Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Второй Сахаровский конгресс проходит в Интернете. Нападения на журналистов в Йошкар-Оле. Деньги для стукачей в Челябинске. Волнения заключенных в Вологодской области


"Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и должны поступать в отношении друг друга в духе братства". Статья 1 Всеобщей декларации прав человека.

В этом выпуске:

Второй Сахаровский конгресс проходит в Интернете.

Елена Боннэр:

Доступ к Большому залу Консерватории или даже Кремлевскому дворцу, как было на Форуме, тоже очень ограничен, более ограничен, чем Интернет.

Владимир Бабурин:

В деле Григория Пасько вновь объявлен перерыв. Заболел прокурор.

Григорий Пасько:

Государственный обвинитель заболел в аккурат накануне своей обвинительной речи в прениях.

Владимир Бабурин:

Сообщения региональных корреспондентов Радио Свобода.
Нападения на журналистов в Йошкар-Оле.
Деньги для стукачей в Челябинске.
Волнения заключенных в Вологодской области.

У микрофона Владимир Бабурин.

Два месяца продлится Второй Сахаровский международный конгресс. В отличие от первого, конгресс виртуальный и проходит в Интернете.

Мы связались по телефону с Еленой Боннэр.

Елена Георгиевна, а почему вы выбрали такую форму? Второй международный Сахаровский конгресс проходит в Интернете. С одной стороны, огромные возможности для участников. С другой стороны, в России Интернет пока не столь распространен, и доступ к этому материалу могут иметь достаточно ограниченный круг людей.

Елена Боннэр:

На этот вопрос можно очень просто ответить. Доступ к Большому залу Консерватории или даже к Кремлевскому дворцу, как было на Форуме, тоже очень ограничен, более ограничен, чем Интернет. Это простой вопрос.

А почему мы в Интернете? Ну, конгресс задумывался давно. Готовился больше полугода. И в начале у нас идеи интернетной не было, но так как мы хотели собрать людей со всего СНГ, это исторически (за все годы разрушения СССР) первая встреча правозащитников всего бывшего пространства СССР, то мы думали проводить конгресс и выбрали для этого Бишкек.

Но возникли сложности с киргизскими правозащитными организациями, которые считали, что, так как последние годы в Киргизии много нарушений прав человека, и, особенно, идет борьба за СМИ, проведение Сахаровского конгресса будет как бы демонстрацией поддержки Акаева. Тем паче что, мне так кажется (ну, я все, как на духу выкладываю), киргизские правозащитники решили, исходя из моих прошлых хороших отношений с Акаевым, что я это делаю, так сказать, чтобы подыграть Акаеву.

В данном случае мне кажется (мне никто впрямую этого не говорил), киргизские правозащитники мне не доверяли, что я человек независимый. Лично мне.

Ну, Бог с ними, я на них не обиделась, тем паче, что Алексею Семенову, который высокий компьютерщик по профессии, член американского фонда, даже вице-президент, всегда хотелось, так сказать, попробовать наше сообщество на Интернет. И вот он нас уговорил, и он же достал средства на это. Там, на выходе у нас в конгрессе написано "Американский институт Блоустейна", потом "Лига прав человека". Вот они дали средства на это.

И дальше вся компьютерная организация шла под руководством Семенова. И мне кажется, правда, мы еще учимся, и программа дорабатывается на ходу, потому что компьютерщики не сразу поняли все степени неграмотности аудитории, где нам надо добавить кнопок, где что. Но в конечном итоге это оказалось важным.

И самое главное, что те материалы, которые сейчас поступили на обсуждение (28-го числа они выставляются на сайт), они серьезны и глубоки. Они действительно раскрывают состояние тех стран, в которых мы живем. Мы - россияне, мы - казахи, узбеки, грузины и прочие.

И уже сейчас для меня видно, какие мы одинаковые в наших бедах и ошибках, и - какие мы разные. Мне (если не всерьез) приходит на память та самая формула, с которой в Советском Союзе мы существовали десятилетия: "Социалистическое по содержанию, национальное по форме". Ее можно переиначить: криминально-бесправное по содержанию, национальное по форме. Но есть основания полагать, что посткоммунистические государства и правозащитные сообщества в них совершают одни и те же ошибки, ну и пытаются учиться.

Но при этом общая тональность, в конечном итоге, она заставляет смотреть на вещи оптимистично, при соблюдении неких условий. И я бы так сказала, сдерживая нетерпение сердца. На все то, что нам хочется, надо время.

Владимир Бабурин:

Елена Георгиевна, достаточно много уже материалов на сайте. Временем мы ограничены. Большой и довольно любопытный доклад Льва Пономарева, исполнительного директора Общероссийского...

Елена Боннэр:

Да.

Владимир Бабурин:

... общественного движения. Один из разделов своего доклада он назвал "Полупрорыв России к свободе", и начинает он его вопросом: "Но в чем же причина такого жалкого положения с демократией после нескольких лет мощного демократического подъема?"

Согласны ли вы с этими двумя оценками: полупрорыв России к свободе...

Елена Боннэр:

Я согласна.

Владимир Бабурин:

... и в чем же причина такого жалкого положения с демократией?

Елена Боннэр:

Демократия действительно, как английская травка, растет 300 лет. Это одно.

