Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Первая советская атомная бомба


Первая советская атомная бомба



Ольга Эдельман: 55 лет назад в обстановке строжайшей секретности произошло событие, в значительной мере определившее, не побоюсь сказать, дальнейшую историю человечества.

Владимир Тольц: Из Доклада Л.П.Берия и И.В.Курчатова И.В.Сталину

"30 августа 1949 г. Совершенно секретно. Особой важности [...]

Докладываем Вам, товарищ Сталин, что усилиями большого коллектива советских ученых, конструкторов, инженеров, руководящих работников и рабочих нашей промышленности, в итоге 4-летней напряженной работы, Ваше задание создать советскую атомную бомбу выполнено. [...]

29 августа 1949 года в 4 часа утра по московскому и в 7 утра по местному времени в отдаленном степном районе Казахской ССР, в 170 км западнее г. Семипалатинска, на специально построенном и оборудованном опытном полигоне получен впервые в СССР взрыв атомной бомбы, исключительной по своей разрушительной и поражающей силе мощности. [...]

Наблюдавшаяся всеми участниками испытания картина взрыва не оставляет никаких сомнений в том, что произведенный на полигоне опытный взрыв является атомным взрывом, так как он сопровождался явлениями, во всех подробностях свойственными полноценному атомному взрыву [...]

Характерными особенностями самой картины атомного взрыва, вызванного 29 августа, были следующие явления, зафиксированные учеными-физиками и военными наблюдателями:

1. Точно в назначенный момент взрыва в месте установки атомной бомбы (на 30-метровой стальной башне в центре полигона) произошла вспышка атомного взрыва, во много раз превосходящая по своей яркости яркость Солнца.

В течение 3/4 секунды вспышка приняла форму полушария, увеличившегося до размеров 400-500 м по диаметру.

2. Одновременно со световой вспышкой образовалось взрывное облако, достигшее в течение 2-3 минут высоты нескольких километров и прорвавшееся затем в обычные дождевые облака, которые покрывали в момент испытания небо.

3. Вслед за вспышкой взрыва возникла огромной силы ударная волна атомного взрыва.

Зарево взрыва было видно, а грохот ударной волны был слышен наблюдателями и очевидцами, находившимися от места взрыва на расстоянии 60-70 км".

Ольга Эдельман: Первая советская атомная бомба с зарядом из плутония была создана под научным руководством академика Курчатова и главного конструктора атомной бомбы, члена-корреспондента Академии наук СССР Харитона. Организационно все работы по атомному проекту велись Первым главным управлением при Совете Министров СССР, а руководил проектом так называемый Специальный Комитет, во главе с Лаврентием Берией. Работы были масштабные. Не только научные, лабораторные разработки.

Владимир Тольц: Но и, как мы не раз говорили в "Разнице во времени", и впечатляющие усилия советской разведки....

Ольга Эдельман: Да. Но это не все. Одновременно все геологи страны, например, получили задание параллельно с основной работой проводить изыскания урановых руд. Закладывались предприятия атомной промышленности, строились научные городки и полигоны.

Владимир Тольц: И все в обстановке строжайшей секретности.

"Заместитель министра внутренних дел СССР, заместитель начальника 1 Главного управления при Совете Министров СССР Завенягин - Л.П.Берия, 4 сентября 1949 года, Совершенно секретно

В соответствии с Вашим распоряжением докладываю:

Подписки о неразглашении сведений об испытании отобраны от 2 883 человек, в том числе от 713 непосредственно участвовавших в испытании работников КБ-11, полигона, научно-исследовательских организаций и руководящих органов, включая всех уполномоченных Совета Министров и ученых.

У остальных работников полигона в количестве 3 013 человек отобрание подписок будет закончено в трехдневный срок".

Владимир Тольц: Известно, что кроме грифов секретности, подписок о неразглашении, для документов такого уровня секретности применялись и особые приемы делопроизводства. Ключевые слова даже в докладах Берии Сталину шифровались, существовали условные обозначения. Например, уран называли А-9. Оля, расскажите, какие еще особенности были у этих документов?

