Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Комментарий к закону о политических партиях

  • Дина Каминская
  • Константин Симис

Константин Симис:

Несколько месяцев тому назад мы посвятили одну из наших бесед принятому тогда Государственной Думой в первом чтении проекту закона о политических партиях. И вот сегодня мы вновь возвращаемся, но уже не к проекту, а к закону, который принят обеими палатами Федерального Собрания и подписан президентом.

Дина Каминская:

Обратиться вновь к вопросам юридической регламентации процесса создания и деятельности политических партий мы решили, во-первых, потому, что в окончательной своей редакции закон все же отличается от проекта, и во-вторых, в не меньшей степени и потому, что в России в настоящее время идет процесс интенсивного партийного строительства, и импульсом для этого процесса, несомненно, стал закон о политических партиях.

Константин Симис:

Ряд действующих общественных объединений ныне преобразуется в политические партии, чтобы, изменив свой юридический статус, получить тем самым право принимать участие в выборах. Напомню, что в статье 36 закона прямо сказано: «Политические партии являются единственным видом общественного объединения, которое обладает правом самостоятельно выдвигать кандидатов... в депутаты и на иные выборные должности в органы государственной власти».

Дина Каминская:

И вот движение Народный депутат, возникшее на основе одноименной депутатской группы в Государственной Думе, преобразовалось ныне в Народную партию Российской Федерации. Понятно, что целью такого преобразования было именно стремление приобрести право участвовать в выборах. Право, которое движение Народный депутат в силу своего статуса общественного движения после принятия нового закона утратило.

Константин Симис:

А вот другой пример. Пример объединения трех небольших политических партий в Единую социалистическую партию России. Здесь цель несколько иная. Такое объединение было необходимо, чтобы приобрести сам статус политической партии. Ведь в соответствии с новым законом, такой статус может приобрести лишь политическая организация, в состав которой входит не менее десяти тысяч членов.

Дина Каминская:

Несколько особое положение занимает мощная центристская партия, созданная в результате объединения партий «Единство» и «Отечество - вся Россия». Надо сказать, что и «Единство», и «Отечество - вся Россия» - партии достаточно многочисленные для того, чтобы и в соответствии с новым законом получить статус политической партии. Так что объединяются они с тем, чтобы превратиться в мощную политическую силу - в правящую партию, во главе которой должен стать президент Путин.

Константин Симис:

Несомненно, роль политических партий в жизни любого демократического государства очень велика. Так что само по себе стремление юридически регламентировать деятельность партий, определить их статус и характер взаимоотношений с органами власти, бесспорно, оправдано.

Дина Каминская:

Понятно, что отсутствие четкого правового механизма, определяющего порядок, в соответствии с которым партия осуществляет свою основную задачу - служить инструментом политического представительства, - значительно ослабляет эффективность ее деятельности.

Константин Симис:

Этот правовой механизм должен устанавливать порядок создания партий, а также порядок прекращения их деятельности, характер взаимоотношений партий с органами государственной власти и, наконец, этот механизм должен включать также и гарантии независимости партий от власти.

Так что начнем с ответа на вопрос: создает ли обсуждаемый нами закон реальные гарантии независимости партий от государственной власти? Думаю, понятно, что основа такой независимости должна быть заложена в самом порядке создания партии.

Дина Каминская:

Как сказано в статье 11 закона, «политические партии создаются свободно, без разрешения органов государственной власти и должностных лиц». В соответствии с законом, партия считается созданной с того дня, когда ее учредительный съезд принял, во-первых, решение о создании политической партии, во-вторых, о принятии ее устава и, наконец, об образовании ее региональных отделений более чем в половине субъектов федерации.

Константин Симис:

Однако этим вовсе не исчерпываются те условия, выполнение которых должно предшествовать (или, во всяком случае, - сопровождать) процесс создания партии. Политическая партия считается созданной лишь после того, как учредительный съезд примет ее программу, а также примет решение о создании ее руководящих органов.

Дина Каминская:

Но помимо этого статья 15 закона устанавливает также порядок, в соответствии с которым и политическая партия, и ее региональные отделения правомочны осуществлять свою деятельность в полном объеме лишь с момента их государственной регистрации в федеральном или региональном регистрирующем органе. Так вот, с учетом сказанного, какой же все-таки порядок - разрешительный или заявительный - устанавливает закон для создания партии?

