Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Власти Адыгеи пытаются отторгнуть 18 тысяч гектаров от территории Кавказского биосферного заповедника


Марина Катыс: Правительство республики Адыгея пытается отторгнуть от Кавказского биосферного заповедника плато Лагонаки и Фишт-Оштенский горный массив. На этих особо ценных природных территориях (являющихся объектом Всемирного наследия ЮНЕСКО) планируется построить автодороги Лагонаки - Дагомыс и Псебай - Красная Поляна, а также нескольких горнолыжных курортов.

4 февраля 2004 в столице Адыгеи Майкопе состоялось закрытое совещание по вопросу "согласования" границ Кавказского заповедника. Дело в том, что в декабре 2003 года власти правительство Адыгеи постановлением № 343 предприняло очередную попытку изъять из состава Кавказского биосферного заповедника уникальные в природном отношении территории - плато Лагонаки и Фишт-Оштенский горный массив. Всего около 18 тысяч гектаров заповедных территорий.

Рассказывает бывший директор Кавказского биосферного заповедника Валерий Бриних.

Валерий Бриних: Основная причина - экономическая. Для привлечения денег в республику нужно предложить достаточно привлекательный проект. Дело в том, что плато Лагонаки в виде курорта имеет даже больший горнолыжный потенциал, чем Красная Поляна. Причина, почему возник вопрос об отторжении этих территорий от Кавказского заповедника, заключается в том, что власти республики Адыгея не приемлют даже мысли о том, чтобы кто-то контролировал их действия в сфере развитии туризма на особо ценных природных территориях, тем более - чтобы кто-то контролировал финансовые потоки.

А согласование любого строительства на территории плато Лагонаки или развития каких-то других видов хозяйственной деятельности - по федеральному закону - должно идти только под контролем и с согласия Кавказского биосферного заповедника. Поэтому они решили просто забрать землю из федеральной собственности в региональную (то есть - в собственность субъекта Федерации), чтобы было меньше возможностей для контроля со стороны федеральных органов.

Марина Катыс: Кавказский биосферный заповедник является объектом Всемирного наследия ЮНЕСКО. Разве на этой территории допустима какая-либо хозяйственная деятельность, даже если это - развитие горнолыжного курорта?

Валерий Бриних: Отдельные виды хозяйственной деятельности допустимы, потому что это прописано в режиме биосферного полигона. Естественно, никакого строительства капитальных сооружений, никакого строительства дорог быть на этой территории не должно. Но те виды туризма (в том числе - и горнолыжный), которые допускают лишь временное занятие территории, в принципе, допустимы.

Почему игнорируется статус объекта Всемирного природного наследия? - Потому что это - практика нынешних властей Адыгеи. Несколько лет назад, втихую, даже без уведомления администрации Кавказского заповедника и, тем более, федеральных органов, был отменен режим охранной зоны заповедника. А охранная зона заповедника является частью режима объекта Всемирного природного наследия ЮНЕСКО. То есть власти Адыгеи, ни с кем не советуясь, нарушая Конвенцию и подставляя тем самым федеральное правительство, изъяли часть территории Всемирного наследия в региональную собственность.

Марина Катыс: Экологи убеждены, что планы властей Адыгеи изъять у Кавказского заповедника плато Лагонаки и Фишт-Оштенский горный массив и построить на этих территориях автодороги и несколько горнолыжных курортов представляют угрозу для всего Кавказского заповедника.

Слово - эксперту Лесной кампании Гринпис Россия Михаилу Крейндлину.

Михаил Крейндлин: Этот вопрос не впервые поднят. Пять лет назад это обсуждалось с точки зрения строительства дороги через плато Лагонаки от Майкопа - на Черноморское побережье Кавказа. Для этого они хотели изъять часть территории заповедника. Но в то время прежнее руководство Адыгеи было сильно заинтересовано в том, чтобы эта часть территории Адыгеи попала в список Всемирного природного наследия ЮНЕСКО.

А поскольку включение плато Лагонаки и прекращение разговоров об отчуждении этой территории было принципиальным условием при решении вопроса о включении Кавказского биосферного заповедника (в том числе - его адыгейской части) в состав объектов Всемирного природного наследия ЮНЕСКО то, соответственно, тогда этот вопрос был снят. И после этого было принято решение о внесении этой территории в Список Всемирного природного наследия.

