Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Возобновление испытаний ядерного оружия


Ведущая Марина Катыс

В начале января 2002 года газета "Вашингтон пост" опубликовала материал о возможном возобновлении на полигоне в штате Невада (США) испытаний ядерного оружия. Министр обороны США Дональд Рамсфельд подтвердил, что в Конгресс передан доклад Пентагона о пересмотре национальной ядерной политики. Планируется повысить готовность ядерного полигона в Неваде до такого уровня, который позволит проводить подземные испытания уже через год после принятия соответствующего решения.

По мнению начальника 12 Главного управления Минобороны Российской Федерации генерал-полковника Игоря Валынкина, готовность американских ядерных полигонов к началу проведения испытаний составляет полгода. Специалисты Минатома России считают, что США начинают подготовку к созданию новых типов ядерного оружия.

Говорит член-корреспондент Российской академии наук доктор физико-математических наук, с 1967 по 1977 годы работавший заместителем научного руководителя Федерального ядерного центра, Лев Феоктистов.

Лев Феоктистов:

Я считаю, что это полная бессмыслица. Никакой надобности на самом деле, технической надобности, для малых бомб - нет. Есть - психологическая подоплека, связанная с тем, что мы по-прежнему занимаемся оружием. То, что, кстати, всегда происходило у нас, невзирая ни на какие соглашения и договоры.

Марина Катыс:

Прокомментировать сообщения о возможном возобновлении США испытания ядерного оружия я попросила координатора энергетического департамента "Гринпис-России" Максима Шингаркина.

Максим Шингаркин:

Надо отдавать себе отчет в том, что комментарий газеты "Вашингтон пост" и эта утечка - целенаправленные действия администрации США, которая проводит сейчас консультации в рабочих группах Конгресса по возможности возобновления Соединенными Штатами ядерных испытаний, разработке ядерного оружия и переносу гонки вооружений в космическое пространство, в том числе - размещения на орбите ядерных боеприпасов в перспективе.

Марина Катыс:

В настоящее время международное право позволяет такие действия?

Максим Шингаркин:

Сегодня международная обстановка реально такова, что подобные действия могли бы классифицироваться компетентным международным судом как агрессия или декларация угрозы в отношении третьих стран, что напрямую запрещено различными международными нормативными правовыми актами. В частности - Уставом ООН и законом о ведении войн.

Марина Катыс:

Я так понимаю, что весь разговор о разработке новых ядерных вооружений возник, видимо, в связи с заинтересованностью в этом военного ведомства США. В России также существует Министерство обороны, которое тоже заинтересовано в разработке новых вооружений.

Максим Шингаркин:

Речь идет не только о министерствах обороны двух стран. Речь идет о ядерных оружейных комплексах двух стран. О корпорациях, которые подвизались у государств на рынке вооружений. Именно эти корпорации толкают обе страны к очередному витку гонки вооружений.

И если будет принято решение о возобновлении испытаний Соединенными Штатами, Российская Федерация - под давлением лоббистов, которые сидят в Минатоме и в Генеральном штабе, - с очень большой вероятностью не только возобновит испытания ядерного оружия, но и начнет разрабатывать новые боеприпасы, вкладывать колоссальные средства в это дело с тем, чтобы "прокормить" оружейный и ядерно-промышленный комплекс. Хотя никаких дополнительных оснований для беспокойства о безопасности Российской Федерации нет. Даже - в случае возобновления испытаний американцами.

Марина Катыс:

Россия ратифицировала Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний в апреле 2000 года. США пока этого не сделали.

Продолжает Максим Шингаркин.

Максим Шингаркин:

В ходе реализации российского добровольного отказа от ядерных испытаний, "горбачевского моратория", многие страны пришли, в конечном итоге, к пониманию, что этот мораторий мог бы быть принят всеми ядерными государствами. Так и произошло. И последними ядерные испытания завершали французы и китайцы.

"Гринпис" активно выступал против их проведения. И вы знаете, что для французского случая это закончилось трагедией, когда был взорван наш корабль и погиб наш фотограф. После этого усилиями политиков и дипломатов был разработан закон о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний. И этот договор предполагает широкую систему мер взаимного контроля. И если бы этот договор был реализован, стал бы законом для каждой страны, мы бы фактически защитили мир.