Константин Симис:

Ответить на этот вопрос не так просто, несмотря на то, что в формулировке самого закона, которую мы только что привели, содержится как будто исчерпывающий на него ответ.

Дина Каминская:

Но ведь эта формулировка говорит о создании партии. А создание партии - это все же не самоцель. Партия создается во имя и для деятельности. А чтобы получить право действовать, необходима регистрация. И вот с цчетом тех требований, которые закон устанавливает для регистрации, это является несколько замаскированной формой разрешения на деятельность.

Константин Симис:

Мы уже ранее упомянули, что именно ха органами власти закон закрепляет право определять минимальное число членов партии. Так, в законе прямо зафиксировано, что в политической партии должно состоять не менее десяти тысяч человек. Кроме того, установлен порядок, при котором именно закон (то есть власть) обязательным условием создания партии считает наличие ее региональных отделений больше чем в половине субъектов Российской Федерации.

Дина Каминская:

Надо сказать, что ныне в ряде демократических стран именно закон (правда, с разной степенью детализации, тоже определяет правовое положение партий. Иногда закон регулирует лишь какой-нибудь один аспект статуса партии. Так, например, в Швеции, Финляндии, в Соединенных Штатах законы регулируют лишь порядок финансирования их деятельности. А вот в конституции Германии дана более детальная регламентация. Помимо порядка финансирования, закон требует, чтобы внутренний строй партии соответствовал демократическим принципам.

Константин Симис:

Надо сказать, что ни в одной демократической стране, если только не считать таковой Мексику, закон не устанавливает минимальное число членов партии как обязательное условие для ее создания. Хочу напомнить, что при обсуждении проекта закона о партиях во втором чтении депутатская фракция СПС настаивала на исключении их проекта этого положения. Однако предложенная ими поправка не была принята.

Дина Каминская:

Что же, об этом можно только сожалеть. Ведь предоставление органам власти права самостоятельно устанавливать обязательное минимальное число членов партии ограничивает для граждан возможность реально пользоваться конституционным правом на объединение в соответствии с их политическими интересами и убеждениями.

Константин Симис:

Не увенчалась успехом и попытка ряда депутатов исключить из окончательного текста закона положение, запрещающее создание политических партий, «создаваемых по признакам профессиональной, расовой, национальной или религиозной принадлежности». Критики проекта при его обсуждении ссылались на то, что подобные ограничения несовместимы с закрепленным в законе правом граждан создавать партии согласно их убеждениям.

Дина Каминская:

Согласиться с этой аргументацией, на мой взгляд, можно лишь частично. Уверена, что создание партий по признаку расовой или национальной принадлежности противоречит самой идее, самому принципу объединения людей согласно их убеждениям. Ведь принадлежность к той или иной расе или национальности ни в какой мере не определяет и не может определять характер политических взглядов и политических убеждений человека.

Константин Симис:

А вот ответ на вопрос, обоснованно ли запрещает закон создание политических партий по признаку религиозной принадлежности, уже не так однозначен. Вот, к примеру, в ряде демократических стран, таких, как Германия, Италия, партии, объединяющие людей в соответствии с их религиозной принадлежностью, не только существуют и действуют вполне легально, но и на протяжении многих лет играют ведущую роль в политической жизни этих стран.

Дина Каминская:

Вы имеете в виду христианско-демократические партии. Но не забудьте, что само название этих партий свидетельствует о том, что они объединяют людей не только по их религиозным (христианским) убеждениям, но и по политическим (демократическим) взглядам.

Константин Симис:

Но вернемся к России. Казалось бы, запрет создавать политические партии по признаку религиозной принадлежности прежде всего должен затрагивать интересы Русской православной церкви. Ведь православие исповедует подавляющее большинство населения страны. Однако с учетом того, что Русская православная церковь фактически приобрела статус государственной церкви, она и при сохранении этого запрета не теряет возможности играть роль в политической жизни страны.

Дина Каминская:

Но следует учитывать, что отстраненными от участия в активной политической жизни оказались другие христианские конфессии, такие, как, например, протестанты, католики. Конечно, в России протестантов и католиков значительно меньше, чем православных. Но ведь закон должен защищать права и интересы не только, а зачастую - не столько большинства, сколько меньшинства.

Константин Симис:

Нельзя пройти и мимо того, что отстраненными от политической жизни оказались также и все распространенные в России нехристианские конфессии.