Но после этого власть в Адыгее сменилась. Новый президент решил, что пора снова поднять вопрос об отчуждении части территории заповедника.

В 2001 году власти Адыгеи пытались по суду изъять эти территории, и тогда федеральный Арбитражный суд Северокавказского округа признал этот иск недействительным и доказал, что сейчас фактически невозможно в законном порядке изъять эти территории у заповедника.

Марина Катыс: А в принципе такое возможно - решением правительства республики Адыгея изъять территории заповедника? Ведь это федеральная собственность, и решение об этом может приниматься только на федеральном уровне.

Михаил Крейндлин: По закону - невозможно. Более того, по закону сейчас вообще невозможно изъятие территорий заповедников. Даже у правительства Российской Федерации нет таких полномочий. Для того чтобы это сделать, нужно изменить федеральный закон, даже - два. Нормы, в принципе запрещающие изъятие земель заповедников, присутствуют в Федеральном Законе "Об особо охраняемых природных территориях" и в Земельном кодексе Российской Федерации. Республиканские власти в принципе не имеют права на такие действия. Строго говоря, это постановление, которое они приняли, не имеет правовых последствий. Это - с точки зрения закона.

А правда заключается в том, что Министерство природных ресурсов (и, видимо, лично министр), договорившись с президентом Адыгеи, очень сильно давит на заповедник, чтобы он отказался от этих земель. С другой стороны, министерство уже фактически согласовало это изъятие, хотя опять же - у него таких полномочий нет.

Марина Катыс: 13 января 2004 года Майкопская городская организация "Всероссийское общество охраны природы" подала в Арбитражный суд Республики Адыгея исковое заявления к Кабинету министров Республики Адыгея с требованием признать недействительным постановление правительства республики. По ходатайству этой организации Арбитражный суд Адыгеи приостановил действие оспариваемого постановления до вынесения решения суда.

По словам заместителя председателя городского совета майкопской организации "Всероссийского общества охраны природы" Татьяны Лысенко, отношение общественности города Майкоп к попыткам изъять у заповедника часть территории резко отрицательное.

Татьяна Лысенко: Это вообще какой-то беспрецедентно недальновидный и неумный шаг в политике правительства Адыгеи. С экологической точки зрения последствия могут быть просто ужасными. Во-первых, нужно сказать, что плато Лагонаки (включая Фишт-Оштенский массив, хребет Джигурсан и Кавказский заповедник) - это прежде всего огромный водосборный бассейн и климатообразующий фактор, можно сказать. Это вода, которой питаются заповедник, город Майкоп и Республика Адыгея . Именно там формируются эти водные массивы.

Отторжение плато Лагонаки - это подготовка к строительству дороги Лагонаки - Дагомыс. И если это строительство начнется, у заповедника останется буквально 14-18 километров до моря. Строительство этой дороги обернется просто отсутствием воды в Республике Адыгея. А ее и сейчас не хватает.

Кроме того, примет невиданный размах браконьерство, а это грозит уничтожением "красно-книжных" животных, прежде всего это, конечно же, кавказский зубр. Кавказский бурый медведь также занесен в Красную книгу, но только - Адыгеи. Многие виды птиц занесены в Красную книгу. Так что ничем хорошим для заповедника это не обернется.

Марина Катыс: Заместитель директора Кавказского биосферного заповедника по научной работе Борис Туниев также крайне отрицательно относится к попыткам изъять у заповедника части территории.

Борис Туниев: Ведь у нас не только плато Лагонаки пытаются изъять, а у нас подобные попытки предпринимаются и в районе Красной Поляны - так называемые "Турьи горы", которые - явно желаемый объект для изъятия. Для развития горнолыжного туризма.

Но по существующему федеральному Закону "Об особо охраняемых природных территориях" (если даже не брать во внимание тот факт, что заповедник, действительно, является объектом Всемирного природного наследия) - такое невозможно, поскольку заповедные земли изымаются из хозяйственного пользования навсегда.

Поэтому для того, чтобы это случилось, нужно либо изменить федеральный закон, либо должна произойти совершенно фантастическая история: если вдруг Кабинет министров Российской Федерации возьмет и примет какое-нибудь такое неординарное решение.

