Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Нефтяные проекты "Сахалин -1" и "Сахалин - 2" - конец Сахалина?

  • Игорь Честин

На Сахалинском шельфе уже несколько лет идет разработка нефтяного месторождения. Компания "Сахалинская энергия", которая ведет работы по добыче нефти, уже сбросила в залив Анива 60 тысяч тонн грунта.

В городе Корсаков на юге острова строится завод по сжижению природного газа, хотя до сих пор нет положительного заключения Государственной экологической экспертизы данного проекта.

Действия нефтяников могут нанести серьезный ущерб природе Сахалина и привести к экологической катастрофе на острове, считает директор Всемирного фонда дикой природы Игорь Честин.

Игорь Честин: Проект "Сахалин-2" осуществляется компанией "Сахалинская энергия", которая зарегистрирована на Бермудских островах и основана тремя крупными компаниями - это, в первую очередь, компания "Shell", владеющая более чем 50 процентами акций, это компания "Мицуи" и компания "Мицубиси".

Первая фаза проекта уже запущена - стоит платформа "Моликпак" по добыче нефти. Сейчас мы говорим о второй фазе проекта, которая предполагает строительство второй платформы, строительство подводного трубопровода на остров Сахалин, строительство наземного трубопровода по острову (фактически вдоль всего острова Сахалин с севера на юг), и строительство завода по производству сжиженного природного газа на самом юге Сахалина, в городе Корсаков. Собственно, к этим компонентам и предъявляются экологические требования.

Основные требования - это смещение проектируемой платформы, смещение проектируемого подводного трубопровода и обеспечение безопасности при пересечении рек наземным трубопроводом (в частности - путем строительства надземных переходов, а не подземных). В связи с тем, что Министерство природных ресурсов утвердило положительное заключение Государственной экологической экспертизы, компания отказалась пойти навстречу общественности ни по одному из требований.

Соответственно, теперь мы обращаемся в финансовые институты (это в первую очередь Европейский банк реконструкции и развития и американский и японский "Эксим" банки) с требованием не финансировать этот проект до тех пор, пока не будут выполнены все требования, о которых мы говорим. Кроме того, мы начали судебные дела против Министерства природных ресурсов и против компании "Сахалинская энергия", поскольку в документации и в работе компании отмечаются многократные нарушения Российского законодательства.

Марина Катыс: Проект "Сахалин-1" предусматривает разработку запасов нефти и газа на шельфе Сахалина и включает Пильтун-Астохское и Лунское месторождения. Оба проекта возникли на основе Соглашений о разделе продукции, заключенных в 1994 году. Тексты этих соглашений никогда не были доступны общественности. По мнению юристов, подписанные Соглашения о разделе продукции наносят прямой ущерб Российской Федерации.

За комментариями я обратилась к президенту Института эколого-правовых проблем "Экоюрис" Вере Мищенко.

Вера Мищенко: С самого начала эти проекты затевались как юридически порочные. В Соглашениях о разделе продукции был заложен... не хочу говорить "криминал", но - нарушение Российского законодательства, российской Конституции и международного права. Оба соглашения о разделе продукции - и по "Сахалину-1", и по "Сахалину-2" - заключены в изъятие Российского законодательства, они в большей своей части не подчиняются Российскому законодательству и Конституции.

Потом был принят Закон о соглашениях о разделе продукции. Сами Соглашения вступили в резкое противоречие с этим законом, но тем не менее Закон закрепил изъятие этих двух соглашений из юрисдикции России. Также после того, как были заключены Соглашения, был принят Закон об юридической экспертизе - и в результате Соглашения не попали в сферу действия этого закона.

Все это с самого начала делалось при совершенно открытом попустительстве государственных органов - начиная от заключения Соглашений и заканчивая выдачей лицензий без экологической экспертизы, то есть незаконных лицензий.

Группа депутатов Государственной Думы подала в Конституционный суд запрос на предмет соответствия Соглашений о разделе продукции Российской Конституции. Сейчас идет еще одна экспертиза по проекту "Сахалину-1".

Но непосредственно сейчас мы занимаемся Государственной экологической экспертизой, которая прошла по второй стадии проекта "Сахалин-2".

В документе, представленном на государственную экспертизу, нарушено все. В оценке воздействия ТЭО по проекту "Сахалин-2" (стадия 2) была пропущена целая стадия - вовлечение общественности в составление технического задания.

