Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Права человека

  • Илья Дадашидзе

"Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и должны поступать в отношении друг друга в духе братства". Статья 1 Всеобщей декларации прав человека.

В этом выпуске:

- Грозный. Где председатель парламента Чечни?
- Петрозаводск. Новые преследования отказников от военной службы.
- Оренбург. Что важнее: храм или банковская автостоянка?
- Саранск. Жизнь без света, газа и воды.
- Магадан. Свобода слова на Колыме.
- Что ждет в Иркутске тех, кто цитирует Радио Свобода?
- Казачьи нагайки против кубанских фермеров.
- Самарский суд для местных властей не указ.
- Борьба за трезвость по-псковски.
- Екатеринбургских правозащитников изгоняют из собственных квартир.


Наш выпуск начнем с репортажа Хасина Радуева с Северного Кавказа. Где искать председателя чеченского парламента Руслана Алиходжиева, среди живых или мертвых? Об этом спрашивают сегодня российские власти его родные и близкие.

Хасин Радуев:

Вот уже около четырех месяцев нет никаких сведений о местонахождении председателя парламента Чечни Руслана Алиходжиева. То, что произошло с ним, не вписывается ни в одну из схем, связанных с похищениями или исчезновением без вести людей, которыми так изобилует история Чечни последних нескольких лет. Хотя бы потому, что его открыто задержали российские военные. Произошло это в районном центре Шали 17 мая.

Вместе с Русланом Алиходжиевым забрали и его пятерых родственников, но через сутки все они вернулись домой. Содержали их, предположительно, в подвале одной из городских многоэтажек в Аргуне. Точно сказать они не могут, поскольку глаза все время были завязаны.

Следы же Руслана Алиходжиева затерялись. В Шалинской военной комендатуре и во временном отделе внутренних дел, куда обращались родители Алиходжиева, завили, что правоохранительные органы района к его задержанию непричастны.

Не дали никаких результатов и обращения к главе временной администрации Чечни Ахмату Кадырову и спецпредставителю президента России по правам человека Владимиру Каламанову.

Несколько жней назад родственники Руслана Алиходжиева получили сообщение о том, что он умер в Лефортовской тюрьме.

До 1992 года Руслан Алиходжиев в качестве младшего офицера служил в Советской Армии, в хорошо известном по событиям в Чечне Шалинском танковом полку. После того, как весь военный контингент по договоренности Джохара Дудаева и Павла Грачева был выведен за пределы республики, он перешел на службу в чеченские Вооруженные силы.

Во время первой чеченской войны Алиходжиев возглавлял так называемое шалинское направление сил чеченского сопротивления. После окончания конфликта он оставил военную службу, был избран депутатом в своем родном селе Шали, а затем и председателем парламента республики.

Как известно, послевоенные парламентские и президентские выборы в Чечне проходили под эгидой ОБСЕ в присутствии восьмидесяти семи международных наблюдателей.

В качестве руководителя парламента Руслан Алиходжиев неоднократно встречался с представителями российской власти, в том числе и с председателем Госдумы России Геннадием Селезневым.

Во второй чеченской войне Руслан Алиходжиев не участвовал. Он считал, что у председателя всенародно избранного парламента должна быть своя роль - роль миротворца, и поэтому он неоднократно выступал за прекращение войны и начало мирного диалога.

Депутаты чеченского парламента после задержания Алиходжиева два раза практически подпольно собирались, чтобы обсудить ситуацию, и оба раза обращались к руководству ОБСЕ, Совета Европы, Парламентской Ассамблеи Совета Европы, к международным правозащитным организациям - с просьбой оказать содействие в освобождении председателя парламента Чечни. В специальном заявлении чеченских депутатов говорилось о том, что преследование чеченских политиков направлено на то, чтобы ликвидировать политические институты Чечни, а, следовательно, и правовые возможности урегулирования военного конфликта.

На днях руководство Ичкерии выступило с заявлением, что оно располагает сведениями от достоверных источников о том, что Руслан Алиходжиев скончался в Лефортовской тюрьме в результате применения к нему физического насилия, и что его смерть рассматривается как политическое убийство. По версии чеченской стороны, Алиходжиева заставляли возглавить пророссийски настроенную часть депутатов, назвав их парламентом Чечни, - от чего он отказался.

Родители и семья Алиходжиева, которые и получили весть из московской тюрьмы о его смерти, хотят одного: забрать его тело и похоронить по-человечески. А если он жив, на что они еще надеются, то хотя бы получить этому подтверждение.

Хасин Радуев для Радио Свобода, Северный Кавказ.

Илья Дадашидзе:

Между тем ФСБ опровергает известие о смерти в Лефортово Руслана Алиходжиева, и утверждает, что он вообще никогда не содержался в этом следственном изоляторе.

Петрозаводские суды и военкоматы продолжают преследовать отказников от военной службы.

Рассказывает Сергей Коробов.

