Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Датско-русский театр "Диалог". Немецко-русский фильм по повести Василя Быкова. Семен Аранович - к 70-летию со дня рождения. "Париж-пляж"

  • Сергей Юрьенен

Сергей Юрьенен: Датско-русский театр "Диалог". Немецко-русский фильм по повести Василя Быкова. Семен Аранович - к 70-летию со дня рождения выдающегося режиссера, жизнь которого завершилась в Германии. "Париж-пляж": Об опускном мероприятии мэрии французской столицы расскажет Дмитрий Савицкий.

Дмитрий Савицкий: Статистические данные, опубликованные вчера в Париже, мягко говоря, ошарашивают: 37% французов нынче не отправляются в отпуска вообще, то есть - остаются дома. Горные тропы и средиземноморские пляжи им не по карману. В этом свете совсем по-другому смотрится "Парижский пляж", который стартует сегодня на правом берегу Сены, стартует в третий раз. Это, несомненно, плохая новость для оставшихся в городе автомобилистов, обреченных на пробки. Потому что, что левобережные, что правобережные набережные - это скоростные магистрали города. Но это хорошая новость для всех, кто остался в городе.

Пальмы в кадках и три с половиной километра песка и газонов, гамаки и лежаки в распоряжении парижан и гостей столицы. Эти три с половиной километра пляжа начинаются у моста Сюли на востоке и тянутся мимо Шатле и Лувра к садам Тюильри. Двести лежаков-раскладушек и сорок гамаков были заняты сегодня утром чуть ли не на рассвете, когда город плавал в тумане. Остальным придется довольствоваться собственными пляжными полотенцами. В этом году, что, кстати, поможет избежать и споров, кому досталось, а кому нет место под солнцем, на парижском пляже работают с рассвета и даже после захода солнца сорок пляжистов, то есть мастеров на все руки по части воды и солнца, перегрева и переохлаждения, игры в волейбол и первой медицинской помощи.

Городская мэрия бухнула более двух миллионов евро в это горячее мероприятие, впервые построив бассейн в 220 квадратных метров, который, несомненно, станет недели через две мощным химическим оружием с радужной пленкой крема для загара на поверхности. Учитывая прошлогоднюю жару, вдоль пляжа установлены не души, а водораспылители, создающие постоянный водяной туман - лучшее средство для своевременного охлаждения. Питьевые фонтанчики, воды с прохладительными напитками и сладостями для детей, библиотека в тени платанов с книгами на любой вкус, а также площадки для игры в петанг - все это совершенно бесплатно на пять недель принадлежит парижанам.

В создании Пари-пляж участвовали и крупные французские фирмы, такие как "ФНАК" и "Монопри". "Монопри", к примеру, купил для парижан две тысячи тонн речного пляжного песка. Конечно, как и в прошлом и позапрошлом году дымящиеся на солнце пляжники будут зреть глухо задраенные ставнями окна домов на противоположном берегу, на островах Сен-Луи и Сите и набережной Вальтера. Обитатели этих престижных районов загорают далеко-далеко от столицы на настоящем песке, у кромки вод, в которую не опасно вступить ногой. Сена, которую 25 лет назад обещал превратить в реку чистую и для купания разрешенную бывший мэр столицы Ширак, до сих пор строго-настрого запрещена нашим пляжникам.

Сергей Юрьенен: Немецко-русский фильм по повести Василя Быкова. Проект представляет живущий в Германии российский режиссер Сергей Лозница.

Нелли Павласкова: Сергей Лозница - автор документальных фильмов "Диктатор из гипса", "Жизнь", "Осень", "Полустанок", "Портрет", получивший в прошлом году на международном кинофестивале в Карловых Варах специальный приз жюри. Ныне Сергей Лозница готовится к постановке своего первого полнометражного игрового фильма - экранизация повести Василя Быкова "В тумане".

Сергей Лозница: Это фильм о войне или ситуации, которая возникает во время войны. Это Белоруссия, партизаны. И складываются в жизни человека гражданского, который живет на маленьком хуторе, обстоятельства таким образом, что они вытесняют его из жизни. У него есть выбор: либо предать себя и быть непорядочным, например, либо уйти из жизни. Чем более он гуманен, а он просто по-другому не может, тем меньше у меня шансов остаться жить.

Нелли Павласкова: Вы говорили, Сергей, что у вас самая главное в кино подлинность изображения. А вы собственными глазами ведь не видели войну?

