Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

К проекту закона об адвокатуре

  • Дина Каминская
  • Константин Симис

Константин Симис:

В мае нынешнего года президент Путин внес в Государственную Думу проект закона об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации. В последних числах июня Государственная Дума начала обсуждение этого проекта. Несомненно, судебная реформа, к осуществлению которой сделаны первые, но весьма важные шаги, не может быть завершена без изменения принятого еще в 1980 году и все еще действующего закона об адвокатуре.

Дина Каминская:

Собственно, речь идет не об изменении действующего закона, который, кстати сказать, повторяет принятый в 1978 году союзный закон об адвокатуре. На самом деле речь идет о создании принципиально нового закона, который должен будет стать неотъемлемой частью тех демократических преобразований, которые предусмотрены планом реформы всей системы российского правосудия.

Константин Симис:

Напомню, в соответствии со статьей 48 Конституции, каждому гарантировано право на получение квалифицированной юридической помощи. Причем это право включает в себя не только помощь, которую оказывает адвокат, участвуя в уголовных, гражданских делах. Адвокат оказывает юридическую помощь и при ведении административных дел, и при выполнении других, весьма разнообразных поручений правового характера.

Дина Каминская:

И от того, как организована адвокатура, от того, как закон определяет статус адвоката, требования, которые предъявляются к кандидату на право заниматься адвокатской деятельностью, зависит эффективность той помощи, необходимость в которой может возникнуть у любого человека, а значит, и степень защищенности граждан.

Константин Симис:

А теперь, думаю, уместно сделать небольшое отступление и обратиться к истории. В России институт адвокатуры был учрежден в ходе Великих судебных реформ 1864 года. Впервые в стране была создана адвокатская корпорация, основанная на принципе самоуправления и не включенная в систему государственных органов. Адвокат был освобожден в своей профессиональной деятельности. И именно эта декларированная в законе и реально предоставленная адвокату профессиональная свобода способствовала появлению в России целой плеяды блестящих и безусловно преданных своей профессии адвокатов.

Дина Каминская:

Свободная адвокатура, объединявшая частнопрактикующих адвокатов, была уничтожена сразу же после установления советской власти. Адвокатуре был придан статус хотя и самоуправляющейся организации, однако, действовавшей под контролем сперва наркомата, а затем министерства юстиции.

Константин Симис:

На всем протяжении истории советского государства возможности адвоката, защитника прав и интересов граждан, были очень ограничены. Причем ограничены самим законом. Закон не допускал участия адвоката на ранних стадиях расследования уголовного дела, лишал адвоката права истребовать от органов государственной власти необходимые для защиты документы. Лишен был адвокат и права опрашивать до суда потенциальных свидетелей.

Дина Каминская:

И все же основную причину недостаточной эффективности деятельности адвокатов я вижу в пороках самого советского правосудия. И прежде всего - в зависимости самих судей от власти, в их обязанности вершить правосудие по уголовным делам в соответствии с направлением той карательной политики, которая определялась властями (партийными или государственными). Кроме того, в той системе судопроизводства, в которой за обвинительной властью в суде было закреплено преимущественное положение, где в суде царил обвинительный уклон, адвокат зачастую был лишен реальной возможности эффективно осуществлять защиту в уголовном процессе.

Константин Симис:

А в гражданских делах? Ведь советский суд всегда исходил из примата интересов государства над законными правами гражданина в любом споре, где одной из сторон было государство.

Дина Каминская:

Нельзя не признать, что за последние годы положение изменилось. Появились независимые судьи, расширились возможности защиты в уголовном процессе. Претерпел изменения статус самой адвокатской корпорации. К сожалению, не могу назвать это изменение иначе, чем вредным. Уже в период перестройки наряду с традиционными коллегиями адвокатов было разрешено и создание альтернативных объединений, членство в которых давало право заниматься адвокатской деятельностью.

Константин Симис:

Появление таких альтернативных объединений губительно сказалось на составе российской адвокатуры. Если в традиционных коллегиях действовали жесткие критерии, сводившие к минимуму возможность предоставления статуса адвоката лицам, не имеющим высшего юридического образования и ранее судимым, то при приеме в альтернативные объединения таких ограничений не существует.

Дина Каминская:

В результате доступ к адвокатской деятельности получили люди, не имеющие не только юридического, но и вообще высшего образования, а также люди, совершившие в недавнем прошлом умышленные преступления. Понятно, что сохранять такое положение недопустимо. Оно губительно для правосудия.