Сергей Коробов:

Уже пятый месяц в петрозаводском суде продолжается тяжба между городским военкоматом и призывником Николаем Потышевым, который по окончании университета отказался от прохождения срочной воинской службы, заявив призывной комиссии о наличии у него пацифистских убеждений и потребовав по этой причине предоставить ему возможность отслужить в альтернативной форме. Военные ответили отказом, и молодой человек обратился с жалобой в городской суд, ссылаясь на гарантированное ему конституцией право на альтернативную гражданскую службу.

Суд Петрозаводска в удовлетворении жалобы отказал под предлогом того, что Законом о воинской обязанности и военной службе не предусмотрено оснований для освобождения от службы из-за каких-либо убеждений.

Николай Потышев не отступился от своего и опротестовал это решение в Верховном суде республики, который, в свою очередь, вернул дело на пересмотр в суд городской, где оно сейчас, постоянно откладываясь, и находится.

Главный камень преткновения в споре сторон - что можно считать доказательством наличия у призывника антивоенных убеждений и являются ли они вообще достаточным обоснованием для отказа от службы в армии. И понятно, что абсолютно безрезультатными эти разбирательства делает отсутствие федерального закона об альтернативной гражданской службе, в котором и должны быть прописаны все ответы на непростые вопросы.

Полнейшая правовая неразбериха в этой сфере абсолютно не позволяет предугадать исход дела Николая Потышева. Предыдущий подобный случай - призывника Всеволода Суханова - закончился в прошлом году тем, что военный комиссариат, желая замять шумную историю, просто признал его негодным по здоровью к несению службы. Но этому предшествовала двухлетняя судебная тяжба, за время которой Всеволод Суханов, в сущности, самостоятельно прошел альтернативную службу, бесплатно работая санитаром в больнице. Зачтено это ему, конечно же, не было, но военные сдались, дав призывнику "вольную" после того, как он еще и обратился с жалобой в Европейский суд по правам человека.

В другой же, еще не завершившейся истории, армия ни за что решила не отступать. 9 августа гарнизонный суд Петрозаводска, впервые в своей практике, вынес обвинительный приговор по делу офицера запаса, пожелавшего вместо обычной службы пройти альтернативную. Обвинение в дезертирстве было предъявлено лейтенанту запаса Андрею Зудову, прошедшему курс обучения на военной кафедре Петрозаводского университета, но отказавшемуся служить в армии из-за имеющихся у него антивоенных убеждений, а также несогласия с ведением российскими Вооруженными Силами боевых действия в Чечне.

Примечательно то, что обвинение в воинском преступлении было предъявлено фактически гражданскому лицу. И, несмотря на то, что Верховный суд Карелии подтвердил тот факт, что Зудов военнослужащим не является, суд военный состоялся, и Андрей был приговорен к двум годам лишения свободы. Тут же, правда, он был амнистирован, и это поспешное помилование, похоже, задумывалось военной прокуратурой в воспитательных целях, дабы другим неповадно было.

Попытки же забрать Андрея Зудова в армию не оставлены, несмотря на то, что ему уже исполнилось двадцать семь лет, и по возрасту призыву он подлежать не может.

В ответ на игнорирование военными законного права на альтернативную службу, петрозаводские призывники объединились, создав общественную организацию "Пацифист", которая оказывает бесплатную информационную и юридическую помощь всем, кто стремится получить возможность пройти альтернативную гражданскую службу вместо военной. Минувшей весной таких юношей в столице Карелии оказалось около десятка, однако, побиться до конца за свое конституционное право решился лишь один - Николай Потышев, суд над которым продолжается.

Сергей Коробов для Радио Свобода, Петрозаводск.

Илья Дадашидзе:

Оренбургским старообрядцам не дают восстановить храм.

Репортаж Татьяны Морозовой.

Татьяна Морозова:

Закон порой как грабли - бьет по тому, в чьих интересах и был применен. В 1993 году единственной в Оренбурге общине старообрядческой православной церкви передали здание, отобранное у верующих в 1931 году. Здание это, с крепкими стенами, в хорошем районе, в самом центре города, было до 1993 года занято детской спортивной школой. И, хотя из-за аварийного состояния крыши, занятия там давно уже не проводились, верующим под разными предлогами церковь не отдавали вплоть до октября 1994 года. Доходило чуть не рукоприкладства. Вспоминает председатель совета общины Мария Агафонова.

Мария Агафонова:

Вот здесь, в этом здании, нас закрыли, решили не выпустить. Но, слава Богу, казачий атаман привел казаков, человек пятнадцать... Вы знаете, они прошлись тут, тренеры гуськом вышли отсюда. Директор школы говорит: "Я сейчас вызову ОМОН". - "Вызывай!"

Вот на старух, вот, понимаете... Рагозин позвонил и сказал, что "какой там ОМОН? Там одни бабушки. Все, право им передано, не надо чинить никаких препятствий".