Этот договор ратифицировало чуть меньше 70 стран, и сегодня он является международным законом Российской Федерации, международным законом Франции. Но - не обладает полнотой к исполнению, потому что его, в частности, не ратифицировали Соединенные Штаты.

Марина Катыс:

Всего в ходе испытаний ядерного оружия в атмосфере Земли было произведено 509 взрывов. 200 из них произвели США, и 220 - Советский Союз. Франция за этот же период произвела 22 ядерных взрыва в атмосфере.

Лидия Попова является директором Центра ядерной экологии и энергетической политики Социально-экологического союза.

Чем чрево для российской стороны - в сфере экологии и в области развития ядерных вооружений - возможное возобновление испытаний ядерного оружия на полигоне в Неваде?

Лидия Попова:

Даже если эти испытания будут возобновлены, они будут подземные. То есть при неудачном испытании возможен выход радиоактивных газов на поверхность. Но это, конечно, несравнимо с тем, какие последствия имели воздушные испытания, испытания в атмосфере.

Меня больше волнует политическая сторона вопроса, потому что хотя Россия ратифицировала договор о всеобъемлющем прекращении испытаний ядерного оружия, Соединенные Штаты - не ратифицировали. И единственное, что может Россия сделать в ответ - это попытаться тайно провести подземный ядерный взрыв на Новой Земле. Но это очень трудно сделать тайно, потому что сейчас уже существуют методики, которые позволяют определить, где, в каком месте на Земле, и какой мощности был произведен ядерный взрыв.

Я посмотрела комментарии наших специалистов по ядерным вооружениям, которые опубликовала газета "Известия", и, в общем-то, я согласна - для того, чтобы проверять надежность, сохранность ядерного оружия, (а именно на это ссылаются американские политики, пытающиеся протолкнуть через Конгресс такое решение - возобновление испытания ядерного оружия), совершенно не нужны полноценные испытания, подземные или какие бы то ни было еще. Существуют так называемые "виртуальные испытания", испытания гидродинамические с малым количеством плутония. То есть - лабораторные испытания.

Хотя политически это все равно плохо, потому что если мы посмотрим в корень проблемы, то она разделяется на две. Первое - это то, о чем как бы вскользь упоминает газета "Вашингтон пост". Это стремление сохранить кадры и сохранить преемственность разработчиков ядерного оружия. Эта проблема волнует, на самом деле, все ядерные державы.

Поговорите с нашими физиками-ядерщиками старшего поколения и вы увидите, что проблема кадров стоит очень остро. Сейчас молодые люди не очень-то хотят идти в физику. Физика - немодно. Модно - финансы, экономика, бизнес и так далее.

Чем заинтересовать молодые хищные умы, так скажем? Новыми разработками ядерного оружия, его модернизацией.

Возникает вторая проблема. Модернизация ядерного оружия. На мой взгляд, это эволюционная проблема, и ее очень трудно разрешить. Я вижу две активные общественные группы. Это - разработчики оружия массового поражения. И вторая - это те, кто принадлежит к группам контроля над ядерными вооружениями: антиядерное движение и так далее.

Они находятся в антагонизме. Одни требуют полного отказа от ядерного оружия, что, собственно говоря, и записано в договоре о нераспространении ядерного оружия. Но это, так сказать, на бумаге. А вторая группа очень активна. Для них ядерные испытания, ядерные взрывы - что называется "секси". Поговорите с "бомбоделами" - у них глаза загораются, когда они говорят о ядерных взрывах.

И здесь будут притягиваться любые причины: идет ли речь о возможном столкновении Земли с каким-нибудь астероидом - "мы этот астероид ядерными взрывами разрушим...". Идет ли речь об уничтожении химического или биологического оружия - "мы это ядерными взрывами разрушим".

В Соединенных Штатах есть решение Конгресса, неразрешающее лабораториям ( Ливерморской лаборатории, лаборатории в Олкридже) заниматься модернизацией ядерных вооружений. На это требуется специальное разрешение Конгресса. А у нас - такого решения Думы нет.