Сергей Лозница: Не знаю, как можно говорить о том, что еще только будет, только предстоит. Поскольку то, что я снимал, для меня было таким же незнаемым, неведомым в документальных фильмах, как и то, что я собираюсь снимать. То есть каждый фильм - это поход в неведомое.

Нелли Павласкова: Да, я вспоминаю, как несколько лет назад делала интервью с Милошем Форманом. Он перед этим рассказывал о войне, об оккупации Чехословакии, об аресте и гибели родителей в немецком концлагере, о своих мытарствах. И я спросила: не хотел бы он снять обо всем об этом фильм? Форман ответил отрицательно и сказал, что "нам, кто это все видел, это делать нельзя". Что теперь это дело молодых - ставить фильмы о войне, важен теперь взгляд молодых. И добавил: "Шаффер тоже не жил в эпоху Моцарта, а написал о нем самую лучшую вещь - пьесу "Амадей".

Сергей Лозница: Я отвечу сразу же - почему. Потому что, если вы участвуете в какой-то ситуации, вы пристрастны, вы сразу же на чьей-то стороне. Вы не можете видеть эту ситуацию со стороны, вы не можете ее наблюдать, как наблюдает процесс судья, который ни на чьей стороне. Вы не можете быть ни правы, ни неправы, поскольку вы охвачены этой страстью. Вы в экстазе этой ситуации, и поэтому вы всегда ошибетесь. Человек посторонний, может быть, более точен в описании.

Сергей Юрьенен: 23 июля - 70 лет со дня рождения Семена Арановича. До прихода в кино он служил штурманом в военно-морской авиации. Документальные картины "Друг Горького-Андреева", "Горький. Последние годы жизни", "Альтовая соната. Дмитрий Шостакович", "Личное дело Анны Ахматовой", "Я служил в охране Сталина или Опыт документальной мифологии", "Большой концерт народов или Дыхание Чейн-стокса", "Песня олигархов" стали классикой. Широко известен телесериал "Противостояние", такие художественные ленты как "Торпедоносцы" и удостоенный приза "Серебряный медведь" на Берлинском кинофестивале 94 года "Год собаки". Выдающийся российский кинорежиссер не хотел жить нигде, кроме России. В Германию, где прошли последние годы жизни, привела надежда на помощь немецких врачей. Он скончался в 96 году и похоронен в Гамбурге.

Памяти Семена Арановича...

Юрий Векслер: В самом начале своего пути в киноискусстве Аранович совершил важный для себя поступок - сумел преодолеть сопротивление нескольких инстанций и добиться разрешения снять отпевание и похороны Анны Ахматовой. За это он был, несмотря на разрешение, на полгода переведен в ассистенты, а оба его оператора были уволены. Он сумел стать настоящим мастером со своим уникальным почерком. В эти дни ему исполнилось бы 70.

О Семене Арановиче говорят: петербургский композитор, автор музыки ко многим фильмам режиссера Александр Кнайфель.

Александр Кнайфель: Когда эти, демонстрирующие силу, с улыбкой во весь рот физкультурники и физкультурницы танцуют, огромные массы народа танцуют на Красной площади. И он каким-то неведомым чутьем подложил под этот танец эпизод расстрела из 11 симфонии Шостаковича, буквально этот эпизод. И они, эта жуткая музыка, и она идеально просо движение в движение совпала с этим танцем. Вы знаете, это производит такое впечатление - это надо видеть. Но как он догадался - я не знаю. В этом есть высшее проявление этого чуда искусства кино, документалистики, в этом оно все существует, в этом резонансе, когда время особым образом становится на дыбы. Это можно выявить только таким мастерам и именно через кинопублицистику.

Юрий Векслер: Кинорежиссер, делавший вместе с Арановичем документальную ленту "Альтовая соната. Дмитрий Шостакович" Александр Сокуров.

Александр Сокуров: Блестящий режиссер с безукоризненным владением профессиональным навыком и страстный человек очень. Для меня работа с ним была настоящей школой.

Юрий Векслер: Актриса театра и кино Ксения Кутепова.

Ксения Кутепова: Остались впечатления на всю жизнь от самого Арановича и от команды вокруг него. Меня тогда потрясла именно атмосфера вокруг этого человека, и он был в центре этой группы людей-единомышленников. Его глаза я очень хорошо помню, они были темные и очень острые, очень острые. Насколько он мало говорил, настолько он все видел и замечал.

Юрий Векслер: Жена режиссера Тамара Аранович.

Тамара Аранович: Семен много лет тому назад мечтал сделать "Невский проспект", именно балет поставить. Он никогда ни в театре ничего не ставил, он снимал только кино. И вот он мечтал именно "Невский проспект", фильм-балет...