ОМОН вернули. Все ушли. Мы поставили свой замок, ну, радовались, что завтра мы придем и начнем тут работу. Приходим - все здесь сломали. И вошла школа опять, и мы еще не могли войти до октября будущего года.

Татьяна Морозова:

Владимир Рагозин в те годы занимался связями с религиозными организациями в администрации области. Область никогда не препятствовала возращению храмов, но, к сожалению, не только для верующих. Дружбы между тогдашним губернатором-демократом Владимиром Елагиным и до сих пор действующим мэром города Оренбурга Геннадием Данковцевым не было, и от "драки панов" часто "трещали чубы у холопов".

С новым губернатором, коммунистом Алексеем Чернышевым, мэр дружен, но и от своих позиций не отступает, и община не может вступить во владение теперь уже землей вокруг храма, самовольно захваченной соседним банком.

Суды по этому делу собирались, и не раз. Руководство банка подавало протест в Высший арбитражный суд Российской Федерации, и этот суд подтвердил право общины на землю. Но воз (то есть стоянка машин банка и чугунная ограда) - и ныне там, на территории церкви.

Мария Агафонова продолжает свой рассказ.

Мария Агафонова:

У нас терпение лопается. Год три месяца исполняется решение суда. Ну, вот он, этот участок, который надо передвинуть. Мы взяли "болгарку", пошли отрезали... Что тут было! На нас вызвали спецохрану, на нас обещали надеть наручники, наших представителей обозвали "фашистами".

Я пошла позвонить в милицию: "Помогите, защитите, пожалуйста, церковь, вот так и так". - "А вы посадите их в машину, привезите к нам". Это цирк!

Семь лет церковь не может получить участок земельный. Мы не можем приступить к восстановлению церкви.

И это все по вине Данковцева. Вот, его распоряжения перед вами все лежат. Сколько же можно?

Татьяна Морозова:

Как сказала мне главный архитектор города Ирина Роженцева, полностью восстановить все церковные строения, а также пристроить разрушенную алтарную часть все равно вряд ли удастся. Вблизи церкви много подземных коммуникаций. Кто теперь станет их переносить? Невозможно убрать и детскую игровую площадку. Ведь церковь сейчас находится в полукольце жилых домов. Именно поэтому в свидетельстве на право бессрочного пользования землей и зданием записано: "Запрещается строительство капитальных сооружений и посадка высокоствольных деревьев". Но зато "разрешается производство ремонтных работ строительными организациями, проход и проезд сторонними лицами".

На 20 сентября вновь назначено судебное заседание. Старообрядцы сдаваться не собираются. Банк не намерен отступать. А перевыборы мэра Оренбурга состоятся 10 сентября.

Для Радио Свобода - Татьяна Морозова, Оренбург.

Илья Дадашидзе:

Жизнь без газа, света и воды стала привычной для жителей саранского "Шанхая".

Рассказывает Игорь Телин.

Игорь Телин:

"Шанхай" - так окрестила народная молва поселок, расположенный на территории комбикормового завода в центральной части мордовской столицы. Это не "самострой лиц без определенного места жительства". И живут здесь вполне нормальные горожане - те, кто работает на предприятиях и в учреждениях Саранска. Их дети учатся в школах и вузах. Вот только на настоящую жизнь это не похоже, - считает Наталья Панфилова.

Наталья Панфилова:

Четыре-пять лет вот... такая невыносимая жизнь стала. Постоянно отключают свет, постоянно воды нет. Газа у нас нет. Вот, представьте, зимой без света и без еды.

Игорь Телин:

Несколько семей - кто, в связи с материальными проблемами, не может купить газовые баллоны, действительно, готовят пищу на кострах. Кто смог разжиться "буржуйкой", кто приспособил в качестве очага кирпичи.

Артему Новикову восемнадцать лет, и то время, когда в домах был газ, он уже не помнит.

Артем Новиков:

Приходится на улице разводить костер, готовить. Иду с учебы - то дощечку, то сучок прихвачу для костра.

Игорь Телин:

Условия жизни в этих домах, расположенных фактически в центре города, никак не способствуют укреплению здоровья. Рассказывает Наталья Панфилова.

Наталья Панфилова:

У меня дочь сильно болела, в реанимации лежала, вот этот год последний. Бронхиты постоянные здесь, воспалительные какие-то процессы кишечные бывают, потому что вода... нее знаю, чего пьем, не понимаем даже, откуда она берется. А там, еще у нас есть ручеек внизу...

Игорь Телин:

Ручей, о котором говорит жительница так называемого "Шанхая" в центре мордовской столицы, протекает по дну известного в Саранске Никитинского оврага, превращенного предприятиями города в свалку бытовых отходов.

Проблемы Натальи и ее соседей связаны с тем, что они живут в ведомственных домах, принадлежавших заводу по производству комбикормов. Пять лет назад завод разорился и прекратил свое существование. Оборудование вывезли, а обитателей домов, более похожих на лачуги, решили не выселять, благо и некуда было.

