Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

О новом трудовом кодексе Российской Федерации

  • Дина Каминская
  • Константин Симис

Дина Каминская: 1 февраля нынешнего года вступил в силу новый Трудовой кодекс Российской федерации. КЗоТ, действовавший до 1 февраля, был принят еще в 71-м году, когда государство было монопольным работодателем, а профсоюзы, в лице ВЦСПС, по существу представляли и защищали интересы государства-нанимателя, а не интересы работников. Так что понятно, ныне, когда принципиально изменились экономическая и политическая системы страны, необходимость в новом трудовом законодательстве не может вызывать сомнения.

Константин Симис: Это тем более очевидно, что, по крайней мере, 70 процентов российских предприятий не сегодняшний день принадлежат уже не государству, а частным собственникам. Изменилась, причем изменилась принципиально, и сама система профсоюзов. Вместо единого ВЦСПС появилось множество профсоюзов, не объединенных в единую организацию.

Дина Каминская: Дело не только в этом. Главное - профсоюзы стали подлинно общественными организациями, не зависящими ни от правительства, ни от частных предпринимателей. Так что сами реалии жизни создали условия, в которых профсоюзы должны и могут защищать законные интересы трудящихся. И ныне задача нового трудового кодекса - установить сбалансированное соотношение между правами и обязанностями работодателя, с одной стороны, и наемного работника, с другой.

Константин Симис: Тут, думаю, уместно сказать, что в демократических государствах трудовое право давно уже стало одной из основ и, несомненно, важной гарантией гармоничного развития общества. Ведь трудовое законодательство создает механизм, который позволяет если не полностью, то, во всяком случае, в значительной мере предотвращать конфликты и даже кризисы в социальных отношениях. Так что приходится повторить: необходимость в создании нового российского трудового кодекса не должна была бы вызывать сомнений.

Дина Каминская: Между тем, принятие нового трудового кодекса в Государственной Думе натолкнулось на ожесточенное сопротивление со стороны фракции коммунистов и фракции аграриев.

Константин Симис: Надо сказать, что ни коммунисты, ни аграрии открыто не отрицали необходимость принятия нового кодекса, но такого, в котором были бы воспроизведены основные положения советского КЗОТа.

Дина Каминская: Их точку зрения с особой четкостью сформулировал председатель комитета Государственной Думы по труду и социальной политике, член коммунистической фракции Валерий Сайкин. "Из семи представленных вариантов проекта, - сказал он, - лучше всего действующий советский. Надо лишь его подкорректировать с учетом изменившихся условий. А вместо этого, - продолжал Сайкин, - снижаем степень защиты человека труда".

Константин Симис: Критикуя представленный проект, а затем уже и принятый Государственной Думой трудовой кодекс, коммунисты утверждали, что он создает условия, при которых работодатель всесилен, наемный работник бесправен, а профсоюзы лишены реальной возможности защищать права и законные интересы работника.

Дина Каминская: Что ж, для того, чтобы показать всю несостоятельность их критики, обратимся к самому трудовому кодексу. Конечно, в пределах одной беседы дать хотя бы краткий анализ всех 424 статей кодекса - задача невыполнимая. Так что придется сосредоточить внимание именно на тех его положениях, которые коммунисты подвергли наиболее резкой критике.

Константин Симис: Первое, на чем следует остановиться. Критики кодекса утверждают, что он сводит на нет обязанность работодателя заключить коллективный договор. Они также утверждают, что в кодексе ныне сведена на нет и возможность профсоюзной организации принудить работодателя к заключению такого договора. Однако, хотя в действовавшем до 1 февраля КЗОТе и имелось положение о том, что работодатели обязаны заключать коллективные договоры, на практике оно не выполнялось. Как сказал министр труда России Починок в беседе с читателями "Российской газеты", в России существует более трех миллионов предприятий, а коллективные договоры заключены лишь на 160 тысячах из них.

Дина Каминская: Надо сказать, что во всех демократических странах трудовые отношения основаны на принципе социального партнерства, реализуемого через систему соглашений - коллективных договоров между работниками и нанимателями. Коллективный договор устанавливает условия труда, в том числе и организацию рабочего места, а также порядок и размеры оплаты труда.

Константин Симис: Достаточно обратиться к статье 41 нового трудового кодекса, чтобы убедиться в том, что он отвечает этим требованиям. В этой статье сказано, что коллективный договор должен определять "формы, систему и размеры оплаты труда с учетом роста цен в условиях инфляции". Причем заработная плата не должна быть ниже минимального прожиточного уровня работоспособного человека.

Дина Каминская: А статья 9 кодекса устанавливает порядок, в соответствии с которым в коллективный договор не могут включаться условия, снижающие уровень прав и гарантий работников, установленных трудовым законодательством.

