Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Жители Ростова-на-Дону ищут защиту от милиции. Писатель Эдуард Лимонов обвиняется в терроризме


"Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и должны поступать в отношении друг друга в духе братства". Статья 1 Всеобщей декларации прав человека.

В этом выпуске:

- Жители Ростова-на-Дону ищут защиту от милиции.
- Адвокат Ольшанский не дает в обиду водителей.
- Писатель Эдуард Лимонов обвиняется в терроризме.


Эти темы, а также правозащитные новости недели и обзор "Западная печать о правах человека" я представлю вам в программе "Человек имеет право".

Листаю телевизионную программу. Фильмы российского и советского производства уже не так теснимы западными сериалами, боевиками, мелодрамами и комедиями, как это было еще пару лет назад. И милиционеры, агенты безопасности и прочие сотрудники российских спецслужб вполне достойно конкурируют на экране с копами и детективами западного производства.

Ностальгически советское "Место встречи...", которое вот уже четверть века остается неизменным, "Рожденная революцией", "Дела" Румянцева и "Пестрых" и современные - "Штемп", "Золото партии", "По прозвищу Зверь", "Бандитский Петербург".

В тех, старых советских встречались, конечно, люди в погонах нечистоплотные, жадные до денег или, в крайнем случае, просто трусоватые. Продажный полицейский "российского разлива" или просто тупой садист стали непременными и, к сожалению, едва ли не главными героями современных российских боевиков.

Правильно ли важнейшее из искусств отражает жизнь?

Рассказывает ростовский корреспондент Радио Свобода Сергей Слепцов.

Сергей Слепцов:

Если несколько лет назад работникам милиции (в основном - рядового состава) инкриминировались мелкие правонарушения, то в последние годы на скамье подсудимых все чаще оказываются офицеры. И преступления, совершенные ими, порой просто удивляют своей тяжестью. Продажа наркотиков, разбойные нападения и грабежи, участие в бандитских налетах совместно с матерыми уголовниками, похищение людей с целью получения выкупа. При этом отмечены случаи, когда для совершения преступлений работники милиции использовали табельное оружие, специальные средства и средства связи.

Однако наиболее распространенным нарушением прав человека сотрудниками ростовской милиции остается жестокое обращение с задержанными. На деле это оборачивается использованием милицией правовой безграмотности подавляющего большинства населения.

Мое личное и, наверное, самое простое наблюдение говорит о многом. В дежурной части и коридорах любого милицейского подразделения или управления на стенах висят иногда очень красочно выполненные плакаты, где изложены положения российского закона "О милиции", о правах, которые этот закон предоставляет милиционерам на применение физической силы и оружия, об обязанностях граждан по отношению к милиционерам. Но ни в одной дежурной комнате нет аналогичного кодекса, трактующего права человека, доставленного в милицию. И судьба задержанного чаще всего зависит от настроения дежурного наряда.

Особенно это касается задержанных за так называемые "мелкие административные правонарушения" и подозреваемых в совершении преступлений. В таких случаях попытки задержанных добиться возможности встретиться с адвокатом или просто позвонить домой кончаются, как правило, ничем. А иногда стремление отстоять свои права приводит к весьма печальным последствиям.

Об этом свидетельствует, пожалуй, нагляднее всего статистика заявлений, поданных ростовчанами в Европейский суд по правам человека.

Ростовчанин Виктор Воронкин, инвалид II группы по зрению, был задержан работниками Железнодорожного отдела внутренних дел Ростова. Несмотря на то, что он нуждался в медицинской помощи, его водворили в камеру и допрашивали ночами, жестоко избивая.

В этом же отделе внутренних дел милиционеры Минтян и Тимофеев добивались от задержанного Д. (он пожелал сохранить анонимность) признания в преступлении. Задержанного избивали, приковав наручниками к стулу, а на голову натягивали пластиковый пакет. За трое суток, проведенных в милиции, он не получал пищи.

Сотрудники Первомайского отдела внутренних дел Ростова арестовали Анну Баталову и ее беременную сестру Елену Пудову. Не предъявляя каких-либо обвинений, их продержали в камере 13 часов. В результате этого Пудова потеряла ребенка.

В Кировском отделе внутренних дел Ростова в ходе допроса по поводу пропажи шлангов из здания районного суда были избиты подозреваемые Елена Кувыркина и Ольга Орловская.

А в городе Волгодонске сотрудники местной милиции дважды отказались принять заявление от предпринимателя Колмакова. На него два раза нападали, угрожая в одном случае ножом, а во второй раз - огнестрельным оружием. Сам предприниматель считает, что оба нападения связаны с тем, что он отклонил предложение начальника местной милиции Борисенко. Главный милиционер требовал от Колмакова мзду за так называемую "крышу", то есть прикрытие его коммерческой деятельности.

