Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Опыт провоза "тамиздата". Фильм "Покушение на Россию" в Москве. Орловские судьи требуют независимости. Дом, который мешает всем


"Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и должны поступать в отношении друг друга в духе братства". Статья 1 Всеобщей декларации прав человека.

В этом выпуске:

- Опыт провоза "тамиздата". Фильм "Покушение на Россию" в Москве.
- Орловские судьи требуют независимости.
- Дом, который мешает всем. Репортаж из Санкт-Петербурга.


Эти темы, а также правозащитные новости недели я представлю вам в программе "Человек имеет право".

Диктор:

Осень 1999 года. Волна кровавых взрывов обрушивается на российские города. 4 сентября в дагестанском городе Буйнакск под руинами пятиэтажного дома нашли смерть 62 человека.

Владимир Бабурин:

Фильм "Покушение на Россию" был представлен 5 марта в Лондоне. В минувший вторник полную русскую версию фильма смотрели журналисты в Москве, в музее Андрея Сахарова.

Диктор:

В ночь на 9 сентября в Москве взлете на воздух девятиэтажный жилой дом на улице Гурьянова. От взрыва погибло 94 человека, 164 получили ранения.

Ранним утром 13 сентября по-прежнему в столице мощный взрыв разрушил восьмиэтажный дом на Каширском шоссе. 119 погибших.

Через 3 дня на юге России под развалинами дома погибает 17 человек. В истории России такого еще не было.

Страну охватывает паника. Повсюду проверяются офисы и нежилые помещения, чердаки и подвалы. Во дворах и подъездах дежурят охранники и добровольцы. Дорожные перевозки частично парализованы бесконечными проверками. Несмотря на то, что никто не берет на себя ответственность за теракты, российские спецслужбы обвиняют в них чеченских боевиков.

Владимир Бабурин:

Версия - вопросы. Кто стоит за самыми страшными преступлениями в России конца 20 века?

Много лиц и голосов знакомых. Александр Зданович, представитель ФСБ, знаменитые кадры с Путиным, лидер СПС Борис Немцов, Руслан Хасбулатов.

Александр Зданович:

Те, кто формулирует эти задания, готовят взрывчатые вещества и их доставляют сюда, и, в общем-то, прорабатывают эти планы, находятся, видимо, в пределах Чечни.

Владимир Путин:

Но если (вы уж меня извините) в туалете поймаем, мы и в "сортире" их "замочим", в конце концов. Все. Вопрос закрыт окончательно.

Борис Немцов:

Это совпало с приходом на должность премьер-министра резидента Путина. Я думаю, что в тот момент где-то процентов 90-95, как сейчас в Америке, поддержало действия президента, направленные на уничтожение банд чеченских.

Хотя до сих пор не доказано, что это чеченцы сделали.

Руслан Хасбулатов:

"Хорошо, - я говорю. - Согласен". Определили мы народ (чеченцы). Но покажите конкретного чеченца, который взрывал, подкладывал, там что-то сделал. Покажите его. Показывать не могут.

Диктор:

Однако если предположить, что все взрывы домов 1999 года - дело рук спецслужб, ясно, что их подготовка заняла несколько месяцев, а вплоть до августа 1999 года ФСБ возглавлял Владимир Путин.

Диктор:

Да, может быть, конечно, там и президент, там, и руководители ни при чем, но вполне могла быть группа патриотично настроенных офицеров, которые, так сказать, вот минируют и взрывают не один дом, там, а 10 или 15 домов, подставляя себя ради спасения любимой державы.

Владимир Бабурин:

Нельзя превратить все 42 минуты фильма в радиоверсию. Его надо просто посмотреть.

В Москву фильм привез депутат Госдумы лидер "Либеральной России" Сергей Юшенков.

Сергей Николаевич, я, во-первых, хочу напомнить (ну, не вам, а наши слушателям, в первую очередь), что признать кого бы то ни было виновным может только суд. Поэтому фильм, который вы привезли из Лондона, это никак не обвинение спецслужб России.

Сергей Юшенков:

Да, это не судебный вердикт. Это - действительно - фильм, который ставит вопросы о том, что же произошло, в конечном итоге, в сентябре 1999 года. Почему до сих пор не проведено объективное расследование? Почему президент Путин не снял с должностей руководство ФСБ, которое, по крайней мере, в течение 2 дней вводило общественность в заблуждение (в том числе и президента). Ну, и, в конце концов, почему у нас до сих пор не создана система общественного и, прежде всего, парламентского контроля за деятельностью спецслужб?

Владимир Бабурин:

Но начать я хочу не с самого фильма и не с тех доводов, которые приводят в нем французские журналисты, авторы этого фильма, а с того, что вы, как ни странно, депутат Государственной Думы, возрождаете в России такое, казалось, уже давно забытое дело, как провоз "тамиздата".

Вот, во времена застоя был "самиздат" и "тамиздат". До этого был единственный случай, в "пост-перестройку", когда конфисковали книгу "100 знаменитых чеченцев". Вам кассеты удалось провезти в Шереметьево, а у вашего коллеги Юлия Рыбакова, тоже депутата Государственной Думы, кассеты были конфискованы, и на квитанции была такая странная фраза, - так как там имеют место политические мотивы, то возврату это не подлежит.

