Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Аллергия, как плата за прогресс




Лиз Кейтс: Я от всего задыхаюсь. Майская цветочная пыльца, молоко, пыль, кошки, собаки. Слышите, как я душу. Ощущение такое, словно у меня в груди не хватает места для воздуха.

Марина Ефимова: Вы слышите астматическое дыхание аллергика Лиз Кейтс. О, цветущий май, время аллергий! Когда-то люди со слезящимися глазами, беспрерывно чихающие в бумажные салфетки, были в Америке ничтожным меньшинством. Теперь это треть взрослых и 40 процентов детей. Послушаем страдальцев. С ними беседует Рая Вайль.

Рая Вайль: 9 лет назад у Дженнифер Грин из Бруклина резко изменилась жизнь. Однажды она заметила, что ее полуторагодовалый сын Том, облизывая ореховое печенье, стал задыхаться. Диагноз обнаружил, что у ребенка тяжелая аллергия на определенные продукты и что этих продуктов много.

Дженнифер Грин: Я стала пищевым полицейским. Я должна была постоянно следить, чтобы в пищу моего сына не попали овсяные хлопья, печенье, макароны, хлеб. Я чувствовала себя так, как будто мой ребенок - инопланетянин. Тяжело было, когда семья собиралась за столом. Походы в ресторан были еще хуже. Ты спрашиваешь официанта, на каком масле жарилась картошка, и он смотрит на тебя, как на идиота. Но я то знаю, что ореховое масло может убить моего сына. Для меня не составило никакого труда заказать для своей семьи авиарейс во Флориду, из меню которого были исключены ореховое масло и орехи. Мир становится более приветливым к людям, страдающим пищевыми аллергиями.

Рая Вайль: У 38-летней медсестры Памелы Перджи особый случай.

Памела Перджи: В 95-м году в больнице, где я работала, у меня начались проблемы с дыханием. Я пошла к аллергологу и сказала ему, что у меня очевидно аллергия на работу. Мы посмеялись. А потом он стал подробно расспрашивать меня, с чем я работаю. Из моего рассказа, и это потом подтвердилось, он понял, что у меня аллергия на резиновые перчатки. Я перестала пользоваться этими перчатками, но мои коллеги продолжали их надевать и снимать при мне, и я все рано задыхалась. Дело в том, что эти перчатки покрыты пудрой, которая для меня была просто смертельна.

Рая Вайль: Больница пошла ей навстречу.

Памела Перджи: В моем отделении их заменили на матерчатые. И никто из моих коллег с тех пор не пользуется резиновыми перчатками.

Марина Ефимова: "Мир становится приветливее к аллергикам", - сказала Дженнифер Грин. Точнее сказать, мир становится обеспокоенным, он примеряет аллергию на себя. В нашей передаче участвует профессор университета города Цинциннати доктор Джонатан Бернстин.

Джонатан Бернстин: Аллергии вообще и астма в частности, стали такой угрозой здоровью и даже жизни детей и подростков в США, что были уже проведены целые серии исследований с целью выяснить причины. Под подозрение попало множество аллергенов. Пыль, точнее, крошечные клещи, которые в ней живут, плесень, сигаретный дым, выхлопные газы, тараканы, материалы, из которых строятся дома, синтетические краски и лаки, материалы, которые используются для утепления жилых помещений, ковры, подушки, том числе и синтетические, шерсть и слюна домашних животных. Словом, почти все, что окружает городского жителя. Комфорт принес нам аллергию. Я уж не говорю о химикалиях и синтетике. По подсчетам специалистов 250 видов химических веществ, с которыми люди работают и хозяйничают, являются сильными аллергенами. И я говорю только о респираторных аллергиях и астме.

Марина Ефимова: Почти ни у кого уже нет сомнения, что современный, так называемый, западный образ жизни способствует развитию аллергий. Немецкий педиатр из Мюнхена Эрика фон Мутиус, составила убедительный отчет, показывающий, что дети, живущие на маленьких, глухих фермах Баварии, Австрии, Швейцарии в 4 раза реже страдают от аллергий, чем дети, живущие в городах и многолюдных поселках, хотя на этих фермах полно потенциальных аллергенов. Лес, трава, сырое, не пастеризованное молоко. Традиционный стиль жизни вырабатывает какие-то защитные свойства, считает доктор Мутиус. Ее теорию аллергии врачи в шутку называют "антигигиенной гипотезой". Но есть и другие гипотезы. Об одной из них доктор Марк Дайковец, директор программы усовершенствования методов лечения аллергий и иммунных нарушений Университета Сент-Луиса.

