Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Республика Коми - новый район падения отделяющихся ступеней ракет


Ведущая Марина Катыс

В 2002 году в республике Коми планируется выделить еще один - седьмой - район для падения отделяющихся частей ракет. На территории республики уже существуют шесть районов, среди которых четыре больших, куда падают первые ступени ракет, запускаемых с космодрома Плесецк, расположенного в соседней Архангельской области. Новый район будет отведен специально под падение отделяющихся ступеней ракет, запускаемых с Байконура. Слово нашему корреспонденту Николаю Зюзеву.

Николай Зюзев:

В прошлом году группа ученых исследовала район падения "Важгорт", ныне уже не используемый. И руководитель экспедиции, кандидат биологических наук Зиновий Мартынюк полагает, что причин для беспокойства нет.

Зиновий Мартынюк:

Эти районы из-за их низкой доступности, они, в принципе, для местного населения могут представлять интерес с точки зрения охоты, рыбалки, сбора грибов, ягод.

Николай Зюзев:

Наибольший вред наносят, по мнению ученых, два фактора. Первый - это сам способ утилизации отходов. Остатки ракет здесь просто взрывали тротилом, на месте взрыва оставались огромные воронки. Теперь металлолом не взрывают, а оставляют лежать не земле. Его, кстати, по официальным данным, скопилось на территории Коми-республики уже свыше 7 тысяч тонн.

Марина Катыс:

Надо отметить, что после каждого падения отделяющихся ступеней ракет горит лес и происходят проливы токсичного топлива. В Удорском районе республики Коми еще в 60-х годах стали появляться трехногие телята с двумя головами. В этих районах постоянно рождаются так называемые желтые дети, а большинство мужчин не доживает до 50 лет. Все это связано с действием углеводородного ракетного топлива.

Говорит доктор химических наук, президент Союза "За ядерную безопасность" Лев Федоров.

Лев Федоров:

Гигантская масса людей попадает в группу риска, и эту группу риска никто не изучает. Идет вертикальный перенос гептила по почвам, и достигает водоносных слоев гептил. На таких территориях, как Коми, он остается довольно долго в окружающей среде. Все-таки это - северная территория, к тому же болотистая, и поэтому гептил там окисляется чрезвычайно медленно. Надо иметь в виду, что сам гептил, когда он окисляется в окружающей среде, он превращается в нитроздиметиламин, это жесточайший мутаген.

Марина Катыс:

Я спросила Льва Федорова о том, связывает ли он мутации, в частности рождение двухголовых телят, с включением в пищевые цепочки ракетного топлива гептил.

Лев Федоров:

Да, я, безусловно, связываю, ну не так в лоб, но, безусловно, связываю. Действительно, ракеты, вот эти гептильные ракеты космоса, они падают туда с 1964-го года. 63 тысячи гектаров, вот они специально выделены на то, чтобы принимать вот эти гептильные ракеты.

С Плесецка взлетают две ракеты гептильные: "Космос", который падает на Коми, и другая ракета - "Циклон", первая ступень которой падает, собственно, на Архангельскую область, и вот когда она пролетает над деревней Тарасово и деревней Долгощелье, то над Тарасово она просто оставляет след, такой же, как и в Коми, просто след гептила, который военные даже не принимают во внимание, а в районе Долгощелья она падает, первая ступень. Вот результат медицинского обследования, тоже 1997 года, но архангельских ученых. Они обнаружили интоксикацию неясного генеза, что по-русски означает, что люди просто отравлены веществом, которое медикам неизвестно. Это мы говорим о тех медвежьих уголках Коми и Архангельской области, которые никак ничем не были задействованы, кроме как вот этим вот вторжением военных.

Марина Катыс:

Если до 1971 года онкологическая заболеваемость в республике Коми в зоне оленеводства была самая низкая по сравнению с другими районами РСФСР, то за последние 20 лет она выросла в 5 раз. В несколько раз чаще теперь регистрируются психические расстройства, болезни кожи, мочеполовой системы. По мнению ученых, все это результат действия компонентов ракетного топлива гептил и его метаболитов.

Однако экологов и население республики Коми беспокоят не только падающие на территорию республики отделяющиеся ступени ракет. Рассказывает наш корреспондент Николай Зюзев.

Николай Зюзев:

Вторая причина для тревоги гораздо серьезнее - это сгоревшее топливо, которое тянется шлейфом вслед за стартовавшим кораблем. Говорит кандидат биологических наук Зиновий Мартынюк.