Марина Катыс: Но ведь Кабинет министров Республики Адыгея уже принял однажды такое решение. И, по-моему, даже не однажды.

Борис Туниев: Да, эти постановления оспаривались уже много раз, и власти получили соответствующие бумаги. Этот вопрос рассматривался в Арбитражных судах, и власти получили из краевого Краснодарского суда бумагу о том, что их решение незаконно.

В настоящее время (уже как гражданское лиц) с властями судится бывший директор Кавказского заповедника Валерий Александрович Бриних. Конкретно по этому вопросу - об отторжении территории заповденика.

Власти рассчитывают, что - "авось пройдет": вот мы сделаем вид, что мы не знали (ну, не обязаны мы знать все экологические законы), мы там быстренько все построим, а когда все будет готово - скажем: "Ой, ошибочка вышла. Ну, что поделаешь, уже построили".

Но мы не даем им этой возможности - отсюда и напряжение в отношениях, отсюда и явное противостояние.

Показательно, что когда мы 4 февраля были на приеме у премьер-министра республики Адыгея, где рассматривался этот вопрос, мы гораздо больше понимания встретили у премьер-министра республики и министров торговли, туризма, чем у министра охраны природы Республики Адыгея. Это была вообще фантастическая история.

Марина Катыс: Сейчас в судах республики Адыгея находятся два иска. Один - в Верховном суде Республики Адыгеи, это иск бывшего директора Кавказского биосферного заповедника Валерия Бриниха к Кабинету министров Республики Адыгея с требованием признать незаконным Постановление № 343.

Валерий Бриних: Смысл иска в том, что Кабинет министров Республики Адыгея игнорирует Федеральное законодательство и пытается вывести из федеральной собственности большой участок территории. Я считаю, что это подготовка ко второй волне приватизации, то есть - приватизации природных ресурсов. Уже готовится новая редакция Лесного Кодекса по приватизации лесных ресурсов. Поэтому сейчас тот, кто успеет отщипнуть хотя бы один кусочек от особо охраняемых территорий, тот потом и будет первым претендовать на приватизацию этой территории.

У нас уже было такое с поселком Бузирип, который Джаримов несколько лет назад объявил столицей горного туризма Адыгеи. В итоге этот поселок превратился в дачный поселок для республиканской элиты и даже, говорят, для некоторых москвичей. Такая же судьба ждет и плато Лагонаки, если вывести эту территорию из-под контроля Кавказского заповедника. Поэтому иск я подавал именно в защиту прав Кавказского заповедника на земельный участок плато Лагонаки.

Марина Катыс: Второй иск находится в Арбитражном суде Республики Адыгея, это - иск Майкопской организации "Всероссийского общества охраны природы" к Кабинету министров Адыгеи. Заместитель председателя этого общества Татьяна Лысенко убеждена, что правда на их стороне.

Татьяна Лысенко: Заповедник должен жить. Лагонаки должно принадлежать только заповеднику. Мне кажется, если бы плато Лагонаки осталось в составе заповедника - это рекламировало бы Республику Адыгея только с положительной стороны: как республику, ориентированную на охрану своей земли и сохранение своих богатств. Это - достояние народа, и власти республики должны это понимать. Если плато Лагонаки останется в составе заповедника, то это принесет республике Адыгея исключительно положительные дивиденды.

А если суд все-таки поступит иначе, то Лагонаки ждет печальная судьба тех же загаженных полян, которые мы видим, подъезжая к Лагонаки, тех же загаженных водопадов Руфабга, которые часто посещают туристы.

Марина Катыс: Плато Лагонаки и Фишт-Оштенский горный массив - уникальные природные комплексы, обладающие самым высоким уровнем биоразнообразия на Западном Кавказе. Если эти территории будут отторгнуты от заповедника - это станет колоссальной утратой не только для России, но и для всего мирового сообщества.

Говорит заместитель директора Кавказского биосферного заповедника по научной работе Борис Туниев.

Борис Туниев: Сейчас речь идет даже не только и не столько о Лагонакском нагорье. Вопрос в другом: если такой прецедент будет создан - пойдет цепная реакция по многим другим заповедникам и национальным паркам. Ведь то, что сейчас происходит с плато Лагонаки и Фишт-Оштенским массивом - это показательный момент. Все остальные выжидают: получится у властей Адыгеи или нет? И если только это получится, конечно же, это кошмаром обрушиться на всю заповедную систему. Это - ужасно.

