Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Псковская мэрия и телефон доверия. Правозащитники Оренбурга - оренбургским военнослужащим. Пятигорск. Жизнь после взрыва

  • Илья Дадашидзе

"Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и должны поступать в отношении друг друга в духе братства". Статья 1 Всеобщей декларации прав человека.

В этом выпуске:

День рождения в Калужской следственной тюрьме.
Псковская мэрия и телефон доверия.
Барнаульские энергетики отключают - и проигрывают.
Ухищрения по-новгородски.
Правозащитники Оренбурга - оренбургским военнослужащим.
Уфа. На словах - и в действительности.
Омск. За широкой спиной государства.
Ростов-на-Дону. Кто ответит за маковую соломку.
Саратов. Исходя из основного закона.
Самара. Вакантное место.
Пятигорск. Жизнь после взрыва.
Псков. На собственном опыте.


Наш выпуск начнем с репортажа из Обнинска. О новых подробностях дела Игоря Сутягина, обвиняемого ФСБ в государственной измене, рассказывает Алексей Собачкин.

Алексей Собачкин:

17 января Игорю Сутягину, жителю Обнинска, сотруднику Института США и Канады, исполнилось тридцать шесть лет. Свой второй день рождения он встретил в Калужской следственной тюрьме, так как был арестован еще в октябре 1999 года.

Сейчас Сутягин сидит один в пятиместной камере. Такая привилегия ему дана в связи с тем, что он обвиняется по 275 статье Уголовного кодекса, "Государственная измена в форме шпионажа".

Длительное предварительное заключение сказалось на его здоровье: Игорь заболел стрептодермией, кожной инфекцией. Его руки и ноги покрыты язвами, из-за них - трудно ходить. Единственное лечение, которое он получает - цинковая мазь, но она неэффективна. Как говорит Игорь, теперь ему стал понятен страшный смысл выражения "сгноить в тюрьме".

После того, когда состоялось первое судебное заседание, дело Сутягина, благодаря телевидению, получило широкую огласку. В репортажах о судебном процессе утверждалось то, что он передавал секретную информацию о новом поколении подводных лодок спецслужбам Великобритании и США.

Но как стало известно от адвоката Сутягина, Владимира Васильцова, в обвинительном заключении подсудимому вменяют в вину только сотрудничество с некоей западной фирмой, для которой Сутягин готовил аналитические обзоры, посвященные военно-политическому состоянию России. В Интернете есть указание на то, что это - английская консалтинговая фирма, но не дается ее название.

Известно, что Сутягин не имел доступа к государственным секретам и аналитические обзоры готовил только по открыто опубликованной информации.

В советское время во многих институтах существовала практика ставить гриф "секретно" на подборках открытых публикаций по оборонным темам. Сотрудники НИИ давали подписку о неразглашении аналитических материалов, сделанных по открытым источникам. Возможно, такой порядок в институтах, чья работа связана с оборонной тематикой, существует и сейчас. Но Институт США и Канады, в котором работал Сутягин, не разрабатывает оружия. И, хотя Сутягин возглавлял в этом институте сектор отдела военно-политических исследований, и его специализацией была современная история вооружений, - никаких подписок о неразглашении он не давал, так как никакой государственной тайны в работе Института США и Канады не содержится.

275 статья Уголовного кодекса предусматривает наказание за передачу информации, если это может нанести ущерб государству. О том, что информация в этом случае должна иметь закрытый характер, не говорится. Следовательно, под 275 статью может попасть любой российский ученый, сотрудничающий с западными фирмами.

Слушание дела Игоря Сутягина возобновится в Калужском областном суде 26 февраля. Суд пошел на удовлетворение ходатайства подсудимого о привлечении к делу еще двух адвокатов. Кроме Владимира Васильцова, Сутягина будут защищать Герман Гаврюшин и Анна Ставицкая. Им требуется время для изучения материалов дела, поэтому судебный процесс продолжится только через пять недель.

Алексей Собачкин из Обнинска для Радио Свобода

Илья Дадашидзе:

Городская психологическая служба во Пскове - под угрозой закрытия. Местные власти убеждены, что в телефоне доверия жители города не нуждаются. С подробностями - Анна Липина.

Анна Липина:

Идея открытия службы психологической помощи по телефону доверия в Пскове появилась еще зимой 1993 года. Рассказывает руководитель автономной некоммерческой организации Центр социального проектирования "Возрождение" Лев Шлосберг.

Лев Шлосберг:

Мы пришли к мэру города с этим предложением, группа психологов, которая в то время работа в центре "Возрождение", - создать ежедневную городскую психологическую службу по телефону. Он воспринял эту идею. Мы смогли обучить первую команду консультантов в Петербурге, в институте психотерапии и консультирования "Гармония", то есть люди прошли специальное обучение для работы на телефоне доверия, и эта служба работает в Пскове официально с 11 мая 1993 года.

Анна Липина:

В штате службы работают двадцать сотрудников, которые обеспечивают ежедневную шестнадцатичасовую работу телефона доверия без выходных и праздников. Каждый психолог-консультант телефона доверия в месяц работает по шесть-восемь смен, получая за свой труд весьма скромное вознаграждение, триста-четыреста рублей. Работать больше не позволяет, с одной стороны, чисто техническая проблема: телефон доверия - не многоканальный и не может принять одновременно несколько звонков. А с другой стороны - то, что от подобной работы консультант сам подвержен высокому уровню стресса.

