Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

Покушение на гастрономические свободы Америки


Ведущий Иван Толстой

Когда человек, по натуре существо слабое, входит в американское кафе Мак Доналдс или Бюргер Кинг и видит аппетитный сочащийся соком рубленый бифштекс-гамбургер, золотистые палочки картошки френч фрайз и пенную ледяную кока-колу, у него начинают течь слюнки. Особенно, если добавить, что в так называемых ресторанах фаст фуд питаться много дешевле, чем в нормальных кафе и даже не намного дороже, чем дома. Однако у этой быстрой пищи есть одно важное отличие от домашнего обеда - она обманывает желудок. Чипсы в герметических пакетах, анилиновые прохладительные напитки, огромные, подозрительно дешевые шоколадные батончики, точнее, шоколадные буханки с сытной начинкой, все это сами американцы прозвали коротко и метко: "джанк фуд" - мусорная еда. Однако это не значит, что американцы не любят эту еду. Они ее обожают. Вот, что говорит экономист, профессор Стэндфордского университета Михаил Бернштам.

Михаил Бернштам: Американцы действительно ее полюбили. Американцы в прошлом году потратили 117 миллиардов долларов на эту пищу. Это примерно чуть выше 1 процента валового внутреннего продукта.

Марина Ефимова: 117 миллиардов долларов на джанк фуд! Но прежде, чем говорить о последствиях такого чрезмерного употребления мусорной еды, ее более или менее точное определение даст вашингтонский юрист, профессор университета Джорджа Вашингтона и энтузиаст юридической борьбы с джанк фуд Джон Бенсхаф.

Джон Бенсхаф: Обычно, термином джанк фуд называют еду, которая содержит минимум питательных веществ, если вообще их содержит, и максимум калорий. Главный пример - прохладительные напитки, которые содержат огромное количество сахара и ноль питательных веществ. Другой пример - конфеты и вообще сладости фирмы "Твинкис". Тот же сахар, очень высокий процент жира и полное отсутствие каких бы то ни было питательных веществ. Состав этой еды окрестили метким выражением "пустые калории".

Марина Ефимова: В конце мая 2002 года Конгресс США принял к рассмотрению новое постановление о мерах по борьбе с ожирением - "Обисити превеншн анд тритмент экт". Причины: у 60-ти процентов взрослого населения и 70 процентов подростков в Америке наблюдается опасное превышение веса. А треть взрослых американцев и треть подростков страдают ожирением. Рассказывает генетик, директор диабетического центра Колумбийского университета профессор Рудольф Лайбл.

Рудольф Лайбл: Ожирение стало настолько распространенной проблемой здоровья, и увеличение числа заболеваний растет с такой быстротой, что министерство здравоохранения признало это эпидемией. Особенно опасно его распространение среди детей, поскольку ожирение часто приводит к диабету и сердечным заболеваниям. С моей точки зрения эту эпидемию вызвала комбинация причин, включая загрязнение среды и сидячий образ жизни. Но легкая доступность джанк фуд, вероятнее всего, одна из причин.

Марина Ефимова: В информации, опубликованной ассоциацией сердечников, приводятся такие цифры. В ланче Мак Доналдса, который состоит из большого гамбургера Биг-Мак, большого стакана содовой воды и большого пакета жареных картофельных палочек френч фрайз, содержится 75 граммов жира и 1730 калорий. То есть больше половины дневного рациона грузчика. Большой шоколадный батон Сникерс содержит 510 калорий и 24 грамма жира. Вот, что говорит президент ассоциации сердечников, пионер в борьбе с джанк фуд Фил Соколов.

Фил Соколов: Меня пригласили выступить в день 25-тилетия Биг-Мака. Я сказал, что фирма Мак Доналдс может похвастаться тем, что она обогатила несметное число диабетических клиник, похоронных бюро и нейрохирургов, оперирующих на сердце.

Марина Ефимова: Вот, как описывает свою судьбу американка Рейчел, с детства страдавшая ожирением. Ее история приведена в книге доктора Ричарда Хэллера "Дети с углеводоманией".

