Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Компания "ТольяттиАзот" строит на Тамани терминал по перевалке сжиженного аммиака


Ведущая Марина Катыс

На Таманском полуострове, у самого входа в Керченский пролив, химическая корпорация "ТольяттиАзот" ведет строительство терминала по перевалке сжиженного аммиака.

Терминал рассчитан на ежегодную транспортировку более двух миллионов тонн сжиженного аммиака и такого же количество углеводородов.

По оценкам экспертов, компания "ТольяттиАзот" начала строительство терминала, не имея необходимых разрешительных документов. В частности, по многим пунктам нарушен Строительный кодекс РФ, Закон об экологии и ряд других законодательных актов. Главное же - отсутствует согласие жителей района на размещение рядом с их поселками столь опасного для жизни и здоровья людей объекта.

В непосредственной близости к строительной площадке находятся 11 населенных пунктов, население которых - а это около 30 тысяч человек - неизбежно пострадают при возможной утечке аммиака.

Казачий атаман Геннадий Майков является главой администрации Таманского округа.

Геннадий Майков: Проект, безусловно, не только опасный, но, наверное, чрезвычайно опасный. Потому что при перевалке более чем двух миллионов тонн аммиака в год при терминальном сооружении будет находиться одновременно около 100 тысяч тонн аммиака. Это, безусловно, страшно, потому что аммиак - отравляющее вещество. Как показывает мировой опыт, самое страшное это - терроризм, а мы живем сегодня практически в центре российского терроризма. Всего в 20 километрах находится детский федеральный курорт Анапа. И, скажем, целенаправленному террористическому акту или химической атаке могут быть подвергнуты не только хозяева или гости Анапы, но и несколько сотен тысяч детей всей России, которые в данный момент отдыхают в Анапе.

Марина Катыс: Много претензий к проекту и у местных экологов. Говорит сотрудница Независимой экологической службы по Северному Кавказу Ирина Романова.

Ирина Романова: Все это ведется без государственной экологической экспертизы, не говоря уже о независимой экспертизе, которую они в принципе должны проводить, потому что население высказывается против проекта. Кроме того, нет согласования с Комитетом природных ресурсов по Краснодарскому краю, Центром Госсанэпиднадзора Краснодарского края, Главным управлением по делам гражданской обороны и ЧС Краснодарского края и множеством других комитетов, например, с Кубаньрыбводом, Управлением железных дорог и т.д.

Этот проект опасен в геологическом отношении. На Таманском полуострове на протяжении последней тысячи лет происходят активные тектонические процессы. Образуются грязевые вулканы, образовался остров напротив станицы Голубицкой. Это активная сейсмическая зона - 9 баллов. Каждый год берег меняет свои очертания. Там очень часто происходят обвалы и берег просто не узнать. Вся Тамань - это осадочные породы - песок, глина, и поэтому происходит размыв почв и обвалы.

Марина Катыс: Загрузка судов аммиаком - крайне опасная операция, которая должна проводится в закрытой, защищенной от штормов бухте. При этом "ТольяттиАзот" планирует построить порт в Железном Роге, знаменитом своими коварными течениями, постоянно меняющими скорость и направление. В среднем по погодным условиям 146 дней в году являются неблагоприятными для проведения погрузочных операций.

Руководство Краснодарского края настроено вполне благожелательно по отношению к строительству терминала. По словам Геннадия Майкова, власти оправдывают строительство возможными инвестициями в экономику района.

Геннадий Майков: Говорится о том, что проект представляет собой серьезную инвестиционную программу, что в последующем будут какие-то бюджетные поступления, но с нашей точки зрения инвестиционные программы не могут быть программами безнравственными. Инвестиционные программы не должны с собой нести опасность и угрозу людям.

Марина Катыс: Насколько я знаю, население довольно активно выступает против строительства этого терминала.

Геннадий Майков: Население, может быть, не совсем еще поняло потенциальную опасность этого объекта. Но наша станица и близлежащие поселки уже сегодня понимают ситуацию, и огромное количество людей высказываются против этого объекта, понимая его реальную угрозу.

