Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Американский этикет


Марина Ефимова: По мнению европейцев, американцы и хорошие манеры - две вещи несовместные. Среднестатистический американский турист вульгарен, шумен, безвкусно одет и привозит с собой невоспитанных и шумных детей. Прошлой весной я сама была свидетелем того, как в тихую электричку, ведущую в Барселону, где испанцы деликатно, вполголоса переговаривались друг с другом, ввалилась компания громкоголосых американских туристов с покупками. Они тут же перезнакомились со всеми близ сидящими пассажирами, выразили одобрение по поводу Каталонии, спрашивали шокированных старушек, видели ли они живого Муссолини: "А, или у вас это был Франко? А, да все они, тираны, похожи". И с восторгом показывали всем антиквариат, купленный по дешевке. Однако в своей новой книге о хороших манерах, бабушка американского этикета Джудит Мартин, по прозвищу "Мисс Мэннерс" пишет:

Диктор: Мнение о том, что у американцев дурные манеры, стало в Европе общим местом. А между тем, мы внесли немалый вклад в мировую цивилизацию, мы создали новый этикет, этикет равенства.

Марина Ефимова: О том, что имеется в виду под этикетом равенства - переводчица Линн Виссон, автор книги "С русского на английский. Об особенностях перевода" и книги о смешанных американо-русских браках - "Уэддед стрэнджерс".

Линн Виссон: В демократическом обществе, как в Америке, идея такова, что все люди равны. Отношения, например, с начальником должны быть такие же, что и с домработницей. Насчет вежливости, естественно, все заслуживают одинакового отношения. Это не означает, что нет грубых или невежливых людей в Америке. Но нет у обывателя, у среднего американца, нет ожидания в общественном месте или в ресторане, что ему будут хамить. Еще принято выслушать человека. Если секретарша подходит к телефону, то никто в Америке не скажет: "Его нет и не будет". Скажет, что он вышел, и что вы хотите передать. Еще отношение к времени. В Америке можно назначить встречу с человеком через месяц и контрольного звонка не будет. Потому что настолько в Америке ценится время. Не приглашают, например, на следующий день, если это не очень близкий человек. Это значит, что вы считаете, что у него никаких дел нет, что он просто сидит и ждет вашего звонка. И это невежливое отношение к нему - вы не цените его время. В Америке, самое важное, что нарушение этикета может разрушить и деловые отношения, потому что это часть ткани общества.

Марина Ефимова: "Наш этикет, - пишет в своей книге Джудит Мартин, - пошел от тех первых эмигрантов, которые именно затем сюда и ехали, чтобы найти здесь уважительное к себе отношение. Поэтому этикет равенства с самого начала играл важнейшую роль. У нас каждого рядового гражданина стали называть сэром, а президентов Тедди и Джимми".

Диктор: Обеспеченным американцам было неловко иметь слугу, поэтому они уже в 19 веке заменили это слово на "помощь по дому", "сервис по уборке дома". Даже фермеры называли батраков "добавочными руками". То есть, мы сделали услужение профессии, что снимало с нее налет унизительности. Джордж Вашингтон первым подал пример отмены аристократического превосходства. Будучи победоносным генералом и президентом, он вел себя перед Конгрессом и перед членами своего кабинета с подчеркнутой уважительностью. Несмотря на круг влиятельных людей, представляющих собой американский суррогат европейской аристократии с ее снобизмом, новая буржуазия в маленьких городках начала стремительно формировать свой собственный этикет, который стал потом общепринятым американским этикетом равенства. Искренность в общении вместо претенциозности, готовность оказать помощь и гостеприимство, вместо сдержанности и неприветливости к чужаку, и гордость вместо подобострастия.

Марина Ефимова: Плюс принципиальный оптимизм, "сосредоточьтесь на позитивном, - поется в старой песенке, - исключите негативное". Как стать великим человеком? Два с половиной века назад подросток из Виржинии сделал по этому пути первый шаг, скопировав в тетрадь 110 правил, сформулированных в законе 16 столетия французскими иезуитами воспитателями. Это был Джордж Вашингтон. Вашингтон приблизительно перевел название этого пособия, как "Правила цивилизованности". Туда входит ряд формальных правил: как вести себя за столом, по каким правилам одеваться, как вежливо вести разговор, и ряд правил этических.

Диктор: Не говори о пустяках с людьми образованными и высоко духовными, и не поднимай сложных тем в беседе с людьми простыми и невежественными. В любом разговоре никогда не приводи в пример свои собственные успехи, ум и добродетели. Будь не важным, а приветливым. Первым здоровайся, последним дослушивай, и никогда не оставляй вопрос без ответа. Не суди друзей, оставь это родителям и начальству.

