Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Права человека

  • Илья Дадашидзе

"Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и должны поступать в отношении друг друга в духе братства". Статья 1 Всеобщей декларации прав человека.

В этом выпуске:

- Дело курского фермера Владимира Жигалева продолжается.
- Западная печать о правах человека и свободе слова.
- Правозащитные новости недели.
- Чечня: право на образование.
- Оправдание капитана Никитина президиумом Верховного суда России


Александр Никитин:

Отличное у меня самочувствие, и настроение - отличное.

В душе я все-таки рассчитывал на это решение, и я бы не сказал, что оно было для меня неожиданным. Но мы очень осторожно относились к этому процессу, потому что мы знали о том, что некие политики, близкие к президенту, очень заинтересованы, чтобы было другое решение. Эти люди сопротивлялись. И они сопротивлялись до последнего.

Илья Дадашидзе:

Год назад наша передача уже рассказывала слушателям о судьбе курского фермера Владимира Жигалева, преследуемого местными властями. Ныне дело Жигалева получило неожиданное и трагическое продолжение. Впрочем, неожиданное ли?

О деле курского фермера Жигалева рассказывает Владимир Долин.

Владимир Долин:

3 августа прошлого года девятнадцатилетний сын фермера из деревни Немчи Курской области Алексей Жигалев выстрелом из охотничьего ружья убил своего односельчанина Анатолия Козюлькина. 10 марта судебная коллегия Курского областного суда вынесла приговор. Цитирую: "По совокупности преступлений окончательное наказание Жигалеву Алексею Владимировичу назначить путем частичного сложения - 17 лет лишения свободы с конфискацией имущества, без штрафа, исчисляя срок отбытия с 3 августа 1999 года".

У этого, на первый взгляд, банального преступления - своя предыстория. Отец Алексея Владимир Жигалев всегда стремился крестьянствовать самостоятельно. Еще при Советской власти возглавил один из первых в области арендных коллективов.

Ему слово.

Владимир Жигалев:

Убедился я, что можно на земле работать безубыточно. И я больше чем уверен - все то, что говорят... что земля не может давать доходов, это - вранье.

Но арендный коллектив был ликвидирован из-за того, что мы стали невыгодны райкому партии и руководителю хозяйства. Первый секретарь райкома Демидов вызвал и сказал, что - "вы просто невыгодны, потому что в обкоме спрашивают, почему у них высокие такие результаты".

Владимир Долин:

Демидов. Запомним эту фамилию.

В годы перестройки Владимир Жигалев часто выступал против первого секретаря райкома и немало способствовал тому, что выборы, на которых Иван Демидов баллотировался в главы районной администрации, тот с треском проиграл. Но в 1996 году Демидов все же возглавил администрацию района. На этот пост он не был избран. В Курской области главы администраций районов не избираются населением, а назначаются губернатором.

Именно после того, как Демидов занял привычный кабинет, по странному стечению обстоятельств, и начались трудности у фермерского хозяйства "Луч", принадлежавшего Владимиру Жигалеву. В июне прошлого года корреспондент Радио Свобода Андрей Бабицкий рассказал о мытарствах курского фермера в нашей передаче.

Вот фрагмент репортажа Бабицкого.

Андрей Бабицкий:

Путешествуя по судам различных инстанций, к 1997 году он добирается до Брянского федерального арбитражного суда, который отменяет все постановления главы администрации бывшего Солдатского района Курской области Ивана Демидова и восстанавливает Владимира Жигалева в правах собственника земли и владельца фермерского хозяйства.

Но что толку? Бывшие работники несуществующего после решения суда фермерского хозяйства "Волна" уже успели растащить технику и имущество. Поскольку собственность расхищена, Жигалев обращается в милицию и прокуратуру. Различные милицейские чины, признавая факт хищения, тем не менее, забрать технику не торопятся. "Будет приказ из района, - прямо говорит начальник милиции, - тогда и начнем действовать".

Но наиболее оригинальную точку зрения высказала районный прокурор Надежда Кожухова. Ознакомившись с обстоятельствами дела, она заявила Жигалеву, что факт кражи отсутствует, а имеется лишь "отдача в незаконное владение". Если следовать прокурорской логике, то воровства в России нет. Просто люди берут в "незаконное владение" деньги, машины, ценности и так далее.

Владимир Долин:

Когда в 1992 году Жигалев стал фермером, ему казалось, что исполнилась мечта всей его жизни. Как положено, составил устав, по которому главой и единоличным собственником хозяйства стал он, Владимир Жигалев. В соответствии с уставом по государственному акту получил землю, всего 345,9 гектара земель, в том числе: в собственность 30,9 гектара, в пожизненно наследуемое владение - 315 гектаров. Жигалев нанял пять работников. Те расписались под уставом, тем самым подтвердив свое согласие с ним.

