Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Олимпиады как сменяющие друг друга идеологические проекты


Наша программа сегодня целиком посвящена Олимпиаде. Точнее, Олимпиадам, и не в спортивном плане, а в историко-культурном. Нас интересуют Олимпиады как сменяющие друг друга идеологические проекты. Как все начиналось? Короткий взгляд в историю. Вот, что пишет филолог и переводчик Михаил Гаспаров в своей книге "Занимательная Греция".

"Не надо путать Олимпию и Олимп. Олимп - это гора в северной Греции. Высокая, скалистая, со снежной вершиной, окутанной туманом. Говорили, что там живут Боги. А Олимпия - это городок в южной Греции, в Пелопоннесе, в области Элида. Зеленая дубовая роща, посвященная Зевсу, при роще храм Зевса, а при храме место для знаменитых олимпийских состязаний. Покорив Аркадию и Аргалиду, Спарта могла без труда покорить и Элиду с Олимпией, но поступила умней. Она объявила Олимпию нейтральной землей и взяла на себя ее защиту. Раз в 4 года, в пору летнего солнцестояния, по всей Греции объявлялось священное перемирие. Войны прекращались, и в Олимпию по всем дорогам стекались толпы народа участвовать в состязаниях или поглядеть на состязания. В остальное время греки чувствовали себя только гражданами своих маленьких городов-государств, вечно ссорящихся друг с другом. Здесь, в Олимпии, они чувствовали себя сыновьями единого народа. Таких общегреческих праздников, сопровождавшихся священным перемирием, было четыре. Кроме Олимпийских, это были Пифийские в Дельфах, Истмийские в Коринфии и Немейские в тех местах, где Геракл когда-то убил каменного льва. Но Олимпийские считались самыми древними.

Состязания были посвящены Зевсу олимпийскому. Считалось, что богу приятно смотреть на людскую силу и ловкость. Но какие именно проявления силы и ловкости людям нужнее всего, это решалось самыми земными привычками. Что должен уметь пастух, чтобы уберечь свое стадо от разброда волков и разбойников? Нагнать хищников, перескочить через расселину, издали уметить в противника камнем или палкою и сблизи вступить с ним в драку и одолеть. Отсюда и программа ранних Олимпийских состязаний. Бег, прыжок в длину, метание диска и копья, борьба. Лишь потом к ним добавились скачки верхом и в колесницах, а бег и борьба разделились на несколько разновидностей. Рекордные результаты не отмечались. Смотрели только, кто раньше, или кто дальше. Поэтому, лишь в редких случаях, мы можем сравнить достижения греческих атлетов с нынешними. Бегун Тисандр пробежал за час около 19-ти километров. Это очень хорошие показатели и для современного бегуна. Дискобол Флегий бросил диск через олимпийскую речку Алфей. Это около 50-ти метров по нашему счету. Достижение международного класса. А ведь греческие диски были, обычно, тяжелее наших. Камень с надписью "Бибон поднял меня над головой одной рукой" весит 143,5 килограмма. Это очень большой вес для двух рук и почти невообразимый для одной. Наградой в Олимпии был только оливковый венок, а в Дельфах - лавровый. Но эта награда означала, что носитель ее - любимец бога, даровавшего ему победу на своих играх. И его чтили и славили, как любимца бога. В честь его устраивались праздники, воздвигались статуи, слагались песни. Особенно знамениты были те, кто подряд одерживал победу на всех четырех общегреческих играх - Немейских, Истмийских, Пифийских, Олимпийских.

Знаменитый родосский борец Диагор был таким четверным победителей и двух сыновей своих видел такими четверными победителями. А когда подросли его внуки - тоже одержали победу в Олимпии и, в ответ на приветствие народа, подхватили на плечи своего доблестного деда и понесли по стадиону, то народ от восторга себя не помнил. Один спартанец крикнул: "Теперь умри, Диагор! На земле ничего славнее уже нет! А на небо тебе все равно не взойти".

Можно ли себе представить развитие спортивной философии? У нашего микрофона историк спорта Юрий Теппер.

Юрий Теппер: Олимпийские игры - это очень странная штука. С точки зрения культуролога - это прыгающий объект. В ходе развития игры невероятно трансформировались. И трансформировалась вся олимпийская идея. Три прыжка можно обсуждать.

