Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Новые подробности дела о "грязной бомбе в США" - дела Хосе Падильи; Европейский союз делает первый шаг на пути к единым разведывательным ресурсам; Сахара - новый фронт борьбы с терроризмом


Европейский союз заявил, что создает общую базу данных разведок всех 25 государств-членов этой организации. Это - первое серьезное изменение в европейской политике, которое произошло в ответ на теракт в Мадриде 11 марта. О плане ЕС заявил после встречи министров внутренних дел государств союза в Люксембурге ответственный за безопасность и внешнюю политику единой Европы Хавьер Солана. По плану, как его представил Солана, государства должны обмениваться как информацией внутреннего характера, так и данными, представляющими международный интерес.

Хавьер Солана: Угроза, которая стоит перед нами сейчас, это не угроза отдельному государству, - это терроризм, международная угроза. Именно поэтому соединение внутренних разведывательных данных с международными представляет собой важный шаг на пути координации Европейского Союза.

Ирина Лагунина: Однако эта мера носит не обязательный, а добровольный характер. Это, скорее, моральное обязательство. Такого рода моральное обязательство - без определенной структуры - существовало и раньше, и если бы Бельгия, Франция, Италия, Великобритания и Испания объединили бы в одно целое имевшуюся у них информацию, то, может быть, теракт в Мадриде удалось бы предотвратить. Но только сейчас это сотрудничество удается наладить. Итальянская и бельгийская полиция провели совместную операцию одновременно в трех городах - в Мадриде, Брюсселе и Антверпене. Самый главный успех рейда - в Италии. В Мадриде в ходе проверки пяти квартир был арестован человек, которого считают основным организатором взрыва в испанской столице 11 марта. 32-летний Рабей Осман Сайед Ахмед по прозвищу Мухаммад Египетский, бывший специалист-взрывник в египетской армии, по данным спецслужб был инструктором в лагерях "Аль-Каиды" в Афганистане. В Испании он оказался в 2003 году, но до теракта в Мадриде перебрался в Милан, где работал маляром. Ордер на его арест испанский судья Хуан дель Олмо, ведущий дело о теракте, выписал еще 4 апреля. Однако Мухаммад Египетский выехал из Испании еще до теракта. Это - тактика "Аль-Каиды". Руководство не производит теракты в непосредственной близости от себя. Чаще всего кровопролитие учиняется в другой стране. Сейчас та же картина вырисовывается в Бельгии. Массовые аресты в двух главных городах этой страны показали, что там готовилась какая-то серьезная акция. Все арестованные связаны с Мухаммадом Египетским, все получали от него указания. Группа управлялась из Италии. Спецслужбы полагают, что целями операции могли быть штаб-квартира НАТО или ЕС.

После этого рейда ответственный за антиреррористические операции ЕС Хейс дю Фрис заявил, что вряд ли государства Европы будут подрывать совместную работу.

Хейс дю Фрис: По-моему, это утверждение, что между разведывательными службами не будет сотрудничества, которое я видел в некоторых публикациях, основано на неправильном понимании того, что происходит на практике. На практике сотрудничество происходит широко, день ото дня между многими национальными службами, которые работают совместно.

Ирина Лагунина: Вскоре Европейский Союз составит общий список приоритетов в борьбе с терроризмом. Своего рода "дорожную карту" Европы, как ее называют в Брюсселе.

Среди лиц, арестованных правоохранительными органами США на основании их принадлежности к террористической сети "Аль-Каида", выделяются два человека, чье правовое положение отличается. Эти двое - американские граждане, они содержатся не на базе в заливе Гуантанамо, а на территории США, в Южной Каролине, на борту военного корабля, служащего гауптвахтой. Один из них, Яссер Есам Хамди, взят в плен на поле боя в Афганистане, другой, Хосе Падилья, арестован 8 апреля 2002 года в международном аэропорту Чикаго, куда он прибыл из Цюриха. И теперь уже Верховный Суд США решает, может ли Хосе Падилья встречаться с собственным адвокатом. Рассказывает Владимир Абаринов.

Владимир Абаринов: Об аресте Хосе Падильи Министерство юстиции США в свое время сообщило как о большой победе в борьбе с международным терроризмом. Министр Джон Эшкрофт созвал пресс-конференцию в Москве, где находился в тот момент с визитом, не дожидаясь возвращения в Вашингтон. По словам Эшкрофта, Падилья - убежденный враг Америки; он прошел специальную подготовку в афганских лагерях "Аль-Каиды" и приехал в США, чтобы по заданию командования сетью применить здесь "грязную бомбу", то есть устройство, убивающее не взрывом, а радиацией. Однако никаких компонентов или хотя бы чертежей "грязной бомбы" при нем обнаружено не было, о его сообщниках ФБР ничего не знало. Поэтому радость министра многим показалось тогда преувеличенным, а основания для ареста - неубедительными. Журналисты стали ждать, когда закончится предварительное следствие, Падилье предъявят обвинения, и дело будет направлено в суд. Но вместо этого появилось распоряжение президента США считать Падилью "вражеским комбатантом". Ему было отказано в услугах адвоката, а срок содержания под стражей продлен на неопределенное время.