Работа пошла успешно. Под урожай Жигалев брал кредиты, на них закупал технику. По кредитам платил, платил и зарплату работникам. Но в 1996 году он обнаружил, что работники подворовывают зерно, да к тому же прогуливают работу. Недолго думая, он увольняет четверых нерадивых работников. Но те с решением главы и собственника фермерского хозяйства не согласны. Мало того, они претендуют на свою долю собственности в хозяйстве "Луч".

Как по заказу, на свет появляется новый акт на землю. Из него следует, что 315 гектаров земель, выделенных Жигалеву в пожизненное наследуемое владение, в равных долях делятся между ним и его наемными работниками - по 52 с половиной гектара. Таким образом, те, наряду с Жигалевым, становятся владельцами не только земли, но и фермерского хозяйства.

Постановление главы администрации об изменении акта на право собственности датировано задним числом и обосновано заявлением, которое Владимир Жигалев не писал.

Уже в этом году администрация района отменяет оба ранее выданных Жигалеву акта, и он получает в пожизненное наследуемое владение все те же 315 гектаров. О праве собственности - в акте ни слова. Так в одном отдельно взятом районе власть отменила закрепленное в конституции Российской Федерации, которая, кстати, имеет прямое действие, право на землю.

Новоявленные члены фермерского хозяйства землей не удовлетворились, а явочным порядком разделили и принадлежащую хозяйству технику.

Владимир Жигалев:

По поддельным документам они продали технику, даже новые детали сдавали в металлолом. Гусеницы ни разу на тракторе не стояли, они грузят и отвозят в металлолом. Инвентарь продают. Но никто - никакого внимания.

Владимир Долин:

За эту технику Жигалев и по сей день расплачивается по кредитам и платит налоги. Все документы на эту технику находятся у него.

Владимир Жигалев:

Техника была приобретена на кредиты, которые я брал в банке, за которые я еще до сих пор не рассчитался и до 2005 года буду рассчитываться. Эта техника вся приобретена. Документы все находятся у меня.

Покупая технику, нам ворочали НДС.... Да ее продать нельзя без налоговой инспекции, потому что при продаже должен каждый вернуть государству 20 процентов, которые государство возвращало. Ее нельзя продавать, потому что даже эту технику ты за такую сумму не продашь, какую должен заплатить в налоговую. Это же бессмысленно.

Согласно закону о крестьянско-фермерском хозяйстве, даже при выходе членов хозяйства - и то техника не подлежит дележу. Ни техника, ни земля.

Владимир Долин:

Так с благословения властей завершилась экспроприация фермерского хозяйства.

Самое удивительное, что и после этого у Жигалева руки не опустились. Лишившись техники, он все равно продолжал работать на земле. Да и не в земле, как думает Владимир Жигалев, дело.

Владимир Жигалев:

Да никому моя земля не нужна. Ее кругом пустует... Просто решили уничтожить, вот... кто может работать на земле. Уничтожить.

Владимир Долин:

Не нужен властям свободный труженик на земле. В этом корни трагедии, мимо которых прошел суд.

Рассказывает Владимир Жигалев.

Владимир Жигалев:

1997 год, 1998 год. Мы двое с сыном, как-то занимая деньги, не имея техники, которая была захвачена бывшими наемными работниками, все-таки умудрялись сеять. Сеять-то мы сеяли. Но из-за того, что комбайны... два комбайна были захвачены наемными работниками, урожай фермерского хозяйства гиб.

Да, я не скрою, семья в бедственном положении была. Даже хлеба не было, не то, что там что-то купить. Ну, над сыном ровесники подтрунивали, посмеивались. Посмотри, мол, катаются за ваш счет... приобретенные... на приобретенных легковых машинах, на вашей технике работают, получая большие деньги. А ты ходишь - раздетый, разутый.

Ну, тут случилось еще...меня вдобавок избили. Я попал в больницу с переломом ребер. И в один прекрасный момент они... Козюлькин избил моего сына. Сын пришел и говорит: "Так и так. Вот Козюлькин сказал, что, если ты не подпишешь технику им, они у тебя заберут последнюю...".

В один день мы уехали с женой в Курск. Сын вскрыл сейф (у меня было ружье) и просто-напросто пошел к этому Козюлькину. Что там произошло, как там было.... В общем, в результате двух выстрелов Козюлькин был убит.

Владимир Долин:

Действия Алексея Жигалева в приговоре объясняются хулиганскими и корыстными мотивами. Корысть усматривается в "попытке завладения чужой собственностью", то есть, техникой, которая на самом-то деле принадлежит его отцу. Именно корыстные мотивы, якобы присутствовавшие в действиях Жигалева, позволили суду квалифицировать его действия по части второй 105-й статьи Уголовного кодекса, по которой предусмотрено наказание вплоть до смертной казни. По первой части этой статьи предел наказания - 15 лет.