В Ленинском райотделе милиции Ростова был жестоко избит Юрий Кичко. От него добивались показаний, подтверждающих версию следствия. Факт избиения был зафиксирован врачом скорой помощи, которого пришлось вызвать к избитому Кичко. И это - далеко не исчерпывающий список фактов подобного рода. Пострадавшие от рук милиционеров обратились в Европейский суд по правам человека.

Однако настораживает еще одно обстоятельство. Уже несколько лет в системе Министерства внутренних дел России действует специальное подразделение собственной безопасности. Практически по всем случаям жестокого обращения и избиения задержанных в милиции, о которых я рассказал, в Ростовское управление собственной безопасности при УВД были поданы жалобы. Обращались пострадавшие и в прокуратуру.

В комиссию по правам человека при губернаторе Ростовской области представил свой доклад ростовский правозащитник Станислав Великоречанин. Организация, которую он возглавляет, называется "Христиане против пыток и детского рабства".

Вот резюме этого документа: на территории Ростовской области пытки и жестокое обращение в отношении подозреваемых и задержанных на предварительном следствии продолжают оставаться повсеместной практикой.

Владимир Бабурин:

Рассказывал Сергей Слепцов.

Любимый народом Глеб Жеглов, как мы помним, ради того, чтобы засадить вора в тюрьму, мог о законе и подзабыть. "Тогда это не закон будет, а кистень", - сказал ему другой герой, Шарапов. Шараповы есть на экране и сегодня, только почти обязательно - в противостоянии другим, рядом с которыми номер Жеглова с кошельком кажется почти невинной шуткой. Потому что в жизни действительно так? Хочется думать, что все-таки нет.

Ситуация, в которую попадал любой автомобилист. Взмах полосатой палочки - и из сиротливо прижавшегося к обочине авто с заранее виноватой улыбкой выходит водитель. А можно и без улыбки, по крайне мере, без виноватой, и с вопросом: "Инспектор, я что-то нарушил?" И если инспектор поймет, что вы знаете, что вне стационарного поста просто так махать жезлом уже не положено, он почти наверняка скажет: "Проезжайте", - и с законником связываться не станет. Но - лишь в том случае, если правила вами, действительно, нарушены не были.

Права водителей вот уже много лет разъясняет им адвокат Леонид Ольшанский. Только что он выпустил брошюру "Десять заповедей автолюбителя", которую со временем надеется превратить в книгу. С Леонидом Ольшанским беседует Любовь Чижова.

Любовь Чижова:

Почему вам пришла в голову такая идея - выпустить эту брошюрочку?

Леонид Ольшанский:

А я долгие годы веду в различных газетах, журналах, на каналах радо и телевидения рубрику "Домашний адвокат", "Советы адвоката", "Автоклуб", "Автосалон", и прочая, и прочая, и я автор, не сочтите за нескромность, таких хитрых и коварных отмычек, рецептов - как защитить права водителя.

Я сейчас написал книгу с юмористическим называнием "Водитель против мэра и милиционера". У меня с деньгами туго, поэтому я решил двигаться по ступенькам. Сначала вот такая четырехполосная, материал четырехполосный. Дальше - брошюра худенькая, на пару печатных листов. И дальше - толстая книга, первая часть - рецепты "что кодекс сказал", а вторая часть - документы. Там цитаты из кодекса, из конституции, из положений и прочее.

То есть, эта вот маленькая брошюрочка, листовочка, как угодно ее назови, это первый шаг к собранию сочинений.

Любовь Чижова:

Давайте подробнее тогда об этих десяти заповедях. Может быть, самые основные вы озвучите, самые главные, которые должен знать каждый водитель?

Леонид Ольшанский:

Первая заповедь. Презумпция невиновности. Во всех странах мира она записана во всех конституциях. Гражданин не должен оправдываться, не должен сочинять легенды, а полиция или иной орган, ФБР, КГБ, как угодно назови, должны доказать вину. Масштаб деяния значения не имеет. Хоть обвиняешься в убийстве, хоть в шпионаже, хоть в проезде перекрестка на красный свет. Кто заикается об обвинении, тот должен доказать вину.

Любовь Чижова:

Как вести себя водителю?

Леонид Ольшанский:

"Извините, пожалуйста. Я остановился. Я вам не грублю. Вот мои документы. На этом я свои обязанности выполнил. Я не собираюсь грубить, но я не собираюсь ни в чем оправдываться. Вы считаете, что я проехал на красный свет? Вы считаете, что я задавил - ради бога, доказывайте вину, а я приду, куда положено, с адвокатом". То есть, на западный манер, как кадры из голливудского боевика. Я считаю, что нужно себя вести хладнокровно, но строго по кодексу.

Следующая заповедь близка к первой. Никаких показаний. Где ваш муж, как вы ехали, откуда вы ехали - это в ваших интересах - нет, опять цитата из голливудского боевика: "Что бы вы ни сказали, все будет использовано против вас", - как в суде, так и вне суда. Поэтому ни слова. Не подписывать схему, не подписывать протокол, не давать объяснений.

