Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Документы прошлого


- А.С.Новиков-Прибой о коллективизации и раскулачивании (1930 г.)
- Ветеран ВКП/б/ Ф.Н. Славгородский об опасности перерождения партии (1952 г.)
- Борис Слуцкий о битве за Белград (1944 Г.)


В марте 1930 года писатель Алексей Новиков-Прибой, уже и тогда широко известный, а впоследствии - один из самых известных советских писателей, автор книги "Цусима", обратился к "всесоюзному старосте" Михаилу Калинину с письмом.

ВЦИК - это Всесоюзный центральный исполнительный комитет СССР (формально - высший орган государственной власти), РИК - районный исполнительный комитет. "Лишенец"- человек, лишенный избирательных прав не за совершение каких-либо проступков, а за неугодное власти социальное происхождение - например, бывший купец, чиновник, церковниь, или за то, что его имущественное положение выше среднего. "Тракторизация" - так назывался один из дополнительных местных налогов на крестьян, считалось, что деньги идут на производство тракторов.

"Председателю ВЦИК товарищу Михаилу Ивановичу Калинину

Члена общества Пролетарских писателей "Кузница"... - А.С.Новикова-Прибой.

Заявление.

За последнее время в газетах появилось много статей о всяких перегибах на местах в проведении политики колхозов и раскулачивания. Прежде чем перейти к сути моей просьбы, разрешите и мне немного приподнять завесу того, что творится у меня на родине - в селе Матвеевском, только что перешедшем в Сасовский РИК Рязанского округа. Я буду откровенен.

Насколько мне удалось выяснить из бесед с крестьянами, в сельсовет попали люди совсем не подходящие для своей роли: пьяницы, взяточники, а женщины плюс ко всем качествам - самогонщицы. Они проводили раскулачивание под лозунгом: "Наша власть, а потому, что хотим, то и делаем". И началось рвачество. Брали у крестьян при раскулачивании не только скотину и орудии производства, но и все, что только можно взять: одежду, подушку, сапоги, детское белье, табуретки, стенные календари, кухонную посуду, ведра, корыта, кадушки, яблоки сушенные и т.д. Были случаи, когда брали иконы и, кстати сказать, тут же делили между бедняцкими активистами, а те их ставили у себя на божницах. При изъятии вещей не выдавали хозяину никаких квитанций, не оставляли после себя никаких письменных следов. А потому большая часть конфискованного добра расползлась по частным рукам, попадая председателю и членам сельсовета и уполномоченному РИКа. По ночам, собравшись у какой-нибудь активистки, эти, по словам крестьян, урядники от революции пьянствуют, закусывают жареной солянкой, а в заключение занимаются развратом. О всех таких проделках местной горе-власти знают крестьяне. Вот где сеется настоящая контрреволюция.

Кто же такие кулаки, на которых обрушилось такое бедствие? Один крестьянин-трудовик, Иван Моханов, никогда не занимавшийся торговлей, имеющий восемь малолетних детей, теперь раскулачен, стал лишенцем. Он провинился тем, что когда-то обидел на словах председателя Гришкова, - личные счеты. Раскулачили также одного 80-тилетнего старика, Дмитрия Попова, вспомнив, что лет 40 тому назад она был старшиною. Старик этот не имел никакой скотины, на себе возил из лесу дрова, побирушка, ходил по чужим дворам, выпрашивая картошки поесть.

Лишили голоса и моего родного племянника, Ивана Сильвестровича Новикова. Он шесть лет добровольно прослужил в Красной Армии. У него взяли все до последних сапог включительно, взяли даже кроликов, которых подарил ему я. Все данные о нем изложены в моем письме, адресованном в Зубовский РИК, от которого, к сожалению, я не получил ответа.

А теперь в селе Матвеевском арестовано 16 человек, в том числе и мой племянник Иван Новиков.

Обстоятельства, которые предшествовали этому случаю, были таковы. 2-го сего марта, в субботу на масляной неделе, около полудня в селе Матвеевском произошел пожар. Загорелся двор одного крестьянина, потом огонь перекинулся на другую сторону улицы, на дом председателя Гришкова. Крестьяне кинулись тушить его дом, но он не допустил их и не позволил вытаскивать добро. Нетрудно догадаться, в чем тут дело: могла бы обнаружиться вся его роль в раскулачивании других. На второй день Гришков вытребовал из города Сасово отряд красноармейцев. А к вечеру этот отряд в 21 человек, вооруженных винтовками и пулеметами, уже явился в село Матвеевское усмирять бунт, которого там не было. Этим самым только навели ненужную панику на крестьян и взяли из них 16 человек, которые в настоящее время находятся в Рязанском исправдоме. В проведении всей этой преступной политики гр-на Гришкова и его сподвижников помогал уполномоченный РИКа, некий гр-н Каретников.

