Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Убийство премьер-министра и спикера парламента Армении. Что за люди это сделали, и кто за ними может стоять?


Ведущий программы "Liberty Live" Петр Вайль обсуждает тему с Арой Татевосяном, директором независимого информационного армянского агентства "Медиа-Макс" в Ереване и Акопом Асатряном, главным редактором европейского армянского журнала "Орер", выходящего в Праге.

Петр Вайль:

Террористический акт, совершенный вчера в парламенте Армении, унес жизни восьми человек, в том числе премьер-министра Вазгена Саркисяна и спикера парламента Карена Демирчяна. Первый вопрос в Ереван, Аре Татевосяну. Какие последние новости?

Ара Татевосян:

Я должен сказать, что буквально пару минут назад пресс-служба Министерства обороны предоставило нашему агентству заявление Министерства обороны, которое меня достаточно озаботило. В нем, в частности, говорится, что события, которые произошли вчера, являются заранее запланированным и очень подло совершенным преступлением, и это квалифицируется как заговор, направленный против армянской государственности и будущего армянского народа. Также Министерство обороны требует незамедлительно оправить в отставку Генерального прокурора, министров национальной безопасности и внутренних дел Армении. Военные напоминают, что после громких убийств командующего внутренними войсками и заместителя министра обороны в прошлом году, они уже обращались к руководству правоохранительных органов с требованием немедленно расследовать все эти преступления и назвать имена виновных. Они заявляют, что то заявление осталось фактически без ответа. В то же время Министерство обороны заявляет, что оно поддерживает президента Армении, и будет содействовать ему в деле установления в стране законности и порядка.

Петр Вайль:

Ара, вопрос, с одной стороны технический, с другой, видимо, важный. Почему с этим заявлением выступило Министерство обороны? Обычно такого рода вещи, это - достояние либо органов внутренних дел, либо национальной безопасности.

Ара Татевосян:

Вы знаете, скорее всего, в данном случае это вызвано тем, что, как вы, наверное, знаете, Саркисян до того, как был назначен летом этого года на пост премьер-министра, долгое время был министром обороны, и, поэтому, естественно, армия восприняла это очень болезненно, потому что сам Вазген Саркисян неоднократно говорил, что он знаком буквально со всеми командирами, не только старшими, но и младшими. Он был и остается, я думаю, непререкаемым авторитетом для армянских вооруженных сил, этим и обусловлено заявление. Кроме того, по сложившейся традиции силовые ведомства в Армении обладают достаточным политическим влиянием.

Петр Вайль:

Теперь я попрошу вас коротко напомнить нашим слушателям хронику вчерашних событий.

Ара Татевосян:

Вчера, в 17.15 в зал заседаний Национального Собрания Армении ворвалась вооруженная группа из пяти человек, которая открыла из автоматического оружия огонь по депутатам и членам правительства. Дело в том, что вчера был традиционный день ответов членов правительства на вопросы депутатов. В результате этого террористического акта погибли 8 человек, среди которых высшие лица государства. Далее, порядка 50 человек продолжали оставаться в заложниках. Они были освобождены только сегодня утром, после того, как президент Армении Роберт Кочарян лично провел переговоры с главарем террористов Унаняном и выступил с предельно жестким, фактически, ультимативным заявлением. После того, как заявление террористов было опубликовано в официальных СМИ, они сдали оружие, были арестованы, и в настоящий момент они находятся в следственном изоляторе Министерства национальной безопасности Армении, заложники освобождены, живы и здоровы.

Петр Вайль:

Такой важный и ставящий многих в тупик вопрос: где была охрана? Террористы заявили в своем телеобращении, кстати, передавалась просто запись голоса, а на экране была фотография лидера этих террористов Унаняна, так вот, они заявили, что будто бы хотели только напугать парламентариев, но, услышав выстрелы охраны, открыли огонь. Мол, охрана их на это спровоцировала. Но есть свидетельства того, что охрана не стреляла вовсе и во всех случаях на экранах телевизоров было отчетливо видно, что эти люди не умеют обращаться с оружием: они стреляли не с плеча, а от живота веером, как говорится. Это не военные люди. Почему им не сумела противостоять профессиональная охрана? Что вы знаете об этом?

Ара Татевосян:

Вы знаете, честно говоря, я затрудняюсь достоверно ответить на вопрос, находилась ли охрана премьер-министра или других высокопоставленных чиновников именно в зале. Насколько мне известно, обычно в зал заседаний парламента охрана не входит, а остается в фойе. Но даже если предположить, что охрана была в фойе, опять таки вопрос: как в этом случае в зал проникли террористы? Но в любом случае, версия террористов о том, что их спровоцировали охранники, не выдерживает никакой критики, потому что, как вы сами сказали, на телевизионной картинке, которая была распространена по всему миру CNN, отчетливо видно, что люди врываются в зал заседаний и начинают вести огонь из автоматического оружия. То есть никаких выстрелов в воздух, о которых сегодня говорил лидер террористов Наири Унанян, не было.

