Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Дела судейские


Пожалуй, ни одна из ветвей власти не способна оказать такое сильное влияние на формирование правового государства и гражданского общества как власть судебная. К сожалению, сейчас еще рано говорить о том, что судебная власть в России совершенно преобразилась. Конечно, серьезные изменения не обошли ее стороной, но они коснулись в основном статуса судей и самого судебного процесса, о чем мы не раз говорили в наших передачах. Кадровый же состав судейского корпуса практически не изменился.

Дела судейские - не судебные, а именно судейские, касающиеся проблем российского судебного корпуса, обсуждают сегодня в студии участники "круглого стола" Валентин Васильевич Кузнецов - председатель Высшей квалификационной коллегии судей РФ, (своего рода главное кадровое агентство российской судебной системы), Лариса Абрамовна Мове - адвокат московской городской коллегии адвокатов и ведущий "круглого стола", журналист, кандидат юридических наук Леонид Никитинский.

Прежде чем эксперты перейдут к обсуждению, послушаем новости из региональных судов. С ними нас познакомит Михаил Саленков.

Михаил Саленков: Белгород. Коллегия по гражданским делам областного суда оставила в силе решение Свердловского районного суда города о возмещении предпринимателем Владимиром Безымянным морального вреда судье Тамаре Борка.

В 1998 году Владимиру Безымянному судьей Октябрьского районного суда Тамарой Борка было отказано в иске. Безымянный, недовольный решением, написал несколько жалоб, где указал, что "судьей вынесено заведомо неправосудное решение по делу" и просил привлечь судью к уголовной ответственности.

Однако прокуратура Белгорода не нашла оснований разбираться с судьей и возбудила уголовное дело против самого Безымянного (по статье 298 УК, клевета в отношении судьи). В 2001 году дело против Безымянного прекратили по амнистии. Тогда судья Тамара Борка сама обратилась в суд с иском о защите чести, достоинства и деловой репутации и потребовала компенсировать ей моральный вред в размере 75 тысяч рублей.

Свердловский районный суд Белгорода удовлетворил иск судьи. Заявления Безымянного были признаны бездоказательными и голословными. Суд обязал его опровергнуть их путем новых заявлений, направленных в те же инстанции и компенсировать 75 тысяч рублей морального вреда. 10 сентября 2002 года Коллегия по гражданским делам областного суда оставила решение в силе, снизив размер компенсации до 20 тысяч рублей.

Новосибирская область. Правоохранительные органы города Татарска возбудили уголовное дело о нападении на районного судью Наталью Большакову и ее родственников.

Наталья Большакова ехала на автомобиле вместе с мужем и свекром. Неожиданно дорогу судье перегородили четверо мужчин, в состоянии сильного алкогольного опьянения. Женщина вышла из машины и попросила освободить проезжую часть. В ответ один из них сильно ударил судью по лицу. Муж и свекор бросились заступаться за Большакову. Завязалась драка.

Проезжавший мимо милицейский патруль задержал хулиганов. Задержанные были настолько пьяны, что наутро не могли вспомнить об инциденте.

Позже судья Большакова узнала в одном из задержанных человека, которого приговорила к условному сроку лишения свободы за незаконное хранение наркотиков.

Новгород. Областная квалификационная коллегия судей признала действия судьи городского суда, запретившего журналисту присутствовать на открытом процессе, противоречащими конституции России и Уголовно-процессуальному кодексу.

Судья Новгородского городского суда Андрей Янушко рассматривал уголовное дело о дорожно-транспортном происшествии, виновным в котором был признан сотрудник милиции. Материалы дела не содержали государственной или иной охраняемой законом тайны, следовательно, процесс не мог быть объявлен закрытым.

Тем не менее судья потребовал, чтобы журналист областной газеты "Новгородские ведомости" Алексей Коряков покинул зал судебного заседания. Мотивировки своего требования судья не предоставил.

Редакция газеты обратилась в Областную квалификационную коллегию судей с просьбой дать оценку действиям судьи. И получила ответ: "В соответствии с действующим законодательством разбирательство во всех судах открытое, чем и следовало неукоснительно руководствоваться судье Янушко.

