Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Борис Йордан




Анна Качкаева:

Сегодня наш гость - генеральный директор НТВ Борис Йордан.

Вопросы ему задают Елена Афанасьева, обозреватель "Новой газеты" и Гай Чизан, "Уолл-Стрит Джорнал", Америка. Ведет программу Анна Качкаева.

Борис, короткий вопрос - короткий ответ. Говорят, что ваша мама работала на Радио Свобода?

Борис Йордан:

Да, в 1950-х годах мама в Нью-Йорке работала на Радио Свобода.

Анна Качкаева:

Она вспоминает эту работу?

Борис Йордан:

Да, я очень хорошо помню, как мама рассказывала (еще тогда, когда я был в университете нью-йоркском), что ей очень нравилась работа.

Анна Качкаева:

Борис Йордан родился в 1966 году в семье русских эмигрантов. Гордится дедом, который занимал пост министра просвещения при Александре I. После окончания Нью-йоркского университета Йордан приехал в Москву.

В 1992 году организовал Фонд прямых инвестиций для России, инициатор создания Московского отделения инвестиционного банка "Credit Swiss First Boston".

В 26 лет консультировал российское правительство и Госкомимущество, в которое тогда входили Егор Гайдар и Анатолий Чубайс. За время чековой приватизации, по разным источникам, "Credit Swiss First Boston" приобрел от 10 до 17 миллионов ваучеров, которые затем были конвертированы в акции российских предприятий. При посредничестве Йордана в Россию было вложено более миллиарда иностранных инвестиций.

В 1995 году с помощью ОНЭКСИМ-банка Владимира Потанина создает фирму "Ренессанс-Капитал".

В 1996 - 1997 годах Йордана вносят в контрольный список МИДа, лишают российской визы в целях обеспечения безопасности государства. Возвращению Йордана в страну помог первый вице-премьер Борис Немцов.

После кризиса 1998 года Йордан возглавил финансовую группу "Спутник".

Борис Йордан имел отношение к инвестиционным аукционам и сделкам, связанным с продажей Новолипецкого металлургического комбината, компании "СИДАНКО", Новороссийского морского пароходства, "Связьинвеста".

Группа "Спутник" и сегодня акционер многих солидных российских предприятий.

В 1997 году Борис Йордан привлек Джорджа Сороса к покупке акций российского монополиста в области связи. Двадцатипятипроцентный пакет "Связьинвеста" достался команде Сороса за миллиард 875 миллионов долларов. Аукцион вызвал информационную войну между группами Потанина и Березовского-Гусинского. Позже в своей книге Джордж Сорос напишет, что "Связьинвест" - его самое худшее вложение денег.

В апреле 2001 года Борис Йордан назначен генеральным директором НТВ.

Йордан женат, имеет троих детей. Слывет меценатом.

Борис, вы человек верующий. Как вы полагаете, случившееся с НТВ - не напрасная жертва?



Борис Йордан:

Нет. Я считаю, что нужно разделять вопросы бизнеса и вопросы духовные. Вопрос НТВ для меня лично - это был вопрос бизнеса. Меня пригласили на профессиональную работу, выручить канал, который был в очень трудном финансовом положении, и поставить его на ноги. И из-за этого я занимаюсь этой деятельностью.

А моя православная вера только определяет те принципы, по которым я работаю.

Анна Качкаева:

Хорошо, я не буду тогда говорить о моральном ущербе, который, все-таки, на мой взгляд, нанесла драма НТВ и обществу, и журналистике, и вообще всем участникам скандала, в том числе и вам, вашей репутации и имиджу. Потому что вряд ли вы рассчитывали на то, что вас будут называть "могильщиком свободы слова".

Поговорим о вещах конкретных. В интервью в России и за рубежом вы говорили, что нельзя разорять коллектив НТВ, "Газпром" не должен иметь контрольного пакета акций в НТВ, и компания должна превратиться действительно в независимую, а иностранный инвестор обязателен. Так?

Борис Йордан:

Так.

Анна Качкаева:

Так. Прошло четыре месяца. Два коллектива - НТВ и ТВ-6, в общем, собрав себя по кусочкам, имеют сейчас в сумме меньший рейтинг, чем имело прежнее НТВ. "Газпром" владеет контрольным пакетом, и по некоторой информации, не очень знает, что теперь делать со своим приобретением. А все разговоры об иностранных инвесторах сейчас прекратились.

Как же быть с вашими обещаниями?

Борис Йордан:

Я, конечно, не хотел разрушать ни в каком виде коллектив НТВ. Я считаю, что он не разрушен, то есть канал процветает, популярность начинает расти опять. Я думаю, ситуация более или менее стабилизировалась в кадрах.

А в рейтингах я должен с вами не согласиться. По рейтингам "Гэллап-медиа", НТВ с того времени, как я пришел, наоборот, вернуло позиции, которое имело старое НТВ. То есть если посмотреть на НТВ в начале мая, когда я пришел руководить каналом, рейтинги упали до уровня 11-ти процентов. На сегодняшний день по Москве мы в некоторые дни вообще выходим на второе место, а по стране мы подняли нашу долю рынка до 14-15 процентов. Это уже выше того уровня, который НТВ имел даже в марте, до моего прихода на канал.

То есть канал показывает все признаки того, что он возвращается обратно на третье место на рынке, и после начала этого сезона НТВ достойно возьмет свое место на телевизионном рынке в России.

Я продолжаю поддерживать позицию, что "Газпром" не должен иметь контрольного пакета. Я также поддерживаю позицию, что НТВ должно иметь иностранного акционера. Чтобы привлечь иностранного инвестора, нужно было стабилизировать ситуацию на канале.