На основании вышеизложенного прошу Вас, т. Калинин, как председателя ВЦИКа сделать распоряжение произвести самое строгое расследование в селе Матвеевском. Это послужит только на пользу в смысле раскрытия истинных виновников уголовных преступлений и в смысле поднятия авторитета советской власти.

За своего племянника Ивана Новикова я, пролетарский писатель, ручаюсь, что он вполне свой человек и что он страдает совершенно невинно, а потому прошу Вас оградить его, пока не будет произведено окончательного расследования, от еще более худших последствий. Если потребуется, то за него могут поручиться и другие писатели, хорошо знающие его в течение нескольких лет.

А. Новиков-Прибой. 14/III-30 г.

Мой адрес: Москва, Б.Кисловский пер. д.5, кв.10-а".

По распоряжению Калинина была создана комиссия для проверки этого письма. Было изучено положение в Сасовском районе Рязанского округа Московской области.Слушайте выдержки из доклада этой комиссии.

"Пичкиряевский сельсовет.

В январе месяце с.г. на общем собрании гр-н села Пичкиряева по докладу уполномоченного Облисполкома тов. Фенькина было вынесено решение о коллективном вступлении в сельскохозяйственную артель. Из выступлений на пленуме сельского совета с бедняцко-середняцким архивом выяснилось, что это решение было принято в результате заявления тов. Фенькина, что "кто не войдет в колхоз, будем отбирать скот и сводить на общий скотный двор".

Всего в селе Печкиряеве 618 хозяйств, в настоящее время в колхозе состоит всего 156 хозяйств, отлив продолжается.

Ликвидация кулачества производилась путем непосильного обложения на тракторизацию (от 300 до 1000 рублей). С требованием выполнения в 24 часа. У ликвидируемых хозяйств отбиралось все имущество, включительно до портянок и фотографий. Описи имущества владельцам последнего не выдавалось, что вело к злоупотреблению. По заявлению крестьян на пленуме сельсовета, бывший председатель сельсовета Цуцурев увез к себе на родину до двух возов имущества, отобранного им у раскулаченных.

Матвеевский сельсовет.

На общем собрании граждан села Матвеевского 11-го февраля с.г. ... была принята резолюция об коллективном вступлении в коммуну "Свобода". Резолюция кончается словами: "Кто не войдет в коммуну, является чуждым элементом соввласти и партии". На 24-е марта в коммуне осталось всего 28 % хозяйств ... Отлив продолжается.

Раскулачивание и лишение избирательных прав проводилось с полным нарушением директив правительства. Устанавливались проценты. Раскулачивание проводилось путем непосильного обложения картофелезаготовками и на тракторизацию. Отбиралось абсолютно все имущество включительно до икон. Описи имущества владельцам последнего не выдавалось... Имущество сдавалось в коммуну "Свобода", но отдельные вещи отдавались "бедняцким активистам" и брались членами сельсовета, председатель взял себе без расписки кровать и перину. Раскулачено 15 хозяйств.

Комиссия предложила Матвеевскому сельсовету возвратить имущество и живой и мертвый инвентарь в следующие хозяйства:

1. Новикову И.С. Лишен избирательных прав и раскулачен по распоряжению уполномоченного Мордовского облисполкома тов. Матвеева за ломку кладовых, кирпич которых был нужен ему для постройки кроличника. Хозяйство середняцкое - одна лошадь и одна корова, служил 6 лет добровольцем в РККА.

2. Глимакову Д.И. Хозяйство бедняцкое - одна корова, по заявлению зам. председателя сельсовета тов. Малышева, раскулачен и лишен избирательных прав, потому что "процента не хватает".

7. Попову Д.А. Лишен избирательных прав и раскулачен как церковный староста, хозяйство бедняцкое, имеет один старый дом. Самому 70 лет, нищий.

В сельский совет пролезли торговцы и шинкари. Секретарь совета гр. Коблев - бывший торговец, в настоящее время крупный шинкарь, члены совета, считающиеся бедняцкими активистами, Милованова и Подзябкина занимаются шинкарством и проституцией. Крестьяне отзываются о своем сельсовете, что "у нас нет советской власти, в сельсовете сидят бандиты".

Председатель комиссии: член ВЦИК Бабинцев 28 марта 1930 г.".

Слушайте одно из писем Врошилову, занимавшему пост формального главы советского государства.

"Глубокоуважаемый Климент Ефремович!

