Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Письмо студента Михаилу Калинину, 1926 г. Из почты Никиты Хрущева, 1958 - 1959 гг. Реакция советских граждан на поездку Никиты Хрущева во Францию, 1960 г.


1926 г. Письмо студента Михаилу Калинину.

В марте 1919 г. Михаил Калинин был избран председателем Всероссийского центрального исполнительного комитета Советской России. Решение избрать именно этого человека было принято Лениным и Троцким. С легкой руки Троцкого выходец из крестьянской семьи, бывший рабочий Михаил Калинин получил и неофициальный титул - "всероссийский", а затем и "всесоюзный" староста". В письме студента Иоста использованы сокращения: "пролетстуд" - пролетарское студенчество и "Главпрофобр" - Главное управление профессионального образования Наркомата просвещения РСФСР.

"Председателю ВЦИК тов. М.И.Калинину

От студента, принятого на 1-й курс Московской сельскохозяйственной академии имени Тимирязева И.И.Иоста

Заявление

Настоящим вынужден обратиться за Вашим содействием о предоставлении мне временного заработка или оказания материальной поддержки, т.к. все другие инстанции, куда я обращался, не могли удовлетворить моих просьб.

Прибыв 27-го июля в Москву для подачи заявления и необходимых бумаг по случаю поступления в академию, я должен был остаться на некоторое время в Москве, т.к. необходимо было дождаться результатов приемной комиссии. Кроме этого у меня не хватило средств, чтобы вернуться на родину, проезд куда стоит более 20 рублей.

В "ЦБ" Пролетстуда и в комиссии Моссовета, куда я обращался, оказали мне единовременную поддержку в размере 9 рублей, но заработка дать не могли. Позже я обратился к Московской бирже труда, где был зарегистрирован и несколько раз направлен по путевке на временные общественные работы. По прибытию на место работ выяснялось, что рабочих набрано уже сверх надобности и многим придется на второй день вернуться с работ. Обратился письменно к Л.Д.Троцкому, которому изложил свое положение, т.к. он лично знает меня, как участника Октябрьской революции, то просил оказать содействие в нахождении временного заработка, до начала занятий в академии, т.е. до 15-го сентября. Мое письмо под №97921 было направлено секретариатом Л.Д.Троцкого 2-го августа на Московскую биржу труда. Я ждал несколько дней, пока канцелярия нашла это письмо и дала мне новую путевку на земляные работы в районе Тимирязевской академии, куда я направился в тот же день, но вернулся с надписью десятника: "Работ нет".

Имея отзывы и рекомендации я обращался непосредственно в учреждения, где бы я мог получить работу, как имеющий в этой области некоторую квалификацию, но ответ везде один: "Работы нет". У меня было желание и уверенность, что при наличии старания и способности по учебе, я могу вместо 4 или 5 лет кончить академию в 3 года, а один год использовать на пополнение знаний в Германии, чтобы выработать из себя квалифицированного агронома. Это мне доступно, т.к. я имею сельскохозяйственную практику около 20 лет, а немецкий язык на половину уже изучил. О способностях сам судить не берусь, но беру из оценки, данной мне рабфаком, который мне без всякой подготовки удалось кончить в 2 года вместо 3-х лет.

Столкнувшись в Москве с таким безвыходным материальным положением, истощив энергию и все средства до начала занятий в академии, я затрудняюсь дальше ориентироваться...

Я - батрак и родился в батрацкой семье. С 8 лет работаю по найму. 15 лет остался без родителей. До рабфака никакого образования не имел. Теперь хочу выбиться на дорогу. Участвовал в Октябрьской революции в Петроградском гарнизоне. Все изложенное могу доказать документально.

Сейчас мне необходим заработок до 15-го октября, чтобы заработать 100 или 150 рублей, т.к. необходимо купить к зиме платье и учебные пособия, чтобы осуществить мысль о 3-х летнем курсе.

