Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Выборы-2000


Михаил Соколов:

В нынешней осенней выборной кампании ситуация - абсолютно предсказуемая. Как и ожидалось, мэром Салехарда избран при двадцатисемипроцентной явке 68 процентами голосов бывший исполняющий обязанности мэра Александр Спирин. Примерно тот же результат 24 сентября ожидается в Хабаровске, где хорошие шансы стать мэром имеет нынешний исполняющий обязанности городского головы Александр Соколов. Но для иных лидеров впереди - сюрпризы.

В Рязанской области зампред местной Думы ранее поддерживавшийся коммунистами Петр Забалуев решил конкурировать с губернатором, членом КПРФ Вячеславом Любимовым. Это подарок для яркого кандидата правых, Героя Советского Союза Михаила Малахова.

Похожая ситуация и в Брянской области. Губернатору Юрию Лодкину будет противостоять бывший коммунист Олег Шинкарев. В Калининграде раскол во властной элите и противостояние между губернатором Леонидом Горбенко и кандидатом Москвы адмиралом Владимиром Егоровым может помочь левым. Горбенко обвиняют связях с криминалом, и это поможет пройти во второй тур депутату Думы коммунисту Владимиру Никитину. А в Удмуртии, где на президентских выборах соперничают глава правительства Николай Гонза и законодательной власти Александр Волков, их баталии могут оказать содействие бизнесмену, бывшему депутату Андрею Солуянову, которого скандально пытаются сейчас в Ижевске не допустить к президентским выборам.

В каких экономических условиях пройдет осенняя избирательная кампания в регионах России? Какой тон провинциальным выборам зададут дискуссии в Государственной Думе вокруг бюджета 2001 года, споры вокруг перераспределения налогов от региональных к федеральным властям?

Сегодня мой собеседник - депутат Государственной Думы России, директор Института экономики переходного периода и один из лидеров Союза правых сил Егор Гайдар.

Егор Тимурович, мне сказали перед нашей встречей, что вы теперь не очень хотите разговаривать о политике, а хотите, в основном, выступать, как экономист, эксперт.

Не могли бы вы объяснить причины такого вашего нового стиля, если учесть, что вы не оставили поста лидера партии, депутата, и так далее?

Егор Гайдар:

Я считаю, что каждый должен заниматься своим делом. Я сейчас активно занимаюсь вопросами налогового законодательства, бюджета, и, вообще, экономико-политическими инициативами Союза правых сил. И это то, на что трачу больше всего сил и времени, этим владею лучше, наверное, других своих коллег по СПС, и поэтому предпочитаю говорить об этом.

Разумеется, это не значит, что не занимаюсь политическими вопросами. Просто я считаю, что есть и другие наши коллеги, сопредседатели СПС, коллеги по фракции, которые могут поговорить о них. Может быть, они слабее разбираются в бюджете.

Михаил Соколов:

То есть, карт-бланш сейчас говорить от имени правых сил, так сказать, по политическим вопросам, отдан Борису Немцову?

Егор Гайдар:

Нет, это не правда. По политическим вопросам выступает Борис Немцов. По политическим вопросам много и хорошо выступает Виктор Похмелкин. По политическим вопросам выступает Ирина Хакамада. По политическим вопросам выступает Анатолий Чубайс. Когда я считаю нужным, выступаю по политическим вопросам я...

Но я не считаю необходимым лезть сразу во все вопросы деятельности СПС.

Михаил Соколов:

Тем не менее, некоторые могут это воспринять как такую осторожность. То есть, вы не хотите подорвать свои отношения с нынешней президентской командой, с правительственной командой, с которой, насколько я понимаю, ваш Институт плотно сотрудничает, зная то, что в Кремле достаточно настороженно относятся к любой публичной критике деятельности администрации со стороны тех, кто с ней сотрудничает.

Егор Гайдар:

Можно интерпретировать все что угодно, и как угодно. Опыт последних десятилеток показал.

Я просто считаю, что я в политику пришел не потому, что считал это своим призванием, а потому, что так сложилась жизнь. Я считаю, что у меня были некие обязательства, связанные с тем, что в 1991 году именно нашему правительству довелось начать реформы. Я считаю, что я по своим обязательствам за последние годы, в общем, уплатил и могу заниматься тем, что считаю нужным.

Михаил Соколов:

Но вот некоторые считают, опять же, что плата за правильное поведение Союза правых сил в отношениях с властью, первое - это налоговая реформа. То, что было проведено летом.

Как вы оцениваете эффективность этих решений, эффективность этой, как бы некоторые сказали, платы за компромисс с властью, если учесть, что и в экономической сфере были определенные компромиссы? То есть, например, налог с оборота не отменен, а некоторые акцизы повышены.

Егор Гайдар:

Компромиссы есть всегда. Политика вся, если она не тоталитарная, состоит из компромиссов. Налоговая реформа не была платой за какие бы то ни было компромиссы. Это была инициатива власти и правительства. Это было обозначено в программе правительственной Грефа и в бюджетном послании президента, в документе президента об основных направлениях налоговой реформы.

Правительство и президент приняли это направление как важнейшее направление своей деятельности. Собственно, навязать им это никто не мог. И провести без них, разумеется, это было нельзя.

Другое дело, что эти направления действительно очень тесно связаны со всем, за что выступало и ДВР, и СПС, и я лично на протяжение предшествующих лет. Это правда.