Вот что думает о деле Алексея Жигалева заместитель председателя Совета при президенте Российской Федерации по вопросам совершенствования правосудия Сергей Вицин.

Сергей Вицин:

Это одна из нередких в наше время трагедий, связанных с тем, что до сих пор в нашей стране не урегулированы земельные отношения. Нет Земельного кодекса, хотя, как известно, конституция Российской Федерации прямо предусматривает, что граждане и их объединения имеют право на землю, имеют право иметь ее в частной собственности.

В данном случае это утверждение может показаться несколько далеким от обстоятельств дела, ведь, по существу, речь идет об убийстве. Но предыстория вопроса как раз подтверждает, что вследствие того, что люди, имеющие намерение заняться фермерским хозяйством, фермерской деятельностью, оказываются в поле правовой неопределенности... И вот, в данном случае я даже склонен считать, что квалификация преступления, совершенного Жигалевым Алексеем Владимировичем, не совсем точна потому... я имею в виду, в той части, где речь идет о разбойном посягательстве на имущество; так вот, она неверна уже хотя бы потому, что предметы техники (трактора, которые якобы он хотел отнять путем разбоя у потерпевших)... ведь не подтверждена их принадлежность потерпевшим.

Суд не выяснил, являются ли владельцы этого имущества его собственниками. И это, конечно, будучи предметом рассмотрения в суде, могло, конечно, в ином свете выявить все эти обстоятельства.

Потому я полагаю, что доказать цель хищения в данном случае обвинению и суду не удалось. Дело в том, что на самом деле -, ведь это была их техника, техника его отца. И еще раз хочу сказать то, что это хозяйство, их фермерское хозяйство было не судебным решением, а решением в сфере исполнительной власти, местными органами ликвидировано... А уже одно то, что отец обвиняемого прошел через сорок судебных процессов по поводу земли, по поводу раздела имущества, уже это должно было каким-то образом оказаться в сфере внимания суда.

И, кроме того, я полагаю, что, конечно, такая мера наказания, как 17 лишения свободы.... Конечно, преступление ужасное - убит человек, отец семьи, но, тем не менее, не учитывать те обстоятельства, которые привели к этой трагедии, - конечно, нельзя. Самое важное, что прошла мимо внимания суда вся предыстория. А закон обязывает и органы предварительного следования, и суд выяснять причины и условия совершения каждого преступления.

Владимир Долин:

Беззаконие и преступное бездействие властей стало причиной трагедии в курской деревне Немчи.

Илья Дадашидзе:

О деле курского фермера Владимира Жигалева рассказывал Владимир Долин.

Обзор "Западная печать о правах человека и свободе слова" ведет Владимир Ведрашко.

Владимир Ведрашко:

Праву человека на заслуженный отдых по старости посвящает большую публикацию американская газета "USA-Today".

За последнее десятилетие, по мере увеличения национального богатства и развития сферы социальных гарантий, в Соединенных Штатах все большее количество граждан уходят на пенсию до наступления шестидесятилетнего возраста. Планировать собственный уход на пенсию каждый человек может, начиная с любого возраста, применяя специально разработанные методики расчетов своих финансовых ожиданий. Поэтому, например, если спросить тридцатишестилетнего клерка о его планах на будущее, можно услышать в ответ, что он собирается выйти на пенсию в возрасте пятидесяти двух лет.

Никаких прекраснодушных мечтаний в таком заявлении нет, пишет газета. Для прогнозирования собственного будущего достаточно ответить на специальные вопросы анкеты, которую каждый может найти в Интернете. Конечно, ответы вы получите в соответствии с теми данными, которые сами о себе напишете, говорится в статье, и поэтому реальность может отличаться от ваших субъективных оценок. Американские пенсионеры отмечают, что за свое благополучие не волнуются, испытывают особое удовольствие от факта, что сами стали себе хозяевами.

Газета затрагивает еще один аспект прав человека в Америке. Речь идет об унижении достоинства детей. Об этом пишет в редакцию читательница из города Атланта. Цитирую: "Мой сын является участником школьной музыкальной группы. Во время отдыха в летнем лагере он подвергался такому обращению, которое я не могу назвать иначе, чем посягательство на достоинство ребенка. В соответствии с лагерным распорядком дня и инструкциями старших, ему приходилось выстаивать два часа под палящим солнцем, непрерывно стучать палочками по тяжелому барабану, который висел у него на плечах. При этом у него даже не было возможности попить воды. Находились любители отбирать палочки у моего сына, выбрасывать их через высокий забор и приказывать в течение тридцати секунд разыскать их и вернуться на место. Подобное обращение продолжалось и за пределами музыкальной площадки. Мой ребенок стал участником выступления на стадионе перед футбольным матчем и во время перерыва между таймами. Дети провели под солнцем несколько часов и получили за это время только по маленькой бутылке воды. Конечно, другие мне могут сказать: заберите мальчика из оркестра, если вам не нравится, как с ним обращаются. Я бы так и сделала, но есть одна загвоздка: мой сын действительно любит играть на барабане и не хочет покидать оркестр. Почему же с ним так жестоко обращаются?"