Первое начало - это кубертеновский олимпизм. У Кубертена был не спортивный, а сугубо педагогический проект. Кубертен был человек удивительной интуиции. Может быть, это воспитание в иезуитском колледже, может, просто талант. Он понимал, что воспитание людей ближайшего будущего, ХХ века, должно базироваться на тренировке и формировании у них определенной готовности. Кстати говоря, эта идея очень интересно перекликается дальше. Пройдет еще три десятка лет и Ортега-и-Гассет в "Восстании масс" напишет: "Человек - это тот, кто тренируется". Это идея тренировки, во имя развития человека, во имя воспитания человека. Кстати, очень интересная вещь - олимпийская идея по Кубертену. Радость от тренировки, культуры и красоты мускулов, труд во имя семьи и общества, вернее, неразрывное единство этих элементов. Какой здесь олимпийский спорт с рекордами, и так далее! Это все потом будет. Кубертен именно поэтому возражал против рекордсменского уклона, против профессионализма. Он боролся за то, чтобы все виды спорта были равно доступными всем. Чтобы человек мог выбрать спорт для себя. Это, конечно, была чистой воды утопия, и, как педагог, Кубертен на первом утопическом шаге сделал очень много. Он поднял мировой спорт до мощного, глобального педагогического инструмента.

А дальше происходили следующие вещи. Следующий прыжок олимпизма - политический. Эта ситуация началась еще до Первой мировой войны. Но самый резкий выброс этого - олимпийские игры в Берлине в 1936 году. Берлинская олимпиада, при том, что она была явно фашистской ориентации, с этой болтовней о величии арийской нации, была интересна, как культурный феномен, в котором была собрана и древняя история, и оттуда пошла эстафета олимпийского огня, и конкурс искусств. Конечно, в нем выиграли немцы. Это было невероятное событие. Но уже спорт служил политике. Это был абсолютно точный следующий прыжок олимпизма - и он стал политической акцией.

Позднее, это проявлялось в борьбе СССР и США, в политическом противостоянии на олимпийской арене. Москва, 80-й год. Это все выглядело очень помпезно. Конечно, Брежнев - не Гитлер, и все это было более миролюбиво. Но та же самая была идея: олимпизм продвигается за счет энергии политики. Но прыжок на этом закончился. Кризис московской олимпиады, бойкот, ответный бойкот лос-анжелесской.

А что дальше? И вот следующий прыжок. Это уже прыжок, который делает Самаранч. Он, фактически, делает олимпийские игры шоу. Это уже культура шоу. Причем, шоу международного. Если делается шоу, то там должны быть элементы криминала, спорта, секса, приколы какие-то. И все это будет выкручиваться на уровне международного великого зрелища, в котором каждый может увидеть все. В этом смысле, мне очень нравится греческое слово паноптикум. Это не выставка диковин, а "место, откуда все видно". Так вот, на мой взгляд, с афинских высот очень хорошо видно, что такое спорт. И, в этом смысле, можно говорить, что в культурном плане эта идея сейчас трансформировалась во всемирное шоу. И вот тут можно было бы и застрадать - до чего дошли. Допинг-скандалы, голые выбегают на поле, полиция ловит, ищут террористов. Но мир не получается такой, как спорт. Спорт - такой, как мир.

Я бы закончил всю эту культурологическую скачку оптимистическим ходом. Поймите, это единственное всемирное культурное событие, которое повторяется свыше сотни лет. По Кубертену, олимпийские кольца - это переплетение континентов. Но есть и другое - переплетение культур. Европейской, восточной, африканской, австралийской. И все умеют выйти на уровень борьбы, соперничества, и мир может сохраниться в условиях, борьбы и конкуренции. И, в этом смысле, олимпизму сейчас нужно простить все эти выверты. Это единственная культурно-техническая проектная идея, которая прошла через наше время.

Иван Толстой: В годы холодной войны олимпийские игры превращались в настоящее поле не только спортивных, но и идеологических сражений. Советские, китайские, кубинские, восточно-германские спортсмены доказывали на стадионах и спортзалах превосходство своей, марксистско-ленинской, марксистско-маоистской или марксистско-кастровской идеологии. Вот, что говорит о московской олимпиаде 80-го года ветеран спортивной журналистики Аркадий Ратнер.

Аркадий Ратнер: Говорят, решение о проведении в Москве в 1980 году Олимпийских игр Политбюро ЦК КПССС приняло после долгих споров. Что заставляло осторожничать кого-то из высших кремлевских чинов, так и осталось тайной. А вот стремление провести игры в СССР, вполне объяснимо. Хотелось показать миру и растущую мощь государства, и рост экономики, и расцветающую в стране демократию - все, что за рубежом ставили под сомнение. А, главное, конечно, доказать, что советским спортсменам нет равных. Хорошо помню, как у некоторых москвичей появилась надежда, что к Олимпиаде подновят, наконец, совершенно запущенную столицу.

