Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Путин - кто он? Прагматик или носитель идеологии?


Программу ведет Петр Вайль. Он беседует с известным российским политологом Андреем Пионтковским. Валентин Барышников излагает содержание статьи "Как Путин будет управлять Россией", опубликованной 3 мая в ежедневной газете " Коммерсантъ".

Петр Вайль:

В распоряжение газеты "Коммерсантъ" попал проект реформирования администрации президента России. По мнению газеты, смысл реформы - поставить политическую жизнь России под полный контроль Кремля. С содержанием статьи вас познакомит Валентин Барышников

Валентин Барышников:

В редакцию "Коммерсанта" попал документ под названием "О реформировании администрации президента Российской Федерации". Газета приводит выдержки из этого документа: "Администрация президента представляет собой орган, способный решать важнейшие государственные и политические задачи внутри страны и за ее пределами, оказывать влияние в рамках существующего законодательства на все государственные и негосударственные органы в Российской Федерации с целью проведения и утверждения решений президента". Как продолжает "Коммерсантъ" , администрация перестраивается - число супервлиятельных, подконтрольных лично президенту структур увеличивается. Администрация превращается в сугубо политический орган контроля за обществом. Правительству отводится скромная роль - решать экономические задачи, не отклоняясь от заданной политической линии.

Политическому управлению президента - оно станет центральным в администрации - ставится очень конкретная задача - реальный контроль над политическими процессами в России. В документе стратегической необходимостью называется подключение ФСБ и других спецслужб к деятельности Политического управления президента Российской Федерации. "Коммерсантъ" пишет: "Поражает детская откровенность, с которой в документе выписаны совершенно кагэбэшные методы контроля. Газета продолжает: "Путин прагматик, для него важна эффективность принимаемых решений, а вовсе не их идеологическая или этическая сторона. Путин вполне мог прийти к выводу, что нынешнее условно-демократическое устройство российского общества просто неэффективно с точки зрения управления. Авторы документа уже описывают для президента более эффективные методы. Так что, в отличие от ельцинского, путинское правление может стать эпохой не развития, а свертывания демократии в интересах политической целесообразности. В Кремле, в Александер-Хаусе и на Лубянке, где готовился документ, считают одинаково: нужно не развивать демократические институты, а вернуться к руководящей и направляющей силе. Такой силой с наивной откровенностью и хочет стать президентская администрация", - пишет "Коммерсантъ".

Петр Вайль:

В прямом эфире Радио Свобода известный российский политолог Андрей Пионтковский. Андрей, вы вероятно читали эту статью, ваше мнение об этом документе?

Андрей Пионтковский:

Да, я утром просмотрел эту заметку, и что-то мне мешает разделить гражданский, тираноборческий пафос этой статьи - то ли имя хозяина газеты - господина Березовского, то ли такой скандально-сенсационный ее стиль. Она начинается: "В редакцию "Коммерсанта" попал потрясающий документ!" Потом, собственно, приводятся две какие-то достаточно общие цитаты.

Вообще, взгляды господина избранного президента на вопросы государственного строительства хорошо известны. Эти взгляды или, скорее, инстинкты носят ярко выраженный этатистско-полицейский характер, что вполне естественно для проработавшего всю жизнь в силовых структурах человека. Вот, собственно, эта заметка не приносит нам ничего нового. Для меня гораздо более зловещими прозвучали не какие-то утечки из предполагаемых материалов, а заявление господина Путина в Государственной Думе о том, что "все граждане, имеющие несанкционированные контакты с иностранцами, будут нести ответственность", и что "этим будет заниматься ФСБ."

Мне кажется, что вот эта статья - это вырвавшаяся наружу для публичного обозрения борьба бульдогов под ковром, борьба соперничающих кланов сейчас, когда как раз совершаются ключевые кадровые назначения, дающие контроль над серьезными финансовыми потоками.