Марк Дайковец: Одной из причин эпидемии аллергии стала, возможно, наша победа над инфекционными заболеваниями и паразитами. Дети в развитых странах не болеют больше корью, скарлатиной, коклюшем, свинкой. С одной стороны, это хорошо. С другой стороны, прививки сбивают с толку нашу естественную защиту, нашу иммунную систему. Медицина спасла детей от паразитов, но тогда возбудителями болезней стали кошки, лошади, цветочная пыльца, молоко, домашняя пыль, плесень и орехи. Инфекционные болезни кончились, начались аллергии.

Марина Ефимова: Рассказывает аллерголог из Университета штата Пенсильвания доктор Карла Кернс.

Карла Кернс: Слово аллергия значит странная болезнь. Или странное нарушение. В масштабе истории медицины можно считать, что этот термин появился вчера. Его ввел австрийский врач Карл фон Пиркие в 1906 году. Что же касается самих этих явлений, то есть необычной, преувеличенной реакции организма на обычные вещи, то их описание встречается в древнейших медицинских документах. Например, в гробнице египетского царя, умершего в 2641 году до нашей эры, нашли запись о том, что он умер от укуса осы. В 16 веке была известна болезнь, которую называли "простуда сезона роз". Но обобщение опыта началось только в начале 19 века. Например, первое описание весенней аллергии к пыльце цветущих растений появилось только в 1819 году. Этот недуг описан, как преувеличенная чувствительность людей из привилегированных классов. За аллергиями утвердились неточные, но красивые названия. Розовая простуда, сенная лихорадка, экзема.

Марина Ефимова: Странная необычная болезнь. Философ Лукреций Кар в первом веке до нашей эры создал афоризм: "Что для одного человека еда, для другого яд". В энциклопедической статье аллергия определена еще ярче, ее называют извращенной реакцией организма, то есть, неадекватной, преувеличенной. Доктор Дайковец, значит ли это, что задача медицины научить организм не паниковать?

Марк Дайковец: Именно. Что такое вообще аллергия? По нынешним представлениям, это реакция той части иммунной системы, которая когда-то была предназначена природой для борьбы с паразитами. И теперь, когда паразитов стало намного меньше - вши, глисты, аскариды, лямблии - иммунная система ищет, чего бы ей поделать. И сама же нарывается на неприятности, создавая аллергии.

Марина Ефимова: Сегодня в нашей передаче мы представим еще одну концепцию специфически американских аллергий. Концепцию эмигрантскую. Ее автор - Александр Генис.

Александр Генис: С моей, далеко не научной точки зрения, аллергия - плотская форма ностальгии. Это своего рода бунт организма, оторванного от родного ландшафта. В самом деле, что такое родина для тела? Результат метаболизма. Родина формируется в клетках организма из съеденных в отечестве атомов. Мы питаемся родиной, ею дышим. Поэтому она становится нами. Как мышьяк, родина оседает в клетках, обрекая на чувство физической привязанности к определенной широте, долготе и климатическому поясу. Любовь к родине, действуя в обход сознания, возвращает нас даже не к животным, а к растениям. Физическая ностальгия неизлечима, потому что она связана с почвой в самом прямом смысле слова. От чужбины родину отличает не язык и нравы, а набор аминокислот грядки. Угол, под которым падает солнечный луч, сотня другая молекул, придающих возрасту аромат детства. Всем этим я хочу сказать, что старый свет - место насиженное. Неисчислимые поколения, пустив корни в его почву, изменили ее состав, приспособив человека и природу друг к другу. С Америкой все обстоит иначе. Здешняя флора и ядовита, и неприступна - в лес не войти, все жжется и колется. А в России, помнится, колючки были только на розах. Ну, еще на проволоке. Но главное - в самом воздухе Нового Света носится что-то чужое. В результате, мой брат, человек железного здоровья, который даже на "Солнцедар" не жаловался, в Америке превратился в хронического аллергика. Из всего вышесказанного следует, что у нас есть одно по-настоящему эффективное средство от аллергии. Как и все остальное, аллергию лечит время. Несколько тысяч лет.

Марина Ефимова: Накануне Рождества 1852 года, известный английский врач доктор Керкман сорвал в университетской оранжерее кисточку травки тимофеевка, на которую у нее давно упало подозрение, растер ее в ступке и втер в кожу руки. После этого он подробно описал свои ощущения: подскок температуры, чесотка, а главное, чихание, которое продолжалось непрерывно в течение часа. Свою статью "Случай сенной лихорадки" он опубликовал в престижном медицинском журнале. Что обидно, что еще 8 лет после этого медицина считала причиной весенней аллергии сырые овощи, жару и всякие атмосферные явления. Только в 1859 году доктор, тоже английский, Чарльз Блейкли, провел на себе и потом ввел в обиход первый тест на растительные аллергены. В чуть более усовершенствованном виде их делают и сейчас.