Дома город на свой баланс не взял, а завод не существует. То есть, дома ничьи, у них даже почтовый адрес своеобразный, вот такой, например: территория комбикормового завода, дом № 8.

Четыре года жители этих домов бомбардировали власти просьбами принять участие в их судьбе. Но безрезультатно.

Наталья Панфилова:

Ходили и к нашему главе администрации Ленинского района, Тономину, к Веряскину ходили, заму, к нему... А уж последнее время уже невыносимо стали - к Ненюкову пошли.

Игорь Телин:

Для справки. Иван Ненюков - глава администрации Саранска. Попасть к нему на прием жители этих домов не смогли и поступили весьма своеобразно - стали ловить его на улицах города.

Наталья Панфилова:

В общем, кто-то нам сказал, что он проходит пешком... идет пешком: И мы его встречали. Два раза встречали. Вот, когда вот уже в последний раз отключили, специально ходили.... Первый раз мы пошли вдвоем. Он нам пообещал, что будет свет. Ну, в общем, время проходит, детям в школу идти - света нет. Осталось тридцать первого - мы пошли туда. Мы говорим: "До тех пор не уйдем, пока нам свет не дадут".

Дети там с нами были все, тоже говорят: "Нам свет нужен. Как мы в школу пойдем, не глаженные, немытые?". И все-таки добились своего.

Игорь Телин:

Однако были с электричеством квартиры Натальи Панфиловой и ее соседей недолго.

Наталья Панфилова:

Опять вот отключали свет в последнее время... вот вчера тоже целый день света не было.

Игорь Телин:

Есть информация о том, что город все-таки возьмет эти дома на свой баланс. Есть надежда на то, что будут у их жителей и электричество, и газ, и вода. Однако сейчас люди с тревогой ждут осенних холодов. Они боятся, что дома их не будут отапливаться. На это им уже намекали соответствующие городские службы.

Для Радио Свобода - Игорь Телин, Саранск.

Илья Дадашидзе:

Магаданские власти берут под контроль колымскую прессу.

Слово Михаилу Горбунову.

Михаил Горбунов:

В журналистской среде Магаданской области сегодня главное событие дня - уход с работы главного редактора редакции спецпроектов государственной телестудии "Магадан" Сергея Сергиенко. На нем держались, по существу, все программы ВГТРК, за единственным исключением "Информационного монитора".

Событие, казалось бы не первостепенное в политической жизни региона. Если бы Сергей не был на телестудии последним опытным журналистом среди ее руководителей и вообще - последним профессионалом как таковым на местном областном телеэкране.

А всего за минувший год с небольшим с телевидения гостелерадиокомпании "Магадан" уволились по собственному желанию одиннадцать человек, почти две трети коллектива, практически все журналисты-профессионалы и талантливая молодежь. Большинство из них уже работает в московских средствах массовой информации.

По времени начало столь массового исхода со студии совпадает с приходом около года назад к власти в телерадиокомпании "Магадан" нового председателя Валерия Иванова. Ранее он, заместитель местного губернатора Цветкова и куратор областных средств массовой информации, прославился тем, что именно при нем закрылись выходящие тогда обе областных газеты -"Магаданская правда" и "Территория".

Несколько месяцев губернатор Цветков с помощью некоторых депутатов-северян в Госдуме буквально навязывали Иванова тогдашнему главе ВГТРК Николаю Швыдкому в качестве руководителя магаданского холдинга. А обновленную "Магаданскую правду" возглавил другой заместитель губернатора, одновременно действующий преемник Иванова в деле общения с прессой, Антонина Лукина. Вместе они железной рукой стали наводить порядок в средствах массовой информации области.

Впрочем, официально в Магадане, разумеется, никакой цензуры нет. Как метко отметила журналист "АиФ-Магадан" Галина Федченко, "здешняя цензура, как радиация - она незаметна". Неслучайно неизвестно, кто снял на днях с повторного показа телеверсию "АиФ-Магадан" "Рейтинг" из оплаченного редакцией эфирного времени одного из местных коммерческих телеканалов. Федченко посмела там напомнить о невыполненных обещаниях губернатора.

Впрочем, вполне возможно, что и дни местного "АиФ", последнего издания области, пытающегося рассказать о бедах северян, уже сочтены. Приложение уже запретили распространять в том же ГТРК "Магадан".

По данным Международного фонда защиты гласности, Магаданская область - один из трех самых неблагополучных регионов России, если говорить о свободе слова и гласности прессы.

Михаил Горбунов для Радио Свобода, Магадан.

Илья Дадашидзе:

За перепечатку репортажа Радио Свобода иркутские власти выбрасывают на улицу газету "Честное слово".

Из Иркутска - Виталий Камышев.

Виталий Камышев:

Несколько дней назад руководители иркутского информационного агентства "Сибтранспресс" получили из Комитета по управлению имуществом администрации Иркутской области уведомление о выселении из занимаемого помещения.