Но в наше время все процессы идут быстрее. Они катализируются развитием общества, что ли. Как-никак в начале прошлого века полстраны были неграмотные, а сегодня все грамотные. Страна всеобщей грамотности, но не постигшая либеральных ценностей. Однако какой-то этап пройден. Страна всеобщей грамотности у нас имеется.

А в чем причина, я не знаю. Может быть, в том, что ядро демократии (люди, которые когда-то назывались диссиденты) очень быстро растворилось в широкой массе, которая присоединилась к этой идеологии не потому, что она глубоко либеральна внутренне и демократична, а потому, что это было таким потоком моды и успеха залогом. А, собственно говоря, осталась по существу тем же классом партийно-чиновничьего аппарата и бизнесменами именно той категории, коммунистической.

В людях вопрос, в общем.

Владимир Бабурин:

Елена Георгиевна, уже довольно много материалов по чеченской тематике. Естественно, будет их еще больше.

Елена Боннэр:

Сейчас много материалов, продуманных и глубоких. А будет очень много. Сейчас еще пойдет, так сказать, обсуждение, и будет много эмоционального материала.

Владимир Бабурин:

Я хочу тем нашим слушателям, кто не читал, кто не имеет доступа к Интернету, сказать, что там целиком помещен документ, принятый на правозащитной конференции в январе этого года, где говорится о необходимости начала переговоров, причем переговоров с руководством Чечни, с законно избранным президентом Масхадовым.

Вам внушают какие-то надежды начавшиеся контакты между представителем Масхадова и представителем президента в Южном федеральном округе?

Елена Боннэр:

Покамест мало надежд. Хотя, вроде, переговоры эти как-то проявлялись, я даже не знаю, идут - не идут. Но надежд пока мало. И у меня сложилось почти убеждение (не представление, а почти убеждение), что президент Путин хочет выйти из этого застенка, в котором он оказался, застенка, который называется "война", а военные, армия и другие силовые структуры, противодействуют этому исходя из каких-то шкурнических побуждений. Просто они наживаются. Чеченская нефть, хоть ее не так много. И личное мизерное достояние чеченского народа становится добычей военных структур.

Владимир Бабурин:

Елена Боннэр о Втором Сахаровском конгрессе. Его адрес в Интернете www.sakharov-congress-hall.ru/sc2

Теперь обратимся к делу Григория Пасько. Хотя объявлен очередной перерыв, Григорий Пасько продолжает рассказ о судебном процессе над самим собой.

Григорий Пасько:

Государственный обвинитель заболел в аккурат накануне своей обвинительной речи в прениях. Что-то, видно, не заладилось у них. Кто-то, видимо, понял-таки, что дело может и должно завершиться только оправдательным приговором. И срочно взяли тайм-аут.

В неожиданной болезни прокурора, как и вообще в топорной тактике стороны обвинения ничего нового ни я, ни мои адвокаты не усмотрели. Жаль, что процесс затягивается. С другой стороны, становится явно очевидным нарушение 6 Статьи Конвенции о защите прав человека, которая требует судебного рассмотрения "в разумный срок". К тому же "внезапные" (в кавычках) болезни тоже явно свидетельствуют о панике в рядах обвинителей. Они боятся оправдательного приговора.

Но так хочется надеяться на то, что где-нибудь в недрах Главной военной или Генеральной прокуратуры есть умные и смелые люди, которые скажут приморским фальсификаторам: "Хватит позорить ведомство и всю Россию. Требуйте сами оправдать Пасько". Звучит, как строка из сказки или из песни. А в чудеса я лично не верю. Как и мои защитники, понимаю: иной перспективы, кроме как быть оправданным, в конце концов, у меня, к счастью, нет. Но вот понимают ли это обвинители? Вот в чем вопрос.

Суд предложил военному прокурору Тихоокеанского флота найти другого обвиняющего прокурора. В то, что найдут - не верится. Обвинять меня - дело неблагодарное. Хотя в этом деле все уже поставлено с ног на голову. И дело явно политическое, и факты фальсификации давным-давно очевидны. Но крутится машина, крутится. По инерции ли, по чьему-то приказу ли, неважно. Важно то, что государство все глубже вгоняет себя в позор и упрямо не хочет или не может заметить этого.

Как сказал мой польский коллега о судебной реформе в России: "Мы поговорим после приговора по делу Пасько".

Что ж, поговорим.

Владимир Бабурин:

Григорий Пасько, корреспондент программы "Человек имеет право", на собственном судебном процессе.

А теперь программу продолжат сообщения наших региональных авторов. Мы будем говорить о проблемах наших коллег-журналистов. В Йошкар-Оле произошло несколько нападений на сотрудников различных изданий.

Рассказывает Елена Рогачева.

Елена Рогачева:

В течение полугода в столице Республики Марий-Эл было совершено 3 нападения на журналистов. Все преступления произошли в темное время суток, и хотя пострадавшие - мужчины в самом расцвете сил, оказать сопротивление они не смогли, потому что все налеты начинались внезапно, с сильного удара по голове сзади.

Только в первом случае преступники были пойманы. Ими оказались молодые наркоманы, готовые на все даже ради самой незначительной наживы. От их рук пострадал ведущий оператор марийской Гостелерадиокомпании Лев Кренев. Уже более двух месяцев он, парализованный, с раздробленными шейными позвонками, лежит в постели.