Диктор: Я надела новый купальник и отправилась на пляж. Мне было 14, и папа, осмотрев перед уходом мой новый наряд, сказал, что я выгляжу сногсшибательно. Два подростка постарше, шедшие навстречу от пляжа, увидев меня, остановились. Я томно опустила глаза, понимая, что они хотят со мной заговорить. И верно. "Эй, толстуха, сказал один, ты бы лучше спрятала свои жиры, а то кто-нибудь примет тебя за свинью и отправит на бойню". "Хрю-хрю, - сказал другой мальчик, и они прошли мимо". Я рыдала, наверное, полчаса. Потом села и стала думать. Даже друзья подсмеивались над моей любовью к конфетам, к чипсам, к джанк фуд. Еда была главным удовольствием в моей жизни. В школе в младших классах мои одноклассники просили родителей давать им на завтрак побольше конфет и чипсов. И продавали излишки мне. Я тратила на них большую часть моих карманных денег, а на остальные подкупала добавочные сласти в школьном буфете. Только после того, как два жестокосердных правдолюбца открыли мне глаза, я начала бороться со своей едоманией. Но мою первую победу я отпраздновала только в 36 лет. После инсульта.

Марина Ефимова: То, что продается в ресторанах фаст фуд, - не питательная, для многих вредная, но все же еда. А что же вот это? Передо мной баночка красного малинового желе. Дешевое лакомство, которое я иногда приношу с собой на работу. Мой коллега Юра Жигалкин говорил мне: "Марина, зачем вы едите всякую дрянь?". И я возмущалась: почему же дрянь? Что плохого может быть в желе? Малиновый сок и желатин. Все. Тогда Юра взял упаковку и прочел: "Желатин, пищевая краска номер 6, пищевая краска номер 127 и искусственная вкусовая добавка". Почему-то больше всего меня потрясло наличие двух красок. Почему не одна, красная? Я чувствовала себя такой одураченной, что с удовольствием вспомнила слова из книги знаменитой американской кулинарки Джулии Чайлд.

Диктор: Создание заменителей еды, я имею в виду все те патентованные субстанции, вкус которых обеспечивается смешением химических веществ с единственной целью обмануть желудок, создание таких заменителей, противоестественно и почти безнравственно.

Марина Ефимова: Когда это началось? Когда и почему Америка, страна индейки, яблочных и тыквенных пирогов, свинины с бобами и горячей, ароматной кукурузы, начала изготавливать пустые калории? Вообще говоря, еще Ильф и Петров в своей "Одноэтажной Америке" описывали нововведения 30-х годов - кафе-автоматы в Нью-Йорке.

Диктор: Кафе-автоматы довели процесс проталкивания пищи в американские желудки до виртуозности. Стены автомата сплошь забиты стеклянными шкафчиками. Возле каждого из них щель для опускания никеля - пятицентовой монеты. За стеклом печально стоит тарелка с супом, или мясом, или стакан с соком, или пирог. Несмотря на сверкание стекла и металла, лишенные свободы сосиски и котлеты производят какое-то странное впечатление. Их жалко, как кошек на выставке. Но автоматы не так уж популярны в Америке. Видно, и сами хозяева чувствуют, что где-то должен быть предел всякой рационализации.

Марина Ефимова: Однако, термин джанк фуд - мусорная еда - появился только в 60-х годах. В нашей передаче участвует директор отдела школьного питания одного из самых больших школьных округов штата Калифорния Эми Линс.

Эми Линс: Все это началось после войны, ради удобства, с Мак Доналдса и так называемых драйв-ин кафе, где можно было купить готовую горячую еду, очень дешевую, не вылезая из автомобиля. Тогда ведь женщины начали работать, и пищевая промышленность стала облегчать им жизнь. Успех этих заведений в 50-х и 60-х был ошеломительным. А дальше началась конкуренция: кто сделает изобретательнее, разнообразнее, быстрее? А главное, кто сделает дешевле? Рынок. Раз есть спрос - есть и предложение. Порции растут не по дням, а по часам. Я помню, когда Мак Доналдсы появились в 50-х годах, порция френч фрайз была просто лакомством, она не приносила вреда. А сейчас, когда школьник съедает одну гигантскую порцию дешевых и очень сытных френч фрайз, он из одной этой порции уже получает дневной рацион жира.