Третья заповедь. Любой пассажир, тут, ясно, свидетель, это уже относится к работнику милиции, кто бы ни был в машине, он обязан вписать, да? Блокираторы и эвакуаторы - это специфика Москвы, они вне закона, не давать им возможность ставить.

Платные парковки - не платить ни копейки. Почему? В российском законодательстве их нет. Если на Западе платят, они есть в законе, в ФРГ ли там, в Швейцарии ли. Будут в законе в российском - подчинимся. Это нововведение Лужкова, это грабеж московских властей.

Дальше. Пьянка за рулем. Я против пьяниц, но я - за объективность, Значит, эта трубочка, контроль трезвости, меняет свой цвет при больных деснах, при пользовании валерьянкой, валокордином, сердечными каплями любыми, это не объективный критерий. А вот врач в больнице, анализы - это объективный критерий. Поэтому моя позиция: "Поедем в больницу сдавать анализы. Виноват - отвечу".

Давайте дальше. Приказ 329: если техосмотр пройден, хватит заниматься вымогательством, больше ничего.

Девятая заповедь касается гаражей и маленьких гаражей, которые в России зовутся "ракушки". Их сносят по распоряжению мэра. А по конституции - только по решению суда. Во всех странах мира отнять имущество, стол, в тюрьму - только по решению суда. Позиция: "Если кто-то считает, что я затемняю окошко, что коптит моя машина, что я громко грохаю крышкой гаража, имя которому "ракушка", подайте, пожалуйста, в суд, то мы подчинимся, увезем". Но чтоб не было самоуправством мэров, вот на что направлена девятая поправка к нашей маленькой конституции.

И десятая касается такого важного для всего мира параметра, как земля. У нас Государственная Дума сказала, что есть маленький земельный налог, его мы обязаны все платить. И я - за то, чтобы его платить. А вот аренда - это штука добровольная во всех странах мира. Хочу - я у вас арендую кусочек вашего дачного участка или у правительства какого-то государства гигантский кусок. А Лужков заставляет по кабальным ставкам платить арендную плату. Вот почему я против этого.

Но стержень всех десяти заповедей - жить по конституции того государства, на территорию которого ты приехал или живешь. И не подчиняться документам удельных князьков, которых в России, к сожалению, много.

Любовь Чижова:

Много ли вот таких брошюрочек вы выпустили, и где вы их планируете распространять, или они уже распространяются?

Леонид Ольшанский:

Я их выпустил 10 000 штук, я их раздаю в гаражах, на автостоянках, на бензоколонках, на станциях ремонта машин - везде, где есть водители и собственники транспортных средств.

Владимир Бабурин:

Защитник автолюбителей Леонид Ольшанский отвечал на вопросы Любови Чижовой.

Сотрудники ГИБДД при упоминании фамилии Ольшанского злобно скрипят зубами. Причем, отчасти справедливо, ведь адвокат учит использовать водителей не только законы, но и их отсутствие или несоответствие друг другу, что людей, облаченных властью, действительно раздражает.

Но, с другой стороны, в противостоянии "инспектор - водитель" в большинстве случаев именно последнему приходится защищаться, и не всегда от обоснованных претензий. Облаченный в форму априори сильнее где бы то ни было: на столичном перекрестке или на блокпосту в Чечне.

Помощник президента Соединенных Штатов по национальной безопасности Кондализа Райс заявила, что американская политика в вопросе о Чечне не изменилась. По ее словам, наличие проблем между Вашингтоном и Москвой из-за Чечни не является секретом. Однако, подчеркнула Райс, необходимо различать законные устремления чеченского народа и действия террористов в Чечне.

"Мы не можем выступать против террористической группировки Усамы бен Ладена Аль-Каида в Афганистане и одновременно соглашаться с ее присутствием на чеченской территории, - сказала Райс. Однако это не означает, что американское руководство изменило точку зрения о необходимости политического урегулирования и соблюдения прав человека в Чечне".

Райс выступила с этим заявлением в связи с сообщениями американских средств массовой информации о том, что администрация Джорджа Буша смягчила позицию по чеченскому вопросу в обмен на поддержку антитеррористической кампании США со стороны Москвы.

С остальными правозащитными новостями недели вас, как всегда, познакомит Анна Данковцева.

Анна Данковцева:

7 октября российские войска разблокировали дороги, ведущие в чеченские села Старые Атаги, Новые Атаги и Чири-Юрт. Это означало конец зачистке, проводившейся в этих селениях российскими военными с 26 сентября. В течение всего этого времени жители трех сел не имели возможности покидать жилье, покупать в соседних селениях продукты и медикаменты. С начала спецоперации было отключено электричество, поэтому школы не работали. Задержанию и избиениям подверглись множество мужчин в возрасте от 13 до 60 лет. Некоторые не отпущены до сих пор.