Это было письмо читательницы в американскую газету "USA-Today".

Французская газета "Либерасьон" помещает сообщение о побеге из Северной Кореи известного скрипача-виртуоза Ким Йонг Ука. Тридцативосьмилетнему отцу семейства вместе с женой и восьмилетней дочерью удалось достичь Южной Кореи, где они попросили убежища у властей этой страны. Интересно, что с 1989 года Ким Йонг Ук выступал перед высшими государственными деятелями северокорейского режима.

В другой публикации та же газета сообщает о новом групповом побеге эмигрантов из Азии, а именно - из Афганистана и Турции. Тридцать семь человек попытались нелегально пересечь Ла-Манш внутри грузового автомобиля на борту парома. Судно направлялось в порт Дувр, где британская полиция и обнаружила беглецов. Водитель грузовика взят под стражу, а эмигранты немедленно потребовали предоставления им политического убежища.

Оба сообщения напечатаны во французской газете "Либерасьон".

Вильнюсский еженедельник "Литовский курьер" напечатал статью под заголовком "Россия не забывает солдат Великой Отечественной войны". В ней, в частности, говорится: "В конце августа в поселке Рудомино Вильнюсского района состоялось торжественное открытие обновленного и отреставрированного кладбища воинов Советской Армии, погибших в годы Великой Отечественной войны. Еще пару месяцев назад оно являло собой жалкое зрелище: неухоженные могилы, обезображенный, полу-разбитый памятник. Нельзя было без чувства горечи пройти мимо могил воинов, отдавших жизни за освобождение Литвы от фашистов", пишет газета. Теперь могилы и памятник отремонтированы и приведены в порядок на средства федерального бюджета России - в рамках целевой программы по восстановлению и обустройству воинских захоронений в странах Центральной и Восточной Европы.

В заключение в статье говорится: "Мы не можем сегодня сполна отдать ветеранам все, что громко обещали за последние 55 лет. Мы не можем помочь им жить достойно их жизни. Но они, живущие, должны знать, что потомки будут помнить об их подвиге. Их труд не пропал даром. Воинские кладбища не зарастут травой".

Это было изложение публикации в вильнюсской газете "Литовский курьер".

Британское издательство "Пенгуин" выпустило книгу "Преступления против человечества. Борьба за правосудие в глобальном масштабе", автор Джеффри Робертсон. В издательской аннотации этой книги говорится, что она представляет собой (цитирую) "Драматичное описание эволюции идей прав человека вплоть до ее кульминации, выразившейся в бомбардировках Сербии, то есть наказании этого государства за совершенные им преступления". Конец цитаты.

Книга рассматривает современную концепцию прав человека в историческом, философском аспектах в тесной взаимосвязи с нормами международного права и международной политической практикой.

Илья Дадашидзе:

Обзор "Западная печать о правах человека и свободе слова" подготовил и вел Владимир Ведрашко.

Правозащитные новости недели подготовила и читает Анна Данковцева.

Анна Данковцева:

Международный комитет Красного Креста приступил к оказанию медицинской помощи населению Чечни. В пресс-релизе комитета сообщается, что в реализации принимает участие чеченский комитет Российского общества Красного Креста. Согласно документу, стационарный медпункт будет находиться в Грозном. Еще три мобильных медпункта будут передвигаться по безопасным населенным пунктам на территории Чечни. Медицинский персонал, участвующий в программе, - сотрудники местного комитета Красного Креста. С начала года в Дагестане и Ингушетии медики Красного Креста оказали помощь почти 30 000 беженцам, в том числе 11 000 детей.

Союз журналистов России расценивает снятие с эфира Общественного российского телевидения "Авторской программы Сергея Доренко", как акт политического вмешательства в деятельность средств массовой информации. В распространенном заявлении Союза говорится, что отстранение Доренко от эфира произошло не по причинам морального или профессионального характера и продемонстрировало нежелание власти считаться с нормами закона. В заявлении подчеркивается, что Союз журналистов защищает подлинную свободу слова в России и само существование альтернативных каналов информации, независимых от производства чиновников.