Но пропагандистским планам не суждено было сбыться. В конце 1979 года советские войска вторглись в Афганистан, и несколько десятков государств, в их числе США, ФРГ, Япония, московскую Олимпиаду бойкотировали. Несколько знаменитых спортсменов все же приехали в Москву. Но как частные лица, свою страну не представляющие. Были в их числе победители, превосходные бегуны Себастьян Коэ и Фит Овед из Англии, итальянцы - выдающийся спринтер Педро Минео и Сара Симеоне, выигравшие соревнования по прыжкам в высоту. В честь их побед на флагштоке поднимали флаг Международного Олимпийского Комитета. Вообще, показанные результаты оказались весьма высоки. Было установлено 36 мировых и 39 европейских рекордов. Но главный рекорд, который никогда не будет побит, - 80 золотых медалей, завоеванных сборной СССР. Для сравнения, сейчас, на играх в Афинах, хотя их программа, по сравнению с московской, возросла почти вдвое, нынешние спортивные руководители России мечтают лишь о 30-ти высших наградах. Конечно, в фантастической цифре 80 далеко не все было чисто. И расписание тренировок для своих составляли поудобнее, и с судьями работали виртуозно - дорогие подарки так и сыпались в их руки. И существование всяких других маленьких хитростей, о которых нет ни времени, ни желания вспоминать. Спортивные арены к играм возводились организованно и быстро. Построили уникальный комплекс "Олимпийский" - крытый стадион и бассейн, построили велотрек в Крылатском, там привели в божеский вид гребной канал. В разных районах появились новые игровые залы. Сейчас обветшавшие сооружения используются по-разному. Гребной канал и велотрек принимают спортсменов 2-3 раза в году, в бассейне жизнь кипит, а расположенный рядом монументальный стадион "Олимпийский" воспринимается лишь как памятник прошедшим играм. Спорту он служит во время теннисных турниров, а в остальное время старается окупить собственное содержание, сдавая свои помещения коммерческим магазинам и фирмам.

Сегодня, спустя 24 года, каждый воспринимает прошедшую олимпиаду по-своему. Большинство, как ни странно, говорят не о самих соревнованиях и бесконечных телетрансляциях, а вспоминают чистые, опустевшие московские улицы, спокойное, без давки метро, изобилие продуктов в продовольственных магазинах. "Как будто, - сказал недавно мой старый товарищ, - на две недели приподняли железный занавес, а потом, в день закрытия, когда улетал в небо олимпийский мишка, занавес этот вновь опустили".

Иван Толстой: Германская Демократическая Республика. Чудо-результаты показывали спортсмены из ГДР. О том, что стояло за этим успехом, рассказывает наш берлинский автор Юрий Векслер.

Юрий Векслер: Многие спортсмены и тренеры из бывшей ГДР успешно продолжили свои карьеры и в объединенной Германии. Это говорит о том, что за успехами спорта ГДР стояла серьезная методическая база. Некоторые спортсменки, такие как Катарина Витт и Хайке Дрекслер, являются и сегодня любимцами немецких средств массовой информации. Но за дождями медалей были умело скрыты до поры и многие ухищрения. В частности целенаправленное применение различных медицинских и генетических препаратов.

Масштабы этой преступной работы в духе цель оправдывает средства не ясны и по сей день. И все-таки после объединения страны многое вышло наружу. В 2001 году руководитель спорта ГДР Манфред Эвальд был признан судом Берлина виновным в нанесении ущерба здоровью спортсменов и приговорен к одному году и 10 месяцам, а главный спортивный врач ГДР Манфред Хёппнер - к полутора годам заключения условно. Многие спортсмены, выступавшие тогда с иском, были этим приговором разочарованы.

Манфред Эвальд вырос и был воспитан в годы нацизма, и одно усвоил намертво - необходимость беспрекословного подчинения вышестоящим и право распоряжаться нижестоящими.

