Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Защита экологических прав граждан в РФ. Деятельность Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры.


Марьяна Торочешникова: Гость сегодняшней передачи - прокурор отдела по надзору за исполнением законов об охране природы Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры Александр Татаринов. И это неслучайно, так как сегодня речь пойдет о судебной защите экологических прав граждан. Этому мы во многом обязаны нашему слушателю из города Рыбинска, который принял участие в конкурсе передачи "Правосудие" на лучшую судебную победу. Но об этой победе чуть позже.

А сейчас, Александр Евгеньевич, расскажите нам немного о Волжской природоохранной прокуратуре. Что входит, собственно, в круг ее интересов?

Александр Татаринов: В Волжском бассейне находится более 500 городов- это порядка 40 процентов от общего числа городов всей России. Здесь же сконцентрировано около половины всего промышленного потенциала страны. Именно это сыграло немалую роль при принятии в 1990 году решения генеральным прокурором тогда еще Советского Союза Александром Яковлевичем Сухаревым о создании вот такой прокуратуры.

Деятельность нашей прокуратуры распространяется на 15 субъектов Российской Федерации, начиная с Тверской области и заканчивая областью Астраханской.

Марьяна Торочешникова: Это как раз те регионы, где расположен бассейн Волги.

Александр Татаринов: Да, бассейн Волги и ее основные притоки. В нашу компетенцию входит надзор за исполнением законов, направленных на защиту окружающей среды и экологических прав граждан, уголовное преследование по делам об экологических преступлениях, совершенных на предприятиях, учреждениях и организациях, осуществляющих свою хозяйственную деятельность и расположенных в бассейне реки Волга.

Марьяна Торочешникова: Что конкретно делают сотрудники Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры и подчиненных ей районных природоохранных прокуратур в регионах?

Александр Татаринов: Работа прокуратуры строится на плановой основе. Ежегодно планируются проверки в различных сферах природопользования и охраны окружающей среды. Это проверки исполнения законодательства о недрах, об охране воздуха, земельного законодательства, законодательства об охране объектов животного мира и утилизации отходов производства и потребления, законодательства при размещении и эксплуатации автозаправочных станций.

Именно наша волжская природоохранная прокуратура впервые в России стала заниматься проблемой исполнения законодательства при эксплуатации гидротехнических сооружений.

Марьяна Торочешникова: А что там за проблема может возникнуть?

Александр Татаринов: Вы, наверное, знаете, с какими неприятностями столкнулся в прошлом году Краснодарский край, когда из-за половодья был нанесен огромный ущерб хозяйствам региона, подверглись опасности жизни тысяч людей. Во многом это было связано с тем, что гидротехнические сооружения, которые функционируют на территории Краснодарского края, физически и морально устарели, скажем так. Многим из них исполняется на сегодняшний день уже более 50 лет, и они не ремонтируются. Органы власти, местного самоуправления, которые обязаны уделять внимание функционированию этих объектов, не выделяют денег на их реконструкцию, капитальный ремонт, в связи с чем возникает угроза, особенно в паводковый период, жизни тысяч и тысяч людей.

Марьяна Торочешникова: Ну а как прокуратура может повлиять на эту ситуацию?

Александр Татаринов: Прокуратура проводит проверки в порядке надзора. При этом мы руководствуемся законом о прокуратуре, который нам дает полномочия при проведении проверок в том случае, если мы выявляем нарушения, вносить акты прокурорского реагирования в адрес правонарушителей. В том случае, если у нас есть информация о готовящемся правонарушении, мы выносим предостережение и ставим в известность руководителя того или иного органа хозяйствующего субъекта, что если правонарушение будет иметь место, то последуют более жесткие санкции.

Так, мы вправе опротестовать незаконный правовой акт и потребовать либо внесения в него изменений, либо отмены этого акта. Мы праве внести также представление с целью устранения не только самого правонарушения, но и тех причин и условий, которые способствовали этому правонарушению.

Марьяна Торочешникова: Но здесь речь идет именно о нарушении природоохранного законодательства?

Александр Татаринов: Да, о том, что входит в нашу компетенцию, - защита экологических прав и свобод граждан прежде всего.

Марьяна Торочешникова: Вы говорите, что все проверки у вас плановые. А внезапных проверок вы не осуществляете по каким-то причинам?

