Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Терроризм - спустя три года, арабская пресса о захвате заложников в Беслане, дело "спящей ячейки" в Детройте


Прошло три года с того дня, как члены "Аль-Каиды" захватили пассажирские самолеты и направили их в здания Всемирного торгового центра в Нью-Йорке и в Пентагон в Вашингтоне. Четвертый самолет, направлявшийся, предположительно, в Белый Дом или в Конгресс США, упал в штате Пенсильвания. Он разбился потому, что пассажиры поняли, это - глобальный теракт, и восстали. 11 сентября 2001 года в Америке погибли почти 3 тысячи человек, граждане 80 стран мира.

В тот день в Нью-Йорке стояла прекрасная, необычайно теплая для этого времени года погода. Было даже слишком тепло. В этот день ньюйоркцы должны были голосовать на первичных выборах мэра города. В 8:46 утра "Боинг" 757 врезался в первую, северную, башню Всемирного торгового центра. На борту рейса 11 авиакомпании "American Airlines" были 94 пассажира и экипаж.

Через несколько минут мир видел горящее здание. Дыра от самолета зияла между 94-м и 99-м этажами башни. Телекомпании вели прямой репортаж. Через 17 минут корреспондент американской телесети АВС закричал в эфир:

"Похоже, что пока здесь никаких спасательных работ не ведется. Помните: О Боже!"

Ирина Лагунина: Второй самолет - рейс 175 авиакомпании United Airlines - с 53 пассажирами на борту врезался во вторую башню Всемирного торгового центра. Было 9:03 утра. "На Америку совершено нападение" - прошептал через несколько минут помощник президента Эндрю Кард Джорджу Бушу, который в тот момент был с детьми во флоридской школе. Но это было только начало нападения.

В 9:43 самолет, следовавший рейсом 77 компании American Airlines - на борту было 63 пассажира - врезался в Пентагон. Погибли все пассажиры и 125 сотрудников министерства обороны США. Как и первые два самолета, рейс 77 только что вылетел и нес с собой полный бак горючего.

Именно авиатопливо, как поняли потом архитекторы, породило пожар с температурой до 1100 градусов по Цельсию. И эта температура разрушила башни-близнецы в Нью-Йорке.

Тысячи людей бежали от пылевой волны и обломков зданий в нижнем Манхэттане: "Там люди прыгают из окон. Я видел 13-14 человек. Это ужасно, я не верю, что это происходит".

Ирина Лагунина: Мало кто мог поверить в то, что все это на самом деле произошло. Психологи потом объясняли, что это - нормальное состояние психики, способ самозащиты человеческого организма, один из возможных путей избежать психического срыва: это было, но я в это не верю. Но Соединенным Штатам начали создаваться организации помощи пострадавшим от терактов, в том числе и психологической помощи. В Нью-Йорке одна лишь организаций под названием "Безопасный горизонт" ответила на 200 тысяч звонков по горячей линии. Сейчас большинство подобных организаций начинают сворачивать работу. Самый большой Фонд 11 сентября - кстати, и самое успешное благотворительное общество в Америке - объявил, что в декабре закроет свои отделения. А на первое апреля этого года фонд через пожертвования собрал 537 миллионов долларов и раздал более 500 миллионов в качестве грантов. 100 тысяч человек получили деньги, 14 тысяч - медицинскую страховку, 6 тысяч человек - психологическую помощь. Исполнительный директор фонда Кэрол Келлерман:

Кэрол Келлерман: Основная проблема, которая сохраняется и через три года, - это проблема психологического здоровья. Люди получили психологические травмы, и многие до сих пор не могут вернуться к нормальной жизни. А иногда сначала было все нормально, а теперь что-то случилось, что-то породило у них чувство опасности - они не могут спать, не могут спуститься в метро, у них проблемы в семье.

Ирина Лагунина: Психологи полагают, что требуются годы, чтобы излечить столь глубокую травму. А иногда проходят годы и до того, как люди понимают, что у них травма. Именно поэтому одна из областей деятельности фонда состоит как раз в том, чтобы дать медицинскую страховку тем, кто нуждается в постоянной помощи психоаналитика или психиатра.