В Чечне 7 октября жители села Пригородное перекрыли движение на трассе "Грозный-Шатой" в знак протеста против гибели десятилетнего мальчика. Муслим Бисултанов погиб в минувшую субботу в результате взрыва гранаты во дворе дома. Жители села утверждают, что выстрел из гранатомета был произведен проезжавшими по дороге российскими военнослужащими. Участники акции требуют наказать виновных в гибели ребенка. С участниками митинга, который его организаторы назвали бессрочным, встретились секретарь Совета безопасности Чечни Абурашид Дудаев и заместитель военного коменданта полковник Селим Цуев. По словам местных жителей, с начала контртеррористической операции в Чечне два года назад от разрывов мин, снарядов и пулевых ранений погибли 42 жителя села. По каждому из этих фактов пикетчики хотят получить ответ о принятых мерах.

Московская Хельсинкская группа опубликовала сборник докладов региональных правозащитных организаций о положении с правами человека в регионах Российской Федерации в 2000 году. По словам председателя Московской Хельсинкской группы Людмилы Алексеевой, сборник является последним этапом трехлетнего проекта "Мониторинг состояния прав человека в России", финансируемого Агентством международного развития США. Как заявил менеджер проекта Даниил Мещеряков, в 2000 году особенно ярко проявились проблемы, связанные с нарушениями при проведении избирательных кампаний в регионах России, ограничением свободы распространения и получения информации, увеличением активности спецслужб и заведением шпионских дел по сомнительным поводам, а также проблема вынужденных переселенцев из Чечни. Вместе с тем, Мещеряков отметил реальные положительные шаги правительства и президента России в области проведения судебной и военной реформ. Реформирование пенитенциарной системы, ограничение произвола региональных властей, восстановление единого правового пространства.

Владимир Бабурин:

Правозащитные новости недели представила Анна Данковцева.

"Стихи этого автора требуют от читателя известной подготовки. То, что представляется в них эксцентрическим, на деле есть ни что иное, как естественное развитие той поэзии, основы которой были заложены Ломоносовым, и освоенной в нашем веке Хлебниковым и поэтами группы "ОБЭРИУ". Обстоятельством, сближающим его творчество с последними, служит глубокий трагизм содержания, облеченный, как правило, в чрезвычайно легкие одежды абсолютно сознательного эстетизма, временами граничащего с манерностью".

"Обвиняется Федеральной службой безопасности по статьям 205 (часть III - терроризм в составе организованной группы лиц, которая предусматривает лишение свободы сроком от 10 до 20 лет) и по статье 208 (части I) Уголовного кодекса России (создание незаконного вооруженного формирования, что наказывается лишением свободы сроком от 2 до 7 лет)".

Я не сделал паузы между этими двумя цитатами потому, что и первое, и второе написано об одном и том же человеке. Об эстетизме, граничащем с манерностью, писал в 1977 году Иосиф Бродский, представляя читателям журнала "Континет" в рубрике "Мастерская" Эдуарда Лимонова. Вторая цитата - фрагмент обвинительного заключения все того же Эдуарда Лимонова.

Сегодняшний лидер Национал-большевистской партии и автор шокирующих романов, Эдуард Лимонов не любит, когда ему припоминают похвалу Бродского. Строки обвинительного заключения ему, естественно, тоже не нравятся по вполне понятным причинам.

Дело Эдуарда Лимонова.

Писатель Эдуард Лимонов - по-прежнему в заключении в Лефортовской тюрьме. Видимо, у ФСБ к нему - серьезные обвинения. Под давлением Лубянки прокуратура отозвала свой вердикт об освобождении Лимонова из-под стражи.

Ведущий дело следователь Федеральной службы безопасности подполковник Олег Шишкин в телефонном разговоре с координатором программы "Человек имеет право" Кристиной Горелик отказался ответить на вопрос, по какой причине дело Лимонова было переквалифицировано на статью "терроризм". Имеет право, - тайна следствия.

Подробности дела Эдуарда Лимонова напоминает его адвокат Сергей Беляк.

Сергей Беляк:

Лимонову продлен срок содержания под стражей в Лефортовской тюрьме до 11 декабря этого года. 31 августа ему было предъявлено новое обвинение Следственным управлением ФСБ России. Раньше он был задержан и обвинялся лишь в незаконном приобретении, хранении, перевозке оружия (это 222 статья Уголовного кодекса), но теперь к этой статье, к этому обвинению добавились еще две статьи - 205 статья (терроризм) и 208 статья (создание незаконного вооруженного формирования).

Эти два новые обвинения, согласно постановлению о предъявлении обвинения, ему инкриминируются на основе его работ, опубликованных в газете "Лимонка" и в некоторых других изданиях в 2000 году. Все новые обвинения были предъявлены Лимонову, повторяю, 31 августа - накануне освобождения Лимонова из-под стражи. Потому что 11 сентября истекал срок содержания Лимонова под стражей (5 месяцев), и мне удалось договориться в Генеральной прокуратуре, что Лимонов будет освобожден. Вот накануне освобождения Лимонова 11 сентября ему было предъявлено обвинение в этих чудовищных преступлениях.

