Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Почем нынче университеты?




Марина Ефимова: Стоимость высшего образования в Америке, в последние 10 лет, растет на 5 процентов в год. То есть, вдвое быстрее инфляции и, соответственно, вдвое быстрее среднего роста заработной платы. Сначала цифры, чтобы вы могли понять масштабы цен. О них - редактор журнала "Персонал файнанс", автор книги "Плата за образование детей" Кристин Дэвис.

Кристин Дэвис: В наиболее дорогих частных колледжах и университетах страны год учебы стоит до 35 000 долларов. В таких дорогих учебных заведениях обучается 10 процентов от общего числа студентов. В обычном среднем колледже и университете образование стоит дешевле. В среднем 20 000. Существует масса государственных учебных заведений, где надо платить от 10 до 15 тысяч. Что тоже немало. Но худшее ожидает нас впереди. В последние 10 лет стоимость образования растет на 5 процентов в год. Это более чем в два раза выше уровня инфляции. Если такой темп сохраниться, то родившиеся сегодня младенцы будут платить за свое высшее образование более 300 000 долларов в год в дорогих колледжах, и от 100 до 200 000 в обычных.

Марина Ефимова: Минута молчания. Давайте взглянем на эту угнетающую информацию с разных позиций. На позиции оптимиста - Пол Врубель, глава калифорнийской консультационной фирмы по вопросам финансирования высшего образования, которая называется "Колледж компани".

Пол Врубель: Цены на образование растут, как все цены. Но и на этом рынке есть выбор. Большинство колледжей и университетов в США частные, и их цена очень варьируется. От 9 000 в год, включая стоимость жизни, до 30 000. Штатные - сравнительно недорогие по американским масштабам. В Калифорнии, скажем, где очень развита система государственного субсидирования, плата за год обучения в штатном колледже - всего полторы тысячи долларов для жителей штата. Но дело-то в том, что в Америке почти все студенты, кроме тех, кто живет и учится в больших городах, вынуждены жить на кампусах. И если к цене обучения прибавить стоимость комнаты в общежитии, питание, транспорт и цену учебников, то тот же университете будет стоить, даже жителю штата, 10 000 долларов в год.

Марина Ефимова: Тоже немало, если учесть, что средняя заработная плата в США 26-28 тысяч долларов в год.

Пол Врубель: Хорошо, что у нас так много университетов. В Америке их 2400 - это огромный выбор. Наша система высшего образования - как ресторан с огромным прейскурантом блюд. Это интеллектуальный пир и вы можете выбрать то, что хотите.

Марина Ефимова: Вот, что добавляет к этому взгляду на рост цен прагматик. Консультант по вопросам поступления в американские университеты Стив Гудмен.

Стив Гудмен: Да, это важная проблема. Но с университетом, как с автомобилем. Люди горько жалуются на цены, а потом все равно покупают. Я не защищаю университеты и считаю, что они недостаточно делают для того, чтобы снизить цены. Обсуждать эту проблему, и самым серьезным образом, давно пора в министерстве образования и в Конгрессе. И мне кажется, что мы к этому идем. Однако, с рыночной точки зрения, ситуация довольно естественна. Университеты сами себе назначают цену, и всегда находятся покупатели, которые согласны ее платить. Американские университеты дорогие, конечно, но очень хорошие. Как правило, там лучшая экспериментальная база, чем где бы то ни было. Потому что они богатые. У Пенсильванского университета Пен Стейт юниверсити, годовой бюджет равен одному миллиарду долларов. Это больше, чем у иных городов, даже чем у иных стран. И Пен Стейт лишь один из многих наших университетов. В Америке так во всем: если вы хотите получить качество, вы должны за него заплатить.

Марина Ефимова: А почему, собственно, плата за обучение в колледжах и университетах растет с такой скоростью, в два раза быстрее инфляции?