Одна из подопечных Эвальда легкоатлетка Иннес Гайпель, написала в своей книге "Проигранные игры": "Руководители партии знали о влиянии спорта на национальную гордость и о идеологическом значении спорта в соревновании двух систем. В 1974 году ЦК принял специальный государственный план, целью которого было превратить ГДР в ведущую спортивную нацию в мире. Дипломаты в голубых трико, так называли спортсменов в ГДР, должны были выполнять план по рекордам. Был организован поиск спортивных талантов, к работе с которыми подключались лучшие тренеры, ученые-методисты и фармакологи, разрабатывавшие строго секретную и централизованно контролируемую систему допингов, применение которых начиналось, например, для юных пловчих и гимнасток в 11-летнем возрасте".

По подсчетам Иннес Гайпель, которая сама была членом сборной ГДР в эстафетной команде 4 по 100 метров, с 1974 года по 1989 допинговым воздействием было тайно подвергнуто более 10 тысяч человек. 120 из них выступали в качестве свидетелей обвинения на процессе Эвальда, который все просто отрицал.

Книга Иннес Гайпель подробно описывает жизнь этих жертв режима, юность которых проходила в подъемах тяжестей по 70 тонн в день или плавании временными отрезками по два часа с небольшими перерывами с 6.30 утра до 5 вечера. Пловчихи получали препараты, которые тренеры выдавали за витамины для восстановления потерянных сил. Пловчиха Уте Краузе прибавила в весе за четверть года 15 килограмм. Она, вспоминая о том времени, сказала: "Мое тело стало мне чужим".

Многочисленные жертвы идеологизированного спорта ГДР по сей день продолжают бороться за возмещение ущерба, причиненного их здоровью, но во многих случаях доказательства и поиски конкретного виновного затруднительны. Многие спортивные врачи ГДР сменили профессии, что для автора книги служит косвенным доказательством их соучастия в преступной деятельности. Даже на шумном процессе над Эбертом и Хёппнером суд посчитал доказанными обвинения только в 20 случаях из 120. А, по мнению экспертов, существует порядка 1000 бывших спортсменов ГДР, здоровью которых был нанесен значительный и часто непоправимый ущерб. Но они молчат и пытаются забыть, вытеснить из сознания то, чему они были подвергнуты.

Но что не менее печально, так это то, что, по мнению Иннес Гайпель, многие разработки тренеров и фармакологов ГДР были проданы или привезены в другие страны и сегодня активно используются в по всему миру, сделав допинг в спорте глобальной общественной проблемой.

Иван Толстой: От многих проблем, связанных со спортом закрытой страны, смогли уйти за последние годы в Китае. Рассказывает китаист Андрей Шароградский.

Андрей Шароградский: В рекламных роликах, которые крутит сейчас телевидение Китая, спортсмены, едущие в Афины, не клянутся в любви к компартии и не обещают посвятить свои грядущие победы нынешнему Генсеку КПК или Председателю КНР. Они одеты не в однообразные полувоенные френчи и шинели, а в модные костюмы. Они чувствуют себя уверенно и свободно, говорят, прежде всего, о престиже страны и мечтают победить на Играх, потому что любой, кто привезет из Афин золотую медаль, станет национальным героем. А заодно надолго обеспечит свое материальное благополучие, получив щедрые премиальные.

Не знаю, будут ли в Олимпийской делегации КНР "люди в штатском", но не думаю, что кто-то станет в Афинах удерживать китайских спортсменов от, скажем, похода в ночной клуб, если это не противоречит спортивному режиму. Никто не будет препятствовать общению олимпийцев из КНР с членами других сборных. А на трибунах афинских стадионов будут сидеть тысячи китайцев, которые смогли позволить себе поездку в Грецию, и отчаянно болеть за земляков.

Не будет допинговых скандалов, связанных с китайцами - страна, которая через 4 года принимает Игры в Пекине, просто не может этого допустить, а потому те, насчет кого есть хоть малейшее подозрение, в Афинах просто выступать не будут. Вообще скандалов, связанных с китайцами, не будет. Вот за этим будут следить строго, если не в самих Афинах, то из Пекина. Сор из избы в Китае предпочитают не выносить.

Отношение к спорту вообще и Олимпийским играм в частности в современном Китае характеризует нынешний вектор общего развития страны - прагматизм и национальный престиж, прежде всего. Впрочем, нет. В случае с играми - национальный престиж на первом месте и прагматизм на втором. Идеология на заднем плане - на всякий случай, если уж очень понадобится.