Как вы это прокомментируете?

Сергей Юшенков:

Ну, это никаким комментариям, по-моему, не подлежит. Если я вез багаж, и вполне законно требование могло быть таможней досмотра. Это действительно массовый такой вот (800 кассет), я готов был оплатить пошлину, я все это заявил в таможне. И через некоторое время они там с кем-то связались, и мне сказали, что "таможня дает "добро".

Что касается в Питере, то - 100 кассет. Там 2 было человека - депутат Рыбаков и руководитель "Либеральной России" Санкт-Петербурга Владислав Горбенко. Они просто несли среди вот личных, как бы вот, носимых вещей, да? То есть это досмотру у депутата вообще не подлежит, по закону. Но, значит, Юлий Андреевич готов был все это показать, продемонстрировать, и готов был заплатить ту же самую пошлину. Но санкт-петербургская таможня очень далеко, видимо, от центра управления, да и к тому же прошло уже 5 или 6 часов после того, как меня пропустили на таможне. Видимо, пришло другое указание. Или это самодеятельность обычная, питерская.

Владимир Бабурин:

И теперь - к самому фильму. Что вас в нем более всего убедило, какие доводы, представленные в этом фильме кажутся вам наиболее весомыми и указывают на след спецслужб во взрывах в Москве, Волгодонске и в подготовке взрыва в Рязани?

Сергей Юшенков:

Ну, здесь есть очень много общего. Ну, например, гексоген, да? Дома в Москве, Волгодонске взрывались гексогеном. Об этом и руководство ФСБ неоднократно заявляло. Странным образом, подготовка взрыва дома тоже осуществлялась гексогеном, хотя потом...

Да, и, кстати говоря, в первые дни, в первый день, руководство страны заявляло, что предотвращен теракт. И только когда рязанские оперативники вышли на след тех, кто закладывал эти взрывчатые вещества в доме в Рязани, вдруг Патрушев объявил, что это были учения. И, тем самым, предотвратил арест и задержание тех людей, которые закладывали эти мешки с гексогеном.

Далее. Очень убедительные были аргументы со стороны тех, кто непосредственно обезвреживал эту опасную взрывчатку, так сказать, вещество. Офицер-подрывник говорил о том, что это, конечно, гексоген. Он это сразу понял, поскольку не первый раз имеет дело с этим веществом. Он проверяет специальным прибором, который устанавливает, какое вещество содержится. Этот прибор очень четко показал, что это действительно гексоген. И потом попытки ФСБ сказать, что там были какие-то остаточные пылинки от предыдущих замеров, они не имеют под собой почвы, потому что прибор показывает только при наличии огромного количества этого взрывчатого вещества.

То есть - сбивчивые, лживые комментарии представителей ФСБ меня убедили, по крайней мере, в том, что ФСБ что-то скрывает.

В фильме очень четко показано, как, там, скажем, тот же Зданович упаковал все вещественные доказательства или показывал, что вот здесь вот все вещественные доказательства, что это секретный носит характер, и он не может это показать. На самом деле, в соответствии с законом о государственной тайне, вот данные сведения, которые относятся к попыткам массовых убийств и так далее, и они не относятся к сведениям, составляющим государственную тайну.

И потом, там много очень было других доказательств. ФСБ стало вдруг говорить о том, что это вообще муляж был, а не взрывчатое вещество. Но эксперты все в один голос утверждают, то это не муляж, это вполне могло быть действительно детонатором, потому что все составляющие части для детонатора имелись. Это патрон охотничий, это провода соответствующие, это таймер. В конце концов, необходимое количество взрывчатого вещества. То есть там все это имелось.

И поэтому потом уже попытка ФСБ отвести этой провокации роль учений - она выглядит смешной.

Но даже предположим, там был не гексоген, а сахар, и там были действительно взрывники такие тупые, что не могли отличить гексоген от сахара. Ну, предположим, что такой тупой был взрывник, который не смог отличить муляж от реального детонатора взрывного устройства. Предположим, что это действительно были учения. Простите, на основании каких законодательных документов? Они сказали о том, что - закона об оперативно-розыскной деятельности.

Вы прочитайте этот закон. Там ни слова нет об учениях. Да есть, они даже подготовились. Да, гражданская оборона может учения проводить. Но там совершенно другие требования. Там оповещается население - ну, то есть там масса других вещей, которые не был соблюдены. Предположим, что это не взрыв готовился, а действительно проводились учения. Почему они проводились в такой форме? Почему огромная часть жителей провела ночь вне стен своего дома, в кинотеатре? Почему тогдашний руководитель ФСБ Сергеев говорил жителям: "Вы можете считать, что это у вас сегодня - второй день рождения"?

И только потом, когда прошло указание, установка сверху, Сергеев стал менять свои показания.

Ни расследования журналистов наших российских, Павла Вощанова, вообще, "Новой газеты" во главе с Дмитрием Нуратовым, ни Николая Николаева, проводившего сразу, через 3-4 месяца, свое журналистское расследование, на эти вопросы мы до сих пор не имеем ответа.