343 пожарника погибли и зданиях Всемирного торгового центра вместе с теми людьми, которых они пытались спасти. Среди них был Терренс Фаррел. У него остались жена Нора и двое детей. Старшему сейчас 17, а младшей девочке 11. С Норой Фаррел говорил мой коллега в Нью-Йорке Никола Крастев. Семья выстояла, только Нора говорит, что дети после этой трагедии стали более открытыми:

Нора Фаррел: Они оба держатся потрясающе хорошо, но они говорят мне "мы любим тебя" каждый раз, когда мы расстаемся. Дочь целует меня так, словно мы больше никогда не увидимся. Не важно - идет ли она к друзьям или садится на школьный автобус, она обнимает меня и говорит: "Мам, я тебя люблю". Они оба очень открытые, но это стало ежедневным ритуалом: "Я люблю тебя".

Ирина Лагунина: Когда их отец был жив, эмоции в семье высказывались редко. И он сам редко их выражал вслух:

Нора Фаррел: Он был из тех мужчин, которые редко говорят "Я люблю тебя", но мы это знали. Ему не надо было это говорить, я знала это и так. У него было пятеро братьев, так что представляю себе, что там "Я люблю тебя" было не в ходу. Там было скорее: не смей плакать, если тебе больно. Но он был замечательный человек. Он много работал, работал на этих детей, чтобы у них все было.

Ирина Лагунина: Один из пяти братьев Терренса, Брайан написал в сайте, посвященном жертвам 11 сентября: Терри был больше чем пожарник. Это был человек, который служил людям 27 из 45 лет своей жизни. Он был героем, как многие из нас, задолго до 11 сентября, и горечь от потери его никогда не пройдет. Его братья и друзья не делали его жизнь легче, но он просто смеялся и радовался жизни".

Нора Фаррел: Мы были всем довольны. Он занимался своим делом, я - своим. Но мы были вместе. Он любил мастерить вещи, я любила шить. Он проводил много времени на работе. Ему надо было проводить больше времени с детьми! Но ведь мы всегда думаем, что у нас есть завтра. Тяжело смотреть, как дети растут без отца. Когда мы смотрим семейные фотографии, его на них нет. Ни я, ни мои дети, мы никогда не увидим больше его лица.

Ирина Лагунина: Как выживает эта женщина, жена пожарника? В чем она находит утешение? В работе, которой из-за двоих детей много?

Нора Фаррел: Утешение в работе? Нет, я нахожу утешение в рассвете и закате солнца, в прогулках по берегу. И том, что я постоянно занята. Каждый день я просыпаюсь для мои детей. Я так сконцентрирована на них, потому что, понимаете, у нас было: Мы поженились, мы создали семью, мы работали вместе, а теперь это все на моих плечах. Я не жалуюсь, потому что я здорова и могу встряхнуться и работать. Когда я впадаю в депрессию, я думаю о тех, кто в больнице, кто не может вот так работать.

Ирина Лагунина: Что Нора будет делать в субботу, в третью годовщину терактов?

Нора Фаррел: Проведу его тихо, с детьми. И все. Пойдем куда-нибудь в тихое и спокойное место, может быть, на берег. И проведем день вместе. Мы чувствуем, как мы становимся все ближе, дети и я. Мы, знаете, как три мушкетера, ну или называйте нас, как хотите.

Ирина Лагунина: После 11 сентября и Нора, и дети посещали психоаналитика в попытке снять травму, но бросили это занятие уже через несколько месяцев. Нора говорит, не помогает. Тело ее мужа нашли под обломками здания только через 6 недель. Нора вынуждена была поехать к руинам Всемирного торгового центра на опознание. А потом Нора Фаррел возвращалась туда?

Нора Фаррел: Дважды. По-моему, в ноябре 2001 и в марте 2002, когда пришлось везти сына к хирургу. И больше не была. Мне там стало плохо. Там был мой муж. Там он лежал шесть недель. И там были люди, которых все еще не нашли. И мне просто было нехорошо.