Но, тем не менее, это никакая не плата за компромисс, это та политика, которую правительство и президент приняли, которая для них является своей, и здесь мы просто были объективными союзниками.

Что касается компромиссов. Я не слышал ни об одой налоговой реформе, которая была бы проведена бескомпромиссно в мировой истории экономической. Во всяком случае, в демократических странах. То, что уже удалось сделать, это одна из самых радикальных налоговых реформ, известных мне в мировой финансовой истории.

Резкое снижение предельных ставок обложения заработной платы, резкое снижение реальных предельных ставок налога на прибыль в связи с ликвидацией большей части оборотных налогов, четко определенные сроки окончательной ликвидации оборотных налогов, оставленных на два года в размере один процент (реально, они были в районе пяти процентов, если учесть региональное повышение налога на пользователя автодорог), сведение всех взносов в социальные фонды в единый социальный налог, регрессивная шкала социального налога... Это, конечно, абсолютно революционные решения, радикально меняющие контуры системы... российской налоговой системы.

Это не завершение ее. Там предстоит еще массу всего сделать. В первую очередь, конечно, речь идет о налоге на прибыль, без которого налоговая система просто не закончена, и вот борьба вокруг налога на прибыль, без всякого сомнения, развернется. Очень важный вопрос - это ресурсные налоги. Там масса противоречий и просто нелепостей. Важнейшее направление - это совершенствование налогов на собственность, на недвижимость.

То есть, короче говоря, здесь предстоит довольно большая работа, но если нам удастся ее завершить (все-таки, еще раз подчеркну, 80 процентов самых сложных, политически взрывных вещей, мы все-таки прошли), Россия получит одну из очень эффективных, простых и стимулирующих деловую активность налоговых систем в мире.

Михаил Соколов:

Некоторые экономисты (Ясин, Алексашенко) и некоторые политики (я так понимаю, с их подачи), например, Грызлов, начали говорить о некой "проблеме-2003". То есть, проблема пиковых выплат по внешнему долгу, проблема износа оборудования, якобы существуют какие-то демографические проблемы, что очень спорно...

Как вы считаете, действительно это серьезный такой вопрос, этот 2003 год, или это такая PR-акция, чтобы сплотить общественное мнение?

Егор Гайдар:

Ну, что касается сроков износа оборудования, в реальной жизни это всегда разбросанные по времени ряды, и никакой там безумной концентрации ни на какой конкретный год прогнозировать просто невозможно. Что касается демографии, ничего, на мой взгляд, в 2003 году фантастического не произойдет, и нам надо говорить тогда, скорее, о неблагоприятных тенденциях после 2007 года.

А вот то, что действительно важно, это, конечно, проблема обслуживания долга. И то, что происходит существенное увеличение долговых платежей в 2003 году, это серьезная проблема для российской финансовой системы и российской экономики и фактор некоторой неуверенности в стабильности тех позитивных тенденций, которые явно обозначились в последнее время. Это факт.

Там никакой драмы нет. Если те позитивные тенденции, которые обозначились сегодня, будут хотя бы более медленными темпами, но идти в том же направлении в течение следующих трех лет, то в 2003 году доля совокупных расходов по обслуживанию долга в номинальном долларовом ВП будет ничуть не больше, чем в этом году, скажем.

Так что там нет какой-то неразрешимой проблемы. Но это (еще раз подчеркиваю) только в том случае, если эти позитивные тенденции закрепятся. Это первое.

Второе: это показывает, что мы должны быть крайне консервативны в подходе к использованию благоприятной экономической конъюнктуры. Сейчас ведь очень большая часть позитивных тенденций все-таки связана с аномально высокими ценами на нефть. Это в России важнейший фактор на протяжение последних, по крайней мере, тридцати пяти лет.

Михаил Соколов:

Ну, так это плохо. Это значит, нефтяной такой допинг.

Егор Гайдар:

Это не исключительно нефтяной допинг, потому что там есть два разных процесса. Есть медленный процесс структурных реформ, тяжелый, растянутый, непоследовательный все последние годы, который менял лицо этой экономики и дает сейчас возможность ей расти на рыночных основаниях. Есть конъюнктурные колебания очень важные для российской политики, экономической политики, связанные с ценами на нефть.

Вообще, самая короткая история Советского Союза последнего тридцатилетия - это история цен на нефть в неизменном исчислении. То есть, если посмотрите на график этот, там вам почти все становится ясно. Так и самая короткая история России последних десяти лет, это тоже история цен на нефть в неизменных ценах, там, 1990 года. Она очень многое показывает, начиная от того, почему Борис Немцов не стал президентом России, и кончая тем, почему Владимир путин стал президентом России, на мой взгляд.

Я, конечно, немножко шучу, утрирую и преувеличиваю, но по существу своему это действительно важнейший фактор. И сейчас, когда конъюнктура благоприятная, есть огромный соблазн делить нефтяную. Ну, "бананза" такая, ну, знаете, как вот после 1973 года в Советском Союзе вдруг пошли в огромных масштабах нефтяные доллары, было ощущение, что можно все себе позволить - паритет обеспечить, да все, что угодно!

Михаил Соколов:

А сейчас вокруг бюджета - примерно то же самое.

