Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Детская и подростковая наркомания


"Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и должны поступать в отношении друг друга в духе братства". Статья 1 Всеобщей декларации прав человека.

Кристина Горелик: Говорит Радио Свобода. В эфире программа "Человек имеет право". У микрофона Кристина Горелик.

За последние годы в России в наркоманов превращаются уже даже не подростки, а дети 8 - 10 лет. Они нюхают клей на улице, потом начинают глотать таблетки и колоться. Во многом рост наркоманов объясняется огромным количеством беспризорных детей, однако и во вполне благополучной семье ребенок может стать наркоманом.

Детская и подростковая наркомания - тема сегодняшней программы "Человек имеет право". В гостях в московской студии Радио Свобода руководитель реабилитационных программ благотворительного Фонда "Нет алкоголизму и наркомании" Инна Баушева, инспектор по особым поручениям отдела по делам несовершеннолетних МВД России, майор милиции Владимир Брянцев и директор городского Центра "Дети улиц" Светлана Волкова.

Беспризорники - самые уязвимые для наркотиков дети. Большинство живущих на рынках, на вокзалах, в подвалах беспризорников начинает нюхать клей. На центральном городском рынке Хабаровска побывала наш корреспондент Марина Илющенко. О том, что она узнала от детей, сотрудников милиции, торговцев рынка - в ее репортаже.

Марина Илющенко: Центральный рынок Хабаровска - это то место, где вам предложат салат из лепестков лотоса, варенье из роз, фрукты и овощи от манго до моркови. Именно центральный городской рынок стал для многих бездомных детей многозвучным и многоцветным, но не всегда теплым домом. Ежедневно сотрудники милиции рынка задерживают по двое и трое подростков.

14-летний Дима Костромичев из поселка Приамурского. В Хабаровск приехал на электричке. Дима пришел на центральный рынок, надеясь заработать здесь денег и встретить своего друга, с которым ехал из своего поселка.

Дима Костромичев: Помогать кому-нибудь здесь, по рынкам. Это... рабочим буду помогать убирать. А там еще этот... длинный такой пацан со мной.

Марина Илющенко: Оперуполномоченный отделения милиции центрального рынка Евгений Петров рассказал, что с бездомными детьми приходится сталкиваться часто.

Евгений Петров: Очень часто появляются здесь на рынке бездомные дети. Помогают тут предпринимателям там чего-нибудь поделать, ну, и соответственно клей тут нюхают. Прячутся они в подвале или где-нибудь здесь вот в закоулках, где-нибудь за киосками. В пакетах нюхают.

Марина Илющенко: Самое большее, что могут сделать в отделении милиции, это доставить детей в дежурную часть милиции рынка.

Евгений Петров: Мы их задерживаем, доставляем сюда, вызываем инспектора по делам несовершеннолетних. Они с ними проводят профилактические мероприятия. Если бездомные, то в приют их сдают.

Марина Илющенко: Как правило, бездомные дети, живущие на рынке, нюхают клей "Момент", однако никто из них не решается сказать об этом. Обычно отвечают, что только видели тех, кто с целлофановыми мешками на головах нюхает "Момент", а на рынке потому, что помогают кому-то из родственников работать.

- Мы пришли втроем к моей бабушке.

- Помогать.

- Помогать работать, там, продавать вещи.

Марина Илющенко: А то, что клей нюхают, есть такое?

- Есть. Мы видели пыхальщиков.

- Пыхальщиков. Они чуть-чуть не убили. Деньги забирали.

Марина Илющенко: Продавцам, работающим на рынке, часто приходится сталкиваться с бездомными. Как правило, женщины жалеют детей, чем могут, тем и помогают.

Продавец Ирина считает, что рынок хотя и не самое хорошее место для ребенка, но у бездомных детей выбора нет.

Ирина: В принципе, они здесь так помогают - коробочки подносить. А куда им еще деваться? Я не знаю. Вот куда их отогнать? Это вот сколько раз и забирали в интернаты тоже, они сбегают и обратно сюда идут. Куда им еще деваться?

Марина Илющенко: Как помочь детям, которые живут на рынке и нюхают клей? Вопрос риторический. В отделении милиции рынка нет инспектора по делам несовершеннолетних, который бы занимался такими детьми. Нет реальной возможности и у городских властей куда-то устраивать этих детей. Поэтому, к сожалению, городской рынок еще долго будет оставаться единственным приютом для бездомных детей-токсикоманов.

