Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Cообщения региональных корреспондентов Радио Свобода


"Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и должны поступать в отношении друг друга в духе братства". Статья 1 Всеобщей декларации прав человека.

В этом выпуске:
- Cообщения региональных корреспондентов Радио Свобода.
- Профессиональная лучевая болезнь.
- Жизнь солдата оценили в 10 000 рублей.
- Орловские крестьяне не могут вернуть свою землю.


Эти и другие темы, а также правозащитные новости недели и обзор "Западная печать о правах человека" я представлю в программе "Человек имеет право".

В Кызыле власти решили снести старое здание тюрьмы, а Музей политических репрессий, расположенный там, перенести в новый музейный комплекс. Бывшие политзаключенные категорически "против".

Рассказывает Александр Филатенко.

Александр Филатенко: В ноябре нынешнего года в центре Кызыла будет сдано в эксплуатацию здание нового краеведческого музея. Судя по всему, это будет одно из самых красивых сооружений столицы. Его индивидуальный проект был разработан в 1993 году московскими архитекторами, но строительство началось только 5 лет назад. Его стоимость - 42 миллиона рублей, а по территории он будет превышать Красную площадь. И только сейчас, когда строительство подошло к стадии завершения, чиновники от культуры задумались, а что же в нем размещать. И родилась идея - собрать под одну крышу все существующие в Кызыле музеи, в том числе и Музей политических репрессий.

Все, в общем-то, поддержали эту идею, поскольку условия, в которых существуют музеи, и впрямь хуже некуда. Категорически против такого новоселья выступил директор Музея политических репрессий Андар Охимчик, а также оставшиеся в живых репрессированные. Они настаивают на сохранении этого здания как памятника истории.

Вот что говорит кызылчанин Быйрол Мангуш.

Быйрол Мангуш: Тот, кто собирается ликвидировать здание Музея репрессий, это человек, который не понимает, что такое - памятник истории. Здание Музея репрессий - это памятник политической истории Тувы. Надо его обязательно сохранить для будущих поколений.

Этот Музей репрессий напоминает нам о том, чтобы страшные политические репрессии в жизни тувинцев и русских больше не повторились.

Александр Филатенко: В этом покосившемся домике в конце 1930-х годов прошлого века располагалась тюрьма для политических заключенных. В подвале, напоминающем обычный погреб, содержали арестованных. Отсюда их уводили на расстрел.

Тогда в еще самостоятельной Тувинской Народной Республике не было законов, регламентирующих положение заключенных. Тюремные власти не знали, как и чем их кормить. Многие, не дождавшись приговора, умерли здесь от голода и холода. Их трупы сожгли в кочегарке, от которой отапливалось расположенное по соседству здание руководства НКВД.

Уже в советское время подвал засыпали, а на месте тюрьмы открыли спортивный профилакторий. Чуть позже туда перевели редакцию молодежной газеты, а когда в конце 1980-х годов редакция переехала в Дом печати, то освободившийся домик разделили на квартиры для сотрудников газеты. В 1995 году в нем был создан Музей политических репрессий.

Все 7 лет музей существует только благодаря энтузиазму сподвижников. Четыре сотрудника во главе с директором Андаром Охимчиком получают от государства лишь скромную зарплату - 1 000 рублей в месяц. Музей политических репрессий является филиалом Республиканского краеведческого музея имени 60 богатырей.

По словам заместителя министра культуры Тувы Эрес Дамзына, в прошлом и нынешнем годах проблем с финансированием у министерства не было. Например, на нынешний год запланировано 4 247 000 рублей. В первом квартале перечислены все положенные по смете средства. Но из полутора миллионов рублей на реконструкцию старенького здания Музея репрессий вновь не выделили ни копейки. У чиновников от культуры одна отговорка: все равно музей скоро переедет в новое здание. Потому, считают они, выделять деньги на реконструкцию - значит бросать их на ветер.

Музей расположен в 100 метрах от главной достопримечательности столицы - памятника "Центр Азии", где всегда многолюдно. Эту "визитную карточку" Кызыла непременно посещают все приезжие и иностранцы, а бывшая тюрьма только портит вид.

В дни, когда отмечалось 100-летие со дня рождения бывшего генерального секретаря ЦК партии Солчака Тока, который в течение 40 лет возглавлял республику, сотрудники музея собрали документы, подтверждающие его непосредственную причастность к репрессиям. И это прозвучало диссонансом тому, что происходило на официальном уровне в Муздрамтеатре, где на торжественном собрании воздавали дань уважения первому руководителю республики.

Более того, сотрудники музея выяснили, что к репрессиям причастна и вдова Солчака Тока Хельтек Амельбитовна Анчиматока, которой на днях исполнилось 92 года. Во время правления Сталина она входила в состав "тройки", выносившей смертные приговоры жертвам.

В живых остались многие из тех, кто принимал участие в пытках заключенных и их расстрелах. Для них этот музей - как кость в горле, как бельмо на глазу. Фотографии некоторых палачей есть на стендах музея.

