Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Оправдательное письмо бывшего наркома государственной безопасности Всеволода Меркулова, 1953 год. Письмо ленинградского рабочего Сталину, 1931 год. Из почты Андрея Андреева. 1948 год.


26 июня 1953 года, первым после смерти Сталина, был арестован Лаврентий Берия. Вслед за Берия были арестованы его приближенные - высокопоставленные чины МВД. Последним, 18 сентября 1953 года, по делу Берия попал в заключение Всеволод Меркулов - министр государственного контроля СССР, в прошлом - нарком государственной безопасности. До своего ареста он подготовил два оправдательных письма. В 4-м номере журнала "Источник" за этот год опубликованы эти документы.

В письме Меркулов пишет о Муссават - буржуазной (по советской терминологии) партии, правившей в Азербайджанской республике в 1918 - 1920 гг. Есть также сокращение ВКП(б) - Всесоюзная коммунистическая партия большевиков.

"В Центральный комитет КПСС товарищу Хрущеву Н.С. от В.Н.Меркулова.

Прошло уже немало дней после Пленума ЦК КПСС, на котором были оглашены в докладе товарища Маленкова и в выступлениях товарищей Хрущева, Молотова, Булганина и других членов Президиума ЦК убедительные факты преступных, антипартийных и антигосударственных действий Берия.

Но каждый день, чем больше вдумываешься в это дело, тем с большим возмущением и негодованием вспоминаешь само имя Берия, возмущаешься тем, как низко пал этот стоявший так высоко человек.

Так как мне пришлось довольно близко соприкасаться с Берия по совместной работе в Тбилиси в годы 1923 - 38, то я, в соответствии с Вашим предложением, задаюсь целью проанализировать, где находятся корни нынешних преступных действий Берия с тем, чтобы помочь до конца разоблачить его.

Я знаю его с 1923 года, когда он был зам. Председателя ЧК Грузии. Было ему тогда всего 24 года, но эта должность его и тогда уже не удовлетворяла. Он стремился выше.

Вообще он считал всех людей ниже себя, особенно тех, которым он был подчинен по работе. Обычно он старался осторожно дискредитировать их в разговорах с подчиненными ему работниками, делал о них колкие замечания, а то и просо нецензурно ругал.

Но так он поступал не всегда и не со всеми. Пока человек был силен, он держался с ним подобострастно и даже приниженно.

Я помню, как-то в моем присутствии ему позвонил по телефону бывший тогда секретарем Заккрайкома ВКП (б) Мамия Орахелашвили - тогда еще он был в силе и не скомпрометирован. Надо было видеть, как даже внешне изменился Берия, говоря с ним по телефону, как часто он повторял: "Слушаю, товарищ Мамия, хорошо, товарищ Мамия" и т.д. Можно было подумать, что Мамия присутствует в кабинете и Берия видит его перед собой, и фигура, и лицо, и поза его изменились, выражая последнюю степень подобострастия. Эта картина меня страшно поразила в свое время.

И надо было видеть, как Берия обращался с тем же Мамия Орахелашвили, когда положение того пошатнулось. Берия стал тогда совсем другим человеком, властно, грубо и нахально обрывавшим Орахелашвили на заседаниях Крайкома.

Умело действуя и прикрываясь интересами партии и Советской власти, Берия сумел постепенно одного за другим выжить или арестовать всех тех, кто стоял у него на пути к власти в Грузии и Закавказье. Каждую ошибку, каждый промах своих противников Берия ловко использовал в своих интересах. Он предусмотрительно писал систематически в ЦК Грузии информационные записки о недостатках в районах, что позволило ему впоследствии доказать, что он-де "своевременно предупреждал".

Нет никакого сомнения в том, что Берия постоянно демонстративно проявлявший "преданность и любовь к товарищу Сталину", делал это не потому, что действительно любил товарища Сталина, как вождя, учителя и друга, а для того, чтобы приблизиться к товарищу Сталину и тем самым приблизиться к власти.