Известный российский предприниматель Борис Березовский обвинил российское руководство в систематическом нарушении свободы слова. Березовский выступил с этим заявлением на радиостанции "Эхо Москвы" после того, как руководство ОРТ отменило субботнюю передачу Сергея Доренко. По словам Березовского, это решение ясно показывает, что правительство начало целенаправленную кампанию с целью подавления свободы средств информации. Ранее Березовский объявил о намерении передать контролируемые им 49 процентов акций ОРТ в доверительное управление известным представителям творческой интеллигенции. Генеральный директор телекомпании НТВ Евгений Киселев отказался от этого предложения. В то же время он поддержал заявление Березовского об угрозе СМИ и свободе слова в России.

11 сентября военный суд Киргизии отменил оправдательный приговор лидеру оппозиционной партии "Арнамыс" Феликсу Кулову. Он обвинялся в превышении служебных полномочий, будучи министром национальной безопасности в 1996 году. 7 августа этого года суд Бишкекского гарнизона оправдал Кулова. Адвокаты считают решение военного суда Киргизии незаконным и намерены обжаловать его в Верховном суде.

Сторонники оппозиции, призывающие к бойкоту парламентских выборов в Белоруссии, могут быть приговорены к двум годам тюремного заключения, заявил глава одного из управлений Министерства юстиции Михаил Сухинин. Оппозиция назвала назначенные на 15 октября выборы политическим фарсом. Сухинин сказал, что призыв к бойкоту может быть классифицирован властями, как попытка нарушить гарантированное конституцией право белорусских граждан на участие в выборах.

В Молдове временно лишены лицензии на вещание радиостанции, ретранслирующие передачи российских радиостанций "Серебряный дождь" и "Европа Плюс". Молдавские власти обвиняют их в нарушении закона о телевидении и радио, которые обязывают 65 процентов вещания вести на государственном языке. По мнению заместителя директора телекомпании "ТВС 21 Ведомости" Рудике Крецу, за этим решением стоят экономические интересы, и речь идет о переделе рынка рекламы. Лицензию могут отобрать еще у почти десяти каналов, ретранслирующих российские теле- и радиопрограммы. Они числятся в списке получивших последнее предупреждение.

Московский городской суд отложил на 19 сентября рассмотрение апелляции американского бизнесмена Эдмонда Поупа, обвиняемого в шпионаже. Поуп требует отменить решение Лефортовского суда, отказавшегося изменить ему меру пресечения и освободить из-под стражи. По словам адвоката Павла Астахова, рассмотрение дела перенесено, так как Поуп пожелал лично присутствовать на заседании суда. Защита настаивает на изменении меры пресечения, так как Поуп болен раком и нуждается в специальном медицинском обследовании.

Базирующийся в США Национальный институт международных отношений заявил, что введенный в Киргизии экзамен по государственному языку для кандидатов в президенты не дает возможности признать свободным и честным процесс выборов главы киргизского государства. В заявлении института отмечено, что шесть кандидатов в президенты не сдали экзамен по киргизскому языку, при этом условия тестирования не были объявлены публично. Нынешний президент Киргизии Аскар Акаев успешно сдал экзамен, написав изложение, с выражением прочитав стихи и объяснив экзаменационной комиссии смысл народной поговорки о вреде подхалимства.

Илья Дадашидзе:

Правозащитные новости недели подготовила и прочитала Анна Данковцева.

Единственным богатством школ Чечни, где нет ни учебников, ни классного оборудования, были и остаются учителя. Об их жизни, полной нищеты и лишений, в репортаже корреспондента "Новой газеты" Анны Политковской, подготовленном специально для программы "Человек имеет право".

Анна Политковская: Нынешняя чеченская жизнь опутана огромным числом мифов, выгодных власти. Самый стойкий из них следующий: школы в Чечне якобы не работали уже десять лет подряд, учителя разбрелись, а ученики-недоучки бегают по горам с автоматами.

Накануне нового учебного года я проехала десятки школ в Грозном, Гудермесе, Аргуне, больших и маленьких селениях. Картина действительно безрадостная. Нет ни одного целого школьного здания. Везде следы боев, прямых попаданий, погромов.

Однако так же везде учителя показывали мне списки выпускников 2000 года, их экзаменационные баллы, классные журналы. Несмотря ни на что, школы отчаянно готовились и к 1 сентября.

Али Ахмадович Керимов, директор школы № 2 селения Новые Атаги в Шалинском районе, ведет меня во двор, чтобы продемонстрировать свое собственное школьное фортификационное сооружение. Вокруг всей школы по периметру вырыт окоп глубиной полтора метра, шириной до двух. Али Ахмадович придумал все это сам для безопасности школы и детей, чтобы никто - ни боевики, ни федералы - не смогли так просто проникнуть на "территорию знаний", как он говорит. И чтобы укрыться всем, когда начинается обстрел.

В этой школе занятия прекращались лишь на время самых тяжелых боев. 1 сентября 721 ученик в три смены приступили к занятиям. К новому учебному году старшеклассники под руководством директора углубили и расширили свой окоп. На всякий случай.