Одно смущает - в спорте в борьбе за национальный престиж часто нарушается принцип fair play. Китайцы - не исключение. На прошлой неделе сборная Китая по футболу не смогла достойно принять поражение от Японии в финале Кубка Азии. Футболисты бросились обвинять судью во всех грехах, тренер отказался взять медаль, а болельщики вели себя оскорбительно по отношению к Японии. Ничего подобного, уверен, в Афинах не будет.

Главная проверка на fair play через четыре года - в Пекине.

Иван Толстой: Звучит музыка из фильма Лени Риффеншталь "Олимпия". До сих пор зрителя потрясает кинематографическое мастерство спортивных съемок, чередование крупных и общих планов, энергия и нервность фильма, снимавшегося на берлинском стадионе. Об истории стадиона, этого своеобразного символа Германии, рассказывает из Берлина Юрий Векслер.

Юрий Векслер: Начать с того, что это уже второй олимпийский стадион на этом месте. Первый строился еще кайзером Вильгельмом Вторым для Олимпиады 1916 года. Но началась Первая мировая. В 1931 году Олимпийский Комитет избрал Берлин местом проведения игр 1936 года. В промежутке к власти в Германии пришли нацисты, и по их заказу сын архитектора первого стадиона Werner March на месте старого стадиона, который решили снести, спроектировал и построил новый, сохранившийся до наших дней. Говорили, что представленный проект разочаровал фюрера, так был слишком ажурным и недостаточно монументальным. Этот недостаток исправил за одну ночь Шпеер, придумав, как можно стадион Марха одеть в камень. И вот летом 1936 года Берлин принимал Олимпиаду. Проводя игры, нацисты преследовали пропагандистские цели: убедить мировое общественное мнение в миролюбии Германии и, в частности, в том, что слухи о преследованиях евреев изрядно преувеличены. Но еще более Гитлеру и его соратникам хотелось продемонстрировать превосходство арийской расы. Первую задачу удалось решить на тот момент полностью. Вторую - почти. Помешал американский чернокожий легкоатлет Джесси Оуэнс, выигравший четыре золотые медали и установивший несколько мировых рекордов. Потом была война, на которой погиб соперник Оуэнса в прыжках в длину и, несмотря ни на что, друг - немец Лутц Лонг.

В последние дни войны по призыву Гитлера город вышли оборонять подростки из гитлерюгенда. 2000 из них погибли, но многие спаслись, прячась в катакомбах на территории олимпийского комплекса.

Первым признаком послевоенной нормализации жизни в Германии стало возобновление футбольного чемпионата, в частности, и на олимпийском стадионе в Берлине. В 1954 году Германия совершила чудо, выиграв чемпионат мира в Берне.

Тема политизации спорта по-социалистически заслуживает особого разговора, скажу только, что за поражение в финале немцам футболисты Венгрии были по приказу верного ученика Сталина Ракоши отправлены в лагеря. Свой бернский успех немцам удалось повторить спустя 20 лет в Мюнхене. Один матч команда выиграла тогда и на олимпийском стадионе в Западном Берлине.

1978 год. Спустя 42 года после своего триумфа Берлин и стадион посетил легендарный Джесси Оуэнс: "Это сильное ощущение и переживание быть здесь снова, но еще более радостное впечатление видеть множество детей, и тех, кто тогда в 1936 были детьми"...

Интересно, что в эти дни во время церемонии нового открытия берлинского стадиона, в котором приняли участие несколько олимпийских чемпионов разных лет и даже бронзовая медалистка берлинской олимпиады по прыжкам в высоту 90-летняя Эльфриде Каун, был зажжен огонь в старой олимпийской чаше, и зажигали его внучки Джесси Оуэнса и Лутца Лонга.

В разные годы стадион становился местом проведения не только спортивных мероприятий. Несколько раз на нем проходили концерты мировых звезд, в частности, "Роллинг Стоунс".

В 1996 году на берлинском олимпийском стадионе выступил с проповедью папа римский Иоанн-Павел Второй: "Вы пришли сегодня ранним утром на этот стадион с крестами. Я благодарю вас от всего сердца за этот знак вашей веры".

Теперь, после реконструкции стадиона, на которую Берлин потратил 242 миллиона евро, руководство города не скрывает надежд получить право на проведение Олимпийских игр 2016 года, а до того - чемпионата мира по легкой атлетике 2009 года. Но первое блюдо в серии предстоящих этой арене спортивных пиров уже заказано - это финальный матч чемпионата мира по футболу 2006 года.

Иван Толстой: А что же стадионы сегодняшние, точнее, что вокруг стадионов? Какова культурная программа нынешней греческой олимпиады? Рассказывает наш корреспондент в Афинах Сократ Грамматикопулос.