Прилагаю при сем некоторые документы, которые указывают, что я могу справиться с любой работой, которую мне дадут. Вам может показаться, что причина не на столь серьезная, чтобы обращаться к самой высшей инстанции власти, но действительно, убедившись, что другого выхода нет, я был вынужден на такую крайность. Правда, если подождать и побегать по Москве, может быть и найдется еще где-нибудь временная поденная работа, которая даст возможность заработать на пропитание, но ввиду того, что мне необходимо заработать некоторую сумму больше того, что потребуется на пропитание, а время с каждым днем сокращается, то я вижу выход только в обращении к Вам. Прошу Вас убедительно, по мере возможности скорее дать мне возможность получить этот заработок.

В самой академии мне навстречу пойти не могут, т.к. я туда уже обращался, как в комиссию, так и в студенческие организации. Думаю, что с 15-го сентября мне дадут там общежитие, а с октября дадут и стипендию, но до этого времени необходимо найти выход. В данный момент я живу в студ. приемнике Главпрофобра, Покровский мост, Гальяновская №2, но туда адрес дать не могу, т.к. оттуда могут через день или два попросить удалиться, да и платить нечем".

16 августа 1926 г. письмо было зарегистрировано в секретариате Председателя Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета, который ознакомился с ним уже на следующий день и вынес свою резолюцию:.

"Архив. Удовлетворить ходатайство о предоставлении работы не представляется возможным. 17/VIII-26 г. М.Калинин".

"Мы все советские люди гордимся своими достижениями": из почты Никиты Хрущева, 1958 - 1959 годы.

"Многоуважаемый Никита Сергеевич Хрущев!

Мы, жители пос. Манченки, проживаем в Харьковской области Харьковского района. Наш поселок в составе 331 дворов расположен в 25 км от индустриального Харькова. Населяют пос. Манченки рабочие, крестьяне, пенсионеры, служащие, интеллигенция, студенты.

Вместе с многомиллионным советским народом мы, как часть всего советского народа, обратили свое внимание к Москве, где в Большом Кремлевском дворце заседал внеочередной XXI съезд Коммунистической партии Советского Союза - съезда строителей коммунизма. На весь мир прозвучал с трибуны съезда Ваш доклад, уважаемый Никита Сергеевич, о выдающихся победах социализма в нашей стране, о грандиозных планах построения коммунизма. Мы все советские люди гордимся своими достижениями.

Наряду с радостями нашей жизни у нас есть и огорчения. Вот эти огорчения и заставили меня написать Вам письмо вторично.

Как и раньше в нашем поселке царит непросветная темнота в полном смысле этого слова. Я, как автор хочу сжато написать о наших огорчениях. Буду говорить прямо.

Мы живем в ужасных условиях жизни. Несмотря на все наши достижения, успехи в труде, учебе, не имеем права до сих пор иметь электрического света, больницы... Наш поселок расположен внутри освещенного кольца. Вокруг нас в радиусе 500 - 1000 м, а в некоторых местах даже в радиусе 100 м везде имеется свет колхоза им "Ильича" и совхоза им "1 мая". Мы же не имеем его. На территории нашего многолюдного поселка имеется школа, которая не освещена. Эта школа №48 во многом похожа на хату Тараса Шевченко, я бы сказал, она и есть. Она буквально не отличается от хаты 17 - 18 вв. Здесь дети не учатся, а мучаются. Очень в 3 часа дня уже темнеет, а в 4 - 5 часов, полностью темно, а они, бедные наши детки, наша смена, познают нашу передовую науку и технику в ужасных условиях, при керосиновой лампе. Это ужасно не только видеть, но и слышать. Жители пос. Манченки трудятся честно и добросовестно, как и весь наш советский народ. Но почему одни живут в хороших условиях, а другие вовсе этого лишены. Дороги полностью разбиты колхозными машинами и во многом похожи на силосные ямы. Улицы грязные, темные, узкие. Несмотря на это они носят очень хорошие и дорогие имена наших борцов, которые отдали всю свою жизнь за прекрасное будущее, а не за такие улицы. Например, моя улица носит название нашего земляка - революционера Артема, другие - Горького, Свердлова, Хмельницкого и др. Я бы им дал более подходящие названия: Заплатова, Дырявина, Знобихина...

Не имеем и больницы. Народ болеет. Часто доходит до смерти. Больные просят скорую помощь. Где она? Ее нет и не было (наверно и не будет).