Ольга Эдельман: Менее секретные среди них (где речь шла, скажем, о ходе строительства объектов или данных геологоразведки) печатались на машинке. А можно себе представить, какие проверки проходили машинистки, печатавшие бумаги для Берии, Сталина. Так вот, в текстах для машинисток ключевые слова пропускались и потом вписывались от руки: тот же упомянутый шифр А-9 или условное наименование атомной бомбы - РДС, вписывался на оставленное машинисткой место тем, кто подписывал потом бумагу. Но самые секретные документы, которые непосредственно касались работ над бомбой, уже никаким машинисткам не давались, они писались только от руки лично руководителями - Курчатовым, Завенягиным. Именно так выглядят подлинники документов, которые звучат сегодня в передаче. И сейчас, при публикации их в академическом многотомнике "Атомный проект СССР", в них остались купюры, потому что, естественно, никакие указания на технические параметры бомбы не могут быть рассекречены. И мы, конечно же, пользуемся сейчас этой публикацией, а не архивными подлинниками.

Сегодня в нашей студии наш научный консультант, ведущий научный сотрудник Института теоретической и экспериментальной физики Геннадий Владимирович Киселев. Мне хочется спросить у него: вот эти условные обозначения, например, "РДС" - они что-то обозначали ведь?

Геннадий Киселев: Конечно, эти условные обозначения имели определенное значение и главное значение - чтобы они не попали в руки возможного противника. Ну вот интересная история названия первой атомной бомбы РДС. По одной из версий, это название предложил помощник Харитона Щелкин и обозначает "Россия делает сама". Говорят, что Берия доложил об этом названии Сталину и Сталин вроде это дело одобрил. По другой версии РДС означает "Реактивный двигатель Сталина".

Владимир Тольц: Ну, секретность секретностью, а разведки и западные ученые тоже не дремали, и об испытании советской атомной бомбы стало известно в США. 25 сентября 1949 года газета "Правда" опубликовала причудливое сообщение ТАСС "в связи с заявлением президента США Трумэна о проведении в СССР атомного взрыва".

"Сообщение ТАСС

23 сентября президент США Трумэн объявил, что, по данным правительства США, в одну из последних недель в СССР произошел атомный взрыв. Одновременно аналогичное заявление было сделано английским и канадским правительствами. [...]

В связи с этим ТАСС уполномочен заявить следующее.

В Советском Союзе, как известно, ведутся строительные работы больших масштабов - строительство гидростанций, шахт, каналов, дорог, которые вызывают необходимость больших взрывных работ с применением новейших технических средств. Поскольку эти взрывные работы происходили и происходят довольно часто в разных районах страны, то возможно, что это могло привлечь к себе внимание за пределами Советского Союза.

Что же касается производства атомной энергии, то ТАСС считает необходимым напомнить о том, что еще 6 ноября 1947 года министр иностранных дел СССР В.М.Молотов сделал заявление относительно секрета атомной бомбы, сказав, что "этого секрета давно уже не существует". Это заявление означало, что Советский Союз уже открыл секрет атомного оружия, и он имеет в своем распоряжении это оружие. Научные круги Соединенных Штатов Америки приняли это заявление В.М.Молотова как блеф, считая, что русские могут овладеть атомным оружием не ранее 1952 года. Однако они ошиблись, так как Советский Союз овладел секретом атомного оружия еще в 1947 году. [...]

Владимир Тольц: Может быть, тогда для людей заявления о "больших взрывных работах" на строительстве звучали несколько правдоподобнее и не казалось, как сейчас, очевидной нелепицей. Зачем советскому руководству понадобилось выпускать такое сообщение ТАСС, одновременно и отрицать факт испытания бомбы, и заявлять, что она была создана еще в 1947 году, причем в форме, допускающей различные толкования? О сути этой дипломатической игры я хотел бы спросить нашего гостя Геннадия Владимировича Киселева.

Геннадий Киселев: Слушатели должны понимать, что я научный сотрудник и могу только со своей позиции научного сотрудника и знающего историю советского атомного проекта интерпретировать это сообщение. Может быть, политолог это объяснит по-другому. Мое объяснение вот в чем заключается. В 47 году уже Молотов сообщил о том, что секрета атомной бомбы нет. Это действительно было так, потому что Курчатов и вся его команда прекрасно знали, как должна быть устроена бомба, что для этого нужно. Сообщение, о котором только что было сказано, мне кажется, вызвано было чем? К этому времени в Советском Союзе было накуплено слишком мало плутония, чтобы как-то можно было говорить о каких-то возможностях ответного удара. Есть сообщения о том, что в 1950 году всего лишь пять атомных бомб было заложено к складированию в Арзамасе-16 на всякий непредвиденный случай. То есть вы понимаете, что надо было в этом сообщении понять, что у нас достаточно много ядерной взрывчатки и в каком-то смысле, я бы сказал, что это политический блеф такой. На самом деле у нас было очень мало.