Общественность не знает, что реально происходило на НТВ. Когда я пришел на НТВ, в этой телекомпании почти ничего не оставалось. Долги на этом канале были больше ста миллионов долларов при объеме прогнозируемой выручки канала на год примерно в 70 миллионов долларов. Расходы на канале были 94 миллиона долларов, прогнозировались. То есть убыток в 20 миллионов долларов автоматически уже был спрогнозирован бывшим менеджментом. Ситуация была просто патовая.

За эти 4 месяца мы изменили на 80 процентов сетку телекомпании НТВ. Это не было сделано с 1994 года на российском телевидении. Мы полностью изменили весь дизайн. Мы построили новую новостную студию за это лето. Мы снизили расходы до уровня 50-ти с небольшим миллиона долларов. Наш канал в этом году первый раз за историю существования НТВ покажет маленькую, но прибыль.

По поводу продажи. Нельзя продать канал, пока у него нет финансовой, как говорится, позиции. На сегодняшний день уже ведутся переговоры, и я думаю, что в ближайшее время...

Вы, может быть, слышали что Медведев, который является заместителем главы администрации президента, как я понимаю, и также состоит в совете директоров "Газпрома", вчера объявил, что вопрос продажи НТВ или привлечения иностранных инвестиций на НТВ будет обсуждаться в сентябре на совете директоров.

То есть я считаю, что за 4 месяца мы не только стабилизировали ситуацию на канале и возобновили весь канал, но мы также и довели вопрос до "Газпрома", что они вот в сентябре уже будут это обсуждать. Я думаю, до конца этого года точно этот вопрос будет решен.

Елена Афанасьева:

Господин Йордан, вы гражданин Соединенных Штатов Америки, я правильно понимаю?

Борис Йордан:

Да.

Елена Афанасьева:

У вас нет российского гражданства?

Борис Йордан:

Нет.

Елена Афанасьева:

Вы здесь находитесь по визе?

Борис Йордан:

Я аккредитован, имею визу, у меня все иммиграционные права, чтобы проживать в России.

Елена Афанасьева:

То есть вы как-то получали, как любой иностранец, право, разрешение на работу?

Борис Йордан:

Конечно.

Елена Афанасьева:

А где это получали?



Борис Йордан:

У меня есть целое отделение людей, которые этим занимаются. Когда уже нужны были новые права, потому что для разных работ в России нужно иметь разные права проживания здесь...

В последний раз это решалось на уровне московского правительства. НТВ же зарегистрировано в Москве. Я должен был получить права от Московской иммиграционной службы.

Елена Афанасьева:

И Юрий Михайлович Лужков дал вам разрешение на работу в Москве?

Борис Йордан:

Я в жизни никогда не знакомился с Юрием Михайловичем Лужковым, как говорится, с ним никогда не жал руки. То есть, он мне лично, наверное, не дал. То есть мои помощники подали все бумаги на этот вопрос, и мне выдали эти права.

Елена Афанасьева:

А налоги вы платите...

Борис Йордан:

Да, конечно.

Елена Афанасьева:

... в Соединенных Штатах или в России?

Борис Йордан:

В России.

Елена Афанасьева:

Вы сейчас только что говорили, что НТВ, на ваш взгляд, совершило под вашим руководством определенный рывок, будет обсуждаться вопрос его продажи. Когда этот вопрос будет решен, вы будете считать свою миссию оконченной?

Борис Йордан:

Нет, я уже заявил и совету директоров "Газпрома", и общественности, что я намерен продолжать работать в роли генерального директора. Я надеюсь продолжить развитие канала НТВ. Я считаю, что моя работа никак не закончена. НТВ должен быть лидером на телевизионном рынке. Я очень заинтересован этой работой и надеюсь продолжить ее.

Но это уже оценка будет акционеров. Уважают они эту работу, которую я сделал, оценивают они ее правильно или нет.

Анна Качкаева:

Извините, пожалуйста, я уточню. Может быть, этот вопрос не очень корректен, тем не менее.

В апреле вы говорили о том, что вы не получаете зарплаты ни от кого из акционеров. Вы где зарплату получаете?

Борис Йордан:

Я получаю зарплату теперь в НТВ, на канале НТВ. Я не служащий "Газпром-медиа", я не являюсь членом совета директоров "Газпром-медиа". Я не являюсь даже членом совета директоров НТВ, что очень редко для председателя правления, или генеральному директору не быть членом совета директоров. Но я это нарочно сделал из-за того, что я хотел работать на всех акционеров НТВ. И если входить в совет директоров, то есть один из акционеров должен был за меня голосовать. И тогда я принял решение быть чисто генеральным директором.

Елена Афанасьева:

Вскоре после вступления в должность вы говорили о неразумных тратах старого руководства и сказали, что ведущие журналисты получали там зарплату около 300 000 долларов в год. Ваша зарплата сопоставима с этой?

Борис Йордан:

Даже не близко.

Елена Афанасьева:

Меньше?

Борис Йордан:

Намного меньше.

Гай Чизан:

Господин Йордан, вы сказали, когда вступили на должность генерального директора НТВ, что вы уйдете с этого поста, если государство будет вмешиваться в редакционную политику канала.

Все-таки у многих наблюдателей создалось такое впечатление, что... ну, может быть, государство не впрямую вмешивается в политику канала, но складывается такое впечатление, что после того, как канал перешел под контроль "Газпрома", он явно поменял позицию и немножко смягчил свою позицию по отношению к президенту Путину, например, и к войне в Чечне.