В газете "Москоу таймс" ( в мае 1999 года) со ссылкой на слова Адамова, говорится о том, что месяц назад (значит - в апреле 1999 года) Совет безопасности приказал Минатому модернизировать ядерное оружие, но сказал, что денег на это не будет.

Марина Катыс:

Думаю, что, несмотря на амбиции в области ядерных вооружений, руководство и Российской Федерации, и Соединенных Штатов Америки прекрасно понимает, что существующие ядерные вооружения (или модернизированные) в принципе не могут быть применены, потому что их запасы таковы, что это приведет к началу "ядерной зимы". Тогда для чего вкладывать такие большие средства в модернизацию существующих вооружений? Ведь того, что есть, уже вполне достаточно, чтобы убить все живое на Земле?

Лидия Попова:

Главное здесь - средневековая, цеховая, обособленность этого клана, разработчиков ядерного оружия. Им нужно сохранять кадры, им нужно сохранять преемственность.

Раз ядерное оружие изобретено, и от него не удалось отказаться, ( и я не знаю, когда удастся это сделать, и какая из двух общественных групп победит - те, кто выступает за полный отказ от ядерного оружия, или те, кто хочет сохранять какой-то арсенал и утверждать, что это - оружие сдерживания....) Да не является оно оружием сдерживания! Оно, на самом деле, представляет собой большой соблазн, а не сдерживание.

Я помню, как один из адмиралов 10 лет назад, после моего выступления на конференции, подошел ко мне и сказал: "Я участвовал в наземных ядерных испытаниях, в испытаниях в атмосфере на Новой Земле. Я хочу вам сказать, что это - оружие, которое никогда не может быть использовано".

Действительно, после Хиросимы и Нагасаки - это такой ужас, что трудно представить себе, что это может быть применено. Единственно - какими-то террористическими группировками, какими-то режимами, которые - ну, совершенно сумасшедшие. Цивилизованное правительство не может применить ядерное оружие.

Марина Катыс:

Но если начнется новый этап в сфере модернизации ядерных вооружений - может ли Россия позволить себе такие инвестиции в эту область, учитывая общую ситуацию в экономике?

Лидия Попова:

Я думаю, что, на самом деле - и позволяет. Мы же не знаем весь бюджет, который Дума утверждает. Там есть закрытые части. Думаю, что приличные деньги идут и лаборатории живут неплохо. И мы не знаем, куда идут деньги от сделки ВОУ-НОУ по высокообогащенному урану, а это - миллиарды долларов.

В Думе прошли закрытые слушания по использованию денег, получаемых от сделки ВОУ-НОУ, и за десятки миллионов долларов Минатом отчитаться не может.

Марина Катыс:

То есть - Минатом по-прежнему остается государством в государстве?

Лидия Попова:

Конечно. Сохраняется идеология, которая позволяет Минатому остаться государством в государстве: Россия сейчас экономически слаба, она уже не является сверхдержавой. Единственное, что позволяет ей оставаться сверхдержавой, - это ядерные технологии и ядерное оружие.

И если Минатому удается поддерживать такую идеологию в правящей верхушке России, то, конечно, он будет государством в государстве.

Марина Катыс:

Доктор физико-математических наук Лев Феоктистов, академик и лауреат Ленинской и Государственной премий, более 10 лет проработал заместителем научного руководителя Федерального ядерного центра.

Каковы перспективы применения ядерного оружия, с вашей точки зрения? Возможно ли, в принципе, предположить ситуацию, когда оно может быть применено? Или же это оружие, которое не будет применено никогда?

Лев Феоктистов:

Если вы заранее себя скажете, что оно никогда, ни при каких условиях не будет применено, то оно, следовательно, бессмысленно. Люди считают, что оно необходимо. Очень распространенно мнение, что оно выполняет роль сдерживания, что давно началась бы Третья мировая война, давно бы всех переуничтожали, а вот из-за того, что боятся - этого не происходит.

