Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Когда закроют Голливуд?




Марина Ефимова: В Америке бастуют актеры, которые снимаются в теле- и кинорекламах. 135 000 человек. Но биг дил! - думали поначалу американцы. Подумаешь! В США сотни и сотни профсоюзов. Все время кто-нибудь бастует. Но актеры бастовали месяц, и два, и три, и пять, и вдруг: все это выплеснулось в прессу самым паническим образом. Вот отрывок из статьи в журнале "ЮС Ньюз энд Уорлд Репорт".

Диктор: В предвыборной президентской компании претензия к Голливуду, который не брезгует ни насилием, ни порнографией, стала одной из важнейших тем дебатов. И до недавнего времени именно это больше всего волновало голливудских магнатов. Но в последние месяцы эта забота отступила на задний план, поскольку возникла реальная опасность того, что скоро политикам нечего будет критиковать. Если худшие прогнозы, связанные с нынешней забастовкой актеров, сбудутся, мы сможем увидеть, как производство фильмов остановится вообще, и Голливуд на наших глазах превратится в город-призрак. Заколоченные досками многозальные кинотеатры, объявления о продаже домов на заросших травой лужайках и стада Мерседесов, идущих на дешевую распродажу. Даже сейчас, когда тучи только собираются на голливудском горизонте, графство Лос-Анджелес из-за забастовки актеров теряет по миллиону в день.

Марина Ефимова: Обратимся к тучам на горизонте. То есть, к нынешней забастовке. Чего хотят актеры, поднявшиеся против рекламных фирм и агентств? Потиражных? Они даже придумали рифмованный девиз забастовки: "Пэй пер плэй". Вообще говоря, это значит: показал - плати. То есть, сколько раз реклама идет на экране или в эфире, столько раз актер должен получать определенную плату. Значит ли это, что до сих пор им вообще не платили потиражных? Нет, платили, но не все. Чуть подробнее расскажет об этом кинорежиссер Слава Цукерман.

Слава Цукерман: Забастовка 1952 года уже была из-за этих самых процентов. И они получили свои проценты. Забастовку в марте-апреле 1960 года, которую возглавлял Рональд Рейган, который тогда был президентом союза киноактеров, тоже выиграли. Она как раз установила, как я понимаю, те основные законы, по которым от каждого показа рекламы отчисляются деньги актерам. Что происходит? Изменилась структура американского телевидения. Если раньше были только 4-5 основных телевизионных станций, они включены в нынешние профсоюзные законы. С них снимаются проценты для актеров. С показа рекламы на этих каналах. Но сейчас появилась куча новых. Появились просто кабельные каналы, кабельные каналы дополнительные и платные, кабельные каналы с оплатой за каждый фильм, показанный там, появился интернет. Все это вводит совершенно новые структуры показа рекламы. Вот сегодня, например, я имею 100 каналов на телевидении. Завтра или послезавтра я подписываюсь на новую систему числового телевидения, по которому у меня будет 450 каналов. И это все не включено в законы. За это идет борьба.

Марина Ефимова: Чем же забастовка актеров против рекламных фирм может повредить могущественному Голливуду? Об этом - редактор журнала "Интертейтмент уикли" и автор статьи "Тишина в студии" Дэниел Фирменд.

Дэниел Фирменд: Нынешняя забастовка актеров, работающих в рекламном бизнесе привлекла такое внимание потому, что требования и у них, и у киноактеров, и у сценаристов одни и те же. Пересмотр оплаты потиражных. Все они сейчас поняли, что во время предыдущих забастовок они абсолютно не представляли себе, с чем имеют дело. Поэтому, при переговорах профсоюзы упустили массу возможностей. Так что на этот раз они будут драться до последнего за свой кусок пирога. В следующем мае у сценаристов истекает срок контракта с кино и теле студиями. И если этот контракт не будет возобновлен, если сценаристы и работодатели не сговорятся об условиях, то начиная с 1 мая ни один сценарий члена профсоюза не может быть использован. Это одна проблема. Вторая - что 30 июня истекает срок контрактов у кино- и теле актеров, и если они выдут из бизнеса, то уж тогда все остановится.

