Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

3 года со дня взрыва в Волгодонске.Почему беженцы не спешат возвращаться в Чечню. Гость программы Лидия Графова


"Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и должны поступать в отношении друг друга в духе братства". Статья 1 Всеобщей декларации прав человека.

В этом выпуске:
- 3 года со дня взрыва в Волгодонске. Судьбы жертв теракта.
- Почему беженцы не спешат возвращаться в Чечню. Зачистка в лагере переселенцев из Чечни в Тверской области.
- Гость программы Лидия Графова.


Эти и другие темы, а также правозащитные новости недели и обзор "Западня печать о правах человека" я представлю вам в программе "Человек имеет право".

На этой неделе, в понедельник, исполнилось 3 года со дня взрыва жилого дома в Волгодонске. Срок, как оказалось, вполне достаточный и для администрации города, и для чиновников рангом повыше, чтобы забыть и о своих обещаниях жертвам теракта, и о самих жертвах.

Рассказывает наш корреспондент в Ростове-на-Дону Григорий Бочкарев.

Григорий Бочкарев: Людмила Дубинская - последняя из жертв теракта в Волгодонске Ростовской области, так и не получившая жилье за 3 года, прошедшие после трагедии. Все это время, пока чиновники решают вопрос о выделении ей новой квартиры, Дубинская с детьми живет в гостиничном номере. Напомним: в результате взрыва жилого дома в Волгодонске 16 сентября 1999 года погибли 19 человек, в том числе 2 ребенка, более 80 человек был госпитализированы. Более 70 человек из них остались инвалидами.

Спустя 3 года после трагедии пострадавшие от взрыва люди так и не смогли добиться от властей признания их жертвами терроризма. Все они считаются, если можно так выразиться, бытовыми инвалидами. Мол, шел, поскользнулся, упал, очнулся - открытый перелом. А отсюда, соответственно, и статус со всеми вытекающими последствиями - пенсиями, льготами и так далее.

Жильцы бывшего дома № 35 по Октябрьскому шоссе куда только не обращались за эти 3 года, начиная от администрации города и заканчивая Государственной Думой и лично президентом. Во всех инстанциях им обещают во всем тщательно разобраться и помочь, но и по сей день реально ничего не сделано.

Но даже на этом безрадостном фоне поражает судьба Людмилы Дубинской. Женщину выселяют из номера гостиницы, в котором она живет уже 3 года. На днях администрация гостиницы "Атоммаш" вручила Людмиле счет за проживание. По нему она обязана заплатить 189 054 рубля, хотя сразу после теракта городская администрация пообещала взять все расходы на проживание пострадавших семей в гостинице на себя, а сегодня (случае невыплаты) долг обещают взыскать через суд.

Как и всем пострадавшим, 3 года назад Людмиле было обещано новое жилье. На руки даже выдали сертификат на получение квартиры. После чего временно поселили жить в гостинице. Все ее беды, как она теперь считает, у Людмилы начались с того самого момента, когда она выразила желание получить квартиру не в Волгодонске, а в Ростове-на-Дону. Согласно постановлению правительства России, пострадавшие от терактов могли выбирать для дальнейшего проживания по своему усмотрению любой город страны.

В ожидании нового жилья Людмила Дубинская отправила более 100 писем с просьбой о помощи во всевозможные инстанции, но никто так и не помог Людмиле. Два раза она объявляла голодовку, по 2 недели ничего не ела, жила в палатке на улице, на месте взорванного дома. Получила в результате очередное обещание - на этот раз даже с адресом дома, в котором находится ее новая квартира. Правда, в Волгодонске. Но, как выяснилось, в этом старом доме не было ни газа, ни электричества, да и заселять Дубинских туда никто не спешил, даже с ордером на руках.

Поняв, что ей никто не поможет, Людмила сама стала изучать законы и обратилась в суд с жалобами на произвол в действиях чиновников, и выиграла все дела в суде. "Несмотря на то, что все решения судов о предоставлении мне квартиры были вынесены в мою пользу, жилье нам так и не дали, - говорит Дубинская. - Мало того, только в этом году нас пытаются выселить уже в третий раз. Между тем, в номере, в котором мы живем, сломаны даже кровати, так что приходится спать на полу."

Старшая, 9-летняя дочь Дубинской, после теракта до сих пор заикается, а любой громкий шум и хлопок вызывают у нее настоящую панику. Девочку забрала к себе жить бабушка. Сейчас дочка хочет вернуться, но возвращаться-то некуда. Даже в новом российском паспорте у Людмилы Дубинской стоит адрес прописки: Октябрьское шоссе, дом № 34. Дом, которого в Волгодонске больше нет.