Ирина Лагунина: Захват заложников в Беслане вызвал поток откликов в арабской и в целом в мусульманской прессе. Вызвано это тем, что, по данным российских властей, среди группы, захватившей заложников, были 9 арабов.

Египетская государственная газета "Аль-Ахрам" пишет в редакционной статье: "События в Беслане - отвратительное преступление против человечности. Невозможно, чтобы у тех, кто совершил этот акт, были легитимные политические цели или чтобы они действовали, исходя из своих религиозных убеждений. Это - группа преступных убийц. И каждого из них, кто совершил это преступление, надо поймать и привлечь к ответственности в международном суде. Пришло время всем принять как основополагающее правило, что жизнь неприкосновенна и что наносить ущерб гражданскому населению запрещено:"

Обозреватель иорданской газеты "Аль-Рай" Фад аль-Фанек пишет: "Мы понимаем, что цель чеченского народа законна, что у них есть право на самоопределение и независимость. И, тем не менее, невозможно добиваться этой цели, используя террористические методы. Захват детей в качестве заложников - отвратительный акт, не достойный тех, кто борется за национальное дело. Он не дает ничего для достижения национальной цели, наоборот, он только объединяет мир против этой цели".

Еще одна иорданская газета "Аль-Дустур" помещает следующую статью своего обозревателя Батера Уардама: "Всегда легче поддаться воображению и возложить вину за преступления арабских и мусульманских террористических организаций на Моссад, сионистов и американскую разведку. Но все мы знаем, что это не так, и что те, кто похищает и убивает мирных людей в Ираке, те, кто обращает гражданские самолеты в разрушительные ракеты, те, кто взрывает поезда, забитые ни в чем не повинными людьми, и те, кто стреляет в спины детей в осетинской школе, - все они происходят из нас. Они - арабы и мусульмане, которые молятся, постятся, отпускают бороды, требуют носить бурки и призывают защищать дело Ислама. И именно поэтому мы все должны поднять голос, должны отречься от них и выступить против всех этих преступлений. Тот, кто сохранит молчание, видя, как убивают детей, станет соучастником преступления".

Обозреватель Сулейман Аль-Хатлан пишет в саудовской газете "Аль-Уатан": "Если "герои" мусульманского насилия и терроризма не представляют истинный Ислам, то кто его представляет? Горькая правда состоит в том, что акты насилия и варварства, которые происходят сейчас, - ни что иное, как естественное следствие того, что поколения мусульман вводились в заблуждение проповедями враждебности и ненависти к другим, что еще больше углубляло отсталость и невежество Исламского мира. Нет на земле нации, которая не была вынуждена хоть однажды в своей истории противостоять порабощению и войне, но они умели защитить свои права, используя логику и знания".

"Убийцы именем Аллаха" - заголовок статьи в саудовской газете "Оказ": "Проповедники джихада за каких-то несколько лет умудрились так исковеркать образ Ислама, как его не смогли очернить враги Ислама за столетия. Они превратили сегодняшний Ислам в что-то, что связано с обезглавливанием, с разрезанием горла, с похищением и взятием в заложники мирных людей, с взрывами. Они создали в мировом создании образ мусульман как варваров, дикарей, которые могут только одно - уничтожать людей. Пришло время, мусульмане должны первыми выступить против тех, кто похитил Ислам так же, как похитил детей. Вот это должно быть смыслом настоящего джихада сегодня и вот это должно быть нашей обязанностью, обязанностью верующих мусульман по отношению к нашей религии. Арабы и мусульмане не дают сегодня цивилизации и прогрессу ничего, кроме крови, отрезанных голов, изувеченных тел, похищения и гибели детей".