Везде говорят о XXI съезде, говорят по радио, говорят даже за границей о наших достижениях, а наш колхозник - создатель этих же благ, ничего не знает. Газет он не читает, радио не имеет.

Местные власти ничего не делают. Не раз жители поселка писали жалобы в Харьков председателю рийисполкома тов. Радзивиловскому по поводу электростанции. Он только обещал в своих ответах на наши жалобы. Запланировано еще в 1956 г. электрифицировать наш поселок. Из года в год вот так и не электрифицируют. Тов. Радзивиловский только обещает, но ничего не делает.

Народ стал писать своему депутату тов. Гречухе, писали в газету "Правда", "Красное знамя". И Киев, и "Правда" и "Красное знамя" молчали, как молчал и Харьков.

Уважаемый Никита Сергеевич! От имени всех наших жителей выражаю их просьбу. Помогите, пожалуйста, наладить нашу жизнь по-современному, как положено жить в стране Советов в 20 веке.

С большим уважением к Вам студент Харьковского института физкультуры Водяницкий Александр.

13.II-1959 г.".

Письмо было доложено заместителю премьера А. Засядько, который направил его в Совет министров Украины с резолюцией: "Т.Кальченко Н.Т. Прошу рассмотреть". О результатах рассмотрения властями Украины письма харьковского студента свидетельствует справка для доклада товарищу Засядько А.Ф.:

"По сообщению председателя Харьковского райисполкома т. Радзивиловского в хуторе Коваленки, Манченковского поссовета, насчитывается 520 дворов, в которых проживает 2500 человек жителей...

В этом хуторе еще нет электрического освещения. Высоковольтная линия передачи проходит от хутора Коваленки в 3-х километрах, мощность которой не позволяет обеспечить электроэнергией жителей хутора.

Харьковский райисполком в текущем году средств на благоустройство не имеет.

17 апреля 1959 г."

Тем не менее, проблема электрификации была актуальна и для части жителей крупных индустриальных городов.

"Первому секретарю КПСС и Председателю Совета Министров Никите Сергеевичу Хрущеву.

От рабочих и работниц, домохозяек и детей, учеников и служащих, проживающих в городе Днепропетровске по улице Онежская.

Уважаемый Никита Сергеевич, в течение трех с половиной лет мы добиваемся от местных властей об электрификации нашей улицы. Но все наши требования до сих пор стоят на мертвой точке.

Мы обращались в райкомунхоз, райисполком, в райком партии, в горсовет, в областной совет депутатов трудящихся, в совнархоз, в обком партии, в местную газету "Днепропетровская правда", дважды в газету "Труд" и ряд других вышестоящих организаций по вопросу электрификации нашей улицы. Все наши письма пересылались в горсовет, а городской совет все время давал один ответ: работы по электрификации ул. Онежской производится не будут из-за отсутствия средств.

В то время, когда в космосе летает искусственная луна, мы не имеем в квартирах электрического освещения, не говоря уже о радио и телевидении.

Убедительно просим Вас оказать нам помощь.

По поручению всех жителей Онежской улицы письмо подписали..."

Ирина Лагунина: Заявление подписали 40 человек. В секретариате Хрущева его зарегистрировали 22 декабря 1958 г.

На этом документе есть пометка: "Председатель Днепропетровского облисполкома т.Юнак сообщил, что трудность с электрификацией города объясняется недостатком у них средств и цветных металлов".

Продолжим выпуск документами из почты Никиты Хрущева. Но уже 1960 года. Все они посвящены одной теме - предстоящему визиту главы советского правительства во Францию. Прежде, чем прозвучат документы, мы поговорим с историком Еленой Зубковой. Елена, чем запомнились в советской истории эти переговоры во Франции в 1960-м году?

Елена Зубкова: Хрущев прибыл во Францию в марте 1960 года. К этому моменту отношения между Советским Союзом и Францией складывались не самым лучшим образом. В 1954 году после того, как Франция вместе с другими государствами санкционировала вступление Западной Германии в НАТО, СССР в знак протеста аннулировал советско-французский договор о союзе и взаимной помощи. Через два года, во время Ближневосточного конфликта вокруг Суэцкого канала оба государства снова оказались по разные стороны баррикад: Франция поддержала тогда Израиль, а Советский Союз всячески демонстрировал свои симпатии Египту. После этого отношения между Москвой и Парижем разладились всерьез.