Следующим пострадавшим оказался главный редактор частной газеты "Молодежный курьер" Сергей Щеглов. Он не связывает нападение со своей профессиональной деятельностью, потому что был полностью ограблен. Но пока преступление не раскрыто, выводы делать рано.

А самый трагичный случай произошел буквально на днях. От рук неизвестных бандитов погиб заместитель главного редактора газеты "Добрые соседи" Александр Бабайкин. Преступники не пойманы, но даже если это обычная для наших дней криминальная драма, коллеги Александра считают, что косвенно в его гибели виноваты власти.

Дело в том, что в начале нынешнего года независимое издание, в котором работал Александр, приостановило свою деятельность, так как марийское правительство перекрыло газете все краны после критической публикации о президенте республики. Сотрудники издания все это время были вынуждены искать подработку, не гнушаясь даже работой на стройке. По словам главного редактора "Добрых соседей" Владимира Мальцева, если бы газета выходила, судьба Александра Бабайкина сложилась бы иначе.

Но журналистов в столице Республики Марий-Эл не только бьют и убивают. В эти же полгода была ограблена редакция еженедельника "Йошкар-Ола", учрежденного городской администрацией. Интересно, что ночные тати, не позарившись на более дорогую технику, утащили именно тот компьютер, который хранил файлы последнего номера газеты. Причем все провода у машины были обрезаны, а не выдернуты.

Разные версии строит журналистская братия по этим поводам. Все происшествия произошли практически в центре Йошкар-Олы, а пострадавшие, обобранные и раздетые, лежали на улице до утра, прежде чем приходила помощь. Правоохранительные органы Марий-Эл ничего вразумительного не говорят. И многие уже начинают подумывать, что над нашей, и без того небезопасной профессией витает рок. Хотя ничего так просто не бывает.

Елена Рогачева для Радио Свобода, Йошкар-Ола.

Владимир Бабурин:

Почти детективная история случилась в Магадане. Власти распорядились срочно изъять из продажи номер популярного еженедельника.

В причинах разбирался Михаил Горбунов.

Михаил Горбунов:

По мнению многих магаданцев, скандал вокруг "Вечернего Магадана" вызвала статья председателя совета организации "Инвесторы Колымы" Александра Салиева. Она называется "Акция для московского Мавра". Там Салиев обвиняет акционерное общество "Колымаэнерго" (дочернее от РАО ЕЭС России) в махинациях с очередным выпуском акций.

Часть из них, отмечает автор статьи, приобрело само РАО ЕЭС, вложив деньги в строительство на Колыме Усть-Среднекамской гидроэлектростанции. А часть, общим объемом на 1 миллиард 300 миллионов рублей, была не продана, как полагалось, всем желающим, а пропущена через коммерческий банк "Корвет" в Москве и три спешно созданных коммерческих же структуры.

Одна их этих структур расплатилась с "Колымаэнерго" ста сорока миллионами рублей. "Колымаэнерго" тут же приобрело на них ничем не обеспеченные векселя другой новорожденной компании. Затем, как утверждает Салиев, платежные поручения, размноженные под копирку, 10 раз были пропущены через счета банка.

В результате одно из предприятий, общество с ограниченной ответственностью "Бакар", стало, пишет "Вечерний Магадан", практически задаром обладателем огромного пакета акций, составляющих около 15 процентов уставного капитала "Колымаэнерго". Того самого, которое строит сегодня одну из двух крупнейших гидроэлектростанций в России.

Самое же интересное, отмечает Александр Салиев, что правоохранительные органы, которые нехотя стали проверять законность этого оборота, не смогли разыскать ни одну из упомянутых коммерческих структур.

Комментируя ситуацию с "Вечерним Магаданом" и скандальной статьей, другая ежемесячная местная газета Союза правых сил "Дневник Колымы" в № 5 за ноябрь, отмечает, что полученных за акции средств обществу "Колымаэнерго" с лихвой хватило бы, чтобы рассчитаться со всеми долгами, считая заработную плату. Пикантность ситуации, отмечает "Дневник Колымы", в том, что председателем совета директоров "Колымаэнерго" в начале всей этой истории был Владимир Пехтин, нынешний руководитель фракции "Единство" в Госдуме, которым также подписан проспект эмиссии злополучных акций.

После публикации в "Вечернем Магадане" редактор этой газеты, органа издания магаданской мэрии, Валерий Свистунов по собственному желанию ушел с поста.

Скандал набирает обороты. Как стало мне известно, уже и профсоюзный комитет Колымской ГЭС, одного из подразделений "Колымаэнерго", обратился с жалобой в Генеральную прокуратуру России и к президенту Путину. Энергетики просят разобраться, куда же ушли помимо них акции родного предприятия? А свидетели по возбужденному уголовному делу жалуются, что Владимира Пехтина явно выводят за рамки расследования.

Прав или не прав Александр Салиев, автор острой статьи в "Вечернем Магадане", судить, как говорится, компетентным российским органам. Хотя и настораживает, что до сих пор ни эти органы, ни непосредственный виновник скандала "Колымаэнерго" никак и нигде не прокомментировали выдвинутые обвинения.

Факт же изъятия газеты из продажи справедливо, на мой взгляд, уже оценило приложение к "Комсомольской правде". "Неуклюже, - пишет оно, - нелепо, бессмысленно. Хотели, как лучше, а получилось, как всегда".