Марина Катыс: О протестах населения в связи с начавшейся уже стройкой на горе Зелинская говорит и сотрудница Независимой экологической службы по Северному Кавказу Ирина Романова.

Ирина Романова: Что касается старых казаков, то они полностью против строительства, причем - активно против. То есть они поддерживали "Хранителей Радуги" еще в 1995 году, и сейчас они активно нам помогают. Они нам выделили всю выручку, заработанную за один день их музеем. Это был их первый вклад. И помогают сейчас продуктами. Что касается молодежи, то сейчас везде безработица, и в Тамани - в том числе. И молодежь вынуждена работать на "ТольяттиАзот", потому что никаких других альтернатив у них нет. Это единственная корпорация, которая может предоставить работу на данный момент.

Марина Катыс: И снова я обращаюсь с вопросом к казачьему атаману Геннадию Майкову.

Проектная документация не прошла экологическую экспертизу. Почему прокуратура не заинтересовалась строительством, которое ведется в нарушение российского законодательства?

Геннадий Майков: Проектная документация не только не прошла настоящей экспертизы Госкомэкологии, но нет даже согласований с достаточным количеством Комитетов краевого уровня, которые на своей межведомственной комиссии не поставили подписей под проектными документами "ТольяттиАзот".

На сегодняшний момент есть лишь обоснование инвестиций, и все строительство, конечно же, незаконно. Все документы, которые сегодня выдаются (в том числе и землеотводные документы) незаконные. Это противоречащие законам России операции. Это очень настораживает. Прокуратура Краснодарского края примерно год назад дала ответ, что строительство незаконно, что наложено огромное количество штрафных санкций на корпорацию "ТольяттиАзот", но, тем не менее, по-настоящему строительство никто не останавливал. Всегда находятся какие-то лазейки, благодаря которым работы на этом объекте ведутся постоянно.

Марина Катыс: Насколько я знаю, по поводу этого строительства был депутатский запрос?

Геннадий Майков: Депутат Государственной думы Гришнивяков делал запрос Генеральному прокурору Устинову и министру природных ресурсов Артюхову, которые вынужденно отвечали на этот запрос. Прокурор Краснодарского края Шкребец писал о том, что строительство вестись не будет до окончания экспертизы Госкомэкологии. Однако, на сегодняшний день, к сожалению, это не выполняется.

Марина Катыс: При прокладке железной дороги строители "ТольяттиАзот", не имевшие разрешительных документов на проведение работ, разрушили 11 курганов и одно античное поселение. Краевой Комитет по охране историко-культурных ценностей предъявил компании судебный иск на сумму более трех миллиардов рублей. Но это не остановило строительство. Уже после решение суда строителями было разрушено еще одно древнее поселение.

Говорит казачий атаман Геннадий Майков.

Геннадий Майков: Вторжение этого аммиачного комплекса идет на уникальной территории. На территории одного из величайших городов мира, Германаса или Тьмутаракань. Это - две тысячи шестьсот лет непрерывной истории человечества, половина библейской истории, это - тысяча лет эллинской культуры. Как атаман станицы, я хотел бы сказать, что казачество Кубани, в частности - Таманский отдел, постоянно будирует вопрос об этом строительстве. Мы принимали меры официальной переписки, в том числе - судебные тяжбы, 20 июля 2002 года казачий Таманский отдел провел пикетирование этого строительства, где предупреждал корпорацию "ТольяттиАзот", что пора прекратить незаконные действия по строительству, ибо вы вынуждаете казачество прийти к адекватным незаконным мерам. В конце концов, казачество примет меры активного воздействия для того, чтобы заставить частную корпорацию подчиниться законам российского государства.

Марина Катыс: Прокомментировать ситуацию, сложившуюся вокруг незаконного строительства терминала по перевалке аммиака на Таманском полуострове, я попросила доктора химических наук, президента Союза "За химическую безопасность" Льва Федорова.

