Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Интервью с уполномоченным по правам человека в Российской Федерации Олегом Мироновым - часть 2.


"Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и должны поступать в отношении друг друга в духе братства". Статья 1 Всеобщей декларации прав человека.

В этой программе вы услышите вторую, заключительную часть интервью с уполномоченным по правам человека в Российской Федерации Олегом Мироновым. Исполняется 5 лет его работе в этой официальной государственной должности. Возможно переизбрание на новый срок; впрочем, равно как и приход нового уполномоченного. В любом случае, есть повод дать некоторые оценки и сделать некоторые выводы.

Олег Миронов - сам о себе, о положении в Чечне, о правозащитных организациях и российской власти - в программе "Человек имеет право".

Начнем, однако, с двух репортажей корреспондентов Радио Свобода из Омска и Саранска. Их объединяет одна тема - правозащитная пресса.

Сегодня это одно из немногих средств распространения знаний о правах человека, знаний, явственно и все больше востребуемых обществом. Никогда прежде в России не выходило такого количества независимых газет и журналов, никогда прежде в стране не было такого многообразия правозащитных бюллетеней, справочников, брошюр, пособий, учебников, переводных изданий.

Корреспондент Радио Свобода Татьяна Кондратовская и правозащитник Виктор Корб анализируют частный пример "Омской газеты".

Татьяна Кондратовская: "Омская газета" выходит уже 5 лет, но в киоске ее не купишь, а прочитать материалы можно только в интернете. Главным редактором системы "Открытый Омск", в которую входят "Омская газета" и информационное агентство "До-инфо", является известный правозащитник Виктор Корб. По его словам, учредители и журналисты не имеют ресурсов на издание бумажной версии газеты. На первом этапе изданию, публикующему материалы из официальных и независимых источников, помог Фонд Сороса. Сейчас приходится использовать доходы от других видов деятельности. И все же, по мнению Виктора Корба, основной проблемой правозащитной прессы и правозащитного движения являются не деньги, а какая-то растерянность его участников.

Виктор Корб: Проблема правозащитного движения в том, что оно не может между двумя крайностями найти какую-то золотую середину. Я имею в виду, один край - это позиция прагматизма, другой край это чистое или романтическое отношение к реализации правозащитной идеи как таковой.

В Омской области ни того, ни другого края нет. Есть вот какое-то такое смятение, есть инициативы одиночек, каких-то локальных групп, но, в целом, ситуация крайне неблагоприятная, потому что правозащитное движение не определилось вот так, институционально.

Татьяна Кондратовская: Сидящие без зарплаты рабочие и учителя, отключение электричества, забастовки на предприятиях, отсутствие воды в сельских районах, злоупотребления чиновников и неправовые судебные решения - все это становится темой публикаций в "Омской газете". Но если раньше публикации в прессе вызывали негодование или раздражение, то теперь власть, по словам Виктора Корба, старается их не замечать.

Виктор Корб: Омские власти научились самое мощное оружие использовать против правозащитного движения. Это - игнорирование. Если тебя просто не замечают, то тебя как бы и нет. Примеры открытого реагирования - они практически единичны и носят характер, скорее, такой - нервной реакции. Тогда появляются примеры - типа утечек фактов прослушивания разговоров лидеров средств массовой информации и журналистских союзов.

Татьяна Кондратовская: Правозащитное движение возвращается в "кухонный" вариант на более высоком технологичном уровне. В интернете и в самиздате правозащитная пресса, возможно, менее уязвима, но, с другой стороны, она делается все более виртуальной. Ее как будто бы нет. Оставшихся неудобных правозащитников стараются представить в виде городских сумасшедших. Некоторые правозащитники стали обычными адвокатами или превратились в сборщиков компромата по политическому заказу.

По мнению Виктора Корба, говорить о кризисе правозащитного движения нельзя, однако, пора переходить от героически-партизанской правозащитной деятельности к нормальному институту защиты прав граждан, который должен быть частью политической инфраструктуры.