Константин Симис:

Так что сейчас дело за законом. Именно закон должен создать условия, обеспечивающие независимость адвоката при осуществлении профессиональной деятельности. Именно закон должен заново определить статус адвокатской корпорации, статус каждого адвоката.

Дина Каминская:

Итак, проект закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ". Как сказано в пояснительной к нему записке, "закон призван обеспечить правовое регулирование вопросов деятельности адвокатуры, взаимодействие органов самоуправления адвокатов с государственными органами, должностными лицами и гражданами, гарантировать их независимость как профессиональных некоммерческих организаций".

Константин Симис:

Иными словами, задача закона - определить структуру адвокатской корпорации, порядок формирования и полномочия органов ее самоуправления. Закон об адвокатуре должен также определить порядок приобретения и утраты статуса адвоката и, конечно, порядок оплаты адвокатского труда.

Дина Каминская:

Начнем со структуры адвокатской корпорации. В соответствии с проектом нового закона, в каждом субъекте Российской Федерации создается корпорация адвокатов, высшим органом самоуправления которой является адвокатская палата субъекта. Кроме того, проект предусматривает создание федеральной, то есть всероссийской, палаты адвокатов, высшего органа корпоративного самоуправления адвокатуры РФ.

Константин Симис:

Причем компетенция этого федерального органа адвокатского самоуправления весьма ограничена. Как сказано в проекте, федеральная палата лишь "координирует деятельность адвокатских палат субъектов".

Дина Каминская:

Но главное, на что, на мой взгляд, следует обратить внимание, - проект не предусматривает или, точнее, исключает возможность создания альтернативных адвокатских объединений. Так что если проект приобретет силу закона, то право заниматься адвокатской деятельностью получат лишь члены адвокатской корпорации.

Константин Симис:

Надо сказать, что это положение проекта подверглось довольно резкой критике. Оппоненты ссылаются на то, что предоставление монопольного права на занятие адвокатской деятельностью только одной организационной структуре исключает возможность конкуренции при оказании юридических услуг населению.

Дина Каминская:

Однако мне представляется принципиально неправильным, определяя организационные формы оказания юридической помощи, руководствоваться благотворными для экономики, но абсолютно неприемлемыми для института защиты принципами коммерческого соперничества и конкуренции.

Константин Симис:

И закономерно, что во многих странах с давними демократическими традициями адвокаты объединены в единую корпорацию. Так, в Соединенных Штатах, например, это Американская ассоциация юристов, в ФРГ - Федеральная палата адвокатов.

Дина Каминская:

Надо сказать, что предусмотренное проектом изменение структуры адвокатской корпорации вовсе не означает, что члены альтернативных объединений автоматически будут лишены права заниматься адвокатской практикой. Все они получат возможность продолжать свою профессиональную деятельность во вновь создаваемой в соответствии с проектом адвокатской корпорации.

Константин Симис:

Нет, не все. Члены альтернативных объединений, не имеющие высшего юридического образования или судимые за совершение умышленного преступления, не получат доступа к адвокатской деятельности. Что, несомненно, будет способствовать очищению адвокатской корпорации.

Дина Каминская:

Этому же будут содействовать и предусмотренные проектом новые правила приема в адвокатуру. В соответствие со статьей 11 проекта, решение о присвоении претенденту, сдавшему квалификационный экзамен, статуса адвоката принимает квалификационная комиссия при адвокатской палате субъекта федерации.

Константин Симис:

А теперь о независимости адвокатуры. Закон об адвокатуре 1980-го года, - а он до сих пор не отменен, - ставит эту формально самоуправляющуюся корпорацию в зависимость от исполнительной власти в лице министерства юстиции.

Дина Каминская:

Внесенный президентом Путиным проект закона об адвокатской деятельности и адвокатуре решительно рвет с этой давней порочной традицией. Проект исходит из того, что все вопросы деятельности адвокатской корпорации должны решать органы ее самоуправления, то есть адвокатские палаты субъектов федерации и федеральная палата. В проекте предусмотрено лишь одно исключение из этого общего правила. Пункт 10 статьи 19 проекта гласит: "В случае, если Министерство Юстиции РФ... располагает данными, являющимися основанием для прекращения статуса адвоката, а квалификационная комиссия не прекратила статус адвоката данного лица, МЮ РФ... вправе прекратить статус адвоката".

Константин Симис:

Добавлю: такое решение министерства юстиции может быть обжаловано в суд. В остальном же министерство юстиции выполняет лишь техническую функцию. На основании данных, поступающих от адвокатских палат, оно ведет реестр адвокатов.