Константин Симис: Ну а если работодатель отказывается подписать коллективный договор, ссылаясь на то, что в нем не соблюден баланс, что договор неоправданно ущемляет его интересы? Что тогда? Действительно ли, как это утверждают критики трудового кодекса, у профсоюза нет реальной возможности добиться заключения коллективного договора?

Дина Каминская: Прежде всего, следует иметь в виду, что вырабатывает коллективный договор комиссия, которая состоит из равного числа представителей каждой из сторон. Задача такой комиссии - выработать согласованный проект коллективного договора.

Константин Симис: А если в ходе переговоров все же не удастся достичь согласованного решения? Как в таком случае разрешить конфликт и добиться подписания коллективного договора?

Дина Каминская: Для этого кодекс предусматривает специальные примирительные процедуры в примирительной комиссии. Это - обязательный этап. И лишь при не достижении соглашения стороны коллективного спора переходят к его рассмотрению с участием посредника или в трудовом арбитраже.

Константин Симис: Причем, если предложения, которые исходят от посредника, для сторон не обязательны, то решение трудового арбитража обязательно в равной мере, как для нанимателя, так и для работников. Надо сказать, что трудовой арбитраж - это временный орган, который создается спорящими сторонами, но при участии службы по урегулированию трудовых споров - государственного органа исполнительной власти.

Дина Каминская: Само создание трудового арбитража, его состав, регламент его деятельности, полномочия оформляются соответствующим решением работодателя, представителей профсоюза и представителей службы по урегулированию споров.

Константин Симис: А в случае уклонения работодателя от создания трудового арбитража, а также отказа от выполнения его рекомендаций, работники, в соответствии со статьей 406 трудового кодекса, могут прибегнуть к столь радикальному средству, как забастовка. Работодатель же в этих случаях не вправе использовать труд штрейкбрехеров или объявить локаут, то есть уволить всех работников этого предприятия.

Дина Каминская: Вот с учетом всего этого, думаю, становится очевидной несостоятельность утверждения, что новый трудовой кодекс создает условия, при которых наемный работник бесправен, а профсоюзы, якобы, лишены возможности защитить его права и интересы.

Константин Симис: Думаю, нельзя не сказать и о том, что установленный ныне в России порядок разрешения трудовых споров в основном схож с порядком и процедурой разрешения трудовых споров в Соединенных Штатах, стране, где профсоюзное движение уходит своими корнями еще в середину 19 века.

Дина Каминская: В Соединенных Штатах, как и ныне в России, коллективный договор вырабатывается комиссией. В ее состав на паритетных началах входят представители профсоюза и нанимателя. Так же, как и ныне в России, в США в случае невозможности выработать согласованный текст коллективного договора, стороны прибегают к процедуре посредничества или арбитражного разбирательства.

Константин Симис: Кроме того, в Соединенных Штатах, как и ныне в России, в процедуре посредничества или арбитражного разбирательства существенная роль принадлежит органу исполнительной власти - федеральной службе посредничества. И, наконец, в США действует неписаное, но незыблемо соблюдаемое правило - нет коллективного договора, нет работы. То есть, иными словами, объявляется забастовка. По существу, аналогичное правило устанавливает, как мы уже сказали, и новый трудовой кодекс России.

Дина Каминская: Но ведь критики трудового кодекса утверждают, что кодекс этот фактически лишил работников права на забастовку, ставит их в полную зависимость от хозяина. Именно такую позицию занимает российская коммунистическая партия.

Константин Симис: Но ведь это утверждение противоречит тому, что записано в кодексе. Право на забастовку закреплено в ряде его статей. И достаточно обратиться к тексту кодекса, чтобы убедиться в полной несостоятельности той позиции, которую КПРФ занимает в этом вопросе.

Дина Каминская: Право на забастовку закреплено в статье 409 кодекса. "В соответствии со статьей 37 конституции, - сказано в ней, - признается право работников на забастовку, как способ разрешения коллективного трудового спора". Так что забастовки являются законным средством разрешения любого коллективного трудового спора, который не удалось урегулировать соглашением сторон.

Константин Симис: Однако критики кодекса утверждают, что процедура объявления забастовки сама по себе настолько сложна, что возможность использовать это право практически сводится на нет. Нельзя не признать, что процедура объявления забастовки действительно многоступенчата и сложна. Статья 410 кодекса предусматривает порядок, в соответствии с которым решение о проведении забастовки принимает собрание работников организации. Причем, если инициатива проведения забастовки принадлежит профсоюзу, то его решение все равно обязательно подлежит утверждению работников.

Дина Каминская: Однако такая, действительно, несколько усложненная процедура - в интересах самих же работников. Ведь понятно, что профсоюз, принимая решение о проведении забастовки, должен быть уверен, что работники на это согласны, что они готовы к тем материальным лишениям, которые неизбежно сопутствуют забастовкам. Ведь в соответствие со статьей 414 нового трудового кодекса, работодатель не обязан выплачивать заработную плату бастующим работникам.