Лев Федоров: Конкретно этот терминал в принципе можно было бы и не строить. Потому что еще при товарище Брежневе возили этот самый аммиак в Украину и отправляли его на экспорт оттуда. Но предприятие "ТольяттиАзот" рассудило иначе. В конце концов, для того, чтобы сговориться с администрацией края и района, раздавить недовольных и выпустить пропагандистские листовки хватит одного миллиона долларов, вот и вся экономия. Соответственно, не учтена бездна всяких вещей. Это вообще район девятибалльный по землетрясениям. Активность там постоянная. Гора Зелинская, на которой сейчас срывают верхушку и строят там бак на 100 тысяч тонн аммиака. Геологи не дают гарантии, что там снова не возникнет сейсмичность. Дальше этот аммиак поведут к берегу. Делают терминал в Железном Роге. А там - оползни. Там вообще нет скальной породы, чтобы поставить так, чтобы не шевелилось. И дальше аммиак выпускают вперед, в открытое море, на несколько километров.

Марина Катыс: Но там же шторма?

Лев Федоров: Да. Это не бухта, это открытое море. Ну, и вулканы. Только на Таманском полуострове 30 постоянно действующих грязевых вулканов

Марина Катыс: Если случится самое неприятное и произойдет утечка аммиака, чем это опасно для окружающей среды и для человека?

Лев Федоров: Боюсь, что там дело не утечкой пахнет, потому что уж если рванет - так рванет. Они хотят прогонять два миллиона тонн аммиака в год. Я уже сказал, что бак на 100 тысяч тонн.

Сам по себе аммиак вызывает улыбку. Когда мы нашатырным спиртом приводим в чувства пьяного человека, то он, действительно, вызывает улыбку. А если говорить всерьез, то небольшие дозы аммиака вызывают раздражения верхних дыхательных путей, ожоги, развивается астма.

Но там-то речь идет не об этом. А о том, что одномоментно люди могут попасть в такое облако, откуда они не выберутся никогда. Три года назад, летом была экологическая экспертиза очень предварительного документа технико-экономического обоснования. Там было написано так: "В случае разгерметизации и выброса облака аммиака смерть наступает для всех, кто будет находиться в радиусе полутора километров, а очень тяжелые поражения - в радиусе четырех километров". И в том документе не было никаких гарантий, что этого не произойдет.

В районе этого строительства находятся 11 населенных пунктов, то есть - 30 тысяч человек. Это и сама дорогая нашему сердцу Тьмутаракань, ныне называемая Таманью, лермонтовский "прескверный городишко", и поселок Волна, и поселок Виноградский, и дом отдыха "Факел" и т.д. Там очень много жилья, это не пусто место. В случае разгерметизации жертвы будут очень большие. В 20 километрах - Анапа, и Новороссийск - тоже рядом.

Марина Катыс: По официальному "Заключению экспертной комиссии государственной экологической экспертизы материалов "Обоснование инвестиций в строительство пункта перевалки аммиака в Темрюкском районе Краснодарского края" от 15 июля 1999 г. (п.5.1, стр.12) говорится, что "При авариях в зоны поражения могут попасть островной причал, дом отдыха "Факел", поселок Волна, город Тамань, поселок Виноградный и станица Вышестеблиевская. Расчётное время подхода облака аммиака к этим населенным пунктам составляет несколько минут".

И снова я обращаюсь с вопросом к доктору химических наук Льву Федорову.

А почему было выбрано это место? Почему такой рискованный проект вдруг получил воплощение?

Лев Федоров: Если называть вещи своими именами, то сейчас очень много государственного бандитизма, который проникает во многие сферы нашей жизни. Этот проект связан с тем, что нам не хочется отправлять аммиак через Украину, как раньше. То есть, не хочется "там" тратить деньги на безопасность, на экологию, на создание условий для тех людей, хотели - себе, но получилось во много раз дороже. Строить начали до того, как вообще возникли какие-либо разрешения. Этот "ТольяттиАзот", по-видимому, ногами двери открывает во многие руководящие кабинеты в правительстве, иначе не назовешь.

Обоснование инвестиций - это очень предварительный документ. По нему была экспертиза три года назад. А потом больше ничего не было. Сейчас уже строят, значит должна быть нормальная проектная документация, но по ней нет экологической экспертизы, разрешения Минприроды нет, нарушены очень многие строительные нормы. Это связно с тем, что у нас в государстве большие деньги имеют большое плавание.