Мы же должны знать, что же, в конце концов, там произошло. Вот мы как раз и хотим показать этот фильм, чтобы его все увидели. Почему-то боятся показывать по телеканалам, говорят: "О, там ничего нового нет". А при чем здесь новое или старое? Ответы есть? - Ответов нет. Вообще-то, появилось очень много новых доказательств, очень много новых свидетельских показаний, которые свидетельствуют о том, что это дело, которое вело ФСБ (и которое, кстати говоря, расследует оно же), как минимум, нуждается в контроле со стороны общества.

Владимир Бабурин:

Сергей Николаевич, вы - военный человек. В двух составах парламента вы возглавляли Комитет по обороне, до недавнего времени были...

Сергей Юшенков:

В одном. В одном.

Владимир Бабурин:

До недавнего времени были заместителем председателя Комитета по безопасности нынешнего состава Думы.

Многие задаются вопросом, в том числе и участники фильма. Для того чтобы понять, что же там произошло, надо ответить на главный вопрос: а кому это было выгодно?

Вот вы, как человек военный, скажите: было ли это выгодно тем, кого называют сегодня чеченскими террористами? Были ли это чеченские террористы?

Сергей Юшенков:

Абсолютно правильный вопрос. Действительно: кому это выгодно?

Ну, предположим, чеченцы решили организовать эти взрывы домов. Ну, во-первых, так поступают только самоубийцы. Уж если они решили организовать взрывы, то, наверное, не жилых домов. Ведь многократно нам заявляют о том, что у чеченцев есть адреса виновников этой войны в Чечне, да? Ну, так почему им тогда уж не взорвать тех, кто действительно начал эту войну в Чечне? А почему-то взорвали мирных граждан, которые к этой войне не имеют никакого отношения.

Выгодно... Давайте сразу судить. Двадцать второго - неудавшаяся попытка взрыва дома в Рязани. 23 сентября - секретный указ президента о начале боевых действий в Чечне. Премьер-министр Путин заявляет о том, что террористов надо будет "мочить" во всех местах, что называется. И сразу же...

Владимир Бабурин:

Он назвал одно конкретное место.

Сергей Юшенков:

Да, назвал одно конкретное. Да. Не будем вслед за ним повторять.

Далее. Российские политики - все в один голос - стали вопить. Посмотрите ленты 23 сентября информационные, и что в газетах. Там губернатор Савченко обращается к президенту, чтобы он передал все полномочия Путину. Все стали говорить, что вот Путин - это тот человек, который должен возглавить эту операцию, и вообще большую часть полномочий ему нужно передать.

Тут сразу произошла некая такая консолидация так называемой политической элиты, которая стала заявлять, что в Чечне возрождается российская армия, да? Помните все эти слова? Понятно, что это выгодно было, прежде всего, Путину, который на тот момент имел рейтинг, там, на уровне 5-6 процентов. А после этого сразу вдруг он пошел резко, что называется, вверх и стал недосягаем для любых других конкурентов в борьбе за президентское кресло.

Мне кажется, что вне зависимости от того, кто на что рассчитывал, - выгоду получил, прежде всего, Путин.

Владимир Бабурин:

Скажите, пожалуйста...

Сергей Юшенков:

И спецслужбы.

Владимир Бабурин:

Понятное дело, что российские телеканалы (тем более что независимых телеканалов в России на сегодняшний день больше не осталось) показывать этот фильм не стали и не станут. Но совсем никак не откликнуться на то, что произошло в Лондоне, на презентацию этого фильма в Лондоне, они не могли.

Я обратил внимание на то, как это было прокомментировано на государственном канале в итоговом выпуске программы "Вести". Он состоял из двух частей. "Березовский показывает якобы доказательства причастности спецслужб к взрывам в Москве и Волгодонске" и часть вторая: "Березовский (уже безо всяких "якобы") как спонсор чеченского терроризма".

Вот вся первая часть - там слово "якобы", по-моему, четырежды повторилось во время этого сюжета. Дальше пошла вторая часть, где говорится о возможной причастности Березовского, в частности, к похищению и убийству генерала Шпигуна. И хотя дело даже не заведено, обвинение не предъявлено, но... кстати, блестящая журналистская работа, телевизионная (я отметил, и не только я). Эти слова сопровождались душераздирающими совершенно кадрами: вдова генерала Шпигуна на гробе своего мужа.

Вот, предъявления обвинения нет, ничего еще нет, а образ уже у огромного количества телезрителей в голове отложится.

Сергей Юшенков:

Да, конечно. Ну, это известные методы лживого телевидения, государственного телевидения, которое пытается вместо того, чтобы дать ответы на те вопросы, которые ставятся, вне зависимости от того, кем бы они ставились, тем более что эти вопросы имеют под собой серьезные основания, - переходить, значит, в "замазывание" оппонента, что называется, да? К представлению оппонента неким таким дьяволом. Я не удивлюсь, если государственное телевидение докажет, что и бин Ладена Березовский финансировал, и с бин Ладеном разрабатывал все эти страшные операции.