Кристина Горелик: Это был репортаж Марины Илющенко из Хабаровска.

Первый вопрос у меня к майору милиции Владимиру Брянцеву. Владимир Гелиевич, так все-таки, есть ответ на вопрос, как помочь этим детям, или нет?

Владимир Брянцев: Да, естественно. Я несколько не согласен с позицией корреспондента, который делал данный репортаж, и можно сказать, осуждаю поведение и позицию тех людей, которые работают на рынке, которые утверждают, что детям некуда деваться.

В настоящий момент государство очень активно ведет работу по профилактике беспризорности и безнадзорности. Создан межведомственный оперативный штаб по координации деятельности федеральных органов исполнительной власти по профилактике безнадзорности, беспризорности и правонарушений. Вот, кстати, завтра состоится очередное заседание данного штаба, где будет рассматриваться вопрос по профилактике наркомании среди несовершеннолетних.

МВД России совместно с другими заинтересованными субъектами системы профилактики несовершеннолетних работает над этим вопросом. Во всех субъектах Российской Федерации созданы социально-реабилитационные центры, социальные приюты для детей, которые оказались в трудной жизненной ситуации. Я думаю, что таких детей надо помещать туда.

Кристина Горелик: Так на всех же детей не хватит.

Владимир Брянцев: Да нет, хватит.

Кристина Горелик: Извините, что я вас перебиваю. Есть ли статистика, сколько сейчас беспризорных детей на улицах городов?

Владимир Брянцев: Есть такая статистика, но статистика эта постоянно меняется, потому что работа ведется, детей доставляют как в социально-реабилитационные центры, социальные приюты, в центры временной изоляции для несовершеннолетних правонарушителей, в различные центры общественных организаций, которые существуют у нас во всех регионах.

Кристина Горелик: Так все-таки: 1 миллион, 10 миллионов этих детей?

Владимир Брянцев: Ну, нет, эта цифра, конечно... вы называете очень большую. Она постоянно, эта цифра, варьируется.

Кристина Горелик: Приблизительно? Это может быть 100 человек или 1 000?

Владимир Брянцев: Ну, трудно сказать, сколько на сегодняшний момент.

Кристина Горелик: Хорошо. Давайте мы прервемся на звонок. Добрый вечер.

Олег Брейдо: Здравствуйте. Санкт-Петербург, Олег Викторович Брейдо. У меня существует мнение, так сказать, глубокое мое, личное убеждение... Я, значит, сформулировал бы его так, что если проинтегрировать как бы все компоненты, составляющие проблемы под названием "наркомания" вообще и юношеская, молодежная наркомания в России в частности, то я беру на себя смелость утверждать, что для нынешнего политического режима в России управляемая (я подчеркиваю - управляемая) молодежная наркомания в стране объективно выгодна. Разумеется, я понимаю, что это очень острое мнение...

Кристина Горелик: А кому выгодно?

Олег Брейдо: Я мог бы его аргументировать, но в рамках, так сказать, телефонного звонка, если вы мне дадите на это возможность, то я это сделаю. Если нет...

Кристина Горелик: У нас, к сожалению, очень мало времени, поэтому, может быть...

Олег Брейдо: Я понимаю...

Кристина Горелик: ... вы просто выскажете свои соображения, кому это выгодно?

Олег Брейдо: Кому выгодно? Видимо, так сказать, власти предержащим. Ну, во-первых, так сказать, вот вы говорите о беспризорниках. Почему вы не говорите об основной массе молодежи, которая на сегодняшний день тусуется (как сейчас выражаются) в клубах, в различных массово-зрелищных мероприятиях, которые старательно устраиваются для них властями и так далее, и там они практически в открытую принимают наркотики?

Кристина Горелик: Спасибо за звонок. У нас, к сожалению, очень мало времени. Ваше мнение понятно, и вот я попрошу Владимира Гелиевича прокомментировать (все-таки это камень в ваш огород тоже). Хотя, на мой взгляд, в первую очередь это выгодно тем компаниям, которые распространяют наркотики, а по поводу властей, пожалуйста, ответьте.

