты сомневаешься, ратуешь за назначение - значит, тогда или ты боишься, или ты не знаешь, как управлять сложными системами. Потому что муниципалитет - самостоятельный, субъект федерации - самостоятельный. Это сложная система, но она очень устойчивая.

А если ты хочешь выстроить систему несложную, простую... вертикаль вот эта пресловутая, унитарная система, то Советский Союз развалился.... Нурсултан Назарбаев не успел долететь до Москвы - Союза не стало. В один миг. Вот как разваливаются простые системы. Он этого для России хочет, Тулеев?

Михаил Соколов:

Константин Алексеевич, вы достаточно жестко выступаете против назначения губернаторов. Вот, вы встретились...

Константин Титов:

...профессионально жестко, я бы сказал. Профессионально жестко, потому что я знаю, что за этим последует для людей. Для людей будет плохо.

Михаил Соколов:

Ну, вот, вы встретились с мэром Москвы Юрием Лужковым. Получается, что в противовес той группе, которая выступает за назначение, за укрупнение регионов, за изменение роли Совета Федерации... вы что - создаете другую группу в Совете Федерации? Вы, Лужков, еще кто-то?

Константин Титов:

Я не хочу сказать, что Совет Федерации работает по интересам, как какой-то клуб, понимаете ли. Нет. Я, действительно, встречался с Юрием Михайловичем. И я обсуждал с ним именно эти проблемы. Потому что Юрий Михайлович... вот, мы можем по-разному о чем-то судить, но он всегда был сторонником выборности. И правильно. Потому что если бы - назначение, то его бы 19 декабря не назначили. А кого бы назначили? - он об этом очень хорошо в газете "Московский комсомолец" написал. Поэтому мне с ним по пути в этом направлении движения.

Следующий этап, кроме назначения, федерализм. Ведь все почему-то считают, что Лужков обирает Россию. Лужков не обирает Россию. Просто Москва исторически складывалась как правительственный и финансовый центр.

Но многие думают, что компании крупные нефтяные зарегистрированы в Москве, налоги платят.... Они не в Москве зарегистрированы. Они даже не в Московской области, многие, зарегистированы. И это надо тоже понимать.

Поэтому его позиции федерализма, и мои - они тоже близки. Мы можем по-разному говорить о рыночной экономике. Мы можем по-разному говорить о роли государства. Но есть позиции, которые нас сближают, и я сегодня консультировался с ним. Нам надо, считаю, срочно собрать Совет Федерации. Нам надо обсудить, вообще, почему вот эта демагогия - роспуск Совета Федерации, роспуск политический партий, назначение губернаторов - начинает будоражить общество. И, заметьте, в канун президентских выборов.

Михаил Соколов:

Значит, президенту предлагают такую программу сотрудничества? То есть, он выбирается на семь лет, а губернаторы назначаются, но те самые, которые предлагают эту программу, так?

Константин Титов:

Мы еще не выбрали с вами президента, поэтому давайте так говорить. Предлагают и.о. президента, да? А вот выберем - может, мы ему предложим другую, и, может быть, больше понравится?

Это я опять говорю к тому, что я готов поддержать Путина, но, вот, он должен понять, что такое федерализм, и вместе с нами строить федеративное государство, а не унитарное. Не надо вот этих сил, вертикали исполнительной, которая является рычагом для центробежных сил, для развала России. Это надо понимать. Это очень сложная позиция, и, если Путин готов это поддержать, то готов и я его поддержать.

Поэтому, вы извините, 26-го пройдут выборы. Выберут Путина - мы ему тоже свои взгляды на эти вещи представим. И посмотрим, где еще большинство в Совете Федерации - те, кто за назначение, которые отработали последний срок.... А вы посмотрите еще, как тонко делается... вот, прямо, ну, я бы сказал даже, не очень хорошо, да? Так, вот, напрашивается на язык другое слово, я не буду говорить в эфир. "Подкладка" какая идет. Губернаторов - назначать, мэров - назначать, а президентов республик - избирать. Да? Вы чувствуете, какой уже шаг к развалу России? Раскол! Прямо сразу по национальному признаку раскол.

Это что, от большого ума? Я думаю, что это или задание, или неправильно понимают федеративное устройство и Конституцию Российской Федерации.

Михаил Соколов:

Константин Алексеевич, но, с другой стороны, предлагается достаточно разумная вещь - Совет Федерации формировать через избрание. То есть, не то чтобы там были губернаторы и главы законодательных собраний. Ведь, согласитесь, здесь смешивается исполнительная и законодательная власти, и принцип разделения властей нарушается. То есть, в этом плане есть и разумная вещь.