Каждый консультант работает под псевдонимом. Это обязательное условие. Псевдоним обеспечивает и личную безопасность, и некий психологический комфорт. После смены каждый консультант заполняет специальные анкеты звонков, которые затем внимательно изучаются и анализируются.

Лев Шлосберг продолжает.

Лев Шлосберг:

Основная часть звонящих - это люди в возрасте до сорока лет. Основные проблемы - это проблемы принятия себя как личности. То есть, как правило, больше чем две трети звонков так или иначе связаны с самоанализом, с самоосознанием, проблемами одиночества, проблемами обратной связи

Очень актуальны - проблемы взаимоотношений с близкими людьми, как в семье, так и вне семьи. Есть звонки людей, которые находятся в кризисных и даже пост-кризисных ситуациях. Каждый год несколько десятков консультаций - это суицид, притом и предсуицидальное состояние, и пост-суицидальное состояние.

Довольно часто бывают звонки людей, находящихся не в ладах с законом, в том числе были звонки людей, которые совершили тяжкие преступления против личности.

Анна Липина:

В среднем, в год в службу психологической помощи по телефону доверия обращаются за консультацией около восьми тысяч человек. Среди них в последнее время обозначился ряд постоянных абонентов, и выделилась определенная группа людей, которые принимали участие в боевых действиях в Чечне.

Лев Шлосберг:

Звонят люди, которые вернулись из Чечни, звонят родственники тех, кто находится в Чечне. Для Пскова вообще тема человеческой реабилитации военнослужащих - это отдельная тема. Вот как все военные города, Псков не единственный военный город в России, число такого рода обращений выше, чем, допустим, в среднем по стране.

Мы не можем не то что отказать кому-то в помощи. Мы очень хорошо понимаем, что это единственная возможность людей получить психологическую консультацию по очень широкому кругу проблем. И мы видим, что с течением времени изменяется и эмоциональное состояние людей, которые обращаются.

Анна Липина:

Единственная своего рода служба психологической помощи по телефону доверия в Пскове открылась на основании договора муниципального социального заказа, который был подписан еще восемь лет назад между администрацией Пскова и некоммерческой организацией Центр социального проектирования "Возрождение". Согласно этому договору, в обязанности муниципалитета входила оплата за телефонную линию и финансирование зарплаты консультантов-психологов. Сумма небольшая, всего около семи тысяч рублей в месяц.

Договор был заключен на пять лет, по истечении которых стороны его перезаключили еще на пять лет, то есть до 2002 года. Однако в сентябре 2000 года в службу поступило письмо, за подписью избранного в прошлом году мэра Пскова Михаила Хоронена, в котором сообщалось о том, что администрация города, в связи с тяжелым финансовым положением, в одностороннем порядке расторгает с 1 января 2001 года данный договор.

Лев Шлосберг считает, что причиной такого жесткого решения городской администрации является...

Лев Шлосберг:

...некомпетентность в вопросах социальной политики. То есть, мне кажется, люди, принимающие это решение, не вполне понимают, что такое телефон доверия. Управляющий делами, господин Дроздов, заявил о том, что такая служба городу вообще не нужна, что у города много других проблем. Он сказал, что для него главным аргументом является то, что из его личных знакомых никто ни разу за помощью в службу не обращался.

Да, в службу обратилось за восемь лет около четырнадцати тысяч человек из двухсот тысяч жителей города. Мы считаем, что если за восемь лет работы каждый десятый житель города воспользовался услугами этой службы, это очень высокий показатель.

Анна Липина:

Несколько дней назад в арбитражный суд Псковской области был подан иск об оспаривании права администрации города Пскова на одностороннее расторжение договора муниципального социального заказа.

Лев Шлосберг:

Потому что считаем, что это - не договор возмездного оказания услуги. Это - не приобретение кисточек, красок или бумаги для нужд администрации. Мы не администрации города Пскова оказываем услугу, а, как сказано в договоре, мы жителям города Пскова оказываем безвозмездную, профессиональную, психологическую, доступную помощь, то есть, получателем нашей услуги является не ограниченное число людей, а жители всего Пскова.

Мы не возьмем на себя ответственность просто, по письму мэра города, закрыть такого рода важную городскую службу. Городскую - не в смысле муниципальную просто, а общегородскую службу.

Анна Липина:

Пока суд не разрешит этот спор, на общем собрании коллектива службы было принято решение не прекращать работы телефона доверия, а за материальной поддержкой обратиться к псковским предпринимателям.

Лев Шлосберг:

Мы уверены, что служба, которая создана в течение восьми лет, действует профессионально, и ее закрытие означает крушение большого социального проекта, который уже создан в городе, и он не принадлежит просто центру "Возрождение", он не принадлежит администрации или лично мэру, прошлому, настоящему или будущему. Это общегородское достояние.

Анна Липина:

Для Радио Свобода Анна Липина, Псков.

Илья Дадашидзе:

Отключать свет в квартирах горожан за неуплату барнаульским энергетикам отныне запрещено судом. Слово Олегу Купчинскому.

Олег Купчинский:

Восточный районный суд признал незаконными отключения света в квартирах горожан, которые не имеют долгов по уплате за электроэнергию. Веерные отключения в городе регулярно продолжались с сентября. Причем, без света по несколько часов оставались одни и те же кварталы домов. Люди застревали в лифтах в момент прекращения подачи электроэнергии, а в холодильниках портились продукты.