Если в ближайшее время жилищный вопрос не решится положительно, Людмила готова к очередной акции протеста. Пока она точно не знает, что предпримет, но бороться собирается до конца.

Григорий Бочкарев для Радио Свобода, Ростов-на-Дону.

Владимир Бабурин: Во Владимире прошел День антифашистских действий. Тему борьбы с экстремизмом, и как это следует делать, а как, вероятнее всего, не стоит, продолжит владимирский корреспондент "Свободы" Константин Колесов.

Константин Колесов: 13 сентября, в Международный день памяти жертв фашизма, владимирские молодежные правозащитные группы "Система координат", "Киноклуб "Политехник", Молодежное правозащитное движение, Владимирское региональное отделение "Международной амнистии" и Еврейский благотворительный центр при поддержке других владимирских общественных организаций провели антифашистскую акцию. Владимирские антифашисты возложили цветы к Вечному огню, почтили минутой молчания жертв фашизма, после чего молодые участники акции, вооружившись баллончиками с краской, отправились закрашивать фашистские свастики, намалеванные на заборах и стенах домов. Свастик удалось разыскать 5 штук. Уничтожением последней из них акция и завершилась.

Несмотря на обилие общественных организаций, принявших участие в акции, объявления по радио и развешанные загодя листовки, владимирским антифашистам удалось собрать, по разным оценкам, не более 50-70 человек. По мнению одного их организаторов акции, возможно, это связано с тем, что большинство российских граждан ничего не знают о Международном дне памяти жертв фашизма, традиционно считая таким днем День победы 9 мая.

Однако у пассивности Владимирцев есть и другое объяснение. По мнению многих горожан, разговоры о фашизме во Владимире очень часто возникают на пустом месте и выгодны, прежде всего, политикам, некоторым журналистам и, как ни странно, самим фашистам, к которым во Владимире можно отнести разве что малочисленные организации баркашовцев. В большинстве своем те редкие выходки, которые названные стороны склонны считать делом рук фашистов, являются проявлением обыкновенного бытового расизма. Говорить о присутствии в головах 15-18-летних подростков какой-то фашистской идеологии в большинстве своем не приходится. Однако некоторые мои коллеги все чаще предпочитают видеть нечто большее в обыкновенном хулиганстве, невольно создавая вокруг редких во Владимире поклонников Адольфа Гитлера ореол силы и могущества.

Для Радио Свобода - Константин Колесов, Владимир.

Владимир Бабурин: Сводку правозащитных новостей представит Анна Данковцева.

Анна Данковцева: Уполномоченный по правам человека в России Олег Миронов выступает за то, чтобы в учебные программы всех учебных заведений страны был введен курс по изучению прав человека. "Граждане России очень плохо информированы о своих собственных правах, о том, как их защищать и реализовывать, - считает российский омбудсмен. - Поэтому, - отметил Миронов, - необходимо восполнить этот пробел в общественном сознании и через образование формировать новое мировоззрение у молодого поколения".

В тот же день Олег Миронов посетил одну из московских общеобразовательных школ, которую решено объявить территорией соблюдения прав человека. Эта акция была приурочена к Международному дню мира, который отмечается ежегодно в середине сентября в странах, входящих в ООН. В этой школе теперь будут изучаться дисциплины правозащитной тематики, а также будет избран свой собственный представитель по правам человека.

16 сентября в Баку началась конференция уполномоченных по правам человека стран СНГ, в которой принимает участие комиссар Совета Европы по правам человека Альваро Хиль Роблес. Перед началом конференции Альваро Хиль Роблес провел встречу с представителями правозащитных организаций Азербайджана. В ходе встречи были затронуты проблемы защиты прав человека и ситуация в Нардаране, где 3 июня этого года произошли столкновения между силами полиции и местными жителями.

17 сентября партия "Либеральная Россия" обратилась к "Союзу правых сил", "Яблоку", обществу "Мемориал", другим правозащитным организациям с предложением провести ряд совместных акция против восстановления памятника Дзержинскому на Лубянской площади в Москве. "Мы считаем, что на этом месте должен быть установлен памятник жертвам политических репрессий, - заявил сопредедатель партии "Либеральная Россия", депутат Госдумы Сергей Юшенков. - Аргументация мэра Москвы в отношении того, что Феликс Эдмундович сделал много хорошего для страны, не выдерживает никакой критики, - считает Юшенков. - Руководствуясь подобными умозаключениями, можно оправдать и деятельность Адольфа Гитлера, который построил множество дорог и восстановил промышленность Германии", - заявил депутат.