Егор Гайдар:

Да. И вот сейчас я просто вижу, как вот то, что происходит сейчас вокруг бюджета, начинает напоминать мне вот эту "бананзу" 1970-х годов в Советском Союзе, на самом деле, последствия которой мы потом расхлебывали очень долгие и долгие годы.

Михаил Соколов:

Но не один Советский Союз...

Егор Гайдар:

Нет, ну что вы! А Мексика? Это традиционная проблема стран с высокой зависимостью бюджетных и экспортных доходов от цен на соответствующие сырьевые товары.

Стандартная проблема, потому что кажется... Ну, как говорил тогда президент Мексики: "Главная наша проблема - управление изобилием. Мы не знаем, куда потратить деньги". Потом десять лет они выбирались из-под осколков, из под руин своей рухнувшей экономики - после кризиса 1982 года.

И вот я просто вижу это настроение. "Вот, давайте сейчас все поделим. Смотрите, это же есть, и доходы идут... И чего же нам вот теперь... А проблем сколько!" Страшно опасная тенденция. И даже правительство, по нашим оценкам, недооценивает меру зависимости бюджетных доходов от конъюнктуры цен нефтяного рынка.

Вот, там, скажем, правительство говорит, что у них бюджет рассчитан, исходя из цены 20 долларов, а на наш, например, взгляд, он рассчитан из цены 22 доллара. Потому что там есть очень много косвенных эффектов, которые так прямо не считаются, в лоб, через экспортные пошлины или, там, прибыль нефтяных компаний.

И в этой связи, конечно, учитывая, что никто не гарантирует нам не то, что там 30 долларов за баррель, долгосрочно и устойчиво в ближайшие годы. Но никто не гарантирует нам всерьез, что она будет 20 долларов. Конечно, сейчас как раз надо проявить максимальную бюджетную сдержанность, создавать резервы, быть осторожным с наращиванием текущих обязательств, в максимальной степени использовать имеющиеся дополнительные доходы для снижения долгового бремени, для решения той же "проблемы 2003 года" и последующих лет. Вот это разумная, ответственная, осмысленная финансово-экономическая политика.

К счастью, правительство, как мне кажется, это понимает. Один из важнейших позитивных моментов, которые бы я оценил, в работе правительства за последние годы, это не то, что ВВП так быстро растет (он во многом растет, благодаря благоприятной конъюнктуре), а то, что правительство не решило использовать эти доходы для резкого увеличения непроцентных расходов. На самом деле, в 2000 году они очень жестко держали непроцентные расходы и использовали их для формирования резервов и выплат по внешнему долгу. Это очень правильно.

Вторая важнейшая, так сказать, позитивная составная часть работы правительства, как мне кажется, это то, что в условиях этой благоприятной конъюнктуры, они начали всерьез проводить реформы. По опыту, реформы не проводят тогда, когда - хорошо. В подавляющем большинстве случаев, реформы проводят тогда, когда плохо или очень плохо. Потому что реформы - это всегда неприятность себе на голову.

Мне кажется, что правительство, которое способно проводить реформы в условиях благоприятной конъюнктуры, оно дает хороший сигнал о серьезности своих намерений.

Михаил Соколов:

Ваша оценка возможного компромисса, поскольку давление все-таки сильное, а психологическая ситуация после катастрофы с "Курском" будет заставлять большинство депутатов требовать увеличения военных расходов. А это тянет и все остальное за собой.

Егор Гайдар:

Моя позиция предельно простая. Увеличение доходов бюджета, если Дума считает его возможным (а я, в целом, считаю, что действительно там оценки вполне консервативные), должно в полном объеме направляться на погашение долга. Причем, это как бы не только по таким теоретическим соображениям, не только потому, что в условиях благоприятной конъюнктуры надо не накапливать долги, а гасить долги, а просто потому, что я вижу картину источников финансирования в следующем году.

Там заложен кредит с МВФ, миллиард семьсот пятьдесят. У меня нет никакой убежденности в том, что этот кредит будет по тому, как сегодня развиваются отношения с Фондом. Там заложен японский кредит финансовый. У меня нет никакой убежденности в том, что этот кредит будет получен. Заложена рассрочка наших соглашений с Парижским клубом на три и две десятых миллиарда долларов. Тут я с трудом себе представляю, как российской делегации в условиях профицита торгового баланса в 45 миллиардов долларов удастся уговорить Парижский клуб, что именно сейчас нужно менять ранее согласованные условия и так далее.

Поэтому придется платить. Никуда мы не денемся. Мы не можем себе позволить сейчас подрывать кредитный рейтинг России и возможности для России возврата на финансовые рынки. Это просто запретительная вещь.

У нас там "дырка", на самом деле, образуется в 90-200 миллиардов рублей вот таких вот доходов, которые придется платить. И вот если сейчас мы все возьмем вот и разделим...

Михаил Соколов:

Но просят как раз 100.

Егор Гайдар:

Просят добавить 100. А я еще раз подчеркиваю: размер "дырки", которая у нас совершенно реальна, от 100 до 200 миллиардов рублей. Нам придется по ним платить. Если мы сейчас эти деньги запланируем на разные расходные программы, потом будем, как в 1998 году проводить секвестры, недофинансировать, не выполнять бюджетные обязательства, делать то, что страна вообще делать не должна ни в коем случае.

Поэтому я убежден, что наращивание сейчас расходов бюджета (при том что в бюджете, на самом деле, заложено реальное увеличение расходов) небывалое за все предшествующие годы, на самом деле, это было бы очень опасным и безответственным решением.