Борис Йордан:

Я вообще сам не участник редакционного совета НТВ. Когда я пришел на НТВ, я первое сделал все, чтобы застраховать независимость телеканала. Мы назначили редакционный совет, который был выбран журналистами телекомпании. В этот редакционный совет (11 человек в нем), ни один человек финансового руководства, руководства административного не присутствует. В том числе и я.

Мы выбрали главного редактора - Татьяну Миткову. Она возглавляет этот редакционный совет.

Я еще никогда не присутствовал ни на одной даже летучке информационной службы телекомпании НТВ. То есть я вообще не занимаюсь вопросом. Меня интересует в этой службе только несколько вещей. Она должна быть экономной в том плане, что эта служба должна быть неубыточной. Она должна зарабатывать деньги. Она должна жить по правилам рыночной экономики. Это значит, что мы должны правильно продавать рекламу вокруг информационной службы. Вот чем я интересуюсь.

Меня интересует и дизайн. Вот, скажем, одна из вещей, которая меня интересовала, - мне не нравилась студия новостная, которая была на НТВ. Она была очень старая, она была очень маленькая, в ней было очень трудно работать. И я вышел с рекомендацией вместе с Владимиром Михайловичем Кулистиковым, чтобы построить новую новостную студию. У нас сейчас будет наиболее современная новостная студия на телекомпании НТВ.

Государство никогда во время моего пребывания генеральным директором не вмешивалось в нашу редакционную политику.

Я хочу сказать, что мы не изменились от старого НТВ в плане, как мы даем новости, потому что большинство людей (я сказал бы 100 процентов людей старого НТВ) продолжают работать. Это те же люди, которые работали раньше. И на них никакого давления... Вы поговорите с Татьяной Митковой насчет редакционной политики.

Несколько вещей - да, изменились. Я не считаю, что национальный канал должен рекламировать себя. Я не считаю, что национальный канал должен устраивать в стране истерию вокруг своих собственных проблем. Наши проблемы - это наши проблемы. Это не проблемы страны. Вот это мы убрали из канала. Это да.

Но, как вы знаете, мы работаем и по проблемам в Белоруссии, которые существуют, и сегодня даже в "Москоу Таймс" это писали, что мы один из редких каналов, которые вообще эту тему поднимают. Мы работаем и в Чечне, и один из тех каналов редких, которые освещают трудные моменты, которые там происходят. Мы, где нужно, критикуем президента, мы, где нужно, и поддерживаем президента.

Мы построили то, что на Западе считается настоящим независимым каналом. Мы не построили "руку американского Госсовета". Мы не построили "руку Кремля". Мы построили реально эффективный финансовый бизнес, который дает общественности реальные новости, и объективно их дает.

Елена Афанасьева:

Господин Йордан, тем не менее, вы оказались одним из многих каналов, которые никак не откликнулись на публикацию в "Новой газете" (вы, наверное, ее видели), где публиковались главы из книги майора Литвиненко о роли ФСБ в России, о войне в Чечне, о взрыве домов.

В любой другой стране, я думаю, такая публикация, независимо от того, правдива она, лжива ли, вызвала бы скандал, стала бы предметом разбирательства, опровержений, комментариев. В России ее просто не заметили, в том числе и возглавляемое вами независимое НТВ.

Борис Йордан:

Я не знаю конкретно об этой теме, потому что я не занимаюсь (опять я повторю) редакционной политикой компании НТВ. То есть я даже не могу вам сказать, потому что я не могу каждый раз смотреть новости. Я занимаюсь реструктуризацией канала, я встречаюсь с инвесторами, привлекаю кредиты. У меня некоторая другая деятельность.

Я могу только сказать одну вещь, что мы стараемся все, что имеет значение национальной важности и даже не национальной важности, опубликовать на НТВ. Я знаю, что это есть тот тезис, под которым Татьяна Миткова ведет наш редакционный совет на канале.

Я с Татьяной часто разговариваю. Я смотрю новости, что мы даем достаточно объективно. Нас можно, конечно, критиковать так же, как и каждый другой канал. Я нормально воспринимаю критику.

Я много езжу по стране из-за того, что у нас много филиалов. Я встречаюсь с нашими зрителями, и на сегодняшний день я чувствую их поддержку не только моральную, когда я с ними разговариваю, но и через рейтинги.

Елена Афанасьева:

Даже не занимаясь конкретно новостями, будучи генеральным директором, вы отвечаете за правдивость информации, которая сообщается о вашем канале в собственных рекламных роликах "самопромоутирования". У вас идет сейчас реклама собственная под лозунгом "НТВ - абсолютный лидер информационного вещания". Но стоит посмотреть рейтинги того же "Гэллап-медиа" и можно увидеть, что программу "Время" ни одна новостная программа не перебивает.

Борис Йордан:

Когда мы говорим об информационной службе, нельзя смотреть на одну программу. Нужно смотреть на все программы. Мы вещаем больше новостей, чем какой-либо другой канал. Ни один другой канал на сегодняшний день (кроме ТВ-6, который, я думаю, позади по рейтингам) не дает столько новостей, сколько вещает НТВ.

Новости - это и есть наш бизнес. У них очень много сериальных программ, у них очень много кино. Они более развлекательные каналы. При этом я очень уважаю и Константина Эрнста, и Добродеева. Добродеев, как вы знаете, один из основателей НТВ. Но это наш бизнес - новости.

И я считаю, что как новостной канал, мы являемся лидером на этом рынке.