Офис агентства "Сибтранспресс" (а это - акционерное общество, учрежденное группой частных лиц) находится в здании областной библиотеки в центре Иркутска. Большую его часть занимает редакция издаваемой агентством еженедельной газеты "Честное слово".

Недавно "Сибтранспресс" на собственные средства капитально отремонтировал и отделал редакционное помещение.

"Честное слово" - одно из немногих в Приангарье оппозиционных изданий. В частности, в газете прошло несколько острых публикаций о попытках передела собственности в регионе и о том, что в этом процессе активное участие принимают коммерческие фирмы, с которыми так или иначе связаны некоторые должностные лица областной администрации.

Надо, правда, отметить сдержанный тон газеты и даже тягу к определенной наукообразности. Но, видимо, последней каплей, переполнившей чашу терпения местных властей, стала публикация в предпоследнем номере "Честного слова".

Газета перепечатала с интернетовского сайта Радио Свобода текст репортажа, сделанного в конце июня, сразу после первого тура выборов в Законодательное собрание Иркутской области, специальным корреспондентом "Свободы" Владимиром Долиным. Слово в нем было предоставлено не только губернатору Борису Говорину, но и нескольким его яростным оппонентам.

Почти сразу же после выхода в свет этого номера газеты "Честное слово" и было доставлено ее учредителям то самое уведомление, в котором, в частности, говорится, цитирую: "В соответствии с договором о передаче им имущества в хозяйственное ведение от 21 июля 1994 года части здания по улице Российской, 20, закрепляется право хозяйственного ведения за закрытым акционерным обществом "Сибтранспресс". Однако, - указывается далее в документе, - на момент заключения договора, действовали основы гражданского законодательства Союза ССР, а в вышеупомянутых основах предусмотрено, что имущество, находящееся в собственности государства, может закрепляться за государственными юридическими лицами в полное хозяйственное ведение или оперативное управление. Закрытое акционерное общество "Сибтранспресс", на момент заключения договора, не являлось государственным юридическим лицом".

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, - пишется далее, - сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна. Следовательно, договор о передаче имущество в хозяйственное ведение ЗАО "Сибротанпресс" является ничтожным".

"Комитет по управлению имуществом, - сказано далее, - имеет намерение использовать это помещение для государственных нужд и уведомляет о том, что информационному агентству "Сибтранспресс" необходимо освободить занимаемое помещение по улице Российская, 20, - в десятидневный срок".

Интересно, однако, что в том же коридоре и на том же этаже Иркутской областной библиотеки несколько комнат занимает местный обком КПРФ. Жизнь там бьет ключом, и выселять товарищей из казенных помещений местная власть не собирается. Как не собирается выселять и тех бизнесменов, чьи офисы расположены в заветном здании.

Виталий Камышев для Радио Свобода, Иркутск.

Илья Дадашидзе:

Казачьи нагайки против кубанских пикетчиков.

Рассказывает Иван Петров.

Иван Петров:

В станице Выселки, районном центре Краснодарского края, с 28 августа на главной площади, у здания администрации района, продолжают голодовку и пикетирование акционеры хозяйства "Колос" и местные фермеры.

Предыстория конфликта, взбудоражившего небольшую станицу, такова. В Выселках находится одна из крупнейших сельскохозяйственных фирм Кубани "Агрокомплекс", генеральным директором которой является Алексей Ткачев, старший брат депутата Государственной Думы Александра Ткачева. В последние годы "Агрокомплекс" из заурядного кубанского колхоза, руководил которым в советское время, кстати, отец братьев Ткачевых, превратился в огромную фирму, поглощающую соседние акционерные общества.

В состав "Агрокомплекса" вошли лежавшие на боку хозяйства "Нива" Усть-Лобинского района и "Светлый путь" Кавказского района. Теперь пришла очередь и выселковского акционерного общества закрытого типа "Колос". Но поглощение "Колоса" не прошло безболезненно. Многие акционеры потребовали выделения им в собственность земельных паев, размером каждый приблизительно в три гектара. "Растаскивать земельный фонд не позволю", - заявил генеральный директор фирмы "Агрокомплекс" Алексей Ткачев.

Акционеры "Колоса" были растеряны, но, неожиданно для самих себя, получили мощных союзников в лице местных фермеров. Фермерские хозяйства давно были бельмом на глазу у районных властей. Десятка два крестьян, самоотверженно ковыряясь на своих участках земли, получили в этом году хороший урожай зерновых. Алексей Ткачев на встрече с крестьянами предложил сдать все зерно ему, по мизерной цене. Фермеры отказались и попытались вывезти зерно на соседний элеватор. Но не тут-то было. Машины с зерном были остановлены совместными патрулями милиции и местных казаков.