Стив Гудмен: Я думаю, причин несколько. Но главное - рост административного аппарата университетов. В целях улучшения обслуживания студентов. Кроме того, конкуренция среди университетов требует постоянных вложений. Они ремонтируют здания и спортивные комплексы, поддерживают в порядке парки, улучшают общежития и буфеты. Постоянно обновляют компьютерные системы университета. Все это очень дорого.

Марина Ефимова: Другого мнения придерживается Майк Пауэрс, автор популярных путеводителей по запутанному лабиринту студенческого финансирования. Вот отрывок из его книги "Инвестиции в высшее образование ребенка".

Диктор: В престижных университетах главной работой профессора стало не преподавание, а научно-исследовательская деятельность. Или даже не столько сама деятельность, сколько получение под нее денежных грантов. Что требует времени, энергии, талантов, связей и удачи. По данным министерства образования, 20 лет назад профессор учил студентов по 12-15 часов в неделю. Сейчас - меньше 4-х часов в неделю. 40 процентов университетских профессоров ведут в каждом семестре лишь один курс. Чтобы возместить эту недостачу, университеты нанимают десятки внештатных преподавателей, и, соответственно, дополнительных администраторов. Для студентов это означает две вещи: вероятное снижение уровня преподавания и рост платы за обучение.

Марина Ефимова: В голове у родителя, который не может даже помыслить выложить на образование ребенка по 20-30 тысяч долларов в год, неизбежно начинает шевелиться мысль - да так ли уж оно и обязательно, это высшее образование? Мистер Врубель, каково ваше мнение?

Пол Врубель: Самые консервативные и острожные результаты исследований показывают, что в наше время высшее образование увеличивает заработок американца в течение его трудовой жизни на 1 миллион долларов. Однако несколько лет назад началось массовое опровержение этого заключения. Подростки, у которых проявился талант к освоению компьютеров, начинают компании "дат ком" в 18-19 лет, и к 22 годам становятся мультимиллионерами. Соблазнительных историй быстрого обогащения так много, что число выпускников школ, идущих в университеты заметно уменьшилось.

Марина Ефимова: Сколько таких вундеркиндов? Тысяча на всю страну? Взглянем на суровую реальность, отраженную в книге все того же Майка Пауэрса.

Диктор: В среднем, в Америке человек, бросивший, недоучившись, среднюю школу, зарабатывает не более 11 тысяч долларов в год. Выпускник средней школы - 17 тысяч. Выпускник колледжа с низшей научной степенью бакалавра - 30 тысяч долларов в год.

Марина Ефимова: Добавим, что на 11, равно как и на 17 тысяч долларов в год в Америке можно прожить - в глубокой провинции, в двух часах езды от большого города, или, наоборот, в очень большом городе, сняв комнаты в чужой квартире в дешевом районе. Кроме того, многие американцы зарабатывают гораздо больше выпускников колледжей. Отучившись не в колледже и не в университете, а на двухгодичных или, даже, полугодовых профессиональных курсах. Так что, вообще говоря, никакой катастрофы в отсутствии высшего образования нет. Но американские родители, особенно из так называемого среднего класса, так отчетливо представляют себе своих детей, торгующих гамбургерами в Макдональдсах, что они готовы на все, лишь бы дать детям высшее образование. И в этом случае им надо начинать копить деньги тогда, когда их ребенок еще сосет соску.

Итак, американским родителям среднего достатка нужно начинать откладывать деньги на колледж за 18 лет до того, как их ребенок пойдет в колледж. Как лучше всего это делать? Послушайте советы специалистов. Надеюсь, кто-нибудь из вас их поймет. Редактор журнала "Персонал файнанс" Кристин Дэвис.