16 сентября в Москве в офисе издательства "Ад Маргинем", выпускающего книги писателя Владимира Сорокина, прошли обыски. Адвокат издательства Александр Глушенков сообщил, что при обыске были изъяты 5 экземпляров романа Сорокина "Голубое сало", а также документация, касающаяся тиража данного романа. По словам Глушенкова, обыск проводило ГУВД Москвы, в производстве которого в настоящее время находится уголовное дело в отношении и Сорокина. Он также сообщил, что сотрудники, проводившие обыск, предъявили представителям издательства тексты двух литературоведческих экспертиз. Первая сделана одним из сотрудников Министерства культуры России. Вторая экспертиза, о которой защите писателя и издательства ранее ничего не было известно, была подписана представителями Союза писателей России.

Уголовное дело против писателя Владимира Сорокина было возбуждено прокуратурой Москвы в июле этого года. Поводом послужило заявление одного из активистов молодежного движения "Идущие вместе", который усмотрел в романе писателя "Голубое сало" элементы порнографии.

Международная правозащитная организация Комитет защиты журналистов выразила возмущение в связи с решением минского суда приговорить главного редактора белорусской газеты "Рабочий" Виктора Ивашкевича к двум годам принудительных работ. Ивашкевич был признан виновным в клевете на президента Лукашенко и оскорблении главы государства. Уголовное дело против журналиста было заведено в августе прошлого года после публикации статьи о причастности Лукашенко к нелегальной торговле оружием. Базирующаяся в Нью-Йорке организация подчеркивает, что дело Ивашкевича вновь доказывает полное пренебрежение главой белорусского государства свободой средств массовой информации.

Активист белорусской оппозиционной молодежной организации "Гражданский форум" Павел Климович осужден на 5 лет лишения свободы. Он обвинен в торговле наркотиками. Как сообщило в субботу Белорусское государственное телевидение, Климович продавал марихуану, которая была расфасована в бумажные пакетики, сделанные из предвыборных листовок, распространявшихся оппозицией год назад в ходе кампании по выборам президента Белоруссии. При обыске в квартире Климовича в городе Гомеле были изъяты более ста таких листовок.

Владимир Бабурин: Анна Данковцева, правозащитные новости.

Практически ежедневно приходят сообщения о погибших в Чечне. Не всегда точно называется их число, особенно если речь идет не о российских военных, а о мирных жителях. А полного списка погибших не существует вовсе. Из Омска - Татьяна Кондрантовская.

Татьяна Кондратовская: Жители Омска не верят в то, что правительство решится обнародовать списки погибших в Чечне. Недавняя катастрофа вертолета и гибель более сотни военнослужащих в Чечне многих заставила задуматься: ради чего родители солдат по всей России три дня не могли узнать имен погибших? Почему военное командование в тот же день не публикует списки пассажиров упавших вертолетов?

В омском военкомате сообщили, что о смерти солдат они сами узнают из телеграмм от командования и лично извещают об этом родственников. Иногда, например, после катастроф, посылают запрос в часть, но только по обращению родителей. В публикации списка всех погибших здесь не видят смысла. Подполковник Дмитрий Быков заявил, что военкомат отслеживает ход службы каждого солдата, призванного из Омской области. По его мнению, никто не пытается скрывать информацию о жертвах, потому что утаить гибель людей невозможно.

Дмитрий Быков: Эта информация не закрыта. Прекрасно все понимают, что если военнослужащий погиб, то хоронит его не один человек, естественно. Эта информация есть и в военных комиссариатах.

Татьяна Кондратовская: Однако население с недоверием относится к официальным сводкам о потерях. По мнению Владимира Рыбакова, власть совершает большую ошибку, не раскрывая эту информацию.

Владимир Рыбаков: Часто с просьбой не называть имени говорят о том, что реальные потери превышают то, что официально представляется. Вот это вот сокрытие очень грубое и безграмотное, с точки зрения той же власти, потому что дает огромные козыри противникам войны. Если вы не публикуете данные о потерях, значит, не все у вас чисто.

Татьяна Кондратовская: В фильме "Унесенные ветром" есть эпизод, в котором женщины читают списки погибших, вывешенные на стене. В Первую мировую войну в российских газетах тоже печатались подобнее списки. Опрошенные мной омичи уверены, что в современной России такое вряд ли произойдет. Но если бы начали публиковать списки погибших в Чечне, и военных, и мирных жителей, отношение власти и к этой войне могло бы измениться.

- Снизилась бы вот эта глупая напряженность из-за того, что скрывается, и общество бы относилось по-другому, видя, что там постоянно убивают людей, там постоянно гибнут люди. Наверное, общество более ответственно к этой войне относилось бы, и соответственно, поведение власти менялось бы.

- Тут уже другая совсем война. Тогда-то все-таки за родину сражались. Тут бы, если бы такие списки печатали, просто отношение к власти было бы еще более негативным. Чтобы войну остановить, ну, просто не воевать, на это же не пойдут сейчас все равно.

