Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Восстановление лесов России - программа Всемирного фонда дикой природы "Псковский модельный лес"


Ведущая Марина Катыс

Марина Катыс:

Для того чтобы остановить исчезновение и деградацию лесов в России, 1 октября 1996 года Всемирный фонд дикой природы начал реализацию программы "Живая планета". В целом эта программа направлена на сохранение биоразнообразия на земле. Та часть программы, что касается сохранения лесов, называется "Леса ради жизни" и предполагает сохранение не менее десяти процентов каждой категории лесов в виде охраняемых территорий.

Говорит руководитель проекта "Псковский модельный лес" Сергей Бурмистров.

Сергей Бурмистров:

Основная задача человека, получившего лес на аукционе на один год: срубить, получить прибыль - потому что он не может инвестировать в этот участок, так как он знает: что будет через сто лет - абсолютно неизвестно, и куда пойдут вложенные средства - абсолютно непонятно.

Марина Катыс:

Сегодня на территории России работают четыре проекта Всемирного фонда дикой природы: на Дальнем Востоке, в республике Коми, на Алтае (в Саянах) и в Псковской области. Принципы устойчивого управления лесами, соответствующие современным экологическим требованиям, позволят сделать лесопользование отвечающим долговременным интересам местного населения и государства в целом.

Рассказывает наш псковский корреспондент Анна Липина.

Анна Липина:

Проект Всемирного фонда дикой природы "Псковский модельный лес" стартовал в сентябре прошлого года. Базовыми документами для проекта послужили соглашения между Федеральной службой лесного хозяйства Российской Федерации, Управлением лесами Псковской области и Всемирным фондом дикой природы о сотрудничестве в области устойчивого управления лесами и сохранения биоразнообразия.

В основе проекта "Псковский модельный лес" лежат две составляющих: обеспечение и поддержание экологических функций лесов (включая сохранение биоразнообразия) и обеспечение экономической устойчивости лесного комплекса.

Северо-западный регион по интенсивности лесного хозяйства резко отличается от других регионов России. Здесь она достаточно высока, благодаря преобладанию лесов. В Псковской области, например, совокупная площадь лесов составляет примерно 40 процентов ее территории. Общие запасы лесов приближаются к 250 миллионам кубометров. Имеющиеся ресурсы позволяют заготавливать три с половиной миллиона кубометров ежегодно, однако, реально осваивается только 25-30 процентов возможного.

Причин тому называется много. В их числе - устаревшая технология ведения лесозаготовок, изжившая себя нормативная база, противоречия между лесозаготовителями и лесхозами. Функция первых - рубить лес, получая прибыль. На плечах вторых - его восполнение. Такая разорванность экономической схемы ведения лесного хозяйства фактически противодействует эффективному использованию этого природного ресурса.

Проект "Псковский модельный лес" призван сформировать устойчивую модель управления лесами, включая выработку нормативно-правовых механизмов. Территория "Псковского модельного леса" охватывает Стругокрасненский лесхоз Псковского управления лесами на площади около 46 тысяч гектаров. Сегодня на модельной территории проекта созданы четыре демонстрационных участка, и еще три - подготовлены для показа новой технологии рубок леса, возобновления, ухода за лесом и сохранения биоразнообразия.

Разработана модель рубок ухода леса, которая позволит точно планировать получение качественного древостоя с максимальным запасом. Использование этой модели позволит лесхозам и другим лесозаготовителям увеличить средний выход пиловочника (самого дорогого вида древесины) при сплошных рубках с 20 до 70 процентов. Для создания точных лесных карт эксперты проекта создали специальную геоинформационную систему, содержащую набор электронных карт, снимков, банк данных - с полной информацией о лесной территории.

Марина Катыс:

Проект "Псковский модельный лес" - первый на северо-западе России. В нем принимают участи эксперты Санкт-Петербургского научно-исследовательского института лесного хозяйства и Северо-западного лесоустроительного предприятия. Но почему Всемирный фонд дикой природы выбрал именно Псковскую область для осуществления этой программы? С этим вопросом я обратилась к пресс-секретарю WWF Екатерине Пал.

