Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Нужно ли меняться женщинам в России?


"Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и должны поступать в отношении друг друга в духе братства". Статья 1 Всеобщей декларации прав человека.

В этом выпуске:
- Нужно ли меняться женщинам в России?

Потенциальное насилие - понятие, малоизвестное российским гражданам. Между тем, в Америке за подобные проступки можно серьезно поплатиться. Например, профессор одного университета был оштрафован на 200 000 канадских долларов за "чрезмерный зрительный контакт" со студенткой во время лекции. В России подобные судебные процессы маловероятны. Может, это и к лучшему...

Однако пассивность российских женщин и властей в вопросах реального физического и экономического насилия в семьях, психологического - на работе, приводит к трагедиям. Точное число жертв домашнего насилия установить невозможно. Большинство женщин не обращаются за помощью, либо не желая, что называется, выносить сор из избы, либо не без оснований считая, что все равно виновник не будет наказан. Неумение постоять за себя отличает российских женщин от западных.

Нужно ли меняться женщинам в России? Как пресечь проявления насилия по отношению к женщинам в семьях? На эти и других вопросы мы и попытаемся ответить сегодня в программе "Человек имеет право". Рядом со мной в московской студии Радио Свобода - психолог Ольга Маховская и исполнительный директор Ассоциации кризисных центров "Остановим насилие" Наталья Абубикирова.

Сейчас я обращаюсь к нашим слушателям. По вашему мнению, в каких ситуациях женщины подвергаются психологическому насилию?

Безусловно, Америка - страна, где женщины активно борются за свои права. Об этом - в репортаже Владимира Абаринова из Вашингтона.

Владимир Абаринов: Дискриминация по признаку пола долгое время считалась в Соединенных Штатах не только законной, но и вполне естественной, предопределенной самой природой. Женщины не пользовались избирательным правом вплоть до 1920 года, когда была принята 19-я поправка к Конституции. В этом отношении они находились в более ущемленном положении, нежели афроамериканцы, получившие право голосовать на полвека раньше.

В 1904 году Верховный Суд США признал конституционным запрет городских властей Денвера на продажу женщинам спиртных напитков. Спустя 40 лет Верховный Суд рассмотрел закон штата Мичиган, возбраняющий владельцам баров нанимать женщин для работы за стойкой, если только эта женщина не жена и не дочь хозяина заведения. И опять-таки, закон был признан не нарушающим Конституцию.

В 60-е годы прошлого века на волне движения за гражданские права все или почти все законодательные ограничения такого рода были сняты. В последней четверти столетия уже не женщинам, а мужчинам пришлось защищать свои права, или даже женщинам выступать в роли борцов за права мужчин.

Одно из таких дел было возбуждено женщиной - офицером Военно-Воздушных Сил США. Согласно федеральному закону, военнослужащему полагалась надбавка к жалованию за каждого члена семьи, находящегося у него на иждивении, однако иждивенкой считалась только жена. Дама в погонах требовала признать иждивенцем ее мужа и выиграла дело в Верховном Суде.

В настоящее время американки пользуются целым рядом преимуществ перед американцами. К примеру, женщинам - служащим федеральных ведомств правительство оплачивает противозачаточные средства, и правозащитные организации борются за то, чтобы и частные компании включили эти немалые расходы в сумму медицинской страховки. А однажды крупный универсальный магазин вынужден был принять на работу Санта-Клаусом пожилую афроамериканку, потому что нигде не сказано, что Санта-Клаус - белый мужчина.

Кристина Горелик: Это был репортаж Владимира Абаринова из Вашингтона.

Обратимся сейчас к теме потенциального насилия. О том, что порой подразумевается под насилием в Америке, газета "Газета" накануне праздника 8 марта на своих страницах под заголовком "Как распознать потенциального насильника" поместила выдержки из толкового словаря женского политкорректного языка A Feminist Dictionary.

Так, например, оскорбительными формами сексуального приставания являются как "чрезмерный зрительный контакт", так и "недостаточный зрительный контакт", поскольку если мужчина избегает смотреть на женщину, она может потерять уверенность в себе и даже почувствовать физическую угрозу.