Константин Титов:

Миша, вот, с вами приятно работать. Вы, наверное действительно общаетесь с простыми людьми, которые действительно хотят демократии. Вот, я, как либерал, как демократ, тоже хочу этого. Если вы проводили опросы, с людьми разговаривали, это ваши мысли, то мы с вами - сторонники.

Да, это надо сделать. Сейчас, вот, прямо, да? Накануне президентских выборов?

Михаил Соколов:

Обсудить.

Константин Титов:

Обсудить. Вот, давайте это обсуждать. Я согласен. Давайте это выстраивать. И, может быть, я согласен, что к концу 2003 года или 2004 мы подойдем к схеме, когда Совет Федерации будет избираться. А ведь сейчас многие говорят... пример Америки, еще, там, других высших палат. Там, действительно, представители от регионов избираются. Но ведь Америка тоже не сразу к этому пришла.

1993 года существует наша Конституция. Семь лет. Неполных семь лет. Не семь лет прошло, прежде чем они пришли к выборщикам и потом, значит, два представителя от штата. Не семь лет. Давайте поживем, поработаем.

Вот что необходимо, я считаю, это - пост вице-президента. Вот это я считаю необходимым.

Михаил Соколов:

А зачем нужен вице-президент? Уже был вице-президент. Поссорился с президентом - были безобразия.

Константин Титов:

Там поссориться очень легко было. Характер одного - нордический, и второго - тоже не менее нордический. Мало того, был определен пост вице-президента без полномочий. То есть, у него ничего нет. Он ничем не занимается. Понимаете? Если бы были даны конкретные полномочия - вот это твой участок работы, - да я больше, чем уверен: такой бы ситуации не произошло. А потом олигархами он сознательно был от Бориса Николаевича оттянут, Руцкой. Сознательно олигархи его оттолкнули. Он не нужен им был. Он мешал.

Михаил Соколов:

А в вашей-то системе, чем он будет заниматься?

Константин Титов:

Если брать такую ситуацию, как выборность, вот, да? Он вместе с президентом выбирается, я бы считал, что все-таки он должен заниматься и быть на связи с парламентом.

Михаил Соколов:

Как глава палаты?

Константин Титов:

Может быть, как глава верхней палаты. И Это, кстати, можно сделать уже сейчас. То есть, он становится председателем палаты, а мы все - и Егор Семенович Строев в том числе, и весь президиум,- сидим в зале, равные среди равных. А не первые среди равных. Понимаете? Это тоже нормально. Это уже был бы первый шаг к той конструкции, о которой мечтает народ. Так я понял из вашего вопроса.

Михаил Соколов:

Константин Алексеевич, а семилетний срок для нового президента? Как вы к этой идее относитесь?

Константин Титов:

Плохо.

Михаил Соколов:

Почему?

Константин Титов:

Если нам понравился президент, мы его еще раз на четыре года изберем. Да? А с точки зрения управления, восемь лет, семь лет - оптимальный режим. Для должности.

Михаил Соколов:

Но вы уже - девять.

Константин Титов:

Губернатором?

Константин Титов:

Ну, конечно.

Константин Титов:

Губернатором я только четыре года. А там я был главой администрации. Это вещи несколько разные. Я работал с оглядкой на Кремль. Я работал с оглядкой на правительство. А сейчас я работаю, как губернатор, самостоятельно. Это совершенно разные работы. Это совершенно разная ответственность. Это совершенно разные задачи по работе.

Если говорить дальше, то, вот, понравился он нам. Хорошо, да? А вы представляете - через год или два не понравился. И что? Семь лет... пять лет терпеть потом?

Михаил Соколов:

А мы импичмент устроим.

Константин Титов:

Ничего мы не устроим. Какой импичмент? Вот с этой оппозицией в лице Зюганова? Какой импичмент? Все! Скажут: "А тут, вот, по этому вопросу, голосование свободное. Коммунисты - они сами определятся". Помните его сакраментальную фразу, да? И пять-шесть голосов не доберем.

Михаил Соколов:

Большинство, может быть, будет у Союза правых сил, а не у коммунистов.

Константин Титов:

А Союз правых сил, вы знаете, сегодня который в Думе, он как бы дружит с властью. И, я думаю - на здоровье. Пусть дружит.

Михаил Соколов:

Ну, так вы собираетесь...

Константин Титов:

Я их за это не критикую.