Петр Вайль:

Да, действительно, сразу же первая очередь была направлена именно в премьер-министра Вазгена Саркисяна. Теперь у меня вопрос к Акопу Асатряну, главному редактору армянского журнала "Орер" о личности возглавлявшего группу террористов Наири Унаняна. Известно, что он журналист, и вы, Акоп, знали его лично. Что вы о нем скажете. Что это за человек, какие его человеческие качества?

Акоп Асатрян:

Я могу сказать, что я с ним учился на филологическом факультет Ереванского государственного университета, только на первом курсе. После этого он служил в армии, а я уехал в Россию учиться на факультет журналистики МГУ. За этот год я с ним общался, и могу сказать, что он был очень темпераментным парнем. У него были национально-патриотические взгляды. Но, чтобы эти взгляды были поводом для такого террористического акта, я не мог этого ни предполагать, ни даже думать. Но могу сказать, что он всегда любил быть лидером, любил организовать какие-то организации. После того, как его исключили из партии "Дашнак Цутюн", он создал и возглавил информационное агентство "Хоризон".

Петр Вайль:

А почему его исключили из партии "Дашнак Цутюн".

Акоп Асатрян:

Я не знаю подробностей, он об этом ничего не говорил и, фактически, открыто коллегам ничего не было сказано, но, может быть, из-за того, что он был скрытным человеком. Я никогда не мог досконально узнать, что он о чем-то думает. Год назад я снова был в Армении, встречался с ним в одном месте, случайно, но он ничего не говорил ни против руководства, ни против правительства, я не мог даже предположить, что у него столь грубые и резкие взгляды против нынешних властей.

Петр Вайль:

Как продолжалась дальше его карьера?

Акоп Асатрян:

Потом он исчез, он оказался, как сказали мои коллеги, в Крыму. У него были какие-то связи с парламентом Крыма. Говорили, что он то ли член парламента, то ли помощник члена парламента, потом, в 1997-м году, он вернулся в Армению, и, насколько я знаю, никакой активной журналистской деятельности не вел. Помню только, что когда я в этом году был в Ереване, я случайно увидел по телевизору передачу, которую он подготовил в Турции, по приглашению каких-то журналистских организаций Турции.

Петр Вайль:

Каких он был убеждений, Унанян? Вопрос Аре Татевосяну. Акоп Асатрян говорил, что он было в известной степени националист, но до какой все-таки степени. Что вы знаете о его политических убеждениях?

Ара Татевосян:

Честно говоря, мне трудно судить о его политических убеждениях, поскольку сам я лично не знаком с этим человеком, я могу просто рассказать, мы два дня наблюдали за его поведением и моральным обликом этого человека. В частности, сегодня ночью он вышел в прямой телефонный эфир одной из местных независимых телекомпаний, и он рассказывал о совершенном им и его группой теракте. Он говорил о том, что их целью было физическое устранение исключительно премьер-министра, а остальные погибли просто случайно. Голос этого человека был предельно спокоен, лишен каких-либо эмоций, это был голос человека, который твердо знал, на что он шел и совершил это. Кроме того, я хотел бы отметить, что сегодня утром он уже распространил заявление, о котором мы с вами недавно говорили, в котором вообще отрицалось желание террористов стрелять в кого бы то ни было. Что касается его партийной принадлежности, то вчера, как только стала известность личность главаря террористов, партия "Дашнак Цутюн" официально заявила, что он был исключен из рядов этой партии за поведение, порочащее имя партии. К сожалению, руководители партии не уточнили, что именно подразумевается под этой формулировкой.

Петр Вайль:

Вы, конечно, понимаете, что за моим вопросом о политических убеждениях Наири Унаняна стоит вопрос более важный: есть ли политическая подоплека у вчерашнего теракта. Дело в том, что, как вы знаете, многие комментаторы, и армянские и международные, высказывали соображения о том, что это была разовая акция людей, может быть, даже не вполне психически нормальных, во всяком случае, не часть заговора. Слово "заговор" впервые прозвучало в заявлении Министерства обороны, о котором вы рассказали. До сих пор об этом никто не говорил. Я спрашиваю Акопа Асатряна: как, по-вашему, есть ли политическая подоплека у этого теракта?