Впрочем, подобные истории давно не уникальны для жизни свободной прессы Колымского края.

Михаил Горбунов для Радио Свобода, Магадан.

Владимир Бабурин:

И еще одна журналистская история о том, как корреспондент оказался за решеткой без видимых на то причин.

Журналистское удостоверение иногда помогает, и представители властей: законодательной, исполнительной, судебной, не всегда идут на открытый конфликт с властью четвертой. Но наступление на свободу прессы в Москве отзывается в регионах, а чрезмерно строптивого журналиста можно и за решетку отправить. Хотя бы ненадолго, как это произошло в Орле.

Елена Годлевская расскажет об этом.

Елена Годлевская:

Пятью сутками ареста окончилась для сотрудника еженедельника "Орловский меридиан" Александра Алаяна газетная акция под названием "Нет - милицейскому произволу!" Его арестовали 1 октября в половине третьего дня прямо в центре города Орла.

"Двое милиционеров с радиостанциями и дубинками подошли ко мне с другом и потребовали документы, - вспоминает Алаян. - На вопрос о том, что мы нарушили, получил ответ: "Лицо кавказской национальности"".

Так как документов у Алаяна с собой не оказалось, его взяли за руки, и повели в отдел внутренних дел Заводского района города Орла. Понимая абсурдность предъявляемого обвинения не в той национальности, Алаян в райотделе пояснил где живет, работает, а также потребовал пригласить прокурора и адвоката.

Один из милицейских работников, находившихся в дежурной части, - рассказывает Алаян, - посетовал: "Что же вы делаете, газетчика взяли, завтра шуму не оберешься". На что другой милиционер ответил: "Сколько эти козлы про нас писали! Пусть в камере погниет".

Тем временем другие проверяли информацию о месте жительства задержанного. Установив, что Алаян прописан не в Грозном, а в Орле, и, по имеющимся ориентировкам, не похож на террориста, милиционеры вместо того, чтобы извиниться и отпустить его, стали вслух размышлять над тем, что им делать дальше с сотрудником газеты, посмевшей поставить вопрос о нарушениях прав человека в правоохранительных органах Орловской области.

"Не стесняясь меня, - рассказывает Алаян, - один из милицейских чинов предложил подбросить мне в карман наркотик, объясняя, что у него в Заводском суде есть знакомый, который, как он выразился, влепит мне "по самое не балуйся". Другой предложил оформить все так, будто я ругался матом. Кто-то советовал "расколоть" меня на умышленное убийство некоей девушки, труп которой обнаружили в переулке Бетонном города Орла".

Наконец, не представившийся Алаяну помощник дежурного райотдела предложил ему идти домой, но с условием, что в протоколе об административном правонарушении тот укажет, что выпил стакан пива или рюмку водки, так сказать, на выбор. Юридически это дало бы право обвинить задержанного по статье 162 Кодекса об административных правонарушениях РСФСР, то есть, в появлении в общественном месте в состоянии алкогольного опьянения, оскорбляющем человеческое достоинство и общественную нравственность, и тем самым оправдать действия милиционеров, задержавших его и незаконно содержавших в дежурной части.

На милицейское предложение Алаян ответил отказом, так как в этот день самым крепким напитком, который он употреблял, был чай. "Тогда, - вспоминает Алаян, - посоветовавшись друг с другом еще раз, милиционеры сошлись на том, что знакомый кому-то из них медик напишет, что я был пьян. Двери камеры открылись, меня взяли за руку и потащили в областной наркодиспансер.

"Понимая, что результаты будут такими, как надо милиции, я отказался от процедуры освидетельствования, и тогда меня обратно отвезли в клетку райотдела. Ночью меня постоянно будили, требуя нелепых признаний. И в 9 утра следующего дня доставили в суд Заводского района города Орла".

"Значит, журналист? - поинтересовалась судья Убайдуллаева, чему-то улыбнувшись, - рассказывает Алаян. - А что же ведете себя так?" - и зачитала рапорта милиционеров, из которых следовало, что Александр Алаян не только лицо кавказской национальности, но и матерщинник, пьяница и драчун. Напрасно Алаян пытался обратить внимание судьи на неправомочные действия сотрудников милиции и просил адвоката. "Пригласишь защитника сам, в приемнике для административно задержанных", - пояснил ему конвойный.

Именно там, в приемнике для арестованных за административные правонарушения, Алаян узнал, что судья назначила ему пять суток ареста. О том же, за что его так наказали, он сумел выяснить лишь с помощью адвоката, которого пригласили его родители, так как постановление судья ему не вручила.

Незадолго до прихода адвоката в камере, где находился Алаян, побывал прокурор областной прокуратуры Иванов. Он выслушал осужденного и обещал разобраться. Административное дело, которое он взял в тот же день в суде, Иванов изучал около месяца, однако протеста не вынес. Зато адвокату Алаяна, Владимиру Сучкову, в течение полутора месяцев не давали возможности ознакомиться с материалами дела.

Хорошо, что у руководства приемника-распределителя, где отбывал наказание осужденный, была копия постановления судьи Убайдуллаевой. На его основе и была принесена кассационная жалоба. 21 ноября на ее основе Судебная коллегия по уголовным делам Орловского областного суда прекратила административное дело в отношении Александра Алаяна в связи с отсутствием в его действиях состава правонарушения.