Кристин Дэвис: Можно сберегать на обычных, облагаемых налогами счетах в банке. Или в инвестиционной компании. Можно откладывать на специальный счет, который называется Эдюкейшн IRA. В этом случае выгодно то, что деньги сюда можно перевести еще до уплаты налогов. При этом уменьшается сумма вашего дохода облагаемого налогом. К сожалению, на этот счет разрешается откладывать не более 500 долларов в год на одного ребенка. Еще один способ - откладывать деньги на свой собственный пенсионный счет. Эти деньги тоже не облагаются налогом. Вы не платите налог и когда снимаете деньги со счета, если к тому времени вам уже исполнилось 60 лет. На этот счет разрешается откладывать до 2 000 долларов в год. И, наконец, самый выгодный для семьи способ - так называемый план 529.

Марина Ефимова: Сейчас в Америке для родителей из, так называемого, среднего класса, план 529 - чрезвычайно популярный инвестмент. И, соответственно, по нему уже есть свои специалисты. Один из них, экономист Джо Харли.

Джо Харли: Это инвестиционная программа, учреждаемая властями штата специально для того чтобы помочь семьям платить за высшее образование детей. Вы инвестируете деньги, уже уплатив с них налог. Если бы это был обычный счет, то вы ежегодно платили бы налоги из суммы, на которую увеличивается ваш вклад. План 529 позволяет этого не делать. Налог нужно платить только когда деньги снимают со счета. Причем, для исчисления налога, эти деньги прибавляются не к вашему доходу, а к доходу вашего ребенка, который если и есть, то, как правило, очень небольшой. Что значительно уменьшает сумму налога. Вы можете завтра же положить на этот счет более 100 000 долларов на каждого ребенка. Если таких денег нет, то можете положить то, что есть, а потом, по мере возможности, добавлять. То есть, система полезна и богатым и не очень богатым. Сегодня этот вид сбережений растет, вероятно, быстрее всех других.

Марина Ефимова: Доктор Врубель, не кажется ли вам, что просто для того, чтобы понять все эти советы человек должен иметь высшее экономическое образование? А чтобы следовать этим советам - огромное количество времени?

Пол Врубель: Наша финансовая система цинична. Вообще говоря, она во многом создана для того, чтобы помочь малоимущим сохранить и приумножить свои доходы. Но операции, которые люди должны проделать, столь сложны, что практически они доступны немногим. А помощь специалиста такая дорогая, что она съест всю выгоду от операции. И пока люди разбираются во всех своих обстоятельствах, они обычно опаздывают воспользоваться предложенной сделкой.

Марина Ефимова: И, тем не менее, несмотря на то, что консультанты дороги, американцы нанимают их, с тем, чтобы те помогли их ребенку получить финансовую помощь. Особую категорию составляют люди, помогающие семьям устраивать ребенка в колледжи и университеты высшей категории - "айви лиг". Давайте уточним, что это такое. Вот, что пишет Майк Пауэрс.

Диктор: Есть множество прекрасных университетов без благородной патины "айви лик". Они дадут вам знания не хуже, чем Гарвард и Дартмут. Но чего они вам не дадут, так это престижа, который, возможно, откроет вам много дверей. Вот отчего цены летят вверх и отчего мы, кряхтя и жалуясь, платим.

Марина Ефимова: В книге "Ежегодный справочник экспертов" я нашла имя Стивена Гудмена, человека, который помогает не только американским, но и иностранным, в том числе, русским абитуриентам поступать в престижные колледжи.

Стивен Гудмен: Моя задача так составить документы и помочь абитуриенту написать такое заявление, чтобы приемная комиссия из сотен претендентов выбрала именно его и, даже, обеспечила финансовой помощью. И за это семья платит мне гонорар вперед. Притом, что я, естественно, не даю никаких гарантий.

Марина Ефимова: Я постеснялась спросить о расценках самого мистера Гудмена, но на стороне узнала, что подобного рода помощь сейчас стоит обычно от 2-х до 3-х тысяч долларов. Оплата почасовая. Из расчета по 200 долларов в час. Мистер Гудман, и скольким российским ребятам вы помогли?