Этот вывод я делаю на основе следующего: Накануне похорон товарища Сталина, в воскресенье, Берия вызвал меня к себе в кабинет и предложил принять участие в редактировании его речи на похоронах товарища Сталина. В кабинете Берия, когда я туда приехал, были уже Мамулов, Людвигов, Ордынцев... Я обратил тогда внимание на поведение Берия. Он был весел, шутил и смеялся, казался окрыленным чем-то. Я был подавлен неожиданной смертью товарища Сталина и не мог себе представить, что в эти дни можно вести себя так весело и непринужденно.

В 1930 или 1931 годах... Берия удалось побывать лично у товарища Сталина. Видимо, Берия, будучи у товарища Сталина, имел возможность в соответствующем свете изобразить тогдашнее партийное руководство Грузии и Закавказья. Припоминаю, Берия как-то сказал мне, что в разговоре с ним товарищ Сталин спросил его, Берия: "Ты что, секретарем ЦК хочешь быть?" и Берия, якобы, ответил: "Разве это плохо?"

Как известно, в октябре 1931 г. ЦК ВКП (б) так и решил вопрос: назначил Берия первым секретарем ЦК Грузии и секретарем Закавказского краевого комитета ВКП (б).

Общая культурность и грамотность Берия, особенно в период его работы в Тбилиси, была не высокой. Берия тогда буквально не мог написать стилистически грамотно несколько строк.

Берия придерживался при составлении докладов и статей, если так можно выразиться, своеобразного "бригадного метода" работы. Он обычно созывал для этой работы много людей - зав. отделами, секретарей и др. Конечно, и Берия вносил свои поправки в текст и подавал мысли, которые затем облекались нами в литературную форму.

Берия применял еще следующую уловку: когда доклад или статья были готовы и начиналась последняя правка, опять, как правило, собиралась группа работников, принимавших участие в подготовке, и, естественно, вносились в текст окончательные изменения. Эти изменения в печатанный на машинке текст Берия обычно вносил собственноручно, несмотря на то, что это задерживало общую работу, так как Берия писал медленно и у него не всегда ладились окончания слов, особенно прилагательных в различных падежах.

Может быть, я ошибаюсь, но мне казалось, что это делалось для того, чтобы в будущем при разборке архива Берия была обнаружена "его работа" над докладами и статьями.

Хочу остановиться теперь на обстоятельствах, связанных с разговорами о службе Берия в муссаватской разведке.

Как-то Берия, будучи еще в Тбилиси (дату не помню), вызвал меня и сказал, что враждебно настроенные к нему люди распускают слухи о том, что он, Берия, якобы работал в 1919 году в Баку в муссаватской разведке. На самом деле это-де не так. В муссаватской разведке он, Берия, никогда не работал, а работал по заданию партии в молодежной азербайджанской организации ГУММЕТ, что об этом имеются документы в партийном архиве в Баку и что мне необходимо съездить в Баку, разыскать эти документы и привезти их к нему, а то, мол, враги могут сами разыскать эти документы и уничтожить их...

В Баку в партийном архиве я без особого труда нашел одну или две папки (сейчас точно не помню).

Как я ни напрягаю память, я не могу сейчас точно вспомнить содержание этих протоколов. У меня осталось только в памяти, что записи в них носили незначительный характер. В них не было прямого доказательства правоты слов Берия о его работе в организации ГУММЕТ. Но косвенно они подтверждали это обстоятельство...

Когда Берия ознакомился с документами, он, по-моему, остался ими доволен. Очевидно, ничего другого он и не ожидал найти. Он взял их у меня и положил в свой сейф.

Более подробные данные о Берия и моей работе с ним изложены в другом, более обширном письме, которое мною подготовлено, перепечатывается и будет представлено дополнительно.

21 июля 1953 г.

В. Меркулов".

Это, как и упомянутое последующее письмо, Всеволоду Меркулову не помогли. 23 декабря 1953 г. Меркулов был приговорен Специальным судебным присутствием Верховного суда СССР вместе с Берия и другими подсудимыми к смертной казни.

1931 год. ПИСЬМО ЛЕНИНГРАДСКОГО РАБОЧЕГО СТАЛИНУ.

В письме рабочего Лоца использовано сокращение: ГПУ - Государственное политическое управление - так называлась политическая полиция в СССР.

"Ленинград, 14 июля 1931 г.

Уважаемый товарищ!