Михаил Соколов:

Вы, значит, собираетесь новую партию создавать вместе с "Яблоком", если оно вам сдастся?

Константин Титов:

Вообще, мысль интересная. Стоит подумать. Я не готов сейчас к такому ответу. Мне нравится идеология Союза правых сил, мне нравится, что я по этой идеологии девять лет отработал, и у меня что-то получилось. Я не готов бросать Союз правых сил.

Михаил Соколов:

Но вам не нравится то, что он вас не поддержал.

Константин Титов:

Но он не только меня не поддержал, но и Путина не поддержал. Потому что все молчат. Союз правых сил не поддержал Путина и Титова. И, кстати, не Союз правых сил, а Координационный совет. Я могу назвать фамилии членов Координационного совета, которые не поддержали Путина и не поддержали Титова.

Михаил Соколов:

И не созвали съезд.

Константин Титов:

И не созвали съезд. Назвать?

Михаил Соколов:

Да все знают.

Константин Титов:

Все знают, да? Ну, хорошо. Раз все знают, то я повторю, чтобы лучше запомнилось. Это господин Гайдар, господин Кириенко, господин Немцов, господин Титов, госпожа Хакамада, господин Чубайс.

Михаил Соколов:

Вы говорили о том, что вы против того, чтобы назначались губернаторы, но у Центра должно быть право их смещать? Ну, хотя бы, через суд, если происходят какие-то, опять же, нарушения закона и Конституции? Сейчас такого права нет.

Константин Титов:

В уставе Самарской области прописано, - если губернатор нарушил закон, прокурор вправе возбудить преследование административное или уголовное. Обращается в Думу губернскую, она принимает решение, дело передается в суд. Или не принимает решение, - прокурор, все равно, вправе передать в суд. И после решения суда или решения Думы, если это уголовное преступление, то только решения Думы достаточно. Если это административное нарушение, то - референдум. И освобождается. Все. Никаких проблем.

И во всем цивилизованном мире так. Билл Клинтон, вот, большой друг Бориса Николаевича Ельцина, да? "Хороший парень Билл", да? Вот, он был губернатором штата Арканзас. А вы помните, в 1960-е годы, когда вышел закон о совместном обучении черных и белых, да? Вот, как раз этот штат и губернатор этого штата были "против". Я не помню, кто тогда был президентом Соединенных Штатов Америки, да? Он ввел войска - гвардейцы есть такие - на территорию штата, и черные дети под защитой, под охраной этих войск ходили в школу. Чтобы - никаких опасностей, ничего не было.

В этот момент шло расследование. Федеральная прокуратура и прокуратура штата определяли, нарушил ли закон губернатор штата. И выяснилось, что губернатор штата закон не нарушил. Потому что был издан федеральный закон, а в штате Арканзас этот федеральный закон еще не вступил в действие. Но восторжествовал федеральный закон, потому что он - выше. Почему - выше? Не потому, что он федеральный. А потому, что закон направлен на защиту прав и свобод человека против расовой дискриминации.

Вот, когда у нас будут такие законы, мы, может быть, тоже будем.... Вот, надо законы такие писать.

Вернемся к Григорию Алексеевичу. Он очень хорошо экономику Соединенных Штатов знает. Он очень хорошо знает право Соединенных Штатов Америки. Вот, нам такие законы нужны.

Михаил Соколов:

И все-таки, вы - за то, чтобы был универсальный такой механизм, как у вас в Самарской области?

Константин Титов:

Я считаю, что механизм такой обязательно должен быть. Позиция сдержек и противовесов. Не должен первый руководитель зарываться. Ни в коем случае. Такой механизм должен быть.

Но если не полюбился чем-то губернатор президенту или премьеру, скажем так, то они обязаны возбудить это ходатайство только через суд.

Михаил Соколов:

Что в Чечне в данный момент надо делать, когда объявляется, что антитеррористическая операция (как одни считают, а другие считают, что - большая война), заканчивается?

Константин Титов:

Ничего не закончилось, как мы с вами видим. Поэтому политики должны сесть за стол переговоров.

Михаил Соколов:

У микрофона Михаил Соколов. Мы беседовали с кандидатом в президенты России Константином Титовым.

Одним из самых заметных для тех, кто пытается предугадать курс экономической политики Владимира Путина, из событий прошедшей недели стала поездка главы Российского государства в Сургут. Здесь, в нефтеносном Ханты-Мансийском округе и.о. президента общался с хозяевами российских недр.