Новоатагинский школьный окоп - это символ нынешней системы чеченского школьного образования. Она выживает сама по себе, без помощи извне, только благодаря чеченским учителям. Это - тысяча с небольшим человек, голодных, разутых, раздетых, но фанатично верящих в свое предназначение - спасти нацию от невежества, вымирания и бандитизма.

Хурма Вахаевна Ескиева - учительница русского языка и литературы школы № 1 города Гудермеса. Она рассказывает, что ей постоянно нечего есть.

Хурма Ескиева:

Я поднялась в библиотеку, я задыхалась. Я говорю библиотекарю: "Я там просто бежала так". Она говорит: "Ты задыхаешься?" Я говорю: "Да". "Бедная. Все учителя ко мне приходят и говорят: пока они до третьего этажа добираются, они задыхаются". Представляете, до чего?..

Просто у нас единственное... в школе, что нас держит, это большая любовь к детям нашим. У нас очень милые, очень хорошие дети. Если мы их не будем учить, кто их будет учить? Кто к нам придет?

Анна Политковская:

Хавра Юсуповна Гайтаева - завуч той же школы, преподаватель истории с двадцатилетним стажем.

Хавра Гайтаева:

...нету вот навыков для бизнеса и так далее. И в данном случае, например, мне, как педагогу, двадцать лет проработавшей в школе, мне очень тяжело сейчас, как и многим... всем нашим учителям.

Зарплата у нас была вот апрельская в июне. Я вот на двух ставках - я заместитель директора по воспитательной работе и плюс еще ставка учителя. И плюс классное руководство. Со всем этим я получаю 1 200, вот.

Получая эти зарплаты, мы как-то выбивались.... Вот я вот своей семье... после того, как вот прекратили выплачивать зарплату, вообще, морально мы просто подавлены, учителя. Каждый Божий день каждый учитель школы жил с надеждой, что завтра получит эту зарплату.

Очень тяжело нам в нынешней ситуации приступить к работе. Только когда вот мы начали занятия (а занятия мы начали где-то с первого декабря), нам обещали вот подъемные. Сначала в пределах семи тысяч рублей, потом уже пяти, трех. А в итоге вообще ни рубля не выплатили. И гуманитарную помощь мы получили - полтора килограмма на одного человека.

Анна Политковская:

Говорит Хурма Вахаевна Ескиева.

Хурма Ескиева:

Я, учительница, полола на гектаре. Тут не верили.... Представляете? Я там пропалывала весь месяц отпускных. Это мороженое начала я, учительница, таскать оттуда, чтобы продавать. Представляете? На этом я живу.

Я не знаю, как жить дальше.

Анна Политковская:

И опять Хавра Юсуповна Гайтаева.

Хавра Гайтаева:

Кушать нечего. Одеться не во что. И как нам в таких условиях приступить.... Пожалуйста, 1 сентября.

Анна Политковская:

Все то же самое рассказывали о своем житье-бытье директора обеих новоатагинских школ, Амжет Ахмедович Исаев и уже знакомый нам строитель окопов Али Ахмадович Керимов. Оба охраняли свои школы во время боев, будто бы они сторожа. Только благодаря им сохранилась часть классов, и можно было начинать новый учебный год.

Но надо чем-то питаться и им, а на сельском базаре педагогам стоять неприлично. А другого способа заработать в Чечне сейчас не существует.

Большинство чеченских учителей - из потомственных педагогических семей. Например, у Хурмы Вахаевны в семье (очень известной в республике) еще шесть педагогов. Все сидят без зарплат. Помочь друг другу возможности не имеют, бедствуют. Многие учителя серьезно болеют. Во время боев они сторожили школы от мародеров. Пережили страшные месяцы. Это не прошло даром.

Сегодня сердечники - почти все. Впрочем, как и их ученики, остававшиеся и в селах, и городах в прошлом учебном году. На уроках теряют сознание то учителя, то ученики.

Завуч Хавра Юсуповна Гайтаева тяжело больна - у нее онкологическое заболевание. Однако даже лечиться она не может. Даже это естественное человеческое право - поддерживать свое здоровье - утрачено сегодня в Чечне.

Когда Хавре Юсуповне стало особенно плохо, она решила всеми правдами и неправдами добраться до Москвы на обследование. Заняла денег, села в поезд "Кисловодск - Москва", который, к ее несчастью, шел через украинскую территорию. Украинские таможенники на станции Лавайской ее просто нагло ограбили. Когда она стала говорить таможенникам "Ведь я-то еду из-под бомбежек. Как вы можете? Вот мой диагноз, вот мои справки", ей ответили: "А ваш Басаев тоже ведь может".

Хавру Юсуповну обвинили в том, что делает Басаев.

