Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Из сводок агентурных донесений, поступивших в III отделение собственной Его Императорского Величества канцелярии. Ноябрь 1858 года. Письмо подполковника советской армии своему депутату, 1950 год. Из почты наследников Сталина, 1956 год


Из сводок агентурных донесений, поступивших в III отделение собственной Его Императорского Величества канцелярии - так называлась тайная полиция Российской Империи. Ноябрь 1858 г.

"В Л.Г.Уланском полку производится следствие по объявленной на последнем инспекторском смотре претензии одного рядового. Сей последний чистил лошадь для молодого офицера, получая за это два рубля в месяц; когда же офицер осведомился, что товарищи его платят за чистку лошадей только по рублю в месяц, то и он сбавил плату рядовому, который, недовольный этим, объявил ему что более не желает чистить его лошади. Офицер пожаловался эскадронному командиру, который приказал наказать рядового, но он, выдержав наказание, объявил, что все-таки чистить лошади офицерской по прежнему не станет, ибо по военному закону офицерскую лошадь обязаны чистить попеременно солдаты его взвода, а не один хотя бы за плату. Эскадронный командир пожаловался на рядового полковому командиру, Г.М.Волкову, и сей последний приказал дать ему 25 розог, велев продолжать чистить. Когда эскадронный командир объявил о таковом решении, присовокупив, что не желает вновь наказывать рядового, то он сказал: "Ваше высокоблагородие не имеете права не выполнять приказание начальства". За тем он кое-как чистил лошадь и вскоре после того на смотре дивизионного начальника объявил свою претензию. Таковое упрямство, с опиранием на свое право со стороны простого солдата, признают небывалым еще примером в русской военной службе.

3 ноября 1858".

"В купеческих кругах рассказывают, с видимым неудовольствием, что графиня Разумовская, возвратясь недавно из-за границы в С.Петербург, привезла с собою до 20-ти больших ящиков с разными уборами и другими закупленными ею в Париже вещами, и адресовала все это на имя е.и.в. великой княгини Марии Николаевны, дабы избегнуть платежа пошлин. При этом купцы обнаруживают свое негодование на таможенное ведомство за снисхождения, делаемые постоянно знатным лицам при провозе ими из-за границы множества предметов роскоши, говоря, что с них, т.е. купцов, беспощадно берут за каждую вещь по точному смыслу тарифа, а они обязаны вносить гильдейскую и другие повинности, нанимать магазины и содержать прикащиков, тогда как главным потребителям дозволяется привозить сюда, даже беспошлинно, огромное количество вещей, которые они, если б этого дозволения не существовало, принуждены были бы покупать здесь на месте. После этого, говорят, еще бранят купцов, что они за иной товар запрашивают втридорого. Пора бы, говорят, прекратить это зло, приносящее вред не только казне, но и вообще потребителям иностранных товаров, преимущественно среднего класса, вынужденным покупать оные здесь у торговцев, которые для наверстания своих убытков, причиняемых им привозом мимо их товаров, поневоле должны продавать гораздо дороже.

5 ноября 1858".

"3 ноября в харчевне в доме Кокарева, что на углу Невского и Литейной, пили человек шесть сине-армячных чай и один из них читал вслух помещенную в газетах статью о принятии принцем Наполеоном подаренных английскою королевою дрог, чтец и слушатели острили над этим подарком и решили, что статья эта не стоит внимания, особенно сопротив той, в которой напечатана государева речь московскому дворянству, которую Наполеон, вероятно, и подумать бы не смел произнести. Затем перешли к суждению об этой речи и находили, что государь славно отделал московских дворян и что после этого как они, так и дворяне других губерний, не посмеют идти против царской воли, а то совсем было вышли из повиновения. При этом хвалили государя за образ его действий и за попечение о народе, а также находили, что его величество действует совершенно правильно, приняв сторону народа, а не дворян, ибо в первых он всегда найдет себе опору, последние же не раз уже оказывали неповиновение царям.

6 ноября 1858".