Выходит, что пять суток унижения Алаян получил либо за то, что судья и прокурор плохо знали закон, либо за то, что он - лицо кавказской национальности, либо за то, что работал в газете, которая свои публикациями постоянно мешает правоохранительным и судебным органам спокойно творить беззаконие.

Адвокат Сучков полагает, что, скоре всего, речь идет все-таки о месте, и газете, таким образом, просто продемонстрировали возможности милицейско-прокурорско-судейской власти в укрощении строптивых. И адвокат, и незаконно осужденный, и газета "Орловский меридиан" намерены добиваться служебных проверок по поводу происшедшего, и готовят обращение к начальнику УВД Орловской области, в квалификационную коллегию судей и прокурору орловской области. Параллельно готовится исковое заявление о взыскании морального вреда за незаконный арест. Так что теперь либо финансовому управлению областной администрации, либо управлению федерального казначейства Министерства финансов Российской Федерации в Орловской области придется расплачиваться за милицейский и судейский произвол.

Для Радио Свобода Елена Годлевская, Орел.

Владимир Бабурин:

Я представляю сообщения наших региональных корреспондентов. Следующая тема - уголовный кодекс как средство обогащения. Ульяновские правоохранители нашли в этом документе весьма доходные статьи. Рассказывает Сергей Гогин.

Сергей Гогин:

В Ульяновске статьи уголовного кодекса об изнасиловании стали доходными. Так утверждают участники пикета, который состоялся недавно перед зданием областной прокуратуры. Родственники молодых людей, приговоренных к лишению свободы по сомнительным делам об изнасиловании, держали плакаты с лозунгами "Нет - беззаконию на следствии!", "Верните наших детей!", "Судебной реформе - да!"

Почему 131 и 132 статьи уголовного кодекса называют доходными? Вот что говорит Людмила Андреевичева, мать одного из осужденных.

Людмила Андреевичева:

В Заволжье, а именно в Заволжском районе, действует система вымогательства денег за якобы имевшие место преступления. Дела идут по одной и той же отлаженной системе. Посмотреть приговоры - практически в одно и то же слово идет. И следствие, и суд у нас идет только с обвинительным уклоном.

Сергей Гогин:

Механизм вымогательства Людмила Андреевичева описывает так.

Людмила Андреевичева:

Пишется заявление, потом подходят люди, представляются то родственниками, то друзьями этих потерпевших и предлагают за деньги уладить это дело. Причем, говорят так: "У нас все схвачено, вы ничего не сможете доказать".

Сергей Гогин:

Мнимая потерпевшая, по приговору суда, может получить деньги в виде компенсации морального вреда. Журналист "Народной газеты" Владимир Миронов, член гильдии судебных репортеров и юрист по образованию, описал в своих статьях практику ловли денег "на живца".

Владимир Миронов:

Создается упрощенная система правосудия, при которой вот тебя взяли, посадили, и хоть ты молчи, хоть ты отпирайся, у тебя стопроцентное алиби - тебя все равно посадят, и концов ты не найдешь.

Сергей Гогин:

Общее в этих процессах то, что суд верит противоречивым показаниям потерпевших, их близких родственников и подруг, но не доверяют свидетелям защиты. Вот что говорит адвокат Елена Гораш.

Елена Гораш:

Еще не было у меня в практике такого случая, когда бы алиби подсудимых подтверждало, в общей сложности, 25 человек. Показания всех этих лиц были судом отвергнуты на том основании, что все они противоречат показаниям потерпевшей.

Сергей Гогин:

Людмила Андреевичева считает, что так можно обвинить любого человека с улицы.

Людмила Андреевичева:

Самое страшное что? Когда человек арестовывается, я говорю, в данном случае, наши ребята, и, продержав их вот несколько месяцев в СИЗО, прокуратура всячески будет настаивать на обвинении, чтобы не признать свои ошибки за незаконное содержание под стражей.

Сергей Гогин:

Адвокат Елена Гораш полагает, что подобную практику стимулировало постановление Конституционного суда, который запретил судам по своей инициативе возвращать дела на доследование. Идея была благая. Ожидалось, что суды будут оправдывать подсудимых, если их дела расследованы некачественно. Но наши суды панически боятся оправдательных приговоров, говорит Гораш.

Елена Гораш:

Это, в свою очередь, в общем-то, порождает бездеятельность правоохранительных органов. Правоохранительные органы видят, что через суд сейчас, в настоящее время, проходит практически любое дело. Даже если доказательства очень шаткие.

Сергей Гогин:

Для своего подзащитного Павла Алексеева, приговоренного к восьми годам лишения свободы, Гораш намерена добиваться правды в самых высоких инстанциях. Она заявляет, что в случае поражения оставит уголовную практику.

Елена Гораш:

В противном случае я просто не вижу смысла в своей работе. Получается, что какие аргументы ни приводи, каким образом ни доказывай невиновность своего подзащитного, суд эти доказательства во внимание все равно принимать не будет.

Сергей Гогин:

Для журналиста Владимира Миронова его публикации не прошли даром. Областной совет судей в распространенном обращении назвал его статьи клеветническими измышлениями, а "Народную газету" - орган областной администрации, обвинил в развязывании антисудебной кампании. Миронов подал иск о защите чести, достоинства и деловой репутации. Ответчики - судьи, обвинившие его в клевете. Первое судебное заседание состоится 3 декабря. Районный суд будет судить областной. Сергей Гогин для Радио Свобода, Ульяновск.