Энергетики и представители властей объясняли такое печальное постоянство огромными долгами за потребленную электроэнергию. Основными должниками являются городской бюджет и крупные предприятия. Не платят за свет и многие горожане.

В местной прессе идет полемика между различными ведомствами: администрацией города, "Горэлектросетью", "Алтайэнерго". Они спорят, кто кому и сколько должен, обвиняют Чубайса и друг друга во всех грехах и предлагают разные варианты реорганизации энергетических компаний. Но горожанам эти споры, что называется, "до лампочки", которая - гаснет каждый день.

Жильцы дома номер 153 по улице Попова решили не ждать у моря погоды. Майор запаса Сергей Кожевников, воспитательница детского сада Ольга Епишева и пенсионер Дмитрий Елько решили защитить свои права в суде. Предварительно они проконсультировались со специалистами краевого антимонопольного управления. Сотрудник отдела по защите прав потребителей Наталья Киева поддержала людей.

Если в квартире установлен счетчик, и хозяин регулярно платит за потребленную электроэнергию, то все свои обязательства перед поставщиками он выполняет. В этом случае, по статье 4 закона о защите прав потребителей, исполнитель должен предоставить услугу в полном объеме и обязан обеспечить нормальную работу инженерных сетей. Отключение электроэнергии всем подряд - незаконно.

Специалисты-энергетики в суде доказывали, что отделить должников от исправных плательщиков технически невозможно. Даже если они кого-либо отключат, люди, по их мнению, все равно найдут способ подключиться к электричеству пиратским образом. А к каждому щитку, мол, милиционера не поставишь.

Однако судья Ольга Долгова с этими доводами не согласилась. Суд признал незаконной практику веерных отключений света в районе. Частично также были удовлетворены и материальные требования истцов: энергетики им должны заплатить по пятьсот рублей. Возможно, эти суммы будут погашены своеобразным бартером - люди просто не будут какое-то время платить за свет.

Адвокат Юрий Ряшенцев считает, что в городе создан важный прецедент. Он показал, что можно людям защитить свои права даже в споре со всемогущими энергетиками.

Олег Купчинский для Радио Свобода, Барнаул.

Илья Дадашидзе:

Как избавиться от неугодного подчиненного - так, чтобы он не смог восстановиться по суду? Из Нижнего Новгорода - Олег Родин.

Олег Родин:

Обычной практикой становится способ расправы с неугодным работником не только путем увольнения по сокращению штатов, но теперь и с помощью расформирования, ликвидации самого предприятия. Так недавно глава нижегородской администрации Юрий Лебедев попытался было уволить не устраивающего мэра главного врача станции скорой помощи. Но суд отменил увольнение как незаконное.

Тогда мэр упразднил городскую станцию скорой помощи и объявил о создании взамен упраздненного нового учреждения - больницы скорой помощи. Туда были приняты все сотрудники бывшей станции скорой помощи, кроме ее главного врача.

Такие примеры заразительны. Подобная история случилась и с главным редактором местной газеты "Нижегородский инвалид" Юрием Брагиным, который десять лет назад был одним из зачинателей этого издания.

Не сошлись характером главный редактор и учредители газеты - а это руководство местного отделения Всероссийского общества инвалидов и департамент социальной защиты.

Вот что рассказал Юрий Брагин об отношениях с председателем Нижегородского общества инвалидов Иваном Совенковым.

Юрий Брагин:

С самого первого дня зарождения газеты "Нижегородский инвалид", с самого первого дня с ним не сложились рабочие, творческие взаимоотношения. Вот я его абсолютно не устраивал. Ему нужен был послушный, "карманный" редактор. Я таковым не был.

Олег Родин:

И вторая сторона, Иван Совенков, подтверждает: отношения с главным редактором не сложились.

Иван Совенков:

Учредители и редактор всегда разговаривали на разных языках, и как бы получалось, что мы друг друга не понимали.

Олег Родин:

18 марта 2000 года учредители газеты "Нижегородский инвалид" уволили Юрия Брагина с должности главного редактора газеты, а 28 декабря, по его заявлению, суд признал его увольнение незаконным.

Казалось бы, закон торжествует. Но учредители обнародовали документ, согласно которому четырьмя неделями раньше газета уже признавалась ликвидированной. Говорит Юрий Брагин.

Юрий Брагин:

Был совершен очередной произвол. То есть, они вчера только огласили свой, я бы сказал, секретный чиновный документ. Значит, я цитирую по памяти. Они мне его оказались выдать на руки даже. "Учитывая сложившуюся ситуацию, учредители решили прекратить, ликвидировать газету".

Олег Родин:

Популярная газета "Нижегородской инвалид", издающаяся приличным тиражом в 10 000 экземпляров, будет выходить теперь под другим названием и, возможно, без Юрия Брагина.

Для Радио Свобода - Олег Родин, Нижний Новгород.

Илья Дадашидзе:

Правозащитники Оренбурга - в защиту военнослужащих. Репортаж Татьяны Морозовой.

Татьяна Морозова:

Около сорока дел удалось выиграть только в прошлом году в судах различных инстанций правозащитникам Владимиру Тимошенко и Александру Кудряшову. К ним, бывшим военным, и обращаются за помощью в основном военнослужащие гарнизонов Оренбургской области. Проблемы одни и те же: невыплаты всевозможных видов компенсаций, пайковых, вещевого довольствия, нарушение прав при увольнении в запас, незаконное увольнение с работы, выселение из жилья.