Я прекрасно учитываю, что Вам, члену Политбюро и зам. Председателя Совета Министров, чрезвычайно трудно будет выкроить из своего бюджета времени 25 - 30 минут на чтение настоящего письма и прилагаемой к нему рукописи. Тем не менее, настоятельно прошу Вас ассигновать указанное количество минут, ибо они, по моему глубокому убеждению, вполне окупаются интересами Советского государства в целом.

Прежде всего отрекомендуюсь. Я - рядовой член партии. Моя, стоящая в конце письма фамилия для Вас, конечно, - пустой звук, хотя в свое время, 33 года тому назад, я имел честь лично познакомиться и беседовать с Вами. Произошло это в вагоне железной дороги, когда я делегат VIII съезда РКП (б) от Белгородской парторганизации, возвращался вместе с Украинской делегацией ... обратно из Москвы в Белгород. Само собою разумеется, меня и мою фамилию Вы прочно и давно забыли. Но это все, конечно, несущественно и о нем говорю между прочим. Приступаю теперь к самой сути дела.

Вы, Климент Ефремович, один из тех, кто находится на капитанском мостике нашего советского государственного корабля. Вы несете ответственность перед историей за правильность "курса" и благополучное плавание его. Вам, наконец, несравнимо лучше, чем нам, пассажирам - рядовым партийцам и беспартийным советским людям, известно положение вещей во всех местах и этажах этого корабля. Однако кое-какие процессы, происходящие в среде обитателей его, ускользают и не могут не ускользать от Вашего взора. Ибо их можно видеть, осязать и ощущать лишь находясь в самой гуще этой массы и являясь ее, так сказать, составляющей.

Один из таких процессов получает свое конкретное выражение в усиливающейся год за годом религиозности среди простых советских людей и некоторой части интеллигенции. Немногочисленные сейчас "храмы божии" все плотнее и плотнее набиваются людьми по субботам и воскресеньям. Печальнее всего, что это "движение" захватывает в свою орбиту и людей, носящих в карманах партийные билеты. Ни для кого сейчас не секрет, что партийцы, которые потихоньку, воровским способом посещают церкви, отнюдь не являются исключениями. Еще больше таких, которые не решаются это делать, но обеими ногами стоят "на платформе" "христовой веры": соблюдают церковные обряды, "крестят" новорожденных, "святят" перед пасхой куличи и яйца, в потаенных уголках своих жилищ вешают маленькие (чтоб не бросалось в глаза!) иконки и "возжигают" по субботам перед ним лампадочки и т.д. и т.п.

Глядя на это у меня - человека дореволюционных поколений, кандидата на получение в ближайшем будущем усадебного места на территории кладбища - все время роятся в голове мрачные мысли. Я боюсь, что когда все старые большевистские кадры и в особенности те, которые стояли "у руля правления", перейдут, повинуясь непреложным законам природы, в небытие, наши наследники, партийные и беспартийные, начнут исповедь, потихоньку, незаметно и постепенно вносить "коррективы" в основные принципы и нерушимые положения старой ортодоксальной большевистской партии, и, в частности, в ее традиционное отношение к религии, боюсь, что в ходе времени на поповской улице снова наступит "светлый праздник" и "советское" духовенство вкупе с "народом" ликующе возопиет: "Да воскреснет бог и расточатся врази его и да бежат от лица его все ненавидящие его...!"

Вы скажете: вздор, нет и никогда теперь не может быть таких сил, которые повернули бы ход истории назад, изменили бы в стране существующий социалистический строй.

Это совершенно верно, но они и не будут менять социалистический строй, если в это понятие вкладывать лишь его хозяйственное содержание, т.е. обобществление орудий и средств производства. Но этот строй при известных условиях и наличии определенных тенденций в наиболее развитых и влиятельных слоях общества может, в ходе времени, постепенно и незаметно приобретать своеобразные олигархо-теократические черты и характер. И тогда он будет лишь условно социалистическим, но отнюдь не безусловно социалистическим, каковым он является сейчас.

Я не ученый. В общественно-политических и экономических науках разбираюсь не лучше любого рядового члена партии. Возможно в вышеприведенных рассуждениях и выводах ошибаюсь. Но я глубоко убежден, что если обрисованное в моей рукописи положение вещей останется неизменным и мы по-прежнему будем проявлять к религии и ее идеологам - духовенству либеральное отношение, порою переходящее в кокетничанье с ними, то это будет в конце концов чревато весьма нежелательными социально-политическими последствиями, и их тяжесть сейчас даже трудно учесть.

Всегда и неизменно глубоко Вас уважающий Ф.Н. Славгородский, член ВКП (б), п/б №8778150, партстаж с 1 мая 1917 г., персональный пенсионер республиканского значения.