Зиновий Мартынюк:

После сгорания этого топлива остается целый спектр вредных веществ. И самое опасное в том, что эти вредные вещества распыляются на очень большом расстоянии.

Николай Зюзев:

Но ученые пока не могут обрисовать полную картину вреда от ракет. Причина в том, что нет средств на исследование действующих районов падения.

Марина Катыс:

По данным Уральского отделения Российской академии наук, реальный размер района падения "Важгорт" в 2 раза больше, чем указано в официальных бумагах. Ученые даже не исключают возможности падения отдельных ступеней ракет на населенные пункты. Говорит Лев Федоров.

Лев Федоров:

Общие государственные оценки вообще никто никогда не проводил. А кто, собственно, обследовал всю эту территорию на предмет, сколько гептила там осталось? А как влияет гептил в окружающей среде на людей? Никогда даже не было речи о том, чтобы все железо грязное эвакуировать. И никогда не было речи о том, чтобы как-то людям компенсировать вот эту утрату хозяйственных функций природы, которой люди пользуются.

Падает первая ступень на одну из деревень в Мезенском районе Архангельской области. Бабушка, которая каждый год жила только тем, что сдавала свою клюкву в заготконтору, и тем жила. А заготконтора сказала: все, ваша клюква грязная. Бабушка пишет гаранту Конституции. Тогда был Ельцин Борис Николаевич. Он не стал разбираться, он переслал это ракетчикам. А ракетчики бабушке ответили, что в загрязнениях виноваты ТЭЦ города Архангельска. Вот на таком уровне играть нельзя с людьми.

Марина Катыс:

В Удорском районе, в районе падения первых ступеней ракет, выводящих на орбиту космические корабли "Союз", валяется 1200 блоков, длиной 19 метров и диаметром 3 метра. Каждый "Союз" имеет четыре таких блока, весом до 4 тонн. Сегодня в верховье реки Вашка рукотворное месторождение цветных металлов, добыча которых стала доходным промыслом. Топливные баки военные иногда подрывают тротилом, осколки разлетаются по тундре, убивают оленей. Но много баков лежит в хорошем состоянии. Геологи и пастухи укрываются в них в ненастную погоду. Во множестве встречаются головные обтекатели ракет. В селах Каменка и Кончурей ими украшают сараи и строят будки для собак. При этом экологам Коми долго пришлось выяснять у военных, имели ли место случаи аварийного падения отделяющихся ступеней ракет. Говорит Николай Зюзев.

Николай Зюзев:

Только после долгой переписки они подтвердили, что да, действительно, это происходило, в том числе и на территории уникального Печоро-Илычского заповедника, который включен в список всемирного природного наследия ЮНЕСКО. Говорит Эрнест Мизак.

Эрнест Мизак:

Доходит ведь до абсурда. В одном из писем начальник космодрома Плесецк в администрацию Ижемского района республики Коми, где ступени гептиловых ракет падают, начальник космодрома ничтоже сумняшеся заявил, что гептил, он действует на экосистему, как обычное азотное удобрение. На что мой знакомый химик московский, доктор химических наук, "по-черному" пошутил: пусть он гептилом огород своей тещи польет и посмотрит, что с тещей случится после этого.

Могу сообщить, что, по данным официального государственного доклада Российской Федерации о состоянии окружающей природной среды, в районе падения "Печора", который располагается на землях Ижумского района республики Коми, концентрация нитрозодиметаламина (это производная от гептила) в поверхностных водах района падения "Печора" ни много ни мало зафиксирована на уровне 1050 предельно допустимых концентраций.

Марина Катыс:

Прокомментировать ответ генерала я попросила доктора химических наук, президента Союза "За химическую безопасность" Льва Федорова.

Лев Федоров:

Я читал письмо этого военного. Это генерал Журавлев, командующий полигоном Плесецк, так ответил на письмо - уже не бабушки, а официальных лиц, то есть руководства Ижемского района. Говорить, что гептил менее токсичен, чем азотное удобрение, - это надо быть очень большим фантазером. Дело в том, что на заседании Комиссии по экологии Совета Безопасности было официально заявлено, что гептил является токсичным веществом, в 6 раз более токсичным, чем синильная кислота.