Палестинский обозреватель Хасан Аль-Баталь публикует статью в ежедневной газете Палестинской автономии "Аль-Айям". Статья называется "Позор арабов в Беслане": "День ужаса в бесланской школе, 1 сентября, надо сделать международным днем осуждения террора: Совет Лиги арабских государств должен нанести визит и выразить соболезнование российскому народу. Делегация арабских лидеров должна приехать в Москву. Участие ряда арабских добровольцев в сопротивлении советскому вторжению в Афганистан можно объяснить и понять. В меньшей степени можно объяснить и понять то, что арабы воюют на стороне чеченских повстанцев в Чечне. И еще более того, что они должны участвовать в похищении детей и начальной школе. Ничто не может оправдать бесчеловечный ужас и варварство, которое захватило детскую школу в день праздника - начала учебного года.

Кувейтская газета "Аль-Сийясса" пишет: "Эти дикари - не мусульмане, а, скорее, враги Ислама. Их цель - очернить образ Исламской религии, нанести ущерб мусульманам, замедлить распространение Ислама и превратить его в ненавистную религию, которой противостоит весь мир:"

Ирина Лагунина: Федеральный окружной суд в Детройте, штат Мичиган, на прошлой неделе отменил обвинительный вердикт по делу о так называемой "спящей ячейке" "Аль-Каиды". Оказалось, что предварительное следствие велось с грубейшими процессуальными нарушениями. На днях стали известны новые подробности дела. Рассказывает Владимир Абаринов.

Владимир Абаринов: Раскрытие заговора в Детройте считалось самым значительным успехом правоохранительных органов США в борьбе с международным терроризмом после 11 сентября - именно так квалифицировал его в свое время министр юстиции Джон Эшкрофт. В июне прошлого года двое обвиняемых, Карим Кубрити и Абдель-Илах Эльмардуди, были признаны виновными в заговоре с целью оказания содействия террористам. Осужденные якобы вели наблюдение за американской военно-воздушной базой в Турции, казино в Лас-Вегасе и знаменитым мостом "Золотые ворота" в Сан-Франциско. Суду были представлены видеозаписи и рисунки, подтверждающие факт слежки. Защита утверждала, что видеопленки и рисунки сделаны во время туристических поездок и не преследуют никаких преступных целей. Жюри присяжных согласилось с выводами федерального прокурора. Третий член предполагаемой ячейки был осужден за мошенничество, а четвертый оправдан. Однако теперь версия обвинения признана несостоятельной. Министерство юстиции само обратилось в суд с просьбой закрыть дело за недоказанностью вины. Что произошло? Мы беседуем с Майклом Гринбергером, профессором уголовного права Университета штата Мэриленд.

Майкл Гринбергер: Говоря коротко, дело состоит в следующем: троим обвиняемым было предъявлено обвинение в заговоре "Аль-Каиды", однако прокуроры скрыли от суда улики, которые могут свидетельствовать об их невиновности. Они предъявили лишь те доказательства, которые подтверждают версию обвинения. Шестая поправка к Конституции США гарантирует обвиняемому право на справедливый суд. Эта поправка подразумевает, что суду и защите должны быть представлены все имеющиеся в распоряжении обвинения материалы, в том числе и свидетельствующие о невиновности обвиняемого.

Владимир Абаринов: Среди этих скрытых от суда и защиты материалов - свидетельство отставного сотрудника ЦРУ Уильяма Макнэйра, который сообщил федеральному прокурору Ричарду Конвертино, что эксперты разведки не видят в видеозаписях и рисунках никакой информации, которую могли бы использовать террористы. Ключевой свидетель обвинения, Юсеф Хмимсса, как выяснилось, несколько раз менял свои показания в ходе допросов, а кроме того, признался сокамернику, что оговорил членов мнимой ячейки, чтобы, как он выразился, "одурачить ФБР". Когда вскрылся факт сокрытия этих обстоятельств и документов от суда, прокурор Конвертино обвинил в ошибках следствия свое вашингтонское руководство. По постановлению суда Министерство юстиции провело служебное расследование и, в свою очередь, выставило главным виновником прокурора. Была ли это сознательная фабрикация дела или просто плохая работа, непрофессионализм?