Самостоятельные попытки найти правду в военных судах первой инстанции, как правило, успеха не имеют. Стрелок военизированной охраны Анжела Скред, незаконно уволенная с работы, в начале попыталась защитить себя сама.

Анжела Скред:

Я, как женщина, имеющая двух детей, заранее предупредившая их о том, что я ложусь в больницу.... Три часа меня не было на работе. По этому поводу меня уволили, хотя я была на больничном.

В процессе целого года я боролась с этим одна. Но фактически я увидела, что я не смогу, я уже тону. Со стороны судей я не нашла правды. Постоянно мне предлагалось забрать заявление. На девятый месяц, извините, дело назад забрать уже невозможно.

Я не работала полтора года.

Татьяна Морозова:

С помощью Владимира Тимошенко и Александра Кудряшова Анжеле Скред удалось восстановиться на работе. Но еще около полугода ее дело рассматривалось в судах различных инстанций, вплоть до Верховного суда Российской Федерации. Сейчас Анжеле Скред полностью выплачена компенсация за все время ее вынужденной безработицы.

Участник военных действий или, по официальной записи в личном деле, "восстановления конституционного порядка в республике Таджикистан", прапорщик запаса Василий Шнякин был уволен в запас с нарушениями и оставлен без пенсии. "Отчасти я виноват в увольнении сам, - сказал Василий, - после Таджикистана служба тут как-то не пошла, а однажды в ходе проверки я отказался подписать некоторые сомнительные документы".

Василий Шнякин:

Читаю акт, там "принял на длительное хранение старшина роты прапорщик Шнякин полевые кухни, автофургон-хлебовоз". Я в глаза этого не видел, это вообще не мое хозяйство. Мое хозяйство - это матрасы, простыни, одеяла, валенки. Я говорю: "Нет, это не мое хозяйство, я не буду подписывать". - "Ну, я, - говорит, - командиру доложу". - "Пожалуйста, докладывайте".

Приходит командир, Вороных: "Что, Шнякин?" Я говорю: "Товарищ полковник, это не мое хозяйство, подписывать не буду". - "Готовься, - говорит, - к увольнению". Я говорю: "Есть", - повернулся и ушел.

Татьяна Морозова:

После вмешательства правозащитников суд первой инстанции признал необходимость выплаты пенсии Василию Шнякину.

Почему же столь часто приходится защищать права военнослужащих в Оренбургской области? - спросила я Владимира Тимошенко.

Владимир Тимошенко:

Фактически, военная прокуратура, военный суд - это ведомственные суды, они пасут, а не защищают. Так что гражданские суды решают легче и лучше, чем военные. Нет правового пространства.

Обращаются к нам люди именно те, которые уже упали. Приходится их вытаскивать, поднимать со дна, показывать им правовое пространство, поддерживать. Организовать чисто юридическую вещь.... Вот Анжела Скред, как она может защитить свои права, когда больше года она не работает, с двумя детишками, одна?

Тот же Вася Шнякин. Пришел с войны, с синдромом. Попадает в наше, так сказать, поле зрения. Сначала ему отпуск добиваемся, потом - пайковые, потом - выплату, потом - остальное. Когда уже он увидел, что за него что-то стоят, беспокоятся, и он стал на ноги, пошел учиться, начал адаптироваться к гражданской жизни.

То есть, мы на войну людей посылаем, а потом - не адаптируем. Они приходят, и в частях, вместо того, чтобы их поддержать, их мнут и выкидывают. А у этого Васи жена - инвалид второй группы, двое детишек.

Правозащитники появляются тогда, когда они сами страдают. А если он живет жирно и красиво, он не способен понять боль другого. А чиновники сегодня ставят препятствия.

Поэтому если будут организовываться вот такие небольшие общественные организации правозащитные, они, конечно, будут решать будущее страны.

Татьяна Морозова:

Исходя из своего опыта, правозащитники Владимир Тимошенко и Александр Кудряшов считают, что военные суды и военная прокуратура изжили себя, и их давно пора упразднить.

Для Радио Свобода - Татьяна Морозова, Оренбург.

Илья Дадашидзе:

О чем умалчивается в докладе уполномоченного по правам человека республики Башкортостан? С подробностями - Артур Асафьев.

Артур Асафьев:

На прошлой неделе в официальных газетах Башкирии был опубликован доклад республиканского уполномоченного по правам человека о деятельности института уполномоченного в 2000 году. Эту должность в республике занимает с момента ее создания в 1997 году Чингиз Газизов, и настоящий ежегодный доклад является уже четвертым по счету, представляемым им депутатам государственного собрания Башкирии.

В этом докладе республиканский уполномоченный подробно останавливается на таких, безусловно, важных для общества, вопросах, как положение детей-сирот; резкий рост наркомании среди молодежи, борьба с туберкулезом; права и льготы пенсионеров и ветеранов. А также - исполнение судебных решений о выплате зарплаты, затягивании сроков рассмотрения уголовных и гражданских дел в судах и даже судьба бомжей.

Некоторые единичные факты в докладе освещены очень подробно, в то время как целые области, связанные с защитой прав человека, остаются "за бортом".

Сам же доклад, по мнению многих правозащитников, производит странное впечатление и своей структурой, и конкретным содержанием. Он с трудом поддается анализу и не отражает никакой системной работы института республиканского уполномоченного в области прав человека.

