Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Глобальное изменение климата


Ведущая Марина Катыс



В конце 19-го века температура приземного слоя воздуха выросла почти на один градус. Не стоит обольщаться малостью этой величины. Такое повышение температуры привело к подъему уровня Мирового океана на 15 сантиметров.

Ученые считают, что этот процесс будет нарастать, и к середине будущего века уровень океана поднимется еще на несколько метров. А это уже катастрофа для островных государств, таких, как Великобритания, Япония или Индонезия. Но не только для них. Под угрозой окажутся прибрежные районы целых континентов, в первую очередь, северо-западной Европы, Скандинавии, Канады, Китая и многих других. А именно здесь живет большая часть населения Земли. Но это еще не все, что несет с собой потепление.

Прибрежные районы будут затоплены, а во внутренних частях континентов климат станет суше, начнут наступать пустыни. Площадь, пригодная для ведения сельского хозяйства, резко уменьшится. Возникнут трудности с продовольствием.

Таким образом, глобальное потепление может привести к катастрофе планетарного масштаба.

Виновник будущих бед был найден довольно быстро. Это углекислый газ. Выбросы в атмосферу электростанций, заводов, выхлопных газов автомобилей, самолетов и кораблей заметно увеличили концентрацию углекислого газа, и сегодня его содержание в атмосфере выросло на 20 процентов.

В результате теплые и холодные зоны поменяются местами. Значительно похолодает в районе Вологды и Салехарда, а на восточном побережье Тихого океана установится более теплый климат. Вечная мерзлота в Сибири отступит далеко на Север. В Южном полушарии полюс холода переместится в Австралию, а тепло будет в Южной Африке. Теплые воды Гольфстрима не будут барьером для холодных вод Северного Ледовитого океана. Скандинавия покроется льдом, а вот в Тихом океане холодное течение Куросиво станет теплым, что будет способствовать теплому климату в Восточной Сибири.

Слово заместителю председателя Комитета Государственной Думы по экологии профессору Александру Косарикову.

Александр Косариков:

Нам все кажется, что это такое, очень далекое, и более всего угрожает не нам, а угрожает, например, Нидерландам, которые сами создавали свою территорию и находятся практически на уровне моря. Чуть-чуть повышение уровня моря за счет "парникового эффекта", и вроде как Голландия утонула.

Угрожает Калифорнии, которая тоже находится очень низко...

На самом деле, мы уже сегодня сталкиваемся с определенными изменениями в климате. Вы можете это замечать. Мы сталкиваемся с локальным "парниковыми эффектами" и над Москвой, как агломерацией крупной, и над другими крупными городами России. Мы сталкиваемся с изменением режима паводков. Все это тянет за собой сегодня совершенно непредсказуемые последствия, потому что их никто по-настоящему не просчитывал.

По Киотскому протоколу, договорились ввести ограничения таким образом, чтобы к 2008 году сократить выбросы парниковых газов на 24 процента. Прежде всего, за счет развитых стран. А Россия в этом отношении как бы передовик. Передовик она потому, что ввиду спада промышленности, сокращения производства мы действительно резко сократили выбросы СО2 и даже перевыполнили те параметры, которые предусматривались Киотским протоколом.

Но мы не ратифицировали Киотский протокол так же, как и большинство стран. Смущает то, что, на самом деле, Киотским протоколом предполагается введение совершенно нового рынка, рынка торговли новым ресурсом. Как говорят на Западе, "горячим газом". То есть, мы может вот то, что мы сократили, или то, что у нас по выбросам СО есть запас до мирового уровня, можем этим торговать. Очень привлекательная картина, тем более, "на круг" деньги, которые будут вращаться вокруг нового ресурса, составляют полтриллиона долларов. У нас бюджет страны составляет сорок миллиардов, да? Прикиньте, что такое полтриллиона долларов. Громаднейшие деньги.

Марина Катыс:

Немного истории.

Рамочная Конвенция ООН по изменениям климата, подписанная на встрече в 1992 году в Рио-де-Жанейро и вступившая в силу в марте 1994 года, является свидетельством международного признания того, что глобальные изменения климата являются общемировой проблемой. Через три года, в 1997 году, в японском городе Киото был подписан так называемый Киотский протокол к рамочной Конвенции.

Однако многие страны не торопятся его ратифицировать. Причина - нечетко проработанные механизмы и условия исполнения обязательств. Так, предметом спора стал вопрос, включать или нет развитие ядерной энергетики в качестве одного из способов уменьшения выбросов в атмосферу, и тем самым способствующего сдерживанию глобального изменения климата.