По словам директора Андара Охимчика, в Управлении ФСБ хранятся многие орудия пытки, изъятые в свое время из тюремного подвала. Но их музею не возвращают. Не оказывает это ведомство содействия и в предоставлении архивных материалов.

В разговоре со мной многие объясняют эту нелюбовь нынешних высокопоставленных чиновников к Музею политических репрессий тем, что сами они являются наследниками Солчака Тока. Именно он дал им в свое время путевку в жизнь. С его легкой руки они сделали карьеру и потому в знак благодарности хотят сохранить о нем только хорошую память.

Любопытно, что в этом здании бывшей тюрьмы в конце 1980-х годов ютился со своей семьей бывший министр культуры Тувы, ныне - депутат Госдумы Челдычи Андар. Директор музея скромно напомнил ему этот факт его биографии и попросил содействия в сохранении памятника хотя бы в качестве семейной реликвии. Но депутат ответил, что это здание давно пора снести с лица земли, но не уточнил почему: то ли потому, что не хочет вспоминать свои молодые годы, когда вынужден был, работая простым корреспондентом, жить в этой развалюхе, то ли потому, что тяготит память о другой грустной странице истории - невинных жертвах.

Александр Филатенко для Радио Свобода из Кызыла.

Владимир Бабурин: Каждую неделю мы начинаем программу "Человек имеет право" с цитаты Статьи I Декларации прав человека. Тюменские правоохранители с этим документом не только знакомы, но даже сумели найти и обезвредить нарушителей Декларации.

Передает корреспондент Радио Свобода Алекс Неймиров.

Алекс Неймиров: Мать троих детей Людмила Рычкова два десятка лет работает на Тюменском хлебокомбинате - печет для горожан торты. Но жизнь у нее не сладкая. Вся семья живет в общежитии, именуемом в народе "Бомбей". Стены - в трещинах, подвал не осушается годами, из-за чего в комнате высокая влажность. В доме на 5 этажей - всего один общий туалет. Крысы бегают. Бывшее общежитие хлебокомбината на улице Ставропольской, 1 - передано на баланс городу 3 года назад и находится в аварийном состоянии. Левая стена фактически обвалилась.

Людмила Рычкова: Вот у Халиды, у нее четыре человека и комната. У нее под подоконником все выпадает. Там проходить невозможно. Идешь, кирпичи падают с верхних этажей. Зато они ту часть, которую ремонтируют, огородили, написали "Опасно для жизни!" А мы живем в таком общежитии, нам не опасно? На работе думаешь, живы там дома дети или не живы...

Алекс Неймиров: Перспектив решить жилищный вопрос у обитателей "Бомбея" никаких. "В очереди на получение квартиры мы стоим с начала 1980-годов, - рассказывает Халида Шнайдер, соседка. - В 1984 году были 500-ми, в 2000 стали 1119-ми."

Потерявшие всякую надежду и напуганные последними случаями обрушения аварийных домов, три женщины (Людмила Рычкова, Халида Шнайдер и Валентина Якимова) 6 июня начали акцию протеста на центральной площади Тюмени. "Мы требуем достойного жилья!", "Чиновники, мы тоже люди" - написано на их плакатах.

Их тут же арестовала милиция и составила акт об административном правонарушении - якобы незаконном пикете. Женщины утверждают, что в отношении одной из них применялась грубая физическая сила. В связи с этим они обратились с жалобой в прокуратуру.

Если соблюдать хронологию, то 10 июня судья Казаков, рассмотрев протокол, освободил пикетчиц от ответственности за отсутствием в их действиях административного правонарушения. 13 июня милиционеры составили очередной протокол о незаконном пикете. В ответ пикетчицы объявили голодовку. На следующий день судья того же Центрального округа Тюмени, судья Антипин вынес решение, противоположное предыдущему. Двух строптивых женщин наказали административным штрафом за несоблюдение российской Декларации прав человека 1991 года, в которой содержится условие обязательного уведомления властей о проведении пикетов и митингов.

Председатель Тюменского отделения движения "За права человека" Вадим Постников обжаловал постановление Антипина. Он считает, что судья нашел формальный повод для наказания, так как Конституция не предусматривает подобных ограничений.

Вадим Постников: Суд не для того, чтоб палкой бить (вышел в сторону - ударил палкой). Он должен воспитательную функцию нести. А в этом отношении суд должен был чуточку вникнуть: из хулиганских соображений они пошли? Для чего они там собрались: пиво пить и бить "Мерседесы"?

Если бы они коснулись сути, то они бы узнали, что люди вышли на пикет потому, что никак иным путем они не могут донести свои законные требования до властей. Они стали обращаться к широкой общественности.

Алекс Неймиров: После судебного процесса рядом с палаткой пикетчиц возле здания областных властей появились красные флаг и транспаранты "Долой чиновничий и судебно-милицейский произвол!" К пикету в поддержку женщин присоединились коммунисты. Их тюменский лидер, депутат областной думы Александр Черепанов открыто называет решение суда заказным.

Александр Черепанов: Я просто уверен в том, что поступила команда женщин, так сказать, непокорных, как-то, так сказать, приструнить. Вот эта просто команда выполняется.