Так, например, из него не видно, какие же именно меры предпринимались уполномоченным во многих случаях, когда ставшие известными ему нарушения прав граждан требовали его немедленной реакции.

Главным рефреном в докладе звучит та мысль, что суверенитет и проведение руководством республики самостоятельной экономической политики дает полную возможность реализовать гражданские, политические и социально-экономические права. Имеются, мол, отдельные недостатки, но они вполне поправимы. А в целом, - дается понять в докладе, - положение вполне удовлетворительное.

На самом же деле, по мнению правозащитных организаций, положение с соблюдением прав человека в республике далеко не блестящее. Так, например, лидер независимого профсоюза "Защита" Андрей Колыбанов, комментируя доклад уполномоченного, заявил о том, что трудовые и социальные права граждан республики по-прежнему нарушаются в массовом порядке. В то время как в докладе утверждается, что в республике давно и полностью погашены все задолженности по заработной плате, на самом деле это не так.

Например, пятитысячный коллектив авиационного предприятия в городе Кумертау не получает зарплату уже третий месяц. Во многих районах не получают зарплату сельские учителя. По-прежнему процветает незаконная оплата труда натуральными продуктами. В большинстве предприятий, по вине администрации, не выполняются коллективные договора. В массовом порядке происходят незаконные увольнения работников, прежде всего - членов независимых профсоюзов. О многом из этого в докладе нет ни слова.

Никакого освещения также не получили в докладе и постоянные нарушения прав предпринимателей со стороны многочисленных контролирующих органов. Все жалобы предпринимателей на множественные незаконные поборы, штрафы, непомерные налоги, неоднократный насильственный сгон с рабочих мест - все это как будто прошло мимо республиканского уполномоченного по правам человека.

Со своим комментарием к докладу уполномоченного выступили также башкирские экологи. Сопредседатель башкирского отделения Всероссийского общества охраны природы Борис Павлов заявил, что за последнее время экологи не видели какой-либо заметной деятельности уполномоченного в области соблюдения природоохранного законодательства. Хотя, по мнению Павлова, поводов для вмешательства уполномоченного только за прошлый год было больше чем достаточно.

На юге Башкирии продолжается незаконное строительство Юго-Могойского водохранилища, в Уфе и других городах без учета мнения местного населения строятся вредные производства, в том числе заправочные станции.

Так, по мнению правозащитных организаций, обстоят дела с соблюдением экономических и социальных прав человека в Башкирии. Но это далеко не все. Главное, за что этот доклад был дружно раскритикован всеми правозащитными и оппозиционным общественными организациями, это за то, что уполномоченный совершенно обошел вопросы соблюдения в республике гражданских и политических прав и свобод человека. Лишь в самом начале своего доклада он коротко сообщил о том, что, на его взгляд, в республике свобода слова, печати и деятельность партий и общественных организаций прочно вошли в реальную жизнь и что республика Башкортостан успешно реализует свои конституционные положения о признании, соблюдении и защите прав человека.

На деле же в этой области положение дел в Башкирии выглядит ужасающе, о чем неоднократно заявляли российские и международные общественные организации, а так же сообщала московская и зарубежная пресса.

В 2000 году, как и раньше, в республике грубо нарушались избирательные права граждан. Когда на территории Башкирии проходили выборы президента России, органы государственной власти и подчиненные им средства массовой информации в массовом порядке нарушали избирательное законодательство и вмешивались в избирательный процесс. Во время довыборов в республиканский парламент и органы местной власти кандидатам от оппозиции безо всякого предлога отказывали в регистрации. По-прежнему, вопреки конституции Российской Федерации, жители Башкирии лишены права избирать глав местных администраций, хотя на этот счет уже были неоднократные определения Верховного суда России.

Также грубо попирается право граждан на свободное проведение митингов, пикетов, шествий, демонстраций. Так, в 2000 году всем оппозиционным организациям, подававшим заявки на проведение подобных мероприятий, местными властями было незаконно отказано в их проведении. Эти решения властей, кстати, были опротестованы органами прокуратуры, но не уполномоченным по правам человека.

Абсолютно игнорируется право граждан на свободу собраний и ассоциаций. Так, республиканское Министерство юстиции до сих пор не регистрирует местные отделения объединения "Яблоко", Национально-культурную автономию татар республики, отказывают в перерегистрации независимому профсоюзу "Защита", постоянно предпринимает попытки лишить регистрации общественное объединение "Русь" и Татарский общественный центр. Истинная причина одна: вышеупомянутые организации неугодны республиканской власти.

Удручающее положение сложилось в Башкирии в отношении свободы средств массовой информации. Местный кодекс о средствах массовой информации, вопреки конституциям и России, и Башкирии - до сих пор допускает цензуру. В прошлом году оппозиционные газеты "Отечество", "Наш выбор" по-прежнему были вынуждены издаваться за пределами республики, а газета "Вместе" из-за непрекращающегося преследования была вынуждена закрыться.

Еще в начале прошлого года Московской фонд защиты гласности опубликовал результаты исследования, посвященного выяснению степени свободы СМИ в российских регионах. По итогам исследования, Башкирия заняла самое худшее, последнее место среди восьмидесяти четырех регионов Российской Федерации.

На фоне всех этих фактов заявление Чингиза Газизова о том, что республика Башкортостан успешно реализует конституционные положения о соблюдении прав человека, выглядит более чем странно. Как считает директор республиканской правозащитной организации "Международный стандарт" Нонна Диваева, в этом смысле даже высказывания президента Башкирии Муртазы Рахимова о том, что демократия в республике наступит лет через двести, выглядит куда честнее.