К фермерам, разбросанным по бескрайним полям района, стали приезжать милиционеры совместно с сотрудниками охраны "Агрокомплекса", и угрожать, требуя сдачи зерна на ткачевский элеватор. И тогда фермеры и акционеры "Колоса" отправились на центральную площадь станицы и потребовали встречи с главой администрации района Борисом Расторгуевым и депутатом Госдумы Александром Ткачевым.

Депутат тут же улетел в Москву. Глава района ушел в отпуск. А люди, усевшись на площади, устроили голодовку. В акции приняли участие только женщины, опасающиеся, что мужчин милиция тут же арестует.

Сотрудники милиции голодающих женщин не тронули. В бой пошли казаки районного общества, возглавляемые заместителем главы администрации по делам казачества и военным вопросам атаманом Войтенко. Если сначала нетрезвые "хлопцы" требовали от митингующих убраться подобру-поздорову с площади, то через два дня казаки приступили к решительным действиям.

Под операцию по "зачистке" районной площади была подведена и идеологическая основа. Загоревшие за лето фермерши были объявлены расово неполноценными цыганками, хотя на деле все они происходят из казачьих родов. 30 августа началось избиение кричавших во весь голос женщин. Их хлестали нагайками, били кулаками, а кто-то из казаков стал брызгать женщинам в лицо неизвестной жидкостью. В результате чего станичница Анна Базлова попала в больницу с сердечным приступом.

На шум стали сбегаться мужчины. Казаки поспешно убрались за спины милиции, которая во время избиения равнодушно наблюдала за происходившим.

"Мы - не рабы!" - скандировали люди на площади и не расходились.

Из Краснодара в Выселки приехала председатель женской правозащитной организации "Союз казачек Кубани" Татьяна Морозова, которая помогла голодающим юридически оформить заявление в суд пи прокуратуру.

А 1 сентября в Выселках появился чиновник из департамента сельского хозяйства администрации края, который встретился с голодающими и признал справедливость их требований. Однако люди не расходятся и требуют встречи с главой района и депутатом Александром Ткачевым.

Александр Ткачев в левых кругах считается наиболее вероятным преемником Николая Кондратенко на посту губернатора.

Два месяца назад Выселки посетил руководитель КПРФ Геннадий Зюганов. В этой партии, кстати, и состоит депутат Ткачев. Гостя встречали, по партийной традиции, на меже района. И как взахлеб писала газета администрации края "Кубанские новости", "Геннадий Андреевич подошел к кромке пшеничного поля и, ласково погладив колосок, сказал: "Вот он, настоящий социализм. И так должна жить вся наша родина!" - конец цитаты.

Однако жизнь ставит под сомнение оптимизм лидера коммунистов. Оказывается, и в выселковском раю есть недовольные социализмом по-зюгановски.

Иван Петров для Радио Свобода, Краснодар.

Илья Дадашидзе:

Решение суда для властей не указ.

Из Самары - Сергей Хазов.

Сергей Хазов:

Вот уже год, как самарский фермер Вячеслав Савельев вынужден отстаивать в судах разных инстанций свои законные права на аренду земли. Когда в 1998 году Савельев брал в долгосрочную аренду у своего приятеля, тоже фермера, Михаила Гречина земельный участок, то, по его собственным словам, не мог и предполагать, что желание нормально трудиться на двадцати гектарах родной ему земли Красноярского района вызовет жесткое неприятие со стороны властей.

Начиная с осени прошлого года, руководство управления лесами Красноярского района Самарской области, на территории которого находится арендованная Савельевым земля, несколько раз пыталось отсудить в свою пользу участок трудолюбивого фермера. Во всех случаях иски лесничих, по словам служителей закона, из-за своей нелепости носили карикатурный характер.

Последний суд по жалобе лесничих, заявляющих, что Савельев своей деятельностью нанес их хозяйству материальный ущерб в размере десяти тысяч рублей, завершился 30 июня этого года. Рассмотрев все факты, суд Красноярского района тогда вынес решение, цитирую: "Фермер Савельев занимался сенокошением не на землях, принадлежащих Красноярскому лесхозу, а на своем законно арендованном наделе. Поэтому иск лесхоза является незаконным и не подлежащим удовлетворению, поскольку Красноярскому лесному хозяйству ущерб Савельевым причинен не был. В иске лесхозу отказать полностью", - конец цитаты.

За десять дней, прошедших после суда, лесничие опротестовать свой иск не решились, но и борьбу с фермером, поле которого радовало своей ухоженностью крестьян всего района, не прекратили. 11 июля приговор суда вступил в законную силу. А спустя три дня, 14 июля, Савельев отправился на свое поле на покос. Когда фермер приехал на свое угодье, покос на его законных двадцати девяти гектарах уже подходил к концу. В людях с сенокосилками, перемещающихся по периметру своей земли, Савельев узнал работников красноярского лесхоза.

Лесники, по словам Вячеслава Савельева, работали с размахом. Уборкой сена на его участке занималось не менее тридцати человек. Вся скошенная трава аккуратно убиралась рабочими в КамАЗ с эмблемой красноярского лесхоза.