Марина Ефимова: "Правила цивилизованности" Вашингтона всегда конкурировали с другим сводом советов - с книгой максим Бенжамина Франклина, которую он назвал "Альманах бедного Ричарда".

Диктор: Бог помогает тому, кто сам себе помогает. Не наедайся до отупения, не наедайся до возбуждения. Рыба и гость начинают пахнуть на третий день. Если брак без любви, то непременно появится любовь без брака. Дружи с соседом, но не ломай забор.

Марина Ефимова: Сравнивая эти два источника американского этикета, журналист Ричард Букхайзер пишет в предисловии к недавнему переизданию "Правил цивилизованности".

Диктор: Максимы Франклина призывают к здравому смыслу и к толковому устройству собственной жизни. Не теряй времени, не пей, не давай себе впасть в бедность, если дорожишь независимостью. Не допускай холодность в браке, если дорожишь верностью. У Джорджа Вашингтона другой подход. Он ищет совета, как, формируя манеры, сформировать характер и душу. Ключ к этому подходу заключается в первом же его правиле: каждый поступок, совершенный в присутствии других людей, должен нести на себе печать уважения к присутствующим. Задача этих правил не просто воспитать джентльмена, но дать понятие о возможности величия человеческой природы. Сейчас правила Джорджа Вашингтона в США почти никто не принимает всерьез, потому, что народ потерял вкус к величию и веру в то, что величие вообще возможно. Современные американцы верят только в то, что они могут завладеть богатством, властью, славой и счастьем.

Марина Ефимова: Примерно такое же разочарование звучит в словах собеседницы нашей корреспондентки Раи Вайль 70-летней нью-йоркской учительницы Айрин.

Айрин: Хорошие манеры, этикет, все это у нас когда-то было. Уважение к родителям, к старшим вообще, это было на уровне закона. Как и вежливость по отношению друг к другу. А сегодня никто больше не думает о хороших манерах, об этикете, ничего этого нет.

Рая Вайль: Айрин, проработавшая в школе 45 лет, говорит, что сегодня стало нормой грубить учителям, даже угрожать побоями.

Айрин: 20 лет назад, если учитель повышал голос на расшалившегося подростка, тот мгновенно успокаивался. Сегодня даже в младших классах дети ничего не бояться, ни учителей, ни родителей. Не знаю, чего тогда было больше: страха перед учителем, или уважения к нему, но у детей были хорошие манеры.

Рая Вайль: 70-летняя Франческа родилась в Италии.

Франческа: В основном, итальянские традиции сохраняются в Америке и сегодня. На итальянских свадьбах, к примеру, всегда было принято дарить жениху и невесте деньги. Обычай этот на американских свадьбах сохраняется свято. А вот другую традицию, по которой свекровь должна простыни после свадьбы проверять, показывать их гостям, чтобы все знали, что невеста была девицей, уже никто не сохраняет. Мир стал другим, не таким, каким он был во времена наших дедушек и бабушек.

Марина Ефимова: Чаще всего, как пишет Джудит Мартин, - "американцы оппортунистически меняют одни манеры на другие, когда им это выгодно удобно или приятно". "Единственное, что в нашем этикете остается постоянным, - пишет мисс Мэннерс, - это красочная смесь пышности и простоты". Скажем, каждый, самый бедный американский дом имеет комнату, в которой никто не спит. Даже если все прочие теснятся по 3-4 человека в одной спальне. Это, так называемый, парлор, зала, гостиная, предназначенная для приема гостей, которых в половине этих домов вообще не бывает. С другой стороны, среди богатых стало чуть ли не снобизмом хвастаться тем, что купленная ими нитка жемчуга или столик Чиппендейла - являются неотличимой, но дешевой подделкой. Американцу выгодная сделка всегда приятнее дорогой покупки. Попробуем подметить некоторые различия этикета американского и российского. Об этом Линн Вессон.

Линн Вессон: Я сейчас сама пишу книгу. Моя цель помочь русским, у которых контакты с американцами. Часто даже русский образованный и культурный человек, который хорошо говорит по-английски, производит ужасное впечатление на американцев, не потому что он делает грамматические ошибки - тут столько эмигрантов из всех стран, что все это понимают - а он не понимает, как нужно себя вести. Например, по-русски не говорят все время пожалуйста, как в Америке, - все время мы говорим please. Потому что по-русски это можно выразить по-разному. Будьте добры, будьте любезны, не скажете ли вы, или просто интонацией. А в Америке без плиз человек звучит просто, как хам. "Мне бы хотелось, пожалуйста, за это платить". Конечно, когда американец начинает так говорить по-русски, это звучит смешно: "Пожалуйста, сколько это стоит?". Что очень сбивает русских, это когда американцы говорят после встречи: "Давайте позавтракаем". Это буквально ничего не значит. Если человек не скажет: "Давайте позавтракаем на следующей неделе в 12 часов в таком-то ресторане", то это все равно, что "Ну, когда-нибудь увидимся". А когда русский в ответ говорит: "Давайте, а когда?", то американец несколько удивляется. Русское застолье, хотя по-английски, даже нет слова застолье, идея, что надо развлекать гостей, что кто-то что-то рассказывает: американцы обычно плохо реагируют на длинные рассказы, считают, что это просто занудно.