Путин, державшийся, в общем, нейтрально, в итоге дал понять нефтегазовым баронам и энергетикам, что он - на стороне производственников, а не бюрократов.

Поездка Владимира Путина в Сургут стала дорогим подарком и для главы Ханты-Мансийского округа Александра Филипенко, ведь 26 марта в округе пройдут губернаторские выборы.

Рассказывает экономический обозреватель московской редакции Радио Свобода Эльмар Муртазаев.

Эльмар Муртазаев:

Выборы главы региональной исполнительной власти для федерального центра - внешне рядовое событие. Однако в данном случае, это правило не действует. От того, кто и как будет избран в Ханты-Мансийском автономном округе, зависит очень многое. Дело в том, что Ханты-Мансийский автономный округ, или - ХМАО, как сокращенно именуют его жители региона, по сути, является главным источником денег всей российской казны. О значении этого региона рассказывает обозреватель агентства ИНТЕРФАКС Николай Сидоров.

Николай Сидоров:

Для того чтобы представить себе важность Ханты-Мансийского автономного округа, допустим, для нефтяной отрасли России и экономики в целом, нужно представлять себе важность нефтяной отрасли для экономики России, на которой, фактически, она сейчас держится. Свыше 50 процентов поступлений в бюджет идут от ТЭКа. Поэтому, естественно, Ханты-Мансийский округ, в котором сосредоточены, фактически, все основные крупные нефтедобывающие российские компании, играет тут достаточно важную роль. Ну, достаточно привести некоторые цифры.

В феврале ХМАО отмечает добычу семимиллиардной тонны нефти за сорок с небольшим лет. Это - огромная цифра, в которую, как т недавно Филипенко говорил на пресс-конференции, даже не верится.

Вообще, в ХМАО добывается свыше 55 процентов российской нефти. И добыча в ХМАО составляет около 5 процентов от всей мировой добычи нефти на Земле.

В то же время, 80 процентов экономики ХМАО составляет нефтегазовый сектор. Там работают, практически, все крупные российские нефтяные компании - "ЛУКойл", ЮКОС, "Сургутнефтегаз", ТНК, "Сибнефть". Вообще, в советское время в ХМАО добывалось около 370 миллионов тонн нефти в год, а сейчас в целом в России добывается около трехсот миллионов тонн нефти, а в ХМАО - около 170 миллионов тонн добыто, по результатам 1999 года.

Эльмар Муртазаев:

Контроль над Ханты-Мансийским автономным округом обеспечивает не только голоса и лояльность трех миллионов жителей этого региона. Куда важнее другое. Губернатор ХМАО сегодня является, по сути, одним из главных регуляторов российского нефтяного рынка. На территории округа работают практически все ведущие нефтяные компании России - "ЛУКойл", ЮКОС, "Сургутнефтегаз", ТНК, "Сибнефть" и "Славнефть".

О том, какое значение имеет для нефтяников ХМАО, рассказывает Николай Сидоров.

Николай Сидоров:

Вообще, надо сказать, что все крупные российские нефтяные компании работают в Ханты-Мансийском автономном округе. Достаточно посмотреть на их названия. Крупнейшая, фактически, по добыче российская нефтяная компания "ЛУКойл" свое название составила из трех ханты-мансийских городов - Лонгипас, Урай и Кагалым, где расположены ее основные месторождения.

В названии ЮКОСа прослеживается название города Нефтеюганска, расположенного в Ханты-Мансийском округе. Компания "Сургутнефтегаз" все сто процентов своих добывающих мощностей сосредоточила в районе Сургута. В районе Нижневартовска находятся основные добывающие подразделения Тюменской Нефтяной Компании. "Мегионнефтегаз" - это ханты-мансийский город. Это нефтяная компания "Славнефть" с добычей, примерно, одиннадцать миллионов тонн в год. Это вся добыча "Славнефти".

Также в Ханты-Мансийске расположено известное Самотлорское месторождение, которое начали разрабатывать еще в 1965 году, и на сегодня его запасы составляют около одного миллиарда тонн нефти. Правда - при обводненности 90 процентов. То есть, их добыча достаточно сложна сейчас. Но в свое время, в 1980-е годы весь Советский Союз на Самотлоре жил, практически. Как говорят, на эти деньги проводилась "Олимпиада-80".