Елена Афанасьева:

Судя по вашим рекламам и анонсам, вы станете гораздо более развлекательным каналом, нежели НТВ был раньше. И новости потеряли свою значимость в той мере, в которой это было раньше.

Борис Йордан:

Ну, это совсем неправильно вы говорите, потому что мы не сняли ни одной новостной программы. Мы совсем переделали все новостные программы старые. На сегодняшний день новостная служба НТВ составляет почти 50 процентов нашего бюджета. Одно отделение НТВ.

То есть, нельзя сказать, что мы стали развлекательным каналом, когда у нас 50 процентов бюджета тратится информационную службу.

Анна Качкаева:

Мне помнится, что когда вы пришли на эту должность, вы говорили о том, что как раз телевидение должно быть менее политизированным, менее информационным, а более развлекательным.

Как я...

Борис Йордан:

Я хочу вас поправить...

Анна Качкаева:

Хорошо.

Борис Йордан:

Я никогда не говорил, что он должен быть более развлекательным. Это не так. Я сказал, что на нашем канале мы должны рассмотреть всю нашу сетку и посмотреть, как может эта сетка максимально нам принести доходы. Потому что сегодняшний день...

Вы должны это все понять. Я финансово ответственный человек. Я всегда отдаю кредит, который я взял, в отличие от очень многих людей, как вы знаете, в финансовом мире этой страны.

Мы так организовали нашу новостную службу и сетку вокруг нашей новостной службы, чтобы поднять рейтинги нашей новостной службы, чтобы мы могли бы поднять новостную службу, зарабатывать больше в рейтингах и с рекламы. И я считаю, что это нам сейчас удается. Потому что вы знаете, что на западе в отличие от того, что многие здесь говорят (я вот сейчас провел большое исследование), очень много информационных программ - самые высокорейтинговые программы на этих каналах.

Анна Качкаева:

И уточняющий вопрос. Правильно ли я поняла, что вы не воспринимаете ТВ-6 своим конкурентом?

Борис Йордан:

У нас, может быть, есть люди, которые так не считают, но я считаю и ТВ-6, и ОРТ, и РТР, и ТВ-Центр, и СТС - все каналы нашими конкурентами потенциальными. То же самое - маленькие каналы в стране.

Гай Чизан:

Господин Йордан, Альфред Кох будет вести программу "Алчность". Как возникла эта идея, и будут ли другие знаменитости, политики, бизнесмены вести эту программу в будущем?

Борис Йордан:

Мы стараемся заниматься некоторыми инновациями на канале. Идея привлечь Альфреда Рейнгольдовича на программу "Алчность" была моя. И я думаю, что у нас будут и другие известные личности, которые могут вести у нас ряд программ.

Мы считаем, что мы начинаем некоторый новый "брэнд" на телевизионном бизнесе, как говорится, экранах России. Это уже пользовалось успехом на Западе. И я ожидаю, что у нас будут и другие известные люди, которые будут вести разные программы на НТВ.

Но посмотрим, как наши зрители откликнутся на это, и посмотрим, как рейтинги откликнутся. Это некоторый эксперимент.

Елена Афанасьева:

Но сочетание интересно. Кох - ведущий программы "Алчность". Вас не пугает такое сочетание?

Борис Йордан:

А почему? Меня вообще не пугает ничего. Альфред Рейнгольдович - талантливый человек. Вы сами читали его открытые письма, вы сами видели его дебаты с журналистами на НТВ. Я думаю, что это будет интересно. Это игра, это развлекательное шоу. И здесь никакой политики нет.

Елена Афанасьева:

А если ваш аналитический отдел скажет вам, что ради рейтингов надо взять вам микрофон, выйти в студию в качестве ведущего программы "Алчность"? Ваше решение в этом случае?

Борис Йордан:

Каждый человек должен сам себе решать. Я не считаю, что я тот человек, который может хорошо вести программу. Я финансист, по моему образованию, и мне, наверное, не место в эфире, как ведущему.

Елена Афанасьева:

Вы весной говорили об очень высоких зарплатах людей, которые составляли имидж старого НТВ, которые, как вы сказали, до 300 000 долларов в год. Среди этих людей, очевидно, были Парфенов и Миткова. Значит ли, что у них сохранились те же зарплаты, или вы их резко урезали?

Борис Йордан:

Ну, я не буду комментировать конкретные зарплаты людей. У нас есть люди высокооплачиваемые на телекомпании НТВ, которые заслуживают такого уровня зарплаты. Но с пропорциональной точки зрения я сказал бы, что на 70 процентов меньше таких зарплат сегодня на НТВ, чем были на старом НТВ.

Елена Афанасьева:

В ту пору, когда шло противостояние "Газпрома" со старым НТВ, одной из козырных карт "Газпрома" были кредиты, которые получали сотрудники НТВ от "Медиа-моста". Якобы невозвращенные кредиты. Тогда Миткову, помню, вызывали в прокуратуру, после чего представитель прокуратуры с ней беседовал. И когда ряд сотрудников бывшего НТВ перешли на ТВ-6 (или собирались только переходить), то, например, Светлане Сорокиной, Алиму Юсупову советовали этого не делать, ибо "разберутся" с кредитами на квартиры и так далее.

Как обстоят дела с кредитами на квартиры у тех сотрудников, которые у вас остались?

Борис Йордан:

Это опять личный вопрос. Я могу только сказать, что я живу в реальном мире, где кредиты возвращаются. Если я беру кредит в банке (а я такой, скажем, взял под свой дом), то я им обязан все-таки кредит возвращать.