Владимир Брянцев: Я, конечно, не согласен с данной позицией. На самом деле, распространение наркомании выгодно тем людям, которые занимаются распространением наркотиков, наркодилерам, более мелким дельцам. Вот с ними ведется работа, существует в Уголовном кодексе ряд статей, по которым они привлекаются к уголовной ответственности. И голословно рассуждать о том, что это выгодно государству, я думаю, не стоит.

Кристина Горелик: Следующий у меня вопрос к Светлане Волковой, центр "Дети улиц". Скажите, а какая польза от профилактических бесед или от социальных приютов? Подростков помещают в этот приют, он через какое-то время опять сбегает. Но все-таки может быть есть какие-то методики специальные, которые могли бы каким-то образом реабилитировать этих подростков?

Светлана Волкова: Естественно, если говорить о профилактике, беседа - это наименее эффективный способ. Эффективность таких бесед, там, процентов 15. Но, тем не менее, если мы сочетаем различные виды профилактической работы, начиная вот от информирования, от включения в группу и привлечения к тому, чтобы эти знания, они стали в стойкую жизненную позицию этого подростка, молодого человека, и которые бы позволили поменять ему поведение, тогда эффективность 90 процентов.

Но все зависит от того, когда мы начинаем работать с этим подростком. Если он уже длительное время на улице, то эффективность, она низка. То есть практически если он несколько месяцев уже прожил, то его ресоциализировать практически невозможно, к тому уровню вернуть, с которого он сошел. То есть он, да, может стать гражданином нашего общества, но, конечно, уже на несколько более низших ступенях, скажем, так, его социальной лестницы.

А наиболее эффективный способ это, конечно, первичная профилактика. И я вот к тому вопросу, который прозвучал о всей молодежи. Да, действительно, молодежью надо заниматься, и, естественно, пока государство где-то уступает свои позиции бизнесу. Я не говорю, что государство не работает, оно работает, но, к сожалению, недостаточно, потому что у нас не очень богатое государство. Бизнес, тем не менее, активно занимает эти позиции и предлагает, раз есть спрос, раз молодежь социально не занята и не трудоустроена, и у нее, скажем так, размытые интересы и низкий потребительский потолок, то, безусловно, им предлагается то, что легко потребить. А именно - развлечения и, собственно, атрибуты соответствующие.

Кристина Горелик: И как раз в этом смысле власть за это несет ответственность. Да. Давайте мы еще на один звонок прервемся. Добрый вечер.

- Добрый вечер. Позвольте мне присоединиться к питерскому слушателю. Я коренная москвичка, и я хочу вам объяснить, что вы тут абсолютно ни при чем. Дети являются наследниками собственных биологических родителей, и социум к этому делу не имеет никакого отношения. Социум боится правильно, потому что этот ребенок подрастет и выкинет вора, который влез в его квартиру и изуродовал жизнь его семьи.

Точно так же, как вот мой отец, например, пришел после войны и выкинул людей в погонах. Был бойцом невидимого фронта и вырастил меня. Прекрасный семьянин, не пил всю жизнь, и всю жизнь вкладывал вот вашим коллегам (там сотрудник милиции у вас сидит). Вот и они вели себя тихо, они не смели не только паспортов спрашивать... В Москве была тишь и гладь, и Божья благодать.

Кристина Горелик: Так, давайте мы все-таки вернемся к проблеме наркомании среди подростков. Что касается воспитания... вот я насколько поняла, наша слушательница говорила еще о суровом воспитании. У меня такой вопрос к психологу Инне Баушевой.

Инна, скажите, воспитание играет, наверное, одну из основных ролей в семье. А что должен делать родитель, когда он узнал о том, что ребенок употребляет наркотики? И, самое главное, как ему узнать о том, что его ребенок принимает наркотики?

Инна Баушева: Внимательный родитель, он увидит это сразу. Он почувствует ребенка, по его эмоциональному состоянию, по изменению поведения, по тому, как изменились его отношения с родителем. И, конечно, забьет тревогу, и не позволит очень далеко уйти от себя ребенку, восстановив контакт с ним, добиваясь искренности, честности, взывая к нему, к помощи. Ну, это если не нарушены отношения, если у ребенка просто эксперимент или какой-то временный такой кризис.