Страны, в экономике которых ядерная энергетика играет существенную роль, были явно заинтересованы в положительном решении этого вопроса. Тем не менее, экономические расчеты, учитывающие стоимость образования персонала, изготовления оборудования и систем защиты, а также стоимость транспортировки и утилизации отходов, не говоря уже о риске крупных аварий, показали, что дешевле и безопаснее вступать в новое тысячелетие без ядерной энергетики. В частности, Швеция и Германия уже приняли решения об отказе от строительства новых АЭС и поэтапной остановке уже имеющихся.

Выбор делается в пользу энергоэффективности уже имеющихся источников энергии и развития использования так называемых нетрадиционных возобновляемых источников энергии (солнца, ветра, воды). Ветряные и водяные мельницы, например, а также энергия волн, приливов, биомассы и тепла Земли.

Разъяснить позицию России в вопросах, касающихся глобального изменения климата, я попросила руководителя Росгидромета Александра Бедрицкого, однако Александр Иванович отказался от встречи, сославшись на занятость.

Вот что говорит по этому поводу участник рабочей группы по подготовке переговоров в Гааге, главный специалист Министерства энергетики Российской Федерации Владимир Бердин.

Владимир Бердин:

Мне очень жаль, что здесь не присутствуют представители Росгидромета. Даже по сугубо формальным признакам, Росгидромет является ведомством, которое ответственно за координацию деятельности министерств и ведомств Российской Федерации по проблемам изменения климата и, в том числе, за подготовку позиции Российской Федерации к переговорам. Мнение Росгидромета по этой проблеме не известно не только вам, но и нам тоже.

Но, тем не менее, кое-что уже понятно. В последнее время к подготовке позиции Российской Федерации очень активно подключилась Государственная Дума, Комитет по экологии. В рамках этого Комитета была образована рабочая группа. В работе этой группы участвуют Министерство экономики, Министерство энергетики. Приглашается постоянно Росгидромет, но после первых заседаний он как-то самоликвидировался из работы группы. Причин я не знаю. Поэтому, что думает Росгидромет, к сожалению, сказать не могу.

Марина Катыс:

Впрочем, высшее руководство России все-таки в курсе предстоящих переговоров по глобальному изменению климата.

Продолжает Владимир Бердин.

Владимир Бердин:

Были, по крайней мере, несколько разговоров, несколько докладов президенту России. Аналогичные обсуждения проблемы изменения климата были и с премьер-министром российским. Усилились связи между правительственными структурами и промышленностью. В частности, сейчас, пожалуй, лидером является РАО "ЕЭС России", которая провела прекрасную инвентаризацию ежегодную, близкую к требованиям, которые были предъявлены, по Киотскому протоколу. РАО "ЕЭС России" создала Углеродный фонд решением совета директоров.

У нас имеется много контактов, и довольно частые, с неправительственными организациями, и этот процесс мы считаем тоже крайне важным.

Марина Катыс:

Основным источником парниковых газов является энергетика, основанная на сжигании ископаемого топлива (угля, нефти и природного газа). При этом, в огромных количествах выделяется углекислый газ. В России, например, 98 процентов всех выбросов СО2 дает именно сжигание ископаемого топлива.

Однако это не единственный источник парниковых газов. Использование азотных удобрений, интенсивное животноводство, выращивание риса, свалки бытовых отходов, добыча угля, утечки и неполное сгорание природного газа - также ведут к росту выбросов метана, окислов азота, которые являются мощными парниковыми газами.

Второй причиной роста концентрации парниковых газов является снижение интенсивности их поглощения. Для углекислого газа крупнейшими поглотителями являются океаны и, конечно же, леса.

Об условиях учета лесов и различных категориях этих лесов рассказывает представитель Международного союза охраны природы Виктор Тепляков.

Виктор Тепляков:

Нужно разделять понятия "лесовосстановление", "лесоразведение" и "содействие естественному возобновлению". Это как раз ключевой момент Киотского протокола 3.3.

Что такое "лесовосстановление"? Это восстановление лесов на тех территориях, которые когда-то занимали леса. То есть, они их занимали до рубки, до пожара, до какого-то стихийного бедствия.

Что такое "лесоразведение"? Историческая память хранит в том или ином виде, что леса когда-то там были, лесостепная зона. То есть, мы разводим леса там, где они на протяжение последних ста-двухсот лет не существовали. Это Астраханская область, это Волгоградская область, это Саратовская область, и так далее, и так далее.

Так вот, Киотский протокол предусматривает, в первую очередь, лесоразведение, то есть, создание новых лесов.