Екатерина Пал:

Прежде всего, конечно, поиски велись в европейской части России и на севере европейской части, поскольку для лесной промышленности это - самая главная зона. Именно здесь сконцентрировано большое число российских лесозаготавливающих предприятий. Модельный лес и называется "модельный" для того, чтобы продемонстрировать модель устойчивого и правильного лесопользования. Кроме того, Псковская область славится и своими лесозаготовками, именно там работают предприятия "Стуро Энцо", которые являются партнером Всемирного фонда дикой природы в этом проекте.

Мы берем те леса, которые используются, и показываем, как их можно использовать правильно, так, чтобы они быстро и правильно восстанавливались. Модель примерно такая же, как в Швеции, где умеют и правильно использовать лес и заботиться о нем.

Марина Катыс:

С апреля 2001 года участники проекта "Псковский модельный лес" работают над созданием ландшафтно-экологического плана для лесной территории площадью 18 тысяч гектаров. Слово - научному руководителю проекта, а также заведующему лабораторией лесоустройства и математических методов Научно-исследовательского института лесного хозяйства Санкт-Петербурга Борису Романюку.

Борис Романюк:

Люди должны чувствовать, что лес - это не только дрова и мебель, это еще что-то такое, что, может быть, в душе людей сохраняется от старых времен, и они не хотят, чтобы лесная промышленность довела этот лес до уровня огорода. Лес должен быть лесом даже там, где ведется лесное хозяйство.

Как перейти от таких благих пожеланий к практике?.. Поскольку мы говорим о лесном хозяйстве, то все это регламентируется специальными правилами и нормативами. И одна из важных частей проекта - то, что мы разрабатываем систему правил, которая помогла бы определить - означает биоразнообразие в природе, каковы его элементы, как организовать технологию рубок, чтобы даже после проведения таких больших сплошно-лесосечных рубок у нас не оставалось пустыни, и снова - максимально быстро - восстанавливался лес.

Марина Катыс:

И снова я обращаюсь с вопросом к пресс-секретарю WWF Екатерине Пал.

Как отнеслась администрация Псковской области к тому, что вы выбрали именно эту территорию для осуществления проекта?

Екатерина Пал:

Проект проходит при очень хорошей поддержке администрации как областной, так и Стругокрасненского района. Уже после того, как Псковская область была выбрана, несколько районов Псковской области вели борьбу за то, чтобы именно на их территории был проведен этот проект.

Площадь модельного леса - 46 тысяч гектаров, и он распространяется на самые разные ландшафты. Это и Псковская возвышенность, и заболоченные участки, и самый разный лес - это очень большая территория.

Марина Катыс:

Представителей российских властей, особенно региональных, в данном проекте больше всего интересует его экономическая сторона. Говорит депутат Псковского областного собрания депутатов Борис Полозов.

Борис Полозов:

Когда можно ожидать отдачу от вложений, каким образом следует создавать участки, которые будут восполняться, какой лес должен расти у нас. Ведь, к сожалению, лес-то у нас только на 25 процентов хвойный, а основное - лиственный, причем, листва зачастую неделовая - осина. Каким образом проводить лесовосстановление, чтобы хотя бы через 70 - 80 лет мы могли рассчитывать на большую часть деловой древесины. Вот в чем будет заключаться экономика всего лесопользования с учетом новых технологий.

Очень важно, чтобы на базе данной модели была создана нормативно-правовая база, были подготовлены соответствующие специалисты, которые являлись бы проводниками предлагаемых технологий,чтобы федеральное правительство было заинтересовано в изменении нормативно-правовой базы на федеральном уровне - возможно, должны быть подготовлены соответствующие изменения в лесной кодекс и в целый ряд нормативно-правовых документов, которыми сейчас руководствуются наши лесники.

Эксперимент не должен закончиться этими 46 тысячами гектаров. Задача программы "Модельный лес", в том числе, и показать экономику.

Марина Катыс:

С самого начала в рамках проекта был создан учебный центр повышения квалификации работников лесного хозяйства. Рассказывает руководитель проекта "Псковский модельный лес" Сергей Бурмистров.

Сергей Бурмистров:

Проводятся регулярные семинары для лесопромышленных компаний, для представителей лесхозов, Комитета природных ресурсов. Причем, это не только теоретические семинары, не только семинары с использованием компьютерной техники и геоинформационных систем. Сейчас мы разрабатываем до 15 различных демонстрационных лесных участков, и семинары постоянно проходят с выездом на эти участки и с показом.