Правозащитники сразу же поставили под сомнение юридическую состоятельность такого решения. В отличие от узников Гуантанамо, которым специально построили тюрьму вне Америки, Хосе Падилья находится в пределах юрисдикции американского правосудия, и на него в полной мере распространяются конституционные гарантии, в частности, Пятая поправка к Конституции США, которая гласит: "Никто не может быть лишен жизни, свободы или собственности без надлежащей правовой процедуры". Это значит, что обвиняемому должно быть обеспечено справедливое судебное разбирательство в состязательном процессе, построенном на презумпции невиновности, в котором обвинение и защита пользуются равными правами. Пятая поправка, кроме того, освобождает обвиняемого от необходимости свидетельствовать против самого себя. Четвертая поправка запрещает необоснованные обыски и аресты, Шестая гарантирует "скорый и публичный суд беспристрастных присяжных", право обвиняемого на помощь адвоката, очную ставку со свидетелями обвинения и на принудительный вызов свидетелей защиты. Между тем Хосе Падилья лишен свободы вот уже третий год.

У Падильи появился адвокат, нанятый правозащитными организациями - Донна Ньюман, которая стала требовать встречи со своим клиентом в судебном порядке. Дело, в конце концов, дошло до высшей инстанции - Верховного Суда США, который 28 апреля заслушал прения сторон. На слушаниях запрещено пользоваться видокамерами и звукозаписывающими устройствами, но, учитывая высокий интерес публики к этому делу, суд в порядке исключения передал в средства массовой информации аудиозапись слушаний сразу же после того, как они состоялись. На этой пленке судьи не высказывают своих мнений, но по вопросам, которые задавались представителям сторон, экспертам показалось, что чаша весов склоняется в пользу Хосе Падильи.

Решение Верховного Суда ожидается еще до летних каникул, то есть в этом месяце. Видимо, и представители правительства решили, со своей стороны, принять меры. 1 июня заместитель министра юстиции Джеймс Коми созвал пресс-конференцию, на которой сообщил много новых подробностей "дела Хосе Падильи". Предваряя свое сообщение, Коми особо подчеркнул, что правительство ставит цели воздействовать на мнение членов Верховного Суда, что процесс рассекречивания материалов продолжался несколько месяцев, и окончание этого процесса совпало по времени с рассмотрением дела в Верховном Суде лишь по чистой случайности. Джеймса Коми спросили, когда Хосе Падилье будут предъявлены уголовные обвинения.

Джеймс Коми: Об этом мы пока не слишком задумываемся. Насколько мы понимаем закон, президент имеет право держать его под стражей как солдата армии противника вплоть до окончания военных действий, сколько бы они ни продложались. У него есть и другие возможности, которые мы изучим. Я не исключаю предъявления уголовных обвинений. Я всего лишь говорю: я не думаю, что мы можем использовать против него его заявления, сделанные в военной тюрьме. Так что, если можно завести уголовное дело, не пользуясь этими материалами, это тоже вариант. Наша цель заключается в том, чтобы применить все допустимые законом меры, чтобы оградить американский народ от этого лица.

Владимир Абаринов: По словам Джеймса Коми, Хосе Падилья активно сотрудничает с властями. Почему же правительство не может использовать в уголовном деле против Падильи показания, которые он дал? Да именно потому, что правительство не обеспечило ему "надлежащую правовую процедуру".

Джеймс Коми: Не думаю, что можно использовать эту информацию в уголовном процессе, потому что мы отказали ему в доступе к адвокату и допрашивали его в отсутствие адвоката. Это делалось не для того, чтобы построить уголовное дело против Хосе Падильи. Это делалось с целью установить, что ему известно об "Аль-Каиде" и угрозе безопасности Соединенных Штатов. Когда перед нами стоит задача защитить американских граждан, спасти их жизнь, нас не так уж волнуют уголовные обвинения. Как поступить с Хосе Падильей - мы решим по ходу дела. Президент хотел, и это было сделано, выяснить, что ему известно, соответствуют ли эти сведения тому, что мы знаем из других источников, и составить представление о планах врага.