О чем писали ему обеспокоенные люди? О том, что в такой-то год, назывался 1993-й год, там произошел мор рыбы. А он отвечает: а у нас с 1991 по 1995 вообще мы не посылали ракету "Космос". И он сказал неправду. В одном только 1993-ем году было три запуска ракеты "Космос", и приземлялись они - туда. О чем еще люди говорили? Они говорили о том, что вот их поразила ржавчина, такое пожелтение хвои, елей, сосен. А он отвечает: вот это перенос из Европы, какие-то серные переносы идут, и вот ученые архангельского института так это интерпретируют. А я не поленился, залез в отчеты этих ученых. Оказалось, что в районе Плесецка эта желтизна появилась на год раньше этих самых переносов из Европы. То есть это чисто "плесецкое" угнетение окружающей среды.

Марина Катыс:

На территорию республики Коми падают первые ступени всех ракет, запускаемых с Плесецка. Но реально можно оценить только ущерб, наносимый запусками космических ракет. Первый запуск баллистической ракеты с космодрома был совершен в 1960 году. Первый запуск космического аппарата - в 1966. К 2000 году с Плесецка стартовало свыше 12 тысяч ракет, в 2 раза больше, чем со всех космодромов мира.

Если же новый район действительно будет выделен под падение отделяющихся ступеней ракет, запускаемых с Байконура, то тогда речь пойдет уже о вторых ступенях, ущерб от падения которых будет несоизмеримо больше. Говорит Лев Федоров.

Лев Федоров:

Ракета "Космос", она взлетает с Плесецка, сбрасывает первую ступень на Коми, и вот эта первая ступень содержит высокотоксичное топливо гептил. И когда сейчас нам говорят, что вот планируется еще один такой полигон, то всегда встает вопрос - хорошо бы с предыдущими разобраться, то есть со всеми теми отрицательными последствиями, которые жители не самой богатой республики у нас в стране уже получают и которые, в общем, не преодолены. Дело в том, что жизнь этих людей не прописана в бюджете. Эти люди живут своей жизнью. То есть они собирают ягоды, они занимаются охотой, они ловят рыбу, они собирают и сдают государству лекарственные растения и так далее. И когда на эту природу опускается 667 килограммов гептила с каждой ракеты, а таких ракет "Космос" упало на Коми более 500 штук, то поневоле задумаешься, за что на этих людей накладывают такую епитимью. Не говоря уж о том, что тот район, куда падают первые ступени ракеты "Космос", содержит уникальный заповедник Корабельная сосновая роща.

Марина Катыс:

Проект выделения нового района существует пока только в виде договора о намерениях, который был подписан в апреле прошлого года главой республики Коми Юрием Спиридоновым и генеральным директором Российского авиационно-космического агентства господином Коптевым. Рассказывает наш корреспондент Николай Зюзев.

Николай Зюзев:

Понятно, что появление нового района падения пугает людей. Предполагается, что в леса на границе Усть-Кулумского и Троицко-Печорского районов будут падать вторые ступени ракет, запускаемых уже не с Плесецка, а с космодрома Байконур. Встревожило и то, что лишь в этом году прессе стало известно о договоре по его созданию, подписанном еще год назад. Новая территория будет больше старой, и будет соседствовать с рядом крупных населенных пунктов. Кроме того, экологи, ссылаясь на опыт Алтая, предупреждают, что вторые ступени особенно опасны для природы и здоровья людей.

Марина Катыс:

Однако доктор химических наук Лев Федоров полагает, что основную опасность для людей и природы представляют не космические, а боевые ракеты всех родов войск.

Лев Федоров:

Боевые - это тоже не только стратегические ракеты, но и ракеты ПВО, ракеты морские, ракеты противоракетные и так далее. И везде есть гептил. Скажем, стратегическая ракета. У нас было 29 дивизий, ракетных дивизий стратегического назначения, где на вооружении стояли именно гептильные жидкостные ракеты. Например, Оптина Пустынь, мужской монастырь. Да, стоят ракеты, вот рядышком. Только что я был в Пермской области. Ушла дивизия, взорвала. Спрашиваю жителей: ну, где склад-то был топливный? А вот, говорят, вот в этом месте. Там ни один эколог пока не искал гептила. Это тот случай, когда - ищите и обрящете. То есть 29 дивизий - это же... ну что, две, я понимаю, казахские дивизии, две украинские - и все, остальные русские. И они остались на месте. Там Пашино какое-нибудь, это же район Новосибирска.