Марина Ефимова: Окландский школьный округ, где работает мисс Линс, одним из первых принял радикальные меры. Они запретили продавать джанг сладости и джанг напитки в общественных школах Калифорнии.

Эми Линс: Дело в том, что многие работающие родители не видят вреда во всех этих заменителях нормальной еды. И поэтому дома, приходя из школы, дети хватают все те же чипсы, поп корн и конфеты. Мы не можем запретить родителям кормить детей так, как они считают нужным. Но мы хотим быть уверенными, что хотя бы в школе дети имеют возможность съесть на ланч кусок курицы с овощами или омлет, и запить еду фруктовым соком, молоком или натуральным лимонадом. Чтобы у них, по крайней мере, был выбор.

Марина Ефимова: Но беда в том, что дети любят джанк фуд. Часто у детей вырабатывается не просто привычка, но настоящая мания, обычно углеводомания, то есть болезненное пристрастие к сладостям. Поскольку их не дают им, как в старые добрые времена по одной конфетке после обеда, а дети сами покупают конфеты, когда и где хотят. У Рея Бредбери есть очаровательный и в то же время довольно жуткий рассказ о шоколадомании. В ней, молодой маньяк описывает свою страсть священнику на исповеди.

Диктор: И голос из исповедельной кабины, откуда шел невинный запах шоколада начал рассказывать о просыпании и засыпании со вкусом поцелуя толстой, круглой шоколадки в серебряной обертке. О соблазне молочных тающих плиток фирмы "Херши", о том, как можно медленно прожевывать твердую шоколадную корку с батончиков "Кларка" сохраняя тягучую карамель с блестками сахара для последнего катарсиса. О том, как душа жаждет, язык требует, и желудок принимает, и кровь танцует от тихого, африканского тамтама горького шоколада, обволакивающего десны, шепчущего, всхлипывающего перед сном: Конго, Замбези, Чад:

Марина Ефимова: В наши дни учителя описывают свои впечатления проще. В один голос они говорят, что наевшись в ланч шоколадных батончиков и других сладостей, дети возбуждаются от них на полчаса, а потом начинают один за другим задремывать на уроках. И не только на уроках. Апатия, не свойственная детям школьного возраста, стала поголовным бедствием нынешних подростков. И многие обвиняют в этом джанк фуд.

Эми Линс: У детей, особенно у старших, это стало делом привычки. А от всякой привычки трудно отказаться. Особенно, если тебя агитируют против нее взрослые. Поэтому в наших школах множество старших школьников перестало ходить в буфет. Они просто выбегают в соседний супермаркет и покупают там свой любимый джанк фуд. Ясно, что привычку детей к джанк фуд за одну ночь не извести.

Марина Ефимова: За детей будут бороться и компании, производящие джанк фуд. Не зря же они тратят ежегодно на рекламу 30 миллиардов долларов. Что еще важнее, сами школы получают приличный доход от продажи джанк фуд. Одна только Калифорния, запретившая ее в своих школах, потеряет на этом в следующем учебном году десятки миллионов долларов. "Парадокс заключается в том, - пишет в "Нью-Йорк Таймс" журналист Тимоти Эган, - что обычно деньги, вырученные за продажу джанк фуд, от которой дети так толстеют, школы тратят на спортивные сооружения и на походы, то есть на те виды активности, которые помогут детям этот вес скинуть, похудеть и поздороветь".

Эми Линс: Деньги - большая проблема. И не в таких богатых штатах, как Калифорния, в системе Хай Скулз провести такие реформы будет очень трудно.

Марина Ефимова: Именно поэтому, как сообщает редакционная статья газеты "Нью-Йорк Таймс" новому акту по борьбе с ожирением, обсуждаемому сейчас в Конгрессе, противостоят не только компании по изготовлению джанк фуд, но и учительская ассоциация штата Калифорния. Готовы ли ньюйоркцы расстаться с джанк фуд? С ними беседует Рая Вайль.

Рая Вайль: На одном из пляжей Лонг Айленда беседую с молодой американкой. У 38-илетней Кейти трое детей. Как мы относимся к джанк фуд? - переспрашивает она.