Леонид Никитинский: Я со своей стороны отмечу, что в нашу традиционную рубрику "большие победы маленьких людей", скорее всего, попадает казус с журналистом, который добился привлечения судьи к ответственности за то, что судья просто воспрепятствовал его нормальной работе. Я мысленно аплодирую этому журналисту, потому что мне и самому приходилось попадать в такую ситуацию, и многие из моих коллег тоже жаловались, но никто из них не довел дела до конца через квалификационную коллегию. Оказывается, такие случаи есть.

Кроме того, меня заинтересовал первый пример, когда судья взыскала моральный вред с бывшего истца, если я не путаю, причем в размере 75 тысяч рублей по первой инстанции, в районном суде. Сумма умопомрачительная для провинции.

Валентин Васильевич, с этической точки зрения нормально, что судья обращается к своим коллегам и взыскивает такие чудовищные суммы? Или лучше было бы судье стерпеть, это больше соответствовало бы ее статусу?

Валентин Кузнецов: Во-первых, судьи - народ терпеливый. Они много терпят. В том числе от тех, кто порочит честь и достоинство судьи, выступая в прессе.

Леонид Никитинский: Но судья - публичная фигура, приходится терпеть. Это нормально?

Валентин Кузнецов: Я думаю, что терпеть нельзя никому, если речь идет о неправде. Судья, как и любой человек, имеет право на защиту, в том числе и на судебную. Я, не касаясь примера, который здесь был озвучен, потому что я не знаю материалов дела, кто из них прав и насколько, и 75 тысяч много или мало - мы сейчас тоже не будем судить, потому что в провинции бывают люди, которые получают в день, извиняюсь, намного больше, чем 75 тысяч. Но, во всяком случае, в судебном порядке этот вопрос был разрешен, и насколько я понял, решение оставлено в силе, только уменьшена сумма, подлежащая взысканию с виновного лица. Поэтому я здесь никаких особых проблем не вижу.

Леонид Никитинский: Лариса Абрамовна, а вы видите какую-нибудь проблему?

Лариса Мове: Проблема может быть только этического порядка. Безусловно, судья имеет право на защиту своего интереса как человек, и как всякий человек может оказаться обиженным, оклеветанным, оговоренным и т.д. Он не обязан это терпеть. Другой вопрос, что, может быть, было бы целесообразно рассмотреть вопрос о порядке, каким это должно было обжаловаться, я имею в виду вопрос территориальности. То есть человек работает на этой территории, и на этой же территории происходит взыскание. Учитывая же, что по общей практике, подобные суммы, именно как моральный ущерб, у нас не взыскиваются, обычно речь идет о трех, пяти, ну десяти тысячах, то здесь есть этический момент, который у меня вызывает сомнение. Все остальное - вопрос судебной защиты - сомнения не вызывает.

Леонид Никитинский: Судья тоже человек, у него тоже есть гордость и достоинство, и в принципе судья, конечно, вправе защищать свое достоинство, в том числе судебными методами, и мой вопрос был скорее провокационным, я тоже согласен с этой точкой зрения.

Марьяна Торочешникова: Прежде чем продолжить обсуждение, давайте послушаем короткую справку, которая поможет составить представление о роли Высшей квалификационной коллегии в судебной системе России. С ней нас познакомит Михаил Саленков.

Михаил Саленков: Высшую квалификационную коллегию судей можно назвать главным кадровым агентством российской судебной системы. Коллегия действует на основании федерального закона "Об органах судейского сообщества в РФ" и Положения о ВКК.

В компетенцию Высшей квалификационной коллегии входит принятие решений о приостановлении, возобновлении или прекращении полномочий председателей федеральных судов.

Коллегия рассматривает заявления кандидатов на должности председателей и заместителей председателей Верховного и Высшего арбитражного судов и федеральных судов, за исключением районных.

Коллегия осуществляет их квалификационную аттестацию и налагает дисциплинарные взыскания на провинившихся судей. Решение принимается большинством голосов, оно может быть обжаловано в течение десяти дней в Верховном суде.

В состав Высшей квалификационной коллегии входят 29 человек, которые избираются Всероссийским съездом судей путем тайного голосования. Среди членов коллегии не только судьи, но и представители общественности и президента страны. Представители общественности в Высшей квалификационной коллегии должны иметь высшее юридическое образование.

Состав Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации сохраняет свои полномочия в течение пяти лет, вплоть до очередного Всероссийского съезда судей, где избираются новые члены коллегии.