"Потенциальный насильник" - любое существо мужского пола, достигшее половой зрелости. Термин введен студентками университета штата Мериленд, которые расклеили в аудитории списки потенциальных насильников, включив в них всех преподавателей и студентов, пишет "Газета", ссылаясь на словарь.

"Сексуальное преследование" - неожиданное сексуальное внимание, приводящее жертву в состояние неуверенности и неудобства, или вызывающее проблемы в общественных местах, а также на работе или в учебных заведениях. Формами сексуального преследования являются разглядывание, оценочное присвистывание, внезапное прекращение разговора в мужской компании при появлении женщины, и так далее.

"Умозрительное изнасилование" - воображаемое мужчиной участие в половом акте с женщиной без ее предварительного согласия.

Мне трудно представить, что подобные проявления или не проявления внимания со стороны мужчин российские женщины сочтут потенциальным насилием.

У меня вопрос к психологу Ольге Маховской. Скажите, все дело в разной социальной и культурной реальности?

Ольга Маховская: Да, конечно. Это разные традиции. Вы согласитесь, что все, что мы до сих пор слышали, нельзя не воспринимать с некоторой долей иронии, в каких-то случаях это просто анекдоты.

Мы - другая культура. Конечно, для России проблема насилия над женщиной актуальна. Но, безусловно, мы живем и будем решать эту проблему, я так надеюсь, в другой парадигме.

Америка - это протестантская страна, которая выросла и развивалась на почве идей равенства, партнерства, и в рамках этой парадигмы рассматриваются отношения между мужчиной и женщиной. У нас культура православная, у нас всегда мужчина был в доминантном положении. Все, что мы хотим, это пригласить его участвовать в делах семьи, но я бы сказала, что не всегда на паритетных началах. Вообще говоря, есть европейский путь, когда мужчине делегируется вся ответственность за семью (а речь идет о семейных отношениях, об отношениях в парах), но при этом он активно принимает участие в делах семьи и готов разделить часть так называемых традиционных женских забот.

Для России более актуальным является сейчас и то, что не только мужчины, но и женщины бросают семью, уезжают на Запад в поисках каких-то новых вариантов, и в результате вот такого бегства мы имеем сейчас 3 миллиона социальных сирот. Вообще говоря, реальными жертвами вот этой схватки между мужчиной и женщиной, которая у нас в стране подстрекается феминизмом (совершенно чуждым для нас явлением), на мой взгляд, оказываются дети. Но, повторяю, это никак не снимает проблемы физического насилия над женщиной. Оно есть, и, безусловно, должно решаться, на мой взгляд, адекватными мерами.

Кристина Горелик: А вот, например, те негативные эмоции, которые может испытывать женщина при так называемом потенциальном насилии? Это личные проблемы, которые решаются с помощью психолога, или это все-таки вопрос общественный, и он заслуживает внимания даже суда?

Ольга Маховская: Вы знаете, я надеюсь, что мы живем в стране, где можно и к психологу пойти, и высказать свою точку зрения. По-моему, сейчас нет каких-то ограничений высказать любую радикальную, сумасшедшую точку зрения на страницах газет (они этого только и ждут).

Но если женщина систематически находится в подавленном состоянии, она не реализуется, у нее есть подозрения и, более того, уверенность, что что-то в ее жизни происходит не так, то, конечно, прежде всего, это ее личное дело, ей есть чем заняться. Кого она пригласит к себе в качестве медиаторов и в качестве партнеров по разрешению этой проблемы - это тоже ее дело. Мы, психологи, безусловно, готовы рассматривать личные проблемы анонимно, в кабинетах, и поддерживать женское самостояние, безусловно.

Кристина Горелик: Спасибо. Тем не менее, вообще активность американских женщин, у меня, по крайней мере, вызывает уважение. Неумение постоять за себя в России - это социально-культурный фактор (о чем мы говорили с Ольгой Ивановной)? Так российские женщины воспитаны? Или же проблема, в том числе, и в безразличии власти, в нежелании помогать в конфликтных семейных ситуациях, например? В безнаказанности виновных? У меня вопрос к директору Ассоциации кризисных центров Наталье Абубикировой. Пожалуйста, Наталья.