Александр Татаринов: Во-первых, конечно же, проверки планируются как в рамках всего бассейна Волги Волжской межрегиональной природоохранной прокуратурой, так и самостоятельными прокуратурами. Кроме того, к нам поступают многочисленные жалобы, обращения граждан, организаций. И ту информацию, которая содержится в них, мы, естественно, проверяем. Выходим на место, подключаем соответствующие контролирующие органы и даем свою правовую оценку всем тем фактам, которые выявляются в ходе этих проверок.

Еще раз повторяю, если выявляются нарушения, то мы применяем все предусмотренные законом меры для их устранения.

Марьяна Торочешникова: Вплоть до возбуждения уголовного дела.

Александр Татаринов: Естественно.

Марьяна Торочешникова: Вы говорите, что граждане к вам обращаются с жалобами. А на что чаще всего они жалуются?

Александр Татаринов: Это и обращения, касающиеся незаконной вырубки леса. Эта проблема, вы знаете, наиболее актуальна. Лес ликвиден, лес требуется на Западе, он стоит очень больших денег, поэтому нечистые на руку дельцы прикладывают все усилия для того, чтобы этот лес рубить и продавать, в том числе экспортировать за рубеж.

Это и обращения, касающиеся размещения несанкционированных свалок как бытовых, так и промышленных отходов.

Это и размещение захоронений павших животных. Вы, наверное, слышали о таком страшном заболевании как сибирская язва. Так вот, те проверки, которые мы проводим на протяжении нескольких лет, свидетельствуют о том, что в Поволжье огромное количество скотомогильников так называемых, которые не приведены в соответствие с требованиями действующего ветеринарного законодательства. Они не оборудованы, в любой момент, особенно в период половодья, может возникнуть опасность эпидемии сибирской язвы, тифа и других страшнейших инфекционных заболеваний.

Марьяна Торочешникова: А каков механизм обращения граждан к вам? То есть человек знает, например, что рядом располагается скотомогильник, он приходит в прокуратуру и говорит: "Вот здесь мне что-то не нравится. Придите и разберитесь". Как вообще это происходит?

Александр Татаринов: Как правило, это должно быть письменное обращение гражданина или нескольких граждан, общественных организаций. Либо это может быть телефонограмма, телеграмма. Не обязательно приезжать к нам, можно обратиться по почте. И тогда все те факты, которые вы указываете в своих обращениях, они будут в обязательном порядке в сроки, которые установлены (это, как правило, месячный срок), проверены. Будет подготовлен ответ в ваш адрес. В том случае, если будут выявлены нарушения, меры будут приняты, я уверяю вас, незамедлительно.

Марьяна Торочешникова: Александр Евгеньевич, возьмем текущий год, 2003. За первое полугодие какие нарушения природоохранного законодательства вам удалось выявить и прекратить злоупотребления должностных лиц или отдельных граждан, частных предприятий, как в судах, так и посредством протестов?

Александр Татаринов: Список этих правонарушений огромен.

Марьяна Торочешникова: Ну, самые яркие дела.

Александр Татаринов: Самые яркие... Пожалуйста. В Волгоградской, Астраханской, в Самарской областях, где функционируют крупные нефтеперерабатывающие заводы ЮКОСа, "ЛУКойла", по нашим представлениям приостанавливалась деятельность объектов, которые занимаются транспортировкой нефтепродуктов без заключения экологической экспертизы. Такая работа проводилась, конечно.

Марьяна Торочешникова: Вам всегда удается ограничиваться исключительно вынесением протестов, представлений. Или все-таки чаще дела доходят до рассмотрения в суде?

Александр Татаринов: Такие факты нередки, когда не удовлетворяются наши требования и возникает необходимость обращения в суды. Например, в Астраханской области администрацией одного из органов местного самоуправления в Наримановском районе области без всякой документации, предварительных согласований места размещения объекта была построена многотопливна, многофункциональная автозаправочная станция.

По данному факту прокурор обратился в суд. Он требовал признать недействительным приказ Главного управления природных ресурсов Астраханской области, разрешившей строительство. Суд удовлетворил наши требования и признал этот приказ недействительным, как и заключение Государственной экологической экспертизы. Решение было принято в нашу пользу, и приняты соответствующие меры по демонтажу автозаправочной станции.

Марьяна Торочешникова: А почему так часто случается, что экологическая экспертиза дает свое согласие на строительство той же бензозаправочной станции или на строительство какого-то объекта, а потом прокуратура вынуждена опротестовывать это заключение экспертизы? Это что, эксперты так плохо работают или прокуратура так хорошо?