Владимир Абаринов: Но почему бы не вступить с Падильей в досудебную сделку? Эта практика широко применяется американским правосудием: под давлением улик обвиняемый соглашается признать себя виновным в менее тяжких обвинениях и дать показания против сообщников, а прокурор снимает наиболее серьезные пункты обвинения, тем самым смягчая участь обвиняемого. Но Джеймс Коми заявил, что для сделки с Падильей нет оснований.

Джеймс Коми: Мы предлагаем сделку, и обвиняемые соглашаются сотрудничать тогда, когда у нас есть средство воздействия на них. Трудность дела Падильи для меня как федерального прокурора состоит в отсутствии такого средства. Если я не имею возможности угрожать предъявлением уголовных обвинений, никакой на свете адвокат не рекомендует своему клиенту сотрудничество, потому что хороший адвокат знает: если вы будете молчать, с вами ничего нельзя поделать.

Владимир Абаринов: Иными словами, у правительства нет улик, при помощи которых оно могло бы воздействовать на обвиняемого. Что же рассказал Хосе Падилья на допросах?

Падилья, которому сейчас 33 года, родился в Пуэрто-Рико. Когда ему было четыре года, его семья перебралась в Чикаго. В юности Падилья стал членом молодежной банды и не раз повергался арестам, а однажды год отсидел по приговору суда в тюрьме. Именно за решеткой он обратился в ислам. В 1998 году он отправился в Египет, женился на египтянке и совершил хадж в Мекку. Будучи в Саудовской Аравии, познакомился с вербовщиком "Аль-Каиды" и в июне 2000 года оказался в Афганистане. После разгрома правительства талибов агенты ФБР нашли среди бумаг, брошенных "Аль-Каидой", анкету Падильи, заполненную им самим. В анкете он называл себя арабским именем "Абу Абдулла Муджахир" и указывал, что свободно владеет аглийским, испанским и арабским языками. Именно по этой анкете его впоследствии и выследили.

По словам заместителя министра юстиции США, после окончания курса специальной подготовки в одном из лагерей террористов Падилью должны были направить в Чечню. Однако его американское гражданство привлекло к нему внимание одного из членов руководства "Аль-Каиды", командира ее военного крыла - Мохаммеда Атефа. Атеф встретился с Падильей, чтобы оценить его внутренний настрой. Проверка вполне удовлетворила Атефа. В апреле 2001 года, закончив курс обучения в лагере, Падилья съездил в Египет навестить жену, но уже через два месяца вернулся в Афганистан. На сей раз Атеф и инструкторы "Аль-Каиды" начали готовить его к совершению теракта на территории США. Ему подобрали напарника - это был Аднан Шукриджумах, известный также по прозвищу Джафар-летчик. Шукриджумах - один из семи членов "Аль-Каиды", имена и приметы которых огласил в конце мая директор ФБР Роберт Мюллер; он заявил, что эти семеро в настоящее время могут находиться на территории США и обратился к населению с призывом сообщать правоохранительным органам обо всех подозрениях на этот счет.

Первоначальный план, исполнение которого поручалось Падилье и Джафару, заключался в том, чтобы устроить взрыв бытового газа в жилом доме с таким рассчетом, чтобы разрушения были максимальными. Но Падилья и Джафар не сошлись характерами. Операция была отложена. Падилья продолжал совершенствовать свое мастерство взрывника и жил в одном доме с Атефом близ Кандагара. Он находился там и 11 сентября 2001 года. В ноябре американская авиация разбомбила дом. Мохаммед Атеф погиб. Хосе Падилья по случайности провел эту ночь в другом месте. На следующий день он вернулся и откопал из-под обломков труп своего учителя. Когда стало ясно, что американцы не ограничатся воздушной войной, руководство талибов, по словам Падильи, приняло решение об эвакуации всех иностранных моджахедов из Афганистана. В составе одного из таких отрядов Падилья перешел афгано-пакистанскую границу. На границе бойцов встречал один из высших руководителей "Аль-Каиды" - Абу Зубайдах. Он решал, кого оставить в Пакистане, а кого послать назад - воевать с американцами. Падилью оставили в Пакистане и подобрали ему нового партнера. Партнер этот ныне тоже арестован. В ответ на настойчивые вопросы журналистов Джеймс Коми после некоторых колебаний сообщил, что человек этот имеет статус беженца в Великобритании и поэтому пользовался правом безвизового въезда в США. Падилья и его сообщник вместе разработали новый план: они предлагали привести в действие "грязную бомбу". О том, как ее сделать, они узнали будто бы из Интернета. В марте 2002 года Зубайдах отправил обоих будущих террористов к Халиду Шейху Мохаммеду, который руководил оперативной работой "Аль-Каиды" и был главным разработчиком терактов 11 сентября.