Наталья Абубикирова: Вы сейчас очертили целый круг вопросов, и действительно, все проблемы, связанные с насилием в отношении женщины, в частности, с насилием в семье, которые нужно решать комплексно. Но если сравнивать с американскими женщинами, то я не стала бы так однозначно говорить, что наши женщины не могут за себя постоять. Это все-таки не соответствует действительности. И если женщины в Америке находятся в ситуации насилия в семье, то очень схожие и поведение, и признаки. Они практически одинаковые.

Дело в том, что, к сожалению, у нас насилие в семье зачастую не воспринимается как преступление. И, к сожалению, насилие в семье очень часто путают просто с разрешением конфликтным образом взаимоотношений. И часто путают с некоторыми ссорами. Хотя в реальности, что вообще в мире понимается под насилием в семье, как преступление? Насилие в семье - это система поведения. Это система поведения власти и контроля, когда один человек совершенно осознанно берет любыми способами власть в свои руки и пытается достичь контроля или над другим человеком, или над ситуацией любыми способами. И насилие в семье имеет различные виды, имеет свою динамику. То есть, это совершенно такой социально-культурный фактор, в котором те, кто терпит это насилие, все-таки являются пострадавшими. И те, кто совершает это насилие, они являются преступниками тем не менее.

Кристина Горелик: И должны быть наказаны.

Наталья Абубекирова: И должны быть наказаны.

Кристина Горелик: Спасибо. Давайте прервемся на звонок. Добрый вечер.

- Это Михаил из Москвы. Вы знаете, на мой взгляд, женщина подвергается насилию везде в демократическом обществе, потому что демократическое общество подразумевает под собой равенство как бы всех членов общества. Это вступает в противоречие с законом природы, законом сохранения человечества как вида. То есть, семья должна быть крепкая, и женщина должна занимать, так сказать, совершенно четкое место. Иначе будет семья разваливаться, так сказать. То есть каждый сам по себе. Женщина сама по себе, мужчина сам по себе... Дети тоже имеют права, и дети сами по себе. Понимаете?

В результате, семья, скажем, в демократическом обществе менее крепкая, ну, чем в традиционном мусульманском. Я, конечно, не хочу сказать, что мусульманская семья - это идеал, но противоречие такое есть. И вот, на мой взгляд, тут надо просто отрегулировать положение женщины в современной семье.

Кристина Горелик: Ольга Маховская хочет ответить на этот звонок. Пожалуйста.

Ольга Маховская: Вы знаете, Михаил, вы совершенно четко ухватываете суть проблемы, на мой взгляд, выражая обеспокоенность - очень симпатичную для меня - судьбой семьи. Но согласитесь, что существуют различные культурные варианты семейные, и мусульманская модель хороша в своем месте в свое время, и если вы ее выбираете, то, безусловно, вам нужно искать мусульманскую женщину (так будет как бы естественней).

То, в чем мы сейчас пытаемся разобраться, это в том культурном арсенале, который у нас есть. Я не готова разговаривать сейчас, думаю, не будем тратить время на различие биологическое, потому что эта проблема... это такой откат назад. Тем более, мы сейчас говорим о насилии, выражая надежду, что эту проблему можно разрешить в этой стране.

Я хотела бы просто порекомендовать, поскольку к 8 марта вышла книга "Соблазн эмиграции", где культурные типы прописаны, в том числе и насилие, то, возможно, это будет кому-то интересно почитать. В начале этого года вышла моя книга "Соблазн эмиграции, или Женщинам, отлетающим в Париж", где я пытаюсь начать очень долгий разговор про то, что происходит с нами, с женской идентичностью в России, поскольку за призывами к эмансипации и к равноправию теряется основная тема - как выстраивать отношения русской женщины со своим мужчиной, как выстраивать с детьми отношения.

Кристина Горелик: У нас еще один звонок. Пожалуйста.

- Меня зовут Валерий. Из Москвы. Я хотел сказать, что, знаете, есть такой термин как "виктимное поведение". То есть поведение, которое провоцирует, так сказать, некоторую агрессию. Ну, предположим, если девушка в мини-юбке идет ночью по скверу, где сидит шпана, есть более 50 процентов уверенности, что она будет изнасилована. Ведь правда же? Таким образом, само поведение некоторой части женщин, оно, так сказать, и приводит к насилию.