"Замечают в публике, что с недавнего времени появилось в Петербурге много севастопольцев (как вообще их здесь называют), то есть офицеров без одной руки, с георгиевским крестом. Они, как видно, с большим удовольствием посещают клубы и другие общества, и их там все любят и уважают. Не взирая на их увечье, они однако же не отказываются еще от всех удовольствий жизни, и что весьма удивительно, даже ни от карточной и билиардной игр. Весьма любопытно смотреть с какою особенною ловкостию они одной рукой, правой или левой, перебирают карты по мастям и искусно владеют кием. Один из них, флота лейтенант, красивый мущина лет тридцати, не более, часто бывает у Доминика и играет на билиарде одной рукой, и довольно хорошо. Посетители сего многолюдного ресторана нисколько не осуждают это, но напротив того искренно радуются, что этот офицер, после такого несчастья в молодых летах, хоть в этом находит еще какое-нибудь утешение, но они, как заметно, весьма осуждают то, что иногда является в этом ресторане почтенное лицо со звездою на груди, и в таком облачении публично играет там на билиарде, с каким-то чиновником с Анненским крестом на шее, (говорят) его родственником и сослуживцем. Этот генерал, как слышно, действительный статский советник Шванебах, директор Опекунского совета... Подобное необыкновенное явление в публичном кофейном доме человека со звездой, играющего на билиарде, натурально тотчас обращает на себя внимание посетителей, и вместе с тем заставляет их и рассуждать об нем... Далее находят, что играть на билиарде с такими украшениями на груди позволительно только дома, в семейном или приятельском кругу, но конечно не в ресторане, где на скамейках и стульях вокруг билиардов сидит множество молодых офицеров, чиновников, студентов и разного звания людей, (по большей части отличных билиардных игроков и строгих судей), и давать им случай тайно перемигиваться между собою и надсмехаться над весьма посредственной генеральской игрой. Находят, что для такого лица это не только уже слишком популярно, но даже и тривиально! За границей, (говорят), может быть это и принято и вещь весьма обыкновенная, но у нас покуда еще резко бросается в глаза.

8 ноября 1858".

"Данные в продолжении последних двух зим в здешнем Дворянском собрании подписные, по довольно высокой цене, балы-маскарады, были весьма блистательные и, как известно, доступны только лицам, коих имена были объявлены распорядителем тех балов, за то они и посещались не только одним высшим петербургским обществом, но иногда удостаивались и присутствия государя императора и царской фамилии. Тем более удивлена была публика данным третьего дня в Дворянском собрании первым в нынешнюю зиму балом-маскарадом, не подписным, как в последние годы, а просто по 2 руб. сер. за вход, для каждого желающего без разбора... Замечают в публике, что если в нынешнюю зиму предположено в здешнем Дворянском собрании давать только балы-маскарады подобно бывшему там третьего дня, т.е. по 2 руб. за вход, то они непременно потеряют свое достоинство и нисколько не сделаются лучше тех маскарадов, кои ныне так часто (также по 2 руб. за вход) даются в прочих здешних клубах, и где, как известно, вместе с порядочными людьми, бывает Бог знает какой народ, за поведение коего нельзя ручаться и за час!

29 ноября 1858".

Письмо подполковника советской армии своему депутату.

"Депутату Верховного Совета СССР товарищу Алексею Николаевичу Косыгину г. Москва

От избирателя члена ВКП(б) подполковника Чижова Сергея Андреевича в/ч 93933 г. Энгельс Саратовской области 25 июля 1950 г.

О бездушном отношении к людям, о порочном стиле в работе, грубиянстве и злоупотреблении служебным положением в/части 93933 гор. Энгельс Саратовской области.

1. Имелись массовые случаи на протяжении года, когда личному составу сутками и более совершенно не доставлялась вода для питья и туалета. Личный состав вынужден с котелками ходить за километр и более за водой на реку в авиагородок, что возмущало личный состав до крайних пределов. По привозу воды устанавливались большие очереди. Люди за водой ходили с работы, дабы утолить жажду. Были массовые случаи, когда солдаты на себе в походных кухнях за километр и более доставляли воду для общественного питания. Тогда как транспорта в части было с избытком.

Из-за отсутствия воды питание личного состава много раз срывалось и приходилось принимать пищу людям: завтрак в обед, обед в ужин, а ужин с завтраком вместе на следующий день.

Для офицерского состава столовая до сих пор не организована. В результате чего офицеры много тратят времени в ходьбе в столовые, находящиеся в авиагородке и в г. Энгельс, для того чтобы покушать. Солдаты за пачкой папирос, за иглой, нитками, банкой крема вынуждены были ходить в магазины, находящиеся на окраинах города. Это все взятое неизбежно ослабляло воинскую дисциплину и понижало политико-моральное состояние личного состава.

Кинообслуживания не было, кроме одной гармонии. Никаких средств развлечения не было. Радио тоже не было всю зиму. Газетная подписка политотделом перепутана и газет подразделениям не доставляли. Спортинвентаря не было никакого. Солдаты были без каких-либо культурных средств.

В феврале 1950 года по жалобам и настоятельным требованиям в г. Кологрив, Костромской области, прибыл зам. по снабжению подполковник Иларионов. Последний проверил чистоту общежития личного состава, которые в условиях суровой зимы были сделаны наспех в отдельных крестьянских домах. Нашел грязь, на что составил громадный акт. На составление акта Иларионову потребовалось не менее 8 часов, а на осмотр помещений и проверку условий жизни всего 1 час, и с тем он уехал.