Татьяна Кондратовская: Считается, что в Чечне идет не война, но в разговорах люди все равно называют эту операцию войной. Одни уверены, что россияне имеют право на правду о Чечне, а другие не хотят печальные новости и рассеивать иллюзию благополучия.

- Право имеют знать. Но нужно ли это? Не знаю.

- Власть, какая бы она ни была, все-таки отражение общества. И если общество достаточно безразлично к войне, то и власть ведет себя достаточно произвольно.

- По крайней мере, это честно по отношению к родственникам. Ну, а для остальных - что это? Лишний раз пугает и все, а что еще даст?

Татьяна Кондратовская: Для Радио Свобода - Татьяна Кондратовская, Омск.

Владимир Бабурин: На прошлой неделе у здания Министерства внутренних дел России в Москве прошел пикет по проблемам возвращения беженцев в Чечню. А еще чуть раньше, 6 и 7 сентября, в Махачкале при финансовой поддержке датского совета по беженцам прошел "круглый стол", и он так же был посвящен проблемам возвращения так называемых временно перемещенных лиц опять же в Чечню. Я хочу напомнить, что этот уже третий подобный "круглый стол", проводит его, в том числе, и Форум переселенческих организаций, наверное, даже в первую очередь. Первая встреча была прошлым летом в Назрани, вторая - летом этого года, в июне, в Грозном. И сейчас гость нашей студии - Лидия Графова, руководитель Форума переселенческих организаций.

Лидия Ивановна, наверное, имеет смысл начать с "круглого стола", который прошел в Махачкале.

Лидия Графова: Я хочу начать с того, что сегодня наше государство объявило уже открытую борьбу так называемым временно перемещенным лицам. Все события, которые вы перечислили, это отчаянная попытка противостоять тому наглому натиску, который сегодня ведут разные государственные органы, пытаясь вытеснить из разных регионов России, в первую очередь, конечно, из Ингушетии, так называемых временно перемещенных лиц в Чечню. И вот тот пикет, который прошел на прошлой неделе у здания Министерства внутренних дел, там был лозунг очень правильный: "Возвращение в Чечню - это возвращение в ад".

Вообще я хотела бы сказать, что и первая чеченская война, и в особенности вторая, в основном, идет с мирным населением. Любой человек непредвзятый это понимает, начиная с того, как бомбили Грозный, не разбирая никого, и как сейчас все эти вот зачистки в Чечне дают, наши федеральные силы дают уйти боевикам, а потом начинается издевательство над мирными жителями.

Владимир Бабурин: Лидия Ивановна, я просто хочу привести две цифры, чтобы был понятен масштаб того, о чем мы сейчас говорим. Всего за пределами Чечни после первой и второй чеченских кампаний, вернее, после первой и во время второй чеченских кампаний, оказалось порядка 150 000 семей. В Чечню возвратилось только 7 000, это данные вашего форума. Вот я хочу, чтобы знали, какой порядок цифр.

Лидия Графова: 150 000... 148 000 человек.

Владимир Бабурин: 148 000 человек. Да. И около 7 000 вернулось.

Лидия Графова: Вот я все-таки хочу очень внятно сказать, что та война с мирным населением, абсолютно невинными стариками, женщинами, детьми, которая велась на протяжение вот уже более чем семи лет, сегодня она уже получила официальное оформление. 29 мая был подписан так называемый план возвращения беженцев в Чечню, подписан Кадыровым и Зязиковым. И, знаете, вот, ну, прекрасно подписывающие, да и все, о кого зависит судьба этих несчастных людей, они прекрасно понимают, что некуда возвращаться, абсолютно некуда.

У нас в Махачкале было 5 представителей правительства Чечни. Я ниже расскажу, что они официально заявляли о том, как "восстанавливается", в кавычках, Чечня, да? Так вот, они прекрасно понимали, Кадыров, Зязиков, что к сентябрю не останется уже никого в палаточных лагерях Ингушетии, что это абсолютно невыполнимый план, но, тем не менее, это было подписано. И вы знаете, такое любопытное совпадение. Именно 29 мая, в тот день, я говорю, это был роковой день, вот когда-нибудь будет написана история этой страшной бойни, и эта цифра, она будет особо кровавым цветом гореть. Так вот, в этот самый день, 29 мая, не в Ингушетии, а в Тверской области в Старицком районе, именно 29 мая произошла зачистка точно такая, как происходит в Чечне.

Владимир Бабурин: Гость студии сегодня - руководитель Форума переселенческих народов, член правительственной комиссии по миграционной политике Лидия Графова. Недавно она побывал в Тверской области, в лагере беженцев, или, как все-таки правильнее сказать, перемещенных лиц из Чечни, там и чеченцы есть, и русские, а до того в этом лагере побывали спецназовцы и, почти совсем как в Чечне, провели там зачистку. На этом месте мы и прервали нашу беседу. Лидия Графова продолжает.