Марк Дайковец: На кожу наносятся по очереди капли подозреваемых аллергенов. Ваш враг даст реакцию, похожую на комариный укус. Если первый тест ничего не покажет, то каплю аллергена попробуют вести под кожу. Оба эти теста хорошие и очень результативные.

Марина Ефимова: Упоминания о первых попытках лечить аллергию, историки находят в вавилонском талмуде, где людям, чья пищеварительная система не выносит яиц, рекомендуется привыкать к ним постепенно, увеличивая порции от крошки до целого яйца. На этом же принципе, в сущности, построены аллергические прививки, призванные уменьшить чувствительность организма к какому-то аллергену.

Карла Кернс: Антиаллергические уколы тренируют иммунную систему. Их начали делать в 20-х годах 20-го века и делают до сих пор. Человеку вводят под кожу слабый раствор очищенного аллергена, который срабатывает, наподобие прививок против инфекционных заболеваний. Но такие уколы часто сами вызывают аллергию. Кроме того, они дороги и требуют постоянного наблюдения врача. В 30-х годах появились антигистамины, которые до сих пор, хотя и в сильно модифицированном виде являются главным и далеко не совершенным средством против респираторных аллергий. И, наконец, значительный прорыв был сделан после того, как в конце 60-х японские и шведские микробиологи обнаружили антитела. Эти исследования помогли создать новое лекарство - анти-IGE. В Америке это лекарство должно быть пущено в продажу через год, и врачи возлагают на него огромные надежды. Однако многие врачи придерживаются старой методы: просто избегать входить в контакт со своим аллергеном. Так что существуют две стратегии.

Марина Ефимова: В 1967 году японские и шведские микробиологи впервые обнаружили иммуноглобулин-И. Это антитела-воины, которые вырабатываются в человеческом организме иммунной системой, когда надо идти войной на инфекцию. Это из них состоит ранее необходимая, а теперь почти невостребованное химическое вещество гистамин, который часто превышает свои обязанности и возбуждает аллергическую реакцию. Именно на его нейтрализацию и рассчитаны все нынешние лекарства антигистамины.

Марк Дайковец: Проблема со всеми лекарствами против аллергий в том, что они приносят только временное облегчение. В будущем, очевидно, будет применяться комплексное лечение. Скажем, антигистамины в соединении с раствором бактериальной ДНК. Одно такое средство уже на подходе - иммуноглобулин-И. Это лекарство, в принципе, должно как бы успокоить иммунную систему, не дать ей развить аллергию.

Марина Ефимова: Самые большие надежды возлагают на это лекарство астматики. В США их сейчас 15 миллионов. За десятилетие с 1982 по 1994 год число заболеваний и смертей от астмы удвоилось. Причем, эта болезнь убивает людей в возрасте от 15 до 44 лет. Один из врачей, посвятивших всю свою деятельность борьбе с астмой, - Майкл Хольцман из университета Вашингтон-Юниверсити в городе Сент-Луисе. Он пишет.

Диктор: Чтобы победить эту ужасную болезнь мы должны, образно говоря, изобрести орудие, которое бы снайперски попало шрапнелью в нужные клетки иммунной системы. Но не разнесло бы в пух и прах всю остальную систему защиты. Похоже, что таким орудием станет новое лекарство иммуноглобулин-И, ослабляющее активность иммуноглобулина-И, но поскольку астма - заболевание комплексное, то вероятнее всего результативное лечение сведется к коктейлю из нескольких лекарств.

Марина Ефимова: Доктор Бернстин?

Джонатан Бернстин: Астму пока не вылечивают. Это сложное заболевание, и от нее умирает множество молодых людей, хотя, в принципе мы научились держать ее под контролем настолько, чтобы она не вызывала серьезных нарушений функции легких. Однако с астмой, как и с диабетом, можно жить только в том случае, если больной будет знать об этой болезни не меньше, чем врач. Дело в том, что люди больные астмой, до поры до времени не чувствуют ее. Так, легкий хрип при дыхании, легкий насморк. Но астма, как и диабет, тихие убийцы. Если человек не будет самым тщательным образом избегать аллергенов, если он не будет находится под наблюдением специалиста и не будет регулярно принимать лекарства, то не заметит, как симптомы болезни начнут учащаться, усиливаться. Пока, наконец, он не обнаружит, что его легкие работают только наполовину, потом на треть, а потом вовсе перестанут функционировать.

Марина Ефимова: Однако аллерголог Надежда Брук, которая начинала свою карьеру в Харькове, а сейчас практикует в Нью-Йорке, критически относится к американским методам борьбы с аллергиями. С доктором Брук беседует Владимир Морозов.