Владимир Бабурин:

И еще о деньгах. Ситуацию в России с карамзинских времен иногда оценивают одним лишь словом - "воруют", над каждым-то милиционера не поставишь. В Челябинской области нашли другой выход, кстати, становящийся все более популярным после прихода во власть большого количества людей в погонах.

С подробностями - Сергей Куклев.

Сергей Куклев:

В Челябинской области на Чебаркульском металлургическом заводе руководство апробировало новый способ борьбы с воровством цветного металла. За предотвращенную кражу работнику выплачивается вознаграждение, иначе говоря, деньги платят стукачам.

Последнюю премию получила крановщица одного из цехов. Она помогла установить личность вора, который вынес с завода две детали общей стоимостью 54 тысячи рублей. В качестве поощрения женщину премировали двумя с половиной тысячами рублей.

Ситуация получилась несколько двусмысленная: с одной стороны, стукачество, с другой - заложить коллегу теперь можно за деньги.

В Челябинской области подобная практика широко используется налоговой полицией.

В 1998 году губернатор Петр Сумин издал постановление о порядке выплат вознаграждения лицам, предоставившим информацию о налоговых правонарушениях. В нем сумма вознаграждения ограничивается 10 процентами от фактических поступлений в бюджет. По данным пресс-центра управления налоговой полиции, за три года было выплачено 150 тысяч рублей.

Теперь опыт налоговиков с успехом используют в Чебаркуле. Сотрудники недавно созданной службы безопасности металлургического завода считают, что помощь следствию - не доносительство. Рабочие говорят, что теперь доверительной атмосфере в коллективе не бывать.

По-иному понимает доверительность старший инспектор-охранник Юрий Черных. До этих приказов в цехах была круговая порука, рассказывает он. Не то что бы друг друга покрывали, а просто один крадет, а десять видят, но отворачиваются.

Чебаркульский металлургический завод - это бывшее оборонное предприятие, в производстве использует высоколегированные стали и титановые сплавы. Стоимость тонны титана - 500 000 рублей. Килограммовая металлическая чушка как раз умещается в карман спецовки, и за воротами завода ее стоимость падает до бутылки самогона.

75 килограммов жаропрочной стали приемщики цветмета оценивают в 100 рублей.

Официально в Чебаркуле приемных пунктов металла нет, в реальности известны шесть, причем, один работает бок о бок с заводом. Фирмы зарегистрированы в Челябинске и Шадринске. Сами приемщики неуязвимы в буквальном смысле этого слова. Даже если их за руку поймать, они лишь заплатят штраф - 300 рублей.

Для борьбы с расхищением активов заводу пришлось завести свою службу безопасности из 18 человек. Эти люди собирают и анализируют информацию обо всех нарушениях на территории завода, контактируют со всеми правоохранительными органами и службами безопасности соседних предприятий. Есть у них и свой "черный список" - те, на кого поступила информация в связи с хищениями.

Чебаркуль - город маленький. Если работник из "черного списка" начинает жить не по средствам, об этом все узнают сразу же, и отлаженная система доносительства мигом выдает сигнал.

Для Радио Свобода - Сергей Куклев, Челябинск.

Владимир Бабурин:

Старинная русская поговорка советовала от тюрьмы и от сумы не зарекаться. Об условиях содержания в российских тюрьмах и лагерях написано и рассказано очень и очень много. Говорят, что ситуация даже стала меняться в лучшую сторону, особенно после передачи мест заключения от МВД к Минюсту. Но проблема все равно остается, и проблем много. Из Вологодской области - Людмила Мартова.

Людмила Мартова:

"В Устюжинской колонии общего режима начались массовые беспорядки, уже есть убитые и раненые". Такая весть пронеслась по Вологодской области. Конечно, слухи оказались преувеличенными, однако столкновения среди заключенных все-таки были, и их причиной стал конфликт между ВИЧ-инфицированными и здоровыми осужденными.

Сейчас в Устюжинской колонии из 1200 заключенных 100 имеют диагноз "ВИЧ-инфекция". В среднем, им по 20-25 лет, за колючую проволоку они попали из самой Вологодской области, а также из Москвы и Подмосковья. Живут они отдельным отрядом, питаются и моются тоже отдельно, однако большинство здоровых заключенных недовольны тем, что живут рядом с потенциальным очагом СПИДа.

Дело дошло до открытого противостояния, вылившегося в массовую драку. Драка была такой сильной, что дежурному пришлось вызвать на помощь роту охраны и милицию.

Впрочем, у начальника учреждения ОЕ-256/20 Виктора Смирнова другая версия случившегося. По его словам, это не ссора между здоровыми и больными заключенными, а обыкновенный бытовой конфликт. Но пострадавшие все же есть. Четверо заключенных получили ссадины и синяки, у одного из них зафиксированы признаки сотрясения мозга.

Известие о стычке в Устюжиинской колонии получило большой общественный резонанс. Через два дня после случившегося депутаты районного Совета самоуправления приняли обращение к начальнику ГУИН Министерства юстиции России с требованием разрешить ВИЧ-проблему.