Тем не менее, конечно, в Думе будет большая политическая борьба и, вполне возможно, какие-то компромиссы. Какие будут контуры этого компромисса? Хотелось бы, чтобы он был не слишком опасным для страны.

Михаил Соколов:

Сохраняются в России механизмы, в том числе, и бюджетные, и государственные, для воспроизводства и олигархов, и коррупции. И это видно, что по ситуации на телевизионном рынке (так сказать, и государственное давление, и переделы), что на рынке частот (когда у "Би-Лайн", так сказать, начали отбирать частоты; вы, по-моему, в курсе деятельности этой компании, там были даже членом совета директоров)...

Вот эти все вещи, они насколько все-таки будут мешать тому развитию либеральному, о котором вы постоянно говорите?

Егор Гайдар:

Будут мешать и мешают. Надо понять, что вот мы живем вот в этой стране, в стране той, которая есть, где есть такая бюрократия, есть такие дурные сложившиеся правила игры (если это можно назвать правилами). Очень хорошо, если правительство будет постепенно, но последовательно и настойчиво менять эти правила в правильную сторону. Мне кажется, что оно пытается действовать в этом направлении.

Михаил Соколов:

Вместо Березовского - Абрамович?

Егор Гайдар:

Нет, ну зачем? Лучше, чтобы не было ни Березовского, ни Абрамовича - как субъектов, влияющих напрямую на процесс принятия государственных решений.

Мне кажется, вот так, если вы спросите мою оценку, я думаю, что влияние олигархов сегодня меньше, чем оно было год назад...

Михаил Соколов:

А госбезопасности - больше.

Егор Гайдар:

... а завтра будет еще меньше.

Вы абсолютно правильно говорите, но это проблема, и серьезная проблема, но другая проблема, согласитесь.

Государство сегодня во многом восстанавливает свою способность действовать автономно. Восстанавливает от очень низкого уровня. Поэтому там надо понять, что путь-то предстоит долгий. И важно, кстати говоря, чтобы на этом пути мы по российской традиции не попали из огня да в полымя. Чтобы, восстановив свою способность действовать автономно, то есть, не поддаваться шантажу различных групп интересов, иметь возможность проводить политику более или менее равных правил игры, государство вместе с тем не сочло, что оно теперь такое могучее и всесильное, что оно должно лезть во все дырки, отбирать те права и свободы, которые действительно стали все-таки реальностью на протяжении этих лет, зацикливаться на полицейских функциях.

Вот это мне кажется серьезной опасностью.

Михаил Соколов:

Я только добавлю, знаете, что? Что все-таки и госбезопасность, и МВД, и, вообще, силовые структуры, они, на самом-то деле, частично приватизированы. Они действуют в пользу тех же групп давления.

Егор Гайдар:

Нет, нет. Вы абсолютно правы. Другое дело, что вот как раз то, что сейчас происходит, на мой взгляд, это во многом попытка восстановить государственный контроль за государством. То есть, деприватизировать силовые структуры, если я правильно понимаю то, что сейчас пытается делать Кремль.

Это правильно, потому что без этого... ну, как? Не может государство жить в условиях приватизированных силовых структур. Это, вообще, было одно из самых опасных явлений последних лет.

Но допустим, что эта задача решена. Предположим. Не в полной мере, но решена. Их собственником стало снова государство, и они обрели существенную автономию. Вот важно, чтобы эта автономия не оказалась избыточной уже по отношению к обществу, слугой которого (а не хозяином) должно быть государство.

Михаил Соколов:

Григорий Явлинский взял такой тайм-аут на полгода в оценках деятельности президента Путина и его команды - и молчит. Насколько я знаю, собирается что-то такое сказать конкретное, какие-то политические оценки вынести, ну, осенью, там, скажем, в ноябре. К полугодовой годовщине, так сказать, деятельности власти.

Так как вы сказали, что вы не говорите о политике, хотя мы все-таки о ней немножко поговорили, что может заставить вас выйти все-таки с политическими оценками деятельности президента Путина?

Егор Гайдар:

Все, что будет, на мой взгляд, важно с точки зрения моего видения развития перспектив российского государства, российской политики, российской экономики.

Я не хочу суетиться. Честно вам скажу, после последних десяти лет не интересует политическая суета. Если будет происходить что-то, на мой взгляд, важное, по поводу чего мне захочется поделиться с обществом своей точкой зрения, я, без всякого сомнения, немедленно это сделаю.

Михаил Соколов:

То есть, такового нет сейчас?

Егор Гайдар:

Я не вижу ничего такого, что не было бы уже прокомментировано. Вы знаете, выстраиваться в длинную очередь комментариев по поводу Останкинской телебашни мне, честно говоря, не хочется.

Михаил Соколов:

Специальный корреспондент Радио Свобода Владимир Долин сегодня расскажет о предвыборной борьбе за пост губернатора Курской области.

Владимир Долин:

Память о ратных подвигах предков у нынешних жителей Курской области, по всей видимости, сохранилась на генетическом уровне. Возможно, этим объясняется триумф генерала Героя Советского Союза Александра Руцкого на губернаторских выборах четыре года назад. Тогда свои голоса ему отдали почти 77 процентов избирателей. И это несмотря на то, что Александр Руцкой был внесен в список кандидатов решением президиума Верховного суда всего за три дня до голосования.