Если сотрудник компании взял кредит у компании, чтобы финансировать свой дом, он обязан этот кредит возвращать. И, как я понимаю, там совсем нормально идет процесс. Те кредиты, которые уже нужно погасить (потому что срок подошел) - гасят. И те кредиты, которые еще не нужно гасить - не гасят.

Ничего специального у нас нету. То есть процесс идет совсем нормально.

Гай Чизан:

Вы сказали, что Дмитрий Медведев уже объявил о том, что "Газпром" будет стараться продавать свою долю в НТВ. Но, видимо, интерес возможных иностранных инвесторов упал с тех пор, как произошли эти знаменитые события вокруг НТВ.

Какова сейчас ситуация с этими переговорами? Есть такая возможность, что какой-то большой, крупный российский инвестор купит эти акции? Мы видим сплошь и рядом такие случаи, где крупные российские финансово-промышленные группы покупают очень большие доли в телекоммуникационных компаниях, например.

Борис Йордан:

Могут купить и русские, и иностранцы. Я думаю, что разные инвесторы рассматривают потенциал вложений в НТВ.

Но одна вещь очень серьезно изменилась на рынке за последний год. Я думаю, что деполитизировалась в российском бизнесе концепция, что нужно контролировать СМИ, нужно влиять через СМИ. Если вы заметили, даже за последние 5-6 месяцев много меньше открытых и наглых наездов через российские СМИ с одной группы на другую. Я считаю, что это большой позитив.

Другое. СМИ это достаточно серьезные инвестиции. И наши бизнесмены российские стали намного более профессиональны. Они стараются специализироваться в одной или в другой отрасли.

Если вы помните, один из интересов российского бизнеса в середине 1990-х годов, особенно олигархических групп, был, как можно больше разного скупить. На сегодняшний день, я думаю (мы уже все видим на рынке), что они специализируются в одной отрасли. Они скупают активы в этой отрасли, где они специализируются, а другие активы они начинают распродавать. Это делает и группа "Роспром", которая "ЮКОС", это делает "Интеррос", это делает и "Альфа-группа".

Если даже будет русский инвестор, то это, наверное, будет кто-то, кто работает в бизнесе СМИ. А бизнес СМИ у нас наиболее неразвит с профессиональной точки зрения. Есть государственные СМИ, и есть маленькие группы, которые контролируют маленькие газеты, радиостанции. Большого игрока нету.

Я думаю, что инвестиции (необходимого НТВ масштаба) следует искать на западе.

Я хотел бы поправить одну вещь, которую вы сказали. Я сказал бы, наоборот: с того времени, как произошли события 3 апреля, поднялся интерес к НТВ. Уровень звонков от иностранных медиа-компаний, которые я сегодня получаю, в сравнении с теми, которые я получал, скажем, в мае месяце, ну просто не сравнить. То есть...

Анна Качкаева:

Ну, назовите нескольких претендентов, если можно.

Борис Йордан:

... очень много. Я не могу, потому что мы со всеми разговаривали на сегодняшний день. Но я могу сказать, что на сегодняшний день у нас разговор идет с четырьмя европейскими компаниями и двумя американскими компаниями, которые заинтересованы в этом бизнесе.

И это достаточно серьезные игроки, и не только профессионалы СМИ западные, стратегические, скажем инвесторы, но и финансовые, которые видят потенциал этого рынка. И мы со всеми разговариваем, но на сегодняшний день акционеры должны определить будущее.

Я встречался и с новым председателем правления "Газпрома" Миллером, я встречался и разговаривал на эту тему с министерством печати. Я даже обсуждал эту тему на уровне Кремля. У меня была встреча с Медведевым.

Анна Качкаева:

А с Путиным?

Борис Йордан:

С Путиным у меня был один разговор, но он был общего плана. Владимир Владимирович хотел познакомиться с человеком, который пришел на НТВ. Встреча была очень короткая. Она была в июле месяце. Он поздоровался со мной, расспросил: "Как ситуация у вас на канале?" Я ему рассказал. Разговор у нас был десятиминутный, без каких-либо конкретностей, без деталей.

А с Медведевым и Миллером я разговаривал как член совета директоров, чтобы вопрос вокруг НТВ был решен. И я один из тех людей, которые настаивают на том, чтобы профессиональный инвестор был бы привлечен на телеканал.

Я думаю, что до конца этого года это будет сделано.

Елена Афанасьева:

Господин Йордан, вы сейчас занимаете тот же кабинет в Останкино, который занимал до вас господин Киселев?

Борис Йордан:

Да.

Елена Афанасьева:

Как вам в нем работается?

Борис Йордан:

Нормально.

Елена Афанасьева:

Никакой ауры тяжелой не осталось?

Борис Йордан:

Ничего. Я не суеверный человек. Я человек конкретный. Для меня это кабинет, и ничего другого.

Евгений Алексеевич - это очень известная и важная личность в российском телевидении. Я его уважаю, я не один раз говорил, что он сделал для телевидения, и как он сделал. И до сегодняшнего дня я не меняю свою позицию.

У меня только один комментарий, что Евгений Алексеевич специалист в новостном бизнесе как ведущий. А роль генерального директора, я считаю, наверное, была неправильная в том плане, что это роль более административно-финансовая.

Скажем, люди на Западе, которые возглавляют крупные медийные компании, они типично не выходят из среды... То есть Майкл Айзнер, например, никогда не был журналистом. Или там...

Анна Качкаева:

На Западе никто и не ведет программу "Алчность".