Виктор Корб: Правозащитное движение соответствует вот этой ситуации ватной. Изменить ее могут только достаточно серьезные силы, то есть некая прагматизация правозащитного движения, включение его как реальную задачу или инструмент в достаточно мощные политические силы. Иначе это будет "кухонный" вариант - то, что сейчас реализуется.

Татьяна Кондратовская: Пока в Омской области рано говорить о торжестве гражданских прав хотя бы потому, что не имеющую ни одного замечания и даже судебного иска "Омскую газету" пытаются ликвидировать чиновники регионального управления Минпечати.

Для Радио Свобода - Татьяна Кондратовская, Омск.

Владимир Ведрашко: В репортаже прозвучали слова о том, что говорить о торжестве гражданских прав в Омской области рано. И выражается это уже в том, что чиновники посягают на само существование правозащитной газеты.

Тут позволю себе сказать два слова. Ну, во-первых, торжества гражданских прав вообще нигде нет, даже в самой демократической стране. Сотни и тысячи правозащитных организаций во всем мире выгрызают у власти по маленькому кусочку свои права и делают это уже многие десятилетия. И уходят не только в виртуальный мир интернета (там они уже давно обитают и результативно работают), но и устраивают гражданские акции. Выход в течение 5 лет "Омской газеты", вероятно, и есть одна из таких гражданских акций. И это явное свидетельство перемен и новых возможностей, открывающихся сегодня в России.

Да, конечно, трудности огромные, но и возможности (кстати сказать, возможности, отвоеванные самими российскими правозащитниками) - немаленькие.

А теперь переместимся в Саранск. Там тоже много интересного.

Передает Игорь Телин.

Игорь Телин: Ровно 2 года назад, весной 2001 года, в Саранске вышел первый номер газеты "Мордовский правозащитник". Главный редактор издания директор республиканского правозащитного центра Василий Гуслянников так оценивает это событие:

Василий Гуслянников: Мечта сбылась. Мы пытаемся активно сотрудничать с местными средствами массовой информации, но острый материал, его или сокращают здорово, или просто отказываются публиковать. Вот для этого нам нужна своя газета.

Игорь Телин: Главная цель газеты, по словам Василия Гуслянникова, это:

Василий Гуслянников: Каким-то образом просветить население. Ведь, чего греха таить, в Республике Мордовия (это, можно сказать, медвежий угол в России) население в правовом смысле забито. И одна из целей нашей газеты - просвещение населения.

И я думаю, мы потихоньку справляемся. В этой газете даем местный материал на правовую тематику. Вопросы мы, естественно, там публикуем те злободневные, которые есть. Ну, например, отсутствие независимого суда в Республике Мордовия. Это очень важно. В последнем номере вот вышел большой материал по альтернативной гражданской службе. Публикуем еще и образцы тех заявлений, с которыми можно обратиться в суд для защиты своих прав. Особенно это интересно сейчас, и особенно злободневна тема нарушения прав человека в жилищно-коммунальной сфере.

Прокуратура шевельнулась после того, когда вот такие публикации стали появляться. Она опротестовала два незаконных постановления мэра города, они были отменены, и пересмотрены тарифы. То есть тут есть ответная, так сказать, реакция вот на эти публикации.

Игорь Телин: Средства на издание газеты получены из Фонда гражданских свобод. Оплачиваются лишь типографские расходы, так что тираж "Мордовского правозащитника" составляет всего 1 000 экземпляров. Но, по мнению Гуслянникова, уже настала пора увеличить тираж.

Василий Гуслянников: Газета пользуется спросом. Даже люди, которые получили эти экземпляры, звонят и спрашивают, где можно подписаться. Ну, пока, говорю, из-за слабости материальной базы такой у нас нет возможности. Может быть, накануне выборов удастся какие-то политические объединения "раскрутить" для того, чтобы мы могли давать им политическую рекламу, а заодно свои вещи публиковать более широким тиражом.

Ну, и сейчас мы прорабатываем вопрос о получении гранта в фонде "Матра" (это нидерландский такой фонд). Может быть, нам удастся получить какие-то средства, и тогда мы будем активнее печатать и чаще, и объем увеличим.