Чтобы вывести их из затянувшегося кризиса, кто-то должен был сделать первый шаг. И этим человеком стал французский президент Шарль де Голль. Он пригласил Хрущева с официальным визитом во Францию.

Де Голль и Хрущев уже были знакомы друг с другом. Их первая встреча состоялась в 1944-ом, когда генерал де Голль, в то время глава Временного французского правительства несколько дней провел в Москве.

И вот теперь Париж. В своих мемуарах Хрущев признался, что инициатива де Голля, учитывая напряженность в советско-французских отношениях, его удивила. Во время этого визита Хрущев много ездил по стране, встречался с самыми разными людьми. Выступал, но не так часто, больше смотрел и набирался впечатлений.

Были в программе визита и официальные переговоры. Обсуждали положение в Европе, германский вопрос, проблемы разоружения.... Де Голль тогда обмолвился, что Франция, несмотря на свое членство в НАТО, вовсе не связывает с этой организацией свое будущее. Хрущев де Голлю не поверил, а спустя всего шесть лет Франция действительно прекратила военное сотрудничество с НАТО.

Не оценил советский лидер и идею "единой Европы - от Атлантики до Урала", о которой говорил де Голль. Усмотрел в этом чуть ли не покушение на территориальную целостность СССР.

В целом же визит прошел успешно, и де Голль получил приглашение приехать в Москву. Но ответный визит все время откладывался, и состоялся он только в 1966 году. Принимал де Голля уже не Хрущев, а новый лидер страны Леонид Брежнев. Во время этого визита французский президент - первый среди иностранных гостей высокого ранга - был допущен даже в святая святых советских военных секретов - на космодром Байконур. И это был, без сомнения, жест особого расположения.

Ирина Лагунина:Спасибо, в студии в Москве была Елена Зубкова. Письмо москвички, пенсионерки Нины Николаевны Кирдиной.

"Высокоуважаемый Никита Сергеевич!

Пишу Вам и твердо верю, что имею право написать это письмо. Сейчас по радио объявили, что Вы приняли приглашение де-Голля посетить Францию.

Это самое коварное и страшное, что могут придумать наши враги. Куда бы Вы ни ездили мысль о личной для Вас опасности, я уверена, как у меня, так и для всех наших людей немножко точит сердце, но во Францию...! Нет, Вы не должны туда ехать, ни в коем случае.

Еще генерал Игнатьев говорил, что "нам необходимо лучше знать французский фашизм, чем мы его знаем, а рано или поздно нам придется с ним (французским фашизмом) иметь дело, так лучше знать врага раньше, чем недооценить его".

Во Франции помимо собственных фашистов, целое скопище человеческих подонков со всей земли. Сколько еще там белогвардейской сволочи, сколько бежавшего кулачья и разных предателей - так называемых перемещенных лиц. Это международный политическо-уголовный притон.

Страшно представить, что произойдет в мире, если с Вами случиться несчастье и, именно, во Франции.

Ради нашей страны, ради народа и мира во всем мире, не ездите во Францию, Никита Сергеевич!

Если мое возражение проголосовать по всему Советскому Союзу, за него поднимут руки все матери нашей страны. Ведь катастрофа с Вами будет развязкой той страшной бойни, от которой Вы защищаете всю Землю.

И именно сейчас, когда Ваши выступления приперли в угол поджигателей войны всех мастей, они и могут задумать взять реванш Вашей жизнью.

Никита Сергеевич, ведь народ может запретить эту поездку, считая ее опасной, и я имею право, защищая Вас, защитить свою страну, свой народ, своего сына.

Я прошу вынести на обсуждение съезда Верховного Совета возможность Вашей поездки во Францию.

С глубоким уважением к Вам Кирдина. 23/X-1959 г."

"Новочеркасск. 5-го ноября 1959 г.

Здравствуйте уважаемый Никита Сергеевич!

