Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

В Грузии сегодня свобода слова есть, а политической свободы нет


Выборы президента Грузии

Ведущий программы "Liberty Live" Владимир Бабурин:

По предварительным данным Центризбиркома Грузии действующий президент страны Эдуард Шеварднадзе одержал убедительную победу в первом туре президентских выборов. Выборы состоялись в минувшее воскресенье. Шеварднадзе набрал порядка 80 процентов голосов избирателей. Его основной конкурент - бывший первый секретарь ЦК компартии Грузии Джумбер Патиашвили - 17 процентов. За ходом выборов президента Грузии наблюдал наш специальный корреспондент в Тбилиси Тенгиз Гудава. Сейчас он на линии прямого эфира. Тенгиз, победа Шеварднадзе на этих выборах более чем убедительная, то есть, естественно, ни о какой фальсификации здесь речи идти не может - так сфальсифицировать невозможно?

Тенгиз Гудава:

Может быть, невозможно так сфальсифицировать, но тут никто и не знает, насколько была фальсификация, и была ли она вообще. Об этом можно только догадываться. Но в народе есть настроение и убеждение, что она была очень велика. Почему такой процент - ну, это никак не противоречит возможности самой фальсификации. Я хотел бы сказать кое-что о том, почему Шеварднадзе опять избран. (Кстати, это не второй президентский срок, а третий, ибо в 1992-м году он всенародно был избран главой государства - на пост председателя парламента). И вот, в третий раз, убедительная, бесспорная, даже какая-то играючи простая победа. Возникает вопрос - почему. Я, может быть, выскажу экстравагантную мысль, но эти выборы в Грузии были безальтернативными, фактически безальтернативными, ибо главный конкурент Шеварднадзе Джумбер Патиашвили был заведомой тенью своего бывшего патрона по ЦК компартии Грузии.

Он настолько был этой тенью, что в его победу можно было верить только из вредности - тот же коммунистический товарищ, только маленький, такое же отсутствие всякой внятной программы, только еще с кровавыми пятнами жертв 9 апреля. Он был первым секретарем компартии Грузии, когда 11 лет назад на проспекте Руставели жестоко расправились с мирной демонстрацией, убив 19 демонстрантов. И так, какая же это альтернатива, Джумбер Патиашвили? Это просто хороший темный фон для светлого образа вождя и его ослепительно спрограммированной победы. В предвыборной кампании была одна микроинтрига - гадание на ромашке по имени Аслан Абашидзе - он своеобразный "удельный князь" Аджарии, которого как раз многие считали альтернативой Шеварднадзе, но вся его харизма была словно виноградная кисть выжата в гигантский винный сосуд по затуманиванию мозгов. Только это ожидание снятия Абашидзе своей кандидатуры придавало предвыборной кампании облик чего-то живого. С театральной манерностью за два дня до выборов Абашидзе снял свою кандидатуру и отдал свой электорат Эдуарду Шеварднадзе. Именно "отдал электорат" - так в Грузии все и говорили, не понимая коварного смысла этих слов, перечеркивающих суть такого понятия, как выборы.

Спросите любого грузина на улице - вам объяснят, как оформляются результаты выборов, как жонглируют пачками бюллетеней, как отвечают за результат голосования те или иные местные администраторы. Вот и случай с Абашидзе - оказалось, что в Аджарии Шеварднадзе поддерживают даже больше, чем в Тбилиси, а Патиашвили, входивший с Абашидзе в один блок, вовсе не в почете. Торг открытый. Прибыв на день за три дня до выборов в Батуми Шеварднадзе сразу после выборов обещал рассмотреть в парламенте вопрос о статусе Аджарии. После выборов - читай, после подсчета голосов в пользу Шеварднадзе. Вопрос статуса - это вопрос конституционного подтверждения особой роли Батуми в составе Грузии, что выражается в наименовании - не Аджария, как сегодня указано в Конституции, а Аджарская автономная республика, как, кстати, было в советскую эпоху. Почему выбрали Шеварднадзе - вопрос в высшей степени риторический.

Владимир Бабурин:

Я чуть меньше года назад в последний раз был в Тбилиси, подготавливал большую программу с Эдуардом Шеварднадзе, и все-таки было общее мнение, что самое главное его достижение - свобода слова, что грузинская журналистика в достаточной степени свободна. При этом замечалось, что народ живет весьма бедно, зарплаты невысокие. И было до горечи больно смотреть на эти прекрасные тбилисские гостиницы, которые отданы беженцам и страшно портят вид Тбилиси. Тем не менее, такая убедительная победа.

Тенгиз Гудава:

Что касается свободы СМИ, то в Грузии любят подчеркивать несколько лучшую, чем в России ситуацию. В этой сфере в сегодняшней утренней газете я читаю - перевожу с грузинского: "Слава Богу, у нас в Грузии нет того маразма со СМИ, как в России, где все без исключения газеты и телеканалы принадлежат тому или иному финансово-политическому клану и выполняют роль рабов", В самом деле, хозяева грузинских СМИ менее агрессивны. Видимо, это вызвано тем, что пока нет им никакой нужды быть агрессивными, ибо нет пока политического заказа, Власть и без того торжествует. А феномен Шеварднадзе - это феномен власти советского или постсоветского типа - все атрибуты налицо. Словесная приверженность демократии и западным ценностям. Кадровая политика, представляющая матрешку семьи - маленькая семья вкладывается в более крупный клан, а тот в еще более крупный. Классическое использование демократических мероприятий - таких, как выборы. Классические сценарии и режиссура этих выборов - так называемые "избирательные технологии", надо сказать, очень дешевые, не по стоимости выполнения, но все просматривается. Других, видимо, пока и не надо. Создание игрушечной и безопасной альтернативы президенту и ликвидация самой возможности альтернативы настоящей. В Грузии сегодня нет политической свободы. Свобода слова есть, а политической свободы нет.

XS
SM
MD
LG