Эти технологии у лесопромышленников вызывают большой интерес - такие перспективные вещи, как рубки ухода, формирования леса. В Швеции или Финляндии за счет рубок ухода, за счет того, что у них разработанная технология на полный цикл оборота рубки, удается получать до 70 процентов полноценного, хорошего качества пиловочника. Мы сегодня получаем 20 процентов. С одного определенного участка леса в Финляндии и Швеции могут получать в два - два с половиной раза больше древесины.

Марина Катыс:

Модельный лес в Псковской области создается на территориях, предназначенных под сплошные лесосечные рубки. Такие рубки на северо-западе России, да и вообще в мире, признаются наиболее выгодными, с экономической точки зрения. Слово - заведующему лабораторией лесоустройства и математических методов Научно-исследовательского института лестного хозяйства Санкт-Петербурга Борису Романюку.

Борис Романюк:

Как так организовывать эти сплошные рубки, чтобы мы получали максимальный экономический эффект и сохранили здесь элементы биоразнообразия? Есть международные требования по биоразнообразию. Россия подписала целый ряд международных документов, которым мы должны следовать.

Также сейчас существует довольно разветвленная система российских нормативов, но они не дают четкого понимания, что такое биоразнообразие.

Марина Катыс:

Но какова технология лесовосстановления, применяемая на модельной территории в Псковской области? Продолжает Борис Романюк.

Борис Романюк:

Когда мы рубили лес, мы оставляли семенные деревья. И второе - здесь сохранены "ключевые биотопы": то, что росло под пологом леса - маленькие елочки и другие деревья. Они оставлялись в максимальной степени, и добавлялись, досаживались еще в зависимости от рельефа - или сосна, или елка. То есть, это то, что позволит максимально быстро вернуть участок к состоянию лесного.

На этом участке возобновления проводились разными породами - и сосной, и елкой. И возобновление это делали в зависимости от рельефа: где посуше - там сажали сосну, где долинки - там была посажена елка, чтобы лес, который создается, соответствовал природным характеристикам.

Ситуация такая: когда мы планируем рубку, мы определяем нормативы в рамках лесного законодательства. Все те изменения, которые здесь предлагаются, согласовываются и с отделом департамента, и с лесоустройством, и с заготовительной компанией. Идея в том, чтобы применять простые и разумные правила, которые бы позволяли получать гарантированный результат, то есть - возобновление лесов. И плюс - экономический эффект при рубке.

С такого же гектара, как здесь, можно получить объем древесины в два с половиной раза больше. По стоимости древесины (мы делали оценку) можно получить в восемь раз больше, если вести такое хозяйство, как, скажем, в Финляндии и Швеции. Но вопрос - как это сделать. Есть специальные процедуры, есть правила. Но они должны быть разработаны для наших условий. Роль проекта в том и заключается, что мы отвечаем на этот спрос. Люди готовы вкладывать деньги в лесное хозяйство, как в долговременный бизнес (это не нефть, которую выкачают и все), это - вернется, и чем больше вкладываешь, тем больше будет возвращаться.

В чем сейчас большая проблема? В экономическом обосновании лесного хозяйства. В существующей системе планирования лесного хозяйства практически отсутствует экономическое обоснование - что мы можем делать в лесу и при каких условиях это принесет прибыль. Сколько можно рубить в лесу? Фактически эти расчеты по стандартной методике не имеют никакого экономического обоснования. В них не учитываются затраты на все лесохозяйственные мероприятия. Сколько стоит срубить? Сколько стоит построить дорогу? Сколько стоит возобновление? Сколько стоит уход за лесом? Мы вообще впервые в России будем делать экономическое обоснование - сколько можно рубить.

По результатам инвентаризации всей территории, по результатам экономической оценки мы подготовим новый план ведения лесного хозяйства, который будет составлен уже на основе экономического обоснования. Это сейчас очень интересует людей.

Лес - это нормальный лесной бизнес. Это: вложил деньги - получил деньги. Проблема в том, что здесь все растянуто на длительный период, на сто лет, и сама процедура планирования экономической оценки довольно сложна. Но пежде чем вкладывать деньги, хозяин должен ясно понимать: они вернутся, принесут прибыль? Или он просто работает в убыток.

Марина Катыс:

Однако проблема заключается не только в отсутствии экономически обоснованных расчетов по рубкам леса. Весьма негативную роль в процессе лесовосстановления играют небольшие сроки аренды лесов. Вот что говорит по этому поводу Сергей Бурмистров.