Юрий Векслер: Документальные его ленты, такие как "Трилогия о Сталине", "Личное дело Анны Ахматовой" и другие еще ждут своего открытия заново другими поколениями, там запас прочности огромный. Он снял несколько замечательных художественных картин, таких как "Год собаки", "Летняя поездка к морю" и, безусловно, один из лучших фильмов о войне "Торпедоносцы".

О войне и ее жертвах был задуман и начат и последний незаконченный фильм Семена Арановича, названный им "Агнус Деи" - "Агнец божий".

В книге памяти режиссера, выпущенной директором его многих картин Аллой Ставицкой, есть сценарий этого фильма. Он назывался первоначально "Ника". Есть и рассказ автора сценария петербургского писателя Александра Житинского. Он начинается так: "Я не люблю названия этого сценария. Я не люблю этот сценарий. Я не люблю сам замысел. Мне кажется, что между этим замыслом и уходом от нас его автора есть некая мистическая связь". Далее Александр Житинский пишет: "Однажды мне позвонил Юрий Клепиков, главный редактор объединения "Кинодокумент", которым руководил Аранович, и сказал, что Семен приглашает меня на студию и хочет предложить написать сценарий по его замыслу. Я пришел. Мы втроем расположились в креслах, и Семен изложил замысел. Он состоял в том, что мы попытаемся сделать фильм-версию исторического подвига Зои Космодемьянской, будто бы он был тщательно продуманной инсценировкой, спланированной акцией, направленной на повышение боевого духа народа и армии. С использованием документальных материалов, известных фотографий Зои в петле, очерков в "Правде" и тому подобного. Аранович сказал, что он рассчитывает на мое умение создавать сюжеты, ибо нужен был достаточно закрученный сюжет".

Фрагмент сценария "Агнус Деи", эпизод 22. Квартира писателя Иваницкого. Поздний вечер. Соболев отворяет дверь в кабинет писателя. Он слегка пьян. В роли писателя Иваницкого снимался Александр Калягин. Его племянника, полковника Соболева, начальника разведшколы играл Олег Янковский. Иваницкий сидит за пишущей машинкой. Прячет исписанные на машинке листы. Соболев замечает это.

Соболев: "Конспиратор, мать твою. Слушай, дядя Жора, мне это надоело. Ты играешь с органами в какую-то игру, втянул меня, корчишь важный вид. Я вам не мальчик, я - боевой офицер, у меня награды. Что мне говорить подчиненным? Куда мы готовим этих девок? В ставку Гитлера? Почему такая дурацкая конспирация? Приказано отрезать косу. Зачем?"

Иваницкий очень тихо, показывая на своей шее: "Затем, чтобы легче было разглядеть рубец от веревки вот здесь".

В поисках актрисы Аранович увидел сестер-двойняшек Кутеповых, учившихся у Петра Фоменко. Под них режиссер попросил Александра Житинского переписать уже готовый сценарий. Героини, две внешне неотличимые, но очень разные, Вера и Ника. Когда Ника случайно узнает о том, к чему готовят ее сестру, то, зная личную тайну (Вера беременна), Ника решает заменить сестру и пожертвовать собой ради жизни ее ребенка. Спецоперация не удается. Ника погибает. В финале картину оставшуюся в живых Веру с ее родившимся ребенком арестовывают и отправляют по этапу.

Тамара Аранович: "Агнус Деи" Семен начал снимать еще до болезни. Он не считал себя больным. Он спешил, он отснял материал на деньги, этот фильм был совместно с немцами из Гамбурга. Они выполнили свой договор, и все эти деньги были израсходованы. Фильм прекратили снимать из-за отсутствия денег. А Госкино совершенно не выполнили свою задачу, они денег не дали.

Ксения Кутепова: Ничего досаднее я так не переживаю за свою жизнь как то, что работа была незакончена, то, что все так глупо прервалось. Потому что это должно было быть очень интересно и замечательно, мне так кажется.

Юрий Векслер: Ученик Семена Арановича Андрей Кравчук снял по сценарию друга режиссера Юрия Клепикова замечательный фильм о своем учителе, он называется "Последний кадр" и заканчивается последним снятым Арановичем кадром - кадром из фильма "Агнус Деи".

Александр Сокуров: Я надеюсь, что там, на небе, душа его не мучается, что ему легче, чем здесь было, а здесь ему было довольно трудно.