Но фантазии маловато. Все только может упираться вот в обвинения противоположного характера, чтобы эти обвинения были адресованы непосредственно тому лицу, которое предъявляет обвинения самой власти.

Кстати говоря, как все это здорово приурочено. В аккурат ко дню презентации этого фильма. Заявление вот этого Барковского, что ли, который зачитывал это все по бумажке, и было видно, что ему, в общем-то, как профессионалу, очень неудобно зачитывать вот подобного рода обвинения, потому что не заведено дело, потому что, в общем-то, это и нарушение Уголовно-процессуального кодекса.

Но что тут поделаешь? Тут - политика. Он выполняет волю политическую. А государственные телеканалы, конечно, превращают всех граждан России в идиотов, которые ничего не понимают.

Владимир Бабурин:

Сергей Николаевич, ну, это русская ментальность, я думаю, просто. Ведь говорится же в России, что дорого яичко к Христову дню. И поэтому инструкции по управлению "Боингом" на чеченском языке находятся аккурат через 2 недели после вот этого ужасного теракта в Нью-Йорке.

Сергей Бабурин: Ну, по-моему, все думающие люди прекрасно понимают, кто есть кто, и что с чем связано.

Владимир Бабурин:

И - самое последнее. Это касается не фильма, который вы привезли в Москву, касается фильма другого, который, по крайней мере, я уже дважды видел по ОРТ. Может быть, его уже и большее количество раз показали. Фильм называется "Дело Григория Пасько". Составлен он, как уже написали и заявили адвокаты Григория Пасько, из съемок и каких-то материалов оперативной разработки, ни одного из которых в деле нет. Фильм, тем не менее, показывают, а вот открытое письмо, кроме нашего радио и "Эха Москвы", по-моему, никто широкой публике и не открыл.

Сергей Юшенков:

Нет, но у нас же уже свободы слова практически не осталось. Цензура введена жесточайшая. А, скажем, сервильные журналисты, клевреты власти, конечно, готовы услуживать ей по собственному, так сказать, желанию? И мы снова как бы возвращаемся в 1960-е, 1970-е, а иногда даже в 1930-е годы. Очень странная ситуация, все очень похоже.

Я фильм не видел, но скажу: вы покажите всем, и каждый уже сам определит. Вы не навязывайте ему свое мнение. Вот вы покажите этот фильм, покажите полностью, без изъятий. И пусть сам любой гражданин определяет, действительно это соответствует истине или не соответствует. Ничего проще же ведь нет.

Что касается Григория Пасько, так понятно: спецслужбы во всем провалились. Во всем. Они провалились, в том числе, и в выдвижении обвинения, поддержании обвинения в суде, зависимом суде. А что же говорить о том, когда дело будет рассматривать независимый суд? Ясно, что аргументы ФСБ, спецслужб вообще никакой почвы под собой не будут иметь.

Смотрите, в Верховном Суде-то два иска выиграл Пасько. А Никитин? До Верховного Суда дело доходило. Верховный Суд очень четко выносил вердикт, что он невиновен.

Спецслужбы пыжатся доказать свою нужность, и все окутывают мраком тайны. И в этом мраке тайны они действуют, абсолютно не оглядываясь никак на закон, действуют с теми же методами, которыми действовало КГБ. То есть совершают цепь преступлений, подлогов, шантажа, убийств, рэкетом занимаются. Вот чем сегодня занимаются спецслужбы. Вот что должно сегодня волновать общество. Мы сегодня имеем систему, которой не даже избранный народом президент Путин управляет, а фактически через ту специально подобранную информацию спецслужбами - ну, фактически они и управляют.

Ведь решения-то принимаются на основе той информации, которая предоставляется главе государства. Какая предоставляется информация? Мы теперь видим. Мы теперь знаем. Спецслужбы сегодня, к огромному сожалению, действуют бесконтрольно, всевластные они. Смотрите, какая атмосфера страха поселилась. Даже среди журналистов, даже среди тех, кто был смелым когда-то. Особенно во времена Ельцина. Знаете, как было принято там костерить Ельцина...

Владимир Бабурин:

Во времена Ельцина просто было быть смелым.

Сергей Юшенков:

Да, было просто быть смелым. Сейчас попробуйте быть смелым.

Владимир Бабурин:

Это был Сергей Юшенков.

И еще. В результате взрывов сотни семей остались без крова. Вполне понятно желание людей получить такую же квартиру. Лишь один пример (его тоже привел Сергей Юшенков). Квартиры во взорванных домах оцениваются не по рыночной стоимости, а по так называемой справке БТИ, в пределах где-то 200 000 рублей. Жильцам также разъясняют, что надо было самим заблаговременно заботиться о собственной безопасности - устанавливать камеры слежения в подъездах, нанимать консъержей, страховать имущество, в конце концов.

Все правильно. Все абсолютно по закону. Не придерешься.

В разговоре с Сергеем Юшенковым, депутатом Государственной Думы, мы напомнили, что человек может быть признан виновным лишь по решению суда. Суды же, в соответствии с российской Конституцией, должны быть независимы, и давление на суд ни в какой форме недопустимо. Но нередко принятые судебные решения заставляют усомниться в действительной независимости судебной власти.