Второй момент. Обратите внимание, что самые скабрезные передачи, на грани фола, скажем, по тому же телевидению или, так сказать, в "желтой прессе" ведут чаще всего женщины. Тут и известная афророссиянка (не буду называть ее фамилию).

И третий момент. Безусловно, Америка никакая ни протестантская, ни христианская страна. Она страна постмодернистская, а проще говоря, антихристианская. Соответственно, и складываются межличностные отношения на этом плане.

Спасибо большое.

Кристина Горелик: Я бы хотела заострить внимание на том, что сказал наш слушатель в самом начале. Хочу спросить у Натальи Абубикировой по поводу того, что в России, распространено мнение, бытует одна расхожая такая формулировка о том, что женщина сама виновата в каких-либо формах насилия, совершаемого над ней.

Наталья Абубикирова: Ну, это такой распространенный миф, очень широко распространенный стереотип о том, что жертва сама виновата в том, что с ней происходит (особенно это касается изнасилования). Как известно, совершенно во всем мире давно уже отказались от такого подхода, как обсуждение поведения жертвы, потому что если начать рассматривать, что на самом деле может человек какого-либо пола считать провокацией, то окажется, что это совершенно разные представления. И то, что совершается изнасилование или насилие, то это отнюдь к мини-юбке не имеет никакого отношения. И вся статистика показывает, что это связано совершенно с другими представлениями, желаниями и явлениями. И когда мужчины почему-то присваивают только себе такую, так сказать, интерпретацию поведения человека противоположного пола, и почему-то полагают, что их восприятие является, так сказать, мерилом. Примерно так же, как то, что они говорят о природном предназначении, присваивая себе право как бы говорить от имени природы. Точно так же, когда здесь они говорят о том, что есть некая провокация; но мы можем точно так же сказать, что, вообще-то, вы знаете, мужчины ходят в брюках, это достаточно привлекательно для женщин, но, однако, тем не менее, никто еще не приводил это как аргумент для того, чтобы напасть, для того, чтобы совершить некое деяние, а потом сказать, что "Вы же меня спровоцировали". В таком случае, наверное, вы бы были удивлены.

Поэтому вот этот миф, к сожалению, он очень глубокий, и для этого нужно очень много говорить о том, что такое насилие. И я еще раз хочу повторить, что это власть и контроль, это желание проявить власть, а вовсе не какие-то другие желания.

Кристина Горелик: Спасибо. У нас еще один звонок. Давайте послушаем.

- Добрый вечер, дорогие женщины.

Кристина Горелик: Что-то у нас одни мужчины звонят сегодня к нам в эфир. Здравствуйте.

- Меня зовут Александр Николаевич. Так вот, в русской цивилизации насилие над женщиной, так сказать, всегда было естественным. И в старые времена, помните, там если умирающий князь, и тогда, конечно, у него жен было много, их всех просто убивали на его могиле. Она была просто собственность, вещь, с которой можно все что угодно делать. И это дожило до сегодняшних дней, учитывая вот эти все звонки, которые мы слышали.

И говорить о том, что американская цивилизация поставила женщину совсем в другие отношения... Там именно христианская цивилизация, которая, прежде всего, видит в женщине личность, человека, а уже потом окрашенного, как говорится, женскими эмоциями.

А в нашей цивилизации (вот и прошедший праздник, кстати), он видит в женщине только сексуальный объект, понимаете? Да, вот праздник уже превратился в отношение к ней как к женщине. Ничего другого в этом празднике нет. Даже ушло и то, что большевики там отстаивали, какую-то, может быть, большевистскую феминизацию. Ну, чтобы она с кувалдой так же, как и мужчина, в ГУЛАГе работала.

Как вы думаете, вот, может быть, я в чем-то прав, а в чем-то не прав? Спасибо.

Кристина Горелик: Спасибо. Давайте мы еще один звонок послушаем.

- Алло, здравствуйте. Николай, Москва. Не кажется ли вам всем, присутствующим в студии, что не все в человеческих взаимоотношениях, в отношениях мужчины и женщины, родителей и ребенка, поддается юридическому урегулированию? А попытка так слишком жестко нормировать эти отношения приводит к их разрушению?