Был разрешен сброс буровых растворов в особо ценные участки Охотского моря, хотя Водным кодексом (статья 144) это запрещено. Был разрешен сброс буровых растворов на ледовые покровы - это также запрещено Водным кодексом. Проектом предусматривается проведение трубопровода траншейным способом более чем через тысячу рек, имеющих водо-охранные зоны, где вообще такая деятельность запрещена. Все реки - нерестовые, а еще одна статья Уголовного кодекса запрещает такую деятельность в нерестовых зонах. Были нарушены строительные нормы и правила. То есть - все это заложено в этом Технико-экономическом обосновании.

Мы обратились в суд. Мы будем вести это дело до конца - и до Верховного суда, если потребуется, и до Европейского суда по правам человека, опять же если этого потребует обстановка.

Марина Катыс: Весной 1999 года начало работ на платформе "Моликпак" привело к гибели большого количества сельди.

В заливах северо-восточного Сахалина резко снизились уловы наваги. Если в 1998 году было выловлено 217 тонн, то в 2002 году улов наваги составил всего 25 тонн. Рыбаки связывают это с деятельностью нефтяников и сбросами отходов с платформы "Моликпак".

Слово директору Всемирного фонда дикой природы Игорю Честину.

Игорь Честин: Ассоциация рыбаков Сахалина и Ассоциация коренных и малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока выступают резко против осуществления проектов в том виде, в каком они осуществляются сейчас. Здесь надо понимать, что ни мы, ни, я думаю, население Сахалина не возражает против добычи нефти и газа на шельфе острова в принципе. Мы возражаем против того, как это делается компанией "Сахалинская энергия" на сегодняшний день.

Администрация области традиционно являлась горячим сторонником проекта. Более того, это, по-видимому, начало приносить некоторые плоды, потому что та экологическая экспертиза, которая была проведена со всевозможными нарушениями законодательства, была организована Департаментом экологической экспертизы Министерства природных ресурсов. Руководить этим департаментом год назад была назначена Наталья Онищенко, которая до этого являлась руководителем Комитета природных ресурсов Сахалинской области и всегда активно поддерживала проекты, предлагаемые "Сахалинской энергией".

Марина Катыс: Сахалинский шельф - единственное в мире место, где в течение лета кормятся серые киты. После начала работ по нефтедобыче биологи зафиксировали в популяции, насчитывающей всего 100 особей, истощенных животных.

Мой собеседник - координатор программ Всемирного фонда защиты животных по морским млекопитающим Григорий Цидулко.

Григорий Цидулко: Когда мы там начали работать - это был абсолютно нетронутый край, где редко можно было увидеть случайную лодку, машину или случайного человека.

В последнее время идет мощное наступление нефтяной промышленности на этот район: появилась платформа "Моликпак", которая сейчас добывает там нефть. С этой платформы может одновременно работать до девяти скважин (такими паучьими лапами с нее расходятся эти скважины к месторождению нефти и, собственно, качают нефть).

Большое количество вертолетов постоянно летает над берегом и над тем районом, где нагуливаются киты. И вертолетный шум тоже очень сильно пугает этих животных, не дает им нормально кормиться.

Постоянно присутствует большое количество судов: танкеров, судов обеспечения безопасности нефтяной платформы и судов, проводящих другие работы.

С 1997 года в этом районе несколько раз проводилась сейсморазведка. Что из себя представляет сейсморазведка? Это огромное судно, на борту которого стоят специальные пушки, которые стреляют в дно снарядами сжатого воздуха, и по отраженному эху геологи могут составить карту залегания пластов.

Сила звука, который получается в результате одного такого выстрела, равна примерно тому звуку (или даже превосходит его), который человек услышал бы, если бы стоял рядом с турбиной большого взлетающего реактивного самолета. Поскольку под водой звук распространяется намного быстрее и дальше, то можно представить, как постоянная многодневная и даже порой многомесячная сейсморазведка может влиять на всех животных в округе.

Неправительственные организации (и Всемирный фонд защиты животных, в частности) выступали с тем, чтобы остановить сейсморазведку в летние месяцы или перенести ее на более ранние или поздние сроки, когда киты еще не пришли к району нагула или уже ушли (или - хотя бы большая часть из них ушла).

Компания аргументирует свой отказ от переноса сроков сейсморазведки тем, что по их условиям техники безопасности они не могут проводить такие исследования в другое время. В то же время известно, что в Канаде, например, сейсморазведка проводилась просто со льда. И это был бы оптимальный вариант для Сахалина, потому что тогда китов там просто нет.