Константин Симис: Точно такой же порядок предусмотрен, к примеру, и трудовым законодательством Соединенных Штатов. Конечно, в США к забастовке прибегают как к крайней мере, после того, как другие меры, предпринятые для решения конфликта, не дали результатов. И все же в Соединенных Штатах забастовка является достаточно обычным, можно сказать, традиционным методом, используя который наемные работники защищают свои интересы.

Дина Каминская: В России после принятия нового трудового кодекса объявлению забастовки обязательно предшествует примирительная комиссия. Мы уже говорили об этих комиссиях в начале нашей беседы. Сейчас остается лишь добавить, что если сторонам с помощью этих комиссий все же не удается достигнуть соглашения, то в таких случаях профсоюз имеет право объявить забастовку, но обязан не позднее, чем за 10 календарных дней письменно предупредить работодателя о ее начале.

Константин Симис: Однако ни создание примирительных комиссий, ни возложение на профсоюзы обязанности предупреждать работодателя о предстоящей забастовке ни в коей мере нельзя, как это делают некоторые критики, считать препятствием для ее проведения. В данном случае речь идет лишь о некоторой отсрочке.

Дина Каминская: И все же, согласитесь, что трудовой кодекс устанавливает определенные препятствия, преодолеть которые профсоюзам не только трудно, но, зачастую, даже невозможно. Я имею в виду положения кодекса, предусматривающие категорию так называемых незаконных забастовок. Так, в соответствие со статьей 413 трудового кодекса, не допускается проведение забастовок в периоды военного или чрезвычайного положения. Не допускается проведение забастовок в органах, ведающих вопросами обеспечения обороны страны.

Константин Симис: В соответствие с той же статьей 413, запрещено проводить забастовки в период стихийных бедствий или во время проведения аварийно-спасательных работ. Закон также запрещает проведение забастовок в больницах, на предприятиях, которые обеспечивают население отоплением и электроэнергией. Но в каждом отдельном случае право признать забастовку незаконной принадлежит только суду.

Дина Каминская: На мой взгляд, эти ограничения разумны. Они - в интересах общества и потому даже необходимы. Аналогичные ограничения приняты во всех демократических странах. Вот например, закон Соединенных Штатов О разрешении трудовых конфликтов (а он был принят еще в 30-х годах прошлого, 20 века) дает судам право запрещать забастовку, если ее проведение "угрожает всей промышленности страны или может создать угрозу здоровью или безопасности граждан".

Константин Симис: А теперь о весьма существенных преимуществах российского трудового кодекса. Так, например, американский закон, на который мы только что сослались, разрешает работодателю использовать в период забастовки труд штрейкбрехеров, разрешает объявлять локаут. В Соединенных Штатах действует так называемое правило постоянной замены, в соответствии с которым предприниматель, использующий во время забастовки труд штрейкбрехеров, не обязан вновь предоставить работу своему забастовавшему работнику.

Дина Каминская: А вот российский трудовой кодекс не предоставляет работодателю права нанимать штрейкбрехеров, запрещает прибегать к локауту и гарантирует участникам забастовки сохранение за ними работы на прежней должности.

Константин Симис: Ну и последнее, о чем следует сказать. До сих пор у нас ша речь о порядке рассмотрения коллективных трудовых споров. Но кодекс устанавливает порядок рассмотрения и индивидуальных споров. Как он в этих случаях защищает работника от произвола нанимателя?

Дина Каминская: В тех случаях, когда работник считает, что работодатель нарушает его права и интересы, спор между ними передается на разрешение комиссии по трудовым спорам. Комиссии эти формируются на паритетных началах, их решения имеют обязательную силу. Однако обе спорящие стороны - работник и представляющий его интересы профсоюз, а также работодатель - имеют право обжаловать решение комиссии в суд.

Константин Симис: А вот в случае увольнения работника наниматель должен лишь предварительно запросить мнение профсоюзного органа. Право принять окончательное решение закон оставляет за ним. Но и в этом случае работник защищен от произвола со стороны нанимателя - он может обратиться с жалобой в суд. Если суд найдет, что при увольнении были нарушены нормы трудового права, он своим решением может восстановить работника в прежней должности.

Дина Каминская: Теперь остается ответить на последний вопрос - как повлияет новое трудовое законодательство на установление разумного баланса в отношениях между наемными работниками и работодателями? Следует сказать, что надежная правовая основа для этого уже создана. А вот как это реализуется, во многом зависит от зрелости российского рабочего движения, которому предстоит наверстать все те традиции, которые оно утратило за 70 лет советского режима.

XS
SM
MD
LG