Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Какими - политическими или экономическими соображениями продиктованы перестановки в правительстве России?

  • Николай Петров

Александр Батчан беседует с Николаем Петровым - экспертом из Московского центра американского политологического Фонда Карнеги.

Николай Петров:

Я думаю, что то, что происходит сейчас в правительстве и администрации, это, естественно, чисто политические перестановки. Даже не просто политические, а политические тактические, то есть перестановки, связанные с подготовкой к президентским выборам, и проводящиеся так, чтобы не оттолкнуть от Путина какую-то часть его очень сложно составленного электората, тех, кто готов поддержать его на выборах.

Александр Батчан:

России сейчас предстоят очень сложные переговоры с Лондонским клубом, нужно выплатить три миллиарда долларов, денег нет, и если не реструктуризировать этот долг, то придется очень плохо. Неужели те соображения, что Касьянов зарекомендовал себя хорошим переговорщиком с Западом, не сыграли свою роль?

Николай Петров:

Какую-то роль это сыграло, хотя трудно сказать, насколько решающую. Ясно то, что назначение Касьянова - это, скорее, назначение техническое, нежели крупный политический шаг. Многие аналитики ожидали, что в условиях, когда премьер-министр фактически является президентом, а не премьером, фигура первого вице-премьера, теперь единственного вице-премьера, это будет, по сути дела, заявка на премьерство в будущем, после президентских выборов. Очевидно, что фигура Касьянова этому не отвечает, и что речь идет о маневрировании. С одной стороны, оно чисто политическое - Путин решает очень сложную для себя задачу - как при всех этих перестановках не усугубить те внутренние противоречия и конфликты, которые уже сейчас имеются внутри его команды. Среди элит, поддержавших Путина в свое время в конфликте с Примаковым и Лужковым, в этих условиях любое назначение может резко изменить баланс, и внутренние проблемы Путина могут стать для него гораздо более важным источником нестабильности, более серьезной опасностью, чем любые вызовы извне. Мне кажется, что назначение Касьянова, вернее, те перестановки, которые в связи с этим назначением произошли, позволяют сделать, по крайней мере, два вывода. Один связан с тем, что борьба с коррупцией, по крайней мере, отодвигается на какое-то время, и сейчас вряд ли будет проводиться новым и.о. президента, потому что те слухи и те скандалы, которые связаны с фигурой министра финансов, не менее, а может даже и более громкие, чем то, что было связано с фигурой бывшего первого вице-премьера. Второе - это то, что слухи относительно влияния, которое на и.о. президента оказывала и продолжала оказывать так называемая президентская «Семья», не лишены основания. С уходом с первого плана одной фигуры, увязывавшейся в общественном мнении с Березовским, приходит другая фигура, которая точно так же увязывается с другим членом «Семьи» - Мамутом - фигура Михаила Касьянова. Мне кажется, что в связи с отставкой Павла Бородина очевидно, скорее, стремление отвести в сторону обвинения в коррупции, передвинуть, убрать с первого плана ставшую уже одиозной фигуру, одного из влиятельных представителей окружения прошлого президента, и одновременно не выносить сор из избы, не поднимать скандалы о коррупции, а, скорее, заглушить те расследования, которые в связи с Бородиным уже проводились, нежели способствовать им. Я здесь тоже не усматриваю никакой борьбы с коррупцией, по крайней мере, декларируемой.

Александр Батчан:

А как насчет Аксененко? Какую вы предсказываете ему судьбу теперь?

Николай Петров:

Я думаю, что вряд ли можно ожидать какого-то нового взлета этой фигуры. Мне кажется, что, скорее, это - фигура уже отыгранная, хотя списывать ее со счетов и рановато, но здесь, мне кажется, довольно сложно делать однозначные выводы, потому что то, что мы видим - это такая верхушка айсберга, вполне возможно, что фигуры, вплоть до фигуры первого вице-премьера - пешки в руках достаточно влиятельных политических сил. Сейчас эти силы пошли на размен, а дальше они снова могут воспользоваться теми же фигурами, или, наоборот, продвигать новые.

Александр Батчан:

По вашему мнению, скажутся ли эти перестановки каким-то образом на том, что происходит в Чечне? Замедлятся ли военные действия, и эти установки будут располагать к переговорам, или наоборот?

Николай Петров:

Я думаю, что никакой непосредственной связи между тем, что происходит сейчас в правительстве, и действиями в Чечне нет. Есть связь существенно более важная, хотя и опосредованная. Она состоит в том, что нынешний и.о. президента до сих пор зарекомендовал себя только как более или менее эффективный координатор действий в Чечне, как человек, действующий достаточно жестко и делающий жесткие заявления по поводу войны. Сейчас ему предстоит доказать и показать обществу, что он в состоянии столь же эффективно и решительно действовать, прежде всего, в сфере экономики. Отчасти, те перестановки, которые делаются, они это и имеют в виду.

XS
SM
MD
LG