В 1996 году у Руцкого было всего три соперника. Сегодня же на высший пост в Курской области претендует дюжина кандидатов. В их числе генералу авиации Руцкому противостоит генерал ФСБ Виктор Суржиков, когда-то возглавлявший областное управление службы безопасности, по настоянию Руцкого переведенный в Волгоградскую область и недавно вернувшийся в Курск в качестве главного федерального инспектора по Курской области.

Хотя избирательная кампания стартовала и обещает бескомпромиссные баталии между кандидатами, похоже, большинство избирателей живет сегодня другими, более насущными заботами.

О них мне поведал бывший инженер, ныне подрабатывающий частным извозом.

Житель:

В Курске я вообще-то живу, в основном, больше всего за счет дач. Люди все оттуда имеют. Везут оттуда картошку, помидоры, огурцы и все остальное прочее, значит, что можно потом зимой кушать и немножко жить.

Посмотрите, как идут автобусы с дачных участков. На дачные участки идут туда пустые, с дачных участков они идут переполненные. И страшно посмотреть, когда бабушка лет 60-65-70, она к этому автобусу прет на себе сумку через плечо, вторую сумку через второе плечо, и два ведра в руках. Ноги подгибаются, ноги подкашиваются, а она прет, потому что ей нужно кушать.

Почему так? Потому что пенсия у нее маленькая, на эту пенсию она не проживет. Опять же, на эту пенсию, кроме нее, еще есть... нахлебников хватает. У нее есть внуки, у нее есть дети, которым тоже нужно кушать.

У меня и у жены два высших образования. Она безработная. Она живет сейчас только за счет дачи. Потому что она с дачи... что на даче выработала, она не только домой принесет, а она идет потом на рынок, продать. Я говорю: "Ты не стыдись всего этого, это не твой стыд. Это стыд нашего государства, это стыд тех людей, которые довели нас до этого".

Владимир Долин:

Пока не будет собран урожай на дачных и приусадебных участках, вряд ли стоит ожидать внимания курян к избирательной кампании, как бы ни старались штабы поддержки кандидатов и имиджмейкеры привлечь симпатии избирателей к своим клиентам.

Павел, в отличие от многих своих земляков, не собирается игнорировать свои выборы, хотя и не стал говорить о том, за кого будет голосовать. Мой собеседник, возможно, и не определился, но требования к власти формулирует четко.

Павел:

От власти нужно в первую очередь, чтобы был порядок, чтобы было соблюдение законов. И второе, чтобы дали людям возможность работать и зарабатывать.

Взять по нашей Курской области посмотреть: на предприятии, на котором, допустим, было 12-13 тысяч человек, осталось 3-4 тысячи человек, не больше. Остальные люди находятся на улице. Это или безработные, или те люди, которые подались в торговлю, торговать. Но все же не могут податься в торговлю и торговать.

Владимир Долин:

Губернатор Александр Руцкой уверенно прогнозирует свою победу в первом туре.

Александр Руцкой:

Я всегда говорю так: штурмовик два захода не делает, потому что на втором заходе его обычно сбивают. Поэтому мы постараемся все это сделать с первого захода.

Владимир Долин:

И это несмотря на то, что сегодня с президентской администрацией или, по крайней мере, с некоторыми ее чиновниками, отношения курского губернатора оставляют желать лучшего.

Александр Руцкой:

Политика - это неблагодарное дело. И на Руси испокон веков так повелось - кого приводили к трону, потом всех тех, кто приводил этого к трону, рубили им головы. По-разному к этому можно относиться. Я к этому отношусь очень просто. Просто не обращаю внимания, потому что занимаюсь своим делом. И у меня на первом месте хозяйственная деятельность, а потом политика.

Владимир Долин:

Но недаром Александр Руцкой стал одним из отцов-основателей пропрезидентского блока "Единство". Былые заслуги не забываются, и в поддержку Виктора Суржикова Кремлем и партией "Единство" курский губернатор не верит.

Александр Руцкой:

Политсовет "Единства", чтобы вам было известно, поддерживает мою кандидатуру, но не Суржикова.

Суржиков, по сути дела, ну, будем так говорить, самозванец, что ли. Ну, пускай попробует. У нас демократическая страна, каждый имеет право выдвинуть свою кандидатуру, бороться за тот или иной пост. Ну, пускай борется.

Но вместе с тем, я всегда таким борцам обычно говорю: "Покажи, что сам-то сделал, реально". Вот мне, например, есть, что показать, а вот Суржиков... я не знаю, что он будет показывать.

Владимир Долин:

Сам Суржиков не считает возможным говорить о поддержке кого-либо из кандидатов президентом или его администрацией.

Виктор Суржиков:

Вообще, говорить о поддержке со стороны президента и администрации президента того или другого кандидата на пост губернатора в сегодняшних условиях было бы некорректно. Если говорить, кто кого поддерживает, знаю, что Шойгу, лидер партии "Единство", в интервью газете "Коммерсант" заявил, что политсовет "Единства" нашего губернатора, сегодняшнего губернатора, не поддерживает.

На кого и как ориентируется власть в лице администрации президента, правительства и самого президента, мне на сегодня не известно.

Владимир Долин:

Но вряд ли чиновник такого уровня, да еще и в генеральском звании, стал бы рисковать карьерой, решив баллотироваться на губернаторский пост, не заручившись согласием своего непосредственного начальства.