Сократ Грамматикопулос: "Целый город - один праздник" - таков лозунг олимпийских Афин. Гостей Олимпийских Игр ждет 515 музыкальных шоу, выступлений танцевальных коллективов, театральных представлений. Кроме того, 116 культурных мероприятий состоятся в содружестве с представителями делегаций 34-х стран.

Выступления пройдут на 22-х площадях столицы Эллады, начинаясь с половины девятого вечера и продолжаясь до половины первого ночи. 13 стационарных сцен заняли свои места на узловых площадях Афин. Естественно, особое внимание уделено историческим местам столицы. Культурная программа начнется со дня открытия Олимпиады - 13 августа и продлится до окончания Параолимпийских Игр.

Особенность греческой программы - в обширном участии представителей традиционных видов искусств - музыки, танца, которые в стране пользуются действительно массовым успехом.

Хотя и поклонники современных направлений не будут ущемлены. Кроме греческих исполнителей представлены будут и зарубежные. Тут тоже довольно широкий разброс имен - от певиц Мадонны и Бьерк, до популярного голландского диск-жокея Тиесто, который дважды признавался лучшим ди-джеем года в мировом шоу-бизнесе. Он выступит на торжественной церемонии открытия Олимпиады. Это первый подобный опыт - живое выступление ди-джея на мероприятии такого уровня.

Россию в музыкальной программе культурных мероприятий Олимпийских Игр представит тувинская группа "Хуун-Хуур-Ту", исполняющая музыку в стиле "этник".

Надо отметить и богатую выставочную жизнь столицы. К открытию Игр многие музей были отремонтированы, экспозиции обновлены, проводятся специализированные мероприятия. Для примера стоит упомянуть выставку "Леонардо в спорте", где представлены произведения знаменитого художника Леонардо да Винчи, посвященные спортивной тематике.

Охвачены олимпийской культурной горячкой и другие олимпийские города Греции. В Салониках, Патрах, Ираклионе и Волосе, где будут проводиться состязания Игр, музеи и выставки станут работать по особому расписанию - до половины девятого вечера. Пройдут концерты и праздничные шоу.

Говоря о культурной программе Олимпиады в Афинах, следует вспомнить: за два года до события по инициативе греческой стороны стартовала так называемая Культурная Олимпиада, проводившаяся греческим министерством культуры. Она должна была проведением различных культурных мероприятий в столицах мира привлечь внимание к Олимпийским Играм в Элладе. Однако так как дело с подготовкой к непосредственной Олимпиаде складывалось не лучшим образом, в том числе и в финансовом плане, стала побеждать идея, что культурой можно пожертвовать. Часть крупных культурных мероприятий, намеченных на время Олимпиады, были отменены. Например, театральная акция на мотивы античных трагедий, которые собиралась подготовить известная греческая актриса Ирини Паппас. Но культуру вернули Олимпиаде, когда стало понятно, что все объекты будут готовы вовремя, а безопасность - обеспечена, и Игры пройдут при стечении массы туристов. Во многом, это заслуга нового праволиберального правительства, сменившего в марте этого года социалистов. Совершив невозможное за пять месяцев, бросив все силы на борьбу за Олимпиаду, премьер-министр Костас Караманлис взял на себя и персональную ответственность, заняв одновременно пост министра культуры.

Иван Толстой: Во впечатляющей культурной программе греческой олимпиады особое место займет музыка. Об одном из проектов рассказывает Андрей Шароградский.

Андрей Шароградский: Специально к Олимпиаде в Афинах звукозаписывающая компания DECCA выпустила Theodorakis Album, в который вошли произведения выдающегося греческого композитора Микиса Теодоракиса.

Руководство DECCA не скрывает надежды на коммерческий успех этого проекта, потому что освещающие Олимпиаду многочисленные теле- и радиокомпании будут нуждаться в греческой музыке для создания национального колорита.

В альбом включены "Адажио для флейты, струнного оркестра и ударных", и отрывки из самых известных балетов композитора - "Карнавал" и "Зорба", написанный Теодоракисом после успеха его саундтрека к одноименному фильму.

Иван Толстой: Советскую и, позже, российскую сборную в ее олимпийских поездках непременно сопровождала группа поддержки. Певцы, актеры, юмористы. Что в этом отношении происходит сегодня? Мой коллега Гагик Карапетян побеседовал с руководителем российской спортивной делегации в Греции Анатолием Колесовым.