Известный уфимский правозащитник Евгений Кореев, давая свою оценку докладу в целом, заявил, что и из самого доклада, и из имеющейся у него информации о реальной деятельности Чингиза Газизова видно, что уполномоченный почти не использовал данные ему республиканским законом большие возможности в пресечении нарушений прав человека. По мнению Кореева, уполномоченный занимается не правозащитной деятельностью, а только ее имитацией, и в этом качестве вполне устраивает республиканскую власть.

Артур Асафьев для Радио Свобода, Уфа.

Илья Дадашидзе:

Претензии к УФСБ Омским судом отклонены. Во всем виновата пресса. Рассказывает Татьяна Кондратовская.

Татьяна Кондратовская:

Первомайский суд Омска частично удовлетворил иск журналиста и правозащитника Виктора Корба к газете "Московский комсомолец" и бывшему начальнику Управления федеральной службы безопасности по Омской области.

Два года назад в газете "Московский комсомолец в Омске" появилась статья Светланы Метелевой и комментарий генерала ФСБ Виктора Миронова, посвященная Виктору Корбу и оскорбившая его.

Слушание дела о защите чести и достоинства продолжалось более полутора лет. Главной причиной постоянных переносов была неявка основных ответчиков - представителя редакции "Московского комсомольца" и Виктора Миронова, тогда начальника УФСБ, а ныне - главного федерального инспектора по Омской области. На последнем заседании на своем участии в процессе настоял представитель Федеральной службы безопасности.

Протест Виктора Корба о том, что он подавал иск лично к Миронову, не был принят судом. Некоторые наблюдатели считают, что генерал Миронов мог уйти от ответственности, только спрятавшись за "широкие плечи" государства и ФСБ.

По мнению журналиста, активное включение спецслужбы в процесс было закономерным.

Виктор Корб:

Расчет, похоже, был именно на то, что судья вряд ли захочет приводить к такому исходу, чтобы ФСБ - и в его лице государство - оказалось стороной виновной. В общем, так и произошло.

Татьяна Кондратовская:

Юрист ФСБ Светлана Лясковец объяснила свое участие в процессе тем, что генерал выражал мнение возглавляемой им тогда государственной организации. Представитель ФСБ попросила также приобщить к делу результаты некой экспертизы. Оказалось, что декан филологического факультета Омского Госуниверситета Николай Мисюров отказал суду в проведении экспертизы статьи с оскорблениями в адрес журналиста, однако, по просьбе ФСБ, сделал экспертное заключение на исковое заявление Виктора Корба. Суд отказался рассматривать этот документ, как результаты экспертизы.

Чекисты не представили суду ни одного доказательства того, что журналист фальсифицировал информацию, по специальным заданиям формировал общественное мнение, рассчитывал втянуть ФСБ в судебный процесс, обвиняя его в тотальной слежке. Тем не менее, судья Тамара Ломакова решила оставить эти утверждения без опровержения. А вся вина за появление оскорбительных материалов в газете "Московский комсомолец в Омске" легла на редакцию и соавтора генерала - Светлану Метелеву.

По мнению Виктора Корба, чекисты попросту подставили издание и молодую журналистку.

По решению суда, в омской вкладке "Московского комсомольца" должно быть опубликовано опровержение части заявлений, а журналисту выплачена компенсация. Виктор Корб не высказывает ни удовлетворения, ни разочарования решением суда. Он согласен со своими коллегами, считающими, что исход дела был предрешен.

Виктор Корб:

Отказавшись удовлетворить мои исковые требования в отношении Миронова и ФСБ, фактически суд как бы подтвердил вот эти инсинуации и обвинения в мой адрес, из которых следует, что я чуть ли не являюсь агентом влияния каких-то сил, которые намерены ослабить безопасность государства.

Я решил не продолжать это дело ввиду его абсолютной бесперспективности в такой ситуации, с таким составом суда и с таким отношением к содержанию этого дела.

Татьяна Кондратовская:

Своим иском журналист пытался не только защитить свое доброе имя, но и доказать, что честь и права любого человека значат не меньше, чем права государственной структуры или человека в мундире. Опытным путем он убедился, что пока говорить об этом рано, по крайней мере, в Омске.

Для Радио Свобода - Татьяна Кондратовская, Омск.

Илья Дадашидзе:

В Ростовской области сажают не поставщиков и продавцов наркотиков, а потребителей марихуаны и маковой соломки. Слово Сергею Слепцову.

Сергей Слепцов:

Ростовская область входит в четверку наиболее наркоопасных регионов России, уступая только Москве, Санкт-Петербургу и Краснодарскому краю. В области на сегодня зарегистрировано около пятнадцати тысяч наркоманов, нуждающихся в лечении. Однако, по мнению полковника милиции Ивана Гончарова, начальника отдела по борьбе с наркобизнесом, эта цифра - только верхушка айсберга.

Последнее время наибольшее беспокойство вызывает стремительное распространение наркотиков среди молодежи в сельских районах, небольших шахтерских городах, где самый высокий уровень безработицы.

Жертвами наркотиков становятся школьники. В так называемую группу риска министр образования Ростовской области Петр Тищенко включает сорок три тысячи школьников. И это при том, что преподаватели и директора школ зачастую скрывают выявленных среди детей наркоманов, дабы не портить таким образом показатели. Как утверждает министр образования, несмотря на высокие расходы на охрану школ, наркотики легко проникают в училища, вузы и средние школы.