Владимир Тольц: Да, это, конечно, это был политический блеф. Мы ведь знаем, что на вооружении атомные бомбы поступили уже после смерти Сталина.

Испытание первой советской атомной бомбы состоялось на полигоне под Семипалатинском 29 августа 1949 года. Наблюдали за первым в СССР ядерным взрывом ученые, военные, а также лично руководители Спецкомитета - Берия, Курчатов, Завенягин, Махнев, Первухин.

Ольга Эдельман: Ведь не побоялись...

Владимир Тольц: Ну, тогда еще не очень хорошо, как я понимаю, себе представляли все последствия радиоактивного облучения для человека. На тот момент Сталин, я думаю, для многих, кто принимал участие в наблюдениях за испытаниями, Сталин казался куда большей опасностью, чем последствия ядерного взрыва.

Ольга Эдельман: Да, собственно, испытание бомбы и должно было показать разнообразные последствия взрыва. В докладе Берии Сталину, составленном на следующий день после испытания, содержались первоначальные данные о силе ударной волны, теплового и радиоактивного излучения при взрыве. Но на тот момент все результаты еще не были видны. Во-первых, нельзя было приблизиться к эпицентру, во-вторых, какие-то процессы еще не проявились.

"Из доклада Берии Сталину 30 августа 1949 года.

[...] наши специалисты пришли к выводу, что зона в радиусе не менее 1 200 м от центра взрыва атомной бомбы [...] является смертельной от радиоактивных излучений для всех людей, находящихся на открытом месте в этой зоне.

2. Из 1 538 подопытных животных (собак, овец, коз, свиней, кроликов, крыс), расставленных на различных дистанциях от центра полигона (в т.ч. 467 животных были помещены в различных укрытиях и 1 071 - на открытом грунте) потери за первый день составили 345 животных, или 22 %.

В виду того, что симптомы атомной болезни возникают спустя 4-7 дней после воздействия радиоактивного облучения, размер потерь в дальнейшем, несомненно, увеличится.

Влияние радиоактивного эффекта взрыва атомной бомбы сейчас тщательно изучается специалистами, и первые подробные результаты исследований будут доложены через 1-1,5 месяца".

Ольга Эдельман: Окончательный, итоговый доклад Берия представил Сталину спустя два месяца, в конце октября.

"Заключительный доклад Л.П.Берия И.В.Сталину о результатах испытания атомной бомбы, 28 октября 1949 г.

[...] к настоящему времени специалистами закончен анализ измерений и исследований атомного взрыва [...].

Световые явления, тепловое излучение

[...]

Определено, что температура поверхности светящейся области взрыва достигает через 0,0002 секунды 25 000° (температура поверхности солнца -6 000°) и падает к концу свечения до 3 000°. Расчетная температура при взрыве плутония в центре заряда исчисляется в 100 миллионов градусов.

Освещенность, создаваемая взрывом атомной бомбы на расстоянии 12 километров от центра взрыва, превышает в 15 раз освещенность, создаваемую солнечным светом. [...]

Тепловое излучение атомного взрыва вызвало пожары деревянных сооружений в зоне диаметром 4 километра [...].

Проникающие радиоактивные излучения

[...] Измерены дозы гамма-лучей на различных дистанциях от центра взрыва:

на дистанции 300 м доза равна 420 000 рентген [...], 900м - 4 200 [рентген], 1 000 м - 2 300 [рентген]

[Примечание в документе:] Смертельная доза для животных определяется в 1 000 и более рентген, а для человека в 450 и более рентген. [...]

Радиоактивное заражение почвы

Радиоактивными продуктами взрыва оказалась зараженной почва:

а) опытного поля в диаметре 800 метров (50 гектаров) вокруг места взрыва;

б) за пределами опытного поля, в полосе, начинающейся в восточно-северо-восточном направлении (по ветру). Эта полоса начинается в 4 километрах от опытного поля и простирается до 1 200 и более километров. Ширина зараженной полосы, вначале 600-метров[ая], достигает на расстоянии 550 километров (в р-не г. Бийска) 80 километров, а на расстоянии 1 200 километров (в р-не г. Кызыл Тувинской автономной области) - 300 километров. В центре опытного поля (т.е. в диаметре 800 метров) радиоактивные продукты взрыва распределились в сплавившемся при взрыве верхнем слое почвы (внешне похожем на шлак).

[...] Интенсивность гамма-излучений "шлака" в середине зараженного пятна опытного поля позволяла находиться человеку (без риска тяжелого заболевания) лишь на другой день после взрыва и в течение не более 5 минут, а через 10 суток - не более 1 часа. [...]