"В течение последних трех лет, - говорится в этом обращении, - количество поступивших в Устюжинскую колонию ВИЧ-инфицированных увеличилось с 17 до 102 человек, а всего планируется 305 человек. В то же время условий для содержания ВИЧ-инфицированных в учреждении нет".

По мнению авторов обращения, санчасть колонии, находящейся в центре города Устюжный, не укомплектована профессиональными медицинскими кадрами. Кроме того, там отсутствуют необходимые для лечения ВИЧ-инфекции помещения и оборудование, не говоря уже о медикаментах.

Сейчас устюжане активно собирают подписи в поддержку депутатского обращения. Причем сам документ направлен не только начальнику ГУИН, но и вологодскому губернатору Вячеславу Поздалеву, члену Совета Федерации Геннадию Хрипелю и депутату Госдумы Александру Ордалайнену.

Обращение в ГУИН подписано и главным врачом Устюжинской ЦРБ Николаем Короновым. По его словам, если в колонии начнутся массовые беспорядки с кровопролитием, то больных привезут в районную больницу, а значит, возникнет потенциальная угроза заражения для остальных пациентов и медперсонала.

В истории Устюжинской колонии уже был один случай, когда туда пригласили патологоанатома сделать вскрытие умершему ВИЧ-больному, и тот отказался. Реакция медика на наложенное на него взыскание была такой: "Лучше я получу десять выговоров, но буду спать спокойно".

"Лично я вижу два решения этой проблемы, - говорит Николай Коронов. - Или надо вообще увозить отсюда ВИЧ-заключенных, либо создавать на территории самой колонии хорошую медицинскую базу".

Впрочем, начальник колонии Виктор Смирнов с этим категорически не согласен. "Я считаю, что у нас все нормально с медицинской базой. Фельдшеры следят за здоровьем ВИЧ- заключенных, есть лекарства, в крайнем случае мы отправляем больных в Вологду, в межобластную тюремную больницу. Периодически оттуда к нам приезжают врачи, которые обследуют всех ВИЧ-инфицированных. За три года не было ни одного случая, чтобы мы прибегали к услугам местной ЦРБ", - говорит он.

Перебрасывать больных осужденных в другое место Виктор Смирнов тоже считает нецелесообразным. "Эти люди сейчас пережили огромный стресс, и если им сказать, что их место в резервации, ситуация может стать непредсказуемой".

По словам Смирнова, создавать профильные зоны для ВИЧ-инфицированных Минюст пока не планирует - слишком дорого. Скорее всего, когда ситуация станет критической, ВИЧ-зоны будут созданы в закрытых ранее колониях в лесных поселках.

А пока вич-инфицированные живут среди здоровых, отстаивая свои права кулаками. В основном это молодые ребята, получившие срок за хулиганство или наркотики. Похоже, что большинство из них до сих пор не осознали, что их ждет. Они не хотят, чтобы к ним относились, как к прокаженным. Они не хотят в резервацию, они не хотят быть изгоями. Несмотря ни на что, они тоже люди.

Людмила Мартова, Вологда, специально для Радио Свобода.

Владимир Бабурин:

Преступивших закон сотрудников милиции отправляют в специальные зоны. Не берусь утверждать, что условия содержания там на порядок лучше, чем во всех остальных, и вообще не знаю, существует ли там корпоративная солидарность. Но вот увести от ответственности коллег и не довести дело до суда и до приговора - такое случается. Пример приведет наш нижегородский корреспондент Олег Родин.

Олег Родин:

На рынке в поселке Новосмолино минувшим летом звучали выстрелы. Несколько развеселившихся милиционеров развлекались стрельбой из учебного пистолета. Пули разлетались по киоскам и прилавкам, одна из них попала в 23-летнюю Татьяну Воронину, пришедшую на рынок с подругой Анжелой Шубенко.

Анжела Шубенко:

Мы не успели здесь еще нормально заговорить, как вот был выстрел. Мы сначала не поняли - Таня молчала.

Олег Родин:

Пуля попала в мягкие ткани живота и осталась там. Татьяна обратилась в местную больницу, но ей не поверили, что внутри пуля, и записали в истории болезни "бытовая травма", а это означало и потерю по оплате больничного листа и последующие сомнения правоохранительных органов по поводу случившегося обстрела девушки. Однако рана воспалилась, поднялась температура, и в больнице скорой помощи, куда Татьяну доставили уже в состоянии средней тяжести, врачи констатировали: пулевое ранение. Но оперировать не стали, руководствуясь принципом "не навреди".

Максим Тимофеев:

Извлечение пули принесет еще большую травму, тем более на фоне инфицированного воспалительного какого-то процесса, что может вызвать генерализацию этого воспалительного процесса и утяжелить состояние пациента

Олег Родин:

Сообщил Максим Тимофеев, врач больницы скорой помощи.

Татьяну Воронину лечили консервативно и выписали из больницы через 20 дней. Позже выяснилось, что ровно одного дня пребывания в стационаре не хватило для формального признания ранения нанесением телесных повреждений средней тяжести. И ссылаясь на то, что Татьяне были нанесены повреждения легкой степени, местная милиция отказала в возбуждении уголовного дела.

Начальник отделения Владимир Скуточкин пояснил, что если палили в общественном месте, то это всего лишь мелкое хулиганство.

Владимир Скуточкин:

Если палили в общественном месте, то будет хулиганство, а причинили телесные повреждения.