Надежда Брук: Американцы начинают сразу лечение бронхиальной астмы рекомендацией гормональной терапии. Гормональные препараты очень эффективно действуют, но они вызывают зависимость. То есть, человек должен их принимать всю жизнь. Как только он прекращает принимать адекватную дозу, моментально развивается обострение, удушье, и мы, конечно, стараемся пользоваться гормональной терапией как самым тяжелым арсеналом в самых безвыходных положениях.

Владимир Морозов: Скажете, а если не брать медикаменты. Моему сыну было 10 лет, мы поехали на охоту, у него была аллергия довольно много времени до этого, и он взял с собой ингалятор по настоянию матери. Я говорю: неудобно, вокруг мужики, что они о нас подумают? Мы такие с тобой слабаки. Сейчас половим рыбки, поедим, да на свежем воздухе. Он еще разочек меня спросил про ингалятор, потом мы про него забыли, и с тех пор много лет прошло, и он ни разу не вспоминал. Как вы это можете объяснить?

Надежда Брук: Дело в том, что при любом заболевании, а, в частности, и при аллергических заболеваниях большое значение имеет состояние нервной системы. Если человек не зафиксирован на своей болезни, если он не думает о ней, то он очень легко выходит из состояния болезни. Я не боюсь, и всё.

Марина Ефимова: Именно на этом принципе строится один из методов лечения аллергий, которые предлагает альтернативная медицина. Слово ее энтузиасту, издателю журнала "Альтернативная медицина" Дэну Голдбергу.

Дэн Голдберг: От аллергий люди избавляются разными путями. Один из лучших - техника намбудрипет. Точное описание вы можете найти на моем веб сайте по адресу alternative medicine.com. Намбудрипет - индианка. Она была лекарем, массажисткой и хиропрактором. И когда-то она открыла, что если нажимать на определенные нервные узлы в то время, как больной держит в руках аллерген, вызывающий у него болезненную реакцию, то в мозг больного можно передать информацию о том, что это вещество, растение или продукт питания не являются его врагом и убедить организм реагировать адекватно. Действие этой техники я проверил на собственном сыне, у которого после двухнедельных сеансов прошла сильнейшая аллергия на пух тополей, от которой он несколько лет мучался в Колорадо, где мы жили. Эта техника имеет официально не признанный, но большой успех.

Марина Ефимова: В первый год моей жизни в Америке, летом, я, по российской привычке, отправилась в лес и вернулась оттуда покрытая язвами, как какой-нибудь Сулла. Я обратилась к местному терапевту, молодой даме, которая поставила мне диагноз - розея. В медицинской энциклопедии мы прочли, что это нервная болезнь подростков. Я даже была польщена. Четыре года я прожила с этим диагнозом, каждую весну покрываясь сыпью, которая сначала невыносимо чесалась, а потом превращалась в язвы. Наконец, мы переехали под Нью-Йорк, и во время одного ужасно сильного приступа кто-то посоветовал мне пойти к дерматологу. "Это ядовитый плющ, - сказал он. - Аллергия". Я было запротестовала - ведь я ни обо что в лесу не обжигалась. "А он и не обжигает, - сказал врач. - Он выделяет эфирные масла". Я погоревала о розее и спросила, что мне делать. "Не трогать этот плющ", - холодно сказал врач и показал мне фотографию моего врага. Очаровательная лиана, весной нежно-зеленая, осенью багряно-красная. Я стала обходить ее стороной и выздоровела. Памятуя этот случай, я хочу закончить эту передачу словами аллерголога Марка Ксаннекса.

Марк Ксаннекс: В общем, пока самый результативный способ борьбы с аллергиями - попросту избегать контакта со своим аллергеном. Труднее всего тем, на кого действует пыльца растений. Худшее время для них - солнечные и ветреные утра. В это время дня аллергены наиболее активны. Постарайтесь проводить это время дня в помещении, ночью держите окна закрытыми. Людям, чьими аллергенами являются пыль, сигаретный дым, домашние животные, нужно запомнить несколько вещей. Уберите из дома ковры. По мере возможности, держите одежду не в спальне. Обтирайте пыль только влажными тряпками. Постарайтесь, чтобы вытирал пыль и пылесосил квартиру какой-нибудь другой член вашей семьи, не аллергик. Если любовь к животным не позволяет вам отдать кошку или собаку, хотя бы не допускайте их в спальню. Постарайтесь как можно меньше их гладить и никогда не спите с ними. Помните, что главным аллергеном является не шерсть животного, а слюна. Не рассчитывайте на переезд. Если вы аллергик, то переехав в другой климат, вы просто смените одну аллергию на другую. Но главное - не задавайтесь. Все аллергии можно взять под контроль и жить с ними, сохраняя здоровье и даже не лишая себя удовольствий.

XS
SM
MD
LG