3/I-52 г."

Слушайте выдержки из "Записок о войне" поэта Бориса Слуцкого. Почти через 55 лет после завершения этой книги она была опубликована петербургским издательством "Logos". Войну Борис Слуцкий закончил командиром радиовещательной машины. В следующем отрывке говорится о боях за Белград в октябре 1944 г.

"В ночь на 14 октября механизированный корпус Жданова ворвался в Белград. Этому предшествовал неслыханный по темпам разгон: Ясско-Кишиневское побоище, триумфальное шествие по Болгарии, стремительное и торжественное в одно и то же время, наконец, 200-километровый марш по сербским шоссе, где числился сопротивляющийся противник.

Предместья города - Вождовау и Дедины были заняты с ходу. Их огромные каменные здания, дворцы и виллы создали ложное представление о том, что танки уже в центре города. Вокруг романтически поблескивали немногие пожары, озарявшие столицу,- первую столицу, лежавшую у ног советского генерала.

Казалось, вот-вот появятся изумрудные шинели фрицев, притащат тяжелые, литые городские ключи.

Утром шел малоинтенсивный бой за южную из больших городских площадей - "Славию". Утром же я, доселе мирно путешествовавший те же двести километров со сталинградцами, согласовал с их комдивом текст ультиматума и потихоньку поехал на передовую - вещать. У командира полка меня задержали танкисты. Они уже пили заздравные тосты - впрочем, неуверенно - их танки болтались перед каменными дворцами, не умея выкурить оттуда хитрых фрицев. Развертывалось наглядное подтверждение тезиса о малопригодности танков для городского боя.

Танкисты сообщили мне, что здесь распоряжаются совсем не пехотные генералы, а "сам генерал-лейтенант Жданов - командующий оперативной группой по овладению Белградом". Ничего не поделаешь- приходилось искать Жданова. Без него вещать ультиматум было явно незаконно.

Я нашел его на главной улице - чуть согнутого близкими разрывами, высокого, красивого, в демонстративно полной генеральской форме.

Меня всегда удивляло - до чего крупный, упитанный народ наши генералы. Очевидно, здесь дело не только в естественном влечении в кадры рослых людей, но и в том, что двадцать лет мирного строительства, когда начальство - партийное, советское, профсоюзное - надрывалось на работе, они физкультурили и отчасти отъедались на положенных пайках.

Я доложил. Генерал откачнулся в сторону, прищурился и рассмеялся трагически.

- Слишком много чести для противника - вещать ему ультиматумы. Город взят мной.

Я ушел с приказанием немедля вещать "призывы к отдельным сопротивляющимся группировкам".

На другой день вечером порученцы Жданова топырили уши по всему городу - искали меня на слух по характерному эху динамиков.

Жданов принял меня на своем наблюдательном пункте - крыше госпитального городка. Штаб корпуса он разместил в подвале - в тридцати метрах по вертикали от НП, в тысяче метрах по горизонтали от противника.

Взволнованный, без тени вчерашней полноватой гвардейской рисовки, он шагал по крыше, цепляя шпорами за ее железные швы.

Положение было критическим. Танки безнадежно застряли в каменном муравейнике. Пехота была еще на подходе. Три дивизии немцев прорвались с востока и перерезали основную магистраль, соединявшую Жданова с его тылами и Болгарией. Жданов выслушал меня хмуро, вдумчиво, серьезно.

Внес исправления в текст ультиматума - вполне разумные. Сказал: "Вещайте им, что три дивизии, которые обещают им спасение, уже регистрируются в моих лагерях. Сейчас мы долавливаем их штабные радиостанции, которые будут примерно наказаны за то, что они вас дезориентируют".

Я откозырял и побежал выполнять.

Как известно, Белград был взят только через пять дней - 20 октября.

Вскоре я узнал трагикомическую подоплеку операции. 14-го числа, утром, незадолго до разговора со мной, Жданов, упреждая подход пехоты, с которой пришлось бы делить славу, загодя донес во фронт о взятии города. Доклад пошел в Москву. Антонов сообщил о нем Сталину и стал сочиняться длинный приказ - с фамилией генерала на видном месте. Однако уже к вечеру 14 октября обстановка вырисовалась настолько, что Жданову пришлось срочно дезавуировать свое утреннее донесение.

Рассерженный Антонов сказал Толбухину: "Можете передокладывать хозяину сами!"

Результаты известны.

В запоздавшем приказе Жданов занимал прочное 11-е место - после всех комдивов, обеспечивавших его дальние фланги".

XS
SM
MD
LG