Возмущенный вторжением лесников на его частную собственность, Савельев попытался остановить их, предъявив решение суда, подтверждающее то, что он - законный владелец земли, и нет никаких прав косить сено на его участке у лесников. Однако бригадир лесничих Александр Ляпин также предъявил фермеру документ, точнее, предписание главы администрации Красноярского района Геннадия Демченко, в котором тот просил откосить земельный участок фермера Савельева. Далее, по словам Вячеслава Савельева, Ляпин, используя ненормативную лексику, популярно объяснил ему, куда тому надо идти с решением суда.

Куда его отсылали, это фермер понял сразу. А поэтому в понедельник, 17 июля, Вячеслав Савельев приехал в город и появился на государственной телерадиокомпании "Самара", где и рассказал свою историю, подкрепив ее документами. В этот же день, вместе со съемочной группой "Губернских новостей", он приехал на свое поле. Но перед этим заехал в Красноярское РУВД и написал там заявление, в котором просил милицейское начальство выделить ему сотрудника в погонах, чтобы правоохранитель мог лично убедиться в творимом лесниками беззаконии.

Более всего Савельев опасался, что уже никого не застанет на месте. Однако, господин Ляпин, уютно устроившись в тени, руководил уборкой фермерского сена в КамАЗ, принадлежащий лесхозу.

Лесник весь свой хозяйственный гонор обрушил на тележурналистов. При этом присутствие милиционера из райцентра ничуть не смутило Ляпина.

Работа телевизионщиков была поставлена под сомнение. Суровый представитель местного лесхоза очень уж не жаловал видеокамеры.

Вмешательство областного телевидения, в эфире которого был показан сюжет о притесняемом лесниками фермере, не помогло Вячеславу Савельеву. Работники лесхоза в июле и августе продолжали пользоваться его землей. "Думаю, что единственный способ прекратить набеги "лесных братьев" - это обратиться в суд", заявил Вячеслав Савельев.

Одного опасается Савельев, что ему раскошелиться в ходе судебных заседаний придется "неслабо". Учитывая, что при сумме иска свыше 10 000 рублей, с заявителя положено взимать пять процентов, нетрудно подсчитать, во сколько фермеру обойдется судебная тяжба, если его иск обозначен в более чем 500 000 рублей.

Но Савельев решил не останавливаться на полпути, заявив, что, в конце концов, деньги для оплаты судебной пошлины он займет, а свое поле, там манящее к себе лесников, фермер Савельев решил пока вспахать под озимые.

Для Радио Свобода - Сергей Хазов, Самара.

Илья Дадашидзе:

От алкогольной зависимости в Пскове лечат с помощью пыток.

С подробностями - Анна Липина.

Анна Липина:

В псковскую правозащитную организацию "Вече" обратился немолодой пскович - военный пенсионер, ветеран афганской войны. Он увидел по телевидению заявление высших чинов Министерства внутренних дел России о том, что специальные средства (такие, как резиновые дубинки, слезоточивый газ, кресла для удержания и прочие) более в российских медицинских вытрезвителях не применяются.

Этот человек, фамилию которого мы не называем по его просьбе, был возмущен, как он сам считает, "этой откровенной ложью". Гражданин поделился с правозащитниками своими личными впечатлениями о задержании и пребывании в медвытрезвителе города Пскова.

Рассказывает администратор псковской правозащитной организации "Вече" Надежда Дановская.

Надежда Дановская:

Милиционеры остановили его тогда, когда он возвращался домой с купленным вином. Что побудило сделать это милиционеров - для нас загадка, которую мы и пытаемся разрешить. Он не нарушал своими действиями общественного порядка, владел собой и адекватно оценивал обстановку. Что побудило милиционеров взять человека и, не позволив ему позвонить домой и сообщить о случившейся с ним истории... посадили его в кресло и пыткой - именно пыткой! - заставили подписать протокол, который они составили по собственному усмотрению.

Пытка - это когда тебя привязывают к креслу и сдавливают до тех пор, пока... трещит голова, и грудь стеснена до таких пределов, что невозможно дышать.

Анна Липина:

Такие специфические заведения, как вытрезвители, создавались для того, чтобы оказать медицинскую помощь людям, находящимся в состоянии алкогольного опьянения и подвергающим свою жизнь риску. Но реальность, в которой десятки лет функционировали медвытрезвители в СССР, а затем и в России, оказалась далека от гуманистического принципа, заложенного когда-то в основу этой идеи.

Пытаясь разобраться в ситуации и помочь пострадавшему от милицейского произвола человеку, правозащитники обратились в Управление внутренних дел Псковской области с просьбой предоставить документы, регламентирующие деятельность медицинских вытрезвителей и их персонала. Среди таковых - "Положение о медвытрезвителе", протокол результатов медицинского осмотра, таблица дифференциальных признаков степени алкогольного опьянения, инструкция о порядке применения спецсредств.