Что касается плато Лагонаки, то 13 февраля специально собирался Ученый совет с привлечением всех сотрудников Майкопского научного отделения и Адлера, где все члены совета и приглашенные ученые говорили об уникальной значимости этого района. Ведь это - коралловый риф, поднятый в осевой части главного хребта почти на 3 километра в высоту. Это - самые западные на Кавказе и самые низкие в Европе ледники. Это - уникальнейший карстовый массив с рядом карстовых провалов и пещер, вошедших во Всемирный кадастр уникальных явлений карста, в том числе - "Парящая птица" - самая высокая карстовая пещера на территории бывшего СССР. Она располагается выше 2 тысяч метров над уровнем моря. Это - совершенно потрясающие растительный мир, где почти 40 процентов растений представлено теми, которые растут здесь или почти только здесь, то есть - эндемиками. Это - целый ряд уникальных животных, которые находятся на этом массиве и их нет больше нигде: моллюски, жужелицы.

И кроме того на Фишт-Оштенском массиве (оторванная от всей остальной территории высокогорья Кавказа) располагается самая западная граница распространения многих высокогорных видов.

И когда шла речь о включении заповедника в списки Всемирного природного наследия ЮНЕСКО, мы очень переживали, что Лагонакское нагорье, вошедшее в заповедник достаточно поздно, может по каким-то причинам не устроить экспертов. Но на самом деле, когда эксперты посетили плато, они сказали, что эта заповедная территория обязательно должна войти целиком в список объектов Всемирного природного наследия ЮНЕСКО.

Марина Катыс: 29 января состоялось заседание суда, на котором представители республиканского Кабинета министров не смогли предоставить никаких документов, подтверждающих право собственности Республики Адыгея на земли заповедника.

Однако, руководитель республиканского Управления природных ресурсов Георгий Козменко добился того, что МПР прислало в Кавказский заповедник письмо с приказом в кратчайшие сроки согласовать границы заповедника с территорией Адыгеи.

К сожалению, Георгий Козменко от участия в программе отказался, так как считает, что тема эта - надуманная, никаких проектов строительства дороги Лагонаки - Дагомыс не существует, а речь идет только об уточнении границ территории Кавказского биосферного заповедника.

За комментариями я обратилась к депутату Государственного совета Республики Адыгея Владимиру Каратаеву.

Владимир Каратаев: Сегодня такое негативное отношение к заповедникам исходит от федеральной власти. Объединив природные ресурсы и охрану природы, мы породили как в центре, так и на местах таких монстров как Министерство природных ресурсов РФ и его республиканские управления. Они одной рукой - как бы - охраняют, другой рукой - эксплуатируют.

Сегодня мы видим попытки властей всех уровней (неспособных наладить экономику страны) эксплуатировать то, что сохранено до них, то, что осталось нам в наследство от предков.

Та же самая ситуация с биосферным заповедником. Сейчас чиновники пришли к выводу, что им гораздо интереснее построить на территории заповедника дачи и дорогу, чтобы выкачать из федерального бюджета деньги.

Сегодня, по сути, федеральная власть начала войну с заповедниками. И когда мы говорим о ситуации в Адыгее, то надо понимать, что сигналы к этому даны федеральной властью. Можно назвать конкретного виновника - министр Артюхов. Это человек, который к охране природы не имеет и близко никакого отношения, но, к сожалению, занимает столь высокую должность.

Что касается Кавказского заповедника - пример негативного отношения к заповеднику подало Управление делами администрации президента Российской Федерации. Как известно, уже два года на Лунной Поляне под Фиштом строится горнолыжная база. Насколько мне известно, это - территория заповедника, и для того чтобы построить на такой территории такую базу, должна была быть принята целая серия решений на уровне опять же федеральной власти - изъятие этой территории у заповедника, государственная экологическая экспертиза, которая бы решила вопрос о допустимости строительства такого объекта... Ничего подобного не было. Все было сделано явочным порядком.

Марина Катыс: Но ведь существует Закон "Об охране окружающей среды" и другие законодательные акты, напрямую запрещающие какую-либо хозяйственную деятельность на территории, в частности, Кавказского биосферного заповедника.