В Орловской области судьи заявили об этом открыто.

С подробностями - Елена Годлевская.

Елена Годлевская:

В Орловской области судьи открыто заявили о своем нежелании мириться с произволом местной власти и приняли соответствующее постановление. Это произошло на областной конференции судей.

Конфликт между судейским корпусом и властью назревал давно. Многие суды работают в не соответствующих статусу судебной власти помещениях, а иные их не имеют вовсе. Ситуация обострилась в прошлом году, когда облсовет принял закон о мировых судьях, наделив себя и администрацию области правами отбора и назначения мировых судей и их аппаратов. Но при этом власть не позаботилась об их материально-техническом обеспечении, в результате чего почти год судьи были вынуждены отправлять правосудие в экстремальных условиях - без помещений, мебели, и даже без секретарей.

Многие проблемы не решены до сих пор. По признанию мирового судьи Железнодорожного района города Орла Петра Харамана, не хватает даже стульев, и некоторые судьи порой вынуждены вести заседания стоя, отдавая свой стул пожилому лицу или ответчику.

Но главным вопросом конференции судей стало даже не материальное неблагополучие судов, а неисполнение властью собственного закона о мировых судьях и желание чиновников подчинить себе суды. В своем докладе председатель Орловского областного суда Александр Карпов отметил, что областной совет народных депутатов, обязанный рассматривать кандидатуры на должность судей, умышленно затягивает свои решения безо всяких оснований. А в областной же администрации целый год не могут решить, представлять или не представлять в совет для назначения кандидатуру мирового судьи в Крамской район Орловской области. Таким образом, делает вывод Карпов, граждан ограничивают в их праве на правосудие, однако за это никто не несет никакой ответственности.

Председатель облсуда подчеркнул и то, что нередки стали случаи давления на судей со стороны других ветвей власти, попытки давать указания по рассмотрению конкретных уголовных и гражданских дел, возобновилось "телефонное право". Почему-то у должностных лиц областного совета администрации области создалось мнение, что суды - их придаток, и они обязаны выполнять их волю. При этом о своих обязанностях по соблюдению законодательства они забывают, сказал Карпов, призвав судей противостоять произволу и носить судейскую мантию с честью, а не бегать "на полусогнутых" по вызовам, где указывают, как надо решать дело.

Заместитель председателя областного суда Владимир Борисов предложил судьям проголосовать за проект постановления, где, в частности, обозначена проблема властного произвола, и пояснил, что этот документ будет разослан во все органы государственной представительной и законодательной власти.

Выступления Карпова, других судей и особенно проект постановления вызвали возмущение у присутствующего на конференции федерального инспектора по Орловской области Анатолия Мерцалова. Он предложил судьям осознать (как он выразился) "реалии жизни", которые происходят в области, и поставил вопрос о неправомерности заявления о росте числа вмешательств в дела судов представителей областного совета, администраций, и местных самоуправлений на том основании, что у судей нет начальной точки отсчета. На предложение исключить этот пункт из постановления орловские судьи хором ответили "Нет", а затем единогласно проголосовали за свое решение.

Местные наблюдатели считают, что, хотя данная конференция решала сугубо профессиональные вопросы, она стала самым значимым событием в жизни орловцев, привыкших к преклонению перед властью. Впервые за многие годы чиновному произволу открыто и организованно сказали "Нет", и это может означать начало становления гражданского общества на Орловщине.

Для Радио Свобода - Елена Годлевская, Орел.

Владимир Бабурин:

И - пример противоположный. Судебный процесс в Екатеринбурге. На скамье подсудимых - сотрудники милиции. Они и их адвокаты презумпцией невиновности доказывают: милицейский наряд входил в квартиру некоего гражданина, на пороге все трое споткнулись и упали - аккурат на хозяина квартиры, и, таким образом, нанесли ему телесные повреждения. Суд, похоже, этой версии вполне доверяет.

Рассказывает Ксения Фикс.

Ксения Фикс:

В Екатеринбурге продолжается судебный процесс по делу об избиении работниками милиции отставного военного летчика Михаила Соболева. В превышении должностных полномочий обвиняются высокопоставленные офицеры местного Управления внутренних дел Александр Фролов и Михаил Васильев. Весной 1995 года они вломились в жилье Соболевых, считая, что выявили наркопритон.

О событиях той ночи рассказывает сам потерпевший.

Михаил Соболев: Меня избивали рукоятками пистолетов, пинали ногами.

Ксения Фикс:

После побоев Михаил Соболев почти месяц пролежал в больнице. Хотя заявление об избиении его работниками милиции он подал уже на следующий день после случившегося, на то, чтобы признать семью Соболевых потерпевшими, прокуратуре потребовался месяц. Однако поначалу обвиняемых в деле не было. Сотрудники отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков УВД Екатеринбурга, ворвавшиеся в квартиру Соболевых, проходили по делу только как свидетели. Лишь в мае 1996 года двум сотрудникам милиции предъявили обвинения, а затем началась многолетняя волокита. Уголовное дело по заявлению Михаила Соболева возбуждалось и прекращалось по самым разным причинам 10 раз.