И, тем не менее, 6 сентября заместитель Генерального прокурора Василий Колмогоров подписал все-таки постановление об освобождении "террориста" (в кавычках, я говорю) Лимонова из-под стражи до суда. Но ФСБ "задавило", так скажем, генеральную прокуратуру, и вечером 10 сентября, накануне уже вообще освобождения Лимонова, сотрудники ФСБ высказали свое мнение первому заместителю Генерального прокурора Бирюкову, и тот изменил решение Колмогорова и подписал постановление о продлении срока содержания Лимонова под стражей.

Владимир Бабурин:

Сергей Беляк, адвокат писателя Эдуарда Лимонова.

В ленинские и сталинские времена занятия писательством вполне могли способствовать аресту, заключению в лагерь и даже расстрелу. Впрочем, решающей роли профессия тогда не играла.

В послесталинское время самым громким писательским делом стал суд и заключение в лагерь Юлия Даниэля и Андрея Синявского. Позже были дела Вадима Делоне, Ирины Ратушинской, Андрея Амальрика, арест и высылка Александра Солженицына... но Даниэль и Синявский были первыми.

Уместно ли здесь проводить параллель? Рядом со мной в студии - вдова Андрея Синявского Мария Розанова.

Мария Васильевна, ваш муж, Андрей Синявский много раз это повторял (и мне, в частности), говорил, что у него с Советской властью были стилистические разногласия. Случай с Эдуардом Лимоновым - он не совсем такой. Хотя отдельные стилистические разногласия, как с советской, так и с нынешней властью у него были и остаются, но, вероятно, не в этом главное.

Тем не менее, когда человеку инкриминируются такие страшные статьи, как "терроризм" и "создание незаконных вооруженных формирований", и, ссылаясь на тайну следствия, никаких доказательств серьезных не обнародуется, это вызывает тревогу. Потому что слово "терроризм", обвинение в терроризме в России, к сожалению, сейчас становится расхожим понятием, и это едва ли ни первое обвинение, которое лепится по поводу, а часто и без повода.

Мария Розанова:

Видите ли, слово "терроризм" сегодня слово модное. Но отечество сегодня живет при смене караула, при смене моды. И то, что было модным вчера, становится немодным сегодня. И если, скажем, два года тому назад, три года тому назад очень любимый мной писатель Лимонов мог валять дурака одним способом, и всех это вполне устраивало, что вот есть еще такой вариант свободы, то сегодня власти нужны другие оппозиционеры, другие солдаты, другие люди. И Лимонов в очередной раз оказался ненужным.

А ненужных наша родная сегодняшняя власть спокойненько убирает. Предлог для этого может быть любой, какой хотите.

Понимаете, меня, например, в свое время, вот, сравнительно недавно, поразило, как лимоновских мальчишек в Риге вместо того, чтобы... ну, максимум которое им можно было "припаять", это "хулиганку", можно было "остервить" обвинение и сделать хулиганство "злостным хулиганством". Это когда ребята забрались на какую-то церковную верхотуру и грозили оттуда что-то взорвать. Гранаты у них оказались исключительно игрушечные, так что это было чистое хулиганство, ничего больше.

Получили они - по много лет.

Происходит вот такая вот легкая подмена понятий вообще, а не только по Лимонову. Для меня лимоновское дело - это очередное безобразие сегодняшней власти, сегодняшнего режима.

Владимир Бабурин:

Насколько допустима, насколько правильна вот такая параллель: дело Андрея Синявского - дело Эдуарда Лимонова? Насколько был опасен для тогдашних советских властей Андрей Синявский, что его на столько лет "закатали" в лагерь? Неужели он действительно мог реально подорвать основы советской власти? И насколько опасен сегодня реально для нынешней российской власти, для президента Владимира Путина Эдуард Лимонов с его организацией, которая громко называется "Национал-большевистская партия", но вряд ли насчитывает большое количество членов и уж тем более - большое количество сторонников, соратников?

Мария Розанова:

Ну, сравнение не совсем правомочно, потому что писатель Синявский был посажен за писательство, и ему его литературные произведения предъявили в качестве обвинения. Писатель Лимонов посажен не за писательство, а за деятельность. Ему предъявляют обвинение, которое никаким образом не доказано. Это что-то... немножечко они, вроде бы, и в одной тюрьме (Лимонов сидит в той же тюрьме, в которой сидел Синявский), но это все-таки не одно и то же. Там судили литературу, там объектом судебного рассмотрения была изящная словесность. Здесь объектом следствия становятся вымышленные обвинения в терроризме.

Но, в общем, их можно сравнивать как неугодных. Вот они есть люди неугодные. Вот по своей неугодности и неугодливости их можно где-то ставить рядом.

Владимир Бабурин:

Мария Розанова, вдова писателя Андрея Синявского.

Вообще-то, людей пишущих корпоративная солидарность всегда объединяла. Одних волна народного гнева и единодушного осуждения "отщепенцев", "поставивших перо на службу...". Других - письма поддержки и протеста.