Очень спорная концепция, потому что много стран принципиально не имеют ядерного оружия- Швейцария, Швеция. Они занимают откровенно нейтральную позицию. И от этого они не живут хуже, и пользуются не меньшим уважением со стороны международного общественного, чем другие сильные страны.

Я не могу придумать такой ситуации, когда нужно было бы применить ядерное оружие. Несмотря на его пятидесятилетнее уже существование (всякие ведь возникали войны - и во Вьетнаме, и в Афганистане, но нигде его не применяли).

Нет такого способа рассуждения, который приводил бы к необходимости использования ядерного оружия. Кроме общего флага: я на всякий случай это оружие имею, потому что если найдется кто-то, какой-то паразит, то он получит достойный ответ. Все. Больше слов нет.

Марина Катыс:

А возможно ли создание такого типа ядерного оружия небольшой мощности, которое было бы эффективно при борьбе с терроризмом?

Лев Феоктистов:

Нет, конечно. В некотором роде это тоже вопрос вкуса. Я считаю, что это достаточно бессмысленно - разрушать горы, природу, затрагивать большое количество людей даже из-за уничтожения, там, Бин Ладена или какого-то мощного террориста. Но люди могут рассуждать и по-другому.

Но опять - при чем тут новые бомбы, новые испытания? В разумной политике, экономике - это бессмысленная трата денег.

Марина Катыс:

В настоящее время Россия обладает 6 000 ядерных зарядов. В соответствии с договором СНВ-2, их число должно быть сокращено до полутора тысяч.

Говорит директор Центра ядерной экологии и энергетической политики Социально-экологического союза Лидия Попова.

Лидия Попова:

Я помню, как один из генералов после того, как в Соединенных Штатах создали 15 боеголовок, сказал, что вот этих 15 боеголовок нам хватит для того, чтобы разрушить Советский Союз полностью. А сейчас мы говорим о 2 000, потом будем говорить о 1 000.

Марина Катыс:

"Применение ядерного оружия не может быть оправдано ни при каких военных ситуациях", - пишет в своей книге "Оружие, которое себя исчерпало" академик Лев Феоктистов, почти 30 лет занимавшийся разработкой ядерного оружия. Наибольшее число ядерных зарядов, имевшихся на вооружении у СССР, составляло 40 000. Сейчас этот показатель снижен до 6 000. Много это или мало?

Как считает Лев Феоктистов, так называемый "принцип достаточности" мало что проясняет, поскольку не определено главное - какую функцию несет ядерное оружие.

Лев Феоктистов:

Все время идет спор: а сколько нужно ядерного оружия? Жестких, технических оснований, военных, нет, поэтому колеблются от штук до десятков тысяч. Это зависит от внутренней убежденности, от энтузиазма.

В физике - если вы не можете определить порядок величины - значит, вы ничего не знаете. Это все-таки единица или 10? Даже вот этот порядок величин, и то - это свидетельствует об очень низком вашем личном уровне. Ну - в два раза... В технике или в экономике эта двойка может иметь большое значение. И все основные усилия тратятся на то, чтобы эту последнюю двойку вытащить - сделать вдвое дешевле, сделать вдвое больше производительность станка... Это - вопрос двойки!

А здесь - в тысячи раз различаются данные, и никто не может толком сказать - сколько надо и для чего надо?

А может быть, проще сказать - ничего не надо?

Марина Катыс:

Советский Союз обладал самой большой армией в мире в пересчете на душу населения. В СССР было около 40 000 ядерных зарядов (больше, чем во всех странах, вместе взятых), 80 000 танков (то есть больше, чем во всем остальном мире), 40 000 тонн химического оружия (рассчитанного на миллионы снарядов). В СССР хранилось более миллиона артиллерийских снарядов, у которых к этому времени уже закончился гарантийный срок. Уничтожение всего этого оружия будет стоить не меньше, чем было потрачено на его создание.

И последнее. Как пишет Лев Феоктистов, "ядерное оружие как оружие массового уничтожения людей не отличается от химического и бактериологического. Отношение к ним должно быть одинаково запретительным. Или мы придем к самоуничтожению" .

XS
SM
MD
LG