Лидия Графова: Почему про это говорю? Потому что тут такое, во-первых, страшное совпадение. Во-вторых, я только что вот перед Дагестаном была в Тверской области, где центр временного размещения "Серебряники", откуда циничным образом вытесняют в Чечню чеченцев. Там русских кормят, а чеченцев - нет. Так вот, в этой самой Тверской области 29 мая...

Владимир Бабурин: И русские, и чеченцы - это люди из Чечни, которые жили в Чечне до того?

Лидия Графова: Да. Грозный, в основном. Так вот, значит, 29 мая, совсем недалеко от этого центра "Серебряники" вдруг утром в деревню Илейкино ворвались 150 человек в форме. 25 машин, довольно далеко от Твери, приехали они оттуда наводить порядок. Что такое? Оказывается, у одного жителя пропала швейная машинка и 10 метров пленки. Рядом с этим жителем живет семья Шамастовых, они живут, чеченцы, живут с 70-х годов, пользуются большим авторитетом в селе, они занимались скотоводством. Потом сейчас они какое-то предприятие, они соседним людям помогают. И их вина в том, что они содержат 36 беженцев, в основном, своих родственников.

Так вот, 9 семей, вот Шамастовых и еще 9 семей вокруг чеченцев, пистолетами, с наганами, приставляя наган ко лбу 12-летнего ребенка, заставив женщин лечь, обыскивая их, избивая, непонятно что искали и после этого уехали. Вот понимаете, когда это уже по всей России идет, когда это начинается в глубине тверских лесов, это же говорит о том, что наше государство абсолютно заблудилось, не понимает, какую страшную порчу наводит на всю Россию вот та политика, которая ведется в Чечне.

Ну, а что такое: русских кормят, чеченцев - нет? Тут такое формальное объяснение, что русские имеют статус вынужденного переселенца, а чеченцы нет. Якобы чеченцев, их там всего осталось 120 человек, вот 38 русских кормят, а вот дети, старики изможденные, они провожают взглядом, их не кормят. Ну, вообще существует ведь негласное распоряжение: чеченцам статус вынужденного переселенца не давать. Так вот, какое это вызывает внутри этого лагеря "Серебряники" какой климат, какие чувства? Куда им ехать?

Вот "круглый стол" в Махачкале. Ну, понимаете, говорить очевидное, когда все всё понимают, уже просто слов не хватает. Кстати говоря, вот в тех же "Серебряниках" только побывала (наконец, побывала!) комиссия из федеральной миграционной службы, которая сейчас подчиняется МВД. И тот полковник, который приезжал к ним, был вот на пикете. Я с ним беседовала. Он все понимает. И он, как открытие для себя, вот рассказывает: как же так? Почему же там дети, в этом лагере, достигают совершеннолетия - как же так, им не дают паспорта? Ну, как же так, почему же их не регистрируют?

Вот когда лицом к лицу с этой трагедией сталкиваются даже высокие должностные лица, они понимают, что это невероятно, что этого не может быть. Тем не менее, то, что не может быть, происходит у всех на глазах.

Владимир Бабурин: Лидия Ивановна, вот конца этому не видно. Вот просто не видно, потому что ощущение, что война будет вестись до последнего чеченца, что через средства массовой информации очень активно вдалбливается, зомбируется, ставится знак равенства между словом "чеченец" и словом "бандит". Выступают российские военные руководители, российские какие-то правительственные чиновники и говорят: "Нет, там нет мирного населения, там бандиты".

Совершенно противоположную точку зрения высказал в свое время депутат от Чечни генерал Аслаханов. Ему задали вопрос: "А как вы относитесь к тем людям, которые днем мирно пашут поля, а вечером берутся за автомат?". Ответ был для меня, например, совершенно неожиданный, от господина генерала. Генерал Аслаханов сказал: "Я к ним отношусь как к партизанам времен Отечественной войны. Что делать человеку, мужчине, ребенку, у которого вырезали всю семью? Ему остается только браться за автомат".

Вот такие две взаимоисключающие точки зрения.

Лидия Графова: Вы знаете, в Махачкале лидер одной общественной организации из Ингушетии рассказал, что они поводили в школах, ну, такой конкурс: дети писали сочинения. И вот одна девочка написала: "Меня уже нет. Я умерла". Поехали к этой девочке в лагерь "Белла", и что такое? У нее убили папу во время бомбежек, убили маму во время зачисток, брата и сестру.