Твоя речь, произнесенная на совещании хозяйственников от 23-го июня с.г. многих и многих навела, в том числе и меня, на серьезные размышления о судьбах нашей социалистической революции и правильности пути к мировому октябрю. Первые три пункта речи сводятся к следующему: 1) недостаток рабочей силы, 2) ее текучесть, 3) халатное отношение рабочего к материалу, станкам и самой работе. Это касается специально рабочих. Вторые два пункта направлены на администрацию, руководящий аппарат в производстве. А последний 6-й тот касается уже не тех, кто работает и руководит работой, а тех, кто правит страной и ведет регулировку взаимоотношений различных слоев населения. Уничтожив крупную буржуазию на территории СССР, мы тем самым еще не уничтожили противоречий между различными группами населения. Возьмем, для примера, такое единое целое как завод, приглядись внимательно, что там делается. Ты сам признаешь в своей речи, есть труд легкий, тяжелый, простой, квалифицированный. Кто будет занят простым, несложным и тяжелым трудом? Ясно тот, кто не способен учиться, отсевки, отбросы человеческого общества, которые зажжены огнем энтузиазма всегда были и будут пушечным мясом всякой войны. Почему они эти обездоленные идут во время революции на баррикады и гибнут, потому что им говорят о равенстве не бумажном, а экономическом. Когда ты говоришь о необходимости отличать зарплатой простую работу от сложной, я определенно понимаю это как подкуп, взятку передовым развитым рабочим. На них ты хочешь опереться, как Столыпин в свое время оперся на крепкого зажиточного мужика и выделил его на хутор. Я не знаю и понять не могу, строитель ты социализма - или коммунист. Ты сам, конечно, понимаешь, что это две вещи разные. (...) И так строить социализм это значит удушить, раздавить растущее внутри противоречие. Короче говоря, сделать аборт, но всегда природа требует свое и неизбежно новое оплодотворение. Всякое дело тогда стоит труда над собой, если оно дает плоды. И дело социализма стоит трудов для тех, кто будет способен пользоваться плодом его коммунизмом. Но мы видим на примере жизни, что капитализм и все, кто стоит за капиталистическую систему, не особенно жаждут и стремятся пользоваться плодом капиталистического строя - социализмом. Наоборот, стараются всячески его угробить в тот момент, когда он становится на ноги и хочет быть самостоятельным. Этим я хочу сказать, что между двумя формами - социализмом и коммунизмом есть промежуток времени не один десяток лет и чем ближе мы будем подходить к социалистическому обществу, тем все враждебнее будем относится к его законному наследнику - коммунизму. Так уж построен род людской. Но главное, что я хочу сказать, это то, что при правильном ведении дела люди способны делать менее болезненными роды. Смысл твоей речи мне говорит за то что мы зашли в тупик и выхода из него не дал ты в своей речи, потому что сам его не нашел вместе с товарищами своими. Залог победы и сила партии кроется в том, что, уничтожая в борьбе противника, приобретаешь большое количество союзников, способных не за страх, а за совесть на основании экономических выгод присоединятся к новому хозяину жизни и вместе с ним добросовестно работать. Ничего этого не видно, видно лишь подхалимство всех спецов по всем отраслям в надежде, что их лакейские услуги будут оценены в виде хорошего куска пирога с начинкой. Работая в самых низах на заводе вижу, что нет искренности в отношениях к руководящему органу партии, а есть приспособленчество во всех его видах. Такое состояние может привести к печальным результатам, а именно: надежды на широкие массы рабочих и крестьян могут в одно прекрасное время развеяться в прах, потому что громадное большинство людей работают, суетятся, выполняют задания руководящих органов за страх. А страху, надо признаться, вы, ребятки, напустили даже сверх нормы.

Вполне понятно, что ГПУ вскроет это письмо и возможно, что оно не будет отправлено по назначению. Даже больше того можно ждать приглашения для объяснений в соответствующее место. Могу лишь сообщить, что я человек живой и у меня есть потребность разрядиться мыслями, почему я и направил их тов. Сталину. Может, полегчает в стране и у меня в мыслях легче все-таки, высказался. С рабочими ни скопом, ни в одиночку не говорю о таких вещах, потому что обещался не говорить. А поговорить хочется с кем же? Самое лучшее это поговорить с нашим вождем.

Рабочий Станкостроительного завода Свердлова Донат Доминикович Лоц.