Сейчас "ЛУКойл" старается дифференцировать свою добычу и развивает проекты на севере Каспия и в Коми. Это одна из наиболее агрессивных российских компаний, пытающаяся как можно больше нефти добывать вне пределов Западной Сибири, поскольку там добыча все-таки достаточно дорогостоящая. И, тем не менее, на сегодняшний день "ЛУКойл" около 50 миллионов тонн нефти добывает в ХМАО, и лишь около 14 миллионов - тонн в европейской России и в зарубежных своих проектах.

Эльмар Муртазаев:

Таким образом, выборы в округе интересны даже не с точки зрения контроля над избирателями, а, скорее, для воздействия на руководителей российского топливно-энергетического комплекса.

Практически все главы нефтяных компаний, в особенности, руководитель "ЛУКойла" Вагит Алекперов, хозяин "Сибнефти" Роман Абрамович и глава ЮКОСа Михаил Ходорковский относятся к российским олигархам и серьезно влияют на федеральную власть. Именно поэтому и президентская администрация, и правительственные чиновники с таким пристрастием следят за выборами губернатора ХМАО.

А выборы, между тем, похоже, пройдут по заранее написанному сценарию. На сегодняшний день в числе кандидатов на пост главы региональной исполнительной власти числятся семь человек. Это - временно не работающий житель Тюмени Валерий Абрамов, опять же, временно не работающий Евгений Остапенко, проживающий в городе Люберцы, вице-президент ассоциации офицеров запаса Александр Чусвитин, ректор Ханты-Мансийского автономного округа Сергей Соловьев и начальник рядового отдела подразделения ЮКОСа Сергей Кравец.

Все они мало известны и не располагают серьезной финансовой поддержкой местных нефтяников, а также практически неинтересны федеральной власти. На выборы в ХМАО выставился и руководитель Российской партии пенсионеров Сергей Отрошенко, который уже успел провести несколько шумных пресс-конференций. "Главный пенсионер страны" подверг резкой критике политику нынешнего губернатора Александра Филипенко. По его мнению, Филипенко отказался от дополнительных сборов в пользу областного бюджета. Сам он предлагает ввести пятипроцентное отчисление от добычи нефти и газа в пользу округа. Предложение отличается большой экзотикой и популизмом, но, по большому счету, практически невыполнимо, поскольку противоречит налоговому кодексу, да и - здравому смыслу. Нефтяники все равно не будут платить новых поборов, успешно уходя от дополнительной налоговой нагрузки в оффшоры.

Желание Отрошенко стать губернатором, между тем, выглядит тем более странно, поскольку в свое время он возглавлял обанкротившийся банк, после "смерти" которого в округе осталось много обманутых вкладчиков.

Как свидетельствуют представители нефтяных компаний, появление Отрошенко - чистейший экспромт попсового московского политика, который никак не отразится на результатах предстоящего голосования. Не отразится потому, что уже сейчас очевиден победитель предвыборной гонки.

Это - действующий губернатор Александр Филипенко. Опрос социологов Сургутского государственного университета, проведенный за три недели до выборов, показал, что абсолютное большинство избирателей Ханты-Мансийского автономного округа - 82 процента - уверено в победе Филипенко.

На вопрос о необходимости смены губернатора положительно ответили лишь 12 процентов избирателей, а за сохранение нынешней власти проголосовало более 73 процентов.

Между тем, на прошлых выборах главы региона в 1996 году Филипенко набрал 71 процент голосов. По прогнозам экспертов, на нынешних выборах Александр Филипенко вполне способен перекрыть этот результат. Позиция губернатора выглядит столь прочно, что еще задолго до выборов с мыслью посягнуть на пост Филипенко расстались весьма влиятельные и известные чиновники.

Так, к примеру, поговаривали, что губернатором ХМАО стремились стать и министр топлива и энергетики Виктор Калюжный, и губернатор соседствующей, главенствующей Тюменской области Леонид Рокецкий. Каждый их этих политиков имеет хорошие связи с нефтяными компаниями и активно лоббирует их интересы. Калюжного причисляют к людям Абрамовича, а Рокецкий давно связан с Тюменской Нефтяной Компанией. Однако даже поверхностный мониторинг ситуации в Ханты-Мансийском автономном округе убедил обоих политиков в бесперспективности претензий на губернаторское кресло.

В чем же секрет Филипенко? Прежде всего, в его осторожности. Работая на посту руководителя региона, в котором пересекаются такие глобальные интересы, ему удается сохранить свою нейтральность, извлекая выгоду из любого конфликта нефтяников. Филипенко успешно использует ресурсы региона для давления на нефтяную отрасль. Во-первых, именно региональные власти выдают лицензии на разработку новых месторождений. Поскольку большинство компаний работают на старых месторождениях, разработка новых ресурсов для них жизненно необходима. Вдобавок, Филипенко удачно использует местные налоги, предоставляя льготы по их уплате - в зависимости от политической и экономической конъюнктуры.