Марина Катыс: Кроме всего прочего, сейсморазведка - это удар по дну сжатым воздухом: поднимаются все донные отложения, взбаламучивается весь придонный ил, где находятся рачки. Это наносит ущерб этим китовым пастбищам.

Григорий Цидулко: Вы абсолютно правы. И это не только удар по дну и взбаламучивание грунта. Фактически в месте выстрела умирает все живое, за исключением, может быть, каких-то бактерий и вирусов.

Представьте, что вы пришли покушать, а у вас под соседним столиком работает отбойный молоток. У серого кита это - единственные 5 месяцев в году, когда он может есть только на этом небольшом участке Мирового океана, - и там происходят вот такие вещи.

Марина Катыс: В 1999 году было обнаружено 10 истощенных китов, в 2000 - уже 27. В 2001 году в акватории, прилегающей к лагуне Пильтун, было зафиксировано 68 серых китов, их них 12 - истощенных. По мнению ученых, киты хронически недоедают.

Григорий Цидулко: Часть тех китов, которых мы видели худыми в прошлые сезоны, по-прежнему остаются худыми. Часть из них чувствует себя лучше, но, вместе с тем, появились и другие худые киты. Но часть тех исхудавших китов, которых мы видели раньше, мы больше уже не видим.

Худоба этих китов говорит только о том, что им предстоит очень сложная зима, потому что они уже истощены, они не возобновили запасы жира, которые у них должны быть, чтобы уйти на место зимовки и на будущий год опять вернуться на Сахалин.

Марина Катыс: А местные жители, которые живут в районе разработки нефтяных месторождений, они как относятся к серым китам? Им симпатичнее нефтяники или им симпатичнее серые киты?

Григорий Цидулко: Им, безусловно, симпатичнее серые киты. Но в то же вермя, район Северного Сахалина сейчас пребывает в таком мощном и глубоком упадке, что местным жителям любая работа, которая дает им средства к существованию, тоже очень симпатична. А нефтяники, в общем-то, дают им такую работу. Поэтому для многих людей симпатичнее было бы видеть и то, и другое: и нефтяные компании, работающие на Сахалине, и серых китов, нагуливающихся на Сахалине.

Ведь есть реальный шанс изменить проекты "Сахалин-1" и "Сахалин-2" так, чтобы они минимально влияли на серых китов, и это послужит к общему благополучию и людей, и китов.

Марина Катыс: Об охотско-корейской популяции серых китов рассказывает директор Российского представительства Международного фонда защиты животных Мария Воронцова.

Мария Воронцова: Маленькая популяция, в которой известно всего лишь около 100 китов, была найдена (вторично найдена) в конце XX века у берегов Сахалина. О этого считалось, что эта популяция была полностью выбита в результате китобойного промысла американскими, японскими и российскими китобоями. И когда эта популяция была найдена, среди сообщества специалистов по китам был просто взрыв радости.

Но радость продолжалась недолго, потому что выяснилось, что на шельфе (там же, где кормятся эти серые киты) открыто огромное количество нефти. Весь шельф Сахалина был поделен на зоны. Сейчас разрабатываются только проекты "Сахалин-1" и "Сахалин-2", но есть и "Сахалин-3", и "Сахалин-4" и так далее, до 12-го даже "Сахалина". То есть практически вся акватория вокруг Сахалина будет в какой-то момент разрабатываться.

Сейчас серые киты обитают на очень небольшом участке около побережья Сахалина, причем это - места нагулов серых китов. Где они размножаются и куда они мигрируют летом - пока неизвестно.

Марина Катыс: Мой следующий собеседник - эксперт Гринпис России Оганес Таргулян.

Почему нефтяники не идут на встречные шаги по спасению этой популяции серых китов? Ведь речь идет не только о серых китах - могут пострадать нерестилища лососевых рыб и вообще - вся природа Сахалина. Почему не сделать минимальные шаги, для того чтобы найти компромиссные решения в области экологической безопасности?

Оганес Таргулян: Они не хотят, чтобы проект становился дороже. Они получали лицензии или подписывали Соглашения о разделе продукции в те времена, когда о серых китах никто не вспоминал, и у них были какие-то свои соображения - сколько что может стоить. Нефтяники совершенно не заинтересованы в сохранении серых китов.

Кроме того, к сожалению, по обоим проектам - "Сахалин-1" и "Сахалин-2" Соглашения о разделе продукции подписаны таким образом, что Россия начнет получать дивиденды, только после того, как прибыль от проекта вернет те деньги, которые вложены в этот проект. Таким образом, чем дороже становится проект, тем дальше отодвигается тот момента, когда Россия наконец-то начнет получать дивиденды. Пока что Россия ничего не получает от этих проектов (или получает какие-то мелочи, какие-то гроши в масштабах страны).

