Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Мировые судьи, мировая юстиция

  • Леонид Никитинский

Леонид Никитинский: Сегодня у нас в студии гости: Сергей Александрович Насонов - специалист в области мировой юстиции, член независимого экспертно-правового совета, как раз в этой области, доцент московской юридической академии, кандидат юридических наук и давняя участница нашей передачи, адвокат Лариса Абрамовна Мове. Сегодня мы предполагаем обсудить отдельную, достаточно новую для нас тему - тему мировых судей, мировой юстиции. Поэтому, я предлагаю поменять обычный порядок передач и начать не с судебных новостей, как мы делаем это обычно, а с конкретной истории, которая связана с мировым судом. Этот сюжет для нас подготовили корреспондент агентства судебной информации в Великом Новгороде Алексей Коретков и наш специальный корреспондент Марьяна Торочешникова.

Марьяна Торочешникова: 7 мая 2001 года в одном из дворов райцентра Новгородской области - Крестцы поссорились трое ребятишек. Рассказывает мать одного из них, Ирина Валгонен.

Ирина Валгонен: На качелях качалась девочка - Веткина Оля. А ещё на площадке была другая девочка - Света. Она попросила моего сына Максима и его друга Олега, чтобы они выгнали Ольгу с качелей, так как она не качалась, а просто на них сидела, а другим детям качаться не давала. Максим просто попросил её: "Оль, дай покачаться" и дёрнул пару раз за верёвку качелей, а Олег шелупнул её по ногам. Ольга встала и ушла домой. Через некоторое время пришла мать Ольги и, ничего не говоря, стала избивать. Сначала она ударила Павлова Олега несколько раз, потом стала бить моего сына. Избила она его жестоко. Я, значит, набрала телефон Веткиной и спросила, за что она так избила моего сына. На что она мне грубо ответила, что я не умею воспитывать ребёнка.

Марьяна Торочешникова: Конфликт, увы, совсем не исключительный. В этом случае, однако, стороны явно находились в "разных весовых категориях". Если Ирина Валгонен рядовая продавщица, то Людмила Веткина - один из самых уважаемых в районе людей - редактор районной газеты "Крестцы" и "Заслуженный работник культуры РФ". Тем не менее, Валгонен просила привлечь к уголовной ответственности обидчицу своего сына. В отношении редактора районной газеты было возбуждено уголовное дело. Следствие, к удивлению всех жителей райцентра, наслышанных об инциденте, пришло к выводу, что в действиях Веткиной наличествует состав преступления, предусмотренного ст. 116 УК РФ (нанесение побоев), и дело направили мировому судье Андрею Петрову. Говорит Ирина Валгонен.

Ирина Валгонен: Ей, значит, дали пять месяцев исправительных работ, высчитав в пользу государства 20%, морального ущерба заплатить 10 тысяч мне и судебные издержки мои, так как я нанимала адвоката. Я просто знала, что я - "человек маленький", и здесь я просто пошла на конфликты. Она, конечно, имеет положение в "Крестцах", и всё.

Марьяна Торочешникова: Веткина подала в районный суд апелляционную жалобу, в которой называла приговор "чрезмерно суровым", указывая, что при его вынесении, суд не учел личность, занимаемую должность, награды. Сумма компенсации в размере 10 тысяч рублей была определена ею как "астрономическая сумма". В своем заявлении Ирина Валгонен просила суд о компенсации "на реабилитацию сына", так как после инцидента вынуждены были обратиться к невропатологу, и мать планировала отправить мальчика на санаторное лечение. Апелляционная инстанция оставила приговор мирового судьи в силе. Тогда осужденная подала кассационную жалобу (аналогичного содержания) в областной суд.

Судебная коллегия согласилась с тем, что вина Веткиной установлена, ее действия правильно квалифицированы по ст. 116 УК РФ. Однако от наказания редактор газеты была освобождена благодаря амнистии. При этом кассационная инстанция снизила и сумму компенсации морального вреда, признав, что для проведения реабилитации достаточно и 500 рублей - именно эта сумма названа отвечающей требованиям разумности и справедливости.