За счет этих мер губернатор Ханты-Мансийского автономного округа стал реальным арбитром в спорах нефтяников. Как однажды прилюдно признался заместитель министра топлива и энергетики Руслан Гарипов: "Мы счасто приходим к Филипенко, едва не вырывая волосы друг у друга, а он нас мирит". Если учесть то, сколько конфликтов приходится решать губернатору, становится понятно, откуда у Филипенко столько возможностей и влияния.

О самых шумных спорах нефтяных компаний рассказывает Николай Сидоровю.

Николай Сидоров:

Наиболее шумная история, конечно, касается конфликта международной компании "BP-Amoco" и Тюменской Нефтяной Компании. Касается она проблемы поглощения Тюменской Нефтяной Компанией ряда дочерних предприятий "Сиданко" через процедуру банкротства. Ну, об этом уже много и неоднократно говорилось, что процедура банкротства достаточно несовершенна в Российской Федерации, достаточно несовершенна законодательная база.

Естественно, администрация Ханты-Мансийска всегда выступала против таких вещей, но, тем не менее, практика весьма широка именно в Ханты-Мансийском округе, но не благодаря позиции администрации, а, скажем так, благодаря тому, что именно там, как уже говорилось выше, пересечены интересы всех крупнейших российских нефтяных компаний.

И вот, такой конфликт в прошлом году возник вокруг двух дочерних предприятий нефтяной компании "Сиданко". Это "Черногорнефть" и "Конт-петролеум". "Черногорнефть" - одна из крупнейших компаний в "Сиданко". Она добывает почти восемь с половиной миллионов тонн нефти, и ТНК была проведена процедура банкротства компании с подачи не то чтобы региональных властей, но какая-то местная организация начала банкротство. Потом компании были обанкрочены и проданы с аукциона, и их купила компания ТНК.

Для "BP-Amoco", владеющая 10 процентами акций "Сиданко", которая, естественно, не хотела терять свои деньги ( это одни из крупнейших нефтедобывающих предприятий) конфликт вышел даже на уровень Госдепартамента США. До сих пор ТНК не может получить кредит "Эксимбанка" США, обещанный ей под модернизацию Рязанского нефтеперерабатывающего завода и разработку Самотлора.

Эльмар Муртазаев:

Ханты-Мансийский автономный округ по своим объективным показателям является весьма развитым регионом. Его жители традиционно голосуют за центристские и право-ориентированные партии. Объясняется это не только относительно высоким уровнем жизни избирателей. Дело в том, что подавляющее большинство жителей работает на экспортно-ориентированных предприятиях, будь то нефтедобывающие или лесозаготовительные компании.

Им, так же как и хозяевам, необходима открытая экономика, которая обеспечивает их компании, регион и семьи валютой. Отсюда - весьма рыночная ориентация главы региона.

Вот, например, как высказывается губернатор на предмет ужесточения правил регулирования нефтяного рынка - идеи, которая пропагандируется многими российскими чиновниками и левыми политиками.

Александр Филипенко:

Я не думаю, что монополизм - это помощник в решении этих вопросов. Концентрация средств, возможностей - да, но до известной меры. Потому что это не столбовой путь развития той же нефтяной отрасли. И даже в Соединенных Штатах, да и в любых других странах, наряду с существованием каких-то супергигантов, существует огромное количество так называемых независимых нефтяных компаний, которые каждая занимается своим делом... и добавляют свое разнообразие... и мне кажется, балансируют все, то есть, создают стабильность.

Это, мне думается, очень важно, и поэтому сводить к проблеме только так - чем больше, тем лучше. Единственное - я не понимаю методы управления с помощью директив. Ну, например, принять решение о том, что литр бензина будет стоить полтора доллара, или сколько-то рублей, или еще чего. Вот, я такие методы не воспринимаю.

А экономические методы воздействия на экономику я воспринимаю. Но для этого надо действительно соизмерять, что нужно государству, в каких масштабах, по каким ценам. Если вдруг государству, например, нужны нефтепродукты в два раза дешевле, чем они есть сегодня на рынке, значит, государство должно, соответственно, построить механизм, как компенсировать затраты, которые понесли производители, производя эти нефтепродукты.