Возможно, нефтяные компании, общаясь с нашими политиками высокого ранга, слышат от них заверения: "Да, все это ерунда, России гораздо важнее экономическое развитие, чем эти 100 китов". И нефтяники действиями типа выделения 5 миллионов на мониторинг серых китов пытаются закрыть глаза общественности да и средствам массовой информации.

С этими 5 миллионами, которые выделяются на мониторинг, вообще смешно. Их ведь выделяют не на исследование того, как можно защитить серых китов, нет - на мониторинг. Это все равно, что мониторить то, как каток наезжает на мышку, вместо того чтобы пытаться остановить каток или достать мышку.

Марина Катыс: Три экологические организации - Гринпис, Международный фонд защиты животных (IFAW) и Всемирный фонд дикой природы (WWF) - организовали коалицию в защиту серых китов, сегодня в нее входят более 50 организаций. Экологи добиваются создания сезонного заказника для серых китов.

В мае этого года в Москве прошла встреча экологических организаций с руководством компании "Shell". Подробнее об этом - директор Всемирного фонда дикой природы Игорь Честин.

Игорь Честин: Была достигнута договоренность о том, что те люди, которые на встрече с общественностью будут обсуждать конкретные проблемы, будут представлять именно позицию "Shell" - всемирно-известную компанию "Shell", которая претендует на то, что она социально и экологически ответственна. Поэтому тот факт, что нам было отказано в удовлетворении всех требования, означает именно позицию "Shell".

Когда мы говорим о том, что платформа должна быть на две морские мили дальше от берега, чем на сегодняшний день в проекте - компания говорит, что это экономически невозможно, но при этом никаких цифр о том, что такое "невозможно", она не приводит.

Когда мы говорим о том, что трубопровод, прокладываемый траншейным способом через нерестовые реки, противоречит целому набору положений Российского законодательства - компания начинает ссылаться на давно отмененные, устаревшие СНИПы (строительные нормы и правила), которыми она руководствовалась.

Марина Катыс: Риски, связанные с добычей нефти на Сахалинском шельфе, определяются не только строительством в сейсмоактивной зоне нефтепровода длиной 800 километров. Напомню, Нефтегорск, до основания разрушенный землетрясением 1995 года, находится всего в 40 километрах от предполагаемой трассы нефтепровода.

Огромный ущерб может нанести разлив нефти при транспортировке ее морем.

Юридическую часть вопроса комментирует Вера Мищенко.

Вера Мищенко: Компания "Сахалинская энергия" прогнозирует такой разлив. Максимальный разлив нефти в море будет, по их расчетам, 21 500 тонн. Значит, они должны подготовить план по сбору этой нефти - этого требует Российское законодательство (план ликвидации аварийных разливов нефти для максимального разлива). Так вот, компания называет максимальный разлив - 21 500 тонн, а план делает - только на 80 тонн нефти. А что будет с остальной нефтью? У российских организаций нет возможности для оперативной ликвидации таких разливов нефти. Сама компания "Сахалинская энергия" тоже не обладает ни финансовыми средствами, ни аппаратурой для этой ликвидации.

Марина Катыс: Авария танкера "Престиж" 13 ноября прошлого года привела - по официальным данным - к разливу как раз 20 тысяч тонн нефти, что стало экологической катастрофой.

Слово - эксперту Гринпис России Оганесу Таргуляну.

Оганес Таргулян: Мне кажется, "Shell" просто не до конца понимает серьезность данной проблемы. Придя в Россию, они продолжают считать, что Россия - это помойка, где можно делать все, что угодно, и следуют опыту российских компаний, которые, действительно, гадят и не особо за собой убирают.

На самом деле это не так, и особенно это не так - в отношении "Shell". На Западе "Shell" достаточно долгое время считается экологической ответственной нефтяной компанией, наряду с "Бритиш Петролеум". И в настоящий момент она очень много теряет на Сахалине.

Тот поток публикаций, которые идет против "Shell" в защиту серых китов, несомненно усилится после того, как "Сахалинская энергия" отказалась выполнять требования экологических организаций (которые, на самом деле, могут нанести не настолько много экономических убытков, не настолько они делают проекты дороже).