Вы знаете, отношение самих жителей Чечни к ваххабитам, которые, так сказать, завели все это, право же, они больше их ненавидят, чем остальные жители России. Потому что эти люди, которые вместе с нашими московскими инициаторами этой войны, эти ваххабиты, они отняли у них родину.

Ведь вообще, понимаете, возвращение в Чечню, в эту израненную землю, там же ведь каждый сантиметр начинен какими-то ядовитыми излучениями, и вся земля изранена, оно, просто, ну, даже по экологическим обстоятельствам невозможно, не говоря уже о том, что очень многие семьи, которые рискнули вернуться из той же Ингушетии, опять бегут обратно, потому что, ну, зачистки, зачистки же происходит в ПВРах. Вот ПВР, есть такой ПВР...

Владимир Бабурин: ПВР - этот пункт временного размещения?

Лидия Графова: Да. На окраине Грозного. Там была жутчайшая в мае зачистка, жутчайшая. То есть, понимаете, охраняется даже автоматчиками этот пункт. Так по нему в течение 40 минут шел совершенно непрекращающийся автоматный обстрел. И никто ничего не может сделать. Уголовное дело возбуждено, но никаких результатов.

Так вот, эти люди, которые вот сейчас, повторяю, по России, в центрах временного размещения осталось всего 700 чеченцев, это в других регионах России, и вот Минфин якобы запрещает вот этих 700 человек кормить. И вот здесь вот даже из наших регионов, из тех, которые далеко от этого горячего ада, людей выталкивают. А простите, вы понимаете, что в этих центрах абсолютно невозможно устроиться нигде? Ну, во-первых, вот "Серебряники", они находятся очень глубоко, кстати, в роскошном, когда-то роскошном доме отдыха, но там вокруг никакой работы не найдешь. Да и потом, простите, какая работа, если ты должен каждый день отмечаться, иначе тебя снимут с питания? А питание-то - 15 рублей на человека было. Куда им деваться?

На работу в России чеченца не берут, не регистрируют. Если их все-таки, а к этому пытаются привести, вытолкнут в эту испепеленную республику, ну, даже самый далекий человек от того, чтобы браться за оружие, что ему делать, как ему кормить семью?

Понимаете, я уже давно не раз писала, что наиболее активно мобилизуют в отряды боевиков федеральные силы, проводя зачистки, возбуждая эту совершенно неизбежную ненависть. Да сейчас просто экономические обстоятельства заставят людей вот идти в эти самые отряды. Это бесконечность, это дурная бесконечность. Но что меня особенно тревожит, это то, что вся Россия отравляется, отравляется этой ненавистью.

Владимир Бабурин: А как вы полагаете, вот это делается осознанно или несознательно?

Лидия Графова: Дело в том, что криминальность этой войны очевидна даже ребенку там, в Чечне. Это выгодно тем людям, которые там ничем не рискуют и всеми средствами продлить эту кровавую бойню. Возможно, даже вопреки воле президента, который когда-то сказал "мочить в сортире" и тем самым дал отмашку, и началась эта вторая война, уже ему, наверное, хотелось бы все это прекратить, но есть силы, которые очень заинтересованы.

Поэтому, вы знаете, тут есть, кроме вот такого криминального интереса продолжить эту войну за счет того, чтобы уже всю Россию вздыбить на ненависть просто против людей.... Знаете, это начало войны всех против всех. Так вот, кроме этого, есть еще и интуитивная такая, идущая от советских времен, в наших людях - нам всегда хотелось бы видеть какого-то врага. Без врага нам жить неуютно, нам надо свои беды, свои несчастья на кого-то списывать. Так вот, поэтому чеченцы выбраны вот такой жертвой. Но я точно знаю, что правы те, стоявшие в пикете, когда они говорили: "Чеченцам в России спасения нет".

И здесь поражает, конечно, равнодушие западных, в частности, даже правозащитных организаций, которые все это понимают, но, однако же, чеченцам сейчас статусов не дают в европейских странах, хотя понимают, что это люди...

Владимир Бабурин: Вы знаете, а вот мне кажется, что Запад удалось убедить, что чеченцы, причем, независимо от того, он с автоматом в руке или без автомата...

Лидия Графова: Да ...

Владимир Бабурин: ...это вот все равно международный террорист.

Лидия Графова: Террорист...

Владимир Бабурин: Что он - вместе с Усамой Бен Ладеном.

Лидия Графова: Да, "плохая" нация. Вот такие натяжки, такая откровенная ложь. Ну, знаете, вот у меня-то ощущение, что ослепло руководство России и не понимает, в какую бездну втягивается вся Россия тем, что откровенная, повторяю, война с мирным населением Чечни, которое спасается от этой, ну, неизбежной смерти и, кстати, от ненависти, пытаясь вот скрываться где-то в разных районах России. Ну, посмотрите, ведь было, кажется, полтора миллиона чеченцев, сейчас там живет около 800 000. Значит, половина населения где-то в России. То есть, понимаете, это значит, ходячая фугаска во всей России, такая шаровая молния ненависти. И на этом же не остановится. Ведь, ну, ясное дело, что потом идет Кавказ, лица кавказской национальности, это прямой путь к фашизму.