Александр Татаринов: Обстоятельства бывают разные, но здесь, к сожалению, можно констатировать факт во всех отношения отрицательный. Дело в том, что в связи с реорганизацией контролирующих органов, в частности территориальных органов Министерства природных ресурсов, функции государственного контроля (одна из функций - Государственная экологическая экспертиза) выполняются этими органами не в полной мере качественно. Как правило, специалисты этих органов не выходят на место, не проверяют объективное состояние дел при размещении тех или иных объектов. Текучка кадров опять же - все это приводит к тому, что проводится некачественная экологическая экспертиза. Имеют место и злоупотребления должностных лиц.

Марьяна Торочешникова: А часто ли возбуждаются уголовные дела в отношении сотрудников служб Государственной экологической экспертизы по факту преднамеренного вынесения нужного заказчику заключения?

Александр Татаринов: Сейчас мы в этом отношении работаем как раз. Такие дела возбуждаются, но это пока единичные факты. Очень сложна система доказательств по всем эти вопросам. К сожалению, законодательство наше во многом несовершенно, поэтому, наверное, сложности с доказательствами возникают. Это такой же трудный состав, как взятка, его очень сложно всегда доказывать.

Марьяна Торочешникова: Я предлагаю сейчас перейти к победам обычных граждан или, как мы их называем в нашей передаче, "маленьких людей".

В сюжете, подготовленном Михаилом Саленковым, как раз говорится о такой победе. А сама эта история, приключившаяся в городе Рыбинске, стала известна от нашего слушателя Константина Пискуна, пожелавшего принять участие в конкурсе нашей передачи.

Михаил Саленков: Дирекция одного из рынков Рыбинска Ярославской области весной 2002 года обратилась к местным властям с предложением построить стоянку для большегрузных автомашин. Местом для строительства стоянки был избран большой двор рядом с рынком. Мэр Рыбинска Борис Степанов инициативу поддержал и подписал постановление о начале работ.

Однако дирекция рынка совершила одну непростительную ошибку, которую довольно часто допускают заказчики и застройщики: никто не обратился за согласованием проекта автостоянки к жителям домов, окружающих двор. По закону же, прежде чем начать строительство, нужно получить согласие жильцов близлежащих домов.

Несмотря на то, что Государственная экологическая экспертиза, признала, что проект соответствует всем нормам, жильцы встали намертво против строительства.

Рассказывает один из жителей Константин Пискун.

Константин Пискун: Почему мы решили, что строительство автостоянки нецелесообразно? Во-первых, наши 9-этажные дома расположены квадратом, и дым от автомобилей, то есть выхлопные газы, а также шум и пыль не будут уходить за рамки вот этого нашего квадрата. И значит, нам придется дышать этой пылью и гарью, потому что, даже если здесь предусмотреть какие-то заградительные полосы, например, деревья посадить, ситуацию преломить не удастся.

Во-вторых, это действительно реальная опасность. Возможность строительства автостоянки означает, что на рынок будут приезжать большегрузные фуры и будут останавливаться во дворе наших домов. Мы не исключаем возможности проведения теракта.

Михаил Саленков: Жители попытались решить вопрос через органы местного самоуправления. Но отношение властей к проблеме стало для них большой неожиданностью.

Константин Пискун: Шесть раз мы пытались записаться на встречу с мэром - шесть раз нам отказывали. И приблизительно была такая тональность: "это не ваше дело, мы решили ее здесь построить, и мы ее построим; и будет именно так, как мы решили, ваше мнение никакого значения не имеет".

Михаил Саленков: Так как попытки общения с властью не принесли результатов, созданная из числа жильцов инициативная группа обратилась к независимым экспертам. Продолжает Константин Пискун.

Константин Пискун: Была проведена независимая экологическая экспертиза, которая установила, что концентрация шумов и пыли во дворе наших домов превышает предельно допустимые нормы - по шумам она серьезно превышает, а по пыли чуть-чуть, - и строительство стоянки по экологическим стандартам невозможно.

Михаил Саленков: С новым заключением экспертов граждане надеялись найти поддержку в Рыбинской городской и Ярославской природоохранной прокуратурах. Рыбинская прокуратура вынесла протест на постановление мэра о строительстве. А природоохранная направила исковое заявление в суд с требованием признать недействительными результаты проведенной экологической экспертизы и запретить строительство автостоянки для большегрузов.