В полосе заражения, за пределами опытного поля:

а) на расстоянии до 10 километров от центра взрыва на почву выпали крупинки "шлака" (в форме правильных дробинок диаметром около 1 мм), числом до 100 крупинок на 1 м2. [...]

б) на больших расстояниях на почву выпали микроскопические частицы (пыль) продуктов атомного взрыва.

Позднее, по сведениям, поступившим из геологоразведывательных партий, стало известно, что через 10 часов после взрыва в районе с. Кузедеево Кемеровской области (на расстоянии около 700 километров от места испытания) радиометрические приборы геологоразведывательных отрядов, находившихся в этом районе, зарегистрировали наличие сильной радиации.

Аналогичное явление было зарегистрировано через сутки после взрыва другими геологами уже на расстоянии 1 200 километров в районе г. Кызыл Тувинской автономной области.

Ольга Эдельман: Я обращаюсь к нашему консультанту Геннадию Владимировичу Киселеву. Ведь из этих данных, кажется, следует, что испытание бомбы по сути своей являлось катастрофой, по последствиям сопоставимой с аварией на Чернобыльской АЭС? Каковы были последствия для населения, и получили ли люди какую-то помощь?

Геннадий Киселев: Сказать, что это катастрофа по сравнению с Чернобыльской нельзя. Потому что количество радиоактивности, которое выделилось в результате взрыва первой атомной бомбы, было значительно меньше, чем радиоактивность, выделившаяся во время чернобыльской аварии. Поэтому говорить, что это была катастрофа, нельзя. Но можно было бы говорить о том, что создание атомного оружия явилось ошибкой человечества, так скажем, - это более правильно. Потому что и американские, и наши советские физики в конце концов поняли, что создание такого мощного грозного оружия с такими фактами поражающими - это, действительно, может быть было и ошибочным решением. Но в тех условиях оно было необходимым. И сейчас это, конечно, не обсуждается.

Что касается поражающих факторов, то спустя очень короткое время Курчатов, Звенягин и другие в автомобиле, который был обложен свинцовыми листами, выехали к эпицентру взрыва. Я думаю, что это обстоятельство существенным образом повлияло на их состояние здоровья. И Курчатов, и Ванников, и Звенягин могли бы прожить дольше, но, видимо, это радиационное воздействие оказалось для них губительным. Что касается населения, то в те времена никто об этом не думал, и только лишь спустя много лет были соответствующие решения приняты.

Ольга Эдельман: В докладе Берии от 28 октября 1949 года далее описывались последствия других разрушающих факторов взрыва. Параметры ударной волны (ее скорость примерно в двухстах метрах от эпицентра была определена в 1670 метров в секунду, а давление в 2900 тонн на квадратный метр), причем при сравнении с давлением, возникающем при урагане, было установлено, что где-то на расстоянии 10 км от эпицентра сила ударной волны превышает ураганную в 3-6 раз. На полигоне на разных расстояниях от центра были выстроены образцы жилых и промышленных зданий, коммуникаций, фортификационных сооружений, расставлена военная техника - самолеты, танки, артиллерия.

[...] специалисты установили, что тротиловый эквивалент атомной бомбы испытанной 29 августа 1949 г. конструкции, равен 11 000 тонн тротила. [...]

Взрыв атомной бомбы был зарегистрирован как землетрясение следующими сейсмическими станциями:

в г. Семипалатинске в 170 км от очага взрыва

-"- Алма-Ате -"- 800 -"-

-"- Фрунзе -"- 1000 -"-

-"- Андижане -"- 1 100 -"-

-"- Ташкенте -"- 1300 -"-

-"- Сталинабаде -"- 1 600 -"-

[...] Сейсмический институт в Москве никаких аномалий не зарегистрировал.

Разрушительное и поражающее действие ударной волны взрыва атомной бомбы

[...] докладываем следующие результаты регистрации влияния ударной волны на опытные сооружения, которые были возведены на полигоне, а также на средства военной техники, которые были расставлены в районе взрыва.

Гражданские сооружения

Кирпичный 3-этажный жилой дом с наружными стенами толщиной в 3,5-3 кирпича на дистанции 800 метров полностью разрушен [...].

Промышленное здание на дистанции 500 метров с несущим железобетонным каркасом и кирпичными стенами в 1,5 кирпича (38 см) полностью разрушено.