Сергей Бурмистров:

У нас все упирается в недолгосрочность нашей аренды, в аукционы, на которых лесопромышленники получают леса на год, на несколько лет. В результате - нет никакого стимула инвестировать деньги в долгосрочные проекты.

Марина Катыс:

Так сколько же стоит создание образцово-показательного леса на территории 46 тысяч гектаров? С этим вопросом я обратилась к пресс-секретарю ВВФ Екатерине Пал.

Екатерина Пал:

Общий бюджет проекта, рассчитанный на три года, составляет миллион долларов США. Конечно, это очень большое вложение и большой бюджет, но мы вкладываем в будущее. Для того чтобы в будущем получить живые леса, а не пустыню, конечно, надо сначала вложить деньги. Но потом эти же леса можно использовать разумно и экономично.

Марина Катыс:

Но если 46 тысяч гектаров, что само по себе достаточно большая территория, требуют вложения в размере одного миллиона долларов, то распространение этой методики по России повлечет со собой довольно большие инвестиции. И кто будет платить на следующих модельных участках?

Екатерина Пал:

Все то, что сейчас разрабатывается в Псковском модельном лесу, можно будет использовать на аналогичных участках в других районах и областях, и вообще - по всей России. Соответственно, и затраты на последователей этого дела будут значительно меньше.

Во-вторых, безусловно, программа рассчитана на крупных лесопромышленников. Именно крупные лесопромышленники, которые являются арендаторами территорий на долгое время, заинтересованы в сохранении леса. Это не те люди, которые приходят и хотят сиюминутно заработать, вырубить все и убежать. Оставить за собой просто плоский участок земли. Им все равно, что будет дальше. Крупные лесопромышленники в этом как раз не заинтересованы.

Марина Катыс:

Вы могли бы назвать тех, кого вы имеете в виду в данном случае?

Екатерина Пал:

Этот конкретный проект проводится совместно со шведской компанией "Стуро Энцо". У их есть отделение в России, которое, собственно, и работает на той территории, где находится "Псковский модельный лес". Всемирный фонд дикой природы организовал Ассоциацию экологически ответственных лесопромышленников, куда на сегодняшний день входит 16 компаний, имеющих четкую и продуманную экологическую политику.

Марина Катыс:

Эти 16 лесозаготовительных компаний в основном зарубежные или российские?

Екатерина Пал:

Это все российские предприятия.

Марина Катыс:

То есть, в России, в принципе, уже лесозаготовители готовы к тому, чтобы цивилизовано вести добычу древесины?

Екатерина Пал:

Безусловно. Именно в лесном секторе мы можем говорить о том, что совпадают экономические и экологические интересы. Те люди, которые задумываются об экологических аспектах того, что они делают - это как раз те предприятия, которые получают наибольшую выгоду. Это показывают все исследования во всем мире. Кроме того, есть механизм Независимой лесной сертификации. Сейчас потребительские группы за рубежом готовы платить больше за ту древесину, которая идет из экологически оправданного производства и леса. С этим сертификатом древесина продается дороже, то есть, здесь есть и прямая экономическая выгода для таких лесопромышленников.

Марина Катыс:

В России - довольно специфическая экономическая ситуация, и известно, что именно в России процент незаконных рубок в лесах очень велик. Как вы предполагаете, на территориях, где будет осуществляться новое лесопользование, будут возможны браконьерские рубки?

Екатерина Пал:

Данный конкретный проект не направлен на противодействие незаконным рубкам, он ориентирован на крупного лесопромышленника, который не допускает на своих территориях нелегальных рубок, поскольку имеет на это полные права и возможности.

Марина Катыс:

Лесовозобновление, насколько я понимаю, происходит за достаточно длительный срок - порядка ста лет. И те лесопромышленники, которые сегодня инвестируют в леса, скорее всего не доживут до того, чтобы получать прибыль от этих лесов. Это будут делать их внуки. В России уже пришло время таких длительных инвестиций?

Екатерина Пал:

Совершенно верно. Нам радостно отмечать именно то, что все больше и больше компаний задумываются о том, что будет через сто лет. Ну, на самом деле 80 лет нужно для леса, чтобы восстановиться, и чтобы его можно было снова рубить. Конечно, это все касается именно крупных лесопромышленников и, естественно, они заинтересованы в продолжении своего бизнеса.

XS
SM
MD
LG