Марина Ефимова: Тогда, как говориться, в чем фан?

Линн Вессон: Сидеть, есть, пить в меру. И американцы получают большое удовольствие от такой непринужденной беседы на не очень серьезные темы.

Марина Ефимова: А как можно обменяться мнением на серьезные темы?

Линн Вессон: Вдвоем с близким другом. Или в очень маленьком кругу. Еще американцы, конечно, выпивают, но не прощают то, что сказано под газом. То есть люди отвечают за свои слова. На следующий день, если кто-то переборщил, никто не скажет: "Ну что вы, он просто был пьяный". Еще существенное различие: в России, когда приглашают, то делают очень много блюд. А в американских домах считают, что чем меньше, тем более элегантно. Потому что считают, что когда много всего, то это вульгарно. Я бы сказала, что вообще в Америке насчет этикета больше условностей, чем в России. Этикет - это не просто, как держать вилку. Это и зависит, и определяет содержание человеческих отношений.

Марина Ефимова: Мне кажется, что часто американцы усваивают легко формальные выражения вежливости (простите, извините), но не усваивают идею - считаться с другими людьми. Например, в автобусе они не пропускают мимо других пассажиров, пока с полным удобством не устроятся сами. Или, скажем, они всегда ходят посередине тротуара. Разве их не учат ходить с правой стороны?

Линн Вессон: Нет. В школе никто никогда не говорил, что нужно ходить по правой стороне, и очень часто американцам в России делают замечания, потому что они не ходят по правой стороне.

Марина Ефимова: Еще нам трудно смириться с правилами, неукоснительно принятыми в Америке, что в школе или в университете списывать стыдно и даже преступно, а доносить на списывающего не стыдно.

Линн Вессон: Да, потому что это совсем другой код поведения в школе. Это идея: работай сам. Если ты видишь, что кто-то списывает, ты доносишь. В Америке это считается благородным, потому что это единственный способ, чтобы все были достойны.

Марина Ефимова: Сейчас и другие требования приличия пытаются в Америке достичь командными или легальными методами. Например, в вагонах метро недавно появилась надпись намек: "Реши задачу: кому больше нужно место в вагоне? Тебе, инвалиду, пожилому человеку?". Элеонора Рузвельт в книге "О здравом смысле и этикете" писала:

Диктор: Есть много правильных форм этикета, но основа для приличного поведения всегда одна и та же: доброта и элементарная порядочность. Если вы обладаете двумя этими свойствами, вы никогда не сделаете особенно грубой ошибки.

Марина Ефимова: Американцы все чаще используют закон, чтобы добиться хороших манер. Например, уже вышли законы, запрещающие курение и разговоры по мобильным телефонам во всех, без исключения, общественных местах. "Такие законы, - пишет Мартин, - лишь ущемляют нашу свободу. Этикет - дело добровольное". Вот, что добавляет к этому директор Института этики Раш Киддер.

Раш Киддер: Все мы ежедневно вступаем друг с другом в контракты того или иного свойства. Например, вчера днем я обещал вам дать интервью, и мы оба выполнили свою часть этого договора. Вы мне вовремя позвонили, а я отвечаю на ваши вопросы. Наш контракт нигде не записан, его выполнение не предусмотрено законом. Поэтому то обстоятельство, что мы оба его выполнили, является просто знаком вашей цивилизованности. По той же причине люди пишут благодарственные письма и отмечают в предисловии к печатным работам имена тех, кто им помог. И на этом этикете не меньше, чем на законе основано благосостояние и стабильность общества. Поэтому и на службе мы вправе ожидать соблюдение этого этикета. Этический долг нанимателя - обращаться со своими служащими, как с людьми, а не как с безликими и безымянными участниками рабочего процесса.

Марина Ефимова: Эмигранты из России часто жаловались мне на то, как их увольняли. Никаких бесед, предупреждений или сожалений. Просто утором на рабочем столе в офисе их ждал розовый листок - уведомление, в котором сообщалось, что сегодня, с 3-х часов дня они уволены. Я буду рада сообщить им, что такая жестокость абсолютно не укладывается в американский этикет.

Раш Киддер: Без всякого сомнения. Большинство бизнесменов, с которыми мы работаем, были бы возмущены, узнав, что наниматели так поступают со своими сотрудниками. Это явное нарушение рабочей этики и такого не должно быть.