Вот вы говорите: осознанно или интуитивно? Здесь и то, и другое. Здесь все смешано, а самое главное, что вот, например, представители правительства Чечни говорили, что там нет финансирования на самые что ни на есть экстренные нужды. До 1 августа, до 1 августа, несмотря на огромный бюджетный куш, который выделен вроде бы на восстановление Чечни, до 1 августа не было ни копейки Минздраву на лекарства. Там свирепствует туберкулез, нет ни одной туберкулезной больницы.

Голландская, кажется, организация на границе, в Карабулаке, Чечни с Ингушетией, построила очень хороший туберкулезный госпиталь, первый. Так не разрешает правительство Ингушетии открыть. Потому что надо это делать на территории Чечни. Так вы же понимаете, что гуманитарные организации, которых так зовет Кадыров переселяться, ну, ехать туда, они просто бояться. Посмотрите, что каждый день нам сообщают, что там творится.

То есть, выталкивают людей в голод, в разруху. Первый заместитель муфтия Чечни Султан рассказывал, что в начале года он получил на восстановление своего разрушенного дома цемент. Он сделал фундамент. После этого он, первый заместитель муфтия, не может допроситься кирпича.

Потом еще замечательно. Безработица дичайшая в Чечне. Известно, что чеченцы - прекрасные строители. Так почему строительные бригады привозят из разных регионов России, а свои - ходят безработные? Их, конечно, могут вербовать любые бандформирования, как это говорят у нас.

Владимир Бабурин: Ну, еще известный русский диагноз: воруют. Я думаю, что многие помнят, как прежний президент России Борис Ельцин-то перед камерой развел руками и сказал: "А Бог его знает, куда там эти средства делись!"

Лидия Графова: Да. Не, ну, понимаете, я, например, у меня в голове не вмещается, как это так. По решению Москвы все финансирование, в частности Минздрава, идет почему-то через Министерство коммунально-бытового обслуживания, при котором какое-то создано ИОО, и вот это ИОО для Минздрава закупает вместо чрезвычайно нужного оборудования, допустим, там для протезов и так далее, покупает компьютеры, которые стоят, ну, там 600-700 долларов, а написано - 2000. Понимаете? Какое-то ООО при коммунально-бытовом обслуживании закупает все для всех министерств. Ну, знаете, друг на друга скидывают: в Чечне говорят, что воруют уже в Москве. Москва говорят, что Чечня - черная дыра.

Но я повторяю, что нет на высоком государственном уровне осознания всего того, чем вот эта бесконечность, в частности, вот это варварство циничное в отношении мирных жителей, которые не хотят участвовать в бойне, чем это грозит для России.

Вы знаете, один умный человек из того самого центра "Серебряники" говорит: "Да не возвращать нужно людей в Чечню, а надо всех мирных, которые ни в чем не провинились, вывезти оттуда, и пусть эти противоборствующие стороны друг с другом сражаются, пока нефть не кончится. Только такой может быть конец". Надо такой фантастический план: не возвращать, а забрать мирных людей.

Владимир Бабурин: Лидия Ивановна, время подходит к концу, вот надо делать выводы, и выводы, похоже, неутешительные, что выхода нет. Потому что все бандиты и их надо уничтожать - есть такое мнение, и потому что черная дыра, и деньги все равно все пропадут - и такое мнение тоже есть. И что делать?

Лидия Графова: Я считаю, что на проблеме возвращения беженцев, которое абсолютно нереально, должно произойти какое-то осознание. И, конечно, только покаяние. Только покаяние, кстати, с обеих сторон. И эти вот чеченцы, живущие в России, говорят: "Мы готовы каяться, но это должно быть с двух сторон покаяние".

Моя первая книжка называлась "Без покаяния конца войне не будет".

Владимир Бабурин: Вы знаете, у меня такая сейчас параллель возникла. Я был на выводе российских войск из Германии, вел прямой репортаж, и вот эта берлинская бригада российская выходила с песней, они пели ее на русском и немецком языках, "Давно погас пожар войны. Друзьями расстаемся мы". Казалось, что немцы и русские никогда не могут быть друзьями, какая была страшная война. Вот я помню, мой отец, который был участником войны, он немецкого языка не выносил. Вот здесь я конца не вижу.

Лидия Графова: А я, знаете, а меня преследуют сейчас строчки Высоцкого "Идет охота волков, идет охота". Вот сейчас по всей России идет охота на чеченцев, но это самоубийство России.