Владимир Каратаев: Да, они существуют, но мы знаем, что сегодня у нас проблема не в отсутствии законов, а в том, что эти законы не исполняются. По сути нам остается только и надеяться на ЮНЕСКО, на некие шаги со стороны, из-за границы, поскольку у нас сегодня власти чаще обращают внимание не на вопли населения внутри страны, а на какие-то шаги со стороны международных организаций.

Марина Катыс: Мой следующий собеседник - эксперт Лесной компании Гринпис Россия Михаил Крейндлин.

Почему власти Адыгеи так заинтересованы в изъятии именно этой территории? Строительство дороги - это, видимо, важно для республиканской жизни. Строительство горнолыжных курортов - сейчас это очень популярный вид спорта в России. Но все-таки ведь в перспективе иметь на своей территории объект Всемирного природного наследия ЮНЕСКО более престижно, чем иметь горнолыжную базу...

Михаил Крейндлин: А разве наши руководители - что федеральные, что местные - сильно думают о перспективе? Сейчас, они посчитали, что им гораздо выгоднее (или - престижнее) организовать там горнолыжный курорт. Сейчас ведь горнолыжные курорты пытаются строить где угодно - в Кавказском заповеднике, в Сочинском национальном парке, в Южно-уральском заповеднике...

Марина Катыс: Ну и как вы оцениваете перспективы - кто одержит верх в этой борьбе: Кавказский биосферный заповедник или все-таки власти Адыгеи?

Михаил Крейндлин: Заповедник сейчас не может активно с этим бороться, потому что его прижимает начальство из Москвы. Поэтому борются в основном неправительственные организации. Мы сообщили в ЮНЕСКО о том, что происходит, направили официальное письмо в комиссию Всемирного природного наследия ЮНЕСКО. Надеемся, что они достаточно адекватно отреагируют.

Хотя максимум, что можно сделать - это перевести Кавказский биосферный заповедник в список "Всемирное природное наследие в опасности" или исключить территорию из списка Всемирного природного наследия. Конечно, для престижа России это очень серьезно. Поэтому, собственно, российские власти так сопротивлялись включению Байкала в список "Всемирное наследие в опасности", потому что это - очень серьезный удар по престижу России. Если еще и по Кавказу возникнет такой вопрос, я думаю, что это будет уже совсем неприятно для руководства России. Пока некоторая надежда на это есть.

Но все очень сильно зависит от того, какая ситуация сложится после выборов - будет восстановлен какой-то независимый природоохранный орган, повернется ли руководство России к экологическим проблемам или для него горнолыжные комплексы будут важнее.

Марина Катыс: Если республиканские судебные инстанции вынесут решения не в пользу Кавказского биосферного заповедника, - говорит заместитель председателя майкопского городского совета Всероссийского общества охраны природы Татьяна Лысенко, - тогда борьба за сохранение его территории продолжиться уже на более высоких уровнях.

Татьяна Лысенко: На этом мы, конечно, не остановимся. Мы будем обращаться в Международный суд и в другие международные организации. Нас предупредили, что силы движения "зеленых" и тех олигархов, которые пытаются незаконным образом протолкнуть свои идеи, конечно же, неравны. Но (хотя это звучит немного наивно), мне кажется, что победа должна быть на той стороне, где правда.

Марина Катыс: О реакции научного сообщества на происходящее в Адыгее рассказывает заместитель директора Кавказского заповедника по научной работе Борис Туниев.

Борис Туниев: На сегодняшний день все, кто слышат о том, что происходит в заповеднике и вокруг заповедника (не только ученые и специалисты, но и широкая общественность), конечно же, в полном негодовании.

На самом деле это - пощечина этическим отношениям между государством и обществом. Если отторжение территории заповедника произойдет, это будет ужасно. Но тогда во все инстанции будут направлены соответствующие письма.

Марина Катыс: Социально-экологический Союз Западного Кавказа совместно с общественными экологическими организациями юга России начал общественную кампанию в защиту Кавказского заповедника.

Экологи призвали организации, обеспокоенные этой проблемой, направить официальные письма президенту России Путину, в Генеральную прокуратуру Российской Федерации и в правительство России с просьбой предотвратить предстоящее так называемое "согласование" границ заповедника и пресечь посягательства республиканских властей Адыгеи на территорию Кавказского биосферного заповедника.

XS
SM
MD
LG