Марьяна Торочешникова: Кстати, еще в 1999 году правозащитники говорили о необходимости введения в составы квалификационных коллегий представителей общественности. И вот, наконец, закон обязал судейское сообщество принимать в составы своих квалификационных коллегий общественных деятелей. Очевидно, что это ограничит корпоративную замкнутость судей, что будет способствовать открытости правосудия.

Валентин Кузнецов: Можно поправить. Во-первых, да, 29 человек. В соответствии с законом "Об органах судейского сообщества" должна формироваться новая квалификационная коллегия, но не все они избираются на съезде. Сейчас Высшая квалификационная коллегия действует в составе 32 судей, и по закону в состав включены еще 10 представителей общественности и один представитель президента. Итого, коллегия будет состоять из 43 человек.

Леонид Никитинский: Мне бы хотелось уточнить для наших радиослушателей. Существует Высшая квалификационная коллегия судей и существуют квалификационные коллегии судей субъектов РФ. Валентин Васильевич, во-первых, мне бы хотелось знать, кто из них каких судей назначает, то есть одобряет и обсуждает кандидатуры. С другой стороны, как простому человеку, который не доволен не решением, а действиями судьи, как он может пожаловаться на судью?

Валентин Кузнецов: Во-первых, не во всех субъектах федерации, хотя закон и вступил в силу, действуют квалификационные коллегии.

Леонид Никитинский: Вот почему вы рассматривали чеченских судей?

Валентин Кузнецов: Да. Это не только чеченские судьи. Мы решили вопрос о назначении экзаменационной комиссии в республике Башкортостан, поскольку там квалификационная коллегия до сих пор не образована. В ряде субъектов федерации эти коллегии не образованы по одной простой причине, что законодательные органы не решили вопрос о назначении представителя общественности в состав коллегии. И Высшая квалификационная коллегия (в силу федерального закона) рассматривает те вопросы, которые не могут быть разрешены в этих квалификационных коллегиях судей, в том числе в отношении судей, которые должны работать в Чеченской республике. А если гражданин не доволен поведением судьи, если он полагает, что судья не действовал в интересах закона, а по каким-то личным взглядам принимал то или иное решение, гражданин вправе обратиться с вопросом о наложении на судью дисциплинарного взыскания не в саму квалификационную коллегию. Более результативно будет обращаться к председателю суда, поскольку в силу нового закона квалификационная коллегия судей рассматривает только представления председателей соответствующего суда либо обращение органа судейского сообщества. Если такие жалобы поступают в квалификационные коллегии, то они лишь проверяют обоснованность поставленного заявления или обращения, или сообщения вопроса, но вопрос по существу не может быть решен напрямую коллегией, получив сообщение того же гражданина.

Леонид Никитинский: То есть Высшая квалификационная коллегия и квалификационные коллегии субъектов федерации - это суть органы, которые не по своей инициативе, но по каким-то представлениям, следят за чистотой судейского корпуса.

Леонид Никитинский: Следующий вопрос Валентину Васильевичу задаст Лариса Абрамовна Мове. Вопрос адвоката.

Лариса Мове: Конечно, очень хотелось бы, чтобы наши судьи имели более высокую квалификацию. Потому что, к великому сожалению, мы сталкиваемся с тем, что у нас путают статьи, я сейчас не говорю о степени ответственности, но если путает понятия человек, который должен принимать решение, то это, согласитесь, просто страшно. Потому что за этим стоят судьбы, это же живые люди.

Валентин Кузнецов: Квалификация в какой-то мере имеет отношение к нам, но в меньшей степени. Вы знаете, что создана Российская академия правосудия, и судьи должны проходить там обучение. Каждый в течение трех лет должен получить какую-то возможность посмотреть на багаж своих знаний. Другой вопрос, что экзаменационные комиссии, которые образованы при каждой квалификационной коллегии, должны более тщательно подходить к вопросу о том, сдал этот претендент экзамен на должность судьи или не сдал. Мы обращали внимание и председателя экзаменационной комиссии при Высшей квалификационной коллегии, это Валентин Валентинович Ершов - президент Российской академии правосудия, на то, чтобы они не допускали к участию в конкурсе тех лиц, которые не обладают необходимыми знаниями. Более того, мы проверяем, как работает комиссия, то есть мы задаем вопросы, связанные с процессуальным законодательством, в том числе при рассмотрении претендента на должность судьи. А поскольку у нас, к сожалению, не всегда, я не скажу в отношении всех, но некоторые представители не всегда правильно принимают законы, это - однозначно. Потому что на это существуют кассационная инстанция и надзорная, и вы знаете результаты, когда не все решения вступают в силу.