Марина Ефимова: Послушаем разные стороны. Заранее хочу предупредить, что их гораздо больше, чем две. Итак, первое слово актерам. В нашей передаче участвует представитель актерской гильдии Крейк Кизман.

Крейк Кизман: Сейчас актеры претендуют на то, что они считают справедливой долей профита тех корпораций и рекламных агентств, которые они помогли создать. В этом году прирост доходов рекламных агентств составил 22 процента. И после этого агентства объявили актерам, что им снизят расценки. Мы думаем, что это несправедливо и нелогично.

Марина Ефимова: Как рекламные фирмы выходят из положения, когда актеры бастуют?

Крейк Кизман: Они делают все, что могут, чтобы обойтись без актеров. Если вы заметили, уже во время репортажей с Олимпиады в Сиднее фирмы рекламировали свои товары просто с помощью красивых фотографий и голоса за кадром. А в течение этих пяти месяцев забастовки они снимали животных, снимали детей своих сотрудников, делали мультипликацию. Но мы-то уверены, что самые запоминающиеся и самые успешные рекламы делают актеры.

Марина Ефимова: В одной из статей о забастовке я прочла, что 450 известных актеров сделали пожертвования в забастовочный фонд.

Крейк Кизман: Множество кинозвезд поддерживают забастовочный комитет деньгами. Кевин Спейси, Том Хэнкс, Гаррисон Форд пожертвовали по 100 000 долларов каждый. Пол Ньюман, Сюзан Сорендон, Тим Робинс, Олимпия Дюкакис участвовали в нью-йоркском ралли. Это естественно, каждый из них лет 15-20 назад был в таком же положении, как бастующие актеры. Они также зарабатывали, снимаясь в рекламах.

Марина Ефимова: В письме забастовочного комитета говорится, что 80 процентов актеров в вашем профсоюзе зарабатывают актерской профессией не более 5 000 долларов в год?

Крейк Кизман: Это правда. Конечно, нужно помнить, что у них есть и другие источники доходов, потому что они не могут прожить на 5 000 долларов в год.

Марина Ефимова: "Том Круз и Джулия Робертс могут быть лицом Голливуда, - пишет Бетси Стрейзанд в статье "Новых фильмов не будет", - но в своей совокупности гигантский кинобизнес делается теми, в чьих месячных гонорарах насчитывается не больше трех нулей". Вообще, бедные актеры и их агенты - тема многих американских фильмов. Вспомните, хотя бы, фильм Сиднея Полака "Тутси". Но никто так не любит эту тему, как Вуди Аллен. И в его трогательном автобиографическом фильме "Дни радио" он прослеживает, в частности, судьбу популярной актрисы, ее играет Миа Ферроу, чья карьера началась с рекламы слабительного под названием "Релакс". Режиссер рекламы заставляет ее повторять, и повторять ее песенку, требуя, чтобы она вкладывала больше чувства в свое исполнение. "Скажите, а что я должна чувствовать?" - спрашивает молоденькая актриса. "Облегчение", - говорит продюсер. Одной из заинтересованных сторон и в нынешней забастовке актеров-рекламщиков, и в возможной предстоящей забастовке киноактеров и сценаристов является гильдия продюсеров. Продюсеры находят для кино интересные проекты, и осуществляют их по заказам и на деньги крупных кинофирм. В нашей передаче гильдию представляет Вен Петн. Мистер Петн, считаете ли вы требования профсоюзов справедливыми?

Вен Петн: Я этот вопрос не комментирую. Мы чувствуем себя между двух огней. Если профсоюзы актеров и сценаристов пойдут на забастовку, мы не сможем снимать фильмы. Результат длительной забастовки будет настоящим бедствием, и не только для нас. Кино - это основная отрасль Лос-Анджелеса. Масса предприятий и организаций города, так или иначе, работают на кино- и телепроизводство. Забастовка может практически остановить жизнь целого города.