Гагик Карапетян: Анатолий Иванович, вы были олимпийским чемпионом несколько десятилетий тому назад. Вы помните, что в олимпийскую деревню в сборную Советского Союза всегда были прикомандированы сотрудники ЦК комсомола, ЦК партии, которые образовывали группу политической и идеологической поддержки. Как эта ситуация изменилась в Афинах?

Анатолий Колесов: Я сожалею, что мы кое-что из прошлого утеряли, довольно ценного и интересного для спортсменов. Эта часть, которая когда-то называлась пропагандой, во многом сейчас утеряна.

Гагик Карапетян: А как бы вы хотели это реанимировать? Я понимаю, что ЦК комсомола и ЦК партии уже нет. А в каком виде вы хотели бы видеть группу поддержки? В виде актеров? Лещенко и Винокур, как я понимаю, собираются приехать в Грецию?

Анатолий Колесов: Я считаю, что и в Олимпийском Комитете, и в федеральном агентстве должны быть очень серьезные отделы, которые бы занимались вопросами пропаганды олимпийского спорта, вопросами организации досуга спортсменов. Все спортсмены очень сожалеют о том, что это утеряно.

Гагик Карапетян: Я, как очевидец, могу вам сказать, что спортсмены сейчас, в том же самом Солт Лейк Сити, в Сиднее, как я замечал, перед своими выступлениями находили русскую церковь и встречались с местными священниками. Как сейчас может происходить поддержка спортивного духа?

Анатолий Колесов: Уже приходил к нам священник элладской церкви православной. Мы его с удовольствием приняли и сказали, что можем ему выделить даже место, он может давать наставления спортсменам, если они того пожелают. Мы на это смотрим положительно. У нас этот уголок оформлен, стоит икона.

Гагик Карапетян: Но, Анатолий Иванович, если быть до конца справедливым, то в российской сборной участвуют не только христиане?

Анатолий Колесов: На Поклонной горе было все правильно организовано. Христиане вошли в православную церковь, а мусульмане вошли в мечеть.

Гагик Карапетян: А для того, чтобы перед соревнованиями подбодрить, поддержать, поднять дух у ребят, у которых ставка на золото? Как это происходит?

Анатолий Колесов: Этим мастерством владеют хорошие тренеры. Если тренер не владеет этой стороной подготовки спортсмена, то это плохой тренер. Кроме этого, у нас в команде есть психолог Рудольф Загайнов. Уже много спортсменов приходили и просили его участия.

Гагик Карапетян: Вы олимпийский чемпион по греко-римской борьбе много десятилетий тому назад. И, насколько мне известно, вы за эту победу получали, по сравнению с нынешними гонорарами олимпийцев, просто копейки. Не считаете ли вы, что материальная сторона для олимпийцев теперь больший стимул, чем идеологическая, чем призывы к патриотизму?

Анатолий Колесов: Нет, не считаю. Напротив, я наблюдаю за спортсменами и вижу, что они не против получить деньги, но для них гораздо важнее получить медаль, сделать счастливым себя, свою семью, своих друзей, земляков.

Иван Толстой: Каковы ожидания российского общества в преддверии греческой Олимпиады? Об этом наш нью-йоркский корреспондент Ян Рунов беседует с профессором университета штата Мичиган социологом Владимиром Шляпентохом.

Владимир Шляпентох: Для того, чтобы понять отношение к Олимпиаде в современной России, нужно указать на то, что современная Россия лишена доминирующей идеологии, которая сплачивала бы большую часть населения страны. Это одна из центральных проблем современной России. Именно из-за этого в России постоянно, чуть ли не с 91 года, идут поиски национальной идеи. Того, что могло бы, каким-то образом, создать известную солидарность в стране. Было очень интересно наблюдать, что происходило во время футбольного европейского чемпионата в Португалии. Страна была бесконечно поглощена этим событием. И если бы российская команда одержала там победу и оказалась бы в числе лидеров, то это было бы абсолютное торжество в стране, как это было в Греции и в той же Португалии. В России футбол, вдруг, на несколько дней, превратился в надежду замены общего национального символа. Поэтому сегодня Олимпийские игры для российского сознания играют гораздо большую роль, чем для Советского Союза. За подсчетом очков и медалей в современной России будут следить не с меньшим, а может еще с большим интересом, чем в Советском Союзе.