Акоп Асатрян:

Я думаю, что есть. Фактически они организовали этот теракт в тот день, когда были выборы Католикоса всех армян, когда заместитель Государственного секретаря США Строуб Тэлбот находился в Ереване, и организовали в тот день, когда они знали, что правительство и парламент вместе находятся в одной комнате. Я думаю, что у них был сообщник в здании. Мы уже в начале программы отметили, что они не могли проникнуть в здание без уведомления милиционеров, которые стоят у ворот здания и у дверей Национального Собрания.

Петр Вайль:

Дело в том, что погибший премьер-министр Вазген Саркисян тесно связан с карабахской проблемой. Для всей Армении, а особенно для ее армии он - герой Карабаха. Строуб Тэлбот, о котором вы упомянули, тоже, разумеется, приехал в Ереван вести переговоры об урегулировании карабахского конфликта. Стоит ли за этим проблема Карабаха? Вопрос Аре Татевосяну.

Ара Татевосян:

Я думаю, что в этом вопросе, наверное, неуместно делать какие-то такие связки. У меня есть информация из очень достоверных источников о том, что после переговоров Строуба Тэлбота в Ереване с Робертом Кочаряном, на которых присутствовал, кстати, и Вазген Саркисян, он вышел после переговоров в прекрасном расположении духа. То есть нельзя говорить о том, что как бы премьер-министру не нравилось то, что делалось в отношении урегулирования карабахского конфликта, особенно в свете последней активизации. Вообще, я хотел бы, может быть, предвосхищая вопрос, сказать, что я встречал в самых разных СМИ, и в российских, и в западных, намеки на то, что, в принципе все содеянное могло быть на руку Роберту Кочаряну. Я лично, как человек, и как журналист, я исключаю эту точку зрения, потому что эти люди, кроме того, что они были соратниками, они были и друзьями. Они прошли вместе через войну, и, в общем, как однажды сказал Вазген Саркисян, его доставали этими вопросами о его разногласиях с Кочаряном, и он сказал: " Я вам говорю раз и навсегда, и больше никогда не буду возвращаться к этому вопросу, нас с президентом Армении связывает общая судьба, и после отставки Левона Тер-Петросяна нам еще предстоит очень многое сделать и доказать, что правы были именно мы". Я не думаю, что один из них когда-либо мог переступить через эти слова и эту дружбу.

Петр Вайль:

Еще один вопрос: вы хорошо знали премьер-министра Вазгена Саркисяна и работали с ним. Что вы можете о нем сказать? Он известен как очень энергичный человек?

Ара Татевосян:

Я могу сказать, что за последние несколько лет он колоссально поработал над собой, он просто вырос как политик. Долгое время он воспринимался как один из самых негативных персонажей в новейшей истории Армении, в особенности после событий октября 1996-го года, когда оппозиция захватила здание Национального собрания и был разгон демонстрантов. Один из его очень близких друзей рассказал мне, что именно после этих событий Вазген Саркисян рассказал ему, что на улице, а улицы в это время были запружены бронетехникой и танками, к нему подошла женщина и посмотрела ему в глаза. И он сказал, что после этого взгляда он внутренне весь изменился. Я могу сказать, что накануне отставки Левона Тер-Петросяна, когда была сложная ситуация, Вазген Саркисян оказался единственным, кто сделал выводы из того, что нельзя отдаляться от народа до такой степени, до какой это было сделано. Вообще, как политик он работал над собой. Несмотря на то, что у нас в прессе часто бывали издевательские намеки на его не слишком европейскую внешность, его великолепно принимали на Западе, ему удалось очень быстро наладить контакт с международными финансовыми институтами, и во время его последнего визита в Вашингтон, встреча с вице-президентом США Гором, которая по графику должна была длиться 45 минут, продлилась более полутора часов. Это человек, который за несколько лет просто из, грубо говоря, полевого командира вырос в достаточно серьезного и уравновешенного политика.

Петр Вайль:

И вопрос к Акопу Асатряну: как вы расцениваете деятельность Вазгена Саркисяна, что он успел сделать за свой сравнительно недолгий срок пребывания на посту премьер-министра?

Акоп Асатрян:

Самое первое: он создал армянскую армию, армию независимого государства. Это был трудный процесс, конечно, он допускал ошибки, но, как уже отметил Ара, он успел за это очень короткое время восстановить свой имидж и делать такие положительные шаги, как тесное сотрудничество с армянской диаспорой, как борьба против коррупции. Поэтому я считаю, что, может быть, в этом заговоре есть и какое-то влияние каких-то кланов, которые были против этой борьбы.

Петр Вайль:

Действительно, как отмечают наблюдатели, в Армении наступил период некоторой политической стабильности. Руководящей тройке - президенту Кочаряну, премьер-министру Саркисяну и спикеру Демирчяну удавалось в согласии работать вместе. Остается только надеяться, что эта стабильность нарушена не будет.

XS
SM
MD
LG