Железнодорожный металлический мост на дистанции 500 метров [...] и железнодорожная насыпь протяжением 60 метров разрушены: 28-тонная ферма моста отброшена на 45 метров и деформирована. [...]

Подземные сооружения

Подземные сооружения - три шахты (типа метро), заложенные на расстоянии 52 метров от центра взрыва (по трем радиусам) - разрушены. Подопытные животные в шахтах погибли. Железобетонные оголовки шахт, массивные металлические двери разрушены и обвалились в стволы шахт. Крепление стволов шахт раздавлено сейсмической волной, стволы забиты обвалившейся породой и сломанным креплением. Подземные штреки, идущие от стволов шахт к центру полигона (на глубине 10 и 20 метров), закрепленные железобетонными и металлическими рамами, разрушены и обвалились.

Для обследования шахт после взрыва пришлось почти заново восстановить их. [...]

Ольга Эдельман: В то время все факторы ядерного взрыва были еще мало исследованы. В том числе и самый новый и таинственный - радиация. Испытание первой советской атомной бомбы сопровождалось масштабными наблюдениями над животными, которых так и хочется назвать не "подопытными", а "жертвенными". Геннадий Владимирович, насколько я понимаю, эти опыты были совершенно необходимы в тот момент?

Геннадий Киселев: Дело в том, что ведущие руководители советского атомного проекта имели представление о том, что радиоактивное излучение является опасным для обслуживающего персонала и для населения, и поэтому были поставлены работы в Москве в институте, который сейчас называется Институт биофизики. Были также поставлены работы по исследованию влияния излучения в Сухуми, там вели немцы исследования. И были в Институте Б, под руководством Тимофеева-Рессовского велись работы по изучению влияния излучения. Но в то же время надо было, конечно, исследовать влияние максимальных доз излучения, которые возникают при ядерном взрыве. Поэтому и были поставлены опыты над животными, которые дали представление о том, как развивается лучевая болезнь. И на основе этих исследований наши медики разработали соответствующие методики лечения лучевой болезни, которые сейчас признаны во всем мире и являются очень эффективными.

"Поражающее действие взрыва на животных

Из 1 538 подопытных животных (173 овец и коз, 129 собак, 64 свиней, 417 кроликов, 375 морских свинок и 380 крыс и мышей) погибло:

в первый день на поле 368 (24 %), в течение последующих 30 дней в клинике еще 405 (26,2 %).

Итого за месяц: 773 (50,2 %).

Через месяц в клинике оставалось еще 40 подопытных животных, больных "лучистой" болезнью.

Установлено, что:

- на дистанции 50 метров от центра взрыва погибли все животные, находившиеся в шахтах на глубине 10, 20 и 30 метров;

- на дистанциях 250-300 метров погибли все животные, размещенные в траншеях глубиной 1,5 метра, в деревоземляных убежищах тяжелого типа [...], в железобетонных камерах, заглубленных на 1 метр, в подземных убежищах (грунт - 4 метра, дерево - 10 см), в танках ИС-3 [...];

- на дистанции 750 метров погибли животные, размещенные на открытом грунте и за защитными экранами из брезента; погибло также 77 % животных, помещенных в глухих металлических коробках-клетках (в ямах на глубине 10-15 см), и 70 % животных, находившихся в разрушенном ударной волной жилом доме;

- на дистанции до 1 250 метров животные, находившиеся на открытом грунте, погибли в течение первых 10 дней после взрыва от лучистой болезни.

От действия проникающей радиации погибли спустя 3-7 дней и все остальные животные, сохранившиеся в траншеях на дистанции 750 метров, в танках на дистанции 500-1 000 метров и самолетах на дистанциях 500, 750, 1 000 и 1 250 метров.

"Лучистая" болезнь начала развиваться у животных спустя 3 дня после взрыва. Число заболеваний достигло максимума к седьмому дню после взрыва.

На основании опытов, произведенных над животными, установлено, что:

1. Центральная зона взрыва диаметром в 3 километра [...] является для людей, находящихся на открытом месте, зоной смертельной опасности от проникающей радиации.

2. Экипажи танков и самолетов в зоне взрыва диаметром 1,5 километра и 3 километра понесут до 100 % потерь в своем личном составе от травм, причиняемых ударной волной, и от лучистых поражений. [...]

  • 16x9 Image

    Владимир Тольц

    На РС с 1983 года, с 1995 года редактировал и вел программы «Разница во времени» и «Документы прошлого». С 2014 - постоянный автор РС в Праге. 

XS
SM
MD
LG