Но если нарушены отношения, в результате которых ребенок начал действительно уже глубоко погрязать в такие вот компании и употребляет наркотики, как правило, родители, к сожалению, не сразу это замечают, и это ответственность родителей. Если они заметили, когда уже явно и невозможно что-либо скрыть, то, по крайней мере, чтобы они не закрывали глаза, а честно задали вопрос, выяснили, правда ли это, попытались выйти на доверительный разговор, попытались узнать информацию у специалистов, что, на самом деле, может скрывать, какие-то незнакомые предметы или такое необычное поведение ребенка. И обратились за помощью.

И дело в том, что даже если ребенок сам не готов, или он отказывается пока отвечать, с родителями говорить откровенно...

Кристина Горелик: Да, вот если он действительно... Как можно заставить лечиться, если ребенок сам не хочет?

Инна Баушева: Заставить невозможно. Заставить ребенка изменить свое поведение насильно это очень сложно. Единственный путь это восстанавливать отношения, но это длительная работа, это не одночастная, не одномоментная. И иллюзии обычно родители питают, когда они начинают таскать детей по каким-то специалистам в кавычках, там, к бабкам-экстрасенсам, пытаясь найти какую-то разовую быструю помощь.

Надо понять, что наркомания или зависимость любая - это очень глубокое деформированное состояние, которое включает и психологические нарушения, и биологический компонент. И поэтому, как любая болезнь, она требует глубокого длительного лечения. И начать нужно, прежде всего, с самих себя. Родитель, я надеюсь, более трезвый, значит, он должен обращаться сам к специалисту. Ну, а если он будет менять свое поведение, найдет какие-то новые точки, новые интонации в отношениях с ребенком, если он сам научится вести себя более здравомысленно или более разумно, то тем самым он будет подталкивать и ребенка менять поведение. Потому что ребенок все равно зависимый от него.

Кристина Горелик: Спасибо. Давайте еще один звонок послушаем. Добрый вечер.

Александр: Добрый вечер. Это говорит Александр, Москва. Вы знаете, в общем-то, питерский слушатель, хотя и в очень агрессивной форме все это говорил, но, в общем-то, он констатирует то, что сегодня происходит с наркотиками у нас в России. Почему он говорит, что там заинтересованы власти имущие? Они не заинтересованы в наркотиках, но они заинтересованы в тех деньгах, которые на наркотиках делаются. Деньги это очень большие, действительно очень большие, и по международным стандартам. Это миллиарды долларов сегодня крутятся в обороте в России. И, естественно, противостоять этим большим деньгам сегодня в России не может и милиция, которая, в общем-то говоря, является прямым пособником. И более того, она, как говорят, "крышует" две вещи сегодня в стране - это наркотики и проституцию. А за наркотики даже ведется борьба между различными этими милицейскими всякими отделами.

Деньги очень большие, и сегодня действительно вы поднимаете разговор о том, как этому противостоять хотя бы вот на маленьком таком личном, индивидуальном уровне, на семейном. Я думаю, что здесь нужна, конечно, профилактика, то есть работа с детьми уже непосредственно в школах. Еще предупреждать эти все вещи до того. Потому что дети с этим сталкиваются, противостоять этому рынку пока вот действительно нет у общества таких сил, но хотя бы их предупредить, им объяснить до того, как они... им эти наркотики уже предложат. И это как констатация.

А второе: я вот пытаюсь несколько месяцев связаться с каким-то организациями, которые могли бы начать внедрение новых таких лекарственных форм против наркотиков. Это известные лекарства "антаксон" и "мелаксон", когда после одного укола месяц наркотики не действуют. Вот ничего не могу сделать. Да. Спасибо вам за ответ заранее. Спасибо.

Кристина Горелик: Да, спасибо. Инна, вот что касается новых лекарственных препаратов. Конечно, мы не будем заниматься рекламой определенных лекарственных препаратов. Но все-таки, есть ли у нас развитый рынок лекарственных препаратов, и можно ли с помощью лекарств избавиться от подобной болезни?

Инна Баушева: Да безусловно, нет. Хотя, конечно, насколько мне известно, такие препараты существуют, но это только одна лишь маленькая часть лечения, и всего лишь ну, наверное, 1/9 всей проблемы. Это как бы вот айсберг, который на верхушечке мы можем видеть. И главное ведь это психологическая зависимость, психический статус самого ребенка, который невозможно корректировать таблетками, потому что он должен научиться жить личностно и ответственно. И таблетки это только усугубляют. Мы как бы опять ищем хорошую таблеточку.