В то же время Людмила Веткина сама обратилась в суд с заявлением, где просила взыскать компенсацию морального вреда в пользу дочери Ольги, "пострадавшей в результате побоев", с матери Максима Валгонена. Размер компенсации был определен 20 тысячами рублей. Слово Ирине Валгонен.

Ирина Валгонен: Справедливости в наше время добиться очень тяжело. Поэтому я даже не удивлюсь, если мне предъявят иск и заставят заплатить.

Марьяна Торочешникова: Это была мать пострадавшего от побоев Максима Валгонена.

Леонид Никитинский: История достаточно банальная, и она вряд ли заслуживала бы нашего интереса, если бы не одно обстоятельство. Дело решил мировой судья.

Сергей Александрович, вы специалист в этой области. Расскажите нам, что это вообще такое, откуда они взялись, где они сидят, сколько их, что это - в порядке эксперимента или это повсеместно?

Сергей Насонов: На сегодняшний день мировая юстиции - это уже не эксперимент. Потому что федеральным законом 17 декабря 1998 года предписано введение мировых судей во всех субъектах РФ. И на настоящий момент мировые судьи функционируют практически в 50% всех субъектов в России. Вот, например, в Московской области институт мировой юстиции уже есть. В Москве, где специальным законом Москвы количество мировых судей определено в 384 судьи, пока этот институт еще не создан. Но насколько известно, уже все организационные меры в этом плане предприняты, в ближайшее время они появятся.

Леонид Никитинский: А чем мировой судья отличаются от просто судьи?

Сергей Насонов: В настоящее время мировой судья по своему статусу фактически ничем от обычного судьи того же районного суда не отличается, к нему предъявляются те же требования. Единственное отличие его состоит в компетенции. Они рассматривают, как правило, менее значительные дела. Например, уголовные дела с наказанием не свыше двух лет лишения свободы, гражданские дела с суммой иска не свыше 50 минимальных размеров оплаты труда. Их больше, и они в этом плане, конечно, скажем так, более приближены к населению. Но вот по своим профессиональным качествам требования к мировым судьям остаются такими же, как к обычному судье. Профессиональные юристы, имеющие не менее 5 лет стажа, возраст не менее 25 лет.

Леонид Никитинский: Назначаются они?

Сергей Насонов: Порядок назначения несколько иной, потому что здесь в назначении мировых судей участвуют законодательные органы субъектов. Я бы хотел обратить внимание на то, что Закон о мировых судьях предусматривает два способа назначения судьи на должность: это выборы населением участка и назначение. Пока нет ни одного примера, я не могу привести ни одного примера применительно к России, хотя бы по одному субъекту РФ, где бы субъект РФ, Законодательное собрание субъекта приняло закон о мировых судьях, в котором был бы предусмотрен порядок выборов.

Леонид Никитинский: Понятно, то есть если я вас правильно понимаю, это фактическое расширение числа судей?

Сергей Насонов: Да, это так.

Леонид Никитинский: И, увы, принципиально нового в этом институте ничего как бы и нет?

Сергей Насонов: Принципиально нового в статусе этих судей нет. Но в самом институте, конечно, есть некоторые элементы, которые отличают производство мирового судьи от производства обычного судьи. Эти элементы состоят все-таки в некотором расширении вот этих примирительных начал. В частности, мировому судье предписывается, потому что сейчас к компетенции мировых судей отнесены все дела частного обвинения, принять некие меры к тому, чтобы примерить частного обвинителя с обвиняемым. И в этом плане сам закон обязывает мирового судью принять меры к примирению этих лиц. Даже сама процедура несколько упрощена по сравнению с рассмотрением дел в общем порядке. И второе отличие, не менее важное, состоит в том, что в отличие от рассмотрения дел в обычном порядке, граждане, дела которых рассматриваются у мирового судьи, должны знать, что они имеют право подать апелляционную жалобу. Апелляция - в отличие от кассации - это фактически новое рассмотрение дела. В апелляционном порядке дело пересматривается судьей районного суда.