Дело Эдуарда Лимонова сегодня его коллеги стараются как бы не замечать. За редким исключением, коим, в частности, является журналист и писатель Дмитрий Быков. Он - в нашей студии.

Дмитрий, вы гораздо лучше меня знаете Эдуарда Лимонова. Как, по-вашему, чем же он так сильно не угодил властям, что ему переквалифицировали статью на довольно тяжелую, но, правда, довольно модную сейчас - статью о терроризме?

Дмитрий Быков:

Я думаю, что эта переквалификация - жест отчаяния, потому что никаких реальных фактов на Лимонова быть не может. Можно очень мало знать Лимонова, чтобы понять, что это человек - не буду говорить, там, о его гуманизме, милосердии, осторожности и прочих вещах, - но Лимонов - человек, по крайней мере, неглупый. И уж, во всяком случае, он никогда не связался бы с террором.

Мы знаем, что все его акции носили всегда характер, скорее, инсталляции, характер эстетических манифестаций. И если речь идет о каком-то оружии, то это, как правило, муляжи оружия, что мы тоже знаем по делам его партии.

Мне представляется, что на Лимонова нет никакой конкретики. Это вот то, что Елена Иваницкая называет "замазыванием трещин пафосом".

Статья "терроризм" звучит очень серьезно, действительно, и под нее можно, как под знаменитую КР 58, подверстать практически все, что угодно.

На самом деле, все дело Лимонова, как мне представляется, - это либо желание угодить властям, либо желание опередить их заказ, либо, может быть, скрытый заказ, во что мне не хотелось бы верить. Дело в том, что бороться только с внешним терроризмом и экстремизмом представляется уже не столь актуальным. Надо бороться и с внутренним. Выбрана такая фигура, которая для этого дела чрезвычайно удобна.

Лимонов - маргинал, и ясно, что писатели (что они уже и показали) не будут особенно-то напрягаться, чтобы его поддержать. Очень запоздало обращение ПЕН-Центра, очень пассивно ведут себя литературные деятели.

Мне представляется, что Лимонов - удобная фигура для того, чтобы на его примере демонстрировать наличие борьбы с некими уродливыми крайностями, с внутренним фашизмом, и так далее. Настоящих фашистов трогать не решаются (более того, на них часто опираются), а такая фигура, как Лимонов, чрезвычайно удобна еще и потому, что писатель, еще и потому, что писатель - экспериментальный. Когда его обвиняют в терроризме, это выглядело бы смешно, когда бы само его заключение уже полугодовое не было бы, на самом деле, жесточайшей и совершенно незаслуженной пыткой.

Вот это мне кажется сейчас самым главным.

Владимир Бабурин:

Вы назвали Лимонова "маргиналом". Действительно, Национал-большевистская партия вряд ли имеет большое число сторонников. Но, тем не менее, в 1920 годы в Германии мало кто обращал внимание на бывшего ефрейтора Шикльгруббера, равно как и в начале прошлого века мало кто обращал внимание на адвоката Владимира Ульянова.

Может быть, власти всерьез воспринимают Национал-большевистскую партию?

Дмитрий Быков:

Нет. Власти сейчас очень хорошо информированы. Если бы речь шла о властях ельцинского типа, о властях прежних, я бы поверил. Они много чего воспринимали неадекватно. Нынешние власти (это их профессия, да? - "новости - наша профессия"), они хорошо информированные люди, прежде всего.

Значит, Лимонов - не организатор. Я бы рискнул сказать, что он - плохой организатор, потому что партия его за все это время так и осталась, во-первых, малочисленной, во-вторых, крайне неэффективной. Но дело даже не в этом сейчас.

А дело в том, что у Лимонова нет, во-первых, той политической программы, которая была у Гитлера, программы чрезвычайно позитивной и конкретной. Во-вторых, Лимонов ни коим образом не может быть интерпретирован как ксенофоб, антисемит и так далее. Он выдающийся, известный противник антисемитизма. Известен случай, когда он во Франции лично защищал евреев от антисемитских демонстраций.

И, наконец, что для меня самое ценное, Лимонов отнюдь не узкий консерватор, отнюдь не радикал в этом смысле. Потому что мы все знаем выступления Лимонова в защиту НТВ (и его партии в защиту НТВ). НТВ же о Лимонове не сказало практически ни слова.

Лимонов, как он правильно себя позиционирует, писатель с антиистеблишментской направленностью. Да, он враг истеблишмента, респектабельности, враг дутых репутаций, но он никоим образом не враг государственного порядка. И если он, как писатель, имеет достаточно радикальные воззрения (скажем, там, Пушкина не особенно уважает или Бродского не слишком ценит), это не значит, что он готов на политические действия, с которых сразу же начал Гитлер.