Один из лидеров оппозиции, председатель Курской областной думы Виктор Черных, так объясняет возвращение Суржикова в Курскую область и его выдвижение на губернаторский пост.

Виктор Черных:

Все-таки, какая-то часть в администрации президента порядочных людей осталась. И вот, видно, благодаря этой части порядочных людей в администрации президента, Суржиков был востребован на сегодняшний день в Курской области. Востребован, как порядочный человек, как человек, который, по всей видимости, может навести порядок и сплотить вокруг себя хотя бы людей, которые заинтересованы, чтобы в области было нормально.

Владимир Долин:

Судя по всему, в президентской администрации если кто-то и поддерживает Александра Руцкого, то лишь потому, что привыкли ставить на победителей.

Возможно, Руцкому и удалось убедить часть чиновников со Старой площади в своей грядущей победе. Осталась самая малость - убедить в этом курян. И, надо сказать, с этой задачей губернатор справляется. Свой электорат у него есть.

Нина - жена военного. После выхода в отставку мужа семья поселилась в Курской области. Вместе с бывшим сослуживцем мужа Леонидом она объяснила, почему, по ее мнению, Александр Руцкой самый лучший кандидат на губернаторский пост.

Нина:

Я буду за него только голосовать, потому что я - жена военнослужащего. И я к нему очень хорошо отношусь. И, конечно, за четыре года, очень много сделано. Мы здесь живем семь или восемь лет. На пенсию пришли сюда и приехали сюда.

Когда мы приехали, Шутеев был, это полнейший развал был.

Пускай вот говорят, что - кредиты берет. Да пусть берет, что хочет! Доверяют ему люди? Доверяют ему кредит давать? Пусть берет. Во благо нам, во благо детей и нашей Курской области.

Леонид:

А я считаю - если кредиты разумно берет, не разворовываются, то это очень хорошо.

Нина:

Какие-то связи есть, доверяют человеку кредиты. Это не так просто - вот мы с вами пришли, "Давайте возьмем кредит. Дайте нам кредит".

Леонид:

И отдача должна быть соответственно, чтобы можно было и рассчитаться за этот кредит. Не так просто - брать, вот, чтобы... "в одни ворота", как говорится, игра идет.

Владимир Долин:

Сам Александр Руцкой считает, что доверие курян, избравших его губернатором четыре года назад, он оправдал и вправе рассчитывать на их поддержку на предстоящих выборах.

О своих достижениях говорит без излишней скромности.

Александр Руцкой:

Мне удалось сделать.... Это долго перечислять. Самое главное - остановить кризис в экономике области. Ну, вот если посмотреть по годам... 1997 год - рост объемов промышленного производства 0.8 процента. Плюс, разумеется. 1998 год - 1.9, 1999 год - двенадцать с половиной, 2000 год - 21.4.

В сельском хозяйстве, я принимал, когда область, рентабельность была минус 38 процентов. Сегодня рентабельность 10. То есть, рост за четыре года 48 процентов.

А что касается вопросов социальной сферы, ну, вот за четыре года мы провели полторы тысячи километров газовых сетей. Для сравнения: за 40 лет было проведено три тысячи. Построены новые школы, четырнадцать новых школ, девять больниц новых. Идет реконструкция областной клинической больницы. Оснащаем госпитали и больницы современным диагностическим оборудованием. Вот сейчас из Соединенных Штатов Америки еще придет кардиологическое оборудование для областного центра.

Построен и создан госпиталь для ветеранов войны, ветеранов Вооруженных Сил и правоохранительных органов. Построено новых 450 километров дорог, соответствующих европейскому стандарту. Отремонтировано более 3 500 километров дорог, которые существовали, и расширено полотно.

Сегодня нет долгов по заработной плате у работников бюджетной сферы. Вовремя платятся пенсии. Ну, вот здесь, например, на горно-обогатительном комбинате в 1996 году по основному производству задолженность по зарплате была 6 месяцев, по вспомогательному производству, например, у шахтеров, была задолженность по заработной плате 9 месяцев. Сегодня на горно-обогатительном комбинате зарплата платится день в день, и нет никаких долгов. Горно-обогатительный комбинат, если раньше был основным должником бюджета Курской области, то сегодня долгов нет. Средняя зарплата на горно-обогатительном комбинате выросла почти в 2.7 раза.

Владимир Долин:

С Михайловским горно-обогатительным комбинатом особая история. Его процветание это результат льгот, которые пролоббировал губернатор.

Александр Руцкой:

Я вам скажу.... В месяц где-то это экономия по тарифу на железнодорожные перевозки и на электроэнергию составляет почти четыре миллиона долларов. В 1997 году выплатили за один год восемнадцать заработных плат. То есть, погасили долги и платили текущие. Поэтому здесь заслуга и органов власти, и администрации горно-обогатительного комбината, и трудового коллектива, то есть, тех людей, которые работают на горно-обогатительном комбинате.

Владимир Долин:

Такую бы заботу всем предприятиям области!

С Александром Руцким я встретился 1 сентября на Празднике знаний в Железногорске. В собственном кабинете его застать трудно. На могучем черном джипе "Линкольн Навигатор" он колесит по дорогам и проселкам вверенной ему губернии, нагоняя страх на районных чиновников.