Кейти: Я считаю, что они едят ее слишком много и часто, они считают, что недостаточно. Да я и сама люблю джанк фуд - очень уж это удобно.

Рая Вайль: 60-ти летний Майкл считает что избавиться от джанк фуд совсем будет не так просто.

Майкл: Слишком большие деньги в это вовлечены. Сомневаюсь, что эта компания против бесполезной еды преуспеет. За ней должны стоять люди грамотные, способные объяснить, почему это вредно.

Рая Вайль: И еще одно мнение. Архитектору Эрику Сафьяну 26 лет.

Эрик Сафьян: Джанк фуд - это колоссальный бизнес. Не просто бизнес, это часть американской культуры. Это грили, на которых мы жарим гамбургеры и сосиски, это картофельные чипсы, это мексиканские даритос, хот доги. Это часть жизни. Все говорят про здоровье, про натуральные продукты, бла, бла, бла. Но все едят джанк фуд. Я только что получил мастер дигри по архитектуре. Так по этому поводу в университет пригнали 4 фургона джанк фуд. Нет, с ней никакая компания не справится. Поговорят, попротестуют и забудут. Как можно уничтожить кока-колу? А ведь кока кола - это жуткий напиток: сплошной сахар и кофеин. Поэтому и пьют.

Марина Ефимова: Как справедливо заметил один из собеседников Раи Вайль, в дело по борьбе с джанк фуд замешаны огромные деньги. Но деньги-то как раз и делают компании, изготавливающие джанк фуд, уязвимыми. Послушайте юриста Джона Бенсхафа.

Джон Бенсхаф: Сейчас американцы признали, что ожирение стало нашей национальной проблемой, болезнью, эпидемией, которая стоит государству 115 миллиардов долларов ежегодно. С этой проблемой начинают бороться разными способами. И один из них - попытка судить компании, которые изготавливают джанк фуд. Конечно, нельзя судить пищевую промышленность за ожирение нации, но можно судить за дезинформацию или за отсутствие информации. Сейчас уже идет 4 судебных процесса. Один из них - против Мак Доналдса. Дело в том, что в описании ингредиентов своей самой популярной и самой дешевой еды френч фрайз фирма скрывала, что масло, в котором жарится картофель, содержит мясной жир. Мак Доналдс уже признал свою вину и согласился заплатить 12 миллионов долларов штрафа. Второй суд идет против компаний-изготовителей мороженого, которые в описании своего продукта давали заниженные цифры содержания жира и числа калорий. Третья компания изготавливает диетические продукты, которые при проверке оказались далеко не столь диетическими, и четвертая фирма "Пицца Хат" не сообщала своим покупателям, что в ее так называемой вегетарианской пицце содержится животный жир. Все перечисленное - только малая часть судебных процессов, начинающихся в связи с проблемой ожирения.

Марина Ефимова: А кому же пойдут деньги, которые юристы высудят у компаний?

Джон Бенсхаф: Обычно в судебных процессах, представляющих интересы какой-то группы, деньги идет членам этой группы. Но поскольку, скажем, в судебном процессе против Мак Доналдса речь идет об интересах миллионов людей, в частности, вегетарианцев, индусов и мусульман, то деньги пойдут на нужды благотворительных организаций, которые представляют вегетарианцев, индусов и мусульман.

Марина Ефимова: Вот так да! Выходит, что вместо школ, и детских больниц деньги пойдут мусульманским благотворительным организациям. Это после того, как выяснилось, что некоторые из них помогали террористам. Довольно неожиданный результат борьбы. Уж тогда лучше бороться с джанг фуд бойкотом, чем судебными процессами. Впрочем, далеко не все американцы вообще считают нужным бороться с джанг фуд. Наш корреспондент Владимир Морозов побеседовал с Джоном Дойлом, представителем общественной организации "Центр за свободу потребительского выбора".

Владимир Морозов: Мистер Дойл, что вы думаете о продуктах, в которых почти нет питательных веществ? Например, различные желе. В них содержится только желатин и красители.