Неоднократно просили подполковника Иларионова сходить в лес посмотреть на оборванность обмундирования, поговорить с солдатом и, сержантами о их нуждах и запросах, и тем не менее он категорически отказался и заявил при этом: "У меня времени нет, я еду в Москву. Меня там ожидают".

12.7.50г. на партактиве подполковник Аникеев подверг резкой критике гастролерство подполковника Иларионова. Он спросил его: "Неужели вы ехали за 1500 км, чтобы 1час потратить на проверку казармы и 8 час. на составление акта и с тем уехать?" Подполковник Иларионов ответил: "В лесу мне делать нечего, ведь там не концерт, чтобы я его смотрел".

Несмотря на трудные условия, о которых я докладываю, личный состав с честью перевыполнял производственное задание из месяца в месяц, и все же по прибытию в часть 21 апреля 1950 г. подразделение никто не удосужился встретить. Хужее того, даже место для расположения батальона не было продумано. Три раза командование меняло место для расположения батальона. Отроем котлованы и установим палатки, а на утро поступает вторичное приказание: "Котлованы зарыть, открыть на новом месте и установить палатки" и т.д.

Вопросам питания личного состава командование части совершенно на уделяет внимания: в столово царил беспорядок, закончившийся тем, что сожгли столовую.

В мае месяце 1950 года в котле с супом нашли множество неизвестных волос, вследствие чего личный состав отказался принимать пищу.

В мае же во время ужина в солдатской столовой в котлах, где было приготовлено пюре с капустой, было обнаружено множество цементных обломков, ввиду чего ужин к выдаче был запрещен.

Были частые случаи коллективного отказа солдат от принятия пищи, так как она приготовлялась из негодных продуктов. С 15.5. по 2.7.50г. солдат кормили гнилой капустой с червями. Так, например, 1.7.50 года 11 и 12 роты и комендантский взвод отказались принимать пищу.

В солдатском котле обнаружилось стекло, лягушка, пауки, черви, тряпки и др. предметы.

Люди работают в трудных и совершенно неприспособленных условиях, к тому же нормы на виды работ растягиваются как резина, по существу их нет.

На жалобы подполковника Аникеева по части отсутствия единых норм начальник планово-технического отдела подполковник Избух 27 июня майору тов. Казмину заявил: "Мы вам покажем как писать жалобы. Пусть об этом знает подполковник Аникеев".

Подполковник Садиков систематически обзывает многих и хороших товарищей бездельниками. Говорит им, что не умеете работать, ничего не понимаете. Обзывает многих безмозглыми или с прогнившими мозгами, трясет перед лицом офицеров кулаками и пр.

На таком драконовском методе проводится вся повседневная его работа и руководство, причем, вся эта пахабщина сопровождается с нецензурными словами и бранью по адресу подчиненных. Я не знаю такого случая, чтобы он хоть одного подчиненного выслушал терпеливо и принял после этого разумное решение. Поэтому не случайно, что многие товарищи честные и добросовестные избегают с ним встречи, зная заранее, что кроме незаслуженных оскорблений и брани от него ничего не услышишь.

Подполковник Садиков, Иларионов и Колесников из кожи лезут вон со своими драконовскими методами, запугиванием и опорочиванием ряда подчиненных и особенно тех, которые никогда не будут подхалимами, которые твердо стоят за большевистскую правду, непримиримы к недостаткам и лицам, порождающим эти недостатки.

Я не знаю случая, чтобы из командования части хоть бы раз поговорили за все время по душам с офицерами, сержантами и солдатами. Таких случаев не было. Нет никакой заботы об офицерском составе. О себе же они проявляют огромную заботу без стыда и совести, залазят в государственный карман, о чем я докладываю ниже.

О злоупотреблениях служебным положением.

Например: 1. Подполк. Садиков и подполк. Иларионов засеяли около 3-х гектаров земли для себя. Посеяли овес, просо, бахчи и другие культуры. Причем, чтобы прикрыть свои действия в этом, они говорят, якобы эта площадь засеяна для части. На обработке посевов до сих пор работают солдаты и транспорт части...

2. Садиков и Иларионов вот уже год имеют совместную корову, которую они скрывают длительное время, и налог за нее не платили. Имеют двух свиней, 250 кур и цыплят, причем, фураж для поголовья они брали в транспортной части.

3. На ремонт квартир Иларионову и Чупилко израсходовано из средств части 13 тысяч рублей и теперь они мечутся: как бы и куда бы их списать, чтобы замести грязные следы. Кроме того, 11 солдат ремонтировали эту квартиру более 1,5 месяца.

Прошу Вас, товарищ Косыгин, принять меры по существу изложенных и неопровержимых фактов.

С коммунистическим приветом к Вам Чижов

Адрес: Гор. Энгельс, Саратовской области, В/часть 93933, Чижову Сергею Андреевичу".