Марина Ефимова: Но актерам надо же кормиться? Как же они могут себе позволить долгую забастовку?

Вен Петн: Однако забастовку против рекламных агентств актеры продолжают уже почти 5 месяцев. Не забывайте, что только очень немногие члены актерского профсоюза работают актерами полный рабочий день. Большинство из них получают основной доход от других профессий. Так что в случае забастовки основного заработка лишится очень небольшое число актеров. Почти то же самое и в профсоюзе сценаристов. Они могут себе позволить долгую забастовку.

Марина Ефимова: История забастовок в Голливуде открывается 1933 годом. И, хотя, требованием большинства из них было увеличение гонораров и, в том числе, потиражных, тем не менее, бывали и другие причины. В частности, в 30-х годах и потом в 80-х сценаристы пытались вытребовать себе больше контроля над собственным материалом. Сложность этой борьбы, какой она была в 30-х годах, очень любопытно описана в неоконченном романе Скота Фицджеральда "Последний магнат", в диалоге между менеджером студии Старом - героем романа - и профсоюзным боссом Бриммером.

Диктор: - Чем вы занимаетесь, Бриммер? Вы совращаете молодых людей. К нам тут недавно приезжали русские, как на образцовую киностудию, набраться опыта, а потом приходите вы и стараетесь разрушить то согласие, которое и делает эту студию образцовой. На прошлой неделе ко мне в офис явился молодой сценарист и начал учить меня, как я должен вести дело!

- Мистер Стар, - сказал Бриммер с улыбкой, - вы не похожи на человека, который даст себя учить.

- Послушайте, мистер Бриммер, художник - во многом ребенок. Вы знаете, например, что русский балетный гений Баланчин путал своих учеников братьев Риц со своими нанимателями братьями Уорнер, которые платили ему огромные деньги за обучение Рицев. Он говорил: "Нет, этих братьев Уорнер ничему невозможно научить". Я говорю вам: писатели - дети.

- Они не дети, мистер Стар, они фермеры вашего бизнеса. Они растят урожай, а вы не приглашаете их на пир.

- Они не способны к ответственности, мистер Бриммер. Я готов добавить им денег, но не власти.

Марина Ефимова: В нашей передаче представителем Голливуда выступает гораздо более мягкий человек, президент организации "Альянс" Ник Каунтер. С ним беседует Владимир Морозов.

Владимир Морозов: Мистер Каунтер, кого представляет ваш альянс?

Ник Каунтер: Члены нашего альянса - это ведущие кинокомпании и студии, такие как "Уорнер Брозерс", "ХХ Сенчури Фокс", "Юниверсал Дисней", "Сони", "Эм-Джи-Эм". То есть, мы представляем работодателей. Студии и системы проката. Мы надеемся достигнуть договоренности с профсоюзом актеров и профсоюзом сценаристов. Но на всякий случай нам приходится откладывать съемки новых лент. Если съемку не успеют начать до декабря этого - января будущего года, то ее придется отложить на август-сентябрь. Потому что иначе работа может прийтись на период забастовки. Это наша основная проблема. Голливуд вынужден замедлять работу. Поэтому о возможной забастовке так много пишут.

Владимир Морозов: А как часто бывают серьезные забастовки?

Ник Каунтер: Как правило, они происходят каждые 20 лет. В 1960 году, когда президентом актерского профсоюза был будущий президент страны Рональд Рейган, забастовка продолжалась несколько недель. Пару месяцев бастовали актеры в 1980 году. С тех пор прошло 20 лет. Роковой срок. И вот сейчас профсоюзы уже 5 месяцев уже не могут договориться с рекламными агентствами.

Владимир Морозов: А как вы оцениваете требования профсоюзов?