Алекс Неймиров: В минувшую пятницу голодающих пикетчиц осмотрели врачи. Диагноз был неутешительным. Состояние здоровья женщин резко ухудшилось. Налицо - признаки интоксикации организма.

Тем не менее, на вопрос о перспективах акции протеста женщины отвечают: будем держаться, пока хватит сил.

Алекс Неймиров для Радио Свобода, Тюмень.

Владимир Бабурин: Еще со времен Карамзина деятельность чиновников в России обозначалась одним-единственным словом. Характеристика великого историка - "Воруют" - не устарела и сегодня.

Рассказывает Лада Леденева.

Лада Леденева: Более месяца назад прокуратура Ставропольского края возбудила уголовное дело в отношении замглавы территориальной администрации Минеральных Вод Александра Науменко. Уголовное дело было возбуждено по статье 290 части 4 Уголовного кодекса Российской Федерации (взятка). Следствие установило, что в марте этого года чиновник за выдачу разрешений на установку торговых павильонов в городе Минеральные Воды получил взятку в размере 33 000 рублей от нескольких частных предпринимателей. Это сообщение было обнародовано в местных средствах массовой информации и на лентах центральных информационных агентств.

Предыстория этого дела такова.

Пять лет назад несколько частных предпринимателей, заключив договор об аренде земли с администрацией Минеральных Вод, арендовав павильоны и получив разрешение на торговлю, открыли на одной из центральных лиц города новомодные так называемые "летние кафе". Все эти годы они успешно и беспрепятственно работали, однако, несколько месяцев назад срок договора об аренде земли истек, а продлить его в администрации города отказались, мотивировав свой отказ (кстати говоря, в устной форме) тем, что в необозначенном будущем неподалеку от торговых палаток начнется реставрация здания бывшего кинотеатра. Многочисленные ларьки могут помешать подъезду к зданию, а значит, их придется ликвидировать.

Разрешительных документов на торговлю в администрации города предприниматели, число которых к тому времени составило 19 человек, так же не получили, а в район летних кафе стали то и дело совершать рейды сотрудники УВД, вынуждая хозяев сворачивать торговлю и убирать выносные пластмассовые стулья и столики, не давая при этом никаких разъяснений, направляя за ними в администрацию Минеральных Вод. Там пояснили, что кафе работают незаконно, пообещали закрыть на это глаза, но только в том случае, если все хозяева торговых ларьков добровольно-принудительно пожертвуют по 3 000 рублей якобы на установку памятника жертвам теракта, унесшего 24 марта минувшего года более 20 человеческих жизней. Предприниматели согласились.

Однако вскоре им было предложено установить на каждом ларьке по навесу. Рекомендованы подрядчики, которые запросили за свою работу 15 000 рублей. Сразу же после этого владелец палаток (им оказалось городское физкультурное общество "Локомотив-Тайм") настоятельно рекомендовал предпринимателям выкупить ларьки, но поскольку за каждый из них хозяева запросили по 42 000 рублей (сумма для предпринимателя немалая), им было разрешено не устанавливать над палатками навесы. В надежде на то, что поборы закончились, торговцы успокоились. Но не тут-то было.

Следующей рекомендацией администрации города стало еще одно добровольное пожертвование на памятник жертвам теракта. На этот раз - в размере 5 000 рублей с каждого.

Говорит одна из хозяек торговых ларьков, имени которой я, по понятным причинам, не называю.

- Нам сказали: "Дорогие предприниматели, заплатите, пожалуйста, на счет администрации по 5 000 рублей на строительство памятника погибшим от теракта. Мы закроем глаза на все ваши нарушения". А какие нарушения? Мы стоим на этом месте без аренды земли. Нам просто не дают ее уплатить. Нам отказывают в аренде. В устной форме. Бумагами нам ничего не дают.

Мы оплатили налог на выносные столики. Показывали бумагу об уплате этого налога милиции, но на эту бумагу все плевать хотели, грубо говоря. Наряд милиции потребовал, чтобы убрали столы, а за разъяснениями обратились бы в администрацию. Что мы и сделали.

Лада Леденева: Возмущенные чиновничьим вымогательством предприниматели, обратились с заявлениями в прокуратуру, на основании чего и было возбуждено уголовное дело в отношении замглавы территориальной администрации Минеральных Вод Александра Науменко, ставшего его единственным фигурантом.

Казалось бы, справедливость восторжествовала. Сами же заявители в нее пока что не верят. Во-первых, потому, что никто из них так и не получил в администрации города разрешения на торговлю. Им была выдана соответствующая бумага, на которой не оказалось ни одной чиновничьей подписи.

- Разрешения нам сейчас дают на торговлю, до 1 августа, причем, не подписанные никем. Сначала же по 10 000 на памятник хотели, плюс - козырьки. Потом, когда предложили выкупить павильоны, вопрос о козырьках отпал сам собой, и про 10 000 тоже замолчали.