И не будем еще забывать и того, что за Гитлером стояли штурмовики, а за Лимоновым в массе своей, во всяком случае, если брать "нацболов", стоят достаточно интеллигентные студенты. В массе своей - довольно беспомощные. Я много с ними общался, и могу сказать, что общаться с этими людьми приятно, можно, это не скинхеды, и опасности для государственного строя они, по-моему, не представляют. Когда была демонстрация в защиту Лимонова, они стояли с плакатами "Я тоже "нацбол". Почему я не арестован?" Мне трудно себе представить, чтобы кто-то из боевиков стоял с такими плакатами, защищая Гитлера.

Владимир Бабурин:

Я совершенно с вами согласен, что нынешняя власть, учитывая происхождение сегодняшнего президента России и его окружения, хорошо информирована. Но, тем не менее, власть очень не любит делиться своей информацией с окружающими, со средствами массовой информации, в частности.

И не кажется ли вам, что дело Лимонова вписывается вот в такие нелепые ряды, как дело Бабицкого (которого тоже обвиняли в участии в незаконных вооруженных формированиях и даже пытались обвинить в участиях в пытках российских солдат), история с подлодкой "Курск" (когда очень долго муссировалась достаточно нелепая, как теперь выясняется, версия о столкновении с американской подводной лодкой), очень странное поведение властей последних дней с катастрофой самолета Ту-154 над Черным морем (тоже версии, которые выдвигаются, терроризм на первом месте) выглядят не очень, мягко говоря, убедительно?

Вот не встраивается ли дело Лимонова в этот ряд?

Дмитрий Быков:

Нет, тут, понимаете, есть разница. Дело в том, что в ситуации с "Курском", когда новости подавались какое-то время в режиме on-line, и шла масса непроверенной информации, я думаю, власть многому научила эта ситуация. Здесь можно сослаться на мнение того же Дыгало, как к нему ни относись.

Трагедия заключается в том сейчас, что и ситуация с Бабицким, и ситуация с "Курском", они не могут как-то быть поставлены в один ряд с делом Лимонова, потому что, во-первых, ситуация Бабицкого, слава Богу, разрешилась. Во-вторых, в ситуации с "Курском" мы не можем говорить о злой воле власти.

Применительно к Лимонову, единственному пока, мы об этой злой воле, целенаправленной, говорить можем. Ну, да, и в деле Бабицкого тоже, допустим, но, слава Богу, Бабицкий в конечном итоге оказался на свободе и жив. Что касается Лимонова, то, учитывая резкое ухудшение его состояния в последнее время (я знаю, что у него обмороки начались, и, невзирая на все его физические регулярные занятия, он, говорят, сдал), вот это тревожит больше всего.

Лимонов в результате злой, целенаправленной, упорной, подчеркиваю, воли (потому что переквалификация статьи - это явно напоминание о том, что дело его не забыто) находится в тюрьме и подвергается там, в сущности, пытке. Он пересидел там дикую московскую жару. К нему подсаживали осведомителя, о чем он рассказал в письме оттуда.

Я думаю, что этот случай для нынешней власти, при всей ее жесткости, достаточно уникальный, достаточно странный. И, по большому счету, эта ситуация возможна только потому, что власть не встретила должного отпора в лице нашей, здесь я совершенно отвечаю за свои слова, разобщенной, трусливой и часто бессовестной творческой интеллигенции.

Владимир Бабурин:

Спасибо. Гостем программы "Человек имеет право" был журналист и писатель Дмитрий Быков.

Я, в отличие от уважаемых мною Марии Розановой и Дмитрия Быкова, не принадлежу ни к числу поклонников литературного таланта Эдуарда Лимонова, ни к числу его политических сторонников. Я согласен с оценкой Дмитрия Быкова, назвавшего Лимонова "маргиналом".

Надеюсь, что опыт германского национал- и русского большевизма привил к ним достаточный иммунитет большинству. И, казалось бы, темы для серьезного разговора вроде и нет. Но человек в тюрьме с обвинением по очень тяжелой статье. Тему завершит мой коллега Петр Вайль.

Петр Вайль:

Я знаю Эдуарда Лимонова давно. Мы познакомились больше двадцати лет назад в Нью-Йорке, когда он только писал своего "Эдичку" и известен был как лирический поэт. Поэтому когда мы как-то сбрасывались большой компанией на выпивку и закуску, и Эдик взялся пойти все купить, я запротестовал: чего ждать от поэта? Принесет шампанского и халвы, только деньги зря потратим. Но Лимонов настоял и купил все как нужно, проявив редкостную трезвую практичность. В нем было это. Цепкая хватка провинциала, воспринимающего жизнь рост в рост, лицом к лицу, без иллюзий и искажений. Его упорное перемещение от окраины к центру Харьков - Москва - Париж - Нью-Йорк выказывает настоящий характер и необходимую толстокожесть.