Марина Катыс: Но если, допустим, произойдет разрыв трубопровода уже над морем. Какие это последствия будет иметь для Черноморского побережья?

Лев Федоров: Образуется некоторое количество нашатырного спирта в районе этой части Черного моря.

Если трубопровод лопнет, там будет сплошной ток жидкого аммиака, десятки тонн аммиака одномоментно попадут в воду, и, перемешавшись с морской водой, дадут нам нашатырный спирт в одной отдельно взятой Тамани.

Марина Катыс: И все живое погибнет?

Лев Федоров: Все живое, да. Так же, как и люди. Добра не будет для живности, которая обитает там.

Марина Катыс: Какой период существования аммиака, смешанного с морской водой?

Лев Федоров: Он долго там будет, потому что из воды он испаряется очень медленно. Он уже растворится. Какой смысл испаряться?

Вот если разрыв произойдет на суше, и повезет с температурой, и аммиак начнет испаряться вверх - слава Богу. Но может не повезти - будет температурная инверсия, и тогда аммиак будет в виде облака лежать на земле.

А из воды, какой смысл газу испаряться, он так и будет растворенным. Это надолго.

Марина Катыс: То есть, фактически, это приведет к тому, что зона Черноморского побережья около Тамани станет мертвой?

Лев Федоров: Да, она может стать мертвой. А если учесть, что через Керченский пролив от Тамани уже Крым, который по нынешним временам - чужая земля, то лучше бы отдых там наладить, чем устраивать химические опыты. Очень благодатная земля, не надо Анталии. Можно и здесь обустроиться.

Марина Катыс: То есть, если говорить о мотивах, заставивших местные власти пойти на реализацию этого проекта вместо того, чтобы развивать собственную туристическую зону и получать доход от отдыхающих, мы может говорить, видимо, только об очень больших взятках?

Лев Федоров: Конечно, это очень большие деньги. Потому что, вряд ли местные власти могут найти инвестора, который обустроил бы в курортном плане эти берега. А тут нашлись очень большие деньги, деньги химические, одномоментно нашлись, поэтому в кабинетах разрешительные подписи получили довольно быстро.

Кстати, разрешения на очень многие вещи начали они добывать уже после начала строительства. Начали строить вовсю, все разворотили. Вершину этой горы Зеленской снесли для баков, новую железнодорожную станцию построили в "Волне", и только тогда начали добывать разрешительные документы - один, второй, третий. Ничего, получается.

Марина Катыс: Но ведь население протестует, местные представители экологических организаций пишут различные письма протеста. Почему прокуратура не интересуется происходящим?

Лев Федоров: С населением в соответствии с существующими правилами просто никто не разговаривал. Поэтому население сейчас уже дошло до точки кипения и готово провести референдум. Если оно пробьет право на референдум, то результат, конечно, будет однозначный.

Почему прокуратура не волнуется? Это понять очень трудно. Может быть, потому что специализация на природоохранную прокуратуру давно уже стало не модной. В данном случае, очевидно, что краевая власть очень благожелательно относится к этому проекту. Законы не выполнены. Если бы прокуратура была на страже законов, то у нее был бы богатый материал. Законы не выполнены. Когда нет нормальной экологической экспертизы, и когда нарушены очень многие строительные правила, это значит, что произошло откровенное нарушение законов. Тут только приходится еще раз вспоминать о том, что в древние времена эту нашу российскую землю называли Тьмутараканью, то есть - очень отделенным участком российской земли.

Марина Катыс: Я позвонила в главный офис компании "ТольяттиАзот" в городе Тольятти, однако секретарь ответила мне, что в настоящее время никого из руководства компании нет на месте, так как они либо в отпусках, либо в отъезде.

Вице-президент компании "ТольяттиАзот" Сергей Павлович Матюнин, с которым мне удалось связаться по телефону, назначил время для интервью, после чего в его офисах на Тамани просто перестали брать трубку. Видимо, господин Матюнин не захотел отвечать на неприятные вопросы о нарушениях, связанных со строительством терминала по перекачке аммиака.

XS
SM
MD
LG