Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Охрана памятников культуры в Москве


Программу ведет Лиля Пальвелева. В ней участвуют: Виктор Булочников - начальник Главного Управления охраны памятников Москвы, Александр Векслер - археолог, Ирина Кононова - начальник Юридического управления Главного управления охраны памятников в Москве, Александр Кудрявцев - профессор Московского Архитектурного Института, руководитель Экспертно-Консультативного Совета при главном архитекторе Москвы, Олег Кукоев - заместитель начальника Управления охраны памятников Москвы.

Лиля Пальвелева:

Сегодня, 5 апреля Международный день охраны культурных и исторических памятников. Наш "Круглый Стол" посвящен охране этих памятников в Москве. В столице России более 2 тысяч исторических и архитектурных объектов, признанных памятниками, но с каждым годом их становится все меньше. В городе идет интенсивное строительство, и, как считают специалисты, наступление новой архитектуры на историческую среду приобрело масштабы интервенции. Особенно скверно дела обстоят в центре, широко распространена практика возведения так называемых "новоделов" - когда от старинного особняка оставляют, в лучшем случае, фасадную стену и возводят нечто, лишь приблизительно похожее на подлинник. Из таких декораций, к примеру, состоит большая часть Старого Арбата, которым так гордятся столичные власти. А вот профессор Московского Архитектурного Института, руководитель Экспертно-Консультативного Совета при главном архитекторе Москвы Александр Кудрявцев весьма обеспокоен проблемой "новоделов".

Александр Кудрявцев:

Это - когда проще строителям снести, и потом на этом месте сделать, может быть, даже еще лучше - тому примеров, к сожалению, нет числа.

Лиля Пальвелева:

Есть и еще одна тенденция - понижение статуса памятника. Тогда он превращается в объект, хоть и исторической, но рядовой застройки, с которым не церемонятся.

Александр Кудрявцев:

Сейчас набирает силу это направление, когда для большей легкости работы с памятником архитектуры в эксплуатации, его приспособления к новым функциям, и даже, может быть, вообще для его устранения, появилась тенденция понижения статуса, а если статус понижается, все охранные мероприятия тоже становятся менее защитными.

Лиля Пальвелева:

Профессор Кудрявцев предостерегает: "Мы будем постепенно жить среди макетов, где не поймешь, что новое, а что старое. Я уж не говорю о том, что существует Венецианская Хартия, где все расписано, методология того, как надо работать с памятниками, конечно, это стоит денег, но они несут в себе удивительную информацию - все эти настоящие камни, настоящие растворы, настоящая технология"...

Лиля Пальвелева:

У начальника Главного Управления охраны памятников Москвы Виктора Булочникова куда более оптимистичный взгляд на проблему: он утверждает, что центр столицы начинает возрождаться.

Виктор Булочников:

Москва, как один из крупнейших городов мира с девятимиллионным населением входит в Международную Ассоциацию "Метрополис", которая решает проблемы сохранения культурного наследия при развитии крупнейших городов. Одной из главных задач было построение и реконструкция центрального ядра Москвы. Мы ежегодно проводим конкурс на лучшую реставрацию, но все началось с того, что центральная часть Москвы в районе Кремля и вокруг него находилась в тяжелом состоянии. И надо было поднять и сам Кремль, и всю прилегающую застройку. Это - и реконструкция Манежной площади, и устройство новой Третьяковской галереи, и возрождение Китай-Города, воссоздание Храма Христа Спасителя и других объектов...

Лиля Пальвелева:

Трудно найти более неудачный пример сохранения культурного наследия, чем упомянутая Виктором Булочниковым реконструкция Манежной площади, хотя бы потому, что за сооружениями на площади потерялось здание Манежа, еще они заслонили Александровский сад, а непосредственное соседство Вечного Огня и церетелевской скульптуры старика с золотой рыбкой и вовсе кощунственно. На языке специалистов все это называется "разрушением историко-культурной среды". Виктор Булочников вполне терпимо относится и к уничтожению значительной части исторической застройки Москвы:

Виктор Булочников:

А как вы думаете, в развитии любого исторического города, что не бывает потерь, никаких?

Лиля Пальвелева:

Правда, он признает:

Виктор Булочников:

Системный, концептуальный подход к реконструкции центрального ядра и сохранению исторической застройки еще не в полной мере разработан. То есть, надо просто заказать крупную архитектурно-планировочную работу для разработки концепции сохранения культурного наследия центральной части Москвы. Чтобы решить эту задачу, надо, чтобы правительство Москвы выделило специализированное финансирование на такую проектную работу. Это надо разрабатывать.