Почему Россия с этой точки зрения оттирается из этого процесса переговоров? Потому что действительно потенциал огромен. Киото настаивает... Киотский протокол на учете российских лесов только с точки зрения лесоразведения. Эта позиция не совсем правильная.

Марина Катыс:

В Гааге Россия будет выступать за полный и научно обоснованный учет поглощения лесами углекислого газа, главного парникового газа.

Для стабилизации содержания парниковых газов в атмосфере можно действовать по двум направлениям: уменьшая размеры выбросов парниковых газов и увеличивая объемы их поглощения. Влияние выбросов может быть снижено как благодаря уменьшению их объема, так и за счет перевода, в частности, метана в углекислый газ. В энергетике снижение выбросов может быть обеспечено за счет более эффективного использования топлива. Использование возобновляемых источников энергии, таких, как ветер и солнце, решает проблему выбросов парниковых газов в принципе.

Все эти решения полностью одобряются представителями "Гринпис".

Говорит Елена Суровикина.

Елена Суровикина:

Для чего была создана Конвенция? Для того, чтобы спасти климат планеты. Главная цель - сократить выбросы парниковых газов.

На что направлены механизмы Киотского протокола? Если говорить, например, о тех же квотах, то что такое квота? Квота - это разрешение на дополнительный выброс углекислого газа, который будет убивать планету. Россия сейчас находится не на последнем месте по выбросу парниковых газов. На данный момент Россия - одна из лидирующих стран по выбросам.

И поэтому позиция "Гринпис" состоит в следующем: чтобы страны, участвующие в Конвенции, принимали, во-первых, действенные меры по предотвращению выброса парниковых газов, в первую очередь, на своей территории. Эти меры нужно принимать уже сейчас, поскольку эффект нарастает, и те проценты, о которых говорится в Киотском протоколе, на данный момент они уже недостаточны для того, чтобы остановить катастрофические изменения климата.

"Гринпис" настаивает на исключении из механизмов чистого развития экологически опасных технологий, как то использование ядерной энергетики, как аргумента использования энергии, которая не выбрасывает углекислый газ, и также исключение угля из механизмов, так как уголь не является возобновляемым источником.

Механизм этот не должен выглядеть как механизм, позволяющий просто индустриальной стране выкупить неучастие в сокращении выбросов. Что главным принципом все-таки этого Киотского протокола должно быть реальное, реальное сокращение выбросов.

"Гринпис" выступает против зачета лесов. В Киотском механизме.

Марина Катыс:

Что касается позиции делегации Российской Федерации на предстоящих переговорах сторон по глобальному изменению климата, то, по мнению Владимира Бердина...

Владимир Бердин:

Первый вопрос и самый важный - это процесс ратификации Киотского протокола. До настоящего времени Россия не заявляла... не брала на себя жестких обязательств. Позиция России на всех предыдущих переговорах состояла в том, что Россия будет стремиться ратифицировать, как можно раньше, но при этом не хотела бы брать на себя какие-то конкретные обязательства по какому-то сроку.

Что касается предстоящей конференции. Обычно позиция России по пунктам совпадает на 90 процентов с тем, что было раньше. В данном случае вполне вероятно, что в позиции России произойдет гораздо больше изменений позитивных. И там, где у России были нечеткие позиции, мы постараемся их конкретизировать. Преобладает мнение, что Россия должна, уже должна начать процесс ратификации. То есть, должны быть представлены соответствующие документы, в соответствии с порядком, в Государственную Думу.

С моей точки зрения, Россия должна ратифицировать Киотский протокол как можно раньше, а примерно в какую десятку попасть, это вопрос политический, который пока никто не рассматривал.

Мы также не хотели бы, чтобы были внесены или введены какие-либо ограничения на использование тех свободных квот, которыми Россия располагает. Мы хотим, чтобы все, так сказать, средства, которые в рамках этого поступали, использовались, так сказать, на благо климата, инвестировались проекты по энергосбережению...

Марина Катыс:

С этим полностью согласен Александр Голуб.

Александр Голуб:

Если возможности России продавать свою квоту будут ограничены, значит, эта квота будет использована Россией самой.

Что это означает, что Россией самой будет использована эта квота? Это значит, что вместо того, чтобы использовать природный газ, Россия будет использовать уголь. А что значит, что мы будем использовать уголь, замещать природный газ углем? Это значит, что возрастут выбросы серы (что ухудшит состояние локальной окружающей среды). Это значит, что будут выбрасываться твердые частицы, которые ухудшат состояние окружающей среды и здоровье населения.