Прошу простить меня за беспокойство Вас!!! Прожил на свете 44 года и за всю свою жизнь мне пришлось побывать во многих городах страны, но не хочу оставить в секрете, что пришлось видеть только страданья людей, развалины прекрасных городов, фабрик, заводов, в то время, когда для всего человечества являлось одно слово страхом - война. Во время наступления на Уманьском направлении, я был тяжело ранен, после чего снова... ожидание лучшего выздоровления и скорой победы Красной армии, так и получилось все хорошо. В настоящее время я работаю в Новочеркасском комбинате рабочим мучсклада, и все время слежу за газетами, слушаю радио, читаю Ваши выступления в родной стране и за границей. Какими быстрыми темпами растет и процветает человечество, и я решил к Вам обратиться с большой просьбой, которая для меня будет жизненным подарком, если Вы мне не откажете.

Я по радио слышал, что Вас снова пригласили во Францию. Мне хотелось бы побывать во Франции, а если не возможно, то в другой стране. Никита Сергеевич, прошу не подумать обо мне чего-либо плохого, я решил Вас попросить, чтобы вместе с Вами погордиться своей страной и КПСС.

Трудовой отпуск мне положен для производства без ущерба, и для меня будет большой радостью, если я прочту строки, в которых будет приглашение по моей просьбе. Никита Сергеевич, не откажите моей просьбе, сделайте радость мне, моей семье, моему коллективу и т.д.

С тем до свидания, остаюсь с уважением к Вам и надеждой Новиков".

"Председателю Совета Министров Союза Советских Социалистических Республик тов. Никите Сергеевичу Хрущеву.

Дорогой Никита Сергеевич!!! Я как и весь наш советский народ, а также народы всего мира восхищен историческими событиями, произошедшими с текущем году в нашей великой и родной стране, и Вы как глава нашего родного правительства являетесь организатором и вдохновителем всех этих исторических событий.

Дорогой Никита Сергеевич, Ваша очередная поездка во Францию по приглашению президента де-Голля обнадеживает наш народ, народ Франции, а также и все народы мира, что Вы своим остроумием и присущей Вам настойчивостью окончательно покончите с холодной войной, после чего будет установлено подлинно дружеское сосуществование народов мира с разным социально-идеологическим образом жизни.

Я, простой советский труженик, имею преклонный возраст - 64 года, участник первой мировой войны, гражданской войны и наконец последней великой Отечественной войны, много пережил за свою жизнь...

Нас было четыре брата в семье, младший и старший братья погибли в гражданской войне, осталось нас два средних, старшего судьбой забросило во Францию еще в начале первой мировой войны 1914 г. царское самодержавие отправило его с военно-экспедиционным корпусом, где он воевал на стороне Франции и был ранен. Великая Октябрьская революция в нашей стране прервала связь примерно до 1922 - 1923 года. За это время жена его... вышла замуж за другого, через некоторое время покойный отец получил от брата письмо, в котором он сообщал, что вылечился и собирается выехать на Родину, но отец ему сообщил, что жена его вышла замуж и, что после военной разрухи жизнь в стране стала тяжелой. Узнав о происшедшем, брат решил остаться во Франции... И вот 45 лет нас разделяет с братом, и вот я из-за родственных чувств к родному брату обращаюсь к Вам, дорой Никита Сергеевич, ... если Вы будете проездом в г.Лионе, пригород Рериё, Вы быть может найдете несколько минут свободного времени или кто-либо из сопровождающих Вас товарищей, я убедительно прошу принять моего брата Радько Казимира... убедите его в том, что если он приедет на свою Родину, чтобы... в последний раз под конец своей жизни увидеть ее, по которой он так много тосковал раньше, он сможет в последствии возвратиться обратно беспрепятственно, т.к. он боится, чтобы его здесь не задержали, так как он считает себя русско-подданным...

В заключение сообщаю, что в 1956 году по моему ходатайству перед местными органами МВД я получил разрешение на временный выезд во Францию к брату... и, как видно, по случаю произошедших событий в Египте, по Суэцкому каналу, мне было в поездке во Францию отказано, и с этого времени я потерял надежду вновь получить на это разрешение.

Ваш преданный слуга Радько Иван Семенович".

В секретариате Хрущева это письмо зарегистрировано 31 октября 1959 г.

В передаче использованы документы из Государственного архива Российской Федерации и Российского государственного архива социально-политической истории.

XS
SM
MD
LG