Марина Ефимова: Тут прозвучало выражение "рабочая этика". О нем очень любопытно пишет Джудит Мартин в своей новой книге.

Диктор: В аристократических обществах понятие благородство обязывало, сдерживало тенденцию богатых эксплуатировать бедных. У нас богатые оказались в лучших условиях, поскольку в Америке пуританами и самой природой искренне выработалось убеждение, что господь не любит ленивых, а любит работящих и честных. Эта рабочая этика, требующая от каждого рабочего добросовестности, очень облегчила положение нанимателей. С другой стороны, и среди богатых существует культ предприимчивости и активной деятельности, что все же выгодно отличается от аристократического культа бесполезности.

Марина Ефимова: Еще одно достоинство американской этики и этикета отмечает Раш Киддер.

Раш Киддер: Одним из достижений Америки является тот факт, что мы полностью изжили взятки и коррупцию на рабочих местах. Человек, делающий карьеру, не может помочь себе, заплатив кому-то за свое продвижение. Путешествуя по другим странам, я часто сталкиваюсь с необходимостью взяток и каждый раз чувствую благодарность к своей стране, за то, что эти стандарты профессиональной честности мы держим высоко.

Марина Ефимова: И, однако, главная и всеми признанная законодательница хороших манер в Америке Джудит Мартин закончила свою новую книгу довольно печальной главой о перерождении американского этикета равенства, которое она наблюдает последние 40 лет.

Диктор: Американская знаменитая открытость и дружелюбие стали слишком мимолетными и заметно формальными, как и наша символическая улыбка. Наши жесты, когда-то интимные, такие, как похлопывание по плечу, стали самопародией. Их позволяют себе, в основном, врачи, продавцы автомобилей и страховые агенты. И поэтому в них беззастенчиво просвечивает деловой интерес. Наша национальная способность быть nice испарилась в атмосфере взаимной подозрительности. Города и штаты уже соревнуются в уровне грубости: мы первые! Нет, мы первые! Оазисом американской приветливости и вежливости остался, кажется, один средний Запад. У нас есть масса теорий о том, как можно исправить ситуацию. Одни говорят: давайте вернемся к традициям, например, 50-х годов, когда американцы еще были прежними. У этой теории есть тот недостаток, что каждый, кто это предлагает, представляет себя белым, а не черным, индейцем или эмигрантом. В 60-х годах появилась идея вообще отменить этикет и дать людям вести себя естественно. Энтузиасты этой идеи стали прилюдно рыгать и выпускать газы, класть ноги на спинке кресел в кино и так далее. Но люди, освобожденные от этикета, очень скоро стали друг другу невыносимы. Тогда мы решили призвать на помощь закон.

Марина Ефимова: Раш Киддер и Джудит Мартин не надеются на закон.

Раш Киддер: Мы сами должны соблюдать и требовать от других ответственности в отношениях друг с другом. Когда общество не ждет от человека этичного подхода и приличных манер, то большинство их не соблюдает. Этичного отношения друг к другу не добиться законом. Не забывайте, что эта страна создана людьми практичными, чей главный талант - сделать дело. Мы по натуре не философы, как русские. Это вы, русские, имеете вековую традицию задаваться вечными вопросами бытия. Мы нет. И вдруг, в последние полтора года, начиная с 11 сентября, не единицы, как раньше, в почти все начали задавать себе вопросы: в чем цель жизни, кто мы такие, что мы несем своей культурой, почему они нас так ненавидят? Мы становимся похожи на русских, постигаем глубину мышления, и это хорошо.

Марина Ефимова: Во всяком случае, заразительно. Надо сказать, что при всем своем критическом отношении к нынешним манерам, бабушка американского этикета Джудит Мартин в своей новой книге не дает нам забыть о главном достижении американцев. "Равное отношение ко всем человеческим существам, воплощенное в американском этикете, - пишет она, - не нуждается в исправлении. Тот факт, что создатели американской республики демократизировали отношения с властью и внесли уважительные манеры в ежедневную жизнь своих граждан, до сих пор кажется мне экстраординарным свершением и одним из наших главных взносов в мировую цивилизацию. Сейчас американцы победили последние предрассудки в этикете - этнические шутки, шутки по поводу женщин. Даже те, кто не видят вреда в таких шутках, поняли их социальную опасность. И возможно, это был перегиб. Защита обиженных под корень извела иронию, соленый юмор, свободу выражения. Этикет - вещь гибкая. Он может исключать некоторые вещи, не проклиная и не обесценивая их. Хорошие манеры могут сделать систему пористой, не простреливая в ней дыр. Этикет - это свободное согласие людей, которым Конституцией дано право добиваться своего счастья, бороться за него, не мешая другим борцам".

XS
SM
MD
LG