Катастрофа случилась в Нью-Йорке. Лимонов попытался покорить этот город. Что из этого вышло, описано в его лучшей книге. Нью-йоркская глава в "Эдичке" - высшее достижение Лимонова в жизни. Жестокость и сила как способ существования, миф, внедренный в него нью-йоркским провалом. Он потерпел здесь авторский и любовный крах. Проиграл вчистую и бежал отсюда. Но именно тут началась его долгая детская повесть о войне. Все, что было потом, в Москве, Приднестровье, Абхазии, Боснии, статьи, речи и просьбы дать стрельнуть из настоящей пушки - все это способ расквитаться и доказать.

Злоба и униженность, ревность и зависть стали категориями литературы и жизни. Преодоление ради преодоления, борьба ради борьбы. Книги из такого материала получаются, биография - не очень.

Харьковский мальчик, в конце концов, добился своего - стал знаменитым. Но на этом пути заигрался в войну. Однако куда хуже то, что к этому так же всерьез отнеслись и другие, их числа тех, кто обладает полномочиями сажать и судить. Эдуард Лимонов - талантливый писатель, но главное, он писатель, во-первых, во-вторых, в-третьих и в-последних. Государство обязано это понимать, если, конечно, оно взрослое и занято взрослыми делами, а не своей детской игрой в войну.

Владимир Бабурин:

На очереди - обзор "Западная печать о правах человека". У микрофона Владимир Ведрашко.

Владимир Ведрашко:

Чешская газета "Праг пост" продолжает дискуссию о возможном ограничении прав и свобод человека в связи с необходимостью выявления готовящихся террористических актов. Газета, в частности, приводит недавние слова президента Гавела: "Я против ограничения прав и свобод человека. Я за их надежную охрану" (конец цитаты).

Другой политик, председатель государственной комиссии по правам человека Ян Иржап считает, что допустимо вмешательство в некоторые сферы частной жизни граждан. Например, более строгая проверка документов с целью достоверного установления личности. "Я готов лично поступиться некоторыми своими свободами ради гарантированной безопасности других людей", - говорит Иржап. Председатель госкомиссии по правам человека также предположил, что и Соединенным Штатам придется переосмыслить толерантность относительно крайних проявлений свободы слова, особенно со стороны неонацистов.

По сообщению газеты, в самой Чехии сейчас ведется следствие по делу о публичном одобрении несколькими местными неонацистами нападений на Нью-Йорк и Вашингтон. В то же время некоторые другие политики и общественные деятели считают, что ограничение прав и свобод в Чехии было бы особенно болезненным, так как граждане именно этой страны хорошо помнят коммунистические времена, когда и свобода слова, и многие другие права граждан уже были существенно ограничены.

Об этом написала чешская газета "Праг пост".

Южноафриканское издание "Индепендент он-лайн" сообщает об освобождении из талибского плена британской журналистки Ивон Ридли. "Моим единственным оружием в борьбе за освобождение была голодовка. Мне было очень страшно. Я думала - погибну", - признается Ридли. Власти "Талибана" объявили ее шпионкой британской разведки. Она находилась в камере с шестью работниками международных гуманитарных организаций, которым инкриминировали попытки обратить мусульман в христианскую веру, говорится в публикации "Индепендент он-лайн".

О праве на свободу передвижения и выборе страны проживания пишет канадская газета "Стар". В статье дается сравнительный анализ положения нелегальных мигрантов в Канаде и США. 27 000 распоряжений о необходимости покинуть страну ожидают исполнения в Канаде. В США таких распоряжений 300 000. В то же время, по расчетам, которые приводятся в статье, количество нелегально проживающих в Соединенных Штатах людей оставляет сегодня примерно 6 миллионов человек. Относительно Канады приводится довольно приблизительное число - от 20 000 до 200 000 человек. Это и нелегальные рабочие, и студенты с просроченными визами.

Несмотря на то, что количество людей, находящихся в обеих странах без законных оснований, угрожающе велико, лишь незначительная доля этих людей может представлять потенциальную угрозу для национальной безопасности, говорится в публикации. Канадские правоохранительные органы, занимающиеся обеспечением прав мигрантов, крайне неповоротливы. Однако есть еще один фактор, который мешает точной оценке количества находящихся в стране иностранцев.

Дело в том, что в Канаде отсутствует контроль за отъезжающими. Иными словами, возможно, многие из тех, кто уже получил распоряжение покинуть страну, давно сделали это и просто не сообщили канадским властям о своем отъезде.

Как бы то ни было, правительство канадской провинции Онтарио выражает неудовлетворение положением дел и распорядилось создать специальное полицейское подразделение для выявления нелегальных мигрантом и их безусловной депортации из страны.

Об этом написала канадская газета "Стар".

Индийская "Таймс оф Индиа" публикует сообщения из Мельбурна о продолжающемся поиске эффективного средства для защиты человеческой жизни от ВИЧ-инфекции. Ученые испытывают все больший оптимизм относительно возможности появления в ближайшие 6-10 лет эффективной вакцины против СПИДа. Стоимость медикамента пока трудно определить, однако, его действенность, возможно, станет известна уже в конце нынешнего месяца после очередных испытаний.

XS
SM
MD
LG