Марина Катыс:

Уникальность современной ситуации заключается в том, что глобальные изменения климата могут произойти всего за один-два века. При этом, большинство экосистем просто не успеет адаптироваться к новой обстановке. В результате многие из них окажутся под угрозой уничтожения.

Например, таяние вечной мерзлоты может привести к разрушению всего, что находится на ее поверхности - трубопроводов, портов, дамб, просто заселенных прибрежных территорий. Вследствие потепления может начаться интенсивное таяние приполярных ледников. Это вызовет повышение уровня океанов, что может в два раза увеличить число людей, страдающих от наводнений и затоплений во время штормов.

Возрастет интенсивность и частота засух и ураганов. По некоторым оценкам, до трети всех наземных экосистем могут начать меняться и переходить в другой тип. Например, леса в степи, тундры в леса, и тому подобное.

Прокомментировать перспективу такого развития событий я попросила директора Центра ядерной экологии и энергетической политики Социально-экологического союза Лидию Попову.

Лидия Попова:

Для непосвященных людей это странно звучит - торговля эмиссиями, торговля квотами на выбросы тепличных газов. Тех газов, в первую очередь это СО2, двуокись углерода, метан и так далее, которые изменяют состав атмосферы и вызывают вот этот "парниковый эффект".

Идея неоднозначная, потому что даже с точки зрения здравого смысла странно выглядит. Ну, как это вот, я ничего у себя дома не делаю, я покупаю выбросы, которые просто вот сейчас не осуществляются... вот Россия меньше выбрасывает, и я достигаю вот какого-то положительного эффекта по климатической конвенции...

Неправительственные организации западных стран боятся, что если будет запущен вот такой механизм торговли эмиссиями, то западные страны не захотят ничего делать для улучшения своего природоохранного законодательства, для снижения выбросов у себя дома. И все время вот эта проблема горячо обсуждается. Как торговать эмиссиями, стоит ли торговать эмиссиями, в каком объеме?

Марина Катыс:

Насколько я понимаю, и думаю, что наши слушатели также понимают, что суть проблемы ушла из понятной экологической области в коммерческую, где пересекается масса интересов и где, собственно, уже речь идет не об экологии, а как выгоднее продать или купить некий товар. Не кажется ли вам, что при таком подходе собственно экологический смысл всего происходящего теряется?

Лидия Попова:

Это, так сказать, крайняя точка зрения. Если исходить из климатической конвенции, в основе лежит экологическая озабоченность. Потом стали искать механизмы, как эту экологическую озабоченность претворить в жизнь. И, как всегда, на передний план выходят рыночники и говорят, что только рыночный механизм, никакого регулирования. И вы абсолютно правы, что здесь можно очень далеко зайти.

Марина Катыс:

У России сейчас довольно сложный период, и экономический, и политический, и не может ли получиться так, что будет продана шкура неубитого медведя, а потом в России начнет развиваться экономика и выбросы возрастут естественным путем. Как бы... не будет ли двойная эмиссия этих газов в атмосферу?

Лидия Попова:

Она будет, конечно, и двойная, и тройная, если это будет бизнес, как обычно. На самом деле Россия может сделать такой "прыжок лягушки": одновременно с уменьшением выбросов добиться в том же время экономического процветания, роста экономики. И я уверена, что это можно сделать.

Марина Катыс:

При самом неблагоприятном сценарии развития событий... Допустим, не будет достигнуто взаимоприемлемого соглашения по Киотскому протоколу. Я имею в виду суммарно все пункты, которые там включены, что ждет в 2012 году планету в такой ситуации? Вот ваш прогноз, как эколога?

Лидия Попова:

Я думаю, что такой быстрой катастрофы не будет. Опасность в том, что мы не знаем, когда эта катастрофа наступит. Когда атмосфера подогреется на один градус. Вот, как говорят ученые, достаточно атмосферу подогреть на один градус. И дальше пойдут необратимые изменения.

Осознание проблем изменения климата - это шанс человечеству понять, что пора менять что-то в своем поведении. Что хватит эксплуатировать природу.

Мы должны менять образ жизни. Когда я говорю "мы", я имею в виду все человечество.

Марина Катыс:

С 13 по 24 ноября в Гааге пройдет шестой раунд переговоров сторон Рамочной конвенции ООН по изменению климата. На этой конференции предполагается провести переговоры и принять подзаконные акты Киотского протокола по снижению выбросов парниковых газов. К сожалению, на четырех предыдущих раундах переговоров российская делегация была представлена чиновниками несоответствующего ранга и занимала пассивную позицию.

Сумеет ли теперь Россия изменить уже сложившееся мнение и стать активным участником переговоров?

XS
SM
MD
LG