Лиля Пальвелева:

Только, вот, беда - пока эта концепция будет разрабатываться, культурно-исторические памятники в Москве будут по-прежнему сносить и переделывать под "евроремонт", кстати, многим нравится - чистенько и нарядно. Судьба памятника во многом зависит от того, кто является его пользователем. Говорит начальник юридического управления Главного управления охраны памятников в Москве Ирина Кононова:

Ирина Кононова:

Основная проблема, с которой приходиться сталкиваться, в том, что всякий памятник, помимо того, что это - объект, охраняемый, как имеющий значительную культурную и историческую ценность, еще и объект недвижимости. Он используется, у него есть пользователи, и возникает целый ряд проблем. Вопрос в том, каким образом состыковать интересы, пересекающиеся в процессе использования здания памятника - вопрос очень непростой. Есть пользователь, которому нужно вкладывать свои деньги в это здание с учетом своих интересов, а есть интересы глобальные, общегосударственные, с точки необходимости его сохранения. Есть пересечение интересов Москвы и Российской Федерации.

Лиля Пальвелева:

Между тем, законодательная база, связанная с использованием и охраной памятников, безнадежно устарела.

Ирина Кононова:

Основной документ, который регламентирует жизнедеятельность и использующих памятников субъектов - Закон об охране памятников 1978-го года. Понятно, что с учетом сильных экономических и политических изменений, которые произошли за это время, закон во многом требует корректировки с учетом нынешних реалий. На уровне Российской Федерации изменение законодательства, и, в частности, новый Закон об охране культурного наследия - это предмет больших тревог и волнений. Уже в течение 10 лет мы наблюдаем попытки все-таки создать этот документ. Приходит уже очередной состав Думы и мне кажется, что это не тот вопрос. который будет разрешен первоочередно. Действующий закон мне кажется своеобразным тормозом на пути прогресса в этой области потому что ряд вопросов в нем либо не решен вообще, либо решен образом, который сейчас не может считаться правильным. Там совершенно отсутствуют вопросы, связанные с разграничением собственности между субъектами федерации, опущены моменты, связанные с возможностью приватизации зданий и памятников. Есть пробел связанный с необходимостью охраны исторической застройки, то есть: объектов, которые каждый сам по себе не являются жемчужиной, требующей охраны как индивидуальность, но это - та ткань исторического города, без которой он существовать не может.

Лиля Пальвелева:

В Москве, в отсутствие Федерального Закона об охране памятников, решили принять свой - региональный.

Ирина Кононова:

26 апреля, то есть, через неделю, должно состояться второе слушание в Московской Городской Думе. Если будет благоприятное стечение обстоятельств, то мы надеемся, что до летних каникул начнет жить полноценной жизнью Московский Закон об охране памятников, и это во многом решит практические проблемы нашей жизни.

Лиля Пальвелева:

Здесь следует сказать вот о чем: предыдущий состав Государственной Думы не принял Закон об охране памятников из-за протестов компетентных экспертов, которые усмотрели в законопроекте немало опасных для культурного наследия статей. В частности, предполагалось, что ряд объектов может быть приватизирован, и новый владелец вправе распоряжаться своим имуществом как ему заблагорассудится - хоть переделывать, хоть сносить. Среди тех, кто выступал против такого закона был академик Лихачев. Хочется надеяться, что Закон об охране памятников, который собирается принять Московская Дума будет более совершенным.

К памятникам, подлежащим охране, относятся не только здания, но и археологические объекты, а их в таком древнем городе, как Москва, немало. Рассказывает главный археолог столицы Александр Векслер:

Александр Векслер:

По решению правительства Москвы статус памятника получила вся земля в пределах Каменных коллежских ворот - то есть, весь исторический центр Москвы; ну и те объекты, которые связаны с освоением территории и лежат за пределами исторического города - Курганное городище, усадьбы, монастыри и многое другое. В этих зонах любые работы: и проектные, и строительные, и аварийные - все сопровождаются археологией. В этих зонах нами предлагаются наиболее рациональные решения, которые призваны сохранить интереснейшие объекты археологии, которые хранит земля Москвы внутри Садового Кольца. На трассе Старого Арбата идут мостовые и старая славянская дорога. Дальше на Воздвиженке также ярусы мостовых, а дальше старое село Ваганьково со многими менее сохранившимися храмами. Это все центр Москвы и каждому понятно, что надо, чтобы вся ценнейшая для истории земля, хранящая ценнейшие материалы прошлого Москвы, чтобы она не ушла на свалку.