Однако районный суд в удовлетворении иска отказал, с чем не согласилась коллегия Ярославского областного суда, вынесшая решение в пользу жителей домов.

Константин Пискун: После этого мы, взяв решение суда, обратились вновь в администрацию Рыбинского муниципального округа, где и попросили на основании данного судебного решения расторгнуть договор аренды с рынком на строительство автостоянки.

Михаил Саленков: В итоге мэр Рыбинска отменил свое постановление о выделении земли под строительство, а договор с рынком был расторгнут. Сейчас во двор свозится различный мусор. Жильцы считают это местью дирекции рынка и местных властей. Теперь инициативная группа начала кампанию за выражение вотума недоверия главе города.

Марьяна Торочешникова: Ну да, видимо, граждане, единожды добившиеся правды в суде, поверили в свои силы. И я не удивлюсь, если вскоре из Рыбинска придет сообщение об отставке мэра.

Александр Евгеньевич, мне очень хочется услышать как вы прокомментируете эту историю. Но прежде уточните, пожалуйста, действительно ли любое строительство требует согласия на то граждан из близлежащих домов?

Александр Татаринов: Одним из основных принципов любой хозяйственной деятельности является принцип презумпции экологической опасности любой такой вот деятельности. Согласие жителей необходимо - это требование закона.

Кроме того, все решения о строительстве тех или иных объектов должны быть опубликованы в средствах массовой информации, чтобы жители близлежащих домов были поставлены в известность о том, что такое строительство будет осуществляться рядом с их жилыми постройками.

Марьяна Торочешникова: Правильно ли я поняла, что если, например, под моим окном строиться пусть, конечно, не автостоянка, а просто магазин или новый дом, а я считаю, что это как-то нарушает мои экологические права, то имею полное право обратиться к застройщику с требованием прекратить строительство? Или это не так?

Александр Татаринов: Во-первых, вы имеете право обратиться коллективно в природоохранную прокуратуру, если такая функционирует в регионе, где вы проживаете. Будет проведена проверка, затребованы, запрошены все материалы у хозяйствующего субъекта, соответствующих контролирующих органов. Будут выяснены все обстоятельства: каким образом ставилась в известность общественность, местные жители, проводились ли сходы, опубликована ли информация в СМИ, соблюдены ли все санитарно-эпидемиологические, экологические требования, проводилась ли экологическая экспертиза, получены ли соответствующие разрешения у компетентных органов. Вся эта информация будет аккумулирована, изучена, и будет принято решение.

Марьяна Торочешникова: А если все было предусмотрено, а согласия граждан так и не добились, то что, стройки не будет?

Александр Татаринов: Это нарушение одного из основных принципов строительства, хозяйственной деятельности. И конечно, можно ставить вопрос о том, что не были соблюдены все требования закона при осуществлении мероприятий при строительстве объекта. Конечно, в судебном порядке можно поставить этот вопрос.

Марьяна Торочешникова: То есть тут может помочь либо природоохранная прокуратура, либо просто прокуратура, если нет природоохранной. Либо граждане сами могут обратиться с коллективным иском.

Александр Татаринов: Конечно. Да.

Марьяна Торочешникова: Будем иметь в виду.

А теперь, Александр Евгеньевич, можете прокомментировать историю, которую мы услышали? Насколько вообще типична такая ситуация?

Александр Татаринов: К сожалению, это типичная ситуация. Аналогичный спор у нас сейчас есть в Твери, в суде общей юрисдикции. Там ситуация еще более вопиющая, когда стоянка примыкает непосредственно к территории детского садика и разъединена с ним всего лишь забором.

Марьяна Торочешникова: Вот эти все экологические дела, насколько они перспективны в суде?

Александр Татаринов: В том случае, если имеет место нарушение закона, конечно, они перспективны.

Марьяна Торочешникова: А часто ли судьи отказывали в исках природоохранным прокуратурам?

Александр Татаринов: Как правило, они удовлетворяют наши исковые требования, так как мы стараемся выверять с точки зрения закона каждое наше требование достаточно скрупулезно, и обосновываем их очень четко.