Борис Йордан:

Да, ну, здесь Альфред Рейнгольдович не возглавляет телекомпанию НТВ.

Анна Качкаева:

Но он председатель совета директоров.

Борис Йордан:

Да, но это не дает ему никакого административного ресурса в НТВ. Руководящий состав НТВ - это правление, которое я возглавляю. Я вам скажу, что Альфред Рейнгольдович в Останкино на НТВ был два раза за всю эту историю.

Анна Качкаева:

Справедливости ради надо сказать, конечно, что Евгения Киселева упрекали в том, что он, занимая руководящий пост, вел эфир.



Елена Афанасьева:

Если вы подходите к телевидению как к бизнесу, то по какой причине вы отказались продать ТВ-6 права на использование фильмов из цикла "Новейшая история", которые делали журналисты, которые ушли на ТВ-6? Вы же явно их не будете показывать в эфире НТВ.

Борис Йордан:

Вы знаете, я не уверен в этом. У нас уже большинство нашей видеотеки было украдено, и вот вы увидите, будет целый ряд судов на эту тему. Что, мне и отдать самое последнее, которое осталось?

Менеджмент ТВ-6 новый, который ушел, они вывели с собой почти все, что было на НТВ. И самое интересное, что они вывели самые рейтинговые вещи. То есть сериалы.

Елена Афанасьева:

Сериалы никогда не принадлежали НТВ...

Борис Йордан:

Документальные фильмы... Документальные фильмы...

Елена Афанасьева:

Их снимали другие структуры.

Борис Йордан:

А это не факт.

Елена Афанасьева:

НТВ никогда не финансировало сериалы. Оно покупало право на показ. Сериалы финансировали несколько компаний, входящих в "Медиа-мост", такие, как "Новый русский сериал", "НТВ-кино", "НТВ-профит", и так далее.

Борис Йордан:

Вы просто не знаете, видимо, эту структуру. Вот я вам скажу...

Елена Афанасьева:

Скажите.

Борис Йордан:

Значит, НТВ была та структура, которая получала доход. То есть у "новых сериалов", у этих структур, у них не было денег. Им давало деньги НТВ и делало заказ: "Мы хотим такой-то и такой-то сериал". И мы финансировали это.

Потом, когда заканчивалась съемка этого сериала, этот сериал передавался на телеканал НТВ в собственность уже НТВ после этого.

Мы профинансировали в прошлом году на 6 миллионов долларов вот эти известные "Менты" и все эти программы, которые сегодня показываются на ТВ-6. И эти программы были взяты. Наши деньги были потрачены, и на сегодняшний день мы не имеем эти кассетки.

Но опять, я верю в справедливость судебного процесса в России, и я думаю, что рано или поздно мы сможем решить эту проблему.

Елена Афанасьева:

Я с трудом верю, что вы поставите в эфир фильмы, которые ведет Евгений Киселев или Светлана Сорокина, скажем.

Борис Йордан:

Я с вами полностью не согласен. Если это фильм рейтинговый, мы обязательно поставим.

Гай Чизан:

Господин Йордан, по оценкам экспертов, объем рынка телевизионной рекламы в 2002 году может достигнуть 400 миллионов долларов. Это такие цифры, которые были приведены журналом "Власть". Понятно, что вот большую его часть возьмут два главных канала ОРТ и РТР. Значит, НТВ и ТВ-6 будут бороться, ну, где-то за 20-30 процентов. Это все-таки маленькие деньги по сравнению с рынком рекламы на западе.

Как в таких условиях канал, как НТВ может быть прибыльным в данной перспективе? Вы сказали, что вы сделали маленькие прибыли в этом году, но в перспективе, как можно существовать и жить в таких условиях?

Борис Йордан:

Во-первых, оценки "Власти" не совсем правильные по объему рынка. Объем рынка в этом году ожидается 450 миллионов долларов, это 2001 год. А 2002 год, если послушать экспертов этого рынка, ожидается где-то от 600 миллионов до 800 миллионов долларов.

То есть это существенно уже начинается рынок. Вы посмотрите на рост. То есть, в 1998 году после кризиса рынок рекламы в России упал где-то на уровень от 200 с лишним миллионов долларов. А прогнозировался в тот год, что он будет где-то 800 миллионов долларов. То есть, с 200 миллионов долларов рынок за три с половиной - четыре года уже поднялся на уровень 600 миллионов долларов.

Этими темпами если рынок будет продолжать расти (а я ожидаю, что он будет продолжать расти), то мы можем видеть мультимиллиардный рынок рекламы. И вот к этому мы и работаем.

Я не ожидаю каких-то гигантских прибылей на НТВ в этом году, я даже не ожидаю каких-либо гигантских прибылей на следующий год. Нам нужно разобраться с нашими кредиторами, нам нужно выплатить все наши кредиты, которые мы сейчас платим вовремя. Я думаю, что НТВ может существенно стать прибыльным каналом 3-4 года спустя. Уже через 3-4 года, я думаю, это будет большой рынок. И если НТВ сможет держать позицию или второго, или третьего канала, или даже (если мы очень постараемся) выйти на лидирующую позицию, мы надеемся иметь существенную долю этого рынка.

Гай Чизан:

Конкуренция все-таки растет на этом рынке, потому что ТВ-6 претендует на большие позиции на рынке телевизионной рекламы, чем два года назад.

Борис Йордан:

И СТС претендует, и Рен-ТВ претендует. Не нужно только смотреть на ТВ-6.