Но и за пределами центра ведутся большие работы в Коломенском и Лефортове. Один из замечательных объектов старой Москвы, который мы исследовали на протяжение ряда лет - Старый Гостиный Двор. Сегодня, когда уже близится к концу работа по возрождению этого ценнейшего архитектурного комплекса при работах, связанных с углублением подвалов, неожиданно были выявлены белокаменные кладки, которые относятся к тому Гостиному Двору, который был на месте Старого Гостиного Двора. Старый Гостиный Двор стоял на месте комплекса, который назывался "Новый Гостиный Двор" - новым он был в XVII веке, а стоял "Новый Гостиный Двор" на том "Старом Гостином Дворе", построенном еще во времена Ивана Грозного...

Лиля Пальвелева:

"Исторические объекты, которые выявляются, должны быть законсервированы, - говорит Александр Векслер, - а найденное на месте раскопок - попадать в специализированный музей".

Александр Векслер:

История, которую мы открываем, оживает. В Москве открыт на Манежной площади Музей Археологии - это был первый такой музей, и именно эти работы сегодня обсуждаются как номинация конкурса "Реставрация 99". Не за горами еще целый ряд интереснейших объектов археологии, которые сегодня проектируются как будущие музеи...

Лиля Пальвелева:

Разумеется, и на археологические работы и на охранные мероприятия нужны деньги и немалые - об этом рассказывает Олег Кукоев - заместитель начальника управления охраны памятников Москвы.

Олег Кукоев:

В Москве как ни в каком другом городе России, ведется огромная работа, и изыскиваются средства, которые позволяют воссоздавать облик Москвы. У нас 12 лет уже существует принятая правительством Москвы общегородская программа, которая называется "Архитектурное наследие". Это - перечень объектов, которые находятся в очень тяжелом состоянии, в аварийном состоянии, которые в Москве в первую очередь нужно реставрировать. В первом чтении она включала в себя 285 объектов, а на сегодняшний момент - 469 памятников. Программа долговременная, поэтому нельзя ждать, что на всех памятниках постоянно будут вестись работы. Для этого нужны проектно-сметная документация, источники финансирования, предварительные инженерные и геологические изыскания и целый комплекс работ, которые предваряют начало полного комплекса реставрации.

В прошлом году у нас велись планомерные реставрационные работы не менее, как на 265 объектах, на них были освоены 2 миллиарда 60 миллионов рублей. Это 101 процент того объема затрат, который еще в начале прошлого года пользователи памятников закладывали на реставрацию объектом, и это очень отрадно, хотя нужно внести маленькую ложку дегтя - это всего лишь 63 процента от 1998-го года. но мы все знаем, что произошел финансовый кризис, который очень больно ударил по многим структурам, особенно коммерческим, которые как раз вкладывали деньги в реставрацию города.

Лиля Пальвелева:

И все-таки деньги на спасение памятников до сих пор находятся, и это весьма похвально. Но порой думаешь: "Лучше бы их не было, тогда здание, Бог даст, может дожило бы до лучших времен, когда придут новые люди, которые будут относится к культурному наследию более бережно, и реставрация не превратится в сооружение макетов". "При охране памятников нельзя недооценивать роль общественного мнения", - считает руководитель общественной организации Экспертно-Консультативного Совета при главном архитекторе Москвы Александр Кудрявцев:

Александр Кудрявцев:

В этом деле участие общественности по-прежнему является необходимым. Если вспомните, то в период романтической перестройки 1986-го - 1989-го годов москвичей больше всего заботили две темы - экология в ее физическом виде - борьба против котельных станций и того, что загрязняет воздух, и "экология культуры", как тогда это назвал академик Лихачев - это сохранение исторической среды... баталии против сноса показывались по телевизору. Я думаю, что многие политические деятели стали известны на этом коне и вошли в политическую орбиту, потом этот накал спал...

Лиля Пальвелева:

Разговор хочется закончить на оптимистической ноте - в последние годы немало делается для восстановления церквей и здесь в большинстве случаев реставрационные работы проходят безупречно.

Олег Кукоев:

Мы переживем рубеж двух тысячелетий христианства и очень большое внимание уделяется реставрации объектов культового значения. Я скажу, что в прошлом году и в этом будет реставрироваться порядка ста объектов культового значения, и около пятой части средств, о которых я говорил, это как раз деньги, которые осваиваются на культовых объектах. Я думаю, мы доживем до времени, когда Москва обретет название, которое у нее было - "Москва Сорока Сороков", когда будут восстановлены практически все церковные объекты - гордость и красота нашей столицы.

XS
SM
MD
LG