Леонид Никитинский: Лариса Абрамовна, вам пока не приходилось сталкиваться с мировыми судьями?

Лариса Мове: Пока нет, но это, видимо, связанно именно с тем, что институт только пока еще находится в стадии становления, особенно на территории Москвы. Ну что ж, будем надеяться, знаете, как говорят, решить вопрос по закону и по совести. У меня все-таки есть надежда, что в той ситуации, в которой мы живем, может быть, все-таки вопрос применения закона по совести начнет работать, и это облегчит нам жизнь.

Леонид Никитинский: Короткую историческую справку о мировой юстиции в дореволюционной России подготовила наш корреспондент Марьяна Торочешникова.

Марьяна Торочешникова: Судебные Уставы 1864 года ознаменовали начало новой эпохи в истории русского права. Выполняя желание Александра II дать русскому народу "суд скорый, правый и милостивый", они провозгласили самостоятельность судебной власти, широкое участие народный масс в отправлении правосудия, всесословность, гласность, состязательность. Составная часть этого крупнейшего законодательного акта - Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями.

Русскому праву уже была известна подобная форма юстиции. Еще в XVI веке московское правительство, испуганное усилившимися разбоями, решило предоставить право вершить суд исключительно обществу в лице выборных губных старост и целовальников.

Впоследствии и в сословных судах судопроизводство зачастую обходилось без коронных судей, довольствуясь наличием судей, избранных обществом.

К середине XIX в. назрела необходимость коренных изменений в области судопроизводства. Понимая необходимость перемен, в 1827 году граф Кочубей (в то время председатель Государственного Совета) высказал мысль об учреждении в уездах "мирных судов".

В лице мировых судей законодатель стремился создать суд, рассматривающий маловажные дела и отвечающий таким требованиям, как доступность, разветвленность, быстрота, единоличие рассмотрения дел. Высшей целью этих судов признавалось примирение сторон.

Должность мирового судьи считалась общественной службой, была выборной и состояла в высоком пятом классе. Наряду с общими условиями для вступления в судебную службу (российское подданство, 25-летний возраст, мужской пол, нравственная безупречность) к претендентам на пост мирового судьи предъявлялись и другие требования. Мировым судьей мог быть только местный житель. Закон поставил это условие, чтобы создать авторитетную местную власть, хорошо знакомую с местными нравами, обычаями и людьми.

Закон проявлял лояльность к образованию кандидатов, довольствуясь окончанием курса в средних учебных заведениях. Но и это требование не являлось необходимым в случае, если кандидат на пост мирового судьи не менее трех лет занимал должность, при исполнении которой мог приобрести практические сведения в производстве судебных дел.

Срок службы избранного мирового судьи составлял три года.

Высшим судебным начальством для мировых установлений признавался Сенат, являвшийся органом кассационного производства по делам мирового разбора, а в некоторых случаях и апелляционной инстанцией для рассмотрения уголовных дел о мировых судьях. В российской судебной системе Сенат был единой для мировых и общих судов кассационной инстанцией.

К компетенции мировых судей было отнесено рассмотрение маловажных гражданских дел. В области уголовного судопроизводства ведомству местных судов подлежали проступки, за которые предусматривались выговоры, замечания и внушения; денежные взыскания не свыше 300 рублей; арест не свыше трех месяцев и заключение в тюрьму на срок не более полутора лет.

Производство дел у мирового судьи состояло в устном и непосредственном разборе, который должен был оканчиваться, по возможности, в одно заседание.

Институт мировой юстиции, круто изменивший прежний, инквизиционный характер судопроизводства, наряду с несомненными положительными качествами, принесшими пользу российскому правосудию, имел и ряд слабых сторон. Трехлетний срок службы мирового судьи подрывал внутреннюю самостоятельность судьи. Задуманный как "суд скорый", мировой суд, соединяясь в одной кассационной инстанции с общими судами, превращался в медлительное судебное производство, не отвечавшее целям его создания. Но самым главным недостатком принято считать то, что составителями уставов не было завершено объединение местной юстиции, в результате чего волостной (крестьянский) суд остался вне судебной системы.