Леонид Никитинский: Лариса Абрамовна, у вас есть еще вопросы?

Лариса Мове: Да, нет. Вы знаете, здесь как бы очень сложная ситуация, и связана она с тем, что и специалистов нехватка, и, к сожалению, мы сталкиваемся, в том числе и среди адвокатов. Вот сейчас будет производиться лицензирование, и далеко не все люди, называющие себя адвокатами, получат удостоверение, как известно. Это вопрос квалификационной подготовки.

Леонид Никитинский: Вы имеете в виду, что мы не хотим нападать конкретно на судей?

Лариса Мове: Да. А с другой стороны, судья - это как бы вершитель, и мне всегда казалось, по крайней мере, в юности, что прокуроры должны много знать, адвокаты должны много знать, но больше всех должен знать и понимать судья. Потому что это не только знания, а совесть. И к великому сожалению, в судах, особенно в низшем звене, сталкиваешься с тем, что когда приходишь, то человек тебя не понимает, потому что есть слова, которые он не понимает, закон, которого он не понимает и не хочет понимать, есть и нежелание разбираться. К сожалению, на практике это все пока производит очень удручающее впечатление. К великому сожалению, за последние десять лет чем дальше, тем хуже. Пока, во всяком случае.

Валентин Кузнецов: Я бы не сказал: "чем дальше, тем хуже". Мы вообще живем с вами в интересное время, в период перемен. Но, правда, не всегда эти перемены ведут к тому, что система работает лучше. Я вот скажу, у нас возникла ситуация, когда, к сожалению, Гражданская коллегия Верховного суда изменила одно из решений квалификационной коллегии судей субъекта Российской Федерации. Они сказали, что судья не может быть привлечен к дисциплинарной ответственности, если в соответствии с Трудовым кодексом прошел один месяц со дня поступления этого обращения в суд или шесть месяцев со дня совершения проступка. Мы обратились к представителям Верховного суда с жалобой на отмену этого решения. Потому что мы считаем, что, может быть, по трудовому законодательству срок и истек, но не может человек работать в должности судьи, если он совершает проступки, за которые он подлежит привлечению не только к дисциплинарной, но и к уголовной ответственности. Речь идет о том, что, допустим, этот гражданин не был привлечен к ответственности, потому что вступило в силу постановление об амнистии. Но шесть месяцев прошло, и выходит, что вот этот гражданин, которому нужно сидеть не в судейском, а в другом месте, значит, он продолжает работать в должности судьи. Насколько это правильно? И мы буквально на этом же заседании, которое в ноябре прошло, обсуждали эту проблему еще раз. И мы не напрасно, кстати, с представителями общественности пришли к выводу, что в вопросах, связанных с ответственностью судей, положения Трудового кодекса по дисциплинарной ответственности должны действовать в ином порядке. Поскольку дисциплина на предприятии, на заводе - это одно, а дисциплина в отношении судей, судебного корпуса - это совсем другое. Подождем решения вопроса. Если Верховный суд не согласится с нашей позицией, мы тогда будем обращаться к общественности.

Марьяна Торочешникова: К сожалению, недостаточная квалификация многих российских судей отнюдь не способствует возвышению роли судебной власти в глазах обычных граждан. Только в прошлом году за поступки порочащие честь и достоинство судьи и умаляющие авторитет судебной власти были прекращены полномочия 40 судей. По данным квалификационных коллегий судов общей юрисдикции, среди наиболее часто встречающихся нарушений лидируют волокита и фальсификация судебных документов.

Дабы дать участникам "круглого стола" дополнительную тему для разговора послушаем сюжет, который подготовил наш корреспондент в Новосибирске Дмитрий Байков.