Стивен Гудмен: Я работаю в этом деле 15-й год, и у меня было человек 20 русских. К сожалению, российская интеллигенция не может себе позволить учить детей в Америке, как, впрочем, и всякая другая. К тому же и мой сервис тоже дорогой. Так что обычно я имею дело только с очень богатыми и высокопоставленными иностранцами, в том числе, и из России.

Марина Ефимова: А зачем им нужен консультант, когда есть деньги? К тому же, есть справочники, брошюры, замечательно налаженная методика поступления?

Стивен Гудмен: Наши лучшие университеты очень разборчивы. В них поступает не более 10 процентов подавших заявление. Так что, если вы даже можете заплатить за обучение, не факт, что вы пройдете по конкурсу. Поэтому поступающий, как политик, баллотирующийся на пост президента, нуждается в стратегии своей предвыборной компании.

Марина Ефимова: Могли бы вы объяснить подробнее то, что вы делаете?

Стивен Гудмен: Это трудно объяснить в общих терминах, потому что все абитуриенты разные. Обычно поступающие просто приводят свои отметки и описывают свою активность в школьной общественной работе и спорте. Таких, как правило, не берут. Вам нужно в своем заявлении подстроиться под направление, традиции и настроения того университета, куда вы поступаете. А эти направления очень разные и их надо знать. Например, политически активному студенту из России, поступающему в Колумбийский университет, я посоветую сосредоточиться на его способности и любви к политическим дебатам. И на его готовности продолжать их в Коламбии. Но, естественно, он не должен писать об этом прямо в лоб. Нет. Он должен рассказать историю, демонстрирующую эти его способности. Причем рассказать симпатично.

Марина Ефимова: Мистер Гудмен, не могли бы вы вспомнить какой-нибудь конкретный пример из вашей практики. Без имен, конечно.

Стивен Гудмен: У меня была молоденькая студентка несколько лет назад. В ней не было ничего особенно примечательного, кроме поразительного голоса. Низкого и с французским прононсом. И она смеялась так забавно, что все присутствующие тоже начинали смеяться. И я посоветовал ей написать о том, как ее странный голос помог ей расти, взрослеть, привлекать людей и вообще, как он помог ей найти себя. И все ее вступительное эссе строилось на этой теме.

Марина Ефимова: И вы думаете, это помогло?

Стивен Гудмен: Конечно. Представьте университетскую комиссию. Они прочитывают тысячи и тысячи заявлений и писем. После одной-двух сотен таких писем обыкновенный человек перестает казаться интересным. Надо этих читателей встряхнуть немного, надо блеснуть перед ними своей необычностью.

Марина Ефимова: Нам в свое время повезло. Наша дочь была отличницей, и школьный консультант помог ей получить помощь. Мы платили по 5 000 в год за ее обучение. И она сама брала в долг по 3 000 в год. И конечно, подрабатывала во время всей учебы. Но 15 000 в год за нее платили университет и пять филантропических фондов.

Стивен Гудмен: В американские университеты отправляют детей три категории родителей. Очень богатые, очень бедные и очень обиженные. И все дело в том, что система финансовой помощи студентам в Америке пропорциональна доходам родителей. Когда доходы средние, то многие заботливые родители, отказывая себе во всем, копят на его обучение. А более беззаботные родители ничего не копят и потом получают финансовую помощь. Получается, что людям выгодно оставаться бедными до тех пор, пока ребенок не окончит университет. Это нелепо. Я читаю, что нынешняя система финансовой помощи студентам является дискриминационной по отношению к среднему классу, то есть к семьям с доходом от 50 до 100 000 долларов в год.

Марина Ефимова: Действительно, мы были так беспечны, что хотя работали в то время в поте лица, зарабатывали вдвоем всего 30 000 в год на троих. И ничего откладывать не могли. Но давайте послушаем, как этой проблемой справляются другие люди. Об этом репортаж Раи Вайль.

Рая Вайль: 32-летний Марк Рица - хозяин автомастерской. Как он платил за свое образование?