В результате, учрежденный Судебными Уставами институт мировых судей просуществовал вплоть до 12 июля 1889 года, когда во всех местностях, за исключением столиц и еще некоторых крупных городов, местная юстиция была упразднена.

Леонид Никитинский: Ну, пожалуй, тот институт мировых судей был все-таки поинтересней, чем современный. Потому что, как мы пришли к выводу, современный мировой судья, в общем, мало отличается от обычного государственного федерального судьи.

Сергей Александрович, теперь вопрос об обжаловании решения мировых судей. Вот в этой конкретной истории, с которой нас познакомили в начале нашей передачи корреспонденты, жалоба подавалась дважды. Сначала в районный, потом в областной суд. Причем, если районный, в порядке апелляции, все это еще раз рассмотрел и подтвердил, что да, действительно, 10 тысяч - компенсация морального вреда, и все правильно. То второй - областной суд, уже в кассационной инстанции, значительно изменил приговор, в частности, снизив размер возмещения морального вреда в 20 раз. Вам не чудится здесь какая-то бессмыслица, может быть?

Сергей Насонов: Я считаю, что вот в этом примере, в этой истории проявилась, присущая нашей правовой системе в целом черта - это избыточность разного рода инстанций надзорных, инстанций вторых, тех инстанций, которые признаны проверять законность решений, постановленных судом первой инстанции. Вот разберем эту ситуацию. Фактически здесь действовали два суда второй инстанции. Один раз действовал апелляционный суд, как суд второй инстанции, второй раз действовал кассационный суд, тоже как суд второй инстанции. Одно и то же дело, таким образом, дважды рассматривалось в суде второй инстанции. Мне представляется, что такая конструкция, которая содержится в действующем законодательстве, она не совсем отвечает целям быстрого судебного разбирательства.

Леонид Никитинский: Лариса Абрамовна, у вас комментарии какие-то есть?

Лариса Мове: С точки зрения конституционных прав и гарантий, мне кажется, что может быть и целесообразно, потому что, к сожалению, у нас нередки случаи, когда первая инстанция вообще (по тем или иным причинам, сейчас не будем акцентировать на них внимание) не вникает в суть проблемы. Некогда, настроение не такое, ну не знаю, что могло произойти. Что касается изменения приговоров кассации, то мне представляется, что здесь корни проблемы немножко в другой области.

Кассационная инстанция в данном конкретном случае изменила только сумму. Не применить акт амнистии она не имела права, правильно? А что касается сумм взыскания, то это вопрос общий. Беда всех судов при определении вопросов размеров морального ущерба. Потому что у меня впечатление, что если бы суды более полно использовали возможности материального возмещения ущербов, то, может быть, и нарушений было бы поменьше, во всех областях.

Леонид Никитинский: Мы вернемся, наконец, к нашей традиционной рубрике судебных новостей, которые поступают из провинциальных судов. С новостями нас познакомит наш корреспондент Марьяна Торочешникова.

Марьяна Торочешникова: Белгород. 5 сентября 2000 года чистильщик-точильщик чесальных аппаратов Волоконовского промкомбината Виктор Скурятин во время работы получил тяжелую травму левой руки, после чего в больнице руку пришлось ампутировать. В результате мужчина стал инвалидом 2 группы, с потерей трудоспособности на 80%. Виновным в несчастном случае был признан промкомбинат.

Однако комбинат отказался выплатить пострадавшему компенсацию. Тогда Скурятин обратился в суд, требуя возместить ему моральный вред, который он оценил в 500 тысяч рублей.

Федеральный суд Волоконовского района удовлетворил иск, снизив при этом размер компенсации до 50 тыс. руб.