То есть - это не механизм простых ограничений, конечно же. Экономический механизм влияния. Подчеркиваю - влияния.

Эльмар Муртазаев:

Предопределенность итогов грядущих выборов влияет и на отношения Филипенко с федеральным центром. В ходе своей недавней поездки в Сургут Владимир Путин ушел от традиционных сценариев агитации и пропаганды. В отличие, например, от поездки в Краснодарский край, где премьер-президент внимательно перебирал фуражное зерно, или от визита в Иваново, где Путин дежурно улыбался знатным ткачихам, в Сургуте глава государства сконцентрировался на встречах с руководителями округа и представителями местных компаний и предприятий.

Взаимное "прощупывание" прошло в лучших традициях партийно-советского жанра. Путин раскланивался с нефтяниками, рассказывая об их особом положении в России. Те, в свою очередь, клялись в верности преемнику партии власти.

Добиваясь лояльности нефтяных генералов, Путин пошел на нетрадиционный шаг. Он устроил публичную порку министру топлива и энергетики Виктору Калюжному, который вызывает стойкое неприятие у руководителей нефтяных компаний. Министру инкриминировалось попустительство в борьбе с нефтеэкспортерами.

Весьма характерно, что практически все встречи Путина в Сургуте, как в широком, так и в узком кругу, проходили в присутствии Филипенко. По отзывам чиновников, знакомых с правилами бюрократического этикета, это - признак особого доверия. Филипенко же, в свою очередь, при каждом удобном случае рассыпается в комплиментах Путину.

Александр Филипенко:

Владимир Путин и... либо кто-то иной, ставший во главе России, просто не может не учитывать то, что Ханты-Мансийский округ сегодня - это главная топливно-энергетическая база Российской Федерации. По тому, что я уже слышал и слышу от Владимира Владимировича, я чувствую, что он - понимает. Например, когда он говорит такую фразу: "Да, конечно, нефтяники - это богатые компании, и с них надо как-то налоги брать, но не забывать, что, если мы сильно будем налегать на это, то больше налоги брать будет не с кого."

Эльмар Муртазаев:

В случае с Ханты-Мансийским автономным округом благословение федерального центра - важный, но не решающий фактор победы. Не менее важно и мнение нефтяников. Однако и здесь у губернатора особых проблем не возникнет. Почти все руководители нефтяных компаний, работающих в Ханты-Мансийске, уже высказались в поддержку Филипенко.

Похоже, российские нефтяные короли решили действовать по принципу наименьшего зла. Филипенко, несмотря на весьма независимые позиции, достаточно прогнозируемый и спокойный губернатор. А это значит, что выборы 26 марта в Ханты-Мансийском автономном округе могут стать для Филипенко просто легитимизацией существующего положения.

Вот, например, что ответил действующий губернатор на вопрос Радио Свобода о грядущих выборах.

Александр Филипенко:

Я выборами не занимаюсь. Я действующий губернатор. Работаю, и не намереваюсь, во всяком случае, оставлять этот пост. Поэтому если интересно, задавайте вопросы как губернатору автономного округа. Когда у меня будут предвыборные встречи - вдруг они будут - будете задавать иные вопросы.

Эльмар Муртазаев:

Филипенко прав. В нынешних условиях, когда исход выборов заранее определен, думать надо не о выборах. Сегодня выборы для губернатора - пусть и сложный, но все-таки процедурный вопрос.

Михаил Соколов:

О выборах губернатора Ханты-Мансийского автономного округа рассказывал экономический обозреватель московской редакции Радио Свобода Эльмар Муртазаев.

В Саратове на губернаторских выборах произошло много нового. В избирательной кампании главы региона Дмитрия Аяцкова поучаствовала звезда мировой эстрады, скрипачка Ванесса Мэй.

Иная музыка - у главного соперника губернатора коммуниста Валерия Ражкина. Отстраненный от участия в выборах, он пытается отстоять свои права через суд.

Рассказывает специальный корреспондент Радио Свобода Карен Агамиров.

Карен Агамиров:

Отстранение Валерия Ражкина областным избиркомом от участия в выборах сенсацией не стало. В беседе со мной главный редактор Поволжского информационного агентства Илья Малякин предсказывал.

Илья Малякин:

По имеющимся данным, ставка делается на то, чтобы вообще не допустить его до избирательной кампании.

Карен Агамиров:

Так и получилось: лидеру саратовских коммунистов вменили слишком уж большое число фальшивых подписных листов. Ражкин обратился в суд.