Лада Леденева: Ну, а в рамках возбужденного уголовного дела органы прокуратуры не провели с заявителями никаких следственных действий. С момента подачи заявлений о них как будто забыли. Дело было направлено в прокуратуру краевого центра. Предприниматели же решили рассказать о своей проблеме в средствах массовой информации, надеясь быть услышанными как самими чиновниками, так и широкой общественностью.

Лада Леденева для Радио Свобода, Минеральные Воды.

Владимир Бабурин: Ряд депутатов Государственной Думы России, среди которых - Ирина Хакамада, Сергей Юшенков, Борис Надеждин, Андрей Вульф направил письмо председателю Верховного Суда России Вячеславу Лебедеву с просьбой ускорить пересмотр дела военного журналиста Григория Пасько. Военная коллегия Вооруженных Сил 25 июня оставила в силе приговор (4 года лишения свободы за шпионаж в пользу Японии), вынесенный военным судом Тихоокеанского флота Григорию Пасько.

С другими правозащитными новостями недели вас познакомит Анна Данковцева.

Анна Данковцева: 1 июля в Гааге открылся первый в истории постоянный Международный уголовный суд по военным преступлениям. Создание такого суда поддержали 74 страны. Соединенные Штаты вышли из подписанного ими в 1998 году Договора о создании суда, заявив, что опасаются политически мотивированных процессов над гражданами США. В юрисдикцию Международного суда входит рассмотрение дел о военных преступлениях граждан тех стран, власти которых не смогли предать обвиняемых суду. Суд не имеет полномочий рассматривать дела о преступлениях, совершенных до момента его создания. В настоящее время Международный суд принимает иски, однако постоянный штат прокуроров и судей появится там лишь в будущем году.

1 июля суд по делу полковника Юрия Буданова, обвиняемого в убийстве чеченской девушки Эльзы Кунгаевой, принял решение возобновить судебное следствие и назначил новую психолого-психиатрическую экспертизу. Место и время экспертизы пока не определены. Накануне формально завершилось судебное следствие по обвинению Буданова в похищении и убийстве Эльзы Кунгаевой и в превышении должностных полномочий. Юрий Буданов и его сослуживец Иван Федоров, второй подсудимый по статье о превышении полномочий, выступили с последним словом.

В московском метро вечером 27 июня были совершены нападения на двух иностранных граждан. Шестеро подростков избили гражданина Афганистана на станции метро "Домодедовская". На станции "Измайловский парк" неизвестными был избит гражданин Китая.

Государственный департамент США осудил приговор, вынесенный белорусским судом по делу двух журналистов, обвиненных в клевете на президента Александра Лукашенко. На прошлой неделе главный редактор оппозиционной газеты "Пагоня" Николай Маркевич и сотрудник редакции Павел Можейко были приговорены к принудительным работам на сроки в 2 и 2,5 года за подготовку публикации с критикой Лукашенко. Представитель Госдепартамента США Ричард Баучер назвал решение белорусского суда "наступлением на общепризнанные принципы свободы слова и свободы прессы". Приговор журналистам является политической местью, отметил он. Баучер подчеркнул, что гонения на средства массовой информации в Белоруссии усилились после сентябрьских президентских выборов в республике.

В Белоруссии в центре Минска в пятницу прошла несанкционированная акция оппозиции в знак протеста против ухудшения ситуации со свободой слова в республике. Около 10 активистов незарегистрированной организации молодежного сопротивления "Зубр", одетые в майки с надписью "КГБ" и "Служба безопасности", сожгли неподалеку от республиканского Дома печати несколько стопок независимых газет.

29 июня в Киргизии в населенном пункте Кербен около 5 000 сторонников оппозиционного Азимбека Бекназарова провели акцию протеста. Манифестанты потребовали снятия всех обвинении против Бекназарова, уголовное дело в отношении которого накануне было прекращено по формальным основаниям.

Владимир Бабурин: Анна Данковцева, правозащитные новости недели.

Сколько стоит в России жизнь солдата? Считающий, что не стоит ничего, будет не прав. Один из военных судов установил конкретную сумму - 10 000 рублей.

Из Самары - Сергей Хазов.

Сергей Хазов: "Мой сын был убит старшим офицером, но Министерство обороны России не хочет признавать этого. Военным выгоднее заявить, что Константин повесился, чем признать факт неуставных взаимоотношений", - заявляет жительница Тольятти Галина Соколова.

Два года назад 18-летний тольяттинец Константин Соколов, защитив диплом в техническом училище, был призван на службу в Российскую армию. Юноша был направлен на службу в Ставропольский край, в воинскую часть города Благодарный. Спустя месяц роту, где служил Соколов, перевели в воинскую часть, расквартированную в ставропольском селе Гафицкое. Примерно в это же время Константин Соколов в письмах к своему школьному другу Сергею Багрову впервые рассказал о неуставных взаимоотношениях, процветающих в воинской части, где он служит, о том, как старослужащие бьют новобранцев, отбирают у них продукты.

В одном из писем Костя написал о пьянстве и воровстве среди офицерского состава, в другом - о том, что лежит в больнице с сотрясением мозга. Рассказал, как это случилось. Когда на учебном занятии он не смог запомнить названия всех деталей бронетранспортера, старший офицер ударил его по голове табуретом.