Дмитрий Байков: Прокуратура Новосибирской области предъявила обвинения в служебном подлоге и вынесении заведомо неправосудного решения по гражданскому делу судье центрального района Новосибирска Елене Ашировой. Как было установлено в ходе следственных мероприятий, противоправные действия судья совершила при рассмотрения дела о расторжении брака в июне 2000 года. Аширова (по просьбе адвоката) оформила развод задним числом, при этом фальсифицированные документы не были зарегистрированы должным образом. Следователи пришли к выводу, что это было выгодно супругам. Выяснилось, что мужчина находился под следственным нарушением в сфере экономической деятельности. Ему грозила конфискация имущества. Согласно материалам бракоразводного дела, оказалось так, что брак расторгнут до возбуждения уголовного дела против мужчины, и все его имущество в этом случае уже принадлежит его бывшей супруге. Фальсификацию документов позже выявила вышестоящая судебная инстанция. Дело было направлено на новое рассмотрение, а против судьи Елены Ашировой 15 октября 2001 года генеральным прокурором России (созвали все высшие квалификационные коллегии судей при Верховном суде) было возбуждено уголовное дело. За поступок порочащий честь и достоинство судей она была лишена полномочий судьи. Дело было возбуждено по двум статьям уголовного Кодекса: служебный подлог и вынесение судьей заведомо неправосудного решения. В настоящее время Аширова находится на свободе под подпиской о невыезде. Находясь под следствием, она забеременела. В связи с этим в сентябре этого года на имя следователя, ведущего это дело, она подала ходатайство о прекращении уголовного дела по амнистии. 19 сентября следователь вынес постановление об отказе удовлетворения ходатайства о прекращении дела. После чего Аширова подала жалобу в районный суд, который, рассмотрев материалы дела, признал постановления следователя законными. Тогда Аширова подает кассационную жалобу на решение районного суда в вышестоящую инстанцию - суд Новосибирской области. Как сообщили, жалоба Ашировой пока не рассмотрена. В настоящее время ее дело находится на рассмотрении у генерального прокурора России - Владимира Устинова. В ближайшее время он по результатам проверки материалов дела должен решить вопрос: утверждать или нет обвинительное заключение. Если обвинительное заключение не будет утверждено генеральным прокурором, то дело прекращается. А на следующей неделе новосибирская судебная коллегия рассмотрит вопрос о правомерности принятого районным судьей решения в отношении жалобы Ашировой. Добавлю, что в Новосибирской области впервые к уголовной ответственности привлечена судья за вынесение заведомо неправосудного решения.

Леонид Никитинский: Валентин Васильевич, насколько часто Высшей квалификационной коллегии приходится сталкиваться с ходатайствами о привлечении судей к уголовной ответственности?

Валентин Кузнецов: Не так часто, потому что статистика - вещь упрямая. Насколько мне известно, такие случаи единичные, когда судья совершает те деяния, за которые он подлежит уголовной ответственности. Это, может быть, и хорошо, а с другой стороны, те органы, от которых зависит это, работают не в полной мере для того, чтобы выявлять тех лиц, которые не должны находиться в судейском кресле. Если судья совершал эти деяния, а квалификационная коллегия судей на местах не давала согласия на привлечение судьи к уголовной ответственности (по прежним законодательным нормам), то Генеральный прокурор был вправе обратиться к нам о пересмотре этого решения. Были факты, когда мы давали согласие на привлечение судей к уголовной ответственности, и эти лица к такой ответственности привлекались. По новым законам мы такой возможности не имеем. Мне кажется, здесь нужно что-то поправить. Это не совсем на пользу интересам общества.

Лариса Мове: Понимаете, не так давно, буквально две недели назад, только в прокурорском корпусе стоял вопрос о том, что законы-то вышли, а кто-нибудь слышал о привлечении, допустим, следователя к понуждению дачи заведомо ложных показаний? Хотя всем прекрасно известно как это у нас происходит на практике. Вот у меня такое ощущение, что это из одного разряда события. С одной стороны, сложно что-либо говорить по конкретному делу, и конкретную беременную женщину, наверное, жаль. И, учитывая в каких условиях мы находимся, мы не знаем дела, и что там на самом деле происходило, здесь сложно говорить. С другой стороны, даст Бог, действительно, ведь люди, которым предоставлено больше прав, с них и спрос больше, они же действуют от имени государства.

Леонид Никитинский: Я считаю, что суд не просто от имени государства действует, но это самый высший орган государственный.

XS
SM
MD
LG