Сергей Юрьенен: "Суд человеческий. Императрица Мария Федоровна". Спектакль датско-российского театра "Диалог". Не слышали о таком? Нета Пречистинская в Копенгагене встретилась с художественным руководителем Татьяной Дербеневой.

Нета Пречистенская: К дому, где его ожидают мать и сестра, подъезжает карета Николая Второго. Киев, октябрь 1916 года. Одна из последних встреч императрицы Марии Федоровны со своим сыном. Начало конца династии Романовых на русском престоле. Так начинается драматический спектакль по пьесе Владимира Малягина "Суд человеческий. Императрица Мария Федоровна" в датско-русском театре "Диалог". Об этом уникальном театральном проекте и о судьбе спектакля рассказывает художественный руководитель театра "Диалог" актриса Татьяна Дербенева.

Татьяна Дербенева: Наш последний император Всероссийский Николай Второй был наполовину датчанин, то есть мама его была датчанка, датская принцесса Дагмар. И когда я прочитала, посмотрела материал, подумала: боже, как интересно будет сделать спектакль с этой женщиной. Такая трагическая судьба - терять своих детей, внуков, остаться на чужбине. Для нее была чужбина, потому что 50 лет прожить в России, страна, которая засасывает. Как бы ни было сложно, это страна, если человек там пожил, не может не любить. Даже может сражаться с проблемами, которые там есть, может что-то не любить, в общественной системе, но не любить эту страну невозможно.

Нета Пречистенская: Расскажите, пожалуйста, о русской версии спектакля.

Татьяна Дербенева: Русскую версию мы делали с режиссером ГИТИСа Бернедесом Подегимосом, это режиссер, которого я знаю с 90-го года, он долгое время руководил театром в Каунасе, был главным режиссером этого театра, художественным руководителем. Но создавался он достаточно сложно. Потому что в Копенгаген привезти всех исполнителей, найти декорации, сделаны все были в России. У нас было много чисто экономических сложностей, потому что здесь все по-другому - другая система жизни, другие социальные проблемы. Правда, Королевский театр помог нам найти замечательный реквизит, костюмы.

Делался спектакль достаточно быстро. Потому что, как вы понимаете, собрать такое количество известных артистов: у нас главную роль играла Нина Ивановна Дробышева, народная артистка России, она здесь сыграла премьеру. Николая играл народный артист России Виктор Раков, известный сейчас актер российский. Я сыграла роль Великой княгини Ольги. Хотя сейчас Марию Федоровну в нашей новой версии играет актриса, замечательная совершенно актриса из Театра на Малой Бронной Вера Майорова. Николая тоже есть исполнитель, потому что Виктор Раков далеко не всегда может быть с нами, он очень сейчас востребованный актер. Но мы приобрели в этом спектакле, потому что немножко другая версия получилась, другая личность, другая природа - это Андрей Невраев, замечательный актер.

Нета Пречистенская: Как вас воспринимают в России?

Татьяна Дербенева: Получили очень лестное предложение от театра Маяковского сыграть там несколько спектаклей. То есть практически мы получили контракт на весь сезон. Мы играли в филиале театра Маяковского на Сретенке. Очаровательное здание, прекрасное помещение и хорошо посещаемое. И надо сказать, что эта история о судьбе Марии Федоровны императрицы и последних днях трагической судьбы семьи Романовых привлекла большое внимание прессы в Москве. Сама история, знаете, чем страшна и интересна? Я думаю, как сказал наш автор, это не просто спектакль, это, пожалуй, наша миссия рассказать людям о судьбе этой семьи, часто оклеветанной.

Нета Пречистенская: Вы много гастролируете?

Татьяна Дербенева: Подряд. У нас были гастроли - Москва, театр Маяковского филиал, и Смоленский камерный театр. Я вам скажу, что я была очень приятно поражена тем, как люди, не имея материальной базы, которую имеет московский театр, как они трепетно работают, не считаясь ни со временем, ни с силами своими. Я удивляюсь. Честно говоря, для меня это момент открытия.

Нета Пречистенская: Помогает ли Дания вашему театру?

Татьяна Дербенева: Сейчас нам очень помогает Датский институт культуры, созданный в Петербурге. Сейчас они нам помогают сделать гастроли и в молодежном театре в сентябре, и в Аничковом дворце, в Гатчине. Сейчас практикуют такие спектакли в дворцовых условиях. Наши гастроли решили приурочить к выпуску книги Тимофея Ящика, это лейб-казак императрицы Марии Федоровны, и это большое событие в культурной жизни.

XS
SM
MD
LG