Валерий Ражкин:

3 марта мы подали жалобу. Она принята судом. Закон требует: в течение десяти дней суду разобраться и вынести решение. Сто двадцать тысяч подписей у меня были собраны, пятьдесят мы сдали, остальные лежат; причем, все - истинные. Все истинные. Это самая настоящая провокация... так называемых черных, грязных технологий, которыми вновь славится Саратовская область.

Карен Агамиров:

А вот по телевидению, Валерий Федорович, показывали, что дата рождения и дата выдачи паспорта совпадают в ваших подписных листах во многих случаях.

Валерий Ражкин:

Я не исключаю, что где-то... вы представляете, что такое сто двадцать тысяч подписей? Где-то человек, который заполнял графы "дата выдачи паспорта" и "дата подписи", мог просто ошибиться. На то есть те самые 15 процентов недостоверных сведений в законе, которые допускаются.

Карен Агамиров:

А вот то, что много зачеркнуто было там фамилий, исправлений много было разных?

Валерий Ражкин:

Много зачеркнуто, и исправления - надо разбираться. Нужна экспертная оценка, кто это сделал. Я не исключаю возможности, что это могли сделать и в избирательной комиссии. До сих пор нам еще избирательная комиссия даже через суд не представила подписные листы, чтобы мы сделали анализ.

Карен Агамиров:

Но вы уверены, что не более 15 процентов у вас?

Валерий Ражкин:

Убежден. Категорически убежден, что у нас подписные листы действительны, и недостоверных сведений менее 15 процентов. В практике сбора подписей в свою поддержку, начиная с 1993 года, у нас не было более 4-8 процентов. Семь лет. И это случилось только сегодня, учитывая, что я баллотируюсь на пост губернатора.

Наши социологические опросы показывают, что губернатор не набирает и 25 процентов. Это их шокировало. Это их напугало. И они нашли выход в подготовке и проведении избирательной кампании без основного конкурента, без Ражкина Валерия Федоровича.

Карен Агамиров:

То есть, вы надежды не теряете, что вас все-таки - зарегистрируют?

Валерий Ражкин:

Я глубоко убежден. В Саратовской области, по крайней мере, это проблематично. Здесь у нас ситуация сложилась так, что все силовые структуры, начиная с прокуратуры, УВД, судов, подчинены единой фигуре - губернатору. Это диктаторская сложившаяся власть. Будет проблематично выиграть областной суд. Но Верховный Суд на сто процентов убежден: мы выиграем.

Карен Агамиров:

Тем не менее, саратовские эксперты настаивают - даже если депутат Госдумы, руководитель областной организации КПРФ Валерий Ражкин и примет участие в выборах....

Илья Малякин:

Вот есть тот потолок, число проголосовавших за коммунистов во время думских выборов - это около 30 процентов, с небольшим. Это то, на что он реально может рассчитывать по максимуму.

Карен Агамиров:

В любом случае, с Ражкиным или без, - подытожил главный редактор Поволжского информационного агентства Илья Малякин, - Дмитрий Аяцков побеждает в первом туре. Он был и остается самым жизнелюбивым российским губернатором.

Дмитрий Аяцков:

Я люблю скорость. У меня самый лучший снегоход, у меня самый быстрый катер. У меня самый лучший автомобиль. Вот, моя мечта - чтобы у меня был самый быстрый самолет личный. Думаю, что когда-нибудь у меня будет такой самолет. Люблю риск.

У меня огромная коллекция часов, где-то - полторы тысячи. Я люблю их рассматривать. На моем столе, как минимум, десятка два часов. Я постоянно пополняю свою коллекцию.

Люблю читать. Люблю заниматься с детьми. Думаю, что в ближайшем будущем буду заниматься с внуками. Когда есть возможность, выезжаю на природу. Я люблю женщин. Я люблю выпить. Я люблю пошутить. Приходит маленький пациент к врачу, выкладывает прибор на стол и говорит: "Доктор, отрежь половину". Он говорит: "Смотри, какой красивый. Зачем же резать-то?" Он говорит: "Да вот, беда. Он встает - я падаю."

Карен Агамиров:

И народ в Саратове юмора не чужд.

Житель: Следить за нашей властью - это очень и очень большое.... Смешно.

Карен Агамиров:

Саратовская область выбирает губернатора.

Михаил Соколов:

Это был репортаж специального корреспондента Радио Свобода Карена Агамирова о выборах губернатора Саратовской области.

В следующем выпуске 16 марта - Вятка перед выборами губернатора.

XS
SM
MD
LG