Эта беда - это самая тяжелая беда, когда общество не может взять под контроль экологические последствия, опасные, в общем-то, вот этой оборонной активности. Я уже не говорю про ПВО. Представьте, мы же фактически изменили всю карту ПВО. Значит, ракеты С-75 - все ушли. Куда они пришли? У нас ракетчики, скажем, на Камчатке, они несколько лет назад ушли и бросили топливо. Просто бросили. Химическая сторона ракетной активности - это фактически экологически незаживающая рана, к тому же находящаяся вот в серой зоне, на грани правды и вымысла, информации и пропаганды, секрета и открытости.

Марина Катыс:

Отделяющиеся ступени ракет падают не только на территорию республики Коми, но и на земли других субъектов Федерации. Продолжает Лев Федоров.

Лев Федоров:

Дело в том что ракеты "Протон" падают не только на Алтайский край и не столько на Алтайский край, они падают и на Туву, и на Новосибирскую область, и на Томскую область, и на Хакасию, как раз в то место, где живет Агафья Лыкова, оставшаяся одна-единственная. Когда Василий Песков открывал эту семью и когда он красивые слова писал во всяких там газетах, он ни разу не сказал, что именно на это место падает вторая ступень ракеты "Протон" с Байконура, и что у нее козы облезлые, и что она ест "грязные" ягоды, она собирает "грязные" грибы.

Марина Катыс:

К сожалению, в России до сих пор нет отработанных механизмов возмещения субъектам Федерации ущерба, нанесенного деятельностью, ну, скажем, Министерства обороны. Говорит доктор химических наук, президент Союза "За химическую безопасность" Лев Федоров.

Лев Федоров:

Скажем, на Коми падают ракеты с 1964-го года, гептильные, токсичные ракеты. Юридически оформленные отношения начались только в конце 90-х годов, когда Черномырдин был вынужден принять постановление совета министров России о том, чтобы каждая территория, которая принимает эти ракеты, она установила юридически оформленные правила с Министерством обороны.

С юридически оформленными правилами дело швах. Вот, скажем, Коми. Они в 1997-м году, действительно, Спиридонов подписал с Плесецком некую бумагу. Бумага односторонняя, потому что Коми со своей стороны прервать, изменить ничего не может. Что там написано? Что космодром обязуется не устанавливать никаких излучающих элементов на ракеты. То есть токсичные вещества - уже по умолчанию они уже там записаны. Когда происходит авария, Плесецк обязуется ничего не делать без Министерства обороны. А оно если захочет, то выделит деньги, и тогда они, может быть, что-нибудь уберут. И вот на таком уровне построен весь документ. То есть обычные неравноправные колониальные отношения центра к территории. Реальных прав у территории нет. Министерство обороны не собирается ни по какому документу ничего реабилитировать, тем более обследовать и так далее.

Марина Катыс:

Ну, какие-то компенсации должны выплачиваться территориям?

Лев Федоров:

Серьезных компенсаций Министерство обороны не предоставляло, не предоставляет и пока не собирается предоставлять.

Марина Катыс:

А как решаются такие вопросы и как регулируются такие взаимоотношения, ну, допустим, в США? Там же тоже происходят запуски.

Лев Федоров:

США не стали запускать ракеты на топливе, аналогичном нашему гептилу, гидроземному топливу, если химически говорить, только потому, что уровень компенсации превышал стоимость запуска. Уровень компенсации населению, который сложился в реальной практике США. И они отказались от этого топлива. А это шикарное топливо, с точки зрения техники. Это очень высокоэффективное топливо. Они запускают подобного рода топливо с токсичными веществами только в сторону океана, то есть надеются, что океан решит экологическую проблему за счет самовозобновления ресурсов. С людьми американские военные просто стараются не связываться. У них такая юридическая система, по которой там человек не упустит того, что, значит, положено взять с Министерства обороны. Так что мы даже сравнивать не можем нашу общественную систему с американской. Мы находимся в прошлом веке, в позапрошлом уже.

Марина Катыс:

Краткая справка. В этом году впервые Министерство обороны России возместило республике Коми ущерб, нанесенный падением в Ижемском районе первой ступени ракеты-носителя "Космос-3М", запущенной с космодрома Плесецк 21 ноября 2000 года. Тогда вылилось около 700 килограммов гептила. Компенсация составила 111 тысяч 550 рублей.

XS
SM
MD
LG