Джон Дойл: Прежде всего, нет плохой и вредной пищи. Если в этом желе нет питательных веществ, это не значит, что оно вредно для здоровья. Вам приятно есть желе? И ешьте! Критикуемые ныне кока-кола, лимонады, гамбургеры, различные сладости - все это безопасная пища, вызывающая положительные эмоции. Почему нас хотят этого лишить? У нас с женой две девочки-близнецы. Им 10 лет. Они любят колу и другие подобные напитки. Но, кроме того, они пьют много молока, соков. Их диета сбалансирована. Почему нянькать моих детей должно государство, а не я и моя жена? Так в Америке дела не делаются.

Владимир Морозов: Положим, вы авторитет в семье. Но есть много других детей, которые едят, в основном так называемую джанк фуд?

Джон Дойл: Если ребенок неправильно питается, если у него не дай бог ожирение, это очень плохо. Но значит ли это что его диетой должно заняться правительство? Да и сможет ли оно в качестве диетолога уследить за населением. В США скоро будет 300 миллионов человек. Да, 60 процентов американцев имеют излишний вес, и это не очень полезно для здоровья. Но если бы люди немного больше занимались физкультурой, почаще вылезали бы из автомобилей и разминались, то сегодня нам с вами вообще не о чем было бы говорить!

Марина Ефимова: Если бы - сослагательное наклонение. Американцы сидят, и взрослые, и дети, в машинах, за компьютерами и у телевизоров. Уместно ли вообще толковать о свободе гастрономического выбора, когда речь идет о детской еде. Детям что ли доверить выбор? Профессор Бернштам?

Михаил Бернштам: Конечно, по отношению к детям всерьез говорить о свободе выбора очень трудно, потому что дальше начинается разговор о свободе выбора алкогольных напитков, курения, возраста и типов сексуальной активности и так далее. Поэтому свобода выбора это несерьезный в данном случае вопрос. Серьезный вопрос - это то, что во многих школах дети из бедных семей, низкооплачиваемых не могут платить за пищу более высокого качества. Поэтому свобода выбора здесь вот на чем отражается. Самое худшее, что может быть в школе, что существует в русских школах, и, слава богу, в американских школах этого нет, когда одни дети кушают, а другие, голодные, на них смотрят. Вот эта быстрая пища создает все-таки социальное равенство. Понятно, что правительство и в Америке, и в России, и в других странах озабочены состоянием публичного здоровья, но тем не менее это вопрос добровольного выбора. Надо просто на это все посмотреть в исторической перспективе. Быстрая пища позволяет человеку с очень низким доходом питаться мясными продуктами ежедневно, а иногда два раза в день. А ведь было время, когда население с низким доходом просто не потребляло мясных продуктов. Вот и все. Оно жило на хлебе и картошке.

Марина Ефимова: Однако завотделом школьного питания Эми Линс считает, что большая страна, во всяком случае, такая страна, как Америка, может обеспечить своих граждан едой, одновременно дешевой и питательной. И что коль скоро общественное мнение подняло голос против мусорной еды, пищевая промышленность немедленно отреагирует должным образом.

Эми Линс: Многие уже прореагировали. Особенно фирмы-изготовители напитков. Например, они начинают выпускать маленькие бутылочки с натуральными фруктовыми соками и фруктовым лимонадом с гораздо меньшим количеством сахара. И мы уже заказали их вместо прежних приторных напитков, которые они подкрашивали пищевыми красками и в которых подменяли натуральные ингредиенты искусственными вкусовыми добавками. Пищевые компании зарабатывают миллиарды на американской любви к постоянному жеванию и питью. Поэтому им выгоднее не судиться, а перестроиться в соответствии с новыми требованиями и начать изготовление более здоровой детской еды.

Марина Ефимова: Неужели исчезнут, наконец, торты ярко-голубого цвета, анилиновые прохладительные напитки, шоколадки в разноцветной скорлупе химического вкуса, не черствеющие бисквиты, не скисающее молоко? В начале прошлого века бедняки в Америке ели свинину с бобами, вареные кукурузные початки и пили кофе. Стоило ли менять эту еду на гамбургеры и кока-колу?

XS
SM
MD
LG