Пока тянулось многолетнее противостояние с правоохранительной системой, семье Соболевых несколько раз предлагали "успокоиться" доброжелатели из милицейских кругов. Соболев потерял работу в охране банка. Считает, что его выжило руководство, связанное с правоохранительными органами. О Соболеве распускались сплетни, что у него не все с мозгами в порядке, а следователи пытались направить его на психиатрическую экспертизу. Впоследствии Генпрокуратура России установила, что направление Соболева на психэкспертизу было незаконным.

По словам Михаила Соболева, лишь ценой невероятных усилий ему удалось довести дело до суда. Процесс начался в октябре прошлого года, но тут же был приостановлен. Один из подсудимых, майор милиции Александр Фролов, был госпитализирован, и лишь в феврале судебное разбирательство было продолжено.

Сейчас уже допрошены обвиняемые. Они утверждают, что травмы Соболеву были нанесены во время некоего массового падения при входе в квартиру. Будто бы вся опергруппа в составе трех человек, ввалясь в двери, упала на Михаила Соболева, а там, как утверждает отставной летчик, свидетели и работники милиции демонстрируют произошедший инцидент очень достоверно. Слишком уж странная утрата доказательной базы очень смущает потерпевшего.

Дело осложняется еще и тем, что основные свидетели Михаила Соболева, очевидцы нанесения ему побоев и бывшие соседи (семья екатеринбуржского коммерсанта Бодрова), сейчас отказываются выступать в суде в качестве свидетелей. По словам Соболева, в доверительном разговоре они сообщили, что на них было оказано давление, и они просто боятся преследований со стороны милиции. Отставной летчик привел такую фразу одного из потенциальных свидетелей: "Ты уже остался без работы. Почему я должен страдать из-за тебя?"

При этом судейские не могут передать коммерсанту Бодрову повестку. Тот будто бы всегда в отъезде.

Возможно, нежелание свидетелей ссориться с милицией основано на том, что милиционеры-обвиняемые Александр Фролов и Михаил Васильев в течение всех семи лет прокурорско-судебной волокиты аресту не подвергались, работали и сейчас продолжают работать в правоохранительных органах на руководящих должностях. К тому же, один из трех милиционеров, нанесших Соболеву телесные повреждения, Юрий Козлов, в прошлом году был амнистирован. Прокуратура посчитала, что его вина незначительна. Кроме того, отставной военный летчик Михаил Соболев опасается, что суд передаст дело на доследование, и все утонет в очередной волоките.

Ксения Фикс - для Радио Свобода. Екатеринбург.

Владимир Бабурин:

Далее речь пойдет о "квартирном вопросе". Цитату из Михаила Булгакова все, думаю, немедленно вспомнили. Но вопрос этот, что естественно, испортил не только москвичей. Только вот кто в этом виноват?

Еще в 1996 году в Санкт-Петербурге решили построить кооперативный дом для учителей, чтобы хоть часть преподавателей северной столицы была обеспечена достойным жильем. Хотели, безусловно, как лучше, а в результате - бесчисленные нарушения и городского законодательства, и прав тех, для кого новый дом строится, и их соседей, которые в районе стройки живут уже давно.

Распутывала этот клубок противоречий наш корреспондент в Санкт-Петербурге Татьяна Волович.

Татьяна Волович:

Проект, который был разработан в 1996 году в Санкт-Петербурге (строительство кооператива для учителей с привлечением дотаций из городского бюджета и возможности получения беспроцентной ссуды, которую выделял застройщик) делал его уникальным по тем временам для России. Как было заявлено в документах, учителя получали дотацию из городского бюджета - 40 процентов стоимости площади с учетом инфраструктуры. Это делало стоимость жилья достаточно реальной.

Нашелся и инвестор, готовый предоставить беспроцентную ссуду педагогам. Им стало строительное управление № 62, которое выступило одновременно и застройщиком. Однако воплощение проекта в жизнь началось с нарушения городского законодательства.

Губернатор города Владимир Яковлев своим распоряжением выделил для строительства дома участок на Кирежской улице, который, по генеральному плану развития города, был предназначен под строительство универсама и комплекса бытовых услуг для населения близлежащих домов. Этого универсама люди ждали более 20 лет, но, вероятно, так и не дождутся. Кроме того, решение о строительстве высотного дома вместо малоэтажного универсама влечет за собой нарушение право собственников жилья соседних домов, так как стоимость этого жилья значительно удешевляется по многим параметрам.

Вот что рассказал один из жителей Вениамин Борисов, представляющий интересы более 800 человек, проживающих в кооперативном доме, перед которым решено возвести высотное здание.

Вениамин Борисов:

Мы - не против учителей, конечно. Пусть они строятся. Естественно, людям нужна квартира, и пусть они получают льготы (это тоже хорошо). Но есть много площадей, где можно было бы построить ЖСК "Учитель".

Есть площадки, которые мы предлагали, рядом с нашими домами, где были битые машины. Они не украшают, естественно, город, и можно было бы построить там не один даже дом. И коммуникации тоже недалеко.

Но под нашими домами строить это нехорошо. Почему? Потому что - площадочка небольшая. Она была предназначена для магазина, по генплану, а генплан - это закон.