В результате усилий ростовских и украинских милиционеров удалось в значительной степени перекрыть канал наркотранзита с Украины. Но украинскую маковую соломку довольно быстро заменили на черном рынке наркотиков опий и марихуана, доставляемые курьерами с Кавказа и из Средней Азии.

В последнее время сбытом наркотиков занялись целые сообщества, объединенные по этническому и кровнородственному принципу. В небольшом хуторе Кулешовка в Азовском районе, где компактно проживают цыгане, только за год милицией выявлено более сорока преступлений, связанных с распространением наркотиков.

Однако анализ судебной статистики по такой категории дел не может не удручать. Дела по преступлениям, связанным с наркотиками, составляют одну пятую часть всех уголовных дел в Ростовской области. И вот что интересно. Если в Азовском районе половина привлеченных к уголовной ответственности наркодельцов наказывается реальным лишением свободы, то в Шахтах за решетку отправляется едва ли двадцать процентов, а в шахтерском городе Белая Калитва и вовсе девяносто процентов приговоров наркобаронам определяют условное наказание.

Илья Дадашидзе:

Право призывников на альтернативную службу в Саратове признано судом. Слово Ольге Бакуткиной.

Ольга Бакуткина:

Свое право на альтернативную службу отстоял в суде саратовский призывник Павел Зинкин. Два месяца назад он обратился за помощью в городской Союз солдатских матерей, возглавляемый Раисой Тесницкой. Студент-заочник Саратовской академии права отказывался от службы в армии по религиозным соображениям. Семья Павла - люди глубоко верующие, следуют канонам вероучения Свидетелей Иеговы, запрещающего брать в руки оружие.

Районный военкомат не принял во внимание убеждения молодого человека, и тот, по рекомендации Союза солдатских матерей, обратился в суд. По мнению Раисы Тесницкой, военкоматы отказывают призывникам в их праве на альтернативную службу из опасения, что таких ребят окажется слишком много. Ее же опыт подтверждает, что истинных пацифистов среди призывников единицы. Да и они зачастую согласны служить в армии, но в подразделениях, не участвующих в боевых действиях, например, в стройбате. Отстаивать же свое право на альтернативную службу большинство не решается из-за неверия в объективность суда.

Для судьи Волжского районного суда Марии Содомцевой подобное дело первое в практике, но не вызвавшее затруднений при выносе решения. Поскольку право на альтернативную службу провозглашено в конституции страны, отсутствие федерального закона не может служить основанием для отказа в помощи гражданам, - уверена Мария Содомцева. Так что, выслушав обе стороны и допросив свидетелей, представителей религиозной общины и главу Союза солдатских матерей, судья вынесла решение в пользу истца. Если оно не будет обжаловано призывной комиссией Волжского района Саратова, Павел Зинкин получит отсрочку до принятия федерального закона об альтернативной службе.

Теперь местные призывники имеют реальный опыт защиты своих конституционных прав. Это уже второе в Саратове выигранное в суде дело о праве на альтернативную службу.

Для Радио Свобода - Ольга Бакуткина, Саратов.

Илья Дадашидзе:

Закон о защите прав человека в Самаре принят. Место уполномоченного по правам человека продолжает оставаться вакантным. Репортаж Сергея Хазова.

Сергей Хазов:

26 декабря прошлого года в Самарской губернской думе вновь были отложены слушания по вопросу назначения уполномоченного по правам человека в Самарской области. По словам местных правоведов, возникшая сегодня в Самаре ситуация, при которой губернским законодательным собранием принят Закон о защите прав человека на территории Самарской области, а, собственно, место самого уполномоченного по правам человека вакантно, напоминает правовой парадокс. Лишенные возможности обратиться со своими проблемами к уполномоченному по правам человека, самарцы вынуждены искать защиты у независимой прессы. Кроме независимой прессы, защитой прав человека в губернии активно занимается самарская городская общественная организация "Мемориал". Многие самарцы называют ее председателя, Владимира Семенова, одним из возможных претендентов на пост уполномоченного по правам человека. Владимир Семенов убежден, что перед этим нужно пересмотреть Закон о защите прав человека, принятый в Самарской области.

Владимир Семенов:

Закон принят. Другое дело, какой этот закон, что он дает, чтобы мы получили реального защитника своих прав. Я, например, считаю, что принятый закон ничего не дает. Процедура назначения такая, что общественность фактически отстранена от процесса выдвижения на эту должность. Депутаты, то есть представительная власть, собираются и решают, кто же будет от них защищать граждан. И не будут же они на свою голову выдвигать кого-то, кто реально будет от них защищать.

Второй момент. Уполномоченный должен обладать реальными полномочиями, а их нет. Тот закон, который принят, говорит много, но ни о чем.

Сергей Хазов:

Остался нерешенным вопрос и с финансированием областного института по защите прав человека. Владимир Семенов продолжает.

Владимир Семенов:

Хотя в законе об уполномоченном сказано, что расходы на его деятельность предусмотрены отдельной строкой в бюджете, денег в бюджете на то, чтобы оплачивать работу по этой должности, не выделено.

Сергей Хазов:

Используя правозащитный опыт, накопленный самарской городской общественной организацией "Мемориал", Владимир Семенов разработал альтернативный проект деятельности уполномоченного по правам человека. Этот проект еще в 1995 году был представлен в Самарскую губернскую Думу. Несмотря на столь большой срок, по словам Владимира Семенова...