Адрес: Ленинград, улица Пестеля д.27, кв.29".

На письме сохранились следы того, что Сталин внимательно его прочел. Ключевые места в послании подчеркнуты.

Из почты Андрея Андреева, 1948 г.

Андрей Андреевич Андреев - бывший помощник механика на колбасной фабрике, бывший сторонник Троцкого, своевременно примкнув к Сталину, сделал успешную политическую карьеру: был секретарем ЦК партии, наркомом, долгие годы возглавлял Комиссию партийного контроля при ЦК ВКП (б). С марта 1946 по март 1953 г. занимал пост заместителя председателя Совета министров СССР. После смерти Сталина постепенно ушел из советской партийно-государственной элиты. Но в 1948 г. его карьера была в зените.

"Светлогорск 3 декабря 1948 г.

от инвалида I-ой группы, члена партии с 1944 г. 1919 г. рождения, бывшего преподавателя истории Клещевой Зои Максимовны.

Тов. Андреев!

После продолжительных размышлений и мучительной нерешительности, осмелилась обратиться к вам с просьбой: оказать ваше содействие и участие в представлении мне (как инвалиду I ой группы) единовременного материального пособия.

Мое обращение, именно к вам, неслучайное, ибо я имела возможность убедиться, не раз, в вашей пунктуальности в выполнении сделанных вами обещаний. Помню вас на даче нашего Барнаула, когда я, спрятавшись в кустах, с жадностью взирала на вас и старалась запомнить каждую деталь вашего простого вдохновенного образа - образа одного из славных вождей моей родины. Помню, с каким восторгом рассказывала в нашей семье Валя (дочка моей сестры) как она играла с "дядей Андреем", как "дядя Андрей похаил ее ботинки (хотя она и старалась доказать, что у ней есть новые, но мама не всегда обувает) и как ей обещали прислать посылку с ботинками и куклой. Незабываем, тот день, когда вы дорогой Андреев, верные своему слову, через личного секретаря тов. Ковалевского, действительно переслали посылку для Валички. Знали бы, с каким трепетом распечатывали мы вашу посылку, на глазах у нас у всех блестели слезы радости и гордости за то, что наши вожди так просты. Как осматривала свое сокровище - куклу Валя... Помню, как проездом из Алма-Ата, вы переслали с комиссаром Букатовым черешни и другие фрукты для Валички. Мы все говорили, что она у нас в сорочке родилась. Письмо, которое ей писала ваша дочь Наташа, она теперь уже в состоянии прочитать сама, - она уже учиться во II-ом классе. Когда я в 1947 г. слегла серьезно туберкулезным спиндилитом и мне необходимо было серьезное лечение, мы решили обратиться только к вам и не напрасно, через три недели (такой короткий срок) мы получили с мужем ответ из секретариата о том, что закреплено место в ленинградском институте Корнева. Сейчас я достаточно поправилась, но климат Балтики может снова испортить все дело (попали мы сюда по недоразумению, муж дал согласие в ЦК здесь работать с тем, чтобы одновременно меня лечить в санатории, но он оказался детским), а выехать я не имею никакой возможности, ибо я даже и одета не для зимних переездов. (Все, что можно было продать во время моей полуторалетней болезни, продано). Меж тем, самочувствие мое по причине мозглого климата, уже заметно ухудшается, а как хотелось бы пожить еще и даже поработать в этот суровый, но поистине замечательный век. Мне ведь всего 28 лет и я могла не плохо работать, уже в 25 лет мне доверяли преподавание всеобщей истории в Краевой партийной школе.

(...) Муж со своей зарплаты помогает старухе-матери (73 года) и троим несовершеннолетним племянникам, потерявшим отца на фронте Отечественной войны. Я со своей небольшой пенсии (260 р.) помогаю сестре, в том числе и Валичке, которой вы слали подарки, ибо она сейчас не имеет состоятельного дедушки - Корчагина, он сейчас в Чкалове живет для новой семьи. Убедительно прошу, еще раз по возможности оказать содействие в предоставлении мне материальной помощи.

Адрес: Светлогорск, Калининградской области, Центральная 9, Клещевой

С ком. приветом Клещева З.М.".

XS
SM
MD
LG