Марк Рица: По-разному. И из родительского кармана, и из собственного, и в долг брал. Мало кто сегодня может позволить себе самостоятельно оплатить высшее образование. Но это нормально. Деньги даются под небольшой процент и отдавать их надо, когда начинаешь работать. У меня, к примеру, был небольшой долг - всего 15 000. Остальное я платил во время учебы. Но только потому, что днем я работал, а вечером учился.

Рая Вайль: Марк, вы выплатили около 200 000 долларов за 12 лет обучения, получили диплом адвоката и в результате стали хозяином автомастерской. А нужно ли все это было?

Марк Рица: Самое лучшее, что есть в образовании, это то, что оно учит тебя учиться. С образованием ты и автомехаником будешь лучшим и бизнесменом.

Рая Вайль: Сюзан Грин по образованию биолог. Закончила университет 25 лет назад.

Сюзан Грин: Отец платил за среднюю школу и за колледж. А за аспирантуру платила фармацевтическая фирма, в которой я тогда работала. Они заинтересованы в том, чтобы их работники имели высшее образование.

Рая Вайль: Сюзан рассказывает, что ее племянник использовал в Нью-йоркском университете все возможные программы помощи. Он получил стипендию от университета, а также от города и от штата Нью-Йорк. Для чего ему пришлось указать нью-йоркский адрес, хотя сам он жил в Нью-Джерси. Но и этого не хватало. Пришлось брать довольно большой заем. Стоимость образования уже сегодня так велика, что для него оплатить это было просто нереально.

А что будет, если образование подорожает?

Сюзан Грин: Если американцы позволят так много взимать за образование в государственных университетах, значит что-то не так с нашими традиционными ценностями, значит мы что-то утеряли.

Рая Вайль: Адам Сендлер, выпускник Сиракузского университета, закончил факультет журналистики и работает спортивным комментатором на телевидении в Пенсильвании.

Адам Сендлер: Интересно, что сейчас студентам с такими же хорошими отметками в средней школе, какие были у меня, намного труднее попасть не только в гарвардский университет или в Йельский, но даже в Сиракузский или Бостонский. Я думаю, что рост цен происходит из-за экономического бума. Многие семьи могут позволить себе платить высокую цену за образование сегодня, а раз могут - университеты повышают стоимость обучения. В мое время повышали стандарты. Поэтому способные ученики из семей со средним достатком могли учиться в хороших университетах. А в будущем не знаю, чьи родители смогут платить 250000 долларов в год за высшее образование. Если это произойдет, боюсь, что в университетах некем будет заполнить классы.

Марина Ефимова: Как сказал в начале передачи доктор Пол Врубель, годовой бюджет Пенсильванского университета Пен Стейт юниверсити равен одному миллиарду долларов в год. Больше, чем у иных стран. Судя по статье 13 ноября в журнале "ЮС Ньюз энд Уорлд рипорт", в США 34 университета составляют клуб миллиардеров. Их деньги, вложенные в биржевые акции, приносит такой доход, что один Гарвард платит небольшой армии своих финансовых менеджеров 9.5 миллионов долларов в год, в зарплате и в бонусах. Недавно два техасских университета заплатили своему общему брокеру или бухгалтеру годовую зарплату в полмиллиона долларов. "Если бы Гарвард, - говорится в статье, - тратил в год на стипендии 1 процент своего бюджета в 19 миллиардов долларов, то этот университет смог бы оплатить обучение всех своих студентов за исключением аспирантов". От того, что престижные университеты обучают студентов, которые в будущем, как правило, становятся богатыми людьми, эти университеты получают щедрые дары от своих выпускников. В прошлом году 500 богатейших американских колледжей и университетов получили, в виде денежных поступлений, в общем, более 195 миллиардов долларов. Будем надеяться, что они используют все эти деньги не только на тех, кто в будущем сможет стать источником их благоденствия, но и на тех, кто в будущем сможет стать их гордостью.

XS
SM
MD
LG