Я вырос в жизни, которая поддерживает конкуренцию. Мне нравится, что конкуренция выводит лучшее для людей. То есть люди лучше работают, более эффективно работают.

Мы считаем, что мы на НТВ привели к бизнесу. Мы не считаем, что НТВ раньше был бизнес. И мы теперь привели технологии, финансовые инструменты, ресурсы, чтобы сделать из НТВ бизнес. При этом это будет бизнес, который имеет общественную ответственность, который должен освещать, особенно в новостных своих блоках, то, что есть. Мы это понимаем, мы это будем делать. И это канал, который будет очень хорошо относиться к той стране, в которой он работает.

Анна Качкаева:

Господин Йордан, вот опять же в связи с НТВ некоторые западные аналитики (я могу сослаться на материалы "Нью-Йорк Таймс Джорнал"), американские аналитики называют вас то "кремлевским агентом влияния", то "циничным оппортунистом". В России вас недоброжелатели сравнивают, ну, с таким канонизированным другом Советской Власти - Армандом Хаммером, который в 1917 году начал с вывоза картин в обмен на пшеницу, а через 70 лет превратился в миллионера. И в Америке, на вашей настоящей родине, и на вашей исторической родине у вас такая репутация небезупречная.

Как вы с этим в телевизионном бизнесе собираетесь жить и работать?

Борис Йордан:

Моя семья имеет почти четырехсот-пятисотлетнюю историю в России. Моя семья пролила очень много крови за эту страну в войнах. Я не буду сейчас повторять это все.

Моя семья всегда учила нас о нашей родине, учила нас традициям российским, учила нас религии православной. И не совсем случайно, как только нам дали право приехать в эту страну, а мои родители были очень активные антикоммунисты, они работали вот на станции Радио Свобода, как только дали нам вернуться в страну, мы вернулись. Вот моя сестра живет сегодня здесь, ее дети воспитываются в русских школах. Я живу здесь, мои дети воспитываются в школах. Мой брат Николай здесь жил 5 лет. Мои родители приезжают, мы ждем, на нашу родину в Самару, там будет издаваться книга насчет нашей семьи, Шишковых и Сосновских.

Мы стараемся немного отдать стране. Я поддерживаю развитие кадетских корпусов, образование молодых людей в нашей стране, потому что я считаю, что это и есть будущее страны, которая пережила такой кризис.

Многие люди имеют разное мнение. Мне главное, что я делаю, я должен считать, что это правильно. Если я считаю, что я делаю правильно, то мне спокойно лично жить. Это самое главное.

Я считаю, что сегодня я делаю на НТВ, это правильно. Я считаю, что я выстраиваю из этого канала один из лидирующих телеканалов в стране. Я считаю, что это программирование, которое мы делаем, оно будет интересовать народ. Я считаю, что информационная служба НТВ играет ключевую роль в этой стране из-за того, что два самых основных канала - государственные. Мы должны освещать намного разное, чем эти каналы.

Я вчера вечером смотрел и видел, что освещали государственные телеканалы: в основном, поездку президента на Кавказ. А НТВ вышел с проблемами, которые были в Бутырке, с вопросами Минска и, естественно, поездка президента.

У нас более широкая роль для наших зрителей. И я думаю, что, главное, нужно судить не по тому, что пишут газеты, а по той работе, которую я делаю. Дайте мне поработать год, и сделайте сами решение. И посмотрим, какое решение сделают наши зрители по поводу нашего канала.

Анна Качкаева:

Хорошо, мы сделаем, но раз уж вы сами заговорили о православии, о том, что вы помогаете кадетским корпусам... Вы финансировали мировую премьеру фильма Михалкова "Сибирский цирюльник", вы говорите о корнях, о православии, о народности.

А не собираетесь ли вы в эфире НТВ внедрять идею русской избранности?

Борис Йордан:

Нужно понять, что Россия - страна многонациональная. У нас есть и мусульмане, и евреи, и православные, и баптисты, и целый ряд разных религий. И очень много национальностей. Вы сами знаете, что только на Кавказе больше тридцати национальностей.

У нас есть ответственность всем гражданам этой страны, и мы будем стараться давать информацию как можно объективно, которую мы получаем. Мы стараемся заинтересовать всю аудиторию, чтобы она смотрела и интересовалась нашим каналом.

Иногда мы будем показывать программы, которые некоторым будут нравиться, а некоторым будут не нравиться. Это и есть телевизионный бизнес. Если быть каналом, который специализирован по одной теме, то это не будет общенациональным каналом.

Анна Качкаева:

То есть такого рода программ не будет на канале НТВ.

Борис Йордан:

Наверное, нет.

Елена Афанасьева:

Вы сказали, что у вас будет новая студия новостная. Это будет "ньйсрум"?

Борис Йордан:

Это будет "ньюсрум".

Елена Афанасьева:

Вы можете назвать порядок вложений в эту студию?

Борис Йордан:

Она будет достаточно дорогая. Я думаю, что она обошлась каналу от полмиллиона до миллиона долларов.

Елена Афанасьева:

Это все деньги из того кредита, который вам выделил "Альфа-банк"?

Борис Йордан:

Я не могу сказать точно, откуда у нас деньги идут. И из доходов, и от кредитов. Конкретно я не могу сказать, откуда. Но это из общих капиталов, которыми владеет сегодня НТВ.

Гай Чизан:

Татьяна Миткова на минувшей неделе заявила о том, что у НТВ по-прежнему есть какие-то шероховатости в отношениях с администрацией президента. Что это было? Просто какая-то самореклама, чтобы она могла доказать, что НТВ до сих пор является в какой-то мере оппозиционным каналом, или это действительно так?