Около наших домов есть 2 ларька. Ну, разве могут они удовлетворить эти 10 000 жителей, которые здесь живут?

Потом, закроет солнце. Есть такой термин в строительстве "инсоляция". Мы по нормам смотрели. Эти нормы нарушаются - явно совершенно. Расстояние между домами очень маленькое.

Еще хотят подключить к насосной станции, которая построена за счет четырех кооперативов, которые существуют рядом с этой площадкой. И к этой насосной станции уже подключены два дома сверх нормативов, и у нас упало давление воды. В весеннее время падает напряжение, а коммуникации как раз не хотят совершенствовать. И поэтому напряжение еще больше упадет, и давление воды, естественно, еще больше упадет.

Поэтому зеленой площадки мы будем лишены. Магазина мы будем лишены. Машины ставить некуда. Загазованность какая будет...

Ну, как можно вот так не обращать внимания на нужды людей?

Татьяна Волович:

В Петербурге все чаще встречается такая практика - возводить жилые дома там, где, по плану, должен быть детский сад, поликлиника, магазин. Люди сталкиваются с тем, что, покупая 20 лет назад квартиру в доме, из окон которого был вид на озеро, парк, лес, сейчас не застрахованы от того, что перед их окнами вдруг вырастает высотный дом, до которого 50-60 метров. И возникает двор-колодец.

Однако в случае строительства жилого дома на Кирежской улице в Петербурге есть еще один факт нарушения прав граждан, тех, кто вкладывает деньги в свои будущие квартиры. Судя по всему, от них скрывается факт нарушения строительных норм. Из-за того, что при забивании пробных свай начали образовываться трещины в квартирах близлежащих домов, от свайного фундамента проектировщикам пришлось отказаться, а при строительстве другого был использован цемент низкого качества. Это установлено городской экспертно-консультационной комиссией.

Кроме этого, были выявлены и другие нарушения в строительстве фундамента, о которых рассказал инженер научно-производственной фирмы "Геореконструкция" Сергей Богов, непосредственно участвовавший в осуществлении экспертизы.

Сергей Богов:

Мы определяли прочность бетона неразрушающими методами, ультразвуковым прибором и молотком Шмидта, и результаты у нас по обоим неразрушающим методам совпали, что прочность бетона фундаментной плиты ниже проектной. Могут быть деформации, потому что проектировщики рассчитывали, наверное, эту фундаментную плиту из расчета того, что там будет прочный бетон, а здесь получается фактически существенное снижение.

Кирпич использовался пережженный, он в большом количестве участков осмотренных имеет трещины. Это очень опасно, потому что вся нагрузка от здания будет передаваться через простенки вот эти вот, а там использован пережженный кирпич. Это усугубить может ситуацию.

Татьяна Волович:

Однако данные экспертизы были проигнорированы, и сейчас приостановленное строительство возобновлено, что, по мнению жителей, может привести к трагедии.

Рассказывает Вениамин Борисов.

Вениамин Борисов:

Был такой случай в Петербурге. Несколько лет назад построили высотный дом, и только строители ушли со стройки, и уже на другой день буквально должны были заселять жителей - дом рухнул и развалился до основания. Так вот, такой же случай может произойти здесь у нас. Почему? Потому что фундамент построен без свай, и в этом районе - зона тектонического разлома, это видно по геологической карте, эта карта у нас имеется в руках, не нами составленная, а специалистами.

Поэтому вот такие высотные дома немыслимо сроить на таком фундаменте. В самом лучшем случае дом будет трескаться, а в худшем случае упадет на рядом стоящий дом. Тогда будет очень много жертв. Преступно принимать решение о продолжении строительства.

Татьяна Волович:

Полагая, что, имея на руках неопровержимые доказательства того, что дом в этом месте строить нельзя, жители попытались обратиться к губернатору города, рассказал далее Вениамин Борисов.

Вениамин Борисов:

Мы пытались попасть к нему на прием. Нас не только не записали, но еще намекнули на то, что если мы будем добиваться, то как бы чего не вышло. 236 личных заявлений мы передали Яковлеву, он на них не ответил. Посмотрите, какое отношение к населению губернатора. И поэтому мы, конечно, бросили эту затею. У нас, в общем-то, накопилось несколько папок переписки с разными организациями. Писали и в Комитет по строительству и архитектуре, и главному архитектору - кому мы только не писали, естественно. И муниципальный совет, который сначала был против жителей, а потом принял нашу точку зрения, но однако, это не возымело никакого действия.

Мы обращались и к генеральному прокурору, и к президенту Ельцину, и к Путину два раза обращались, но ответов от них не получили. Куда бы мы ни писали, везде мы получали отписки.

Татьяна Волович:

Тогда граждане решили обратиться в суд, обжаловав распоряжение губернатора, по которому территория, предназначенная генеральным планом развития города под строительство универсама, выделяется для ЖСК, хотя и понимали, что суд, скорее, примет сторону губернатора.

Вениамин Борисов:

Мы подали в суд Смольнинского района. Суд сначала отказался принимать заявление, потом суд вынужден был принять заявление к рассмотрению, потому что мы обратились в городской суд, и городской суд все-таки заставил районный суд рассматривать этот вопрос. Судье очень не хотелось рассматривать это вопрос, и она вела себя некорректно, ну, это очень мягко говоря.