Что теперь делать? Выплатить долг, двести долларов - для Хавры Юсуповны абсолютно нереально. Нищета прогрессирует.

Поражает позиция власти. Весной в Чечню приезжали и Валентина Матвиенко, вице-премьер российского правительства по социальным вопросам, в чьем ведении школы страны, и министр образования России Владимир Филиппов и его заместители. Они много тогда наобещали. Это было время активного федерального "прикармливания" Чечни. Учителя воспряли.

Дело пошло даже дальше разговоров. В июле российское правительство выпустило распоряжение № 10-75 о финансировании чеченских школ. Согласно этому документу, учителям выдали зарплату - 1 445 000 рублей, отпускные - 1 209 000 рублей, на текущий ремонт школ - 23 325 000 рублей, и на оборудование школ 7 000 000. Однако распоряжение не выполняется. Деньги пришли в Моздок, а дальше не тронулись.

Особый разговор - снабжение школ. Ребенок должен сесть на стул за парту, взять в руки книгу. В 1-й гудермесской школе учебников - не более пяти на класс в тридцать человек. И Губермес не исключение, а подтверждение правила. Все то же самое и в других чеченских школах. Нет ни книг, ни пособий, ни даже стульев с партами.

С Вахитом Даудовичем Ганшуевым, директором школы селения Иласхан-Юрт Курчалоевского района, мы идет длинным коридором второго этажа. Все стены в глубоких трещинах после обстрелов. Очень смахивает на пещеру. Наша цель - крошечная бытовка, где под замком хранится новое оборудование, полученное к 1 сентября. Как тут говорят, из Москвы. (Напомню, на школьную мебель по правительственному постановлению выделено 7 000 000 рублей.) На двери, которую отпирает директор, детской рукой написано "Последний крик "Титаника". Очень точно. В комнате 19 столов и 38 стульев. На 617 учеников.

Однако это еще не вся печаль. Заведомые измывательства - вот настоящее несчастье. Если человеку дополнительно не объяснить, что тут к чему, он вообще вряд ли поймет, какого назначения эти железки, обернутые бумажками. То бишь, новые столы и стулья. Потому что это только их остовы, некомплект. Нет ни одной деревяшки - ни спинок, ни сидений, ни крышек. А также болтов, гаек, шурупов. Некомплектом одарены все чеченские школы.

Учителя с горечью говорили о том, что по-прежнему не чувствуют никакого позитивного дыхания России, только насилие и издевка. Они уверены - это опасно. Сейчас, в сентябре 2000 года, решается вопрос, каким будет молодое поколение Чечни к 2015 году. Остановит ли оно свой выбор на автомате или книге. В конце концов, будет ли тогда новая война.

Пока, увы, Москва не дает Чечне права на образование, какие бы красивые слова сегодня при этом ни звучали. Единственные люди, которые пытаются закрыть собой эту амбразуру, чеченские учителя. Они боятся одного: им может не хватить сил говорить о будущей жизни с учениками так, как они должны - без ненависти, с одной только любовью, вопреки всему.

Вот как говорит об этом гудермесская учительница Хурма Вахаевна Ескиева.

Хурма Ескиева:

Я стараюсь, наоборот, обходить эту тему, потому что мы видели, как на наших глазах убивали. Наши дети видели, как по нам стреляли.... бомбили. Дети - они не любят военные темы. Мы стараемся... классные часы я проводу на темы "Что такое дружба", допустим, солидарность, товарищество... одноклассник однокласснику... Что для нас школа, класс...

Я так считаю. Вот русский, допустим, англичанин, француз, чеченец... Мы же не по своей воле все появились на этот свет, так же? Я так считаю, что и христианин, и мусульманин... что они созданы не для того, чтобы мы воевали друг с другом. У каждого человека есть свое предназначение в жизни. Мы должны какую-то пользу принести обществу, друг другу. Мне кажется, нации вот эти - как цветы. Красота... Правда? Все они по-своему же красивы. Так же я считаю, что все нации по-своему красивы.

У меня, слава Богу, тьфу-тьфу-тьфу, у меня против вот русских... я не ожесточена. У меня в классе был русский ученик. В классе я детям как объясняю? "Дети, вот он, один русский мальчик, допустим, нас много, допустим. Мы не вправе, допустим, обижать его... Нам не было обидно... Нас обижают много. Вот, допустим, в России чеченец. Русских там много. Нас мало. Если нас обидят, это честно будет?" И когда им объясняешь, вот, что это нечестно, они понимают.

Я так считаю, что это какая-то неведомая сила толкает нам именно, чтобы мы были друг против друга. Я не хочу этого.