Ян Рунов: Но в Советском Союзе каждая победа - это было, наверное, торжество коммунистических идеалов, доказательство преимуществ советской системы? Сегодня в России это совершенно иная идея. Чистый национальный патриотизм стоит за каждой победой.

Владимир Шляпентох: Чисто национальный патриотизм - идеология не менее важная и серьезная, чем советская. К тому же, я хочу добавить, что советская идеология состояла из двух компонентов. Из русского национализма, веры в Россию, как в ведущую страну мира, и из советской системы. Эти два компонента сливались в советскую идеологию, которая восторжествовала с конца 30-х годов. В отличие от чисто интернационалистской, коммунистической идеологии начала 20-х годов. Поэтому в олимпийских победах Кремль и большинство русских видели не только победу советской системы, но и победу русского духа. А лишившись сегодня советского компонента, русские люди смотрят на Олимпийские игры, как на сферу, где Россия и русские люди смогут продемонстрировать свои высокие качества. Но я думаю, что нам не надо преуменьшать роль национального фактора, которая необычайно сильна. Посмотрите, что было в той же Португалии. Какие были национальные страсти, как реагировали болельщики из разных стран. Несмотря на глобализацию, на объединение Европы, на рост международных связей, патриотическое, национальное чувство во всех странах оказалось очень сильным. И я думаю, оно будет и на Олимпийских играх.

Ян Рунов: Но я думаю, это не чисто спортивный дух, а все-таки национально-патриотический, даже националистический.

Владимир Шляпентох: Именно. По сути говоря, это лицемерное заявление, что будет торжествовать дух олимпийства, дух беспристрастности. Нет, в современном мире этот национальный дух будет господствовать на Олимпийских играх. И во всех странах будут следить - наши или не наши. И это деление на наших и не наших будет характерно для всех стран, а для России не в меньшей степени. Может быть, в большей степени. И русские надеются на какой-то компенсаторный эффект в спорте. Россия остается ведущей державой в спорте. Она весьма прилично выглядела в Солт Лэйк Сити, несмотря на эти скандалы. И я думаю, что Кремль, Путин, население России, будут следить за этими играми с необычайным вниманием, и каждая победа будет рассматриваться, как победа России, как победа русских. Спортсмены сами это понимают. Они едут с миссией прославить страну.

Иван Толстой: Вернемся в Грецию, в Афины накануне старта Олимпиады. Как относятся к спортивному нашествию афиняне? Мой собеседник - бизнесмен Димитрис Баколас, живущий в Греции уже четверть века.

Димитрис Баколас: Все инфраструктурные работы, сделанные в Афинах, сильно преобразили лицо города. Афинянам многое стало легче. Легче добраться из одного конца города в другой, легче вылететь из Афин, легче передвигаться по городу. Город позеленел. Это все связано с ежедневной жизнью афинян. Чрезвычайное внимание уделяется безопасности, дороги разбиты на три полосы, одна из которых полностью предназначена для передвижения олимпийских эскортов, все это сделает проблематичной жизнь. Но август в Афинах - это месяц, когда, как и во всей Европе, все уходят в отпуск и поэтому это слегка облегчает результат этих ограничений.

Не забывайте, что Греция чрезвычайно туристическая страна. У нас с каждое лето страна сильно меняется. Острова полностью преображаются. И в Афинах тоже. Летом это другой город.

Иван Толстой: То есть, Греция уже давно получила некую вакцинацию, прививку против туристического нашествия? Ее трудно удивить? А может быть, это своего рода раскраска старых памятников? Ведь знаменитые античные мраморные статуи и дворцы совсем не были такими белыми и сахарными. Они были в свое время ярко и цветасто раскрашены. Не музей был, а карнавал. Так и сейчас, толпа возвращает Афинам праздник.

Димитрис Баколас: У нас идет дискуссии по поводу того, какое будет влияние и какое следует ожидать влияние в будущем. С одной стороны, это рост туристических нашествий, а с другой - это глобализация. Не исчезнут ли культурные, национальные обычаи, не сотрутся ли они под влиянием всех этих вещей. Тут есть сторонники и одного и другого подхода. Но, как вы понимаете, этого не остановить. Будем надеяться, что каждая страна сможет как-то от этого получить экономическую пользу, чем поддаться нивелирующему влиянию этих нашествий. Кстати, лето у нас сопровождается открытием древних театров. Зимой в них особенно не пойдешь, даже в Греции зимой бывают дожди. И поэтому есть у этого всего и приятный, праздничный аспект.

XS
SM
MD
LG