Марьяна Торочешникова: Александр Евгеньевич, исходя из сюжета, который мы только что слушали, государственные органы, на которые возложены контрольные функции, сами нередко являются нарушителями действующего природоохранного законодательства. Это часто происходит в отдаленных регионах, где действуют межрайонные природоохранные прокуратуры, где контакт между городскими властями и сотрудниками прокуратур более тесный, - например, в том же Рыбинске.

Насколько тяжело бывает действительно увидеть эти нарушения? Потому что, если захочет какой-нибудь мэр построить себе коттедж на территории лесов первой категории, не всякий же прокурор пойдет и начнет протестовать, бить в колокола. С этой точки зрения насколько сложно работать?

Александр Татаринов: Вы очень важный вопрос затронули. Межрегиональная прокуратура в том виде, в котором она сейчас существует, Волжская, - такой вообще в Российской Федерации никогда не было и нет, она единственная, она первая. И специфика построения прокуратуры заключается как раз в том, что ее аппарат располагается в городе Твери, а межрайонные прокуратуры находятся в регионах, в субъектах Федерации - Саратовской, Ивановской, Рязанской области и так далее. Управление деятельностью прокуратуры осуществляется как раз из Твери.

Такое построение системы прокуратуры позволяет уйти от местнических тенденций в деятельности органов власти, местного самоуправления, уйти от попыток оказать давление на работников прокуратуры. Это эффективно, и весь опыт нашей работы показывает, что прокуроры работают и на них оказать давление очень уж сложно. Единственные, кому они подчиняются, - волжский межрегиональный природоохранный прокурор и генеральный прокурор Российской Федерации.

Марьяна Торочешникова: И, в конце концов, если природоохранный прокурор на месте видит какое-то нарушение закона...

Александр Татаринов: Он ставит в известность Волжскую прокуратуру, которая осуществляет зональный контроль над прокуратурой межрайонной. Мы имеем возможность поставить вопрос не только на региональном уровне, но и выше, чем мы и пользуемся.

Мы аккумулируем информацию, которая к нам поступает. О наиболее ярких фактах ставим в известность федеральные органы власти: Министерство природных ресурсов, другие министерства и ведомства, Генеральную прокуратуру Российской Федерации. Поэтому мы имеем возможность эффективно управлять той системой, в которой мы работаем.

Марьяна Торочешникова: И ваши нижестоящие прокуроры получают дополнительную гарантию независимости.

Александр Татаринов: Конечно, на местах они не зависят у нас ни от кого.

Марьяна Торочешникова: Сегодня радикально настроенные борцы за чистоту окружающей среды сетуют все время на то, что в России, зарабатывающей хранением радиоактивного хлама, востребованность экологического права близка к нулю. Во всяком случае, выпускники юридических вузов не стремятся посвящать себя природоохранной деятельности.

Как вы думаете, Александр Евгеньевич, почему вот это происходит?

Александр Татаринов: Не знаю, мне достаточно сложно ответить на этот вопрос за всех юристов. Я знаю, что устроится на работу в природоохранную прокуратуру непросто: желающих достаточно много, серьезен конкурс, отбор на должности работников прокуратуры.

Марьяна Торочешникова: То есть у вас нет недобора.

Александр Татаринов: Недобора у нас нет.

А хозяйствующие субъекты в настоящее время уделяют повышенное внимание экономическому развитию, вкладывают деньги в приобретение и ремонт оборудования, в социальную сферу - и охрана окружающей среды уходит на второй план. Это, конечно, печально.

Мы надеемся, что ситуация изменится, в том числе и с помощью нашей Волжской межрегиональной природоохранной прокуратуры, и, в том числе, юристы будут больше внимания уделять экологическим аспектам хозяйственной деятельности, соблюдению природоохранного законодательства.

Марьяна Торочешникова: А вообще- то благодарна работа природоохранного прокурора?

Александр Татаринов: Я думаю, что да, благодарна. Особенно для тех людей, которые искренне любят природу, которые изначально всегда жили в тесном взаимодействии с природой.

Вот я, например, рыбак заядлый, поэтому не могу спокойно смотреть на загрязнение водоемов, например, или на того же самого браконьера, который ставит сеть на 50-60 метров и вылавливает последнюю рыбку в этой реке. Это ненормально.

Душа болит, конечно же, за состояние окружающей среды, я уверен, у подавляющего большинства наших работников. Потому что просто так работать в природоохранную прокуратуру никто не приходит. Это призвание.

XS
SM
MD
LG