На официальный запрос Надежды Дановской министр внутренних дел Российской Федерации Владимир Рушайло поручил начальнику УВД Псковской области Виктору Дацюку) разобраться в конфликте псковских милиционеров с псковскими правозащитниками, но до сих пор в УВД области размышляют, предоставлять ли общественности ведомственные инструкции с грифом "Для служебного пользования".

Пока же замначальника УВД области Петр Крупеня в последней беседе с правозащитниками заявил, что правительство Российской Федерации в ближайшее время предпримет попытку реорганизовать учреждения по вытрезвлению граждан. Правозащитникам был даже предъявлен проект соответствующего постановления, однако стороны согласились с неизбежностью встречи в суде, если к ноябрю этого года ситуация с соблюдением прав человека в псковских медвытрезвителях не улучшится.

Для Радио Свобода - Анна Липина, Псков.

Илья Дадашидзе:

Екатеринбургских правозащитников пытаются изгнать из собственных квартир.

Слово Сергею Кузнецову.

Сергей Кузнецов:

О том, что давнее противоборство екатеринбургской мэрии и активистов правозащитного общества "Сутяжник", оказывающего большому числу жителей города и области бесплатные юридические услуги и консультации, и ведение дел в суде; о том, что это противоборство вышло на принципиально новый уровень, - стало понятно, когда Кировский федеральный суд областного центра принял решение о лишении представителей этой правозащитной организации права собственности на жилые помещения, в которых с недавних пор размещены не только офисы "Сутяжника", но и Уральская академия по правам человека и старейший в регионе Уральский профсоюзный центр.

Решение работать в своих жилых квартирах правозащитники приняли после длительных, неоднократных и безуспешных попыток найти в полуторамиллионном Екатеринбурге более удобное помещение. Однако здесь, по иронии судьбы, одна из приобретенных ими квартир находилась на одной лестничной площадке с квартирой судьи Кировского федерального суда Сергея Мамаева, в советское время принимавшего активное участие в расправе над правозащитниками и диссидентами, а теперь - резко протестовавшего против нахождения под одной крышей с людьми, которым он некогда выносил весьма суровые приговоры.

Неожиданно весной этого года, без предварительного уведомления и в отсутствие самих собственников помещений, Кировский суд принимает решение о продаже с публичных торгов трех квартир по адресу Тургенева, 11, после чего судебный пристав-исполнитель отдает соответствующим службам распоряжение об отключении в этих квартирах электричества, газа и воды, а также телефонной связи, угрожая, в случае продолжительного упрямства собственников недвижимого имущества, захватить его с помощью прославленного екатеринбургского ОМОНа.

О юридической подоплеке этого беспрецедентного - даже по провинциальным меркам - судебного дела рассказывает президент общественной организации "Сутяжник", ректор Академии по правам человека Сергей Беляев.

Сергей Беляев:

Российское законодательство подразумевает наличие нежилого фонда и жилого фонда в личной собственности граждан. И разного рода подзаконные акты регулируют процедуру перевода помещения из жилого в нежилое, и жилого - в нежилое.

Мы столкнулись с тем казусом, что ни один федеральный закон не регулирует ни процедуру, ни порядок перевода, изменения статуса личной собственности граждан, то есть, их квартир или их нежилых помещений.

Сергей Кузнецов:

Однако по распоряжению мэрии сама процедура перевода жилого помещения в иной статус обставлена такими юридическими рогатками, что ее успешное окончание полностью зависит от хорошего расположения соответствующего муниципального чиновника к владельцу собственного жилья.

Сергей Беляев:

Нужно ведь получить разрешение у мэрии на то, чтобы начать собирать документы для того, чтобы сдать опять же мэрии, чтобы та, подумав, приняла решение - разрешить мне здесь просто поменять статус помещения моей личной собственности?

Сергей Кузнецов:

В конечном итоге решение районного суда, основанное на абсолютно незаконных распоряжениях екатеринбугской мэрии, было отменено Свердловским областным судом. Однако судебные исполнители почему-то настойчиво продолжают его выполнение и ведут переговоры с различными коммерческими структурами о покупке квартир правозащитников, в одной из которых по-прежнему отключены вода и электричество.

По мнению Сергея Беляева, такие действия свидетельствуют о - по меньшей мере, странных - взаимоотношениях екатеринбургской мэрии с одним из районных судов, принимающим решения в пользу чиновников. Именно в этом суде мэр Екатеринбурга Аркадий Чернецкий выиграл несколько лет назад иск о защите чести и достоинства на сумму в один миллион рублей. Именно здесь общество "Сутяжник" было оштрафовано в пользу мэрии на внушительные 50 миллионов. И председатель именно этого, Кировского федерального суда Екатеринбурга, является руководителем фонда "Фемида", получающего щедрую поддержку от городских чиновников.

XS
SM
MD
LG