"В конце писем он всегда просил меня, чтоб я ничего не рассказывал родителям", - рассказал Сергей Багров.

В июне 2001 года Галине Соколовой позвонили из тольяттинского военкомата и сообщили, что ее сын покончил с собой. От известия женщина потеряла сознание. Как рассказала Галина Соколова, по версии военных, причиной смерти ее сына стали 80 граммов майонеза. Представители воинской части рассказали Галине, что Константин украл у прапорщика Сергея Найденова банку с майонезом и без спроса съел ее. Эту версию Галина Соколова считает абсурдом, заявляя (цитирую): "Мой сын за всю жизнь и ложки майонеза не съел. Он его просто терпеть не мог".

У Галины есть своя версия гибели сына, по которой в начале июня Константина и еще 11 солдат из его части отправили на охрану складов в село Александровское. Вместе с солдатами поехал прапорщик, который обменял на водку все продукты, выданные новобранцам в качестве пайка. Целую неделю солдаты питались крупой и водой, а потом с проверкой к ним приехал командир части. Он застал прапорщика пьяным и отправил его обратно в часть, прислав ему на смену командира роты 23-летнего Сергея Найденова, который на свои деньги купил сахар, хлеб и другие продукты.

Через некоторое время у Найденова пропала 80-граммовая пачка майонеза. Разъяренный Найденов стал расспрашивать солдат, кто взял его майонез. По словам Галины Соколовой, офицер Найденов проводил "допрос с пристрастием". Как рассказали женщине сослуживцы ее сына, Найденов в 40-градусную жару в течение нескольких часов издевался над ними, заставляя делать физические упражнения и бегать вокруг военного городка.

"Не в силах выдержать издевательства, мой сын Костя взял чужую вину на себя", - рассказала Галина Соколова.

По воспоминаниям солдат, после того, как Костя заявил, что это он съел майонез, офицер стал жестоко его избивать, продолжила рассказ Галина Соколова. Найденов завел Костю в караульное помещение, ударил его несколько раз кулаком по лицу, заставил надеть зимний бушлат, бронежилет, сапоги и весь камуфляж килограммов в 35 веса, после чего снова стал гонять его вокруг военного городка и продолжал жестоко избивать. Напоследок Найденов заставил Костю очистить бушлат и вымыть бронежилет, а потом Костю вроде бы потеряли из вида, и через некоторое время его нашли повешенным.

"Я не верю, что мой сын покончил с собой", - заявляет Галина Соколова.

По словам Галины, когда ее сына привезли домой хоронить, возле левого виска у него была дырка, замазанная чем-то белым, похожим на медицинский гипс.

"Скорее всего, Найденов был настолько разъярен, что, избивая Костю, даже не заметил, как убил его, а когда понял, что Костя умер, надел ему на шею ремень и инсценировал самоубийство", - уверена Галина Соколова.

По факту гибели Константина Соколова было возбуждено уголовное дело. По словам Галины Соколовой, во время следствия к ней неоднократно подходил адвокат Найденова и предлагал деньги, поясняя, что Найденов выплатит любую сумму, лишь бы обойтись без суда. Галина отказалась.

Галина Соколова рассказала, как на первом заседании сослуживцы Константина отказывались говорить правду. Многие из них были со следами побоев на лице. Только после того, как дело было передано другому следователю, солдаты стали признаваться, что Найденов жестоко избивал Константина Соколова.

Суд завершился в Ставрополе. Найденов был обвинен по двум статьям Уголовного кодекса - превышение должностных полномочий и доведение до самоубийства.

Для Радио Свобода Сергей Хазов, Самара.

Владимир Бабурин: Фраза известного булгаковского персонажа о квартирном вопросе набила уже изрядную оскомину, хотя те, кому с этим вопросом пришлось столкнуться, вряд ли так считают.

Тему продолжит ростовский корреспондент Радио Свобода Сергей Слепцов.

Сергей Слепцов: Ситуацию, в которой оказалась многодетная семья Ульяновых, жителей города Аксая Ростовской области, иначе, чем осадой, трудно назвать. И камнем преткновения вновь стало жилье.

История борьбы за крышу над головой началась 7 лет назад, когда, выйдя на работу после декретного отпуска, Мария с удивлением узнала, что из списков очередников ее исключили. Профсоюзный лидер строительного управления Вячеслав Чубейко счел поддельными документы, представленные Марией для получения жилья. А тем временем, строительство дома, где должна была получить трехкомнатную квартиру семья Ульяновых, шло полным ходом.

С таким решением жилищной проблемы семья Ульяновых не согласилась, и в январе 1998 года, по заявлению Марии Ульяновой, Аксайский районный суд своим решением восстановил права ее и ее семьи. А после личного вмешательства прокурора Ростовской области Анатолия Харьковского, в семье Ульяновых случился, что называется, праздник. "Теперь у нас есть дом", - написали Ульяновы в одну из местных газет.