Александр Руцкой:

День начинается, как вот в армии. В 6 часов подъем, потому что я там 27 прослужил и уже себя переделать не могу. Ну, и понеслось. Где-то, будем говорить, так, в среднем, до 11-12 часов вечера.

Что входит в структуру рабочего дня? Не только высиживание кресла в кабинете, но и поездки по административно-территориальным единицам. Ну, вот можно спросить у железногорцев. Я тут бываю практически в месяц по два - по три раза, и так в каждом, будем говорить, районе, в каждом населенном пункте. Почему и зачем?

Ну, во-первых, когда руководство осуществляется по телефону, это, будем говорить, один результат. А когда видишь своими глазами, как, что и зачем делается, и вовремя вносятся коррективы, ну совершенно другой результат.

Постоянное движение, постоянная работа - дают возможность не только контролировать, будем говорить, как говорится - направлять деятельность руководителей, но иногда и взбадривать их, "делать прививки".

Владимир Долин:

Надо сказать, что губернатор "взбадривает" районных руководителей весьма энергично. В некоторых районах за четыре года его управления областью сменилось по пять глав администраций. Руцкой свято уверен в своем праве назначать и смещать глав районов.

Александр Руцкой:

У нас в Курской области с народовластием все в порядке. У нас 511 муниципальных образований. А что касается административно-территориальной единицы, она так и называется - административно-территориальная единица, то здесь, я глубоко убежден, руководитель административно-территориальной единицы должен назначаться. Пока мы не созрели для того, чтобы избирать руководителей административно-территориальных единиц.

Во-первых, основа любой системы управления власти это, прежде всего, экономическая самодостаточность. А если административно-территориальная единица дотационная, то о каком тут может быть речь самоуправлении?

Владимир Долин:

Кроме Курской области, только в Татарстане и Башкирии главы районной администрации назначаются. Но даже в этих суверенных в составе Российской Федерации республиках главы районов все же проходят через процедуру выборов в законодательные органы, хотя и после назначения на свои посты, что придает выборам довольно формальный характер.

А если говорить об экономической самодостаточности, как об основе самоуправления, то большинство регионов России, в том числе, и Курская область, могут лишиться права избирать президентом и губернаторов. Но хотя назначение глав администраций районов плохо согласуется с российской конституцией, зато у региональной власти всегда под рукой так называемый административный ресурс, что особенно важно накануне выборов.

Впрочем, с назначением глав районов согласны далеко не все куряне. Директору Обоянской птицефабрики Александру Лактионову не раз поступали предложения из областной администрации возглавить Обоянский район. Логика здесь простая - раз сумел поднять хозяйство, значит, и район поднимет. Лактионов мужик обстоятельный и, возможно, был бы не прочь порулить районом. Из директорского кресла он, похоже, вырос. Но от заманчивых предложений он отказывается с тем же постоянством, с которым их получает.

Секрета из причин отказа Лактионов не делает.

Александр Лактионов:

Пусть меня выберут люди на пять лет, на четыре года.... Но я буду знать, что четыре года я работаю и не заглядываю, кто.... Ведь вы посмотрите, в последнее время смена власти за сменой. Можно ли в таких условиях идти... Район все время лихорадит, это не простой район. То есть, если приходить туда, то надо не оглядываться назад, надо работать смело. А этого пока что нет. В каждом районе по три-четыре уже сменилось. Нормальная обстановка.

Я, слава Богу, вот уже сколько лет руковожу своим хозяйством и уже считаю, что это не нормально.

Владимир Долин:

За выборы глав районов выступает и соперник Руцкого Виктор Суржиков.

Виктор Суржиков:

Сегодняшний стиль руководства районами я оцениваю как волюнтаристский. Конечно, избирать было бы гораздо лучше.

В Курской области просто даже от вас, от корреспондентов, главы районов сейчас будут прятаться. Почему? Потому что они боятся высказать свое суждение. К сожалению, они его порой и не имеют. Ну, какое будет личное мнение у главы, допустим, Золотухинского района, если в Золотухинском районе за четыре года сменилось пять глав администрации? Будет ли у последнего главы своя точка зрения?

Владимир Долин:

Виктор Суржиков сомневается и в экономических достижениях команды действующего губернатора.

Виктор Суржиков:

Говорить о каком-то процветании, оазисе, "Кувейте" созданном в Курской области, было бы некорректным и преждевременным. Масса проблем. Проблемы просто кричащие, которые сегодня не решаются.

Возьмите сельское хозяйство. Масса земли сегодня "гуляет", пустует. Целые поля заросли бурьяном, уже растут березки трех-четырехлетнего возраста. Сегодня, ну, порядка 600 000 гектаров в области не используются тех сельскохозяйственных угодий, которые могли бы приносить продукцию.

По области очень плохие межхозяйственные, межрайонные дороги. Просто проехать невозможно в отдельных местах. Почему-то областная власть занимается только улицей Ленина. Вот каждый год ее ремонтируют. В городе область занимается улицей Ленина. Есть городская власть, она вполне в состоянии справиться этими проблемами.

Сегодня такая проблема - подготовка к зиме. Область не готова к жизни и к работе в зимних условиях. Население не обеспечено топливом. Был в Золотухинском районе. Практически ни у кого из крестьян нет угля. В Дмитриевском районе - нет угля. Уголь не завозится. Люди просто в панике на сегодня. И никто эту проблему решать не хочет.