Олег Родин:

То есть стрелять по людям в общественном месте - не преступление, раз не завели уголовное дело. Ранить человека - мелочь, пустяк какой-то, с точки зрения коллег стрелявших на Новосмолинском рынке.

Иная точка зрения у адвоката Юрия Заболоцкого.

Юрий Заболоцкий:

Здесь налицо состав преступления. Работникам милиции не хочется работать, устанавливать лицо, которое все-таки совершило преступление, и вот любыми способами они пытаются скрыть его.

Олег Родин:

Установить, кто стрелял из группы милиционеров, оказалось непросто. Выяснили только, кому принадлежит пистолет, из которого велась стрельба. Тем более что развлекавшиеся стрельбой стражи порядка уже разъехались кто куда, владелец оружия - в Чечню.

Отказала в возбуждении уголовного дела и военная прокуратура, сославшись на ту же легкость телесных повреждений. Татьяна обратилась в областную прокуратуру, и в одной из клиник Нижнего Новгорода пулю, наконец, извлекли из ее тела. Появилось вещественное доказательство.

Эту историю взяли под контроль местные журналисты, в частности, телеканала "ТНТ - Нижний Новгород". Теперь решения областной прокуратуры ждет нижегородская общественность. А Ольга Воронина, мать раненой девушки, чье здоровье (за несколько месяцев жизни с пулей в животе) явно лучше не стало, заявляет:

Ольга Воронина:

Таня боится, она пугается любого стука, вздрагивает, это все у меня на глазах. Хочу добиться, чтобы этих подонков посадили.

Олег Родин:

Для Радио Свобода - Олег Родин, Нижний Новгород.

Владимир Бабурин:

В завершение программы - обзор "Западная печать о правах человека". У микрофона Владимир Ведрашко.

Владимир Ведрашко:

"Европейские правительства отреагировали на террористические нападения 11 сентября такими законопроектами, которые зачастую превосходят по жесткости меры, принятые в самих США". Так начинается статья в газете "Нью-Йорк Таймс", посвященная эволюции законодательства в европейских странах.

Во Франции уже вскоре после сентябрьских событий были расширены полицейские полномочия, позволяющие производить обыски объектов частной собственности без ордера. В Испании резко ограничена свобода действий любых организаций, имеющих связи с группировкой ЭТА, а Совет Европы рассматривает вопросы о едином европейском ордере на арест и о формулировании единого и всеобъемлющего определения терроризма.

Даже в Германии, где граждане имеют опыт жизни при нацизме и коммунизме (и потому чрезвычайно чувствительны к любому посягательству государства на личную жизнь), правительство расширило возможность прослушивания телефонных переговоров, просматривания электронной почты и банковских счетов.

Газета "Нью-Йорк Таймс" цитирует слова министра внутренних дел Франции Даниэля Валиана: "Коллективная безопасность не является врагом индивидуальных свобод. Однако масштаб сентябрьских нападений и способ, каким они были осуществлены, заставляет нас признать: никто сегодня не может чувствовать себя в безопасности от подобных терактов".

Среди мер, предложенных во Франции - полицейский досмотр автомобилей без ордера. Для француза такая мера чрезвычайно болезненна, ведь по-прежнему законодательству автомобили, будучи личной собственностью, считались неприкосновенными.

Министр внутренних дел Германии Отто Шилле предложил расширение возможности подслушивания и слежки за гражданами. Причем, даже в тех случаях, когда отсутствуют явные подозрения. Эта инициатива подверглась суровому осуждению группой высокопоставленных юристов из шести стран Европейского союза, выступивших с объемистым письменным заявлением. В документе говорится, в частности: "Демократические свободы не могут попадать в разряд побочных негативных эффектов при борьбе с терроризмом".

Канадская газета "Торонто Стар" анализирует нововведения в канадском законодательстве. Министр юстиции Энн Маклилан, выступая перед сенаторами, сообщила, что правительство не видит необходимости в принятии дополнительных поправок к уже рассмотренному законопроекту о борьбе с терроризмом. Главным объектом полемики являются полицейские полномочия, связанные с задержанием и арестом, прослушиванием и слежением за гражданами, следственной процедурой и возбуждением уголовного дела.

Одним из положений нового законопроекта предусмотрено, что правительство может преодолеть акт о свободном доступе к информации и воспрепятствовать распространению сведений от обвиняемого в уголовном преступлении, если такие сведения могут нанести ущерб международным отношениям Канады, ее безопасности и обороне.

Лондонская "Таймс" следит за ходом дебатов в британском парламенте. Консерваторы и либеральные демократы в Палате Лордов нанесли поражение законопроектам о борьбе с терроризмом. Они обвинили министра внутренних дел в попытке протащить драконовские полицейские полномочия, которые на деле не имеют ничего общего с борьбой против террористов. Лорд Стрейтчклайд, в частности сказал: "Мы не можем одобрить законопроект, который устраняет давно существующие права, закрепленные британским законом".

В результате последовательного голосования по семи пунктам нового законопроекта было, в частности, отвергнуто положение о выходе Великобритании из статьи пятой Европейской конвенции о правах человека.

Владимир Бабурин:

Обзором Владимира Ведрашко о публикациях в западной прессе, посвященных правам человека, мы завершаем очередной выпуск программы "Человек имеет право".

XS
SM
MD
LG