Скурятин обжаловал это решение, требуя все-таки взыскать с комбината 500 тысяч рублей, ссылаясь на необходимость протезирования. Однако судебная коллегия по гражданским делам Федерального суда Белгородской области оставила решение райсуда без изменений. Отметив при этом, что компенсация расходов по протезированию может быть рассмотрена в случае подачи отдельного иска.

Ростов-на-Дону. 23 октября 1996 года Арбитражный суд Ростовской области вынес определение о наложении ареста на имущество индивидуального частного предприятия "Антей", которому был предъявлен иск о взыскании 41 миллиона рублей. Выданный на основании данного определения суда исполнительный лист был предъявлен для реализации судебному исполнителю Новошахтинского городского суда. Однако исполнительные действия по наложению ареста на имущество были произведены с массой грубейших нарушений, что позволило ИЧП "Антей" продать арестованное здание. Поэтому, когда спустя несколько месяцев суд вынес решение взыскать с "Антея" в пользу индивидуального предпринимателя Анатолия Двуреченского 61 миллион 697 тысяч рублей, оказалось, что выполнить это решение невозможно: на ту пору у "Антея" уже отсутствовало какое-либо имущество.

Двуречинский справедливо посчитал, что он понёс убытки только потому, что были нарушены его законные права, и обратился в суд. В конце 2001 года Арбитражный суд Ростовской области признал доводы истца обоснованными. И поскольку вред предпринимателю был причинён в результате бездействия должностного лица, органа, входящего в структуру Министерства юстиции РФ, то именно Минюсту за счет казны РФ и придётся, согласно решению суда, выплатить предпринимателю эту сумму с учетом деноминации рубля в 1998 году.

Калининград. С октября 2000 по апрель 2001 года температура в квартире пенсионера Виталия Свиридова не поднималась выше 14 - 15 градусов по Цельсию. Он не раз обращался с жалобами в Жилищно-эксплуатационное управление, но его сотрудники ничего для улучшения "климата" не делали, ограничившись уменьшением платы за отопление. Тогда Свиридов обратился в суд.

Изучив обстоятельства дела, суд пришел к выводу, что причиной холода в квартире стало ненадлежащее выполнение ЖЭУ взятых на себя обязательств: в соответствии с Законом "О правах потребителей" оно должно было обеспечить жильца услугой надлежащего качества. При вынесении вердикта суд отметил, что холод в квартире причинил неудобства, физические и нравственные страдания истцу и его семье, и посчитал обоснованным требование о компенсации морального вреда. Вред этот, с учетом разумности и справедливости, судом был оценен в 350 рублей.

Истца эта сумма не устроила, и он обжаловал это решение в областной суд, который увеличил размер компенсации до 700 рублей.

Леонид Никитинский: Наши гости имеют возможность коротко прокомментировать услышанные новости.

Лариса Мове: Последнее сообщение и есть иллюстрация (как, впрочем, и история с пострадавшим на производстве человеком) того, о чем я уже говорила. Что, к сожалению, суды не используют в полной мере возможности, предоставленные действующим законодательствам.

Леонид Никитинский: Сергей Александрович, пожалуйста, ваш комментарий.

Сергей Насонов: Я тоже хотел бы сказать, что, к сожалению, суды, определяя размеры компенсации морального ущерба, руководствуются чаще всего не критериями справедливости, а каким-то образом стараются связать его с тем же самым материальным ущербом. В этой ситуации, мне кажется, не достигается цель правосудия, не достигается восстановление нарушенного права.

Леонид Никитинский: Почему-то оба наших гостя прошли мимо, на мой взгляд, наиболее интересного второго случая.

Лариса Мове: Дело в том, что вопросы возмещения, за счет Министерства юстиции и реального взыскания, на сегодняшний день достаточно распространены. Эта практика известна судам и, кстати говоря, надо отдать должное, Министерство юстиции отвечает по долгам.

Леонид Никитинский: Я бы советовал это запомнить нашим слушателям, на всякий случай, потому что может пригодиться в жизни. Для одержания больших побед маленьких людей в судах.

XS
SM
MD
LG