Наверное, их можно понять. Предприятие, где трудилась Мария, выделило ее семье квартиру в городе Аксае. Правда, жилая площадь ее составляет 23 квадратных метра, но это пренебрежение санитарными нормами казалось тогда пустяком. Тем более что акционерное общество "Южтрубопроводстрой" в лице директора господина Письменного и профсоюзного лидера - все того же Вячеслава Чубейко, клятвенно, в письменном виде, заверили семью Ульяновых, что как только будет построен жилой дом по улице Садовой в городе Аксае, трехкомнатная квартира им гарантирована.

Однако, как выяснилось, Ульяновы поторопились уверовать в справедливость. В июле 1999 года Марию увольняют с работы в связи с сокращением штатов стройуправления. При этом, правда, забыли уведомить саму Марию Ульянову о дне заседания профсоюзного комитета, не вспомнили, что является она многодетной матерью, что муж ее Михаил - офицер МВД России, - и уволили как не имеющую специального образования.

Аксайский районный суд, куда обратилась Мария с иском о восстановлении на работе, счел позицию стройуправления вполне соответствующей закону, и с этого момента хождения по мукам возобновились.

10 марта 2000 года областной суд отменяет решение аксайского судьи Абдуразакова, и Марию Ульянову на работе восстанавливают и даже частично выплачивают заработок за время вынужденного прогула. А 14 марта (то есть - через 4 дня) директор предприятия господин Письменный своим приказом вновь увольняет Марию Ульянову; на этот раз, как сказано в приказе - за прогул. Причем, имелись в виду прогулы в то самое время, пока Мария в суде добивалась справедливости. Судебная тяжба продолжается до сих пор.

А тем временем в Аксае по улице Садовой благополучно завершилось строительство жилого дома, где Марии Ульяновой и ее семье "гарантирована" квартира. Правда, о гарантиях, даже письменных, забыли, и к Ульяновым никто не спешит с ордером. Местный районный аксайский прокурор советник юстиции Ковалев заявил Ульяновым, что он не может заставить стройуправление выполнить свои обязательства.

Семье Ульяновых нелегко далось решение подать жалобу в суд теперь и на действия районной прокуратуры. Нелегко уже хотя бы потому, что глава семьи работает участковым инспектором милиции здесь же, в городе Аксае, и судиться с прокурором Ковалевым ему придется тоже здесь.

Я могу поверить в правовую безграмотность дирекции и профсоюзного лидера "Южтрубопроводстроя". Они, скорее всего, решили, что, уволив Марию Ульянову, избавятся от необходимости выделить ей жилье. (Кстати, по утвержденным ростовским губернатором социальным нормам, Марии Ульяновой с мужем и пятью детьми положена квартира площадью никак не меньше 60 квадратных метров.) А вот в правовую безграмотность местного прокурора советника юстиции Ковалева поверить, согласитесь, трудно.

Не так давно вице-губернатор Ростовской области, курирующий строительство, Юрий Андриади, выступая перед журналистами, с восторгом говорил о настоящем буме жилищного строительства в Ростовской области. И действительно: на рынке нового жилья предложение уже давно превысило спрос. Однако на мой вопрос о том, когда же строительный бум, которым гордятся чиновники Ростовской области, обернется возвратом долгов еще времен СССР тем ростовчанам, кто десятилетиями стоит в квартирных очередях, Юрий Андриади сослался - как обычно в России - на отсутствие средств.

Число таких ждущих очереди измеряется десятками тысяч, а что касается рынка жилья, то у милиционера Михаила Ульянова и маляра Марии Ульяновой, решусь предположить, никогда не хватит денег, чтобы купить квартиру, где цена одного квадратного метра колеблется от 400 до 500 долларов. Остается только надеяться, что дело Ульяновых победит. В суде.

Сергей Слепцов из Ростова-на-Дону для Радио Свобода.

Владимир Бабурин: Термин "профессиональное заболевание" известен, и расшифровывать его вроде бы не надо. Но в Минфине к таковым причислили лучевую болезнь.

Подробности сообщит из Обнинска Алексей Собачкин.

Алексей Собачкин: 79-летняя жительница Обнинска Нинель Михайловна Ипатова уже 5 лет состоит с Министерством финансов в судебной тяжбе, которой не видно ни конца, ни края.

Свою трудовую деятельность Ипатова начала в 1940-е годы под Челябинском на химкобинате "Маяк", производящем плутоний для ядерного оружия. Бывали ситуации, когда за ее спиной стоял сам Берия, интересуясь производственным процессом. О защите от губительной радиации тогда имели смутное представление. Практически все, кто работал на "Маяке" в 1940-е и 1950-е годы получили лучевую болезнь. Ипатова - не исключение.

Много лет государство закрывало на это глаза, и только в 1993 году оставшихся в живых бывших сотрудников "Маяка" приравняли по льготам к ликвидаторам последствий Чернобыльской катастрофы, и начались выплаты компенсации вреда здоровью. Но в 1996 году платить перестали якобы на том основании, что лучевая болезнь это всего-навсего профессиональное заболевание.