Илья Дадашидзе:

Это был репортаж Анны Политковской. 13 сентября президиум Верховного суда России отклонил протест Генеральной прокуратуры по делу капитана 1 ранга в отставке Александра Никитина, обвинявшегося ФСБ в измене Родине и разглашении государственной тайны. Оправдательный приговор, вынесенный Никитину судом Санкт-Петербурга и коллегией Верховного суда, подтвержден окончательно и обжалованию не подлежит. В деле Никитина, к которому на протяжение четырех с лишних лет регулярно обращалась Радио Свобода и в частности программа "Человек имеет право" поставлена точка.

С подробностями - Елена Фанайолова.

Елена Фанайлова:

Напомню, что поводом для возбуждения уголовного дела против эколога Александра Никитина послужил его доклад для норвежской экологической организации "Беллуна". Дело Никитина, обвинявшегося в разглашении государственной тайны, то есть в шпионаже, тянулось четыре с половиной года, оказалось в центре общественного внимания, и, несмотря на попытки объявить Никитина изменником Родины, закончилось оправдательным приговором Санкт-петербургского городского суда. Приговор был подтвержден Верховным судом России. Однако заместитель Генерального прокурора России направил протест в адрес Верховного суда. 27 июля слушание дела было отложено под предлогом отпуска одного из судей.

Сегодня, до начала судебного заседания, мы спросили у Александра Никитина о его реакции на попытку Генпрокуратуры отменить оправдательный приговор.

Александр Никитин:

Я был очень удивлен, потому что все-таки думал, что Генеральная прокуратура - это тот орган, который должен серьезно подходить к проблемам и тем более, когда они апеллируют к президиуму Верховного суда.

Мы опасаемся, как бы, что тут юридическая сторона ни при чем, а больше политическая составляющая. Когда начинают политики решать эти вопросы, то от юристов уже ничего не зависит.

Елена Фанайлова:

Адвокат Александра Никитина Юрий Шмидт также опасался политического влияния на сегодняшнее решение суда.

Юрий Шмидт:

Генпрокуратура - это очень своеобразная организация. Казалось бы, она должна осуществлять высший надзор за законностью, но она руководствуется, как правило, совершенно другими соображениями. И в данном случае, это не правовой, а чисто политический жест.

Им очень нужно отменить приговор - во что бы то ни стало, и даже не столько волнует судьба Никитина сегодня, сколько убийственное прецедентное значение этого приговора. Я думаю, они не помышляют о судебной перспективе этого дела. Им бы важно его отменить, а там уже "похерить" в тиши кабинетов - не было приговора такого, забыть о нем...

Но это, в любом случае, тщетные надежды, потому что этот приговор есть. Он известен всему миру.

Елена Фанайлова:

Судебное разбирательство длилось около часа. Решение судей, подтверждающее окончательную невиновность Никитина, вызвало аплодисменты экологов и журналистов, допущенных на заседание.

А как реагировал сам Александр Никитин?

Александр Никитин:

Отличное у меня самочувствие и настроение отличное.

В душе я все-таки рассчитывал на это решение, и я бы не сказал, что оно было для меня неожиданным. Но мы очень осторожно относились к этому процессу, потому что мы знали о том, что некие политики, близкие к президенту, очень заинтересованы, чтобы было другое решение. Эти люди сопротивлялись. И они сопротивлялись до последнего.

Сегодня поставлена последняя точка.

Елена Фанайлова:

Александр Никитин считает сегодняшнее судебное решение, как и предшествующий оправдательный приговор, важным не только для себя лично.

Александр Никитин:

Очень много вопросов, юридических вопросов, за эти пять лет. Они касаются не только меня. Они касаются многих и многих людей, которые несправедливо сидят. Есть такие люди.

Елена Фанайлова:

Адвокат Юрий Шмидт также рассматривает решение президиума Верховного суда, как серьезный юридический прецедент.

Юрий Шмидт:

Именно из-за прецедентного значения приговора прокуратура и пыталась добиться его отмены. Для них уже не так важна судьба Никитина, как важно, чтобы по такому же пути не пошли суды в России при рассмотрении дел подобного рода.

Я прекрасно понимал, что на Верховный суд будет оказываться давление, предприниматься недостойные подковерные попытки добиться отмены этого приговора. И они, эти попытки, имели место, несомненно. И тот факт, что дело было отложено полтора месяца назад по совершенно надуманной причине, фактически свидетельствует о том, что все это время Верховный суд не оставляли в покое заинтересованные лица.

Елена Фанайлова:

Александр Никитин намерен оставаться в России и продолжать работу с норвежской экологической организацией "Беллуна", из-за сотрудничества с которой его пытались обвинить в шпионаже.

Илья Дадашидзе:

Это был репортаж Елены Фанайловой.

Завершая на этом нашу программу, напоминаем слушателям наш адрес: 103006, Москва, Старопименовский переулок, д. 13, к. 1, московская редакция Радио Свобода.

Пишите нам.

XS
SM
MD
LG