Дина Каминская:

Вот те соображения, те сомнения, о которых мы считали необходимым сказать в этой беседе, обсуждая вопрос, какой же фактически порядок - разрешительный или заявительный - создания партий устанавливает ныне закон. Какой из этих двух юридических терминов более точно соответствует реально установленному порядку? Думаю, что само содержание закона лишает нас возможности дать однозначный ответ на этот вопрос. Закон, по существу, установил смешанный порядок, объединив признаки, характерные как для разрешительного, так и для заявительного порядка.

Константин Симис:

А теперь попытаемся проследить, насколько последовательно гарантирует закон независимость деятельности политических партий от органов государственной власти. Вряд ли нужно доказывать, что в демократическом государстве закон должен создавать преграду вмешательству власти, как в сам процесс образования партии, так и в ее дальнейшую практическую деятельность.

Дина Каминская:

Если, конечно, ее деятельность не противоречит конституции, не противоречит законам, а также уставу данной партии. Государство, бесспорно, должно иметь возможность пресекать (оставаясь, конечно, при этом в рамках закона) любую противоправную деятельность вне зависимости от того, какой политической ориентации придерживается данная партия.

Константин Симис:

Но когда речь идет о праве власти ограничивать или пресекать деятельность партии, то этому праву необходимо противопоставить такой механизм юридических гарантий, который не позволил бы власти перейти рубеж и произвольно вмешиваться в деятельность партий. И тут особенно важно соблюсти должный баланс между полномочиями власти и принципом независимости партии от государственной власти.

Дина Каминская:

Итак, обратимся к закону. В статье 10 сказано: «Вмешательство органов государственной власти или должностных лиц в деятельность политических партий не допускается». Как будто - четкая формулировка, не оставляющая сомнений в реальности установленного запрета. Однако достаточно вдуматься в текст закона, чтобы убедиться, что на самом деле все не так уж просто, что закон оставляет возможность органам власти вмешиваться в деятельность политических партий.

Константин Симис:

В соответствие со статьей 38 закона, органам Министерства юстиции, которые осуществляют регистрацию политических партий, предоставлено право запрашивать у них распорядительные или иные документы о количестве членов партии и о наличии региональных отделений. Более того, Министерству юстиции предоставлено также и право направлять своих представителей для участия в проводимых партией открытых мероприятиях, в том числе - в съездах и конференциях.

Дина Каминская:

Думаю, необходимо подчеркнуть - не просто присутствовать, а именно принимать участие. Наделяя органы Министерства юстиции таким правом, закон предоставляет органу государственной власти реальную возможность активно вмешиваться в деятельность политических партий.

Константин Симис:

Надо сказать, что первоначально проект закона, о котором у нас идет речь, закреплял право надзора за соблюдением политическими партиями законодательства Российской Федерации не за Министерством юстиции, а за прокуратурой. При обсуждении законопроекта в Государственной Думе представители СПС резко возражали против этого положения. Они исходили (и с полным, на мой взгляд, к тому основанием) из того, что осуществление надзора за соблюдением законодательства возможно лишь при условии каждодневного надзора за деятельностью партий. Что, несомненно, противоречит демократическому принципу неподконтрольности деятельности политических партий органам государственной власти.

Дина Каминская:

Но сказанное Вами отнюдь ведь не означает, что прокуратуру следует лишить права реагировать на ставшие ей известными факты, свидетельствующие о преступной деятельности органов партии.

Константин Симис:

Но это должна быть реакция именно уже на совершенные или готовящиеся преступления, а не рутинный надзор за повседневной деятельностью партии. В этом случае представителям фракции СПС в Государственной думе удалось добиться успеха - действующий ныне закон не предоставляет прокуратуре права надзирать за соблюдением политическими партиями российского законодательства.

Дина Каминская:

Та неопределенность, или, во всяком случае, недостаточная определенность, которую закон оставляет при решении вопроса о создании партий или в вопросе о гарантиях их независимости от огранов государственной власти, вообще характерна для всего закона, анализу которого мы посвятили эту беседу. Создается даже впечатление, что при решении ряда конкретных вопросов, законодатель сам не стремился к созданию четкого юридического мезанизма, определяющего место партий в государстве и обществе и регулирующего их деятельность.

XS
SM
MD
LG