Владимир Долин:

Суржикову вторит и кандидат в губернаторы от компартии, депутат Государственной Думы Александр Михайлов.

Александр Михайлов:

Экономика области практически сегодня раздавлена. Руцкой никогда не занимался ни одним курским заводом по-настоящему. Единственное, с кем он контактирует, это с Михайловским горно-обогатительным комбинатом.

Что касается, скажем, сельского хозяйства. Руцкой, приехавший и ставший губернатором, ни разу не одел, как он обещал, сапоги и никогда не побывал ни на одной глухой ферме. А тем паче никому из селян никогда не помог всерьез. Поэтому сельское хозяйство раздавлено. Оно пришло в полный почти упадок. Для каждого жителя чем это обернулось? Резким снижением жизненного уровня.

Владимир Долин:

Надо сказать, что за деятельность Руцкого на губернаторском посту КПРФ несет свою долю ответственности. В 1996 году коммунисты поддержали тогда опального генерала. Я спросил, почему.

Михайлов возложил ответственность на руководство КПРФ.

Александр Михайлов:

В 1996 году удалось ввести в заблуждение руководство КПРФ во главе с Геннадием Андреевичем Зюгановым, я так понимаю, и Народно-Патриотического Союза России. Руцкой стал к тому времени заместителем председателя этого Союза. Поэтому президиум ЦК КПРФ принял решение в Курске поддержать Руцкого, президиум Народно-Патриотического Союза, НПСР так называемого, тоже принял такое же решение. Считали, что эта кандидатуры патриота, и его надо поддержать.

Поэтому я выполнил здесь волю того слоя избирателей, который тогда стоял за мной. Я не мог поступить иначе. В противном случае я бы превращался в кого? Значит, в раскольника в левом движении, чего я, в общем, никогда не желал. Второе, карьерист, рвущийся к власти любой ценой. Я выполнил волю своих товарищей и своих избирателей, и той политической организации, которая, как бы, за мной стояла.

Владимир Долин:

За три дня до окончания срока выдвижения кандидатов в борьбу за губернаторский пост неожиданно вступил мэр Курска Сергей Мальцев. Это может существенно изменить расклад сил в предвыборной борьбе.

Михаил Соколов:

Это был репортаж специального корреспондента Радио Свобода Владимира Долина, побывавшего в Курской области. 24 сентября пройдут довыборы в Законодательное собрание Иркутской области, а 1 октября выборы местных законодателей в Тульской губернии.

О парадоксах этой кампании фельетон Сергея Новикова.

Сергей Новиков:

Руководитель "Туларегионгаза", регионального дочернего предприятия могущественного "Межрегионгаза" Николай Попов баллотируется в Тульскую областную думу. Выдвинут он обкомом компартии Российской Федерации. Представляю, какой ужас потряс его бывшего непосредственного начальника Николая Севрюгина, когда он узнал об этом. Севрюгин был губернатором Тульской области и считался борцом с коммунизмом и коммунистами номер один.

Но не только этот пример с кандидатом в депутаты Николаем Поповым свидетельствует о том, что коммунисты во время проведения кампании по выборам в Тульскую областную думу стали как-то не "по-ленински" - и даже не "по-зюгановски" - относиться к идеологической чистоте своих выдвиженцев. На партсобраниях по выдвижению больше говорили о некоей политической целесообразности, о неопределенных "государственных интересах".

Уже во время проведения предвыборной кампании непримиримый враг Ельцина губернатор Стародубцев со страниц газеты "Тульские известия" призывает разобраться с теми, кто якобы порочит преемника Ельцина, и сурово наказать их. Германа Грефа в той же газете Стародубцев называет единственным достойным доверия и уважения реформатором. Анатолий Чубайс, по определению Стародубцева, кстати, "рыжая бестия и враг народа". 9 сентября в Туле побывал Юрий Петров. В то время, когда Стародубцев сидел в "Матросской тишине" за участие в ГКЧП, он руководил администрацией президента Ельцина. Сейчас Петров - один из руководителей проправительственной и пропрезидентской партии "Единство". И приезжал он, собственно, на конференцию областной организации этой партии. Выступил, естественно, и сказал, что Стародубцев - мудрейший и опытнейший хозяйственник, и что областной организации "Единства" с ним и с руководимой им администрацией, то есть, с коммунистами, надо во всем советоваться, согласовывать решение всех вопросов.

Юрий Петров открыто сказал о том, что согласовывать надо и проведение кампании по выборам в Тульскую областную думу. Впрочем, мог бы и не говорить. Все это было сделано еще до его приезда. КПРФ и "Единство" на выборах в Тульскую областную думу фактически выступили одним фронтом - согласованные кандидаты почти во всех округах. Все крепкие хозяйственники, все активисты и ответственные работники КПСС, НДР, "Выбора России", "Отечество - Вся Россия" и так далее, и тому подобное.

В общем, для кого выборы, а для кого - прекраснейший повод для объединения старой номенклатуры.

Михаил Соколов:

Из Тулы сообщал наш корреспондент Сергей Новиков.

Прогноз этой кампании выборов в Законодательное собрание Тульской области: скорее всего, коммунисты и их союзники получат большинство и хорошие стартовые позиции для участия в губернаторских выборах в марте 2001 года.

В следующей нашей передаче 28 сентября - репортаж о борьбе за пост президента Удмуртии.

XS
SM
MD
LG