Дело волокитилось около года. В конце концов, было принято отрицательно решение, естественно, отрицательное. Потому что мы считаем, что суд зависит от того, кто ему платит, а платит ему государство. Раз государство платит, а губернатор доплачивает и льготы какие-то дает - ну, естественно, кто же будет кусать руку, которая его кормит? Поэтому мы и не рассчитывали, конечно, на положительное решение, но где-то у нас теплилась какая-то надежда: а вдруг решит? Потому что - правда на нашей стороне. Но все-таки решили не в нашу пользу.

Мы обратились в городской суд, но городской суд, ну, естественно, подтвердил решение районного суда. Верховный Суд тоже, конечно, разбираться не стал, они просто утвердили решение районного суда. Сказали так: распоряжения губернатора законны, согласования законны. А вот как получены эти согласования, никто с этим вопросом не разбирался.

Мы обратились тогда в международный суд, и уже полтора года находится дело в международном суде, и ни ответа, ни привета. Так что складывается такое впечатление, что нас просто игнорируют, а ведь у нас последняя надежда на международный суд, больше не на кого надеяться. И мы обращаемся к международному суду: пожалуйста, рассмотрите наше дело и примите справедливое решение.

Татьяна Волович:

Однако ответа из международного суда до сих пор нет. А согласившийся принять представителей граждан, протестующих против строительства ЖСК, вице-губернатор Петербурга, председатель Комитета по строительству Александр Вахмистров пообещал разобраться лишь с некачественным фундаментом. Что же касается строительства в целом, то оно, вероятнее всего, будет продолжено.

Владимир Бабурин:

Рассказывала Татьяна Волович.

Общественный комитет в защиту военного журналиста Григория Пасько обвинил авторов передачи "Человек и закон" в выполнении заказа ФСБ. В сюжете, посвященном делу Пасько, показанном 7 февраля по ОРТ, утверждается, что журналист занимался шпионажем в пользу Японии.

7 марта на пресс-конференции в Москве президент Русского ПЕН-Центра Александр Ткаченко и адвокат Пасько Анатолий Пышкин распространили документ, в котором доказывают лживость сведений, содержащихся в передаче "Человек и закон", сообщает информационное агентство "Прима".

С остальными правозащитными новостями недели вас познакомит Анна Данковцева.

Анна Данковцева:

Российские правозащитники выразили крайнюю обеспокоенность в связи с высокими темпами распространения СПИДа в тюремно-исправительных учреждениях страны. Как сообщил 11 марта руководитель Центра содействия реформе уголовного правосудия Валерий Абрамкин, за последние два года количество ВИЧ-инфицированных заключенных выросло почти в 8 раз и составило 22 000 человек. По мнению Абрамкина, средств, выделяемых правительством на борьбу с распространением СПИДа среди заключенных, совершенно не достаточно.

Союз женщин России начал 8 марта акцию протеста против бедности и нищеты. Инициаторы сбора подписей под обращением к российскому правительству требуют от властей создать эффективные условия для повышения жизненного уровня населения. Участники акции отмечают, что за последнее десятилетие количество бедных в Росси увеличилось от 6 до 30 процентов.

В Сочи совершено покушение на известного в городе журналиста Сергея Золовкина. Он не пострадал. Как сообщила милиция, преступник дважды выстрелил в Золовкина из пистолета у подъезда дома. Нападавший задержан. Им оказался местный житель без определенных занятий. Как сообщает корреспондент Радио Свобода, Золовкин, сотрудник газеты "Сочи", в последних публикациях резко критиковал судебные власти Краснодарского края.

15 марта в суде Львова начнется рассмотрение иска уполномоченного Верховного Совета Украины по правам человека Нина Карпачевой в интересах родителей 26-летнего Юрия Мазолы, погибшего в марте 1996 года в следственном изоляторе Службы безопасности Украины во Львовской области. По сообщениям из пресс-службы украинского омбудсмена, тогда из Юрия Мазолы пытались выбить признание в совершении ряда убийств жителей области, однако он не оговорил себя, а через 17 дней был найден настоящий убийца Анатолий Оноприенко. Однако Юрий Мазола умер. Ответчиками по этому делу будут прокуратура и управление Службы безопасности Львовской области.

Международная правозащитная организация "Хьюман райтс вотч" призвала президента США Джорджа Буша поднять вопрос о соблюдении прав человека в Узбекистане во время предстоящих на этой неделе переговоров с узбекским президентом Исламом Каримовым. В заявлении организации подчеркивается, что в Узбекистане подавляется инакомыслие, а оппозиция вынуждена уйти в подполье. "Хьюман райтс вотч" призывает освободить узбекских политических заключенных и провести реформу законодательства. На прошлой неделе в Узбекистане была официально зарегистрирована первая независимая правозащитная организация, однако "Хьюман райтс вотч" настаивает на том, что в стране имеются другие правозащитные группы, неоднократно подававшие заявления о регистрации.

XS
SM
MD
LG