Дина Каминская:

Надо сказать, что ныне министерство юстиции настаивает на внесении в обсуждаемый нами проект изменений, направленных на расширение полномочий министерства в отношении адвокатуры. Так, глава этого ведомства Юрий Чайка в интервью, опубликованном в "Литературной газете", утверждал, что контроль за исполнением адвокатом обязанностей, установленных законом, "не может быть исключительно внутренним делом адвокатских объединений". Государство, продолжал Чайка, не должно быть устранено от контроля за деятельностью адвокатуры.

Константин Симис:

А теперь пора сказать о недостатках проекта. На наш взгляд, недостаточно детально разработан вопрос о финансировании труда адвокатов, оказывающих бесплатную юридическую помощь.

Дина Каминская:

В принципе, этот вопрос в проекте решен правильно. Напомню, что в прошлом оплату труда адвоката оп оказанию бесплатной юридической помощи финансировало не государство, а сама коллегия адвокатов. Проект же закона, который мы обсуждаем, решительно отходит от этой практики. "Труд адвоката, - сказано в статье 24 проекта, - участвующего в уголовном судопроизводстве без заключения соглашения с клиентом в качестве защитника (по назначению органов дознания, предварительного следствия, прокурора или суда) оплачивается за счет средств федерального бюджета".

Константин Симис:

Собственно, это положение проекта следует отнести к его достоинствам. А мы собирались говорить о недостатках проекта. Так вот, в проекте полностью обойден вопрос о том, какие органы будут осуществлять финансирование юридической помощи, которую адвокат оказывает бесплатно, по каким правилам, по каким тарифам будет осуществляться это финансирование. А решение этих вопросов не может быть оставлено на усмотрение какого-либо государственного органа, скажем, министерства юстиции, суда или прокуратуры. Решать эти вопросы должен закон, а не ведомственные инструкции.

Дина Каминская:

Но кроме того, проект оставил абсолютно нерешенным вопрос о финансировании, а значит, и об оплате бесплатной юридической помощи, не связанной с участием адвоката в уголовном судопроизводстве. Я имею в виду финансирование таких форм труда адвоката, как бесплатные советы, письменные заключения или, скажем, составление исковых заявлений о взыскании алиментов, о возмещении вреда, причиненного увечьем, полученным на производстве. Из каких источников будет финансироваться оплата такого труда и будет ли она вообще оплачиваться государством? Ответов на эти вопросы, как я уже сказала, мы в проекте закона не найдем.

Константин Симис:

Более того. Не найдем мы в проекте и ответа вопрос: кто будет оказывать такую бесплатную помощь? На этот пробел, допущенный в проекте, указывает Юрий Феофанов в статье, опубликованной в "Известиях" 21 июня. В соответствие с проектом, пишет он, вместо юридических консультаций, в которые традиционно обращались за бесплатной помощью, создаются адвокатские кабинеты и адвокатские бюро. Но, спрашивает Феофанов, будут ли они оказывать малоимущим гражданам ту же бесплатную помощь, которую оказывали юридические консультации?

Дина Каминская:

Статья 25 проекта предусматривает возможность освобождения малоимущего клиента от оплаты оказываемой ему юридической помощи. Но, замечу, возможность - это не обязанность. Так что закон оставляет решение этого вопроса на усмотрение самого адвоката. И определяющим фактором тут окажется не закон, а степень отзывчивости самого адвоката, его способность к сопереживанию.

Константин Симис:

Недостатки проекта, о которых мы только что говорили, легко устранимы. Они могут, а на наш взгляд, даже должны быть устранены еще до того, как проект станет законом, то есть в период обсуждения в Государственной Думе. Давая же общую оценку проекту, следует, в первую очередь, подчеркнуть: в основе его - принципиально правильное решение о необходимости воссоздания единой адвокатской структуры, как бы ее ни называть: коллегией или, как предусмотрено в проекте, адвокатским сообществом.

Дина Каминская:

И еще о чем нельзя не сказать. В проекте четко и последовательно проведен принцип независимости адвокатуры от органов государственной власти, принцип свободы адвоката при осуществлении профессионального долга. И, наконец, на что особенно хочется обратить внимание: проект уже не приравнивает адвокатский труд к предпринимательской коммерческой деятельности. Это имеет значение не только при решении вопросов налогового обложения. Это, на мой взгляд, свидетельство принципиально иного отношения к адвокатской профессии, отношения к месту, которое должно принадлежать адвокатуре в правовом государстве.

XS
SM
MD
LG