Ипатовой пришлось в 1997 году доказывать в суде, что закон никто не отменял. Суд, разумеется, принял сторону Ипатовой, решив, что Министерство финансов должно выплатить все долги и впредь не прекращать выплат. Долги, надо заметить, вернули, а дальше платить не стали, поэтому дело дошло еще до одного суда, который обязал Минфин платить Ипатовой компенсацию вреда здоровью ежемесячно. Это было весной 2001 года. И что же?

Да ничего. В Минфине сделали вид, что никакого решения суда нет. Обращения в прокуратуру тоже не помогли. Ипатова написала жалобу на Минфин в администрацию президента. Оттуда она была направлена в Минфин. А недавно пришел ответ.

Говорит Нинель Ипатова.

Нинель Ипатова: Сейчас мне пришел ответ, из-за которого я чуть не умерла, потому что он мне нанес большой моральный ущерб.

Алексей Собачкин: По сути, она получила отказ, потому что исполнительный лист 1997 года уже оплачен, а то, что речь идет о совершенно другом исполнительном листе, выданном в 2001 году, в Минфине либо не поняли, либо не захотели понять.

Нинель Ипатова: Здесь есть две версии. Может быть, со мной рассчитались за то, что я слишком активно себя веду и ругаюсь всегда? Но это - мое предположение. Я так и подумала вначале.

Вторая версия (когда я внимательно изучила документы) - небрежность государственного чиновника. Но я считаю, что на государственной службе это недопустимо.

Алексей Собачкин: Теперь Нинель Ипатова намерена снова обратиться в суд с жалобой на действия, а точнее бездействие Министерства финансов.

Нинель Ипатова: Я собираюсь снова судиться, но это сказка про белого бычка, потому что пока я подам заявление, пока суд примет к рассмотрению, пока будет вынесено решение, которое вступит в силу, пока я переправлю документы в Минфин, пройдет много времени.

Эта вся политика ведется на то, что все истцы, естественно, уйдут из жизни, на наше умирание. А ведь платить-то нам надо крохи. Не стыдно им?

Алексей Собачкин: Но "стыд - не дым, глаза не ест".

Алексей Собачкин дл Радио Свобода, Обнинск.

Владимир Бабурин: Закон об обороте сельхозземель, наконец-то, принят Думой, хотя фактически были земли пущены в оборот задолго до того, как на Охотном ряду решили, как именно это следует делать. И многие своей земли уже успели лишиться.

Из Орловской области - Елена Годлевская.

Елена Годлевская: Закон об обороте сельскохозяйственной земли только принят, а в орловской деревне уже давно кипят страсти вокруг передела земельной собственности. Простое желание иметь свой кусок земли и самостоятельно его обрабатывать превратило жизнь семьи Рыцаревых из села Ждемир Знаменского района Орловской области в настоящий ад.

Все началось с того, что колхозную землю поделили на паи, и Рыцаревым досталось около 70 гектаров пашни. Как и большинство сельчан, Рыцаревы сдали ее в аренду в так называемое товарищество на вере, образованное взамен колхоза имени Карла Маркса. За это им обещали сено, солому, зерно и вспашку огорода.

Вскоре все убедились, что особого дохода от такой сделки нет, и решили Рыцаревы забрать свою землю обратно, чтобы самим ее обрабатывать. Рассуждали так: если на 2 гектарах приусадебного участка сумели наладить хозяйство (30 поросят, 3 коровы, сотня гусей, куры), то на 70 гектарах и вовсе можно по-настоящему развернуться. Благо все 11 трудоспособных членов большой семьи Рыцаревых - непьющие, работящие.

Но не тут-то было. Оказалось, землю просто лишь отдать, а вот забрать - проблема даже после окончания срока договора аренды. Пока Владимир Рыцарев ходил по инстанциям и доказывал свое право на возвращение пая, против него возбудили сразу два уголовных дела. Строптивого крестьянина сначала обвинили в хулиганстве (якобы он избил соседку), а затем в воровстве шести километров электрического провода. Тут уж стало не до земли. Начались допросы, очные ставки, суды. Чтоб добиться признательных показаний, Рыцарева незаконно содержали под стражей, лишали воды, пищи, прогулок и медицинской помощи.

Почти 2 года Рыцарев доказывал свою невиновность. В конце концов, сначала рассыпалось уголовное дело о хулиганстве, а затем суд Знаменского района признал необъективность и тенденциозность ведения следствия о краже электропровода, обнаружил грубые нарушения закона в отношении Рыцарева.

Когда стало очевидным, что посадить крестьянина не удастся, закон об обороте земли вот-вот будет принят, и придется все документы на землю переоформлять заново, а значит, у Рыцаревых появится шанс вернуть свой пай, под прессом властного производства оказалась глава семейства Нина Рыцарева. Пожилую женщину, всю жизнь проработавшую телятницей в бывшем колхозе, вдруг объявили иностранкой и на этом основании лишили единственного источника дохода - пенсии, которую она получала уже 20 лет. Поводом для столь неожиданного решения стал сигнал главы Ждемирской сельской администрации Нины Лядновой, которая в книге регистрации граждан обнаружила, что в 1985 году Рыцарева выезжала на Украину, а по возвращении в родную деревню не зарегистрировалась. "Значит, иностранка", - решила местная власть. А иностранкам пенсии давать не положено, - и Нина Рыцарева осталась без пенсии.