Майкл Гринбергер: В моем сознании борются обе версии - а это означает, вы задали очень хороший вопрос. В сущности - да, это дело, в котором прокуроры работали спустя рукава. Расследование велось плохо. Вокруг методов, которыми оно велось, кипела борьба внутри министерства юстиции. Я работал в министерстве юстиции при Клинтоне, до этого четверть века занимался адвокатской практикой и не могу припомнить ничего подобного тому, что произошло: федеральный прокурор в Мичигане, который вел дело, развернулся на 180 градусов и вчинил иск министерству юстиции. Он обвинил своего вашингтонского куратора в том, что тот не оказал ему помощи в подготовке дела к судебному следствию. Что касается внутреннего расследования, то это - попытка министерства переложить вину на федерального прокурора. Так или иначе, это результат отвратительно плохой работы. Вполне может статься, что дело вообще заведено на пустом месте. Когда смотришь на доказательства, собранные по делу - и те, которые были представлены суду, и те, которые не были - понимаешь, что обвиняемые могут не иметь ничего общего с террористами. Из каких бы соображений это ни делалось, это сплошной позор для министерства юстиции, это вопиющая халатность. Говоря более конкретно - вопреки закрепленному в Конституции обязательству предъявить защите и суду все материалы, свидетельствующие в пользу обвиняемого, обвинение скрыло значительный объем документов. Поэтому они знают, что обвинительные вердикты не устоят в апелляционном суде и будут отменены. Таким образом, хотя они и смогли убедить жюри присяжных, теперь им придется вернуться в суд и заявить, что вердикты должны быть признаны не имеющими законной силы, недействительными. Они оставляют открытой возможность привлечения этих людей к уголовной ответственности повторно, но уже по другим, гораздо менее серьезным и не связанным с терроризмом обвинениям - таким, как подделка документов. Сухой остаток состоит в том, что в то самое время, когда администрация Буша на съезде республиканцев в Нью-Йорке ликует по поводу собственных успехов в войне с террором, в Детройте они вынуждены идти в суд и признаваться, к своему стыду, в том, что они провалили одно из ключевых дел о терроризме, заведенных после 11 сентября.

Владимир Абаринов: Вы сказали, что при Клинтоне с подобными ситуациями не сталкивались. Но ведь это при Клинтоне федеральные прокуроры признали, что не передали в распоряжение защиты материалы по делу Тимоти Маквэя - террориста, взорвавшего административное здание в Оклахома-Сити. В итоге исполнение смертного приговора было отложено, и адвокаты Маквэя не подали апелляцию только потому, что так решил сам Маквэй.

Майкл Гринбергер: Вы правы. Разница состоит в том, что в деле Маквэя министерство юстиции заявило, что у него не было возможности повлиять на ход предварительного расследования и что приговор не должен быть отменен. В данном случае министерство юстиции признало, что просчеты предварительного следствия слишком существенны и отказалось поддержать обвинение. Материалы дела показывают, что эти люди, возможно, ни в чем не виновны и стали жертвами ложного обвинения в терроризме.

Владимир Абаринов: Майкл Гринбергер, профессор уголовного права Университета штата Мэриленд.

Уже после решения суда об отмене вердикта стало известно, что Федеральное бюро расследований не считает дело детройтской ячейки своим провалом. 8 сентября агентство Ассошиэйтед Пресс опубликовало электронное послание специального агента ФБР Дэниэла Робертса сотрудникам отделения бюро в Детройте. По словам Робертса, арест членов ячейки предотвратил теракт против американской базы в Турции - после ареста на базе были усилены меры безопасности, и Усама бин Ладен, по данным турецкого правительства, на которые ссылается Робертс, отказался от плана нападения на базу.

Это не первый случай, когда ФБР выражает недовольство решениями Министерства юстиции. Ранее в этом году министерство решило депортировать в Сирию Набиля аль-Марабха, который значится в списке объявленных в розыск членов "Аль-Каиды" под номером 27. В нескольких американских городах, в том числе Детройте и Чикаго, федеральные прокуроры были готовы предъявить ему уголовные обвинения. Прокурор Конвертино, кроме того, рассчитывал вызвать его в качестве свидетеля на процесс "спящей ячейки".

XS
SM
MD
LG