И не кажется ли вам, что очень многие сомнительные, в частности, в Америке, юридические нормы приводят к их, скажем так, недобросовестной эксплуатации и к тому, что просто сама достаточно деликатная ткань человеческих взаимоотношений разрушается? Спасибо. (Я американцам очень не завидую.)

Кристина Горелик: Безусловно, не все отношения должны регулироваться, и не все регулируются сегодня юридическими нормами, но если мы говорим о насилии и о применении этого насилия (физического, реального насилия) по отношению к женщине, я думаю, что люди, причинившие серьезный вред здоровью, должны быть в любом случае наказаны.

И в этом случае как раз я хочу обратиться к юридическим нормам и спросить у Натальи Абубикировой, насколько российский закон в наше время защищает женщин от насилия. Всеобщая декларация прав человека провозглашает в том числе и равенство полов. Существует Конвенция ООН о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин, Декларация ООН об искоренения насилия в отношении женщин. Существует множество других международно-правовых актов...

Если мы вернемся к законодательтсву в России: какая здесь складывается ситуация?

Наталья Абубикирова: Я должна добавить, что у нас еще существует собственная Конституция (Статья 19, пункт 3), которая гласит о равных правах и равных возможностях.

Что касается вот, может быть, в части ответа на вопрос Николая, который звонил. Дело в том, что, например, после того, как в Америке был принят закон о предотвращении насилия в семье, количество убийств женщин своими партнерами и мужьями сократилось ровно в 3 раза. Это говорит о том, что все-таки юридическая часть должна присутствовать.

И если говорить о нас, то у нас в настоящий момент нет специального закона о предотвращении насилия в семье. У нас есть только некие статьи Уголовного кодекса, которыми можно пользоваться, но это довольно сложно. И очень часто, поскольку нет определения насилия в семье, то, например, рассматривается единичный случай насилия, конкретный, и только за него, по его поводу ведется следствие. И не рассматривается, что это целая серия таких случаев, поскольку нет определения, что же такое насилие в семье. В этом смысле я могу сказать, что наши законы недостаточно защищают женщин, когда их права нарушаются.

Кристина Горелик: Многие женщины просто боятся обращаться в правоохранительные органы, поскольку их жалоба, как правило, передается мужу или родственнику, и это может иметь для женщины негативные последствия. Куда ей обращаться?

Наталья Абубикирова: Можно обращаться в кризисные центры. В Москве, например, есть четыре организации, которые занимаются этой проблемой. Есть телефоны доверия, где оказывается психологическая поддержка и по телефону, и (если есть желание) то очное консультирование осуществляется.

И также у нас сейчас, например, в нашем национальном офисе работает правовая программа. Если женщина уже подала заявление в милицию, и ее дело каким-то образом идет не очень удачно, как она считает, то мы имеем такую возможность немножко проконтролировать, поскольку у нас есть программы, в которых мы работаем вместе с прокуратурой, которая по своим функциям обязана надзирать за правовыми действиями, в частности, милиции.

Точно так же, если женщина хочет обратиться, просто написать заявление, то любой консультант на телефоне доверия такие первичные консультации оказывает. Что-то более сложное - это уже надо записываться на правовую программу.

Хочу сказать, что эти обращения бесплатные. Во многих центрах (а у нас в Ассоциацию входит 45 центров в разных городах России) осуществляется также и групповая работа. То есть, в принципе, женщина может выбрать любой способ, который она для себя предпочтет в данный момент более подходящим.

Я могу сказать сейчас номер телефона нашего офиса. 250-91-71, код города Москвы (095). Если вы нам позвоните, то мы вам дадим номера телефонов или ближайших городов, где находятся наши общественные организации, кризисные центры, или городов, где есть телефоны доверия, чтобы вы могли туда обратиться за поддержкой и консультациями.

Кристина Горелик: Спасибо. По данным правозащитной организации "Международная амнистия", ежегодно около 14 000 российских женщин погибают от рук своих мужей или других родственников. Правозащитники призвали российские власти принять срочные меры по предотвращению насилия в семьях.

XS
SM
MD
LG