Игорь Телин: В ближайших планах мордовских правозащитников - распространение газеты не только в Саранске и районных центрах республики, но и рассылка части тиража во все без исключения поселковые и сельские администрации, а также библиотеки Мордовии. Своеобразная акция, цель которой в том, чтобы о правозащитном издании узнало как можно большее количество жителей региона.

Для Радио Свобода - Игорь Телин, Саранск.

Владимир Ведрашко: Новости. Их подготовила Анна Данковцева.

Анна Данковцева: Представитель России в Европейском суде по правам человека Павел Лаптев сообщил на прошлой неделе, что три российских гражданина выиграли дела против Российской Федерации в Страсбурге. Общее число жалоб, направленных в Европейский суд из России, превышает 10 000. Российский представитель в Страсбурге отметил, что наибольшая сумма, выигранная по иску россиянина к Российской Федерации, равняется 5 000 евро.

6 мая в Москве состоялась пресс-конференция "Права человека и правозащитная деятельность государства в современной России", на которой были оглашены следующие официальные цифры. В России за 2002 год выявлено более 284 000 нарушений прав и свобод граждан со стороны государственных служащих. По официальным данным, эти нарушения закона послужили основанием для возбуждения около 1 500 уголовных дел. К дисциплинарной и административной ответственности в истекший год было привлечено более 28 000 должностных лиц.

По сообщениям "Интерфакса", председатель Верховного Суда России Вячеслав Лебедев высказался за гуманизацию российского уголовного законодательства. Он подчеркнул, в частности, что уже сейчас суды не практикуют лишение свободы в отношении лиц, совершивших преступления небольшой и средней тяжести. В то же время Уголовный кодекс в отдельных положениях действительно жесток, в частности в вопросах рецидива, отметил председатель Верховного Суда. Вместе с тем Лебедев положительно оценил введение на территории России судов присяжных и мировых судов.

Судебные иски против правительства России подали на прошлой неделе четверо иностранных граждан, чьи родственники погибли во время операции по освобождению заложников в московском театральном центре на Дубровке. Два гражданина США, украинец и жительница Казахстана требуют выплатить им в общей сложности 8 миллионов долларов компенсации морального и материального вреда. По словам адвоката Игоря Трунова, в ближайшее время с заявлением в суд обратился еще один иностранец, гражданин Австрии. Ни один из более чем 60 аналогичных исков, предъявленных россиянами московскому правительству, пока не удовлетворен.

В России за минувший год около 300 офицеров осуждены военными судами за избиение подчиненных, считает главный военный прокурор Александр Савенков. К 3 годам лишения свободы приговорен, в частности, заместитель командующего Сибирским военным округом генерал-майор Николай Комиссаров за насилие над подчиненными. По информации главного военного прокурора, всего в 2002 - 2003 годах за нарушение уставных взаимоотношений с сослуживцами и подчиненными к уголовной ответственности привлечены свыше 2 000 военнослужащих.

По сообщению Агентства социальной информации, в Кузбассе проходит месячник по льготному бытовому обслуживанию участников Великой отечественной войны и тружеников тыла. В течение месяца услуги парикмахерских, предприятий по ремонту теле-, аудио- и видеоаппаратуры, бытовой техники, ремонту обуви и одежды будут для них стоить на 5 - 20 процентов дешевле. В акции принимают участие как муниципальные предприятия бытового обслуживания, так и частные предприятия и предприниматели.

Очистить от свастик и фашистских лозунгов накануне 9 мая центр города - такую задачу поставили перед собой члены орловской региональной группы Молодежного правозащитного движения. Поводом для акции "Город без свастик" стал полученный незадолго до Дня победы отрицательный ответ прокуратуры Заводского района Орла на требование орловских правозащитников возбудить уголовное дело по факту появления в городе лозунгов "Черной сотни", сообщает интернет-сайт портала "Права человека в России".

Владимир Ведрашко: Правозащитные новости подготовила и прочитала Анна Данковцева.