Кроме того, мы встречались с представителями "Shell", и когда речь зашла об однокорпусных танкерах, я их спросил: "Как часто у вас однокорпусные танкеры подходят к "Моликпаку"?" Они говорят: "Достаточно редко". Я говорю: "Почему бы вам тогда вообще не отказаться и не заявить о том, что однокорпусные танкеры не будут подходить к "Моликпаку"? Что вы не будете перевозить нефть вдоль берега Сахалина однокорпусными танкерами?" Они сказали: "Нет, мы этого делать не будем, потому что у нас все застраховано. И вообще - нас не волнует, какие это танкеры. Будет авария - страховые компании заплатят".

Но кому они заплатят? Экосистему будет не восстановить. Да, бюджет получит какие-то деньги. Да, какие-то работы по уборке нефти будут проведены - но ни лососевых, ни китов уже назад не вернешь.

Марина Катыс: Что касается однокорпусных танкеров, это ведь история с "Престижем" - он был однокорпусным.

Оганес Таргулян: 21 октября этого года страны ЕС приняли решение о запрете входа однокорпусных танкеров в их территориальные воды и их порты. Это решение вступит в силу 1 января следующего года, таким образом, однокорпусные танкеры вытесняются из акваторий ЕС.

Но они способны плавать. Куда они вытесняются? Они вытесняются в те страны, которые это не запретили. Порты Мурманска, Санкт-Петербурга, Сахалинский шельф - они оказываются как раз открыты для таких танкеров.

Марина Катыс: И снова я обращаюсь с вопросом к директору Российского представительства Международного фонда защиты животных Марии Воронцовой.

Судебные иски к зарубежным нефтяным компаниям - единственный способ воздействия на нефтяников?

Мария Воронцова: Все мы - потребители энергии. И в западных странах очень распространено "Движение ответственного потребителя". То есть я, как потребитель, могу выбирать между разными компаниями: компаниями, которые предлагают мне энергию, сделанную способами, не навредившими природе, и компаниями, которые получают сверхприбыли, не заботясь о том, чтобы тратить какие-то деньги на охрану природы.

Как пример я могу сказать, что несколько лет назад японская фирма, (всем известная "Мицубиси"), решила построить в Калифорнии соле-выпаривающую фабрику. Лагуна Сан-Игнасио - это объект Природного наследия ЮНЭСКО, место, где размножаются серые киты второй сохранившейся популяции этих животных.

Это абсолютно уникальное место. Нами была проведена огромная кампания по обращению к потребителям. В результате банки-акционеры "Мицубиси" (в основном - в Калифорнии) стали очень быстро избавляться от акций "Мицубиси", потому что их потребители были очень недовольны этой ситуацией и хотели ее изменить - люди хотели, чтобы киты выжили. В результате акции "Мицубиси" стали очень быстро дешеветь, и компания просто отказалась от строительства этой фабрики.

Кстати, "Мицубиси" является одним из акционеров проекта "Сахалин-2".

Марина Катыс: У неправительственных экологических организаций есть рычаги давления на нефтяные компании, считает Мария Воронцова.

Мария Воронцова: Проект "Сахалин-2", например, будет делаться на инвестиции международных банков - это Международный банк реконструкции и развития, Европейский банк реконструкции и развития, американский "Экспорт-импорт-банк", Японский банк. Естественно, эти банки следят за тем, чтобы инвестиции были сделаны без ущерба основным донорам этих денег - жителям Европы и Америки.

Неправительственные организации отправили соответствующие письма и информацию этим банкам, и сейчас руководство банков рассматривает возможность и целесообразность выделения финансирования на проведение второй стадии проекта "Сахалин-2". Может быть, в этом будет отказано.

Марина Катыс: И вновь я обращаюсь к эксперту Гринпис России Оганесу Таргуляну.

Огромная планета, многомиллиардное население, всем нужна энергия, всем нужна нефть... Ну что такое 100 китов? Ну, погибнут 100 китов - что изменится в мире?

Оганес Таргулян: Бог создал этот мир не для того, чтобы человек в нем уничтожал те или иные виды только потому, что хочет получить больше полезных ископаемых. Человек просто не вправе брать на себя такую ответственность.

Нефтяная индустрия приносит супер доходы. И вложить не очень большое количество денег в то, чтобы сохранить этих серых китов, - это не какая-то сверхзадача.

Марина Катыс: Останутся ли серые киты у берегов Сахалина или исчезнут вовсе?

В Краснопресненском суде города Москвы лежит иск о запрещении любой хозяйственной деятельности в местах нагула серых китов у побережья Сахалина.

Остается ждать...

XS
SM
MD
LG