Из почты наследников Сталина

Николай Булганин - выпускник реального училища, бывший конторщик, бывший боец охраны Растяпинского завода взрывчатых веществ, бывший чекист, бывший председатель Госбанка СССР - после смерти Сталина получил пост министра обороны. В феврале 1955 года он достиг пика своей карьеры - стал председателем Совета министров СССР. Спустя три года, в марте 1958 г. первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев прибрал к своим рукам и портфель главы правительства. Но все три года, которые Булганин возглавлял правительство, он получал обширную корреспонденцию, среди которой было и письмо москвички Красовцевой.

"Вам, правителю Советского правительства, продолжателю Ленинского дела тов. Булганину Н.А. от черной загрубелой и политически неграмотной рабыни, проживающей в Москве, 105, по Варшавскому шоссе, д.9/1, ком. №24, подвал Красавцевой М.К.

Заявление.

Прошу Ваше высокое внимание обратить на мою бедную и нищую семью. Сколько писем, сколько бумаг, просьб и жалоб написала я бедная, жалкая раба насчет жилполощади для своих никому не нужных детей. Живу на 2-х метрах в 4-х чел. Все мальчики, они подрастают, с собой их не положишь, 1-й - 17, 2-ой - 13, 3-й - 9 лет. Я - мать-одиночка, на одной зарплате 4 чел. Ни денег, ни площади. Я родилась и выросла в Москве, 24 года отдала пятилеткам нашей Москвы. Мне 39 лет. Неудачное замужество и неудачная жизнь. Неужели Вам, правителям, всем сидящим у рулей, начиная от района учета и распределения жилой площади, Моссовета и т.д., кончая Хрущевым и его секретарем, нашего министерства легкой промышленности всем, всем Вам лень протянуть руку и дать помощь человеческую, ленинскую. Мне не нужно 100 млн. руб., или Вами подаренные самолеты и автобусы Индии, дайте площадь, где бы я поставила кровати для своих детей, которых я с таким трудом ращу, для которых я работаю и живу. Кого и для чего, пойдут защищать они, когда у них нет собственного угла. Еще раз повторяю, если они Вам не нужны, нет для них площади в Советском Союзе, отдайте их тем, кто им предоставит все и материальное обеспечение и жилье. Сколько можно просить, ходить и плакать, товарищи большевики. О каком золотом детстве Вы распеваете везде, о какой матери-одиночке Вы печетесь? Ложь, везде такая неправда. Возьмите то, Вы строите в Бирме комбинат, а наша фабрика на помойку просится, без окон и дверей, слякоть, мокрота. Дарите Индии 100 млн. руб., автобусы, Афганистану самолеты, а мне не можете дать жилплощадь. Да, на нашей фабрике нет стройки, но директор нашей фабрики Б., которого в настоящее время сняли, нашел площадь для своей сожительницы Лидии В. Козлачковой, молодой, на 30 лет его моложе. Поставил ее нач. отдела кадров, выдвинул ее секретарем ВЛКСМ, чтобы тверже дело было, и подтихую дал ей одной комнату в 18 кв. м. Отремонтировал ее за счет фабрики, живет его зазноба в невысоком тереме. Ну, сняли его с этой фабрики, он на другой сидит, и встреча у них продолжается, а для нас серых, грязных рабов нет жилполщадей. Для каких людей строят жилые дома в Москве, наверное, только с красными книжками. Больше мне искать правду не нужно. Я все исходила, нет ее и не будет. Пока вы большевики с красными книжками не будете грести к себе все".

Помощи от Николая Булганина мать-одиночка Красовцева не получила и тогда она обратилась к другому советскому вождю - председателю Президиума Верховного Совета СССР Клименту Ворошилову.

"Тов. Ворошилову К.Е.

От рабыни, проживающей в подвале столицы Москвы по Варшавскому шоссе д.9/1, кв.24 ЖКО им. ф-ки Фрунзе, Москворецкий р-н Красавцевой М.К,

Заявление 3-е.

Прошу прислать комиссию по обследованию моей площади и помочь дело, а не отказом, который прислал зам. пред. Исполкома Макаров - Берия, кто он, почему не обследовал? Кому же тогда Вы даете жилплощадь, если отказываете нам, черным рабам, которые живут всю жизнь в Москве и не имеют угла. Если Вам не нужны мои выблядки, то их надо уничтожить и умереть самой, чем жить такой жизнью собаки.

Наверное, Вы все там сидящие глухи к рабочим-рабам как бывшие правители Берия и Сталин, ничего не хотите смотреть, проверить. Бумага - отказ и все. Надо найти, а их не трудно найти иностранцев и привести в подвал, показать красоту жизни советских детей на полу, голодных, синих, плохо одетых, пусть снимут и подтвердят факты.

Дайте жизнь - дайте комнату, где поставить кровать для ребят, погибаем, не учатся нигде".

XS
SM
MD
LG