Владимир Бабурин: Спасибо.

На очереди - обзор "Зарубежная печать о правах человека", подготовленный Владимиром Ведрашко.

Владимир Ведрашко: Читательница канадской газеты "Торонто Стар" направила в это издание письмо, в котором высказывает сомнения в целесообразности школьных нагрузок на детский организм. "Начиная с 7 класса, мой сын, который учится сейчас в 12 классе, ежедневно в течение двух, а то и четырех часов выполняет домашние задания. Еще он делает уроки по выходным дням. Таким образом, получается, что время, которое школьники в школе и за рабочим столом дома, зачастую превышает продолжительность рабочего дня для взрослых. Его спина сгибается от учебников, он вынужден отказываться от занятий в спортивных секциях, у него не остается времени для друзей или просто для прогулок. Стоит ли удивляться, что мой сын испытывает разочарование и без особого энтузиазма относится к предстоящим годам учебы в колледже или университете?

Мне трудно предположить, что такой способ обучения и воспитания детей является наилучшим. Он, похоже, не прибавляет нашим детям здоровья, ни умственного, ни физического, ни эмоционального. Почему нельзя процесс обучения укладывать ежедневно в 6-часовые занятия и ограничивать эти занятия школьными классами?" - задается вопросом Дайана Аллен из Торонто, читательница газеты "Торонто Стар".

"Если вы работаете в Америке, если ваш почасовой заработок составляет 6 или 7 долларов, значит, прожить на эти деньги очень трудно или почти невозможно", - так начинается статья в "Нью-Йорк Таймс", озаглавленная "Достаточно, чтобы работать, недостаточно, чтобы жить". Если рабочему приходится содержать семью, то он неминуемо вынужден устраиваться еще на одну, а то и на две работы. Положение американских рабочих легко обойти вниманием, когда страна озабочена угрозой терроризма и перспективами войны с Ираком, и все же это несправедливо: живя в стране изобилия, предлагать людям работать на полную катушку при заработке, которого не хватает ни на питание, ни на одежду, ни на крышу над головой.

Тем не менее, такое положение типично, говорится в статье. Один из влиятельных нью-йоркских профсоюзов призвал к забастовке социальных работников. Руководитель профсоюза Дэннис Ривера говорит: "Эти люди заботятся об умирающих стариках, которые уже не в состоянии себя прокормить. Однако сами сиделки и домашние помощники зарабатывают так мало, что не в состоянии обеспечит собственные семьи".

"Нью-Йорк Таймс" пишет, что большинство социальных работников и домашних сиделок составляют женщины. Их заработок ограничивается суммой 6-7 долларов в час.

Токийская газета "Джапан Таймс" пишет о страданиях и негодовании японцев, чьи родственники погибли в Северной Корее в 70-80-х годах. Речь идет о похищенных гражданах Японии, которые затем исчезли из поля зрения родственников. На днях во время беспрецедентной встречи между премьер-министром Японии и корейским вождем в Пхеньяне японской стороне было официально сообщено, что из одиннадцати похищенных шестеро умерли от болезней или иных причин.

Шегеро Огато, чья 13-летняя дочь была похищена в 1977 году в Неигате, уже не надеется увидеть своего ребенка живым. Несчастная мать требует полного расследования судьбы своей дочери.

Японские граждане, потерявшие своих близких в результате противоправных действий северокорейских властей, ясно дали понять, что будут сопротивляться попыткам нормализации отношений между двумя государствами до тех пор, пока не получат всей информации о своих родственниках, пропавших в Северной Корее. Об этом - публикация в "Джапан Таймс".

Количество людей, страдающих от голода на юге Африки, превышает 14 миллионов человек. Об этом сообщает южноафриканская печать. По оценкам ООН, разразился самый обширный гуманитарный кризис за последние десятилетия. Голодом охвачено население шести государств на юге Африки. Джеймс Моррис, специальный представитель ООН по гуманитарным вопросам, инспектировавший кризисный регион, заявил, что положение обострилось в связи с эпидемией ВИЧ-инфекции. В результате 4 миллиона детей остались сиротами без необходимых для жизни средств.

Кризисом охвачены Зимбабве, Замбия, Малави, Мозамбик, Свазиленд и Лесото. По заявлениям представителя ООН, продовольственная помощь этим странам, поступающая от коммерческих и гуманитарных организаций, оказалась меньше, чем ожидалось, поэтому цены на продукты питания остаются высокими. Среди причин нехватки продовольствия в статье называются методы либерализации рынка и земельной реформы, проводимой правительствами названных стран. Об этом - публикация в южноафриканском издании "Индепендент - онлайн".

XS
SM
MD
LG