Владимир Семенов:

К сожалению, ни одно из моих предложений, именно принципиальных предложений, принято не было.

Сергей Хазов:

К вопросу о назначении уполномоченного по правам человека в Самарской области депутаты губернского законодательного собрания обещали вернуться в ходе своего заседания, которое должно состояться 30 января.

Для Радио Свобода - Сергей Хазов, Самара.

Илья Дадашидзе:

Жители домов, пострадавших от взрыва на пятигорском рынке, требуют внимания властей. Репортаж Виктора Гершеля.

Виктор Гершель:

Чуть более месяца прошло с момента террористического акта в Пятигорске, когда на рынке города взрывы унесли четыре человеческие жизни. Из-за них в разной степени пострадали дома, находящиеся поблизости рынка. Государственной Дума Российской Федерации приняла проект постановления о выделении городу трех миллионов рублей из резервного фонда правительства страны на ликвидацию последствий теракта. На сегодняшний день, многим пострадавшим помощь если и была оказана, то резервная.

Семидесятитрехлетний Георгий Арутюнов обижен на полное невнимание к его проблемам со стороны городской и краевой власти.

Георгий Арутюнов:

Я четыре раза обращался с заявлением в администрацию. Они говорят, что "вы - частный сектор, и будете делать сами". Я очень прошу убедительно, чтобы оказали какое-то внимание на меня. Мне семьдесят три года, я пенсионер. Крышу разворотило, стены все. Я прошу, хотя бы пообещайте: "Через месяц или через два, потерпите, мы вам сделаем". Даже они мне пришли, говорят: "Что ты тут маскарад устроил, досками прибил вот это?" - "Но вы же должны мне прийти сделать что-то, чтобы холодно не было в доме. Крыша... завтра снег буде таять, все в доме будет. А вы еще хуже - ремонтировать же".

Виктор Гершель:

Тем временем в Пятигорске проходит заседание комиссии по ликвидации последствий взрывов, на которой чиновники бодро докладывают друг другу о проведенных мероприятиях, приводя при этом бесконечные цифры.

Виктор Гершель, специально для Радио Свобода, Пятигорск.

Илья Дадашидзе:

Псковские власти преследуют за критику независимых журналистов. Об этом на собственном примере рассказывает наш псковский корреспондент Андрей Щеркин.

Андрей Щеркин:

Согласно недавно опубликованному докладу Фонда защиты гласности, Псковская область относится к группе субъектов федерации с неблагоприятными условиями для свободы средств массовой информации. Для псковских журналистов это сообщение новостью давно не является. Давление на средства массовой информации в регионе началось еще в 1996-97 годах.

Знаковым событием в этом процессе стало отключение радиопередатчиков практически всех радиостанций области. Это было произведено связистами, по приказу областной исполнительной власти, еще в 1998 году. Регулярное вещание тогда было приостановлено почти на месяц.

Формальной причиной такого шага властей было отсутствие у радиостанций, как частных, так и государственных, лицензий на вещание. Виновником этого был сам лицензирующий орган, ФСПР, который вольно или невольно затягивал выдачу лицензий.

Большинство радиостанций тогда отделались легким испугом, однако, в отношении оппозиционной губернатору Псковской области Евгению Михайлову радиостанции "Норд-Вест радио" кроме отключения передающего оборудования был предпринят еще целый ряд мер - полномасштабные налоговые проверки и выемки финансовых документов.

Но попытка найти неуплаченные радиостанцией налоги была безуспешной. И тогда Управлением внутренних дел Псковской области было возбуждено уголовное дело против руководителя радиостанции Андрея Щеркина, автора этого материала.

Дело против меня было возбуждено по статье 171 Уголовного кодекса, то есть - за незаконное предпринимательство. Я был вынужден покинуть пост главного редактора. Информационное вещание радиостанции было прекращено.

В общей сложности, разбирательство по моему делу тянулось более двух лет. Дважды различные следователи прекращали уголовное преследование в отношении меня, как журналиста и руководителя средства массовой информации. В моих действиях отсутствовал состав преступления. Но дважды на эти решения приносился протест прокуратуры. Прокуратура упорно считала, что весь полученный радиостанцией доход за период вещания без лицензии был получен незаконно. В конце концов, обвинение было составлено и дело было передано в суд.

Весь прошлый год шло судебное разбирательство, я находился под подпиской о невыезде. И только в конце декабря судья Псковского городского суда Лариса Никитина вынесла мне оправдательный приговор. Доводы следствия были ею признаны несостоятельными.

Казалось бы, справедливость восторжествовала. Но на оправдательный приговор опять принесен протест. Об этом мне было сообщено судьей Ларисой Никитиной. Причем, прокуратура настолько поспешила, что внесла протест на приговор еще до того, как я получил его официальный текст.

Теперь я снова ожидаю вызова в суд. А моих коллег, псковских журналистов, желающих отозваться о губернаторе или, скажем, прокуратуре более или менее правдиво, становится все меньше и меньше.

Для Радио Свобода - Андрей Щеркин, Псков.

Илья Дадашидзе:

Завершая на этом программу "Человек имеет право. Корреспондентский час", напоминаем слушателям наш адрес: 103006, Москва, Старопименовский переулок, д. 13, строение 2, московская редакция Радио Свобода.

Пишите нам.

XS
SM
MD
LG