Как утверждает Падилья, Мохаммед отнесся к "грязной бомбе" скептически и решил вернуться к первоначальному плану взрыва газа. Падилья и его напарник должны были въехать в США через Мексику или Пуэрто-Рико, найти несколько многоэтажных жилых домов, снять в каждом по квартире, а затем, пользуясь взрывчаткой и таймерами, устроить серию одновременных взрывов, предварительно обеспечив герметичность квартир с помощью клейкой ленты. Однако окончательный выбор между двумя планами Мохаммед оставлял на усмотрение Падильи, который был назначен старшим в дуэте. Он же должен был выбрать и город - Мохаммед хотел, чтобы это был Нью-Йорк, но не исключал Вашингтон или Майами. По замыслу Мохаммеда, его агенты должны были взорвать сразу 20 домов, но Падилья сомневался, что ему удастся арендовать 20 квартир и не навлечь на себя подозрений. На допросах он говорит, что и не собирался взрывать газ, считая этот план нереальным. В подготовке Падильи и его напарника участвовал и Рамзи Биналших - координатор заговора 11 сентября.

5 апреля 2002 года Хосе Падилья вылетел из Пакистана в Цюрих, а оттуда в Чикаго. На борту того же лайнера находились следившие за ним агенты ФБР. Роковая ошибка Падильи состояла в том, что в Пакистане он обратился в американское консульство с заявлением об утере паспорта. Это типичный прием террористов "Аль-Каиды", посредством которого они избавляются от афганских виз в паспортах. Имя Падильи к тому моменту уже значилось в списке лиц, чьи анкеты были найдены в Афганистане. При аресте в Чикаго у Падильи обнарудилось более 10 тысяч долларов наличными, сотовый телефон, телефонные номера руководителей операции и адрес электорнной почты для связи с ними. Не разумнее ли было бы установить за ним слежку с тем, чтобы выявить сообщников? Заместитель министра юстиции полагает, что это был рискованный шаг.

Джеймс Коми: Не думаю, что мы арестовали его слишком рано. По-моему, было бы опрометчиво - в надежде установить за ним слежку - позволить ему въехать в страну. У нас замечательное ФБР, и они постоянно следят за подозреваемыми и делают это хорошо, но только в телесериалах они делают это круглые сутки и никого при этом не теряют. Когда речь идет о лице, которое намерено совершить акты разрушения, массовые убийства, мы просто не можем позволить себе такой риск.

Владимир Абаринов: Один из двух адвокатов Хосе Падильи, Эндрю Пэтэл, тем не менее, уверен, что его клиенту должно быть обеспечено право на справедливое судебное разбирательство.

Эндрю Пэтэл: Мы уже два года пытаемся понять, почему федеральное правительство старается судить господина Падилью судом общественного мнения, а не уголовным судом, чего хотели бы мы.

Владимир Абаринов: По словам адвоката, он и его коллега Донна Ньюман не имеют возможности отвечать на публичные заявления обвинения, поскольку все, что сообщил им Падилья, остается секретной информацией и не подлежит разглашению. Правительство, утверждает он, рассекретило лишь те сведения, которые ему выгодно было рассекретить. Эндрю Пэтэл указывает также на то обстоятельство, что определение понятия "вражеский комбатант" не отражено ни в каких бы то ни было международных конвенциях, ни в американском законодательстве.

Эндрю Пэтэл: Правительство заявило, что у него нет права на адвоката, и что адвоката он получил в виде любезности. Более широкий вопрос: какими вообще правами пользуется вражеский комбатант? Это зависит от того, что следует понимать под самим этим термином. В настоящее время в заключении находятся двое амекриканских граждан, которым присвоен такой статус, и правительство в документах, представленных Верховному Суду, дает в каждом случае разные определения: одно - для Хамди, другое - для Падильи.

Владимир Абаринов: Однако заместитель советника президента США по национальной безопасности Джим Уилкинсон считает действия правительства совершенно оправданными.

Джим Уилкинсон: Речь идет о людях, которые хотели въехать в нашу страну, чтобы убивать ни в чем не повинных американцев. Так что можно только порадоваться, что им вовремя воспрепятствовали. Важно, как это сделал президент после 11 сентября, добиться лучшего взаимодействия между федеральными структурами и структурами штатов, важно предавать гласности информацию. Критика критикой, но министерство юстиции сегодня поступило отлично. Не будем забывать, что эти люди хотели приехать в США, чтобы убивать невинных американцев.