Ник Каунтер: Мы готовы к переговорам о таких условиях контракта, которые устраивали бы обе стороны. Так оно, собственно, и бывало всякий раз с 1982 года, когда я стал президентом "Альянса". Мы договаривались без забастовки.

Владимир Морозов: А готовы ли вы на уступки?

Ник Каунтер: Каждое соглашение, каждый контракт, включает в себя взаимные уступки. Так было всегда. Надеюсь, так будет и в этот раз. К сожалению, наши переговоры с профсоюзами еще не начались. Лидеры профсоюза актеров сейчас заняты конфликтом с рекламными агентствами, но мы дали им понять, что можем начать переговоры, как только профсоюзы будут готовы.

Марина Ефимова: Начнем с того, что мистер Каунтер несколько забастовок пропустил. Скажем, забастовка по поводу потиражных за прокат видеозаписей проходила осенью 1980 года. Для этой забастовки, между прочим, известная актриса Лили Томлин собрала фонд в полмиллиона долларов. А Берт Ланкастер лично участвовал в пикетировании студии. Уже в следующем, 1981 году была новая забастовка. За потиражные с платного телеканала, на котором можно по телефону заказывать показ фильмов. Так называемые пей пер вью. Затем шли две забастовки 1987 года и сразу за ними забастовка 1988 года. Так что 20-летнего перерыва никак не получается. Кроме того, боюсь, что стоит поставить под сомнение и мягкую сговорчивость студий. Дело в том, что я как раз сейчас читаю биографию Роналда Рейгана, который был членом актерской гильдии с 1937 года, а в 1947 году стал ее президентом. Причем, на этот пост его переизбирали 4 раза. Привожу цитату из этой биографической книги, написанной сотрудником института "Интерпрайс" Дайнешом Десуза.

Диктор: Рональд Рейган хорошо знал жизнь голливудских актеров, не вышедших в звезды. Тех, кто, как он, приехал в Калифорнию или в погоне за удачей, или из чистой любви к актерском делу. Он быстро понял, что для тысяч таких людей единственная надежда на справедливый дележ в нестабильном, сложном и довольно безжалостном мире Голливуда - это коллективные договоры. В одиночку не добьешься ничего. Чарлтон Хэстон рассказывал, что Рейган был самым непреклонным, искусным и успешным дипломатом за столом переговоров с руководителями студий. У него был метод трех пунктов. Первый пункт - то, что необходимо выторговать. Второй пункт - тот, за который надо драться, чтобы выполнить первый. А третий пункт - так, мелочь, для отвода глаз. "Я не люблю прыгать с утеса, держа в руках развивающийся флаг, - говорил Рейган. - Я предпочитаю сделку". Он был президентом актерского профсоюза во времена самых крутых и жестких голливудских боссов, последних магнатов. И переговоры с ними были прекрасной тренировкой для переговоров с советскими лидерами. "После студии, - сказал Рейган в 1988 году, - переговоры с Горбачевым показались мне чистым отдыхом".

Марина Ефимова: Что в реальности ждет Голливуд и, вообще, кинопромышленность в случае, если тотальная забастовка 2001 года действительно произойдет, мистер Фирменд, и пострадает ли качество фильмов?

Дэниел Фирменд: Очень серьезно. Начнется с телевидения. Немедленно после начала забастовки все новые шоу сезона 2001 года будут отменены. Поэтому по телевидению будут показывать игры и документальные шоу и без конца гонять старые фильмы. Как вы знаете, телекомпании изобрели уже немало шоу без актеров. Телеигры типа "Кто хочет стать миллионером?", или, так называемое, реальное телевидение, вроде шоу "Survivors", которое было чуть ли не самым популярным этим летом. Это все практически документальные фильмы. В кино результаты забастовки скажутся не сразу, поскольку там с конца съемок фильма до выхода его на экраны проходит год. Так что мы ничего не почувствуем до весны 2002 года. А затем киностудии будут выпускать на экраны те фильмы, которые они уже сейчас второпях начинают делать. Беда в том, что их будут делать слишком быстро. Сценарии будут недотянуты, места для съемок выбраны просто те, что поближе, монтаж проведен наспех, и так далее. И, конечно, все это скажется на качестве продукции. Причем, даже если забастовка не состоится, что вряд ли, нам все равно придется смотреть плохие фильмы, потому что они уже будут сделаны в ожидании забастовки.