"Начальник райотдела предлагает мне ехать в посольство Украины в Москву или в Генконсульство, - сетует Нина Рыцарева. - А глава администрации района посылает в Донецкую область по месту прописки. Но они же знают, что я - не то что до Москвы, до райцентра дойти не могу. Я ведь инвалид. По дому на костылях передвигаюсь, почти ослепла. А что ж, с 12 лет за сохой ходила, пятерых детей родила. У меня 18 внуков. Какая же я иностранка? Смех один".

Может, смех, а может, и расчет. Ведь иностранца можно не только пенсии лишить, но и медицинской страховки, и льгот. И пая. А он у Нины Рыцаревой не маленький - 10 гектаров за 40 лет ударного труда в колхозе.

В конце мая у Рыцаревых появилась надежда на то, что справедливость все же восторжествует. Уголовное дело против Владимира окончательно закрыли, а за его мать неожиданно для властей заступился прокурор района Василий Морозов, который считает, что в отношении Нины Рыцаревой нарушен целый ряд статей российской Конституции и соглашения о гарантиях прав граждан государств-участников СНГ в области пенсионного обеспечения. Заявление прокурора по этому поводу на днях рассмотрит Знаменский районный суд, а Международный суд по правам человека тем временем приступил к рассмотрению жалобы Владимира Рыцарева по поводу нарушения его прав и свобод во время предварительного следствия.

Что же касается земли Рыцаревых, то пока ее судьба неясна. Пай крестьянам так и не вернули, даже несмотря на лозунг, провозглашенный недавно губернатором Егором Строевым: "Сделать так, чтобы орловский крестьянин имел право собственности на землю, право управления ею и распоряжения, был хозяином земли".

Пока хозяевами на Орловщине чувствуют себя те, у кого в руках власть.

Для Радио Свобода - Елена Годлевская, Орел.

Владимир Бабурин: На очереди - обзор "Западная печать о правах человека". Его подготовил Владимир Ведрашко.

Владимир Ведрашко: Парижская "Монд" помещает статью своего корреспондента в Мадриде о саммите террористов, который состоялся в Испании незадолго до 11 сентября 2001 года.

Заговорщики встретились в каталонском городе Тарагона за 8 недель до нападения на США. Среди них находились, по крайней мере, двое пилотов-самоубийц и еще несколько человек арабского происхождения, снимавшие в те дни номера в разных гостиницах Тарагоны. По утверждениям испанских источников, все участники этой "встречи в верхах", как ее называет газета "Монд", пользовались поддержкой "Аль-Каиды".

В публикации приводятся со ссылкой на испанскую газету "Эль Паис" подробности тарагонской встречи, в частности, факт прибытия в город 8 июля 33-летнего Мохаммеда Атты, одного из пилотов-камикадзе. Газета "Монд" с протокольной точностью приводит подробности слежки за участниками это встречи, которая стала, по всей вероятности, последним координационным совещанием перед операцией 11 сентября.

Иранские студенты, участники голодовки солидарности с 6 политзаключенными, могут в скором времени добиться успеха, то есть освобождения узников, говорится в публикации лондонской "Файненшнл Таймс". Обнадеживающее заявление сделал официальный представитель аятоллы Али Хоменаи. Цитирую: "Мы надеемся, что осужденные испытают на себе всю силу исламского сострадания и будут освобождены".

Судьба нескольких заключенных, приговоренных к смертной казни за участие в студенческих волнениях 1999 года, находилась в последнее время в центре внимания переговоров между Европейским Союзом и Ираном. Ранее уже удалось добиться замены смертной казни на длительные сроки тюремного заключения, от 10 до 15 лет.

Студенты, участники голодовки солидарности, так мотивировали свои действия: "Мы хотим разбудить общественное мнение Ирана, вывести из спячки те реформаторские силы, которые подавали большие надежды еще 5 лет назад, после избрания нового президента, Хатами".

Об этом - в лондонской "Файненшнл Таймс".

"Любой, кто в той или иной степени был причастен к расследованию ФБР по делу о распространении антракса (сибирской язвы), вероятно, был ошеломлен летаргией, царившей в этом ведомстве", - так начинается статья, напечатанная в "Нью-Йорк Таймс".

Подозреваемые в причастности к рассылке опасной почтовой корреспонденции не заключались под стражу или даже домашнее наблюдение. Образцы почерка на конвертах и почерка подозреваемых иногда сверялись самыми простыми и примитивными методами, то есть на глаз. И это только часть картины.

Поразительно, что ФБР приказало уничтожить споры сибирской язвы в лаборатории Айовского университета, утратив, таким образом, важные материалы для следственной экспертизы.

Владимир Ведрашко для Радио Свобода.

XS
SM
MD
LG