В программе "Человек имеет право" - вторая часть интервью с Олегом Орестовичем Мироновым. В первой части речь шла о личном опыте юриста и государственного чиновника, вступившего 5 лет назад в должность уполномоченного по правам человека. Мы говорили также о некоторых признаках гражданского общества в России, точнее о нехватке этих признаков. Сегодня речь пойдет о ситуации в Чечне и об отношениях с правозащитными организациями.

Считает ли Олег Миронов, что ситуация в Чечне может в ближайшее время измениться к лучшему?

Олег Миронов: В Чечне есть тенденция изменений к лучшему. Я в Чечне был более 10 раз за время исполнения функций уполномоченного, так я Чечню неплохо знаю - и вообще Северный Кавказ. Я последний раз был на референдуме в Чеченской республике, я видел, как люди шли на референдум. Я поддержал идею референдума, потому что это очень важное политическое событие, которое дало возможность каждому, если он пожелает, прийти на избирательный участок и высказать свою собственную позицию.

Но референдумом экономическую, социальную ситуацию в Чечне не изменишь. Референдум - это принятие конституции, это принятие закона о выборах президента и парламента. Нужно решать экономические, социальные проблемы. Нужно решать проблемы духовно-нравственного возрождения.

Я хочу с удовлетворением отметить, что уже 5 лет на территории Чеченской республики существуют филиалы Современной гуманитарной академии (эта академия находится в Москве). И вот 5 лет тому назад, по инициативе ректора, в Чечне были созданы филиалы, чтобы молодежь Чечни могла учиться. У них развита система дистанционного образования. Они общаются, так сказать, с преподавателями через телевизоры, компьютеры и так далее, и так далее. Так что нужно и духовно-нравственное возрождение Чечни.

Я вижу позитивные изменения. Я был приятно поражен состоянием полей, которые были подготовлены к весенним работам. Это говорит о том, что люди хотят мирной жизни, они устали. Восемь с половиной лет... Федеральные войска в Чечню были введены в декабре 1994 года.

Владимир Ведрашко: Что необходимо сделать для прекращения войны в Чечне? Есть ли у Олега Миронова свой рецепт скорейшего и эффективного выхода из этой трагической ситуации?

Олег Миронов: Если бы кто-то высказал такой рецепт, и он был бы воплощен в действительность, то этот человек был бы достоин Нобелевской премии в области мира.

Я много несколько лет тому назад говорил, что нужно, во-первых, перекрыть финансовые потоки, которые идут на поддержку боевиков. Они же существуют не за счет сухарей, которые им дают местные жители. Это же гигантские деньги, и они из-за рубежа поступали и поступают, и из России. Есть компании, есть фирмы, есть банки. И, наконец-таки, я теперь слышу: уже руководство ФСБ начало об этом говорить. Казалось, это первое, что нужно было делать.

Нужно обеспечить людям безопасность. Нужно решать экономические проблемы. Нужно строить жилье. И потом - строить, а не выдавать компенсацию за утраченное жилье. Такая компенсация составляет 120 000 рублей. Если человек покинул Чечню, он может за эти деньги рублей решить жилищную проблему в России и, значит, восстановить все потерянное имущество, которое у него было? Вот надо именно строить жилье. Построили, отремонтировали 5-этажный дом в Грозном и говорят: "Вот семья русских, вы сейчас находитесь в Саратовской области. Ваша квартира отремонтирована. Возвращайтесь... Семья осетин, ваша квартира отремонтирована. Приезжайте... Украинцы..."

Нужно, чтобы Чеченская республика возрождалась не как однонациональная, а как многонациональная республика.

Владимир Ведрашко: Возможно ли возрождение Чечни на многонациональной основе?

Олег Миронов: Я думаю, это возможно. Там около 40 процентов населения было русское население. Это - терское казачество. И ни одна из республик Северного Кавказа, конечно, не должна быть однонациональной. Когда многонациональный субъект Федерации (а у нас все многонациональные), то это создает определенный баланс, равновесие сил. Это сдерживает, так сказать, противоречия. Я считаю, что это должна быть просто государственная политика.

Владимир Ведрашко: Институт уполномоченного по правам человека со времени вступления в должность Олега Миронова находился в довольно напряженных отношениях с правозащитниками. Каковы эти отношения сегодня?