Кристина Горелик: Волшебную таблеточку от всех бед.

Инна Баушева: Волшебную таблеточку от всех бед.

Кристина Горелик: Ну вот, Владимир Гелиевич, видите, судя по звонкам наших радиослушателей, не доверяют милиции. Более того, считают, что милиция во многом повинна в тех проблемах, которые сейчас испытывают подростки, дети, и вот в тех масштабах распространения наркотиков сейчас в России. Можете сказать что-нибудь по этому поводу?

Владимир Брянцев: Ну что сказать? На мой взгляд, конечно, это довольно обывательские высказывания. Дело в том, что государство принимает все меры по искоренению той беды, которая существует, но, к сожалению, и милиция находится в тех рамках законодательства, которые существуют. Существует ряд проблем, которые связаны, прежде всего, с рамками закона. Сотрудники милиции при проведении своей работы ни в коем разе не являются пособниками распространения наркомании, не являются наркодилерами, не борются за рынки влияния, как утверждал очередной гражданин.

В первую очередь, тут завуалированное законодательство в том плане, что, допустим, сотрудники милиции при задержании лица, которому нет 15 лет, не могут его освидетельствовать без согласия родителей. Что является очередной проблемой. Родители, как правило, не дают этого согласия, так как боятся огласки того, что сын является наркоманом. Боятся того, что это как-то может повредить их ребенку. В то же время, создавая вот такое лживое или ложное благополучие в своей семье, они теряют ребенка, который все больше и больше втягивается в потребление наркотических веществ.

Ведь у подростка существует своя психология, особая подростковая психология, и мотивация, когда он начинает употреблять наркотики, очень разная. Вот, во-первых, это и любопытство, и подражание более старшим ребятам. Влечение к получению эйфории. Но существуют еще социальные проблемы. Это незанятость подростка, это конфликты в семье. То есть можно очень долго перечислять все это. И при смене законодательства ситуация, конечно, должна измениться. Дело в том, что сейчас законодательство несколько либеральное, и вот именно та существующая демократия, она во вред законодательству и во вред нашим детям.

Кристина Горелик: Еще один звонок давайте послушаем. Добрый вечер.

- Добрый вечер.

Кристина Горелик: Здравствуйте.

- Я по сути затронутой проблемы. Поймите меня правильно, я не стараюсь искать здесь "чеченский след", но интересной такая мысль мне кажется. Пусть кто-нибудь из присутствующих даст статистику, если она есть у них, кто из детей по вероисповеданию, по национальности, по уровню материального благополучия, вот кто более подвержен наркотикам?

Кристина Горелик: Вы знаете, я боюсь, что здесь ни вероисповедание, ни национальность не играет никакой роли, потому что наркотику, к сожалению, подвержены все дети. И в том числе, как беспризорники, так и дети из очень благополучных семей.

И вот отсюда у меня такой вопрос к психологу Инне Баушевой. Инна, вот действительно, а почему "попадаются" дети из благополучных семей? У них же вроде бы все есть. Понятно - дети, которые остались на улице. А дети из благополучных семей? У них-то что, с ними?

Инна Баушева: Причина и у тех, кто на улице, и тех, кто живет в семьях, в общем-то, одна. Это недостаток любви родителей, подлинной любви. Мы пытаемся заменить материальными какими-то стимулами то, что должны давать, могут давать только родители. И отсюда все потом идут беды.

Светлана Волкова: Никто не готовит быть родителями, независимо от того, семья это или не семья. То есть бывает, что там у одиноких мам там или пап прекрасные дети и не наркоманы, и успешные в жизни. И бывает суперблагополучная семья, там достаток, и при этом неудачливые дети. Только материальные почему-то возникают какие-то критерии оценки, а наличие официальных... скажем так, вот нахождение вместе как бы, да? по формальному признаку.

Кристина Горелик:

Я никогда не скажу родителям ребенка, употребляющего наркотики, что эту болезнь вылечить нельзя. Более того, я знаю случаи, много случаев, когда общими усилиями ребенок забывал о своем пристрастии. Но проходило очень много времени прежде чем родители переставали жить от лечения к лечению, а боязнь того, что все вернется на круги своя, остается, я уверена, на всю жизнь.

XS
SM
MD
LG