Владимир Абаринов: По мнению Уилкинсона, статус вражеского комбатанта достаточно ясен.

Джим Уилкинсон: Когда мы знаем, что агенты "Аль-Каиды" пытаются проникнуть в страну и применить здесь "грязную бомбу" или устроить взрыв газа в жилом доме, мы обращаемся с ними как с вражскими комбатантами, потому что они таковыми являются. Вражеский комбатант нападает на гражданское население. Он не носит военную форму. Он трусливо прячется среди мирных граждан. И президент, и его администрация считают, что мы должны вывернуться наизнанку, но найти тех, кто едет в нашу страну, чтобы убивать невинных американцев.

Владимир Абаринов: До показаний Хосе Падильи американские спецслужбы, судя по всему, не знали о том, что в арсенале террора есть и газовый взрыв. Пока ничего подобного описанному Падильей плану - одновременного взрыва 20 домов - нигде в мире пока не произошло. Но дома от газа взрывались - последний раз в Архангельске в ночь на 16 марта.

Ирина Лагунина: В заключении выпуска - публикации в международной прессе. Обычно в передаче звучат аналитические материалы или комментарии, но вот сегодня - исключение. Информация, которую удалось собрать американской газете "Вашингтон Таймс", открывает будущую географию борьбы с терроризмом. Статья называется "Сахара - новый фронт войны с террором".

Соединенные Штаты развернули тайную войну против исламских террористов в южной Сахаре. Это произошло после того, как стало известно: группа, связанная с "Аль-Каидой" купила тяжелое оружие, воспользовавшись деньгами, полученными в результате тайной сделки с Германией.

Новые исламские фундаменталистские силы создают то, что официальные лица называют "гарнизоны в песках" - на границе между Алжиром и Мали, в наименее доступной и в наименее населенной части Африки. Базирующаяся в Алжире салафитская Группа духовного просвещения и боя, о которой стало известно после того, как в результате организованного ею теракта в прошлом году погибли 32 европейских туриста, отпустила заложников в обмен на то, что Германия тайно заплатила ей более 7 миллионов долларов. Эти деньги были потрачены на приобретение ракет "земля-воздух", артиллерийских орудий и минометов, а также оборудования для спутникового определения координат, которое позволит группировке периодически менять местоположение оружия, закопанного в Сахаре. Новое оборудование позволит бойцам салафитской Группы духовного просвещения и боя прятать оружие в песках, помечать это место с помощью спутниковых технологий и свободно перемещаться налегке по верблюжьим тропам в пустыне, поясняет майор Сара Кервин, европейское командование сил США.

Помимо этого в том же регионе Соединенные Штаты нацелились на Марокканскую боевую группу, которую обвиняют в подготовке и проведении взрыва в Мадриде и в более ранних терактах в Касабланке. В апреле Государственный департамент США внес группу в список террористических организаций.

В ближайшие пять лет Пентагон намерен потратить на операции в Сахаре 125 миллионов долларов. Цель операции - не дать возможность группам, связанным с "Аль-Каидой", создать в этом регионе базу для операций и подготовки боевиков, своего рода укрепрайон. А американские силы специального назначения и так уже тайно находятся в 8 соседних странах и на территории в тысячи километров пустыни - там ведется подготовка вооруженных сил дружественных Соединенным Штатам режимов. Серьезным прорывом в новой кампании была поимка в марте этого года в западном Чаде Амари Саифи, человека, которого считают руководителем салафитской Группы духовного просвещения и боя. Захват Саифи был подготовлен американскими военными, и Брахим Тхоума, командир про-америкаснкого движения за демократию и справедливость в Чаде, в руках которого сейчас находится Саифи, заявляет, что готов в любой момент выдать этого бывшего алжирского боевика либо США, либо любой союзнической стране. Планы по выдаче Саифи пока откладываются, поскольку военный режим Чада противится контактам иностранцев с оппозицией.

Правительства государств в регионе Сахары были в ярости, когда узнали о том, что Германия заплатила выкуп в 7 миллионов 300 тысяч долларов за заложников, в числе которых были немцы, австрийцы и шведы. Берлин так никогда официально и не подтвердил сделку. Но в регионе утверждают, что правительство Мали тайно заплатило деньги в обмен на дополнительную помощь Германии. Чтобы представить себе, насколько это серьезные деньги для транс-Сахары и насколько сильно они могут дестабилизировать регион, укрепить террористические организации и ослабить правительства, достаточно сказать, что 7 миллионов - это четверть военного бюджета такого государства, как Нигер.

XS
SM
MD
LG