Петр Вайль:

Андрей, я хотел бы вернуться к этой теме - о несанкционированных контактах российских граждан с иностранцами - мне представляется, что здесь все-таки что-то не так - может быть, что называется, "не это имел в виду Владимир Путин". Совершенно ведь это невозможно себе представить. Что это значит? Что вы, выезжая отдохнуть куда-нибудь на Кипр, куда толпами ездят российские граждане, или в ту же пресловутую Анталию в Турции, вы не можете побеседовать с каким-то случайным знакомым иностранцем и выпить с ним стакан пива? Это же в нынешних условиях практически невозможно. Разве не так?

Андрей Пионтковский:

Но, тем не менее, я очень внимательно прочел эту цитату из протокола думского заседания. Она была воспроизведена во многих СМИ и, в отличие от прочих случаев, господин Ястржембский не счел нужным дать нам какое-то разъяснение о том, что господина избранного президента не так поняли и так далее. И странно, что это не получило такого серьезного общественного звучания и не последовало никакой реакции. Во всяком случае, если даже это проговорка и некая неудачная формулировка, то это - типичная "фрейдистская" проговорка - открывающееся вам в окошечко сознание или, вернее, подсознание нашего будущего президента.

Петр Вайль:

Да, и вы, наверное, читали книгу Владимира Путина "Интервью от первого лица", которую записали три московских журналиста. Там есть очень любопытное место, когда, если мне не изменяет память, жена Владимира Путина говорит о том, что когда он возглавил ФСБ, им пришлось прервать свои контакты... - она с огорчением пишет, что им пришлось раздружиться с какой-то немецкой парой, которая была им очень симпатична. Это звучит совершенно чудовищно, но тут, по крайней мере, речь идет о государственном чиновнике. И все-таки можно надеяться, что речь идет о них, а не об обычных гражданах России.

Андрей Пионтковский:

И даже большее - это требование к нам всем - рядовым гражданам, тем самым он подает нам пример...

Петр Вайль:

Верно, конечно, тут просто уже не поймешь, что лучше, а что хуже. Вот еще один вопрос, который я хотел бы вам задать: устойчивое мнение - и сейчас в этой статье из "Коммерсанта" оно отражено: " Путин - прагматик". Это повторяют на все лады, вкладывая в это позитивный оттенок: "Вот, это прагматик. Действительно, какой бы он ни был, он делает все так, чтобы было все правильно, хорошо и по самой короткой дорожке - срезает углы". Но мне представляется, что все-таки он действует не просто прагматически, а в рамках совершенно определенной идеологии. В той же самой упомянутой книге Путин откровенно признается, что он - вполне советский человек, со всеми вытекающими последствиями. Мне представляется, что все-таки Путин, сам, как личность и государственный чиновник, и есть носитель идеологии?

Андрей Пионтковский:

Я с вами совершенно согласен. Вот эта точка зрения достаточно популярна, что это - холодный и циничный прагматик, оператор спецслужбы... но она несправедлива - Путин в определенных вещах, в которые он искренне верит - об этом много есть в книге и еще больше мы слышали за последние полгода - он просто человек страстей. Например, во всем, что касается Чечни. Если бы он был холодный прагматик, то вполне логично, что он использовал бы войну как избирательный инструмент, стал президентом и теперь мог бы перейти к политическому решению конфликта, когда ясно, что уже никаких политических дивидендов власти дальнейшее продолжение этого длинного, кровавого и перешедшего в стадию партизанской войны конфликта не принесет. Но посмотрите, как он изменяется, когда от скучных экономических сентенций переходит к этой своей любимой теме - у него загораются глаза, играют желваки, сквозь дипломатический этикет начинает пробиваться эмоционально заряженная блатная феня - "трех дней не проживет", "мало не покажется", "козлы" и так далее. В этом важнейшем вопросе российской политики он не прагматик, а просто иррациональный политик, подверженный комплексам и страстям.

XS
SM
MD
LG