Олег Миронов: У нас очень сложно строить отношения с неправительственными организациями, но я проявил и терпимость, и дипломатию, может быть, выдержку. Сейчас у нас отношения... я не могу сказать - со всеми, у нас тысячи неправительственных организаций. Но у нас есть Экспертный совет, туда входят практически руководители всех видных неправительственных правозащитных организаций.

С Московской Хельсинкской группой мы заключили соглашение о сотрудничестве, вместе сотрудничаем. С Фондом гласности, который возглавляет Симонов, у нас тоже очень хорошие отношения. Комитет за защиту гражданских прав Бабушкина - тоже у нас хорошие отношения. Центр "Стратегия" в Санкт-Петербурге - мы тоже заключили соглашение о сотрудничестве.

И, по моей инициативе, с помощью правозащитников в аппарате нашем издан справочник "Неправительственные правозащитные организации" по субъектам Федерации. Это очень положительно восприняли правозащитники, потому что они сами толком не знали, может быть, в каких субъектах какие организации есть.

Владимир Ведрашко: Какие претензии мог бы предъявить Олег Миронов российским правозащитным организациям?

Олег Миронов: Я бы даже не ставил так вопрос. Я говорю руководителям неправительственных организаций: давайте искать точки соприкосновения, а не те моменты, которые нас могут развести и поссорить. Вот где мы можем приносить пользу, где вместе будем работать. А остальное - пусть останется, так сказать. Вы самостоятельные абсолютно, никто на вас влияние не оказывает. Действуйте. Но там, где мы можем найти общий язык, где у нас есть общие позиции, там давайте действовать вместе. А где у нас не совсем - давайте мы это оставим. Жизнь покажет, кто прав, кто не прав. И на этом я никогда не акцентирую внимание, и вот я на таких отношениях... у нас строятся хорошие взаимосвязи, и мы делаем немало дел.

Владимир Ведрашко: Оказывает ли российская власть давление на уполномоченного?

Олег Миронов: Нет, на меня не было никакого давления. Другое дело, что мне и помощи особой не было оказано. Но давления никакого не было. Было как бы опосредованное давление. Вот, ну, может быть, через неправительственные организации, когда я начал работать, через средства массовой информации. Ну, там мелкие протокольные вещи как бы, вот, понизить статус уполномоченного... Ну, я очень спокойно на все это реагировал.

И вторая такая тенденция - это как бы попытка умолчать. Вот как будто бы нет уполномоченного. Выполнили обязательства перед Советом Европы, отчитались - и все. Ну, на эти вещи я очень бурно реагирую и заявляю о том, что такой институт есть, что мы работаем.

Так что никакого давления, никакой попытки, так сказать, принудить меня к чему-то этого ни с одной стороны, ни с какой ветви власти не было.

Владимир Ведрашко: Институт уполномоченного по правам человека многое сделал за 5 лет, и об этом уже неоднократно говорилось. Перед окончанием 5-летнего мандата уместно спросить: а чего добиться не удалось?

Олег Миронов: Пока я не вижу реакции на наши очень важные аналитические документы со стороны властей. Это не записано в законе. Уполномоченный обязан каждый год предоставлять доклад о своей деятельности. Но нет обязанностей, со стороны правительства, рассматривать этот доклад. Я считаю, что такая обязанность должна быть, и председатель правительства должен по нашему докладу давать поручения.

Мы готовим специальные доклады, и они адресованы порой конкретным ведомствам. Например, у нас был доклад о дедовщине в армии. Обязано было Министерство обороны провести расширенное заседание коллегии и обсудить этот доклад, принять меры и сообщить уполномоченному? Но в законе этого не записано.

Поэтому если я буду назначен на новый срок, я буду добиваться, чтобы была реакция, которая нам необходима - со стороны государственных структур. И я думаю, это будет делать и другой уполномоченный, который, может быть, придет на мое место.

Владимир Ведрашко: Это был уполномоченный по правам человека в Российской Федерации Олег Орестович Миронов.

XS
SM
MD
LG