Марина Ефимова: Что значит, между прочим, что даже если забастовка не произойдет, множество актеров и, вообще, работников шоу бизнеса в 2001 году останется без работы, поскольку студии будут сдавать в прокат вот эти сделанные в запас фильмы.

Дэниел Фирменд: В том случае, если двойная забастовка действительно состоится, она основательно покалечит весь шоу бизнес. Одна только Калифорния будет терять в месяц один миллиард долларов. А зрители останутся без новых телешоу и без новых кинофильмов.

Марина Ефимова: Мистер Фирменд, я служу за нынешней актерской забастовкой с сочувствием. Но скажу вам честно: я ненавижу телерекламы, особенно, когда они на самом интересном месте перебивают художественные фильмы. И вот, я все думаю, может быть нас ну хоть на год вообще оставят без рекламы? То-то будет радость.

Дэниел Фирменд: Этого никогда не случиться. Рекламы по-прежнему будут. Только еще хуже, чем сейчас.

Марина Ефимова: И, однако, нет худа без добра.

Слава Цукерман: Независимые продюсеры должны сейчас радоваться, потому что кинотеатрам будет сейчас недоставать фильмов сильно. И на независимые фильмы повысится спрос. А сейчас большое перепроизводство. Потому что гигантский успех кино и гигантские доходы, производимые кино, - этот успех имеет две стороны. С одной стороны, это очень хорошо, с другой стороны, перепроизводство фильмов, и фильмам трудно сейчас попасть в прокат. Их гораздо больше, чем кинотеатры могут вместить. В тот момент, когда профсоюзные фильмы не будут выходить, будет большой недостаток в фильмах, и это может быть хорошо использовано независимыми продюсерами.

Марина Ефимова: То есть, зрители без кино не останутся и, может быть, на какое-то время общий уровень фильмов в прокате улучшится?

Слава Цукерман: Зрители не останутся без кино, потому что будет приток другого типа фильмов.

Марина Ефимова: Брайан Келлоген - директор отдела рынка "Национальной ассоциации владельцев кинотеатров" - в преддверии общей забастовки сказал журналистам.

Диктор: Мы просто должны проявить некоторую изворотливость. Заполним кинотеатры иностранными фильмами, классикой, фильмами независимых продюсеров, устроим фестивали старого фильма, вывернемся. Это как в прошлый новый год. Все боялись компьютерного сбоя, а проснулись - и ничего не случилось.

Марина Ефимова: Скорее всего, так и будет. Хотя, в 1980 году мне пришлось побывать в городе Детройте - бывшей столице автомобильной промышленности США. Промышленность была на спаде, и жизнь ушла из Детройта. Но как? Детройт выглядел так, как может выглядеть город только после бомбардировки: разрушенные и сгоревшие кварталы, пустые, заросшие травой улицы, полуобвалившиеся особняки. Город-призрак. В Америке жизнь мигрирует. Одни места оживают, другие вымирают. Как раз в те дни, когда я готовила эту передачу, в Нью-Йорке в кафе напротив кинотеатра "Анжелика" собирались молодые, независимые от Голливуда продюсеры, режиссеры, актеры новой организации "Индепендент Фичер Проджект". Поэтому, вообще говоря, не исключено, что когда-нибудь огромные буквы над Голливудом обсыплются, как на какой-нибудь обветшалой придорожной рекламе, а на знаменитом бульваре Сансет не останется ничего, кроме заката.

XS
SM
MD
LG