Борис Йордан:

У нас есть проблемы с администрацией. У нас недавно возникли проблемы даже на освещении "Курска".

Население любит интересные новости. Никто не любит знать, что все в стране хорошо. Народ любит знать, какие есть проблемы.

И когда канал освещает проблемы, эти люди, которые из-за этих проблем страдали, эти люди, которые сделали эти проблемы, они напрягаются на эту службу. Из-за этого у нас есть проблемы со всеми, в том числе и с администрацией президента. Но я не могу сказать, что у нас там открытые жесткие конфликты

Мы стараемся со всеми работать, потому что с властью нужно работать. Власть помогает с доступом к некоторым местам в Чечне, к "Курску"... То есть мы с ними сотрудничаем. Но возникают проблемы, но мы их решаем.

Анна Качкаева:

Скажите, пожалуйста, а вот на вашей июльской встрече с господином Путиным он высказывал какие-то оценки? Ему нравится нынешнее НТВ?

Борис Йордан:

Еще рано было какие-то оценки давать, потому что, наоборот, у нас даже в начале-конце июня был самый низкий рейтинг на канале. То есть он не оценивал канал. Он познакомился с человеком, который возглавляет этот канал. Он со мной поговорил об общих темах. Я ему объяснил, что на канале очень трудно, я ему объяснил финансовые проблемы, которые есть на канале. Он меня даже спросил: "Канал нуждается в какой-либо помощи?". Я сказал: "Нет. Менеджмент канала постарается все сделать самостоятельно".

Мне лично, я должен сказать, президент понравился. Это первый раз я встречаюсь с президентом России, я с Ельциным никогда не встречался. Правда, моя жена с ним встречалась, но я не встречался. Мне было очень интересно.

Елена Афанасьева:

Телевизионщики обычно считают чемпионатом по телевидению новогодний эфир, негласным таким, неофициальным чемпионатом. Тот, то его выиграл, чувствует себя победителем весь следующий год.

Последние годы НТВ заранее признавало, что оно не готово участвовать на равных в этом чемпионате наряду с ОРТ и РТР, потому что это требует колоссальных вложений. По разным подсчетам, до миллиона долларов требует новогодняя программа.

Готовы ли вы участвовать в этом году, и будете ли вы делать такие вложения?

Борис Йордан:

Я чувствую, что выигрышная позиция для какого-либо канала, если он поддерживается своими зрителями, если у него высокий рейтинг. Для меня это более важно, чем победительство на конкретном каком-то вечере. Я смотрю на весь год, а не на один вечер.

Но есть ключевые моменты, которые поднимают канал. Это ключевые праздники, которые у нас есть в стране, в том числе и Новый Год.

Мы будем стараться конкурировать на Новый Год, как и другие каналы, но мы каких-то неэкономических инвестиций не будем делать. Все что мы делаем на канале, мы стараемся сделать, понимая, какие у нас есть ресурсы, и будет ли это в пользу общего развития канала.

Но просто так выбрасывать сумасшедшие деньги, чтобы показать что-то специальное, мы не будем.

Анна Качкаева:

Коллеги, я прошу, как всегда, в конце нашей программы подвести итоги и сказать нашим слушателям, что же вы вынесли из сегодняшней нашей беседы. Как вам показался наш сегодняшний гость?



Гай Чизан:

У меня все-таки складывается такое впечатление, что у западных инвесторов будут какие-то опасения по поводу возможного вмешательства государства в будущую политику НТВ.

Я желаю вам успехов в проведении этих переговоров, но мне интересно было бы узнать, как вы можете обещать этим инвесторам, что такого вмешательства не будет?

Елена Афанасьева:

Господин Йордан говорил сегодня все время об НТВ как о бизнесе, который он намерен сделать прибыльным, но мы все живем в реальной стране, и все знаем, что телевидение в России никогда не было только бизнесом и вообще, по сути, бизнесом не было никогда.

Оно было политическим оружием, для которого Березовскому давали в свое время "Сибнефть", чтобы он содержал ОРТ, а Гусинский создавал другие структуры, чтобы добывать деньги для своего бизнеса.

Оно было отражением профессионализма, зрительских пристрастий, но бизнесом - в меньшей мере.

Прежде у нас было очень четкое деление. У нас были остальные каналы - хуже, лучше, рейтинговые, более высокий рейтинг, менее высокий рейтинг, - и отдельно было НТВ. Уровень его профессионализма, несмотря на то, что по России они не обыгрывали никогда ОРТ, был вне конкуренции. Это подчеркивали и премии "Тэффи" последние, и это подчеркивало пристрастие зрителей.

С того момента, когда на четвертый канал пришел господин Йордан вместе с его коллегами, с новым ведущим программы "Алчность" господином Кохом и другими (за последние месяцы - меньше полугода прошло), сложилась такая ситуация, что наши каналы будто причесали под одну гребенку. У нас теперь много одинаковых каналов. Уникальность НТВ мы потеряли. Увы.

Анна Качкаева:

Да, это такой был монолог Елены Афанасьевой, который не очень касался господина Йордана лично, но ситуации, связанной с его приходом на НТВ.

Мне же показалось из сегодняшнего нашего разговора, что Борис Йордан всерьез увлекся телевидением. Не знаю, хорошо это или плохо. Все бывшие увлечения наших олигархов телевидением плохо заканчивались для них. К тому же, господин Йордан попросил у нас год. Давайте дадим ему год и посмотрим, что будет через год.

XS
SM
MD
LG